Андрей Андрианов
Похождения целителя

Все события и персонажи вымышлены.

Любое совпадение с реальными событиями

и людьми случайно.

Пролог

След, петляя уводил в чащу леса. Но капли крови, говорили, что изюбрь долго не выдержит и скоро упадет от потери крови. Мои лыжи легко скользили по снегу. Дед Кузьма постарался, когда мастерил их для меня.

Лыжи были подбиты оленьим мехом – «Кумусом» и подбивка была – одной полосой по центру лыжи – для устранения скольжения назад и вбок, на насте и льду, и при движении в подъемы. Все это, без заметного утяжеления лыж.

Сам дед Кузьма отстал. Шутка ли, когда 95 лет за плечами. Бегать так быстро, как я, он уже не может, но выносливости, у него еще хватает. Будет идти по следу, пока зверь не упадет. Только вот зрение стало его подводить.

Вот и сейчас, опять подранок, а раньше белку в глаз на вскидку бил, но видно годы, постепенно берут свое. Пуля пробила грудь изюбря и тот, ломанулся в горячке, оставляя рядом со следами крупные капли крови, а дед мне крикнул:

– Гони Вань его, он долго не протянет, а я за вами, только по сторонам не забывай поглядывать. Мало ли кого принесет на запах крови.

Я и погнал, опасливо поглядывая по сторонам. Вот на снегу следы, где изюбрь ложился на снег, чтобы немного отдохнуть и большое пятно напитавшегося кровью снега. Дальше, опять следы убегающего изюбря.

А вот он и сам – лежит на большой поляне, в трехстах метрах от меня.

Я остановился, чтобы перевести дух, после двухчасовой гонки по тайге. Огляделся – тишина. Изюбрь не шевелится.

Теперь надо позаботится о доставке его домой, а это минимум километров 12-15. На всякий случай перезарядил свои горизонталку 12 калибра пулевыми патронами и стал из лапника и больших веток мастерить волокушу.

Изюбрь попался средненький на полтора центнера, слышал от деда, что бывают они и больше – до двух с половиной центнеров.

Подтянул волокуши к изюбрю и стал ждать деда.

Мне хоть и четырнадцать лет исполнилось зимой, прямо в Новый год, но один я на себе 150 кг не утащу, а дед придет, разделает и лишнее оставит лесному зверью, тогда на килограмм тридцать полегчает. И мы с дедом за пару дней, допрем изюбря до дому на волокуше.

Дед учил меня охоте с пяти лет. Сначала на уток брал с собой, потом на зайчиков, так по мере взросления росли и размеры дичи.

Учил слушать лес и понимать его, никогда не позволял бить зверей без надобности. Учил ходить бесшумно, чувствовать зверя и еще, многим другим тонкостям охоты.

Вот и сейчас, ожидая деда Кузьму я почувствовал, чей-то недобрый взгляд, от которого побежали мурашки по коже.

Я взвел курки и стал медленно оборачиваться. Я уже догадался, чей это взгляд.

Медведь – это он большой любитель нападать со спины.

Дед про медведей-людоедов рассказывал, что те нападают со спины перекусывают шею человеку и потом утаскивают куда-нибудь под корягу или канаву, закидывают ветками и через несколько дней, когда появится душок, приходят полакомиться, так как любят мясо с душком.

Медведь, попробовавший человечины, будет всегда охотиться на человека, и таких людоедов всегда убивали, устраивая на них облавы.

Я почти до конца обернулся, когда краем глаза увидел, метнувшуюся на меня тень. Упав на правый бок, чтобы хоть, как-то уйди от удара лапой, я почти в упор выстрелив дуплетом – спустив два курка. Две пули 12 калибра в упор, пробили огромную дыру в груди медведя, разорвав его сердце в лохмотья.

Хорошо, что вовремя упал на бок, а то бы ковырялся сейчас под трехсоткилограммовой тушей медвежьего трупа.

И вот, как их всех, теперь доставить домой. Медвежатина говорят едят, только долго надо готовить и вкус у него специфический, а вот шкура, цениться.

Минут через пять, появился дед Кузьма и оторопело уставился на результаты моей стрельбы. А потом отправил меня в деревню, за санями с лошадью и соседом.

Набегавшись, всю обратную дорогу я дремал в санях, уютно устроившись на туше медведя.

Глава 1

Дома нас с дедом ждала бабушка Нина.

Они с дедом познакомились и поженились еще до войны. Потом дед ушел на фронт, где служил в контрразведке «СМЕРШ», ловил шпионов по лесам Литвы и Белоруссии до 1947 года. Потом вернулся к своей единственной и любимой жене.

Дед Кузьма и бабушка Нина, были у меня – вместо отца и матери.

Отца я не помню он давно ушел от нас, а мать погибла от шальной пули, когда ездила в Уссурийск. Она шла по улице, а в это время, милиция пыталась задержать, каких-то бандитов и те, отстреливаясь – попали в маму.

Мне тогда шел третий год. И вот дед Кузьма и бабушка Нина стали растить и обучать меня.

Наша деревушка Соболиное, где мы все жили, имела тридцать дворов.

По дороге от Соболиного до райцентра Листвянки – двадцать километров, а по прямой, через тайгу около пятнадцати. Листвянка – это небольшой город – 70 тысяч населения.

Там было все – школы, больнички, милиция, администрация, военкомат, ЦУМ, супермаркеты и много чего еще, а у меня вместо школы, медицины и всего прочего, была бабушка и дед Кузьма.

Кстати бабушка имела педагогическое образование, которое получила во Владивостоке. По профессии – учитель начальных классов.

Она в этой самой Листвянке до пенсии учила детей.

А когда погибла моя мать, то уйдя на пенсию, стала учить меня.

Дед от бабушки в плане учебы не отставал, он учил меня всем премудростям охоты, рыбалки и выживанию в дикой природе.

Он гонял меня, обучая всяким хитрым приемам рукопашного боя, с оружием и без.

Закалял меня, заставлял обливаться ледяной водой. Развивал выносливость и физическую силу. Я отжимался и приседал, постепенно увеличив количество повторений до трехсот раз за подход. Также дед устраивал мне кроссы и марш-броски по тайге.

Дед Кузьма добился своего, я в свои четырнадцать лет мог в поединке, уложить любого взрослого мужика в районе, но никогда, своей силы никому не показывал.

По соседству жила бабушка Зина. Хоть она и была помладше моей бабушки, но обижалась, когда ее называли бабушкой или просто делала вид, что обижается.

Ее внук – Коля Ершов был мой ровесник – крепкий, жилистый и курносый. Он учился в Листвянке в восьмом классе.

Когда бабушка, после третьего класса по математике и геометрии, английскому, физике и химии, уже затруднялась меня учить, то Коля, вместе с живущей соседской девочкой Дашей Тимофеевой – стройной и симпатичной девушкой, которая была на три года старше меня, и Васькой Звягиным, с огненно-рыжими волосами, конопатым и с небольшим животиком, всегда приходили к нам. И мы все вместе разбирали и учили уроки.

Васька – был на два года старше меня и все его учебники после окончания очередного класса, отдавал мне.

Он же, обучал меня пользоваться компьютером и такому предмету, как информатика.

Вместе с ним и Дашей, мы решали скачанные варианты по ВПР-тестам, которые стали им задавать, начиная с четвертого класса.

Если все они учились в школе и у них были каникулы, то я учился постоянно, без перерыва – по вечерам.

Мы дружили в четвером, чуть ли не с самых пеленок.

Ходили летом купаться на ближайшее озеро, там же и рыбачили, играли в разные детские игры. Все это, между занятиями с дедом и бабушкой.

Еще моя бабушка Нина, была потомственной травницей. Она учила меня, собирать нужные травы и лечить ими, и не только ими.

Она имела дар целителя, который передавался в ее роду из поколения в поколение, теперь она старалась передать его мне.

Она видела ауру растений и людей и по ауре людей определяла, чем человек болеет. Подносила руки к больному месту. Из ее рук выходила энергия, которая и лечила болезни.

