Лила Каттен
Мама для его сына

Пролог

Возвращаюсь домой после работы в темноте.

Как всегда, перегоревший фонарь и чувство тревоги, которое не покидает меня уже несколько дней. Словно внутри меня, какой-то механизм срабатывает каждый раз, когда я остаюсь в мраке этих улиц.

Поворачиваю за угол и стремительно направляюсь к двери своего подъезда. Двадцать метров и все. Я дома.

Но меня внезапно хватают под руки двое людей и закрыв рот, тащат куда-то.

Попытка закричать или отбиться от них полностью провалена. Изнутри паника захлестывает так, что к горлу подступает тошнота.

Выходим на свет, и я начинаю вырываться еще более яростно, понимая кто за мной пришел.

Кусаю за палец мужчину, и он убирает свою «лапу» с моего рта.

– Вот сука…

– Да отпустите вы меня, – кричу, вырываясь из цепких рук, но силы объективно неравны.

Меня быстро садят в черный внедорожник, зажимая с обеих сторон и мы с пробуксовкой срываемся с места.

Моя жизнь медленно превращается в какой-то триллер и всему виной лишь один человек.

Молчу всю дорогу, потому что понимаю, мне не ответят на вопрос «Куда мы?» и не отпустят, пока не выполнят его приказ.

Через минут сорок, приезжаем к огромному особняку и меня все так же под руки, практически несут к двери, но внутрь мужланы не заходят со мной, хотя путь отрезают сразу.

Разворачиваюсь и не успеваю даже оглядеться, как замечаю в кресле его.

Халилов Далер.

Снова.

Я начинаю ненавидеть этого мужчину так же сильно, как и боюсь.

– Вы не имеете права так со мной поступать.

Он молчит, вертя в руке граненый бокал.

– Ты уверена?

Пронзает черным взглядом. Играет. Расслабленный и наглый взгляд со смешинкой.

– Чего вам нужно? – спокойно выдыхаю.

– Вот это другой разговор, – улыбается он. – Выпьешь, – указывает на бар.

Не двигаюсь с места. Смотрю на него в упор.

– У меня к тебе предложение, Даша, – само спокойствие, а меня трясет от страха перед этим мужчиной.

– Я могу сразу вам ответить «нет», не зависимо от того, что вы скажете, – пытаюсь говорить уверенно, но выходит плохо.

– Тогда, это мой приказ. Ты станешь няней моему сыну, – абсурдность ситуации вызывает истеричный смешок.

– Очень смешно. А почему не матерью сразу?

– Если понадобится, станешь и ею, не сомневайся, – кивает головой.

– Хватит, – повышаю голос, хотя вся трясусь. – Хватит вести себя, как хозяин. Я вас не боюсь, и вы не можете вот так вырвать меня из жизни, по какой-то там своей прихоти. Мне плевать кто вы и что вам нужно.

– Даша, я очень не люблю напоминать людям о том, что бывает, когда появляется в диалоге слово «если». И не позволяю другим говорить со мной в таком тоне.

– Я с вами вообще не желаю говорить. Просто прикажите своим дуболомам отвезти меня домой и все.

– Похоже ты не понимаешь по-хорошему? – встает с кресла и начинает медленно идти в мою сторону.

– Это, по-вашему, по-хорошему? Это похищение вы в курсе?

– Знаешь, что забавно? Ты трясешься, как маленький зайчишка, но продолжаешь мне дерзить. Это ли не глупость? Неужели, тот факт, что мои люди пришли за тобой зная адрес, тебя еще не отрезвил?

Явная угроза в сторону мамы. Мерзавец. Стискиваю челюсти, которые дрожат, но продолжаю упрямо смотреть в его глаза.

– Вижу, что до тебя дошло наконец. Останешься тут. Твоя спальня на втором этаже крайняя справа, рядом с комнатой сына. Все что необходимо тебе предоставят. Сроки мы не обговариваем.

– То есть как? У меня мама с ума сойдет, если я не появлюсь дома.

– Сегодня ты ей позвонишь и скажешь, что она едет отдыхать в санаторий. И чтобы ни звука, – поднимает палец к своим губам, и я даже дышать начинаю тихо. – Все поняла?

Качаю головой отвечая беззвучно «да». Он подготовился.

– Умница, красивая. Ступай.

Глава 1

Даша

– Мам, я ухожу, – кричу с порога.

Слышу, как она бежит из зала.

– Я там тебе приготовила картошку тушеную с мясом, взяла?

– Ага, спасибо. Давай поцелую и поеду уже, не хочу опоздать.

– А салат?

– И салат, мам.

– А такси уже подъехало?

– Да, мамуль. Не переживай ты так.

– Я вот посмотрю на тебя, когда свои дети будут. Эта девушка жила не так далеко от нас.

Недавно, в городе, нашли мертвую молодую женщину, и мама конечно же стала отслеживать новости еще более тщательно, при этом сводя с ума себя и меня заодно.

– Мам, она жила в соседнем районе, черте где.

– Ох, неспокойно мне с твоими ночными сменами.

– А не ты говорила: «Станешь педиатром, буду спокойна, потому что эта работа самая безопасная», – смеюсь, потому что она и правда пытается от всего меня уберечь.

– Я же не знала, что там ночные смены бывают. Ой, ну все, – махнула рукой и обняла меня поцеловав в щеку. – С богом, Даш.

– Позвони, как спать будешь ложиться.

– Хорошо. Беги.

Пока еду, вспоминаю, как мне повезло оказаться в этой частной клинике. Если бы не Снежана Викторовна, работала бы сейчас в обычной ЦРБ и получала втрое меньше, а работала бы втрое больше.

Она отправила меня на практику именно туда, потому что им нужен был человек на подмену, а там заведующая в детском ее сестра. Состыковали с практикой моей, и я все лето там отработала, так что Лидия Викторовна сказала, что будет ждать меня через год.

В итоге, я уже почти год, как работаю здесь официально.

Приезжаю к восьми. Принимаю смену. У нас нет такого, что прям лежат с детьми мамочки высших чинов, но бывают разные случаи.

Кладу в холодильник свой ужин и перекус на ночь, и выхожу на свое место.

Сегодня, как это часто бывает Лидия Викторовна сама на смене.

– Здравствуй, Даша. Там сейчас привезут Авдеевых, отправь ко мне их сразу.

– Добрый вечер. Что там опять?

Каждый раз, эта дама приезжает и закатывает истерики. Причем по любому поводу. То посмотрели на нее не так, то сына, который проглотил очередную деталь конструктора плохо приняли.

– Ох, сегодня он вогнал себе что-то в палец.

– Может ей все-таки посоветовать следить за сыном более тщательно, а не страницей в инстаграмм?

Смеемся и расходимся по своим местам.

Через пятнадцать минут, в дверь врывается та самая мадам и кричит так, что уши закладывает.

– Вы почему нас не встречаете на улице? Вы хоть знаете, что произошло?

– Добрый вечер, вас ожидает в кабинете Лидия Викторовна. Она лично примет вас и вашего сына.

– Да я засужу вас всех. Сидит она тут, – брезгливо осматривает меня и уходит, волоча за собой семилетнего сорванца.

Киваю охраннику Денису, чтобы проводил их и остаюсь на месте.

Кажется, сегодня грозовой циклон по имени Авдеева Анна нас обошел стороной. Потому что бывало, что она забывала о проблеме и на полчаса застывала на проходной, желая выговориться.

Только успела расслабиться, как двери вновь распахнулись и в нее вбежали трое здоровенных амбалов. Все в черном, высокие, и ужасно пугающие. Тот, что по центру держал на руках кричащего младенца.

Денис уже вернулся на тот момент, а когда увидел этих «трех богатырей» сразу ускакал куда-то.

Подбегаю к ним и с лету спрашиваю:

– Здравствуйте, в чем дело?

– Уйди. Где Лида? – чуть ли не наступает на меня, мужчина двигается вперед.

– Лидия Викторовна с пациентом, пройдемте со мной и расскажите… – не успеваю договорить, и этот мужик с бородой меня перебивает.

– Ты не поняла меня, пигалица? Лиду зови, пока я…

– Пока что? – с вызовом смотрю на него, сложив руки на груди. – Пока ваш ребенок плачет?

Те, что по краям вдруг сделали шаг ко мне, а я сразу попятилась назад.

– Ну смотри, если…

– Потом озвучите свои угрозы, – перебиваю его, потому что малыш начинает закатываться. – Положите его сюда, а своим бугаям прикажите выйти. Мне не нужна тут антисанитария.

«Конечно, если бы я знала, кто он, и чем мне грозит моя настойчивость я бы так не поступила, но я уже это сделала!»

Он буравит меня взглядом, но делает, как я сказала. Даже не знаю, откуда во мне столько смелости взялось, что я так разговаривала.

Этот контраст: огромный мужчина под сто восемьдесят сантиметров, с видом мафиози и малыш на руках, просто нечто. Не обращаю на него внимания, когда он не успев отступить, тут же оказывается вытеснен мной.

Дверь в приемную закрывается, и я делаю все что от меня зависит машинально.

– Сколько ему? Пять-шесть месяцев?

– Шесть.

– Как давно плачет? Температуру меряли? – спрашиваю ощущая небольшой жар.

– Да как начал, так и поехал сюда. Ничего не мерял.

– Где мама малыша? Он на каком вскармливании? Мне нужно больше информации.

– Так, девочка-Айболит, это ты должна знать, а не я, – грозно сводит густые брови.

– А вы разве не отец?

– Он жил с матерью. Теперь со мной, точка. Поэтому не болтай своим красивым ртом, а делай хоть что-то, пока я тебя не вышвырнул отсюда. И без лишних вопросов.

Вздыхаю, напоминая себе, что он просто переживает за ребенка, а не козел и делаю свои манипуляции молча.

Как оказалось, у маленького просто режутся первые зубки и поднялась температура. А еще он был голоден и спать хотел.

Мужчина не сводил с меня глаз, пока я ухаживала за малышом, усевшись в кресло.

Младенец уснул почти сразу, как доел смесь. Уложила его в кроватку и оставив радио-няню в палате вышла из нее, подзывая и мужчину.

– Заполните карточку, – даю ему листы бумаги, на что он смотрит на меня огромными глазами, а я продолжаю. Рассказываю ему, что малышу необходимо для жизни и облегчения боли, хотя мысленно задаю вопрос "Кто он? И чей это ребенок?" Советую ему няню, за неимением рядом женщины или родственников женского пола, как я поняла, кто мог позаботиться о малыше, с ним уж точно нельзя ребенка оставлять.

Все это время в холле стояла напрягающая тишина.

И как только я закончила, была уверена, что сейчас будет хохот стоять, так ведь обычно бывает? Потому что смотрели на меня так, словно я нереально глупая и только что подтвердила этот статус своей речью.

Но мне ничего не ответили, ни один из мужчин. А на карточке были выведены, лишь инициалы: Халилов Далер Ризванович.

– И все? Мне документы нужно заполнить, об оказании помощи.

– Лида заполнит. Она данные наизусть знает. И скажи ей, что она только что проштрафилась по-крупному. Рамиль останется тут на пару дней, пока я все организую. Приезжать буду два раза в день: утром и вечером, и чтобы ты была на месте, – тычет в меня пальцем. Хорошо мы стояли далеко друг от друга, иначе бы он меня проткнул им. – Всегда.

Разворачивается и начинает уходить, а я кричу ему вслед:

– То есть, как это он тут останется? И у меня вообще-то выходные есть. А за ребенком будет кому присмотреть. У нас самая лучшая клини… – не договариваю, потому что он резко останавливается и начинает идти на меня с видом бешеного быка.

Прячусь за стойкой регистрации, но он входит через проход и нависает над вжавшейся мной в стену.

Стараюсь не дышать, в то время как мужчина пыхтит, кажется огнем, обдавая меня ароматом своего дорогущего парфюма.

– Слушай сюда, – наклоняется к моей груди и читает с бейджика: – Дарья Александровна, если я сказал, что ты должна быть тут, то ты просто обязана услышать своими красивыми ушками именно суть моих слов, – поднимает руку и ведет пальцем по раковине моего уха, а я вздрагиваю. – Они ведь умеют слышать? Не так ли?

– Да, – сиплю еле слышно, и мне кажется, что он меня даже не слышит, потому что голос пропал.

– Вот и отлично. Я приеду в восемь утра, Дарья. Ты же будешь тут?

Киваю, не поднимая глаз, и он цепляет мой подбородок задирая голову вверх. Пришлось высоко ее поднять, так как мои сто шестьдесят не идут с его ростом никак.

– Какие красивые глазки.

«Боже, если он скажет еще хоть слово я тут разревусь просто. Потому что я уже на грани. Никогда в жизни не испытывала такого жуткого страха».

Касается моего предплечья и ведет своей рукой к моей кисти. Цепляет ее и поднимает вверх, так, что она оказывается, между нами.

– И ручки нежные. Таким я точно доверю своего сына. Не подведи, Дашуль. Хорошо? – киваю, теперь уже глядя в его карие глаза, которые сейчас были чернее ночи. – Я бы не хотел тебе навредить.

И вот первая стадия истерики. Когда слез нет, а ты уже всхлипываешь.

– Не бойся, девочка. Я просто предупредил тебя. Уверен ты справишься.

Разворачивается и уходит, а те двое, как по команде идут за ним.

Дверь закрывается за ними, и я просто падаю на задницу, скатившись по стене.

Глава 2

Ко мне подбегает Денис и поднимает, усаживая на стул. Дает воду и молчит.

– Не стой над душой, пожалуйста, – прошу его немного раздраженно.

Такие "пируэты", какие исполнил он, сразу же меняют твои симпатии на нечто иное. Денис оказывал мне знаки внимания, но что-то после того, как он бежал сейчас, мне и смотреть не хочется в его сторону.

– Знаешь кто это был? – вдруг спрашивает он, а мне смеяться хочется от его голоса. Вроде бы испугаться я должна была, а голос дрожит у него похлеще чем мой.

– Нет. Определенно не знаю. А должна?

– Ну ты даешь. Это ж хозяин нашего района. Один из пяти в городе.

– Байки это все. Обычный бандит он и все.

– Ну-ну. Радуйся, что язык не отрезал за то, что говорила с ним так.

– Зато ты у нас, остался бы в целости и сохранности. Быстро ты рванул по "делам", сесурити.

– Да с таким как он, в одной комнате страшно просто находиться.

– Я заметила, – зло смотрю на парня и отворачиваюсь. – Я сейчас вернусь.

Ухожу в санитарскую и привожу себя в порядок выпив успокоительное, иначе сердце из груди выпрыгнет просто.

Я слышала истории о том, что в нашем городе есть что-то типа разделения по районам, которыми управляют криминальные люди. Но поверить в это сложно обычному педиатру. Я не вникаю в подобные вещи.

В принципе, даже если это так, мне то какая разница?

Возвращаюсь на место, и там уже обеспокоенная Лидия Викторовна глядит на меня с подобием волнения и страха.

– Даша, это правда?

– Что? – неужели она его так боится?

– Что Халилов тут был?

– Ну да. В первой випке его сын лежит. Да все там нормально, у ребенка…

– Ох, девочка, – вздыхает она обреченно. – Что ж ты меня не позвала сразу? Рассказывай, что сказал?

– Поорал, поугрожал. У ребенка зубы лезут и все. Сделала что надо. Еще, он оставил его тут на пару дней, пока не обставит комнату ему, видимо в доме своем, как я поняла он раньше жил с матерью, не знаю в общем. И приказал мне быть всегда рядом с малышом. Бред какой-то, – усмехающаяся я, тут же поняла, что бред несу именно я.

– Так, если тебе что-то понадобиться привезти сразу же говори мне, я лично поеду, но эти дни ты будешь тут.

– Вы что серьезно? Да с какой радости, Лидия Викторовна.

– Милая, с таким как он никто не шутит. И кстати это, – она обводит рукой помещение, – его клиника.

– Да, блин, – вот же влипла. – У меня мама с ума сойдет, и сама за мной приедет.

– Значит и ее сюда поселим. А лучше постарайся объяснить, что коллега заболела, а у нас аврал. Даш, я не шучу, – и по ее взгляду стало ясно, что она и правда на полном серьезе говорит сейчас.

«Ладно, ничего не остается и я вынуждена это сделать. Поэтому нет смысла сейчас тут выпендриваться и нервы мотать ей».

– Ой, а он еще сказал, что вы проштрафились… – женщина опускает голову, а я добавляю, – сильно.

– Да я уж поняла это.

Качает головой и уходит.

Малыш проснулся к двенадцати. Я вновь его покормила, переодела и уложила спать. Лидия Викторовна сразу отпустила меня с поста, чтобы и выспаться смогла и не бегать туда-сюда, так как домой я с утра не попаду.

Легла в палате с ребенком, выставив будильник на семь. Успею привести себя в порядок до приезда мужчины.

Видимо все пошло не по плану сразу, как началась моя смена, так как проснуться мне нормально не дали.

Чувствую прикосновение к щеке, словно щекотка.

– Эй, красивая, – слышу мужской шепот и в условиях моего сна абсолютно инородный. – Вставай.

За долю секунды осознаю, что это никакой не мираж, тут же открываю глаза и подрываюсь с кровати с мышиным писком, как только вижу над собой все тот же пугающий меня вчерашний взгляд.

Он ловит меня уже в падении и пригвождает назад к подушке.

– Тихо ты, буйная. И не ори, – угрожает мне пальцем.

– Я ставила будильник, – не понимаю который час, но проснулась я моментально. – Почему вы тут? – быстро оборачиваюсь и увидев младенца в кроватке успокаиваюсь.

Вот только мужчина, руку с плеча моего так и не убрал.

– Может отпустите меня?

Он быстро встал, и я поднялась за ним, но с другой стороны кровати. Поправила халат, который задрался, а штаны рабочие я с собой вчера, как назло, не взяла.

Развернулась и увидела изучающий меня взгляд.

Сканировал он меня недолго, так как я стала быстро тараторить, только бы скинуть с себя его внимание.

– Вы увидели ребенка? С ним все хорошо, – начала рассказывать о том, как он спал, кушал и все такое, на что не получила ни слова в ответ, сама же в тот миг надеялась, что выгляжу не сильно помятой, но стоять и приглаживать волосы перед ним и осматривать себя не стала.

Начала его разглядывать и поняла, что вообще не разбираюсь в людях. Вот разве скажешь по нему, что он полгорода в страхе держит?

В костюме, начищенных туфлях, аккуратно причесан. И даже с бороды ни волоска лишнего не торчит в сторону… ну, насколько я успела заметить, пока он нависал надо мной. Да и как вообще выглядят эти бандиты? Явно не так, как в кино.

Он хмыкнул и сказал лишь: «Я приеду в восемь вечера», а я язык за зубами сдержать не смогла.

– Мне кажется у вас время неправильно идет.

– Почему? – засунул руки в карманы и лениво посмотрел на меня.

– Вы приехали на час раньше, у меня даже будильник не прозвенел.

– Должен же я был проверить лично, как исполняются мои приказы.

– Вы ясно дали понять, что будет, если я поступлю иначе, угрожая девушке разными намеками на членовредительство.

– Угрожая? – в его тоне насмешка явная. – Я просто предупредил.

– Предупредили вы меня о своем визите, все остальное было угрозой.

Шагает ко мне, а я отступаю мгновенно. Он останавливается и все так же лениво улыбается.

– Испугалась значит, красивая?

– Любой мужчина испугается. И девушка, не исключение.

– Хочешь, чтобы я извинился?

Не отвечаю ему, потому что начинает просыпаться ребенок и я немного вдыхаю кислорода, потому что не дышала все эти пять минут нашего странного разговора.

Мужчина мгновенно оказывается рядом с кроваткой в два шага преодолев расстояние и поднимает малыша на руки, в которых тот просто утопает.

– Привет, боец, – вдруг говорит иным голосом, слегка мягким и явно нежным. Словно не он только что гремел на всю палату басом, от которого мурашки размером с Килиманджаро носятся по телу.

Решаю дать им время побыть наедине, и себе, чтобы привести в порядок халат и внешний вид.

Закрываю дверь и тут же пугаюсь. Потому что два черных шкафа по виду и комплекции, стоят по обе стороны.

– Это детское отделение, а вы тут пугаете всех. Кошмар, – бормочу и иду дальше, слыша сзади тихий хохот.

Возвращаюсь обратно через пятнадцать минут, надеясь, что визит окончен, но не в этот раз видимо.

Охрана мужчины смотрит на меня, чуть заметно улыбаясь.

В палате тишина, аж страшно стало.

Вхожу, замечая забавную картину, как мужчина, посадил малыша и держа его за ручки играется, смеясь вместе с ним.

Останавливаюсь и улыбаюсь автоматически, засмотревшись на них обоих.

«Похожи они конечно сильно», – малыш такой же темноволосый, как его отец, и кареглазый, это я тоже успела заметить. Кажется, что хмурость у них одна на двоих, когда они брови сдвигают.

Маленький почти сразу меня замечает и начинает, открывая ротик произносить какие-то смешные звуки, хлопая освободившимися ладошками по своим ногам.

Мужчина оборачивается, а я не успеваю скрыть свою улыбку. Берет сына на руки и приблизившись дает его мне, потому что малыш сам начал тянуться в мою сторону.

– Я смотрю вы сдружились, – изгибает бровь он, заметив, как Рамиль тянет меня за золотую сережку в ухе звонко смеясь.

– Я врач-педиатр. Это было не сложно. Тем более он просто замечательный, – я не лукавила.

Ребенок само очарование.

– Отлично, – басит он, сразу же меняя обстановку. – Буду в восемь.

Развернулся и ушел.

Глава 3

Самым сложным в этом дне оказался разговор с мамой. Убедить эту женщину в том, что с тобой все хорошо крайне сложно. Знаю, что она это от любви, но как бывает слишком много вот этого всего, хотя я отчасти понимаю ее.

Она беспокоится, и я не имею права, сказать ей, чтобы перестала так делать. Она моя мама, мой самый родной человек.

– Даша, ну как так? – в который раз повторяла она. – Ну заболела твоя там, кто она, но и ты можешь от такого графика заболеть. Ты что там лошадь ездовая?

– Ну, мааам. Не могу же я сказать: «Извини, Алина, но ты как хочешь, а я поехала домой».

Конечно, врать ей я не хотела, но мне почему-то показалось, что тут есть кого бояться. Этот мужчина мог даже не разговаривать, чтобы заставить трястись. А еще его взгляд и нахмуренные брови… Фух, не стану сейчас вспоминать.

В итоге мама, покричав на всех и вся, на законы и человеческую бессовестную сущность немного смирилась с положением дела, но сказала, что если я не вернусь завтра, то она уже точно приедет за мной сама.

«А действительно, долго мне тут сидеть?»

Лидия Викторовна мне помогала. А если сама она была занята, то девочки приходили на выручку, но на всякий случай, я старалась быть с ребенком сама. Мало ли, во сколько приедет этот… мужчина.

Ближе к вечеру, когда я уложила спать Рамиля, кстати имя конечно мне так понравилось. Такое нежное и красивое. Хотя, у самого мужчины было тоже необычное. В общем к восьми не было никого. Ребенок успел проснуться, и мы принялись за игры с ним. К девяти он покушал, градус активности стал снижаться, и мы отправились купаться. Вот после этого к десяти маленький уснул крепким сном.

Посмотрела на часы, показывающие почти одиннадцать, я убрала книгу и сходила за своими вещами, чтобы самой принять душ и лечь спать, так как уже прошло три часа, а горе-папочки не было видно и слышно тоже.

Взяла, как обычно радио-няню с собой и принялась смывать усталость прошедшего дня.

Вышла из душа, не просушив хорошо волосы, так как услышала кряхтения ребенка и поспешила на выход.

Склонилась над кроваткой и напевным «ш-ш-ш» укачала его вновь.

Убедилась, что он крепко уснул повернулась, чтобы уйти и чуть не закричала.

В кресле-качалке, за углом ванной комнаты сидел Далер.

Он прислонил палец к своим губам, намекая, чтобы я не разбудила его сына и встал со своего места.

Пошла к нему на встречу и стала кричать шепотом на него:

– С ума сошли? Вы что тут делаете в такое время? Напугали меня, к тому же я закрывала дверь, какое вы имеете право врываться сюда?

Пока я несла поток своих недовольств он кажется и не слушал меня вовсе. Осматривал легким прищуром глаз, все ниже скользя глазами.

Опускаю голову и вижу, что с моих волос стекла вода и мой медицинский халат пропитался ею, став прозрачным, показав мой бюстгальтер.

Хватаю пеленку с детского столика и прикрываюсь ею.

– Как вам не стыдно? – снова шиплю на него.

Такой гнев внутри меня поднимался.

Мужчина наконец поднимает свои глаза и я, всматриваюсь в его невозмутимое нахальное лицо.

– Все сказала?

Беру себя в руки, подавляя желание высказаться и спокойно пытаюсь прогнать незваного, точнее нежеланного гостя.

– Малыш давно спит, думаю вам лучше приехать утром.

– И ты не расскажешь мне как прошел день?

Стискиваю челюсти и даже думаю, что он издевается, но похоже он серьезен.

Быстро пересказываю ему, что происходило днем и финалю тем, что завтра я поеду домой.

– Надеюсь вы подготовили что нужно и заберете завтра ребенка? Потому что я собираюсь домой.

– Торопишься?

– Вы издеваетесь надо мной?

– Нет.

Все, похоже мой «чайник» терпения вскипел.

– Кем вы себя тут возомнили? Или думаете, что раз вы бандит, то на вас управы не будет и все вас боятся? Так вот знайте… – чуть ли не пищу, быстро шагая назад от него, потому что мужчина резко срывается с места и идет на меня.

Упираюсь попой в пеленальный столик, но от того, что он так близко, я выгибаюсь в спине и отклоняюсь подальше, фактически ложась на мягкую поверхность, все так же прижимая к груди скомканную пеленку.

– Так, что же я должен знать, Дарья?

– Что… что нельзя так обращаться с людьми.

– Людьми? – мыкает он. – Ты о ком-то конкретном сейчас?

– О себе, – еле выдаю я, чувствуя, что спина начинает болеть в таком положении стоять.

– Вот и говори за себя, а не за других, – отходит от меня, и я выдыхаю. – Если тебе нужно домой, тебя отвезут ненадолго. Но после вернешься вновь. Еще на пару дней.

– Послушайте, Далер Ризванович, я не собираюсь… – много всего я хотела сказать, но вот распахнувшиеся полы пиджака и виднеющийся пистолет сразу же заткнули мой рот.

Мужчина, заметив мой взгляд, тут же поправил все на место и вопросительно изогнул густую бровь.

– Во сколько мне прислать человека?

– Девять… восемь… – вздрогнула я. – Да, лучше в восемь. Успею маму успокоить и вернуться назад.

– Умница, – ощущаю себя собачкой, которая принесла палку и меня по голове погладили, только что. – А маме, врать не советую. Она не заслуживает этого.

«Вот же мерзавец такой», – вспыхиваю за секунду, но он уже уходит из палаты.

Мне хочется кричать и нецензурно выражаться. А лучше кулаками подушку избить, но я делаю дыхательную гимнастику и вспоминаю про ключ.

Выскакиваю в коридор и прямым ходом иду к стойке регистрации, где стоит Люба и болтает с Егором, нашим вторым охранником.

– Люба, что за дела? Ты зачем ключ дала от палаты?

– Привет Даш. Ты че? Никому не давала я ничего. С какой радости то?

– А как этот мужик зашел? Я закрывалась.

– А он куда хочет зайдет. Но ключ у него уже был. Потому что он прошагал к двери и открыл ее. Может Лида?

– Может, – буркнула ей и пошла назад.

– Слушай, а правда, что он кроме тебя никого к пацану не пускает? А он сын его или кто? Ты тут вторые сутки?

– Люб, а ты обход делала? А то стоишь и дел у тебя так мало кажется.

– Ц, прям какая… – закатывает глаза и отворачивается дальше сплетничать с Егором.

Перед сном я долго обдумываю происходящее в своей жизни. Такое ощущение, что я снимаюсь в какой-то передаче, где съемка ведется скрытой камерой.

«Вот же повезло», – тяжело вздыхаю и переворачиваюсь на бок.

Смотрю на мирно спящего малыша и впервые задумываюсь о его матери.

Она видимо бока на солнце греет, раз ее нет рядом с ним. А ребенок ведь такой замечательный.

Или может он забрал сына? Не знал о ребенке, а как узнал прискакал и забрал сразу.

Потянулась к телефону, проверила точное время для пробуждения и провалилась в сон, надеясь, что проснусь именно от будильника, а не от постороннего, нависающего надо мной человека.

Глава 4

Лидия Викторовна сменила меня на посту «опеки» над ребенком, и я отправилась домой.

Вышла на улицу и было не сложно заметить на какой машине за мной заехал человек Халилова.

Огромный черный «монстр» стоял почти у входа. А мне так хотелось пройти мимо, сделав вид, что я не я, но как только мой нос показался на улице, этот самый человек сразу же вылез из машины и открыл заднюю дверь.

Поблагодарив, забралась внутрь и пока ехала думала о том, как я буду маме объяснять мою «карету».

– А вы не могли бы остановить на углу? Не хочу кучу вопросов о том, кто вы и что происходит, – обратилась я к водителю, который кажется сделал вид, что не слышит меня, когда мы подъехали к моему подъезду.

«Ладно, придумаю что-нибудь».

– У вас час, – ровным тоном сказал мужчина, когда я оказалась на улице.

– Час на что? Носки сменить? Что за абсурд? Я хочу отдохнуть нормально.

Но ответом мне была тишина и взгляд намекающий на то, кто тут в каком положении.

Снова злюсь на того самого Далера, скорей бы уже избавиться от его присутствия в моей жизни.

Не успела войти в квартиру, как меня снесла ураганом мама.

Проверила меня на наличие пульса, дыхания, чистоту кожных покровов и после смогла выдохнуть. Это я так называю ее объятия и причитания о том, как она волновалась.

– Мам, я сегодня опять на смену. Точнее сейчас.

– Что? Ты там хоть спала? Синяки под глазами, Даш.

Ставлю чашку с чаем и беру ее за руку.

– Мам, это моя работа. И она сложная. Не только я, там как белка в колесе.

– Дочка, я понимаю, но даже такие деньги, что платят тебе в этой клинике не смогут оплатить в итоге здоровье, которое можно загубить таким вот графиком.

– Все хорошо. Это временно, – целую ее в щеку и ухожу переодеваться.

Попрощалась с мамой и отправилась на работу.

Оставшийся день, прошел без сюрпризов. Малыш, был активным и много играл. А мне вдруг представились картинки такого будущего. Где буду я, мой ребенок и мужчина, которого я буду любить.

Моя романтичная натура вновь воспылала. Этот маленький мальчик будит во мне такие красивые чувства. Он и правда прекрасный малыш.

Так странно получается, что, работая в педиатрическом отделении становишься слегка грубее и жестче, не к детям, конечно, но после рабочего дня так сложно взять и сразу стать собой.

Той же ранимой, милой, освободить мысли от криков неадекватных родителей, которые вечно чем-то недовольны и считают, что имеют право на высказывания лишь потому, что заплатили за прием кучу денег. Мне то, по сути, никто не страхует дополнительно еще и нервные клетки.

Уложила Рамиля спать и отправилась на обед. Медсестры из других отделов клиники периодически косились на меня, практически не скрывая своих смешков, а мне казалось, что я в школе.

Всегда думала, что если заканчиваешь среднее образование, то и все что было остается в стенах тех зданий, но нет.

Кушать в столовой не стала, ушла в отделение, но не успела насладиться блюдом, как в нашу сестринскую влетел этот ненормальный.

– Вы что, преследуете меня? – вскочила на ноги автоматически. Хорошо я тут одна, иначе стыдно стало бы еще больше, чем есть уже.

– Ты где должна была быть? – грубо отчеканил он, фактически налетая на меня, благо впереди меня стол, и он остался с обратной его стороны стоять.

– Я там, где… – начала грубовато, но после одернула себя. – Я на рабочем месте. У меня обеденный перерыв. Малыш уснул, и я…

– И ты решила, что можешь вот так просто взять и уйти? – облокачивается руками на столешницу.

– С ним все в порядке, я проверяла.

– А должна быть на месте постоянно.

– Да что случилось то? – стала не на шутку переживать. Мало ли что там было. Может проснулся?