К ней приезжали со всего Приморского края.

С пяти лет, она начала учить меня.

А к шести годам – я разбирался в травках, корешках и в снадобьях.

К семи – стал видеть ауры людей.

В восемь лет, с помощью бабушкиных занятий, я стал видеть потоки энергии, сначала выходящих из бабушкиных рук, а потом и вокруг – в воздухе.

Через месяц после этого – у меня открылось «Истинное зрение», как у мага в книжках.

Я видел потоки энергий, различал их цвета и научился «Истинным зрением» видеть внутренности человека, его скелет и очаги воспаления.

Это было, покруче простого «Магического зрения», описанного в фэнтезийных книжках, потому, что я сразу видел результаты своего лечения и воздействия той или иной энергии.

Учил заговоры и видел, как слова заговоров меняют цвет энергий, идущих из рук.

Видел, что каждый цвет энергии лечит, только определенный недуг.

Тогда я сам стал составлять заговоры, меняя и смешивая цвета энергий, получая различные оттенки, что помогало мне, еще лучше и быстрее проводить лечение.

Но, по совету бабушки, я про свои достижения, никому не рассказывал.

Но шила в мешке, а особенно в своей деревне – не утаишь.

Когда мне было девять лет, мы всей своей компашкой рыбачили на озере. Расположившись, каждый на своем любимом месте.

Как вдруг, раздался вопль Даши и громкий плач.

Мы тут же, кинулись к ней. Издалека кричали, спрашивая, что случилось.

– Меня гадюка укусила. – крикнула нам, сквозь слезы Даша.

Коля и Вася вооружились палками, найдя гадюку стали ее колошматить пока не прибили.

Я склонился над Дашиной ногой, включил «Истинное зрение», приказал, ей не шевелиться, а сам осмотрел ногу, которая раздувалась и чернела, прямо на глазах.

Яд, быстро распространялся по организму – я начал лечение.

Первым делом, нейтрализовал яд и обеззаразил рану, а потом, стал снимать воспаление вокруг.

За час – все восстановил и вылечил.

Нога стала такой же, как и была.

Коля, Вася и Даша смотрели на меня с открытыми от удивления ртами.

Когда, я пытался встать, у меня закружилась голова, и я плюхнулся обратно на землю.

– Тебе плохо, Вань? – спросила Даша.

– Да нет, просто голова закружилась, сейчас пару минут посижу, и будет все нормально. – ответил я.

– Вань, ты тоже стал целителем, как твоя бабушка? – спросил Вася.

Я пожал плечами и скромно промолчал.

Но в деревне, про этот случай узнали все.

Через год, возвращаясь из тайги, где собирали грибы всей своей компанией, Коля зацепился ногой, за торчащий корень, неудачно упал. Затем, схватившись за руку – закричал.

Я кинулся к нему, сразу включив свое «Истинное зрение».

Лучевая кость имела трещину ближе к кисти. Появилась опухоль и стала темнеть.

Кости, я еще никогда не лечил. Поэтому стал подбирать слова-заговоров, которые меняют цвет энергии. Постепенно подобрал нужный оттенок энергии, при котором, трещина лучше зарастала. Срастил оборванные энерго каналы, выровнял и поправил ауру.

Быстро залечив трещину, опять поменял цвет, чтобы снять воспаление в тканях мышц.

Потом лег на спину и стал отдыхать.

Коля перестав хлюпать носом – спросил:

– Что у меня там, Вань?

– Трещина в кости. Была. Теперь – все – нет трещины. – ответил я.

– Ты за три часа трещину в кости заделал? Вань, тебя в мединститут надо поступать – сказала Даша.

– Ну не знаю. Моя бабушка Нина, никаких институтов не кончала. Просто у нее – дар. Лечит она получше, чем в больничке – ответил я.

Так вот, после этих случаев – в детстве, я стал иметь среди своих друзей и остальных ребят – огромный авторитет.

А помогая бабушке Нине лечить людей, заслужил уважение и авторитет у всех односельчан.

С детства обожал читать книги, а читать, я научился – в три года, опять же благодаря бабушке.

Нравились мне книги про магов, волшебников и попаданцев.

Книги мне давала почитать Даша. Она собрала дома огромную библиотеку фэнтези и фантастики.

Мы с Васькой, этим пользовались, а Коля, не очень любил читать, но потом, втянулся. И мы, уже все вместе, обсуждали ту или иную книгу.

Сидеть на месте и мучиться бездельем, мне было некогда. То учеба по школьной программе, то бабушкины занятия, то дедовы тренировки, то работа по хозяйству, ну и конечно общение с друзьями.

Мое усердие в учебе, помогало развивать мозги и память.

Два года назад, я сдал ВПРы – за восьмой класс – по всем предметам, опередив Ваську, но он не обиделся, а только поздравил меня.

Коля и Вася – были мне, как братья, а Даша у нас была, как старшая сестра.

У меня было огромное желание обогнать в учебе, еще и Дашу, что у меня, благодаря моему усердию – получилось.

Когда Даша, после одиннадцатого класса, сдала ЕГЭ – получив по всем предметам – «Отлично» и «Золотую медаль», мы с Васькой, скачали прошлогодние варианты ЕГЭ и ответы – для проверки, чтобы потом устроить мне экзамены.

Самый слабый результат у меня был по английскому – 4 балла, а по остальным предметам, в среднем – было по 4,5 балла.

Даша, увидев результаты моей проверки, сказала мне:

– Вань, ты просто молодец. Закончить одиннадцать классов, на три года раньше своих ровесников – это здорово! Ты уже мог бы сдать экстерном экзамены в школе и получить «Аттестат о среднем образовании» и куда-нибудь поступить.

– Он у нас медицинским профессором будет, а что лечит, лучше любого профессора и имеет дар. – сказал Коля.

– Вань может пойдешь доучишься за меня? А что, мы, почти похожи. – сказал Васька.

– Ну, тогда мне надо перекрасить волос в рыжий цвет – иначе спалюсь. – засмеялся я вместе со всеми.

Потом уже, я стал помогать Коле и Васе делать уроки, как раньше мне они – заодно повторяя пройденный материал.

Даша уехала поступать в МГУ. С ее «Золотой медалью», она должна была поступить.

Глава 2

А дальше, моя жизнь пошла кувырком.

Когда мне исполнилось пятнадцать лет – умер дед Кузьма.

Лег вечером спать, а утром не проснулся.

Бабушка Нина, сразу после похорон, взяв меня с собой, поехала в Листвянку, где написала на меня дарственную на все имущество, тогда же, я получил свой первый паспорт со штампом прописки в деревне Соболево. После возвращения, бабушка стала постепенно угасать. Да и как, не угасать, когда прожили они с дедом душа в душу – около восьмидесяти лет.

Она все еще ходила за травками и корешками недалеко от деревни, но было видно, что делает она все автоматически – по привычке – ничего ее уже не радовало. Однажды утром она, как и дед Кузьма – утром не проснулась.

Ей, как и деду – было 96 лет.

Я остался один. Других родственников, которых я бы знал – у меня нет.

Друзья все разъехались, кто куда. Даша в Москве, Васька в Листвянке, готовиться к ЕГЭ у родителей, а Коля в больничке с аппендицитом.

А я, не знал куда себя деть – ничего меня не радовало. Казалось жизнь моя закончилась, хотя мне всего – пятнадцать.

Но тут, приехал участковый, чтобы зафиксировать смерть бабушки.

Узнав, что я не учусь в школе, что мне всего пятнадцать лет и у меня нет опекуна, записал все в блокнот и после похорон, уехал в Листвянку.

Бабушку помогли похоронить соседи. Кто-то из них предупредил, что меня должны забрать в школу-интернат – до совершеннолетия.

Я, чувствуя, что меня ждут большие перемены, спрятал в дедушкин тайник – все ружья, боеприпасы и охотничьи принадлежности, а также – все документы и деньги, которые накопили дедушка с бабушкой, а это – около миллиона рублей. Затем договорился с тетей Зиной, что она присмотрит за домом. Тетя Зина согласилась всплакнув, обнимая меня.