– То есть, – наклоняется еще ближе вперед ко мне, а я назад, отмечая небольшое искривление носа, и горбинку, видно ломал и не раз. Боже, о чем я думаю? – Сначала должно что-то случиться, прежде чем я стану действовать?

– В каком смысле действовать? – умеет страху нагнать.

– Тебе лучше не знать. И радуйся, что все в порядке, но впредь знай – мои приказы не нарушаемы, девочка.

– Впредь я буду обходить вас стороной, – бубню под нос, убирая со стола нетронутый обед.

Выхожу первая, а мужчина следует за мной. Сначала я удивилась что он без тех двух лбов здоровых, но позже увидела их на входе в палату к ребенку.

«Кстати возле больницы я видела парочку таких же огромных мужиков. Интересно это тоже его люди?»

Почему-то начинает казаться, что нахождение рядом с ним опасно. И угроза может исходить не только от него самого.

«Даша, ты пересмотрела фильмов. Буду требовать отпуск».

Вхожу в палату, проверяю мирно спящего младенца и скрестив руки на груди с явным недовольством разворачиваюсь к мужчине, который уже успел сесть в кресло.

– Садись, красивая.

– А вы уезжать не собираетесь?

– Подождем, когда проснется Рамиль и я заберу его.

«Свобода – проговорили мне его губы, вместо того, что произнес он на самом деле».

– Еще полчаса он точно спать будет.

– Я не тороплюсь, – отвечает, откинувшись на спинку.

Залезла на кровать и взяла книгу. Меня не особо смущает его присутствие. Точнее именно это, я пыталась ему показать своим видом, зарывшись лицом в энциклопедию для педиатров.

После пары страниц, непонятного мне текста я стала выглядывать и поняла, что мужчина уткнулся в телефон, и зря я тут что-то изобразить пыталась.

– Любуйся красивая, я не против.

– Вы сам с собой?

Он лишь усмехнулся и покачал головой.

Начала его рассматривать еще более тщательно. В жизни не видела настолько огромных мужчин. И эти мышцы, которые так выделялись через тонкую ткань серого свитера впечатляли.

«Ага, сегодня не в костюме».

Такие экземпляры водятся только в журналах и на тв.

А еще, у него была такая красивая борода. Темная, как его волосы, но с проседью. Я никогда не засматривалась на взрослых мужчин, но такой…

Да и вообще, если быть объективной, он красивый. А если убрать этот криминал, который его окружает и опасность, был бы мечтой, а так… Ой, и характер тоже бы скорректировать не помешало.

Ладно. Все равно не то пальто, а главное, что плюс, не наше.

Вновь погружаюсь в книгу и время пролетает незаметно быстро.

Ухаживаю за малышом, пока его горе-отец наблюдает за нами, а после собираю в дорогу все необходимое. Делаю некоторые назначения и советы, записав все на листочке и с сожалением прощаюсь с ребенком.

– Пока сладкий, буду скучать по тебе, – говорю тихо, чтобы меня не услышал никто. Целую пухлые щечки, и он очаровательно смеется, копошась в моих волосах.

На самом деле, два дня эти были интересными, и я уже немного привязалась к нему, как и он ко мне.

Возвращаю малыша в мужские руки, а он, как специально своими лапищами накрывает мои ладони и долго не отпускает их, пока поудобней не перехватывает Рамиля. А еще смотрит прямо в глаза, от чего я теряюсь под этим омутом темного шоколада.

В окно вижу, как ребенка Далер пристегивает в специальное кресло, а после закрыв дверь оборачивается и смотрит на меня.

Не знаю почему, но распознав его намерения пока он еще только делал этот поворот, я хотела отскочить от окна, чтобы не заметил меня, но в итоге, осталась стоять на месте.

Лишь секунда… может больше… но что было в этом мгновении я не поняла.

Он обогнул машину и сел в нее, а после уехал.

Выдохнула и вышла из этого странного состояния. Переоделась, попрощалась с Лидией Викторовной и поехала домой, так как смена сегодня не моя.

Пора мне отдохнуть. Эти несколько суток вогнали меня в какой-то водоворот событий, которые не совсем вписывались в мой четкий план жизни.

Но все наконец закончилось. Так ведь?…

Глава 5

Далер.

События до встречи с героиней

Смотрю на мониторы покерного зала, наблюдая, как толстосумы с радостью оставляют в моем кармане сотни тысяч, машины и квартиры. Как продажные девки липнут к тем, кому сегодня повезло.

Этот мир давно приобрел свой определенный запах, цвет и название.

Мой район отличается от других, но так ли это по факту?

Да, здесь не толкают наркоту. Вообще, для этого есть другие места этого города. Не продают оружие, хоть оно и не запрещено в пользовании, и шлюхи не поддерживают собой стены домов, а работают внутри клубов, но этого мало…

Мало для чего? Я не знаю.

Когда отец был жив, он держал наши районы с братом один и никогда две тьмы не пересекались.

Я как он. Мой брат Ян – нет.

И тьма мне не нужна.

Я жесток. Правила необходимы и за их соблюдение меня уважают. Боятся нарушать.

За преступлением всегда следует наказание.

Наш город давно избавился от войны. Граница района – это не просто черта, это чертов кодекс. Сейчас пять участков возглавляют дети прежних «королей», кроме Демида. Этот старый вояка, еще многим наподдаст. Но его смена готова уже давно.

Смотрю на звонящий мобильный и принимаю вызов.

– Да, Ян.

– Привет, братишка. Ты в «Раю».

– Нет, я в «Майами». Сегодня день казино.

– Понял. Давненько я не играл.

– Жду.

Набираю по внутренней связи Жанну.

– Босс, – поет она тонким мелодичным голосом.

– Сейчас приедет Ян. Попроси накрыть стол в випе, все как обычно и проводи его с кем бы он ни был. А еще, наверное, Кристину сразу позови. Дальше я распоряжения дам отдельно.

Тишина в трубке и вопрос:

– А вам?

– Придешь, когда скажу.

– Хорошо.

Смотрю на монитор, где счастливая и улыбчивая девушка с рыжими кудрями, улыбаясь подзывает официантку и дает поручения.

Жанна моя единственная любовница. Тип моего характера не предопределяет гарем, даже если речь идет о той, которая просто греет меня телом и не больше.

Даже мои персональные шлюхи остаются только моими, пока имеют интерес для меня. Эта, пока что не надоела. Ладная фигура, формы как мне нравится и любит трахаться. Остальное меня не интересует.

Через пять минут мое распоряжение было выполнено. А еще через десять приехал Ян со своими людьми.

– Далер, брат мой, – обнимает меня и садится за стол.

– Привет.

Четыре его парня жмут мне руку и следуют за своим боссом.

Мои ребята садятся рядом.

Негласное правило. Оно не обсуждается.

Подзываю Жанну пальцем.

– Каждому по девушке, сама останься на входе, встречай гостей.

– Как скажете.

После первого раза, когда я уже заполучил ее в свою постель, она не делала из себя обиженную, стоило мне выпроводить ее с подобного сборища. Жанна все поняла и даже улыбнулась. Здесь сидят шлюхи и те, кто не против предложить себя каждому сидящему в комнате, готовые раздеться и встать в позу на этом же столе. Пока женщина со мной, она моя.

– А твоя красотка, так и будет бегать от нас?

– Ян, – зло улыбаюсь ему, – ты пришел расслабиться? Я накрыл для тебя стол. Женщины и дела обсуждаются в другой обстановке.

– Тогда веселимся, – ударил он в ладоши.

Сценарий этого вечера мне известен до минуты, поэтому я просто наблюдаю за происходящим.

Через полчаса, когда все наелись, мы сели за покер.

Вечер набирал обороты, немного виски расслабил меня, а после зазвонил телефон у Гены. Через него мне сообщают о делах на улицах района. Если вопросы по клубам, то звонят Мураду.

– Далер, – наклоняется он ко мне после звонка.

– В чем дело?

– Парни поймали на улице торгаша.

Не договаривает и мне это не нравится.

– Кто-то решил озолотиться в двенадцать ночи продавая семечки?

– Нет, Дал. Порошок.

Сжимаю кулаки до хруста.

Если бы дилер зашел случайно на мою территорию, его бы просто проводили назад. Но когда с информацией приходят уже ко мне, значит он был далеко от черты. Да и не осталось в городе тех, кто осмелился продавать свой товар, в городе давно нет чужаков.

И это второй случай, за последние две недели.

Первому я отрубил одну руку без разбирательств. Даже не спросил чей это гондон. И если мне не предъявили счет, значит знали за что получил.

Что ж, в этот раз я спрошу, а лишится он обеих рук.

– Поехали, – приказываю и встаю с места.

– Оу, брат. Ты куда с таким видом собрался? – захмелевший Ян смотрит непонимающе.

– Дела. Веселись. Спать можешь лечь в одной из комнат. Кристина, проводишь его.

Девка кивает и принимается дальше ластиться к нему.

Тут Ян понимает, что тут не шутка и скидывая женские руки, подходит ближе.

– Дал, в чем дело? Я могу помочь.

– Кто-то на моей территории распространяет кокс. Вот что.

– Черт. Я с тобой. Хочу видеть покойника своими глазами.

– Ян, останься тут. И развлекайся, – давлю на него твердым голосом.

Он оступается, и начинает смеяться.

– Ладно. Но ты звони.

– Пока.

Книга скоро станет доступна для продажи на других ресурсах. Заходите в группу автора и узнавайте там!

Приезжаю на место, где мы решаем «дела». Здороваюсь с парнями и вхожу внутрь.

Блондинистое чмо сидит на стуле и трясется, ожидая меня. Потому что он уже знает в чем виноват и что последует после.

Сажусь на стул напротив и смотрю на него. Смертник сразу же опустил глаза и затрясся еще сильней.

– Ты нарик?

– Н-нет.

– А трясешься почему?

– Х-х-холод-дно.

– Я думал тебе страшно.

– С-страш-шно тоже.

– Понял. Тогда зачем полез в мой район?

– П-п-простите м-меня. Я не виноват в этом. Пришла отбивка, как всегда, что я на этой улице. Всегда приходят точные адреса. Поэтому и пошел. Я не знал, что нельзя. Точнее знал, но если пришло смс, то… Я клянусь никогда бы не пришел сюда, – и не придешь больше, отмечаю мысленно.

– Так ты новичок?

– Нет, но мы же не переспрашиваем.

– Ну и чей же ты? Порошок – это у нас Демид, Сокол и Ян. Чей ты?

Вот тут парнишка сжался вовсе.

Во-первых, он сейчас подставляет своего босса сказав правду, во-вторых, может лишиться товара, а это однозначное пожизненное рабство. Три сотни грамм, не мало.

Вижу, как он сомневается в том, что ему делать, но я просто смотрю. Выжидаю, ломая молчанием.

– Мой босс не Демид. Точнее, мой прямой босс Чалый, а уже он… Но я не виноват, клянусь вам.

– Значит Демид? Я тебя понял. Кто присылает вам адреса?

– Не знаю. Просто с номера смс с адресом и все. Приезжаешь сначала за товаром и после торгуешь.

– Скольким ты продал эту дрянь на моих улицах?

– Я не… Я не уверен. Может быть десять. Или меньше. Не помню.

– Ты понимаешь, что…Твою мать, – срываюсь и встаю, чтобы выйти отсюда, иначе ему будет пиздец.

Гена и Мурад выходят со мной. Встают подальше и ждут.

Быстро прикидываю план и его последствия.

– Мне вот интересно, это такая подстава или это, блядь случайность?

– Нужно выйти на связь с Демидом.

– А дальше пусть сам разбирается со своими шавками, – предлагают они.

– Это будет в случае, если не он решил устроить представление. Телефон проверили?

– Он у Серого.

– А вы что думаете?

– Ошибка, наверное. Может новый распределитель у него. Но ты вполне можешь требовать для него «вышки».

– Меня беспокоит, что это за две недели второй случай. Уверен, то чмо было его человеком.

– Узнаем.

Минут через десять выходит мой компьютерных дел мастер и отдает полный отчет.

– Ошибка?

– Не похоже. У них все как по часам. Всегда точные адреса, в основном одни и те же точки. Номер, который отправляет всю инфу распространителям не меняется уже несколько лет. Ай пи так же. Либо человек всегда на месте, в пределах квартала, либо телефон всегда в одной точке. В этот вечер, рассылка была как обычно. Но, адрес был иной только у того парня, и две недели назад тоже.

– То есть я, не зря тому ублюдку руку отрубил?

– Ага. Его отправили на самую границу, вот он и решил счастье попытать.

– Попытал, – заржал Гена.

– Не слышали, может у них были какие-то там изменения в составе верхушки?

Все дружно покачали головой, а я всерьез задумался о встрече с Демидом.

– Так, отслеживайте все то, что может быть странным. Новых людей на районе, новые движения, покупки, счета. Я не знаю. Что-то грядет. Это все нихрена не совпадение. С Демидом я договорюсь о встрече сам.

– Дал, а с Инной и Рамилем что делать?

– Пока никто не знает о том, что у меня есть сын, им обоим ничего не грозит. Охрану усилить. С Инной сам поговорю. До завтра.

– А с этим что? – спрашивает меня Гена, готовый размять руки.

– Как обычно. Мне насрать знал он или нет. Они все идут туда заранее оповещенные о последствиях. А на моей территории наркота запрещена. Мурад за мной, а ты развлекайся.

Уезжаю уже к трем ночи. Снова бесполезный вечер.

– Куда? – спрашивает друг, выруливая на центральную улицу.

– Домой. Спать хочу, – тру руками лицо и откинувшись на спинку заднего сиденья закрываю глаза.

Пока доедем успею немного подумать.

Глава 6

Мой дом – это огромная охраняемая территория, на окраине города. На ней стоят несколько домов.

Мой центральный и самый большой. В нем три этажа, для меня, Гены, Мурада и моего юриста Орхана.

Два по краям чуть меньше, там живут мои люди.

Плюс на участке тренажерный зал, бассейн и сауна.

Приехал домой. И сразу же упал на кровать. Завтра снова куча дел. И главная из них мой сын и его безопасность.

Подъехал к девятиэтажке к десяти. Поднялся на самый верх и открыл дверь своим ключом.

Девчонка уже стояла и ждала меня с мелким на руках.

– Привет, – испуганно смотрит на меня. – Ты неожиданно тут появился, значит что-то случилось. Я права?

– Привет, Инна. Как вы? – игнорирую вопросы, на которые в лоб не ответишь.

– Все хорошо, Далер. Надеюсь, что так и будет дальше.

– Сделай мне чай, я не успел позавтракать.

– Я не прислуга, – говорит и тут же заикается на последнем звуке, стоит мне поднять свои глаза на нее.

– Сына дай и пошла делать, что сказал.

Беру на руки малыша, который так внезапно ворвался в мою жизнь, делая меня слишком уязвимым в этом гребаном мире.

Семья – это ноша, которую я ни за что не стал бы на себя вешать. Но чертова случайность и вот у меня на руках полугодовалый пацан.

Инна, искала моего внимания, ошибочно полагая, что ее девственность как-то задержит в моей постели.

Глупость девчонки сыграла злую шутку. Она не изменилась и пытается мне дерзить, но каждый раз вовремя затыкается.

– Я приготовила яичницу, сходи поешь.

– Спасибо.

Встаю и направляюсь на кухню, отдав ей ребенка.

– Что на этот раз, Дал? – летит в спину вопрос.

– Как всегда, Инна, – не останавливаюсь отвечая.

– Какие указания? Безвылазно сидеть тут? – язвит, сучка. – Я с ума скоро сойду.

– Просто будь тут и все. Или желаешь пытать удачу и пойдешь ловить пулю в свою головку? – резко разворачиваюсь, и она почти впечатывается носом в мою грудь, благо мелкого не держала на руках.

– Так серьезно все? И они узнали о Рамиле?

– Нет, но я не рискую. Никогда.

– Знаю, – вздыхает и уходит назад в комнату.

Быстро доедаю и выхожу к ним.

– Сыну нужно что-нибудь?

– Нам в больницу скоро. Лидия Викторовна говорила в шесть месяцев.

– Я решу этот вопрос. Больше ничего?

Опускает глаза, значит не все сказала.

– Говори, Инна, – добавляю в голос сталь.

– Может наймешь няню? Пойми Далер, я устаю тут одна быть с ним.

– Последствия – это самое тяжелое, что мы пожинаем, принимая решения, – ступаю на нее, буквально вжимаю в стену своей мощью. – Таблетки, которые ты не приняла вовремя, разводя в своей голове розовые сопли, надо было засунуть в свой воспаленный двадцатилетний мозг.

– Но… но ты же сам приказал рожать.

– Иногда мне кажется, что тебе нет даже пятнадцати.

Разворачиваюсь и ухожу, коря себя за то, что вообще полез в ее трусы. Думал, что она, как и те, кто хочет провести вечер, но эта оказалась проворной чертовкой. С тех пор, возраст – это первое на что я смотрю, выбирая девушку на ночь. Ну и защита, конечно.

Спускаюсь вниз и тут же звонит телефон.

Не смотря на экран поднимаю трубку.

– Алло, – направляюсь к машине.

– Далер? Мне сказали, ты желаешь пообщаться?

– Желаю я свою секретаршу, а с тобой я намерен поговорить. Здравствуй, Демид.

– Не вопрос. Только я сейчас не в стране.

– Тогда, как прилетишь, дай знать. Ты уже и сам в курсе того, что произошло. И это нихрена не ошибка.

– Я уже разбираюсь во всем. Ребята получили справедливое наказание.

– Их туда намеренно отправили. Половина моей территории окружена водой, единственное соприкосновение с тобой и прямо удача. Двойная, если быть точнее за две недели. Бинго, Демид, – начинаю злиться.

– Я тебя понял и все улажу. До связи.

Отключаюсь и убираю телефон в карман.

Мурад молча сидит за рулем, ожидая моих указаний.

– Поехали в «Майами» посмотрю, что там вчера устроил мой братец, а дальше в офис.

Подъезжаю к зданию клуба и вижу несколько машин брата и его людей.

«Значит еще спит».

Вхожу внутрь, девочки наводят порядки и томно здороваются.

Охрана брата на посту, пьет кофе.

Иду в комнаты «отдыха», и не ошибаясь попадаю куда нужно.

Кристина, изрядно помятая после Яна, тут же просыпается и прихватив халат уходит в ванную. Этот и не думает вставать.

– Эй, звезда танцпола, – трогаю его за плечо, – вставай давай.

Дурак резко переворачивается на спину и тычет мне стволом в голову.

– Пушку убери.

Отпускает мой пиджак и выдыхает.

– Не делай так больше, Дал, я чуть не выстрелил в тебя.

– Хорошая реакция. А твоих пуль я не боюсь. Как вечер? – оглядываюсь по сторонам, заметив кучу аксессуаров, использованных им и девкой. – Надеюсь ты ей не навредил.

– Она привыкла. Не беспокойся. Поверь, такие просят еще и еще.

– Я серьезно, Ян. В моем клубе ты не будешь устраивать свои извращения.

Я никогда не был поклонником подобного, но и плевал на то, что нравится кому-то. Одно условие, не на моей территории. Насилие над женщиной, в подобном ее проявлении я не приветствую.

– Да понял я тебя. Расскажи че там вчера у тебя случилось?

– Трусы сначала надень и выходи. Буду ждать в кабинете.

– Лады, – смотрит в сторону ванной, услышав шум воды. – Минут через тридцать. Ты же не спешишь?

Усмехаюсь и выхожу.

Заказываю у Риты, сменщицы Жанны завтрак для брата и закрываюсь в кабинете.

Разбираю бумаги, счета, просматриваю выручку за последнюю неделю, которая значительно выросла и звоню в клинику, договориться с Лидой о приеме для сына.

Ян пришел гораздо позже, а я как раз успел сделать половину дел.

– Ну так что, – проговорил с набитым ртом, – че там за терки?

– Люди Демида уже второй раз за две недели приходят на мою территорию и толкают дурь.

– Нихрена себе. Он вообще попутал, хрен старый. Ты с ним говорил? – тут же принимает боевую стойку.

– Да. Сказал разберется.

– Мудак. Один раз, я бы понял, второй это уже серьезно.

– Знаю.

– А эти смертники. С ними что?

– Первый без руки, второй не знаю еще. Я его с Геной оставил и еще парой ребят.

– Твой зеленый друг – зверь, – начинает смеяться, доедая свой завтрак. – Не думал откуда ноги растут?

– Пока не понимаю к чему это все. Может это Рустам?

– Этот Демидовский молокосос боится отойти от старческой юбки и обсерается при виде своей тени. А тебя он боится больше всего.

– Меня? – даже не знаю, удивлен ли я.

– Ага. Говорят, он просил отца перестать заниматься наркотой, чтобы с тобой не пересечься случайно, знает, что ты ненавидишь и что делаешь с теми, кто распространяет. Так что это не он.

– Тогда буду ждать ответ Демида. Он сейчас не в стране.

– Решил хорошенько поиметь свою молодую шлюшку на горячем песке?

– Мне плевать, где он, Ян. Ты тоже будь на чеку. Нужно рассматривать разные варианты. Если это кто-то, кто решил объединить районы и взять нас за яйца, то и ты попадешь под раздачу. Войну прекратили наши отцы, те кто сейчас держит территории сорвутся с цепи сразу же как сдохнет Демид, так что смотри в оба. Но мне и Гоше будет хуже всех. Мы против дури, в отличие от вас. Остальным это не на руку.

– Да брось. Сейчас бизнес налажен у каждого в городе. Даже менты получают свой кусок прибыли.

– Всегда найдется тот, кто решит показать свои зубы. Даже если не свистят пули, это не говорит о том, что война закончена.

– А может Дем решил отомстить?

– За что?

– Ну ты же отказался от его дочери. А значит и его планы по объединению семей рухнули. Он явно надеялся укрепиться за твой счет. Потому что надеяться на ссыкуна сыночка нет смысла, он потеряет весь бизнес стоит ему откинуться.

– Не думаю, что он реально рассчитывал, что я возьму в жены его шлюху-дочь. На Мие пробу негде ставить.

– Ну он же не в курсе, что ты мечтаешь о девственнице.

– Лучше молчи, Ян. Я не в настроении.

– Я уже заметил. В чем дело?

– Нужно что-то думать с Инной, – выдыхаю, разминая шею.

– А что с ней думать? Она, итак, в шоколаде живет.

– Я пекусь не о ней. Точнее не только о ней. Я о сыне.

– А я тебе говорил, что эта тупая малолетка дерьмовая мать будет. Она хотела тебя, и лоханулась.

– Нужно найти няньку. Долго она не протянет.

– Тебе помочь?

– Нет. Дам распоряжение своим. Ты лучше за районом своим следи.

– Вечно ты обо мне печешься, – начинает злиться он.

– Ты мой брат, Ян. Ты – моя семья.

– Лучше говори, как есть. Я младший и ты несешь ответственность за меня.

– Для этого уже слегка поздновато будет, тебе тридцать пять.

– Вот именно. Я сам разберусь со своими делами.

– Просто знай, что можешь на меня рассчитывать.

– Знаю, брат. Знаю, – встает с места и пожимает руку. – Поеду домой. А то потеряли, наверное, меня, бандиты.

– Давай, пока.

Встаю за ним и провожаю до дверей клуба.

Он уезжает, а я остаюсь наедине со своими мыслями и первая среди них Рамиль. Стоит подумать о том, чтобы отправить его за границу.

– Алло? Алло, Далер? – слышу взволнованный голос Инны в трубке.

Смотрю на часы половина девятого вечера.

– Что случилось?

На заднем фоне слышу плач сына.

– Я так больше не могу. Он постоянно плачет. Не спит толком. Я устала, – верещит в трубку, а я уже одеваюсь.

Самое главное незаметно отвезти их в больницу и выяснить в чем дело.

Выхожу из кабинета. Нахожу Мурада и Гену.

– Поехали, – говорю одно слово, и они тут же срываются за мной.

Садимся в машину, говорю им адрес, и мы мчим туда.

Вхожу в квартиру, услышав уже за дверью крик сына.

– Инна? – зову ее, но она не отзывается.

Нахожу Рамиля в кроватке. Беру на руки и даю соску.

Он замолкает и тихо всхлипывает, трогая меня за бороду.

– Привет, малыш, – улыбаюсь ему, стирая маленькие слезы.

Выхожу из спальни, прохожусь по квартире. Ее нет.

«Вот сука».

Одеваю на мелкого комбинезон, потому что на улице прохладно и выхожу, захлопнув дверь. Парни стоят с выпученными глазами.

– Найти тварь.

Спускаюсь вниз, и быстро сажусь в машину.

Стоило нам проехать пару улиц, как он вновь начинает плакать.

Это сводит с ума. Незнание что делать дальше. Непонимание – именно сейчас куда мне ехать?

Я не был готов к такой подставе. Обнародование ребенка – это самоубийство чистой воды. И вот так кататься с ним по улицам…

Черти быстро разнюхают, и я должен идти на опережение. В свете последних событий с Демидом, мне тем более нужно быть аккуратней.

Ставить под удар своего ребенка я не буду. Мне срочно нужен план.

– Дал, может у него болит чего? – предполагает Мурад.

– Точно, в клинику, – командую Гене, который сегодня за рулем.

Оставлю его у Лиды в больнице, там то уж точно все пройдет без заминки, а пока буду обустраивать дом. Это моя крепость, там он будет в безопасности. Хотя бы какое-то время

– Мурад, найди няньку. Мне нужна толковая. Я должен быть готов доверить ей своего ребенка.

– Понял босс.

Все пошло не по плану сразу.

Сначала эта малолетка восемнадцатилетняя встала на пути.

Чертовка еще смела мне дерзить, нагло смотреть в глаза, открывать чертов рот в мою сторону.

Мне хотелось тут же заткнуть его, вот только способы возникали в мозгу совсем не помогающие в этой ситуации. Слишком красивая оказалась девчонка.

Пришлось ее просто немного припугнуть, чтобы стала более покладистой и знала, что шутки закончились.

Вроде поняла.

Пару дней ушло на то, чтобы сделать комнату.

Потом заявился брат.

– Дал, какого хрена ты трубку не берешь?

– Закрой рот, Ян. И не смей так со мной говорить, – да, я на взводе сейчас, потому что ко мне приходят бабы, которых я и на километр не подпущу к Рамилю. Где эти умники их только находят?

Нервничаю, из-за молчания Демида, после разговора с которым прошла уже неделя. Хотя это затишье мне как раз на руку, успею привезти сына в дом.

– Да в чем дело?

В голове хрен пойми, что творится, и я не могу собрать в кучу свои мозги.

– Инна пропала, несколько дней назад. Оставила Рамиля одного и съебалась.

– И где он сейчас?

– В клинике. Под охраной. А я тут чуть ли не кастинг веду, чтобы найти сиделку сыну.

– У тебя баб куча, а ты ищешь кого-то? – усмехается он.

– Хочешь, чтобы я оставил сына с какой-то шлюхой? С ума сошел?

– Инна и сама шлюха. Она уже несколько дней тусит в моем районе по клубам.

– Вот сука. Ты уверен, что это она?

– Естественно Я еще удивился что увидел ее.

– Блядь, – закрываю глаза поднимая голову к потолку.

– Хочешь привезу ее к тебе сам?

– Не надо. Пусть мои заберут. Скажешь, как увидишь ее снова.

– Не вопрос. Я че звонил. Ты на острова полетишь? У тебя же днюха скоро. Рыжулю свою покатаешь на катере с ветерком, да и сам развеешься.

Иногда не понимаю, пользуется ли он мозгами вообще. Потому и злится вечно, что я опекаю его, иначе просто никак.

– Нет, Ян. Накрою вам стол в клубе. Сейчас точно не время. Хочешь на солнце – тоже устрою.

– Прошла куча лет, как я впервые услышал «Сейчас не время». Брат, когда-нибудь тебе придется начать жить за себя, а не за других.

Встал и ушел, а я остался в кресле, размышляя над его словами.

Глава 7

Когда умерла мама я повзрослел слишком быстро. Хотя мне на тот момент уже было около двадцати пяти. Быть женой того, кого хотят убить каждый день не та жизнь, о которой мечтает женщина, желающая нормальную семью. Но если случается такое, то это навсегда. Найти достойную, ту что не предаст, не сбежит к врагу, не отвернется… из разряда фантастики. Я их не виню, но отцу повезло.

Мама была с ним от начала и до конца… своего конца.

В тот вечер у них была годовщина. От ее белого платья не осталось и следа.

Она никогда не любила, когда ей открывают двери машины. Я так и не понял почему… не спросил…

Они подъехали к ресторану, все, как всегда. Мама вновь не послушала его и вылезла из машины первая.

Люди были подготовлены, и крыса получил сполна, принимая смерть от рук отца. Но ее было уже не вернуть. Каждая пуля попала в цель, а их было много, из проезжающего мимо авто.

Отец кажется так и не оправился до конца.

Семья в нашем мире табу. Я пытался избежать, но не смог. Теперь я потерял сон и покой.

Поэтому в моей постели только одноразовые девки. К тому же поверить в то, что остались женщины способные быть верными во всем… да нет такого сравнения, кроме как – чудо.

Тогда я и стал другим. В тот день. Скоро мне сорок один, но чертов план рухнул, на моих руках ребенок, брат – это и есть моя семья. Мои люди мой надежный тыл.

Этот мир не отпускает тебя, только если ты всадишь сам себе пулю в голову – будешь свободен. Я сражаюсь. Теперь просто обязан. Вешать на себя еще женщину, будет слишком.

Вот только сразу перед глазами та девчонка.

Хочется смеяться вспоминая ее, готовую вцепиться в мое лицо своими тонкими пальчиками. Боевая.

– Далер, Демид скоро будет в городе, – входит после стука в дверь Мурад.

– Отличная новость.

– Ни одна не подошла? – с довольной харей спрашивает.

– Ты издеваешься? – тут же срываюсь на него. – Последнюю видел? Она готова сожрать Рамиля.

– Так тебе модель нужна?

– Да срать мне, как она будет выглядеть, но эта похожа на того, кто жрет младенцев.

– А, по-моему, тут только одна подойдет идеально, – вклинивается Гена в разговор из-за спины товарища.

– Вот и я так подумал, – оба ржут.

– Не понял.

– Давай мы ее привезем? Медсестричку.

– Может и нам пару уколов поставит.

И тут меня осеняет.

Красивая как нельзя кстати появилась на горизонте. Бойкая, умелая и с мозгами. Вся информация давно собрана на нее – чиста. Причем по всем фронтам. Не думал, что настолько чистенькие еще бывают. Поэтому портить ее не стану. Такую и нужно приставить к Рамилю. Просто джек-пот.

– Еще одна подобная шутка, язык вырву. Чтобы держал свои штаны на поясе и застегнутыми, – говорю на полном серьезе, добавляя жесткости в голос. – Тронете пальцем, сломаю руку. Передайте это и другим. Сейчас поедем за Рамилем, вечером привезете ее.

– Нам как, поговорить с ней сначала? – спрашивает Гена.

– Да не пойдет она добровольно. Упакуете ее, только, чтобы тихо. И аккуратно. У нее одна мать. Ей организовать санаторий или курорт не знаю.

– Какая удобная цыпа, – снова ржут.

– Услышали? – качают головой. – Соберитесь и поехали за мелким.

Вхожу в клинику и сразу же направляюсь к палате сына. Открываю своим ключом и никого. Рамиль спит. Вот же…

Узнаю, что, сейчас перерыв обеденный и иду в указанную дверь девкой с регистратуры.

Влетаю в нее в своей манере и вижу застывшую от шока девушку с ложкой у рта.

Вскакивает и тут же начинает на меня напирать, вот только тут же теряет все боевое настроение, как только я подхожу к ней.

Не знаю почему, но ее страх, с которым она постоянно борется вызывает некое удовольствие. Мне нравятся бесстрашные люди, или же те, кто боится до ужаса, но мало кто об этом знает, потому что они этого не показывают.

Рассматриваю малышку, и правда красивая.

Пухлые губки, большие серые глаза. Волосы убраны назад, но я помню их мокрые на ее плечах. Куколка. Маленькая, ладная фигурка, причем не тощая. И этот ее халат, на хрупком тельце… Черт!

«Похоже нашел я не спасение для сына, а для себя, то еще испытание! Сегодня поеду к Жанне».

Сказал, что сегодня заберу малого, как она тут же повеселела.

«Рано, красивая. Слишком рано ты обрадовалась!»