Через неделю, с участковым приехали какие-то люди и долго опрашивали меня, составляя какие-то документы.

Затем, посадив меня в милицейский уазик, повезли в Листвянку.

Там, мы еще ездили по каким–то организациям, где тоже оформляли документы.

И только потом, я узнал, что меня оформили в школу-интернат.

Ладно, хоть успел спрятать дедушкины ружья и попросил присмотреть за домом Колину бабушку – тетю Зину.

Все происходило со мной, как во сне, я еще не отошёл от похорон, от мысли, что я один на этом свете, а тут раз – и меня везут, как преступника на милицейском уазике в интернат.

Интернат, находился тут же – в Листвянке, вернее в пяти километрах от нее, в сосновом бору.

Там стояло двухэтажное кирпичное здание с небольшим парком, аллеей и хозяйственными постройками.

Был еще спортгородок, с турником, брусьями и футбольным полем.

Территория интерната, была огорожена высоким 2,5-метровым забором из профлиста.

Перед центральным входом была разбита большая клумба, а в ее центре, неработающий фонтан.

Участковый отвел меня к директору интерната – полноватой женщине с ярко накрашенными губами.

Возраст у нее был – за пятьдесят с лишним. Участковый передал все собранные на меня документы, еще мой паспорт со свидетельством о рождении.

– Вот Вань, знакомься – это директор интерната – Вера Петровна, а это Вера Петровна – Иван Ветров. Он недавно стал сиротой. – сказал участковый. – Его учила на дому, его бабушка – бывшая наша Листвянская учительница начальных классов.

В общем, я поехал на службу, а ты Вань, веди себя хорошо и не расстраивай воспитателей и директора. – сказал участковый и укатил на своем уазике обратно.

В интернате было около ста детей разного возраста, от детсадовского до выпускного – 17+.

Две воспитательницы с нянечками – для детсадовского возраста и десяток учителей по различным предметам школьной программы.

Была в интернате своя столовая, для которой готовили два повара с четырьмя помощниками – посменно.

А еще, из руководства был завуч Анатолий Иванович – он же учитель физики и физкультуры.

Среди учителей – было пять воспитателей, за которыми были закреплены группы, в которых дети распределены по возрасту.

Моим воспитателем стала тридцатилетняя учительница химии – Ирина Васильевна, стройная с темными волосами и карими глазами.

Группа была под номером пять. Она была самой старшей.

В группе было двадцать два человека – от четырнадцати до семнадцати лет – со мной десять парней и двенадцать девушек.

За безопасность отвечал сторож дед Егор, которому было за шестьдесят. Дед Егор был бессменным сторожем и жил при интернате, где заменял и слесаря, плотника и сторожа.

Директор Вера Петровна и воспитатель Ирина Васильевна собрали комиссию из учителей по всем предметам, чтобы проверить уровень моих знаний.

Они, зная, что меня обучала бабушка – бывший учитель начальных классов, очень удивились, когда я сказал, что изучил всю школьную программу за одиннадцатый класс, по учебникам.

Меня тут же усадили за компьютер, и дали мне решить прошлогодний ВПР за одиннадцатый класс.

Я уверенно сел за компьютер, так как в деревне у моего друга Васи, я уже пробовал решать эти ВПРы, и даже ЕГЭ, а также играл в игры и изучал информатику.

Погоняв меня по всем предметам ВПР, затем дали прошлогодние ЕГЭ, а потом, преподаватели взялись за головы.

По всем предметам, у меня были твердые четверки. Даже по-иностранному.

Теперь директриса решал, что делать.

В протоколе заседания аттестационной комиссии осталось поставить, что я окончил среднее образование экстерном. И вот директор взвешивала все «за» и «против».

Такое в ее практике было впервые. Обычно она упрашивала на ЕГЭ проверяющих, чтобы засчитали сдачу большинству ее подопечных, так как уровень знаний и преподавания в интернате – оставлял желать лучшего, а тут раз, и твердый хорошист.

Благодаря воспитанию бабушки и деда, и огромной помощи друзей я сам стремился к знаниям и впитывал их, как губка.

Чистый воздух и здоровый образ жизни благотворно влияли на мои мозги, и память у меня была, почти феноменальной.

Наконец Вера Петровна, под давлением всей аттестационной комиссии, написала вердикт, что у меня законченное среднее образование и, что я сдал его экстерном. Потом копию протокола аттестационной комиссии и отослала областному министру образования.

– Ваня, мы тебя попросим – пока никому не говорить, что ты закончил курс средней школы, чтобы не плодить завистников.

Также, как все ходить на уроки и помогать остальным ученикам твоей группы, получить такие же хорошие знания.

Когда придет твой «Аттестат о среднем образовании», тогда мы вернемся к нашему разговору. – сказала директор Вера Петровна и вся комиссия поддержала ее.

Я, конечно ответил согласием, что мне еще оставалось делать.

Мой воспитатель Ирина Васильевна показала мужскую спальню нашей группы и мою койку. Провела для меня экскурсию по интернату показывая, где и что находится.

Затем направила меня к деду Егору, получать мыльно-рыльные и банно-прачечные принадлежности, а также постельное белье.

Дед Егор, со строгим видом, повел меня на склад, по пути показав распорядок дня, где было написано:

Подъем в 6-00 утра,

Зарядка с 6-30 до 7-00

Завтрак в 8-00

Занятия с 9-00 до 13-30

Обед в 13-00

Занятия с 13-45 до 14-30

Самоподготовка с 14-45 до 17-45

Ужин в 18-00

Свободное время с 18-00 до 22-00

Отбой в 22-00.

Видно привык, что никто из старших групп его не соблюдает.

Я вежливо его поблагодарил и пообещал сильно постараться его не нарушать, чем сильно удивил деда Егора, и тот, замолчал до самого склада.

Все положенное я получил и застелив кровать, пошел на спортгородок, где сделал легкую разминку, поотжимался и поподтягивался.

Осталось 10 минут до ужина и тут же, мой желудок дал о себе знать, ведь я, только утром легко позавтракал.

В столовой за каждой группой были закреплены свои столики.

Я спросил у дежурного по столовой – мальчишки лет двенадцати:

– Скажи пожалуйста, а где столики пятой группы? – и тот показал мне на дальний правый сектор обеденного зала, но услышав про пятую группу, весь испуганно сжался. Я удивился, его страху.

Тут все было просто, даже очень.

Берешь поднос и подходишь к раздаче, а тут без вариантов – одно первое – суп, одно второе – что-то типа пюре с котлетой и одно третье – чай или компот. Ставишь все на поднос, берешь пару кусков хлеба и идешь к себе за столик.

На ужин была перловая каша с маленьким кусочком сливочного масла и чай с сахаром.

За столиком сидят по четыре человека, так как в группе двадцать два человека со мной, то стояли шесть столиков.

За первым столиком сидели самые старшие – трое семнадцатилетних парней и один шестнадцати летний.

Они вели себя, как дикари громко смеялись и вслух обсуждали, того кто им не понравился.

Три стола были полностью забиты девочками, но тоже по возрасту – самые старшие сидели отдельно от самых младших. За одним столиком было три свободных места и там сидел щупленький четырнадцатилетний паренек, вот я к нему и подсел.

Тут же ко мне с первого стола обратился самый здоровый семнадцатилетний парень:

– Эй новенький, а ты почему без спросу место занял? Тебя, что не учили старших уважать?

Я спокойно ел, не обращая внимание на него.

– Ты, смотрю ваще припух, забыл кого бояться? Я – «Слон», и я тут самый главный – снова докопался до меня этот здоровяк.

– Послушай «Слон», я целый день не ел, а ты своими воплями мешаешь моему пищеварению. – ответил я.

«Слон» вскочил со стула и хотел было кинуться ко мне, но тут в столовую зашла директриса и «Слон» сел на свое место.

Директриса попросила всех оторваться от тарелок и представила меня всем группам:

– Ребята у нас сегодня пополнение, знакомьтесь – это Иван Ветров, ему пятнадцать лет и он в пятой группе, а ты Вань после обеда зайди в учебную часть, получишь портфель, учебники и тетрадки. Все. Всем приятного аппетита!

После ее выхода из столовой, снова дружно загремели ложки.

Я сел обратно доедать свой ужин, так как вставал, когда меня представляли.

– Слышь Ветров, после учебной части, дуй на спортгородок, там ответишь за свое поведение и не заставляй ловить тебя по всему интернату. – сказал «Слон» и вся его компания покинула столовую.

Сидящий со мной за столом паренек вжался от страха в стул и даже есть перестал.

Я спросил его:

– Как тебя зовут и чего ты, так сильно испугался?

– Игорь Волков. Ты просто не знаешь, какие это отморозки.

«Слона» уже три раза в колонию для несовершеннолетних хотели отправить, но директриса не захотела, чтобы было пятно на нашем интернате, и отмазывала его.

Они тебя сегодня обязательно покалечат. Лучше убеги. Их тут все бояться и ждут не дождутся, когда ему исполнится восемнадцать. – предупредил меня Игорь.

То, что я могу размазать этих моральных уродов я не сомневался, но по уму – их надо уничтожать, и желательно без свидетелей, а тут наверняка набегут поклонницы и дружки. Надо, что-то придумать. А пока в учебную часть за «букварями».

Я получил все что дали и отнес, убрав в свою тумбочку рядом с моей кроватью.

Потом двинулся на спортгородок. Единственно, что у меня крутилось в голове – это спровоцировать «Слона» разбираться за территорией интерната – на воле.

«Слон» и его компания из трех человек ждали меня. В руках у троих было по бите

Глава 3

Самый младший без биты, встал сзади меня, а потом незаметно подсел мне под ноги, встав на четвереньки, рассчитывая на то, что когда меня толкнут, то я опрокинусь, через него упав на спину.

Видно, что этот способ нападения у них был хорошо отработан, а дальше – все накидывались и забивали битами лежащего, как стая шакалов.

Я сделал вид, что не замечаю присевшего сзади, а когда трое с битами приблизились ко мне спереди и с боков, я резким ударом пятки назад – врезал присевшему по ребрам, послышался вскрик и хруст ребер – минус один.

«Слон» замахнулся битой сверху вниз по моей голове, второй тоже замахнулся, но опоздав на долю секунды, а третий только начал замах.

Умение видеть в бою всех противников меня научил мой дед Кузьма.

Я, перехватив руку «Слона» с разворотом бросил его на второго замахнувшегося противника, а тот, как раз в это время, бил битой по месту, где я до этого стоял, и попал точно по черепу своего командира. И если мне не послышалось, то череп «Слона» треснул.

Третий, как раз начинал бить, а второй стоял, опешил от вида падающего главаря и вытекающих из его головы мозгов.

Я рванул его на себя одновременно подныривая под биту третьего, которая с хрустов влетела в затылок второго.

Дальше я резким и сильным ударом кулака под мозжечок, надолго отправил третьего в глубокий нокаут, из которого он вряд ли выйдет адекватным человеком.

Подошел к молодому, который пытался подсесть мне под ноги и осмотрев его «Истинным зрением», увидел, что мой удар сломав ему три ребра, разорвав этими ребрами печень, почти на три части – не жилец.

Не убирая «Истинного зрения», я осмотрелся вокруг в поисках свидетелей – никого.

Не оставив ни одного отпечатка пальцев, я поспешил, удалиться отсюда.

Это же надо, так зашугать ребятню, чтобы те, не пришли понаблюдать за дракой.

Видно все знали, что если заметят, как они кого-то калечат, то и свидетелей, тоже покалечат.

Я рванул к зданию интерната и зашел через заднюю часть здания, на ходу осмотрев себя. Нет, никаких следов.

Тогда я снова, отправился в учебную часть, чтобы сделать себе алиби, как делают обычно в прочитанных мной детективах.

Я зашел и спросил, а как мне пройти в библиотеку, вспоминая слова старой кинокомедии. На что мне ответили, что уже поздно, и что я забыл забрать у них еще три учебника и две общие тетради, а еще, расписаться в получении.

Забрав остатки, я расписался и пошел опять к своей тумбочке в спальне.

В спальне находились: четырнадцатилетний Игорь Волков, шестнадцатилетний Федя Морозов и еще пятнадцатилетний Сергей Васильев.

Увидев меня целого и невредимого, Игорь вскочил и спросил:

– Они, что тебя не тронули?

– А я – по твоему совету и не ходил на спортгородок. Вот получил часть учебников и тетрадей, потом ждал, когда остальные принесут, получил, расписался, теперь, несу остальные учебники. – ответил я, пожимая плечами и показывая в руках учебники и тетради.

Когда складывал в тумбочку в коридоре раздался громкий крик.

Все выбежали из спальни. Я решил, что надо быть со всеми и тоже выскочил.

Время шло к отбою и все руководство разъехалось по домам, остался дежурный воспитатель из младших групп, которая смотрела сериал по телевизору и сторож дед Егор, который смотрел по телевизору футбол.

В это время два двенадцатилетних паренька из второй группы поспорили на компот, кто из них больше подтянется и пошли на спортгородок и нашли там – четыре трупа.

С диким ревом они прибежали к дежурной воспитательнице и все ей рассказали.

Та сбегала на спортгородок, чтобы проверить слова ребят и тут же кинулась звонить в милицию и директрисе, а потом уже, и в скорую.

Первой приехала милиция и криминалисты, но, так как «Слон» с дружками был мертв, то всем захотелось посмотреть на трупы ненавистных отморозков.

Чтобы потом спать спокойно и не бояться, что ночью тебя поднимут и изобьют. Так что, все вокруг благополучно затоптали.

Криминалистам осталось снять, только отпечатки пальцев с бит.

Третьего погрузили в скорую и увезли, отметив, что на нем единственном нет следов побоев, а почему без сознания, так для этого есть врачи.

А пока, по версии следователя, молодой девушки – третий главный подозреваемый и многие – это услышали.

Все группы, между собой, тайно поздравляли друг друга.

Веру Петровну, долго таскали по допросам, но, так как «Слон» и его компания уже всем в округе надоели, то все списали на пускающего слюни третьего из компании «Слона», которому было все равно, где лежать.

Я записался в библиотеку, помогал в своей группе на самоподготовке и со всеми был вежлив и корректен, особенно с малышами – ведь им труднее всех.

Все свободное от занятий и тренировок время, читал книги и еще медитировал.

В выборе книг мне, как и Даша – помогал Игорь, а я заставлял его делать зарядку и качать мышцу.

Как-то, идя с тренировки, я увидел деда Егора, который охая и прихрамывая двигался к своей сторожке. Я пошел за ним.

Зайдя в сторожку спросил:

– Что случилось дед Егор? Может я смогу помочь?

Тот, сморщившись от боли махнул на меня рукой – мол отстань, без тебя тошно.

Потом, видя, что я стою и не ухожу, все же сказал:

– Чем ты можешь мне помочь, я вон полез на стропила подштукатурить немного здание, а они раз и сломались, а я грохнулся вниз, теперь не знаю, может, что и сломал.

– У меня бабушка была целительницей, и я ей иногда помогал, только мне нужно осмотреть рану или место, где у вас болит. – сказал я деду Егору.

Дед кряхтя стянул с себя штаны. Выше щиколотки нога распухла и стала темно-лиловой. Я подключил «Истинное зрение» и увидел, что малая берцовая кость дала трещину и еще присутствует сильный ушиб.

– Дед Егор, у вас сильный ушиб и трещина в кости. Давайте я помогу вам поудобнее лечь и полечу вашу ногу. – сказал я деду и помог ему лечь поудобнее.

– Трещина? Так мне в травмпункт надо, снимок сделать. А ты, что можешь? Ты еще мальчишка. Как я теперь работать буду? – запричитал дед Егор, но, сам так и остался лежать.