Чувствую, как смотрит на меня, от чего хочется смеяться. Но вот что удивительно, ее естественность и не желание обратить на себя внимание, кажется, наоборот, играют против нее.

Наблюдаю, как она аккуратно переодевает Рамиля, играет с ним, улыбается, смеется, а он отзывается на нее.

«Не играет. Такая и есть. Без фальши», – последние мысли перед тем, как я сел в машину и уехал.

«До вечера, красивая!»

Вот только девчонка, так и не вышла из своего дома и этот вечер был просто адом.

Даша

Перед отъездом заглянула к Лидии Викторовне.

– Уехал? – спрашивает напряженно.

– Ага. Вернуться не обещал.

– Шутница, – выдыхает успокоившись. – Проси, что хочешь. Ты меня очень выручила, Даш.

– Ой, ладно вам. Но отгул бы попросила в следующие выходные у мамы день рождения, а у меня смены ночные стоят.

– Ничего у тебя там не стоит. Можешь смело посвятить время маме.

– Спасибо.

– Это тебе спасибо, Дашуль. Ну давай, езжай.

– Ага. До свидания.

Дома скорее вылезаю из больничной одежды, закидываю стрику отвечая параллельно на вопросы мамы, возмущенной тем, что я на работу еду уже на следующий день и поцеловав прошу ее уйти ненадолго из ванной комнаты.

«Сегодня мне нужен полный релакс. Не хочу ничего».

Залезаю в ванную, полную горячей воды и приятно пахнущей пеной, откидываюсь на удобный бортик и закрываю глаза.

Эти дни вымотали меня именно морально, нежели физически.

Упорно отгоняю мысли о том хаме, но он назойливо протискивает свой искривленный нос в мою голову.

Ну и здоровенный он мужик, конечно. Раскачанный настолько, что я по сравнению с ним дюймовочка.

– Черт возьми, – выражаюсь и погружаюсь с головой в воду.

Вновь пытаюсь расслабиться и начинает звонить мобильный.

– Надо было оставить его в комнате.

Поднимаю трубку, хоть и звонят с неизвестного номера.

– Алло, – получается полусонно и устало, да и голос куда-то пропал.

– Красивая? Ты чем там занимаешься? – как бы я хотела спутать его хоть с кем-нибудь.

Подскакиваю, выплескивая воду на пол и кричу в трубку:

– Откуда у вас мой номер? Я в полицию буду звонить за преследование или как там это называется?

– Не пытайся оглушить, тебя Рамиль опередил.

Слышу на заднем фоне плачь малыша.

– Поможешь?

– Вы вообще охамели? – моему возмущению не предела.

– Еще хоть слово, и за помощью, я приеду сам. Вынесу из квартиры, чем бы ты там не занималась и привезу в дом. Поняла?

Секунда промедления, и только из-за маленького я еще не положила трубку. Смотрю на время, почти десять, значит скоро спать. Выдыхаю со злостью, но как я могу отказать… ребенку?

– Давно он спал?

– Ну пару часов как проснулся. Сначала нормально все было, потом вот.

– Кормили?

– Не хочет.

– Памперс?

– Надеть его назад я не смог, поэтому он в штанах. Днем мне домработница помогала, сейчас я сам и ребята.

«О боже, бедный ребенок», – но мысли свои я так и не озвучила.

– Понятно. Гель для зубов приготовьте, я положила его в сумку и помойте руки, ватную палочку я вам брать не советую, так как я не доверяю вам этот процесс.

– Не понял.

– Не стоит и начинать понимать, – бурчу тихо. – Просто помойте руки. Малышу дайте его погремушку желтую, она с резиновым окончанием, он ее грызет постоянно, чтобы не плакал.

Слышу, как мужчина трещит игрушкой и маленький всхлипывая берется за нее, потому что тут же успокаивается.

– Красивая, – вновь слышу его голос, который отдаляется от ребенка, – так чем ты там занималась?

– Не наглейте, иначе трубку положу.

Слышу, как он хмыкает, и я уверена улыбается.

Ничего не отвечает. Звук воды. Молчание и он вновь возвращается в комнату.

– Сделайте смесь, возьмите на руки его и немного укачивая покормите полулежа. Бутылочку полную до черты делайте, он выпьет почти все. А после, так как он вряд ли уснет, возьмите немного геля на указательный палец, буквально горошину и намажьте ею десна малыша сверху и снизу.

– Пальцем?

– Я же сказала, ватная палочка в ваших руках еще страшнее.

– Не отключайся.

«Будто я сама не знаю, что нужно быть на чеку».

– Не приказывайте мне. Я сейчас делаю вам одолжение, между прочим, причем под давлением. Снова.

– Я смотрю молчать ты не любишь? Или не понимаешь, когда наступает момент, когда это лучше сделать?

– А вы всегда разговариваете угрозами?

– Стиль жизни такой, иначе никак.

«Ну кто бы сомневался».

– Ладно, я слышу, что он уже успокоился. Если уснет, все равно намажьте, иначе будет плохо спать.

– Я еще…

Не даю ему договорить, озвучивая самое главное:

– И не смейте мне звонить. У вас целая клиника людей и врач педиатр высшей категории Лидия Викторовна. И номер я завтра сменю. Я не шучу.

– Первый и последний раз я спускаю тебе такой тон. В другой раз буду наказывать, – немного коробит все это. Учитывая, что он знает не только место моей работы, но не станет же он гоняться за мной бросив свои бандитские дела?

– Вот как будет этот другой раз, тогда и поговорим. А еще вам мой совет, найдите для ребенка сиделку, это не шутки вам и не игрушка.

– Считай, что уже нашел, – сказал он, растягивая слова и отключился со словами: «Пока, красивая!».

Глава 8

Рабочий день пролетел незаметно.

Каждый раз, когда двери клиники открывались я боялась увидеть Халилова. Но он не появлялся, и я к пяти уже успокоилась, а после вовсе расслабилась.

«Слишком много ты о себе возомнила, Даша».

Возвращаюсь домой после работы уже в темноте.

Как всегда, перегоревший фонарь и чувство тревоги, которое не покидает меня уже несколько дней. Словно внутри меня, какой-то механизм срабатывает каждый раз, когда я остаюсь в мраке этих улиц.

Поворачиваю за угол и стремительно направляюсь к двери своего подъезда. Двадцать метров и все. Я дома.

Но меня внезапно хватают под руки двое людей и закрыв рот, тащат куда-то.

Попытка закричать или отбиться от них полностью провалена. Изнутри паника захлестывает так, что к горлу подступает тошнота.

Выходим на свет, и я начинаю вырываться еще более яростно, понимая кто это за мной пришел.

Кусаю за палец мужчину, и он убирает свою «лапу» с моего рта.

– Вот сука…

– Да отпустите вы меня, – кричу, вырываясь из цепких рук, но силы объективно неравны.

Меня быстро садят в черный внедорожник, зажимая с обеих сторон и мы с пробуксовкой срываемся с места.

Моя жизнь медленно превращается в какой-то триллер и всему виной лишь один человек.

Молчу всю дорогу, потому что понимаю, мне не ответят на вопрос «Куда мы?» и не отпустят, пока не выполнят его приказ.

Через минут сорок, приезжаем к огромному особняку и меня все так же под руки, практически несут к двери, но внутрь мужланы не заходят со мной, хотя путь отрезают сразу.

Разворачиваюсь и не успеваю даже оглядеться, как замечаю в кресле его.

Халилов Далер.

Снова.

– Вы не имеете права так со мной поступать.

Он молчит, вертя в руке граненый бокал.

– Ты уверена?

Играет. Пронзает черным взглядом. Расслабленный и наглый со смешинкой.

– Чего вам нужно? – спокойно выдыхаю.

– Вот это другой разговор, – улыбается он. – Выпьешь, – указывает на бар.

Не двигаюсь с места. Смотрю на него в упор.

– У меня к тебе предложение, Даша, – само спокойствие, а меня трясет от страха перед этим мужчиной.

– Я могу сразу вам ответить «нет», не зависимо от того, что вы скажете, – пытаюсь говорить уверенно, но выходит плохо.

– Тогда, это мой приказ. Ты станешь няней моему сыну, – абсурдность ситуации вызывает истеричный смешок.

– Очень смешно. А почему не матерью сразу?

– Если понадобится, станешь и ею, не сомневайся, – кивает головой.

– Хватит, – повышаю голос, хотя вся трясусь. – Хватит вести себя, как хозяин. Я вас не боюсь, и вы не можете вот так вырвать меня из жизни, по какой-то там своей прихоти. Мне плевать кто вы и что вам нужно.

– Даша, я очень не люблю напоминать людям о том, что бывает, когда появляется в диалоге слово «если». И не позволяю другим говорить со мной в таком тоне.

– Я с вами вообще не желаю говорить. Просто прикажите своим дуболомам отвезти меня домой и все.

– Похоже ты не понимаешь по-хорошему? – встает с кресла и начинает медленно идти в мою сторону.

– Это, по-вашему, по-хорошему? Это похищение вы в курсе?

– Знаешь, что забавно? Ты трясешься, как маленький зайчишка, но продолжаешь мне дерзить. Это ли не глупость? Неужели, тот факт, что мои люди пришли за тобой зная адрес, тебя еще не отрезвил?

Явная угроза в сторону мамы. Мерзавец. Стискиваю челюсти, которые дрожат, но продолжаю упрямо смотреть в его глаза.

– Вижу, что до тебя дошло наконец. Останешься тут. Твоя спальня на втором этаже крайняя справа, рядом с комнатой сына. Все что необходимо тебе предоставят. Сроки мы не обговариваем.

– То есть как? У меня мама с ума сойдет, если я не появлюсь дома.

– Чуть позже ты ей позвонишь и скажешь, что она едет отдыхать в санаторий. И чтобы ни звука, – поднимает палец к своим губам, и я даже дышать начинаю тихо. – Все поняла?

Качаю головой отвечая беззвучно «да». Он подготовился.

– Умница, красивая. Ступай.

Стою на месте, потому что просто не знаю в какую сторону меня должно вести его «Ступай». Далер видит это и указывает пальцем куда-то влево.

– Там за углом лестница. Тебе на второй, направо.

– Я помню, – раздраженно выдаю и делаю шаг вглубь дома под его пристальным взглядом.

С каждым пройденным метром меня захватывала все большая паника. Пока я стояла на пороге дома, мне не казалось все настолько серьезным. Сейчас же я понимаю, что мне отсюда в жизни не выбраться. Огромный забор, еще несколько домов, которые я успела заметить, кругом люди, которые больше похожи на Шварценеггеров из фильма «Терминатор». И веет опасностью так, что ее ни с чем иным не перепутаешь.

Я чувствую прожигающий взгляд Халилова даже спиной, потому что уже прошла его и почти свернула за угол.

– И да, красивая, – останавливаюсь, но не поворачиваюсь. – Спасибо.

– Да пошел ты, – шепчу под нос, потому что не самоубийца и наконец скрываюсь от его глаз.

Быстро поднимаюсь по лестнице, не смотрю по сторонам вообще. Мне не до любования интерьером. Тихо вхожу в комнату ребенка и закрываю дверь, прислонившись к ней спиной.

«Черт, как так надо было вляпаться? Как Даша?»

Открываю глаза и отмечаю, что комната Рамиля просто шикарная в свете ночника.

Обустроена как надо. Все явно дорогое, красивое, не яркое, идеальное для мальчика.

Подхожу к кроватке и улыбаюсь, смотря на спящего крепыша. Надо признать, я по нему соскучилась.

Будто почувствовав присутствие, он начинает ворочаться и хныкать, а после открывает глазки и смотрит на меня. Вот только этот его взгляд, он будто смотрел в душу мою, посылая лучики света, надежно завоевывая позиции моего сердца.

Потянул ручки ко мне, и я подняла его, прижав к себе в крепких объятиях.

– Привет, мой сладкий, – целую пухлую щечку. – Я тоже соскучилась по тебе.

Укладываю его так, чтобы он лежал на сгибе локтя и не проснулся окончательно, качаю, разговаривая шепотом.

– Ну как ты, малыш? – он улыбается медленно моргая. – У тебя классная комната. Ты везунчик, – отвечаю ответной улыбкой.

Целую его в лобик, чтобы заодно проверить температуру и убедившись, что ее нет, просто прохаживаюсь по спальне.

Замечаю в углу кресло-качалку и улыбаюсь.

– А строит из себя скалу, да? – хмыкнула и развернулась, чтобы идти в обратную сторону, но заметила, что дверь комнаты приоткрыта.

«Решил напугать меня еще сильней?»

Рамиль быстро засыпает, схватившись за мою кофту ручкой. Укладываю его и стою в раздумьях.

Конечно, тут оставаться я не намерена. Нужно что-то придумать. И почему-то мне кажется, что если я буду идти в бой напрямую, то ударюсь об стену. Значит надо как-то по мягче.

Вспоминаю про свою сумочку, но она либо выпала из рук, либо в машине осталась, значит средств связи у меня нет.

Выходить из комнаты страшновато, но это нужно сделать хотя бы потому, что позвонить маме я просто обязана.

Медленно выглядываю и осматриваю коридор. Убедившись, что никого нет, я проскальзываю в соседнюю дверь, как говорил Далер.

Нащупываю выключатель и комнату заливает ярким светом. Кстати, красивая комната. Все в современном стиле, большая кровать с мягким изголовьем. Огромные окна, высокие потолки, темные стены и белая мебель. Все черно-белое. Лишь покрывало на кровати красное и подушки на маленьком диванчике.

В голове хаос и непонимание ситуации. Все правда, не сон, не иллюзия.

Я в доме мафиозника и бандита. Смахивает на бред, конечно, и мне срочно требуется прийти в себя и продумать до мелочей, как уйти отсюда целой и невредимой.

Делаю несколько шагов к окну и обняв себя за плечи смотрю в него. Оно выходит на задний двор, который освещен кучей фонарей. Замечаю накрытый брезентом бассейн, какие-то постройки и всякие приспособления для приготовления еды на улице, а еще что-то типа кухни с барной стойкой.

Думаю, иметь такой дом и возможности для подобной жизни – это очень здорово, вот только всегда ли высока плата за подобное счастье? И есть ли в этом всем оно… – счастье?

Задумавшись, упускаю момент, когда за моей спиной вырастает этот ненормальный мужчина и пугает меня до громкого крика.

– Нравится, красивая?

Задает вопрос нарушая тишину, я в панике разворачиваюсь, делая шаг назад и падаю, запутавшись в своих же ногах на это чертово окно, ударяясь головой.

Далер ловит меня немного поздновато, но хотя бы на пол не валюсь.

Прижимает к себе одной рукой, а второй поднимает лицо вверх, со смешком рассматривая потерянную меня.

– Ты чего такая пугливая?

Вот же идиот.

Отталкиваю его от себя, выпутываясь от крепкого захвата.

– Вы совсем ненормальный? Так пугать, – закричала на него.

Но видно мне придется научиться сдерживаться, потому что он быстро преодолел отвоеванное расстояние и схватил меня за лицо, сжимая пальцами нижнюю челюсть, огромной лапой, вдавливая пальцы в щеки.

– Ш-ш-ш, красивая, – проговорил он совсем близко. – И будь аккуратна с выражениями. Я никогда не предупреждаю дважды и могу разозлиться.

– Будете мне постоянно угрожать теперь? – сотрясаясь от страха спросила, не опуская глаз.

– Ты не слышишь меня, Даша, а надо бы начинать. Я же сказал, что не повторяю. Во второй раз я стану действовать.

– Только прикоснитесь ко мне еще раз… Хотите, чтобы я слышала вас, тогда имейте уважение и ко мне ответное. Я вам не тряпка и не девка уличная, чтобы позволять себе всякое. Я буду ухаживать за вашим сыном в конце концов и требую к тому же полной безопасности. Тут больше дюжины головорезов, а я одна.

Он вновь заглянул в мои глаза, потому что пока я несла свою речь смотрел лишь на мои губы.

Отпустил меня и сел на диванчик. Контраст мужчины на этом хрупком мягком изделии был слишком сильным, он так выделялся и пугал еще больше.

– Сюда вхожи трое помимо меня: Мурад и Гена, их ты видела, еще Орхан. Он юрист и живет на третьем этаже, ребята на первом. Твою безопасность я гарантирую, любой кто ослушается будет наказан, в этом не сомневайся даже.