Я вспомнил, как лечил трещину кости на Колиной руке и свои собственные наработки. Затем поднес к больному месту свои руки, держа ладони над раной и мысленно призвал энергию лечения.

Затем, энергией определенного цвета, которым лечил в прошлый раз трещину на руке, направляя ее в трещину, стал лечить, пока трещина не исчезла и опухоль не спала.

Но кости старые и для закрепления, нужен еще один сеанс лечения.

– Дед Егор, ну все – трещина зажила, но ходить вам пока нельзя, вы поспите до ужина, а после ужина, я к вам зайду, долечить вашу ногу. – сказал я.

– Как тебя зовут спаситель? Ты, наверное, тот новенький, что с участковым приехал? И которому, я сегодня со склада, мыльно-рыльное с полотенцем выдавал? – спросил дед.

– Да, я тот новенький и зовут меня Иваном, а лечению меня бабушка с пяти лет начала учить, так что, лежите, ноге нужен покой. – сказал я и пошел на завтрак, правда меня пошатывало из-за большого расхода энергии.

Надо подумать, над тем, как брать энергию из силовых источников, которые повсюду вокруг нас и увеличить свой «Магический источник».

В обед я быстро поел и попросил поваров, чтобы отнесли покушать деду Егору, объяснив, что у деда проблемы с ногой. Потом пошел на занятия.

После ужина, я попросил ужин для деда и сам понес ему его ужин. Дед Егор сидел и смотрел футбол, больная нога лежала на стуле.

Я зашел и поздоровавшись, поставил поднос с ужином на стол, дед Егор, увидев меня обрадовался и сказал:

– Вань, ты это…, в общем – спасибо тебе, нога почти не болит, но я выполняю твои рекомендации. И спасибо за заботу о моем желудке. – сказал дед.

Я провел еще, такой же сеанс лечения, после которого, даже краснота с ноги исчезла.

– Все дед Егор, как обещал – вылечил можешь бегать, но не быстро. – сказал я.

– Ну спасибо Вань! Это какое-то чудо. И я начинаю верить в чудеса. Ты если чего надо, то смело подходи – не стесняйся.

Прошла неделя, как я вылечил деда Егора. Погода испортилась – зарядили осенние дожди. Заканчивался октябрь.

А мои попытки овладеть бесконечной энергией, пока не увенчались успехом. И что я только не придумывал и пытался поймать эти нити и присоединить к моим рукам, и руками в «Истинном зрении», пытался их схватить.

Пока, однажды медитируя перед тренировкой, я не зашел в астрал и не глянул на себя со стороны. Вернее, не на себя, а на свой «Магический источник энергии».

Мой источник был очень мал, по размеру – как с шарик настольного тенниса. И к нему тянулась тонюсенькая нить энергии.

От этой очень тонкой нити, зависела скорость заполнения моего магического источника.

Я стал перемещаться по астралу, пока не нашел небольшой ручеек энергии. Мысленно создал тоненький канал от магического источника и стал подтягивать его к ручейку. Когда мой тонкий канал достиг ручейка, через канал стала поступать энергия в мой «Магический источник», который быстро заполнился и заметно подрос, увеличившись в размере.

Тогда я мысленно увеличил толщину канала от ручейка до моего источника. Источник еще увеличился.

Дальше я решил пройти и посмотреть, а куда ручеек энергии течет.

Ходить по астралу было непривычно, но немного погодя я привык и дошел до большого озера энергии, куда впадал этот ручеек.

Вот в это озеро я и перебросил свой потолстевший канал. Потом вышел из астрала и начал разминку с приседаниями, отжиманиями и подтягиваниями. Потом приняв душ, пошел в столовую на завтрак.

После завтрака, ко мне подошла директор Вера Петровна и попросила меня зайти к ней.

Я кивнул и пошел за ней следом, гадая, что ей от меня нужно.

А Вере Петровне требовалась моя помощь.

– Послушай Вань, я в курсе, твоей помощи деду Егору. Мы с ним давно друг друга знаем и когда он узнал о моей проблеме, то сразу рассказал о тебе. У меня болят почки, и врачи уже назначили операцию, но через месяц, а я, так ее боюсь. Может ты сможешь меня вылечить. – сказала директриса и умоляюще посмотрела на меня.

Я, почти наверняка мог помочь директрисе, но на этот раз я решил, что – это можно использовать в своих целях.

А цели были у меня простые, приземленные – меня очень тянуло в тайгу и побывать дома, откуда меня забрали.

– Хорошо я попробую, только, где вам лечь, чтобы я точнее определил диагноз и начал вас лечить? – спросил я.

– На втором этаже есть медпункт и там есть кушетка. – сказала Вера Петровна и повела меня на второй этаж.

Открыла медпункт.

Уложив ее на кушетку, я истинным зрением увидел ее почки, да действительно – они были сильно воспалены, причем обе.

И не факт, что они смогут дождаться операции, через месяц, а не откажут раньше.

О чем я и сказал директрисе. Так как я, точно описал проблему и мое описание совпало с официальным, Ольга Петровна взмолилась, прося меня о помощи.

Я согласился.

Заодно проверю свой источник магии и бесперебойное поступление энергии.

Мысленно выпуская из ладоней энергию и направляя ее в больные почки, я начал лечить.

Энергии из ладоней стало выходить в разы больше и процесс лечения ускорился. Восстановил поврежденные энергоканалы. Аура сама выровнялась и засветилась здоровым цветом.

За три часа, я полностью излечил ее почки, а мой «Магический источник» был полон. Нескончаемый источник давал мне огромные возможности.

Что лечение законченно директрисе говорить не стал, а сказал:

Глава 4

– Вера Петровна, я почти все вылечил, но нужны специальные травяные настои, которые могу сделать только я, из трав, которые растут недалеко от моего дома в тайге. Их надо уметь собрать и приготовить.

Через пару недель, я бы смог вам их сделать. А вы, пропив их

три дня, забудете о том, что они у вас, когда-то болели. Только маленькая просьба – врачи, про меня, не должны знать, иначе будут проблемы.

– Конечно Вань, я все понимаю, сегодня же, отвезу тебя после занятий домой на своей машине. Там, ты заодно и дом свой проверишь. Как хорошо, когда почки не болят, ты прям волшебник. – сказала Вера Петровна, встав с кушетки и прислушиваясь к своим ощущениям.

У бабушки много трав осталось, она, чуть ли не до последнего дня их собирала. Сделаю директрисе настой, для поддержания организма и улучшающие работу почек, а сам – дом подремонтирую, и в тайгу – на недельку.

С голоду не помру, тайга накормит. Осень – звери жирком запасаются, да и грибов море, хоть косой коси.

После занятий Вера Петровна, как и обещала отвезла меня в Соболиное, зашла осмотрела мой дом и сказала:

– Ну все Ваня, через две недели я за тобой приеду, а ты постарайся – сделай то, что обещал.

Я кивнул в знак согласия, и она укатила на своем синем «Рено».

Зашел к соседке бабе Зине. А та, увидев меня – обрадовалась. Все расспрашивала, как я там живу, усадила за стол и напоила чаем с пирожками.

Потом бабушка Зина пожаловалась:

– Коля, когда вернулся из больницы, узнав, что тебя в интернат забрали – сильно расстроился, теперь вот раз в месяц приезжает. Там на какие-то курсы ходит, хочет в колледж поступать после девятого класса и живет у родителей.

Васька Звягин, где-то в Новосибирске у родственников, вроде куда-то поступил. Учиться. А Даша Тимофеева в Москве, ей, кажется пару лет осталось. Она вроде на переводчика учится.

Вань, я тут недавно простыла, вроде вылечилась таблетками, а кашель-зараза, никак не проходит. Может поможешь? Ты, ведь раньше, многих наших деревенских, и не только деревенских – вылечил.

– Конечно баб Зин, ложись, будем выгонять заразу. – ответил я.

То, что она, еще не вылечилась было видно по ее ауре, в районе груди, а когда я посмотрел своим «Истинным зрением», то увидел, что в легких есть очаги воспаления, да и бронхит, имеет место быть.

– Баб Зин, у тебя пневмония-воспаление легких и еще бронхит. Сильно ты простыла. – сказал я.

– Да вот, после большой стирки, понесла белье, чтобы повесить сушиться и поленилась теплее одеться, а тут ветерок и вот результат.

– Ну все ложись – буду лечить, а то, от воспаления легких, иногда умирают.

С помощью энергии, выходящей из ладони я начал убирать очаги воспаления воспаления на легких, а потом занялся бронхами. Через два с половиной часа бабушка Зина была здорова.

– Ой Ваня, даже дышать легче стало. Ты надолго приехал? – спросила бабушка Зина.

– На две недели, мне тут настойку для директрисы надо сделать, да и в тайгу сходить.

– Вань, может тебе деньги нужны, а то помог, спас меня. – сказала бабушка Зина.

– Баб Зин, ты это брось, ты за моим домом смотришь, так что это я тебе должен и еще я попрошу и дальше за домом приглядывать, вот и весь расчет. – ответил я.

Вернувшись в свой дом, я пошел в сенцы, где сушились травы, которые собрала моя бабушка.

Выбрав нужные, я стал готовить настойку по особому рецепту.

Закончив с настойкой, я поставил ее в темное место, где она должна настаиваться десять дней.

Собрав свой охотничий рюкзак, сложив туда провиант на неделю, достал и почистил ружье, проверил патроны, захватил корзинку для грибов, переоделся и направился в тайгу.

Тайга меня встретила шорохом еловых лап, пеньем птиц. Воздух был наполнен ароматами хвои и прелых листьев, а еще пахло грибами.

Я шел к дедовой зимовке – избушке в лесу. От деревни километров пятнадцать. Мы с дедом туда наведывались в конце осени и всю зиму. Избушка была построена дедом Кузьмой, так, чтобы никому не бросалась в глаза.

Сама избушка стоит на поляне, окруженной с трех сторон высокой горой, в виде буквы «С», а с четвертой густым ельником, с еле заметной тропинкой, в горе, между скалами, еще есть заросший проход, который не найдешь, если не знаешь, что он там есть.

Пока шел, набил полную корзину отборных белых грибов, они тут, как трава в лугах растут, хоть косой коси. В мою корзину, килограмм десять влезает.

Недалеко от зимовья протекала безымянная речка, в трехстах метрах было озеро, где можно охотиться на диких гусей и уток.

Рыбу ловить можно хоть в речушке, хоть в озере, но в озере рыба – крупнее, а в пятнадцати метрах от домика из скалы бьет ключ.

Мы с дедом выдолбили выемку, где скапливалась чистейшая вода, а излишки ее стекали в речку.

В бревенчатой избушке, было все – посуда, спички, соль, сахар, мука и крупа с чаем. Все хранилось в большом жестяном ящике, защищающем от грызунов.

Для сна стояло два топчана, застеленные шкурами, также были одеяла из шкур, печка-буржуйка с трубой, выведенной на улицу.

В общем, живи – не хочу. Только удобства на улице – зато ближе к природе.

Входная дверь, всегда в лесных избушках, открывается наружу, чтобы медведь не вломился, козырек над дверью и пара ступенек предохранял ее от заносов снега.

Когда мы с дедом в последний раз уходили, то заготовили дров полную поленницу возле дома – под навесом и подперли березовой дубиной дверь, чтобы зверь не поселился в доме и ветром не открыло.

Вот, подойдя к домику, я увидел подпертую дверь и сразу стало ясно – никого тут не было.

Оставив вещи дома, я набрал на ключе железный чайник воды и разжег буржуйку.

Затем развесил сушиться грибы

На улице стемнело. Буржуйку трогать не стал – экономя дрова. А зажег пару «Блиндажных свечей», которые могли гореть месяцами.

Делаются они просто.

Берется перфорированный картон и режется на полоски, полоски сворачиваются в плотную спираль и вставляют в жестяную банку.

Из шнура или веревки скручивают фитиль и вставляют в центр спирали, а потом заливают в банку, до самого верху, растопленный парафин.

Затем закрывают банку плотно крышкой, с отверстием посредине, предварительно, вытащив, через отверстие в крышке, фитиль.

И все – поджигай фитиль. Тут тебе и обогрев, и светильник.

Дед Кузьма меня многому научил и этому, в том числе.

Попил чаю с баб Зиниными пирожками и стал готовиться ко сну.

На ночь, оставил гореть одну свечу.

В закрытом помещение, на обогрев хватало ее одной, да и не зима еще.

Уже почти засыпая, меня посетила интересная мысль.

А интересна она была тем, что у каждого животного и человека, есть свой объем жизненной энергии, а что, если научится ее отбирать, высасывая через энергетический канал.

Когда-то я читал в журнале – про энергетических вампиров.

Они, чем-то подобным занимались. Ладно – утром на свежую голову подумаю.

Утро началось с моих ежедневных процедур – проснулся, умылся, помедитировал, сделал разминку, облился ключевой водой, а потом завтрак.

На завтрак согрел и попил чаю с оставшимися пирожками и вспомнил про энергетических вампиров.

Активировал «Истинное зрение» и стал пытаться создать длинный канал. Но до кого?

Никого вокруг не было, только птички на ветке.

Птички, вот к ним я и попробую подсоединить свой канал.

Мысленно представил, как из моего магического источника выстреливает канал и присасывается к ауре птички – получилось. Постепенно стал высасывать ее энергию. Птичка, что-то почувствовала и попыталась взлететь, но когда оттолкнулась от ветки, то начала падать на землю, пытаясь спланировать. Я быстро вернул, забранную у нее энергию, обратно.

Не долетев до земли, где ее ждала неминуемая смерть, она встрепенулась и взмахнув крыльями взлетела. Затем тревожно чирикая, рванула, куда-то за деревья.

Я посмотрел свой источник энергии, он немного подрос.

Увеличил канал от озера магической энергии в астрале – в два раза и мой источник стал расти и тоже увеличился в два раза. Увеличил, еще немного канал, но источник не вырос.

Значит после каждого увеличения канала и источника, нужна прокачка магической силы.

Теперь, надо потренироваться, на ком-то покрупнее.

Я, взял дедовский карабин – на всякий случай, рюкзак – со всем необходимым и пошел охотиться.

Дошел до озера – там плавали дикие утки, но я решил пока их не трогать, и пошел дальше.

Ходил я тихо, как дед Кузьма учил, и на одной из полян увидел изюбря.

На нем и решил испытать свое новое оружие.

Пока шел придумал, как быстро подключаться каналом к жертве. Принцип тут, такой же, как и у заговора или проще говоря – заклинания.

Мой эксперимент с птичкой я назвал словом «Вампиризм», потом научился, чтобы при активации команды «Вампиризм», выстреливался энергетический канал и присасывался к ауре жертвы.

Затем натренировался, с регулировкой количества энергии, которую надо высосать из жертвы.

Этакое моментальное заклинание из одного слова-ключа – «Вампиризм».

Смотрю на жертву, и, как бы кидаю на него «Вампиризм», заранее отмерив, сколько мне нужно забрать энергии и все.

Вот сейчас и решил испытать, как это все будет работать на изюбре. Кидаю мысленно «Вампиризм» на 90 % энергии и мой изюбрь, падает на месте.

Возвращаю ему взятые 90 %, и изюбрь – резко вскочив, рванул прочь с этого места. Работает отлично.

Умей, я это раньше, то прямо в столовой, тогда «Слона» с дружками на 90-95 % завампирил, хотя он тогда бы, ничего не понял и еще сильнее озверел.

Я стал ходить вокруг и наткнулся на большую семью кабанов, в которой было около двадцати особей, разного размера. Я на каждого кинул «Вампиризм» 90%, а когда все упали, то стал возвращать по очереди – обратно.

В итоге прокачав свой источник смог еще немного увеличить свой канал и сам источник.

Подойдя к озеру специально вспугнул уток – не лезть же в холодную октябрьскую воду.