Слово «наказан» почему-то несколько раз прозвучало эхом в моей голове, и я поверила ему, куда мне деваться?

Глава 9

Не двигаюсь, пригвожденная его взглядом.

– Задавай любые вопросы. У меня есть немного времени, потом я уеду.

Те самые вопросы разбежались в моей голове, словно тараканы и я пыталась уловить всех одновременно.

– Сядь, а? На статую похожа. И не бойся, я не зверь и не ем девственниц на ужин.

Его слова меня вогнали в еще больший ступор. Вот как реагировать?

Это шутка? Намек? Уточнение факта, что он знает обо мне все? Что это?

Выпрямила спину и села в кресло напротив него.

– Как долго я тут буду и все-таки озвучьте мне мои обязанности.

– А мне начинать речь с попытки образумить тебя и объяснить, чем чреват твой побег?

– Мой… Что? Я не собиралась… – начала заикаться и поняла, что проиграла этот бой.

– Все пытаются.

– Так часто похищаете людей?

– Ты первая, – улыбнулся.

– Слабо верится. Я жду ответ на свой вопрос.

– Даша, – произносит мое имя так, будто каждый раз он откусывает пирог, не знаю, что это значит, но голос его меняется в миг, – сроки зависят от одного обстоятельства – как только я найду мать Рамиля, ты будешь свободна.

Вот так просто значит?

– То есть, я сейчас вырвана из своей жизни, потому что ваша жена взбрыкнула и решила погулять или просто побыть вне этой тюрьмы? На Багамах не искали?

– Она не… – он сжимает руку в кулак, и я слышу хруст пальцев. – Если я сказал так, значит будет так. Просто ухаживай за моим сыном и все. Тут почти всегда пусто в доме. Днем только охрана на улице, можете гулять. Фразы «отвечаешь за него головой» будет достаточно для тебя?

– Мне вот стало интересно, кем вы себя возомнили?

– Девочка, – говорит вдруг ледяным голосом, что мое нутро ежится и сжимается до размера теннисного шарика. Мужчина встает и направляется ко мне могучей скалой, а я все сильней вжимаюсь в кресло, уже не задирая свою голову, как раньше. Он облокачивается обеими руками о боковушки кресла и ровняется со мной взглядом. – Научись молчать. Это полезное умение, поверь.

Ну уж нет.

– А вам, не помешали бы курсы человечности.

Далер внимательно смотрит в мои глаза, я же не позволяю себе прямого контакта зрительного и потому бегаю по его лицу своим взглядом, замечая, что уголки губ, обрамленные густой бородой, слегка дергаются в преддверии улыбки.

– И перестань выкать мне.

– Это уважение к возрасту, – ляпнула и захотелось смеяться от того, как он вдруг округлил глаза, а секундой позже сощурил их еще немного приблизившись ко мне.

– Нарываешься, красивая, – сказал чуть тише и оттолкнувшись руками выпрямился. – Пошли будешь звонить матери, и я познакомлю тебя с теми, к кому можешь обратиться всегда и в любой момент.

– Не хочу я ни с кем знакомиться, – тут же возмущаюсь.

– Значит так, – резко обрывает меня. – Я больше шутить не стану, Даша. Открываешь рот, чтобы сказать по делу и только. Не усложняй себе жизнь, – почему-то мне сразу не по себе стало от его тона.

Вся правда была в его глазах. Меня пугали не слова, а именно они… его глаза: черные, словно демонические, устрашающие настолько, что ты просто без сил на сопротивление поддаешься и выполняешь требуемое.

– Поняла? – спросил грубо, а я лишь качнула головой и молча пошла за ним.

Все-таки придется сдерживать свой язык, и чего я вдруг стала такой разговорчивой? Провоцирует подлец, а получать ответ не нравится.

Мы спустились вниз и прошли куда-то в другое место. Если первая гостиная, которую я видела была покрыта огромной глянцевой плиткой, и в центре комнаты стояли черные диваны с креслами и столиками, напоминая больше кабинет. То сейчас, я была в уютной небольшой комнате с телевизором, толстым ковром, застилающим всю поверхность пола, на который наступив провалилась пальцами в мягкий ворс.

Здесь был диван с широким сидением, разные мелочи типа комода и шкафа с книгами, электрический камин в углу, но выглядел как настоящий.

А еще были двойные двери на задний двор, видимо, прикрытые длинными серыми шторами.

Далер подошел к прозрачным дверцам шкафа с алкоголем, и я услышала звон бокалов, но по-прежнему стояла на месте, как в тот момент, когда меня притащили сюда в этот дом.

– Красивая, – вдруг позвал он меня, а аж дернулась, рассматривая его широкую спину, – чувствуй себя тут свободней. Если надо – хозяйкой, – сказал стоя спиной ко мне.

– Ага, как же, – пробубнила и не успела сделать и шага к дивану, как услышала смех слева.

В комнату с другого входа вошли двое мужчин. Те самые шкафы.

«Только не это», – взмолилась я мысленно.

Не хочу, чтобы они тут были, я, итак, напугана дальше некуда, а эти двое… Да я, на них смотреть даже боюсь.

Мужчины, войдя замолкают, увидев меня и все разом мы обращаем взгляд на хозяина этого балагана, которому, по-моему, вообще не по чем. Он садится в кресло и пьет какую-то гадость со смешинкой рассматривая нас. Или меня, вставшую в позу, готовую драться.

– Даша, это Мурад и Гена. В твой телефон вбиты уже их номера телефонов, как и мой, поэтому звони в любой момент, особенно если что-то понадобиться.

– В мой телефон?

Один громила Гена, что светлее второго, как я понимаю, того самого Мурада, делает шаг ко мне и протягивает телефон. Мой телефон.

– Вообще охамели? Какое право… – начинаю возмущаться, выхватывая гаджет из его лапы и тут же затыкаюсь, когда на меня грозно смотрят три пары глаз.

– Теперь выбери куда отправишь маму, чтобы была складной легенда и набирай ей.

Сказать, что внутри меня образовалась размером с черную дыру злость, которая затягивала все добро прежней Даши, – это равносильно тому, что просто промолчать.

Как же он меня раздражает. Нет, ОНИ раздражают.

Но маму лучше не волновать.

– Она хотела поехать в Геленджик, там какие-то источники, я точно не помню.

– Ты сейчас серьезно? – спрашивает удивленно Мурад. – Мы подготовили самолет за границу. Мальдивы, Куба, Италия, Греция.

– Ну вот сам туда и лети, – фыркаю на него получая в ответ шипение и тихий мат.

– Давай, две недели организуй, – командует Далер. – Звонок на громкую, – это уже мне.

– Ладно.

Звоню маме, а она долго трубку не берет. Начинаю волноваться, когда кажется, что звонок переключится на автоответчик, но тут она отвечает все-таки.

– Дашка, – кричит сразу же. – Ты где? Я уже на пороге стою одетая и такси вызвала.

– Мам, зачем? Куда ты собралась?

– За тобой. Ты почему не дома? Ну позвонила бы. Что ж ты мое сердце не бережешь. Я к твоей начальнице пойду.

– Так, мам, успокойся. Я на работе и звоню с приятными новостями, потому и не предупредила тебя, что сегодня опять на сутках.

– Увольняешься что ли? Вот и правильно, пусть к черту идут ироды, со своей клиникой. Вот же бессовестные.

– Мам, ты слушать будешь? Никуда я не увольняюсь.

– А надо бы. Ты ж молодая еще такая, когда тебе жизнь свою строить? – пока мама причитает приподнимаю глаза и вижу, как все трое мужчин насмехаются, идиоты. От злости беру и переключаю звонок на обычный режим быстро отходя в сторону, потому что Далер сразу встал с кресла.

– Боже, мам. Да успокойся уже. Я тебе звоню сказать, что за мою работу и частые смены, мне дарят отдых на курорте.

Все дальше отхожу от мужчины, который типа прохаживается мимо дивана.

– Вот это я понимаю. И куда полетишь? Давно пора.

– Не я, а ты. Ну куда мне лететь? Дел уйма.

– Даша, я уже свое отжила дочка. Пора и тебе начать. Не вздумай…

– Мам, у тебя самолет завтра. Куда ты там хотела на горячие источники? Геленджик?

– Я хотела в Горячий ключ, а…

– Ну вот. Представь, – разворачиваюсь к мужчине и смотрю в глаза, рассказывая ей о прелестях отдыха в люксовом номере, – три недели в санатории, да еще и в самом дорогом номере. Ты ж мечтала. За все оплачено.

– Как так? Там же номер стоит за сутки девять тысяч сейчас, потому что конец мая, летом еще дороже. А с обедами так вообще. Еще и три недели?

Мужчины стали посмеиваться, кроме Далера, тот смотрел мне в глаза прищурившись.

«Так то, Халилов».

Хотя я понимала, что эти деньги для него капля в море.

– Мамуль, вот такой начальник у меня.

– Даш, ну это неправильно, дочка.

– Мам, ну все, – вновь смотрю на него произнося последнее. – Завтра приеду провожать тебя в аэропорт, о времени сообщу позже, телефон не отключай и собери вещи пока.

– А может вместе? Там же лечение пройти можно разное.

– Вот и пройдешь, все что захочешь заказывай, начальство оплатит.

– Ой, не нравится мне это все.

– Мам, я побегу, дела.

– Ну давай, дочь. Звони. И спасибо.

Скидываю звонок и все веселье исчезает.

– Вышли оба, – рычит он тем двоим, наступая на меня.

Глава 10

Отступаю от мужчины и с визгом срываюсь на бег.

– Главное помните о сыне, – кричу ему переваливаясь через диван, надеясь увеличить расстояние, между нами, но он оказался более ловким и поймал меня за ногу, быстро перевернув на спину.

– Ты что, вздумала играть со мной? – со злостью выпаливает, обхватив мою шею огромной рукой, чуть сжав.

Оказываюсь пригвожденная к дивану и не могу даже пошевелиться.

Машу ему насколько у меня получается отрицательно.

– Отвечай, – обдает гневом, что я леденею.

– Нет. Простите, – шепчу, ощутив, как кислород медленно заканчивается, а вдохнуть боюсь.

Далер смотрит на меня, сжав челюсти, но заметив, как в моих глазах собираются слезы, тут же отпускает и встает.

Наверное, только сейчас в мою не очень «мудрую» голову проникла суть – этот человек убивал людей, сколько крови на его руках не счесть. Ему вот так просто взять и задушить меня этой самой рукой ни стоит ничего, а я тут детский сад развела.

«Даша, о чем ты думала?»

– Если позволите, – еле выговариваю слова, аккуратно сев на край мебели, – я позвоню маме и скажу, что не приеду.

– Приедешь, – раздается на всю комнату его голос подобно раскату грома, после недолгого молчания. – Но учти, если не вернешься к машине, твоя мама отправится не на курорт. Поняла?

Сердце замирает и я, кивнув, отвечаю:

– Да.

– Завтра, после аэропорта поедешь в магазин с моими людьми и купишь все необходимое Рамилю. Начиная с вещей, заканчивая подгузниками и прочей фигней. И себе тоже.

– Я могу заехать домой и… – осекаюсь после того, как он резко разворачивается и пронзает пугающим взглядом. – Ладно. Все куплю. Просто вещи у меня есть и…

– Даша, – злится вновь.

– Поняла, поняла.

– Карточка будет у ребят. Все до тебя дошло или стоит заново объяснить?

– Все.

– Иди к себе. И ту хрень с рацией, как в больнице купи. Тут нет такой.

– Радио-няня, – говорю себе под нос и спешу на выход.

Стремительно бегу наверх, как тут же мой желудок жалобно урчит.

– Черт, – глажу живот и захожу в спальню, перед этим проверив малыша.

«Кажется он говорил, что уедет, тогда и поем».

Слоняюсь по комнате, не находя себе места. В руках телефон, но звонить кому-то просто не решаюсь. Вдруг и правда маме навредит. Сомневаться в том, что он на это способен не приходится, этот мужик даже смотрит убийственно.

Да и кому звонить? Светке? Знакомых то у меня достаточно, а тех, кто сможет противостоять Халилову и помочь мне равняется нулю.

Решаю спать эту ночь в комнате Рамиля, потому что вряд ли услышу его ночью. Снимаю покрывало с кровати, оно потрясающе мягкое и беру его с собой, прихватив подушку.

Малыш мирно посапывает. Раскладываю детский диванчик, который мне прям в пору с моим ростом и сажусь, вытянув ноги.

Через время скатываюсь немного ниже и ниже, а после укрывшись засыпаю.

Ребенок проснулся в два часа ночи. Я надела на него памперс, потому что одежды было много, но не по размеру и с ним на руках отправилась делать смесь.

Нахожу кухню не сразу, хорошо свет горит во всем доме.

Тут, конечно, шикарно. Барная стойка и высокие стулья возле нее, гарнитур дорогой, черного цвета, гранитная столешница с красивейшим рисунком, двойная раковина напротив окна, хоть там и темно сейчас, но я уверена, что быть хозяйкой такой кухни сплошное удовольствие.

– Надо было мне сразу сюда зайти, зайка. Вот где тут что лежит?

Кое-как нахожу смесь, бутылочку, губку новую и ершик, чтобы помыть ее.

Остается лишь одна проблема, у меня сделать все одной рукой не выйдет никак.

– Ну и куда мне тебя деть? Стульчика нет, – задаю вопрос улыбающемуся малышу, увидев, что он проснулся и не скоро видимо уснет вновь, пока я тут пыталась сообразить, что делать.

– Давай подержу его, – раздается сзади меня посторонний голос и я, прижав малыша к себе тут же кричу от испуга.

Напротив, меня стоял мужчина. Темноволосый, высокий, немного худой, во всяком случае отличался от тех, кого я видела тут.

– Вы кто? Не подходите.

– Ого, неожиданно, – улыбается он, поднимая ладони вверх, показывая себя безоружным. – Спокойно, девушка. Я с миром. Меня Орхан зовут. Думаю, Далер тебя предупреждал, что тут ты никого другого особенно ночью не встретишь.

– Да, но с вами не знакомил, поэтому уходите, пожалуйста, – прошу, не надеясь на то, что он выполнит мою просьбу.

– А помощь уже не нужна, – снова улыбается он.

«И что мне делать?»

– Ладно, идите сюда, – он медленно приближается, и в близи он уже не кажется таким уж худым. Протягивает руки к малышу, но я резко отступаю. – Куда? Ребенка я вам не дам, бутылочку помойте.

Он усмехается, но все-таки берется за дело.

– Спасибо вам.

– Как зовут?

– Даша.

– Значит тебя наняли? Рад что ты нашлась. Мы тут плясали перед ним вчера, как могли.

– Нужно не плясать перед ребенком, а разбираться в проблеме, – он поворачивает голову и смотрит на меня долго, а мне становится стыдно, что я так резко с ним. – Извините.

– Теперь понятно почему именно ты.

– Что?

– Не важно. Готово.

Мужчина ставит на стол бутылку и вытирает руки.

– Спасибо.

Вот только не уходит, а сложив руки на груди наблюдает, как я делаю смесь.

– Значит вы юрист?

– «Ты», пожалуйста. И да, я юрист.

– Отмазывать от тюрьмы, подделывать документы, официально отбирать бизнес людей и так далее?

– Ого, это что сериал? – начинает смеяться он, а я чувствую себя глупой.

– Хочешь сказать все не так?

– Быть может мало привычного для тебя закона в нашей жизни, зато справедливости больше. Спокойной ночи, – отталкивается от столешницы и уходит.

Беру еду для Рамиля и ухожу наверх.

– Ну что, покушаем и спать, малыш?

Сажусь в кресло-качалку и довольно быстро ребенок засыпает, доев свою порцию, а я за ним.

Просыпаюсь от стука в дверь, которую я закрыла на ночь на ключ. Открываю ее и готова убивать за то, что чуть не разбудили маленького.

– А еще громче нельзя? – шепчу на эту скалу, по имени Гена.

Он смотрит на меня не моргая, с каменным лицом.

– Спускайся вниз, – грубо отвечает и уходит развернувшись.

Выползаю в свою комнату, и слышу в спину: «Только сначала расчешись, медсестричка».

– Придурок.

Заползаю в ванную комнату и ужасаюсь от того, что на голове словно гнездо, и вот-вот вылупятся птенцы.

Скидываю вещи и принимаю быстрый душ.