Утки взлетели и когда пролетали над сушей, я выбрал одну и кинул на нее «Вампиризм». Утка, как «сбитый летчик», колом пошла вниз, упав в кусты. Где я, ее благополучно подобрал.

Вернувшись в избушку, сварил утиную похлебку. День удался на славу.

Утром, после завтрака, накопав червей возле ключа, взяв удочку и изготовив самодельный кукан, я пошел на озеро – половить рыбу.

Прихватив по дороге сухое полено, чтобы было на чем сидеть, я подошел к своему любимому затончику.

Место было прикормлено. Тут, не доставал мелкий карась, а водился здесь сазан, который хоть и не часто, но клевал на дождевого червя.

Закинув удочку, я поудобней устроился на полене, заранее накидав на него камыша, чтобы моей пятой точке – было удобно и комфортно.

Какое это блаженство, смотреть на поплавок и слушать звуки природы, дышать ее чистейшим воздухом.

Вот, где-то правее, за камышами, крякают утки. Плещется крупная щука, гоняющая мелочь.

А вот, раздался низкий булькающий звук, истошно закрякала утка и что-то, опять булькнуло. А остальные утки, с громким кряканьем, стали взлетать, хлопая крыльями.

Это сом подкараулил свою добычу. Мы с дедом, пару раз пытались его поймать, но он, рвал тросики на закидушках и чоблаках – как нитки и ломал крючки.

Дед Кузьма махнул рукой, сказав, что пусть себе живет.

Вспоминая то время, у меня было такое чувство, что все это происходило со мной, в какой-то прошлой жизни.

Вот мой поплавок дрогнул и плавно пошел в бок, уходя под воду – подсечка и красавец сазан на пару килограмм у меня в руках.

Смена наживки и новый заброс, следующую поклевку я ждал почти час, потому что подошла крупная щука и разогнала всю мелочь.

Второй сазан при поклевке положил поплавок на воду, но тоже был пойман. Размер, как под копирку. Ну все – мне хватит. Я почистил рыбу – не тащить же рыбьи потроха домой.

Дома сварил из одной рыбы уху, чтобы пару дней обедать, а вторую запек на костре – это еда, на ужин и завтрак.

С утра ярко светило солнце. Позавтракав, я вместо прогулки, решил обойти по внешней стороне нашу гору – это около двенадцати километров.

Я ни разу эту гору не обходил, хотя собирался это сделать, еще в десять лет, но дед меня одного не пускал, а ему самому – было некогда.

Пройдя густой ельник по тропинке, я свернул вправо и пошел почти вплотную к горе. Змеи, гревшиеся на солнышке шипя, неохотно покидали камни возле горы. Пройдя километра четыре, я наткнулся на свежий медвежий след, и он мне очень не понравился, от слова – совсем.

Глава 5

Мало того, что он был, почти в два раза больше, чем у бурого медведя, так этот медведь оказался ранен. Крупные капли крови сопровождали его следы. Кровь еще не успела свернуться, значит медведь, тут прошел около пяти минут назад.

Обычно бурый медведь весил 250 кг, но в прошлый раз я убил медведя, который весил около 350 кг.

А дед Кузьма говорил, что в двадцатые годы – убили медведя весом около 800 кг. И судя по следам – мой медведь, был не меньше, а скорее намного больше.

Разумнее было бы вернуться домой, но тогда возникала опасность, что этот подранок придет ко мне, обнаружив мои следы. И подкараулит меня, в самый неподходящий момент. А такие медведи, на это мастера.

Я зарядил карабин, приготовил свое заклинание «Вампиризм», с установкой на 100 % лишения энергии, чтобы сразу убить и очень осторожно пошел по следу. Метрах в трехстах впереди, застрекотала сорока – вот значит где он.

Но когда я подкрался к тому месту, то медведя не увидел, а следы свернули к горе. В этом месте гора была высокая, и почти вертикальная. Подходы к ней заросли кустарником, в которых и терялись медвежьи следы.

Дальше идти по следам, было крайне опасно. Я остановился и стал думать. Идти по следам – опасно, а вернуться и ждать, когда он неожиданно сам нападет, еще хуже.

Потом снял карабин с плеча и тихо двинулся к кустам – по следам медведя.

Кусты, слегка просматривались и тянулись вглубь на десять шагов. Прямо за кустами в горе была большая дыра. Это был обвалившийся вход в пещеру. Медведь протиснулся в эту дыру, оставив по краям дыры клочки шерсти и большие пятна крови.

Подобрав еловую ветку, я намотал на нее тряпку из рюкзака, поджег ее и полез в дыру, включив «Истинное зрение». Которое мне подсказало, что в ближайших ста метрах, живых нет.

Обвал закончился, и я встал в полный рост, осветив веткой огромную пещеру, следы крови вели дальше в глубь – в широкий коридор.

На стенах я увидел два факела в специальных креплениях. Взяв один факел, зажег его и стало гораздо светлее.

Я двинулся дальше по следу, прислушиваясь к каждому шороху и используя «Истинное зрение». И вот на границе восприятия моего «Истинного зрения», а это около ста метров, появилась аура медведя, он спрятался и поджидал меня за углом, в большом зале, куда вел меня коридор.

Входить в зал – смерти подобно. Вариантов, чтобы выманить из-за угла медведя, у меня не было, хотя нет – был, но какой-то несерьезный.

Но раз нет другого выхода, то надо использовать то, что есть.

Я поднял камень и кинул его с силой в зал, с таким расчетом, чтобы он ударился о пол пещеры, как раз на пересечении коридора и начала зала, а потом полетел дальше.

Камень, как я и рассчитывал ударился, там, где нужно, а вот нервы у медведя не выдержали, и он, выскочив из-за угла, сделал один прыжок вслед за камнем. А когда понял, что его обманули, стал разворачиваться.

Тут–то я в него и кинул «Вампиризм» с полным высасыванием энергии. Ноги медведя подкосились, и он рухнул на пол пещеры.

Я постоял немного – на всякий случай, затем покидал в медведя камни – медведь не шевелился. Потом я догадался посмотреть на него «Истинным зрением», ауры не было – медведь был мертв.

Я осветил его факелом – это был настоящий монстр, если бы он встал на ноги, то его рост, был бы больше четырех метров. Левый бок был разодран до ребер, и глядя на следы от когтей, стало понятно – это сделал уссурийский тигр. И если медведь смог дойти до пещеры, то это говорит о том, что тигр мертв.

Этот медведь, с его чудовищной пастью, мог бы заглотить меня целиком, одни зубы были сантиметров пятнадцать и весил он не меньше тонны.

Жаль унести его не получиться. Такой трофей любому охотнику за счастье.

Из этого зала в глубь пещеры, выходил еще один коридор. И я решил, раз уж сюда залез, то надо пройти пещеру до конца.

Так я дошел до следующего зала, а там, стоял камень, даже не камень, а огромный валун с выбитыми значками на нем.

Рядом с камнем лежал труп человека, похожий на мумию, одетый в какие-то странные одежды. А в спине у него торчала стрела.

Возле трупа лежали книги или толстые тетради, два кинжала, два полуторных меча в ножнах и кожаная амуниция к ним, запасной комплект одежды, завязанный кожаный мешочек с монетами, какой-то кристалл и карта, какого-то мира.

На пальцах, или, что от них осталось, были перстни с камнями разных цветов.

А вот на безымянном пальце, было надето тонкое золотое колечко.

Легко удалив стрелу, я перевернул труп на спину из одежды мертвеца выпало письмо, написанное на старославянском языке.

У моей бабушки Нины была старинная книга заговоров, на таком же старославянском языке и в детстве, бабушка меня заставляла ее читать и учить заговоры.

Я воткнул факел в подставку на стене и стал читать письмо, переводя автоматически написанное на современный язык.

И вот, что у меня получилось:

«Человек. Если ты читаешь это письмо, значит я умер.

Я человек с мира Земля, зовут меня Елеем. Меня похитили люди из соседнего мира, когда мне было десять лет.

Они завели меня в пещеру и с помощью портального камня, отправили в свой мир.