Волосы приглаживаю пальцами, собрав в хвост обратно и иду на первый этаж.

Уже на лестнице слышу громкий мужской смех, который смолкает стоит мне войти.

– Выспалась? – задает вопрос этот «крестный отец» и явно ждет ответ.

– Нет. Который час?

– Самолет твоей матери в десять утра. Сейчас завтракай, как раз проснется сын и поедете.

– В смысле? Малыш тоже?

– Он – твоя работа и обязанность, забыла?

– Нет же, я просто думала, что заеду за мамой домой, вместе в аэропорт… – говорю план, который был в моей голове и понимаю по насмешливому взгляду, что со мной он вряд ли согласен. – Ладно, тогда позвоню ей и скажу, что увидимся в аэропорту и вызову ей такси.

– Умница, – вновь обращает свое внимание к мужчинам полностью меня игнорируя.

Ухожу в сторону кухни и набираю маму остановившись у окна.

– Даша, ты где? Я все жду, жду.

– Привет, мамуль. Да на работе. У тебя самолет в десять, в аэропорту увидимся, а то такой круг делать придется, много денег возьмут на такси, а на метро не хочу устала.

– Так, ты мне тут за эти три недели в кого превратишься? Не смей пропадать на работе все время.

Усмехаюсь ее словам, ведь по факту так и будет все это время.

– Не буду, мам. Ты собралась?

– Да что мне там собирать?

– Ладно, тогда к половине девятого машина приедет.

– Хорошо, Дашуль, до встречи.

– Люблю тебя, мамочка.

Тяжело на душе, потому что врать ей, пусть и о такой малости мне неприятно.

Мы всегда были с ней одним целым. Да, не понимали зачастую друг друга, особенно когда я выросла, и мама стала опекать еще сильней, но я никогда не делала так, чтобы она волновалась.

Папу я не видела ни разу в жизни, а после того, как она сказала, что это он не достоин меня, я и вовсе перестала ее донимать этими разговорами.

Он знает где мы живем, знает обо мне и ни разу не пришел, значит так ему хотелось.

Я никогда не нуждалась в деньгах, потому что мама, работая директором лицея зарабатывала достаточно, а сейчас моя зарплата как две ее, нам вполне хватает. Я ей благодарна за все.

– Все в порядке? – слышу позади себя голос юриста, выводящий из мыслей.

– Да, конечно, – улыбаюсь ему.

Мужчина уже в костюме и с маленьким чемоданчиком.

– Ты на диете?

– Нет.

– Тогда пойдем завтракать, – машет головой в сторону дверей, и я послушно ступаю туда.

Мы оказываемся в красивой столовой со стеклянным столом человек на двенадцать, может и больше, который накрыт всякой вкуснятиной. А возле него кружит женщина в белом фартуке.

– Здравствуйте, – улыбаюсь ей, и она вдруг замирает, а после и сама начинает улыбаться мне в ответ, но посмотрев назад, где появились все мужчины в миг стирает эмоции с лица.

Глава 11

Усаживаемся за стол, а я стесняюсь до ужаса.

Так вышло, что я дабы отсесть от них оказалась во главе стола, а с другой видимо, как привык, сел Далер.

Полуминутное молчание было слишком ощутимым и метающие головы, и взгляды остальных участников трапезы нервировали. Хотела пересесть, но мужчина пожелал всем приятного аппетита и момент неловкости пропал.

Не стала бегать по столу и взяла то, что ближе ко мне. Чай и тосты с джемом, хотя очень хотела кофе. Не успела выпить и глоток, как женщина обратилась ко мне:

– А вы кофе будете? И какой вам нравится?

– Оу, спасибо. Обычный черный, без сахара, пожалуйста.

Она удалилась и вернулась с подносом, на котором стояли пять чашек развеивая аромат на всю столовую.

– Благодарю.

Кофе был потрясающий. Безумно вкусный. Я такого еще не пробовала.

Все было бы отлично в это утро, если бы не черные глаза, которые гипнотизировали меня все эти пятнадцать минут.

Я не встречалась с ним взглядом, но знала, что он смотрит на меня. Давит собой, что хочется под стол скатиться. Руки дрожали, и я так боялась неловкости. К счастью ничего подобного, не произошло. Лишь взяв в руки чашку с кофе, я выпрямилась и посмотрела на него.

Пусть кажется ему что с вызовом, но у меня шея затекла смотреть в тарелку, которая давно опустела.

Отодвинула стол и поблагодарив за завтрак ушла наверх, но перед этим попросила вернуть мои вещи.

– Ступай, позже, – был мне ответ.

Вошла в детскую и увидела, что Рамиль сидит в кроватке потирая глазки, видимо проснулся только что.

– Доброе утро, малыш, – подхожу к нему, и он тут же начинает улыбаться, протянув ручки ко мне.

Переодела и стала играться с ним, щекоча животик, наслаждаясь его звонким смехом.

– Что за сладкий мальчик…

– Он мужчина, а не «сладкий мальчик», – ворвался в это прекрасное мгновение голос того, кого тут видеть я мало хотела.

Выпрямилась и не поворачиваясь ответила ему.

– Он ребенок.

– Но если ты будешь с ним так сюсюкаться, то им и останется.

Стала злиться на мужчину.

– Ну так вытащите ствол из штанов и размахивайте перед ним. Может к году стрелять научится заодно, – повысила голос.

Подумала о том, что сказала и насколько двойной смысл несло мое предложение, залилась такой краской, что ощутила жар на лице и шее.

«Какой кошмар».

– Красивая, ты меня убиваешь, – стал он смеяться вдруг.

Повернулась чтобы увидеть этот феномен.

Так даже на человека похож. Вернула внимание ребенку и взяла его на руки.

– Мне пора.

– Ребята маршрут знают. Ни с кем не разговариваешь и Рамиля без внимания не оставляешь. Даже в примерочную за трусами идешь с ним.

– Послушайте…

Вдруг перебивает:

– Послушай, – делает акцент на окончании. – Хватит уже.

– Ладно, я забыла, – раздраженно выдыхаю. – Послушай, я могу пробыть тут насколько поняла всего неделю, или две, ну зачем новые вещи покупать мне? Заеду домой после аэропорта, да возьму все необходимое. Ну правда, это ни к чему, – говорила спокойно и даже дружелюбно, насколько могла.

– Считай, что это подарок, помимо того, что я тебе хорошо заплачу.

– Не всегда и не везде нужны принципы, – ответила и пошла на выход из спальни Рамиля.

– Как-нибудь расскажешь мне об этом. Ты забыла свою сумку, – поворачиваюсь к нему и протягиваю руку, не делая шагов на встречу.

Он делает их вместо меня.

– Все обшарили? Нашли что-нибудь интересное? – заглядываю внутрь, деловито что-то ища.

– Машина ждет, – сует руки в карманы и смотрит как мы с его сыном выходим из комнаты.

А на улице, стоило мне перевести дыхание я делаю как он тогда в больнице, правда не знаю зачем – скольжу глазами по окнам второго этажа зная, что детская выходит на задний двор, но уверена почему-то что он где-то там среди темных штор.

Сажусь в машину и сразу же ощущаю себя в клетке с хищниками.

Гена и Мурад. Один за рулем второй на пассажирском сидении.

Мне кажется, они даже кислорода больше специально забирают в салоне такого огромного авто.

Сижу не шевелюсь, все внимание обратила к ребенку, хорошо, что и мужчины не стали пытаться меня заново пугать.

Приехали к аэропорту в половине десятого. Рамиль уснул, и я стала отстегивать ремень.

– У тебя пол часа. Если буду звонить, значит время истекло или проснулся ребенок. Пять минут, и ты тут, иначе притащу тебя сам, – это все сказал мне темноволосый монстр. – Поняла?

Так хотелось сказать ему нечто иное, чем мое «Поняла», но мысль о том, что меня могут прикопать в лесу и найти новую няню для малыша отрезвила.

Прощание с мамой вышло слезливым с ее стороны. Куча наставлений, куча просьб беречь себя и несколько попыток развернуться и уйти назад. Телефон в сумочке не звонил, и я была рада, спокойно пообщаться с ней, насколько это возможно было в данной ситуации.

В голове роилась одна мысль: «Только бы все в этой истории закончилось благополучно для меня и мамы».

Громкий голос оператора. Рейс. Самолет. Тихое «пока» и крепкие объятия.

Казалось, что тут и началась новая жизнь… моя… ее… Для всех!

После аэропорта, мы поехали в торговый центр. Наверное, этот был самый дорогой из всех, что я знала. Не знаю, входили ли менеджеры в магазинах в список тех, с кем мне нельзя было разговаривать, поэтому я мирно говорила надоедавшим девушкам «Спасибо, я сама» и уходила в сторону.

В первую очередь, мы выбрали самую крутую и удобную для малыша коляску.

Правая и левая «скалы» двигались со мной в ногу. В какой-то момент я почувствовала себя важной персоной и влилась в роль, поэтому, когда в очередном магазине прикупив для Рамиля разные маечки и штанишки я им сказала, прощелкав пальцами: «Мальчики пакеты прихватите и расплатитесь», – кто-то засмеялся из них. А я прошагала дальше. Но после меня нагнали и дали понять, что шутка не удалась.

– Слушай сюда кукла барби, еще одна подобная шутка и я сделаю так, что тебе до конца жизни придется парики носить.

– Харэ, Мурад, – остановил его Гена.

Я, конечно, испугалась и тона, и его слов, но инстинкт самосохранения на сегодня видно отключился напрочь.

– Ну так рискни, бугай.

Он смерил меня взглядом, от которого стало плохо и пошел вперед.

– Но язык тебе лучше и правда держать за зубами.

– Спасибо за совет.

Два часа блужданий привели нас к детскому кафе, где мне предоставили все, чтобы приготовить Рамилю смесь и покормить его детским пюре. Заказали и для себя небольшой перекус.

– Ну что, поехали домой? – так хотела обойтись без покупки одежды и белья для себя, но не вышло.

– У нас четкие указания, даже не пытайся.

Спустились на второй этаж и потратили еще несколько часов на покупку одежды для меня, так как парой футболок и спортивных штанов мне не позволили отделаться.

– Сюда, я сама пойду.

– Нет, – отрезал Мурад.

– Слушай, это сейчас не попытка тебе досадить, это просто элементарное желание личного пространства.

– Я. Сказал. Нет. Еще раз повторяю, у меня четкие указания, от которых я не стану отступать ради твоих загонов, что ты трусы боишься покупать.

Видимо про это говорил Далер, про примерочную и далее по списку.

Хотелось громко высказаться, но вместо этого я вошла внутрь.

Изначально на цены я старалась не смотреть. Но когда девушка выбирает себе нижнее белье, то это отдельный кодекс.

У меня имеется дома пара комплектов, как я до этого думала, дорого белья. Но сейчас я поняла, что они просто дешевый рыночный ширпотреб.

Интересно, каково ощущать на себе этот шелк и кружева?

Прикоснулась к черному халату, который отозвался мягкостью и некой нежностью лаская подушечки пальцев.

– Красивый, – шепнула себе под нос и подумала: «А почему нет? Приказам нужно подчиняться!»

И купила я его, как и кучу другого, что мне кажется надеть постесняюсь. Все сопровождалось мысленным подбадриванием: «Когда-нибудь, ты выйдешь замуж, Даша».

На кассе, я поняла, что набрала тут почти как все вместе взятое до этого магазина.

«Какой стыд».

Хотела уже попросить, чтобы убрали половину, но тут проснулся маленький и я стала возиться с ним.

– Все?

– Да. Только заедем еще в аптеку.

Идти пришлось с Рамилем, потому что он не спал. А внутри мы встретили какую-то женщину.

Рыжеволосая, с красивыми кудряшками. Выглядела она роскошно и знала обоих мужчин.

– Привет, а вы тут… – она обратила внимание на меня, и то, как мужчины слегка заслонили собой.

Если честно захотелось сразу же уйти. Почему-то сейчас я ощутила на себе ответственность за ребенка, укрыть его и не показываться никому.

– Пока, Жанна, – сказал резко Мурад, на что она быстро удалилась.

– Блядь, – выругался Гена и стал быстро печатать на телефоне.

Не знаю, был ли это страх, но я ощутила такой холод внутри себя. Он пробежал по артериям и венам изнутри, что мне стало дурно и сперло дыхание.

– В чем дело?

– Надеюсь мы пришли сюда за чем-то важным, – съязвил мне темноволосый.

– Ну да, хотела купить еще смесь на запас и салфетки влажные, кое-что из лекарств и пюре Рамилю. А что?

– Ничего.

Пока купили все необходимое и приехали домой градус страха мелькал выше нормы. Мужчины нервировали молчанием и громким сопением. А я напридумала себе кучу всякого, о чем думать лишний раз не хотела. А вот в финале нас встретил злющий Далер. И мне почему-то показалось, что первый кто сегодня умрет, буду именно я.

Глава 12

Вылезаю из машины и отстегиваю сразу Рамиля. Беру его на руки и двигаюсь трясущимися ногами к Халилову.

Кругом мужчины. Все в черном. Заняты своими делами, но их так много, что мне до безумия страшно становится.

– Рассказывай, – командует он вышедшему вперед Гене, а у меня забирает сына.

Ступаю за ними по пятам, опустив голову.

Входим в дом и все трое сразу же направляются к деревянной, темной массивной двери. Поразмыслив, разворачиваюсь и иду наверх, так как меня они не приглашали.

Скидываю обувь и падаю на мягкую постель, которую вчера так и не опробовала сном.

Позвонила маме, узнала, как у нее дела, о том, что она долетела и уже заселилась в свой номер и на вопрос «Чем занималась я», ответила почти честно.

– Мамуль, а я устроила себе день шопинга. Столько всего накупила.

– Какая умница. Вот и правильно. Ты у меня, итак, красавица.

– Ой, а еще зашла в магазин белья. Дорогой правда, но устоять не смогла, – перекатываюсь по кровати, прогибаясь всем телом, потягиваясь и в очередной такой переворот открываю глаза, а на меня таращится Далер, облокотившись о дверной косяк, сложив руки на груди. – Мам, я перезвоню.

Быстро скидываю звонок и подскакиваю.

– Что за наглость? А постучать? Нет? Не приходило в голову? – начинаю громко причитать. – Если дверь не заперта, то в нее можно войти?

– По крайней мере, это пока еще мой дом и его двери для меня открыты, неважно кто скрывается за ними, – входит он, заполняя собой пространство, казалось бы, большой комнаты.

– Значит я переезжаю в соседний отель, чтобы быть уверенной, что никто не ворвется ко мне, когда ему заблагорассудится. Научитесь уважать людей.

– Опять забываешься?

– Да хватит меня уже запугивать. Боюсь я вас, не сомневайтесь, но это не значит, что буду послушно терпеть подобное.

Далер подходит к той самой софе и садится на нее.

Смотрит на меня, блуждает глазами то по лицу, то по телу, что захотелось одеялом накрыться.

– Все купила?

– Да, – будто ему не приходили уведомления на телефон о тратах. – Покупки занесли в дом? Или мне самой идти за ними?

– Самой? Ты пока шла от машины, я слышал клацанье зубов твоих от страха, – выдает с насмешкой. – Или все-таки желаешь снова выйти на улицу?

«Что еще за вызов? Или провокация?»

– Почему нет? Мне же ничего не угрожает тут, не так ли?

Он встает и подходит ко мне.

«Зачем всегда так близко?»

– Не заиграйся, красивая, – трогает пальцами подбородок, поднимая мою голову вверх. – Покупки принесут в комнату, а сейчас иди к сыну. Он в комнате.

Высокий, опасный, нагоняющий страх… волнующий… Нет!

Подушечки пальцев скользят по моей челюсти очерчивая ее, заправляет за ухо прядь моих волос, а после выдыхает, обдавая своим обалденным парфюмом, одергивает руку.

Разворачивается и идет на выход, но вдруг останавливается.

– И да, на время, поездки в город исключены. Если что-то нужно говори.

– И вы не станете вырывать мне ногти и пытать за то, что случилось?

– А тебе, я смотрю, так и хочется быть наказанной? – улыбается на секунду, но потом вновь возвращает хмурый вид. – Ты не виновата в этом.

Сказал как-то грустно и удалился.

– Ничего себе.

Я думала, что Везувий проснется, а тут всего лишь облачко пара.

Далер

Тот факт, что Жанна видела сына и Дашу меня не на шутку взволновал.

Женщины коварны, болтливы и умудряются придумать кучу всего вдобавок к тому, что имеется. Особенно если вдруг, ты перестаешь уделять той же шлюхе внимание, как раньше.

Поставить ее на место дело пары секунд, но что дальше? Тут она может сыграть по-своему.

Убить ее? Как вариант. И он мне нравится меньше всего, но он и является самым действенным, что бы не произошло.

Стою жду, когда они вылезут из машины, и как только стройные ножки показываются из нее, сразу же теряю всю злость… почти.

Оттопыривает свою сочную попку, которую я уже успел не раз разглядеть и отстегивает Рамиля, а я не могу насмотреться на нее.

Это же надо, какая-то двадцатилетняя девчонка меня так зацепила, и продолжает это делать.

Чертовка, вообще не умеет держать язык за зубами, и я каждый раз думаю его откусить, и лучше это сделать зубами.

Вообще я многое хочу с ней сделать, и ее спасает лишь то, что я для себя решил, что ничего не будет. Втягивать ее в свою жизнь не стану, повторяю себе каждый день разглядывая девушку, и вновь убеждаю себя в том, что это правильно. Потому что каждый раз хочется плюнуть на все.

Идет боится, но в этот раз она реально не при чем. И спускать на нее свою тьму не стану.

Оставляю сына в комнате и иду к ней, после разговора с ребятами. Слышу ее разговор с матерью и решаю не стучать, сразу вхожу.

Вытянулась поперек кровати и выгибаясь, показывая свою лучшие ракурсы, она вертится то в одну, то в другую сторону.

«Твою ж мать. Сегодня сначала трахну Жанну, а уже потом стану говорить о том, что хотел».

Красивая снова дерзит и провоцирует. Хотя мне кажется, что мы занимаемся этим оба. Смотреть как она злится или теряется от моего тона какой-то новый вид удовлетворения.

– Почему нет? Мне же ничего не угрожает тут, не так ли? – заявляет она.

«Конечно, потому что я каждому объяснил, что именно оторву в том случае, если они хотя бы глянут в ее сторону или подумают о ней», – хотел ответить, но вместо этого я подхожу к ней, как всегда близко, чтобы услышать сбившееся дыхание, увидеть ее расширенные зрачки и ощутить аромат девчонки.

Действую машинально, в какой-то степени неосознанно дотрагиваясь до ее лица.

Слишком нежная кожа, и мысли о ее коже, степени нежности действуют моментально на мое тело.

Благо она не успела опустить вниз взгляд, как я уже развернулся и пошел на выход.

Уезжаю под вечер, сегодня вновь покерный зал открыт.

Жанна на месте и я, не церемонясь сразу же зову ее к себе.

Входит с довольным лицом и сразу закрывает дверь на ключ.

«Умница».

Подходит своей сучьей походкой, показываю ей куда она должна пустить свой потенциал, и рыжая без разговоров опускается на колени успевая при этом расстегнуть блузку.

Собираю ее волосы в кулак и вбиваюсь в горло… глубоко… быстро…

Закрываю глаза и вижу красивую.

Кончаю так феерично, что аж застонал. Обычно после минета, я не сразу отпускаю Жанну, но сейчас мне этого достаточно. Поэтому останавливаю ее дальнейшее обнажение.

– Все. Одевайся.

Меняется в лице и с обидой принимается застегивать пуговицы на рубашке.

Жду, когда она сама задаст вопрос, а она это сделает, потому что уже пару раз поднимала глаза на меня, но встретившись с моими тут же опускала промолчав.

– Далер, можно вопрос?

– Попробуй.

– Я сегодня видела Гену и Мурада.

Начинает аккуратно.

Молча тру бороду.

– Они были с женщиной и ребенком.

– И? Вопрос в чем? Пока что лишь факты.

– Ну я… а кто она?

– А ты у них не спросила?

– Я? – теряется и думает, что ответить, потому что я уже повысил голос. – Нет, не спросила.

– И с чего ты взяла что отвечу тебе на этот вопрос я? – встаю с места, поправив кофту. – С каких пор я обсуждаю свои дела с тобой? На каком уровне доверия мы с тобой, Жанна?

– Я… я не… нет Далер, я просто спросила. Это лишь интерес.

– Завяжи свой язык, когда говоришь со мной или моими людьми. Не смей даже пытаться задавать подобные вопросы. И свой, мать его, интерес проявляй, принимая гостей в клуб и работая ртом. Это две сферы куда ты допускаешься, не больше. Уяснила?

– Да, – опустила голову.

– Пошла вон.

Остаюсь в тишине и зову ребят сюда.

– Дал?

Оба появляются сразу же.

– Проследить нужно за ней. Дайте указания Серому, чтобы проверял ее телефон каждый час.

– Думаешь она может кому-то наводку дать?

– Я не хочу думать, Гена, я хочу знать наверняка.

– А если будет, как обычно?

Понимая его вопрос у меня, нет иного ответа, даже для нее. Даже не стану ставить на один уровень жизнь сына и ее.

– Если попытается, да.

Кивнули оба и ушли.

Если подумать, то Жанна в курсе нашей структуры жизни, поэтому надеюсь, что она не совершит ошибку, которая может стоить ей головы. Конечно, если до этого момента наличие сына не будет обнародована кем-то иным.

Снова зову парней вспомнив про еще одну недальновидную идиотку.

– Что там с Инной?

– Хрен знает, где именно видел ее Ян, но она испарилась, Дал. Вообще нет зацепок.

– Ребята работают, подключились ко всем камерам районов, но ее нет.

– Хуево. Возможно, я вовремя забрал Рамиля. Сука.

– А Демид не звонил? – задает вопрос Гена.

– Нет, но он уже дома. Думаю, на днях. Ладно идите, сегодня дохрена людей.

Снова тишина, за это я и люблю свой кабинет.

Вспоминаю непроизвольно сероглазку и включаю видео с камер моего дома, куда только у меня есть доступ.

Глава 13

Даша

Так и полетели день за днем.

Вот только все с каждым заходом солнца становилось темней и туманней. Неправильно!

Например, моя привязанность к малышу. Он настолько замечательный и так крепко схватил меня за сердце, что, когда придет время я разобьюсь на части расставаясь с ним.

Все больше я злилась на эту самую женщину, что смогла уйти и оставить ребенка одного, пусть и с отцом, который может обеспечить его всем, кроме материнской любви. Но также, я завидовала ей.

А еще? Еще я немыслимо и непозволительно часто стала думать об отце малыша.

Хотя, как думать, просто незаданные вопросы: «Когда он приедет?» «Спуститься ли вечером к нам в гостиную?», где мы с Рамилем часто проводим время.

Как и обещал Далер, днем тут фактически нет никого. Мы часто с малышом гуляем на улице, потому что июнь в этом году радует своей погодой. И я заметила, что брезент с бассейна уже сняли.

«Нужно будет его опробовать, когда никого не будет дома».

Плавать я всегда любила. И до того, как в мою жизнь ворвался этот несносный мужчина с ребенком, я каждые выходные ходила в фитнес клуб с бассейном.

Мама на отдыхе и все чаще употребляла в своих рассказах одно мужское имя – Анатолий. Этот мелькающий персонаж открывал для нее новые части города, новые блюда, и так далее, а я лишь радовалась за нее. Слишком долго она была одна.

С домработницей Надеждой Степановной мы сдружились. Нет, я конечно была настороженной ко всем, но доверяла ей немного больше чем остальным.

Вроде бы все оставалось на прежнем допустимом уровне, кроме одного, что я никак не могла ожидать, а после забыть…

– Ну что, зайка, сегодня у нас солнце, и тело требует водных процедур? – беру на руки малыша, уже переодетая в купальник.

Вчера у Гены я узнала, что дома будет лишь охрана спереди дома, все остальные уедут до самой ночи. «Идеальный момент, чтобы насладиться всласть водичкой».

Вытащила манеж для Рамиля и поставила зонтик-навес недалеко от бассейна, чтобы если что сразу же добраться до него, но не близко к воде.

Малыш принялся за кучу новых игрушек, которые скупали ему мужчины, не обращая внимания на мои протесты в бесполезности приобретений. Все в доме были просто очарованы этим маленьким чудом.

Прыгнула в воду и получила полное наслаждение от погружения и смены температур.

Бассейн оказался глубоким и очень длинным, так что я с большим удовольствием пересекала его туда и обратно.

Доплыла до бортика со стороны Рамиля и позвала его:

– Малыш, пойдешь ко мне?

– А может я к тебе присоединюсь, малышка? – послышалось сзади.

Испугавшись, развернулась и увидела троих мужчин, смеющихся с дальней стороны прямоугольного бассейна.

– Вы кто?

Их я точно тут не видела. Уверена, они не люди Далера.

Рамиль все так же играл в манеже, а я примеряла как быстро смогу вылезти из воды и защитить его от них, если будет опасность, которая, итак, витала в воздухе и опасно искрила.

– Какая красотка. Вылези я на тебя погляжу, уверен, там есть на что посмотреть, – другие заулюлюкали, а этот ублюдок вышел вперед.

От страха мои ноги свело и помогало не уйти под воду лишь то, что я держалась одной рукой за железный поручень.

– Уходите отсюда. Вы не имеете права тут быть. Далер вас в порошок сотрет, если подойдете ко мне.

– Не кипишуй бабочка. Он с удовольствием поделится твоей сочной задницей с нами.

Подбородок задрожал, потому что меня начинало трясти уже не на шутку всем телом, казалось, что даже кожа стала бугриться сотрясаясь.

– Ну, долго ждать, – новый шаг и он уже у края бассейна, еще немного и он нырнет в него, и тут я вряд ли смогу выбраться быстрей, чем он ко мне приблизится.

Пока я медленно двигалась в сторону лестницы не заметила, как из-за угла дома вышел Далер с каким-то мужчиной и недолго наблюдал, как этот идиот продолжал меня запугивать, сев на корточки и поднимая в воздух капли воды в мою стороны.

Те двое уже не смеялись, а после я не знаю, как, Халилов подошел к нему сзади и уложил так, что голова мерзавца оказалась в воде, а рука Далера не позволяла ему вынырнуть.

Никто не мешал и не помогал. Все молчали, а я была похожа на иглу. Не пошевелиться, ни сделать вдох, напряженная и роняющая слезы страха.

– Ты че сука, совсем попутал? – спросил он, вытащив на секунду голову этого козла. – Ты в чей дом пришел, гнида? – снова вниз, и вверх, как кота в нагаженное место, а тот все захлебывался. – На чью женщину посмел смотреть? – поднимает его на ноги, тут же схватив за кофту притягивает к себе и бьет в живот кулаком, а после того, как мужчина согнулся коленом, кажется по лицу.

– Дал, прошу не надо. Я все понял, понял, – чуть всхлипывая просит он, истекая кровью.

– Закрой свое ебло, мудак. Я тебе сейчас не вынесу мозги только потому, что тут женщина и ребенок, но мы еще поговорим, – отшвыривает его к ногам тех двоих и смотрит так же угрожающе. – Все еще хотите посмеяться, черти?

Он был похож на монстра. Гору мышц, которые вздулись и были готовы подчиняться рукам и телу, нанося удары врагам.

Дружно замотали головой.

– Нахуй отсюда свалили все. А ты, Ян, – обращается он все к тому же мужчине, что стоял в стороне и пристально смотрел мне в глаза, – чтобы не приезжал больше без предупреждения. С этих пор, твои люди в моем доме не появятся больше, так же, как и в клубах. И мне похер, что ты об этом думаешь. Иди. Поговорим позже.

– Так значит это правда? – стоит на месте он.

– Я сказал иди, – грубо отвечает и когда тот разворачивается спиной, Далер идет в мою сторону.

Как в тумане я слышу его голос, он просит меня вылезти, спрашивает, как я, а я не могу издать даже звука.

Мне никогда в жизни не было так страшно. Никогда. Даже оказавшись тут впервые.

А сейчас, перед этими тремя скотами я превратилась в статую.

Страх не отпускает и Далер матерится, а после схватив меня под руки вытаскивает из воды и разворачивает к себе лицом на весу, потому что я не смогу сейчас встать твердо на ноги.

Поднимает выше и прижимает к себе, а после делает пару шагов и садится на лежак, который я подвинула к манежу Рамиля.

Садит меня на себя и вновь отодвигает, заглядывая в глаза.

Я вижу его близко и нечетко.

– Испугалась, красивая?

Он расплывается, но сейчас в эту секунду, мой страх слабеет, и я бросаюсь к нему на шею, крепко прижавшись всем телом, ища защиты.

Первый всхлип и слезы начинают литься из глаз, перед которыми калейдоскопом мелькает то, что я уже успела представить. Весь тот ужас, который мог произойти, если бы Далер не появился.

– Ну все-все. Успокойся, Даш, – шепчет, поглаживая по мокрым волосам одной рукой, а второй обнаженную спину.

Продолжаю плакать и бормотать ему обвинения, что он обещал защиту.

– Что? Красивая, я не понимаю тебя, – пытается отстраниться, но я еще крепче прижимаюсь.

– Ты сказал, что мне нечего бояться. Ты сказал…

Стучу кулаками ему по спине и уже сама пытаюсь вырваться. Похоже меня начинает отпускать, и все закончится истерикой, я чувствую ее волны.

– Отпусти меня, – негромко рычу, потому что у меня хватает совести и разума подумать еще и о малыше, чтобы не напугать его.

– Успокойся сначала и хватит колотить меня. Иначе сам успокою.

– Да иди ты. Отпусти я сказала.

Хватает меня за волосы на затылке, оттягивает голову назад, рвано дышит, рассматривая мое лицо и остановив свой взгляд на моих губах, как было не единожды до этого, делает выпад вперед и целует.

Целует?…

Ошеломленно застываю, открыв глаза, точнее выпучив их, рассматривая его дрожащие ресницы сомкнутых век.

Хватаю его за волосы и пытаюсь оттянуть от себя… Но зарывшись в них ладонями, кажется, что тяну их… но тяну не в ту сторону.

Определенно не в ту…

Нагло раскрывает мои губы своими, сильнее схватив за волосы и проникает в мой рот своим языком, вот тут в голову бьет молнией, и пронзает по всему телу, от соприкосновения с моим.

Делаю быстрый вдох и зачем-то погружаюсь в пучину безудержной ласки мужских губ и щекочущих покалываний густой бороды.

Когда мое тело начинает съезжать с его коленей, Далер резко подхватывает меня своей ладонью под ягодицы и прижимает ближе к своему вздыбленному…

«Черт возьми!!!» Сигнализирует мозг, и я пищу, как дурочка.

Дурочка, потому что расплылась тут перед ним, целую его, или он меня, неважно. Какой стыд.

Он смеется и спускает со своих колен меня. Отскакиваю, дотронувшись до своих губ, которые горели огнем.

– Не думал, что люди могут так громко кричать с закрытым ртом.

Вскипаю от ярости и вообще от всего происходящего.

– Ты еще скажи, что сделал это дабы меня успокоить.

– А ты соври, что тебе не понравилось.

Поднимаю ладонь и демонстративно вытираю ею губы.

– Чуть не стошнило.

– Не ври красивая, я слышал, как ты стонала.

– Тебе показалось. Я пыталась вырваться.

– Значит сейчас я тебе докажу обратное.

– Только дотронься, – угрожающе шиплю и тут понимаю, что стою перед ним почти голая.

Хватаю полотенце и обматываюсь им.

– Не приближайся ко мне ближе, чем на метр.

Подхожу к манежу, поднимаю малыша на руки и ухожу, под его смешки.

– Придурок, – негромко его обзываю и позволяю себе мимолетную улыбку, только и всего.

Глава 14

После этого случая моя уверенность в том, что я тут в «безопасности» стала равна нулю, и повышался уровень тревоги, когда Далер уезжал из дома, и Гена с Мурадом.

Остальным я не доверяла вообще. На улицу не выходила, если был еще кто-то там помимо охраны.

Исключением был юрист, с ним мы частенько болтали, хотя появлялся он дома в то время, когда я не сплю или не занимаюсь малышом – редко.

Две недели я провела в этом доме, который по-прежнему вселяет больше страха, чем спокойствия и все заверения хозяина «крепости», что мне тут нечего бояться меня напугали еще больше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.