Это специальная группа, которая собирает одаренных человеческих детей, для обучения в тайной магической академии в мире Мирида.

Я учился в этой академии – двадцать лет, и не на секунду не забывал, кто я и откуда. Мечтал ночами, как сбегу и вернусь на свою Землю, но годы шли, а возможности сбежать не было.

Я стал писать дневник, в котором описывал весь процесс обучения, заклинания, уроки развития магической силы и создание собственных заклинаний.

В книге все по порядку, от простого к сложному. Еще я перевел книгу по магии рун на наш язык.

Если есть магический дар, то тебе не составит труда все изучить, нужно только время и желание.

В академии подозревали о моих желаниях сбежать и постоянно следили со мной. А я старался быть лучшим учеником и достиг звания архимага.

Постепенно втерся в доверие, получил доступ к самым мощным заклинаниям. К этому времени, закончил перевод книги по рунной магии и записал в свой дневник последнее заклинание, с помощью которого в последствие мне удалось бежать.

Когда в академии собрались все архимаги и магистры со своими послушными учениками, я смог снять блокировку телепорта и активировал портал в город-столицу Астид. Где недалеко, в пещере стоит портальный камень в наш Земной мир.

Но мои соглядатаи из охраны, что-то почувствовали и выломав мою дверь вломились в мою комнату.

А я, только успел запустить «Армагеддон» – после которого остается воронка с километр в диаметре и глубиной в сто метров.

Увидев вломившуюся охрану, я прыгнул в телепорт, но и охрана прыгнула за мной.

Попав в Астид, я услышал, как сработал мой «Армагеддон». Весь мир Мириды здорово тряхнуло.

Затем увидел, что за мной из портала появляется охрана. Двоих я сразу убил заклинаниями, а вот третий успел пустить в спину магическую стрелу, после которой смерть наступает менее, чем за час и никакая магия не поможет.

Я убил лучника «Ледяной стрелой» и открыл телепорт к портальному камню. Где и написал это письмо.

В глазах все плывет, но я хочу успеть рассказать тебе о кольце на безымянном пальце и кристалле обучения языку Мириды.

Одев его, ты получаешь «Пространственный мешок», содержимое его не видно, все что в нем лежит – украсть невозможно. Груз в нем не имеет веса, время там остановлено и ничего не портится. По желанию, можешь сделать кольцо невидимым.

Чтобы изучить язык сожми кристалл в руке, и ты будешь знать все языки мира Мириды, а также письменность. Это мое изобретение.

Прошу – предай мое тело огню, а все, что есть у меня – забери себе. Все открываю портал на Землю. Удачи тебе и прощай!».

Я убрал письмо, потом снял кольцо «Пространственного мешка» и одел себе на безымянный палец. В голове появилась картинка большого квадрата с множеством ячеек. Затем забрал все, оставив только одежду и обувь на трупе.

Собрался тащить на себе труп незнакомца, но решил попробовать положить его в «Мешок», и труп исчез в «Мешке».

Дошел до медведя. И тоже смог, того положить в «Мешок» – отличное колечко.

Мысленно приказал, чтобы оно стало невидимым, и оно исчезло. Просто чудеса, да и только.

По дороге домой, нашел живописное место, собрал большую поленницу дров и положил туда труп незнакомца. Поблагодарил его за бесценные подарки и выполнил его последнюю волю – поджег поленницу и стоял ждал, пока она не прогорит.

Дома вытащил медведя и освежевал его, закопав потроха и снял шкуру, мясо порубив на куски убрал обратно, а шкуру пять дней выделывал, потом готовую убрал в «Мешок». Вечерами читал дневник Елея, который помог мне, еще немного увеличить мой «Магический источник».

За эти дни выучил свои первые три заклинания – «Светляк», которое стало у меня вместо фонарика, «Большое лечение», которое лечит серьезные болезни и травмы в разы быстрее, и «Регенерацию», для отращивания потерянных конечностей и серьезных внутренних повреждений, даже если я покину больного и отправлюсь по своим делам и расходует меньше энергии.

Хотел перепрыгнуть сразу на заклинание «Телепортация», но буквы стали разбегаться в разные стороны, и я понял, что мне – это еще рано изучать.

Зато изучил заклинания «Щитов» – воздушного, огненного, земляного, водного, тьмы и хаоса. На автоматическую – пассивную защиту в интернате, решил заклинание щитов не ставить, а то могут заметить.

Из книги по рунной магии выучил только одну руну, которая очищала пыль и грязь с одежды.

Руны учить было тяжелей, чем заклинания.

Пора собираться домой в Соболиное. Я, еще заготовил дров, убрал все припасы в специальный жестяной ящик и подпер дверь.

А потом подумал, что с пустыми руками и без гостинцев для ребят – возвратиться будет нехорошо.

Ягоды уже отошли, а вот грибы, которые я набрал вполне подойдут, тем более в избушке над буржуйкой они хорошо засушились.

Да и парочку изюбров надо добыть, они, тут недалеко в распадке пасутся.

Спустившись в распадок, с помощью «Вампиризма», добыл двух средних изюбрей, снял шкуры и разделал, а потом убрал в «Пространственный мешок» и отправился домой – в Соболиное.

Все медвежье мясо раздал односельчанам, не забыв про тетю Зину, а то медвежатина слишком долго готовится и имеет специфический запах и вкус, брать ее детям в интернат – не желательно.

А вот изюбрятина – это, та же оленина, готовиться быстро и не имеет болезнетворных паразитов, считается диетическим мясом.

В моем «Мешке», ничего не пропадет, будет всегда свежим.

Запек пару килограмм на углях со специями, чтобы угостить директрису и договориться с ней, о том, чтобы накормить всех ребят в интернате.

Настойка для директрисы была готова, и Вера Петровна – не заставила себя долго ждать, приехала точно в срок, как и обещала.

– Здравствуй Ваня. Как ты тут? Все готово? – спросила Вера Петровна, намекая на настойку.

– Конечно, как и обещал. Здесь триста грамм настоя. Принимать утром и вечером – за полчаса до еды – по пятьдесят грамм.

Потом пройдите заново обследование, чисто для себя, а врачам скажите, что само прошло. – проинструктировал я.

– Ну поехали Вань, а то у меня, еще дела в Листвянке. – сказала Вера Петровна.

– Вера Петровна, я ходил на охоту и добыл изюбрятины.

Вот тут, Вам небольшой гостинец – изюбрятина, запеченная на углях, приготовил сам. Готовить ее – меня мой дедушка научил. И у меня к Вам просьба. Можно мне попросить поваров – от Вашего имени? Чтобы они, на всех ребят и преподавателей в интернате, приготовили завтра на обед изюбрятину.

Вера Петровна задумалась, но потом сказала:

– Хорошо я скажу поварам, да и ты от моего имени напомни, а на чем, ты столько мяса доставишь в интернат? – спросила Вера Петровна.

Да я уже договорился с односельчанином, чтобы он мне мясо привез.

– Ну, тогда ладно. – успокоилась Вера Петровна и взяв сверток с печеной изюбрятиной, от которой исходил божественный аромат, пошла к своей машине, а я последовал за ней.

Уже сев в машину, она вспомнила:

– Ваня, я тебе забыла сообщить приятную новость. С министерства образования прислали твой «Аттестат о среднем образовании», теперь на занятия, ты можешь ходить по своему желанию.

Но мой тебе совет – ходи почаще, чтобы из головы знания не выветрились. А то, потом надумаешь куда-то поступить, а окажется, что что-то забыл, и будет очень обидно.

Вернувшись в интернат, я сразу пошел к поварам со своей просьбой, те созвонились с директрисой, а потом мне сказали, что завтра к обеду запекут на всех, если к утру или сегодня вечером доставят мясо. Затем дали мне ключ, от почти пустого холодильника, а я отдал им сушеные грибы.

На ночь мясо, в холодильник я класть не стал, чтобы оно при заморозке, не потеряло половину вкусовых качеств.

Повара приходят в столовую в 5-00, значит положу в холодильник мясо – в 4-30, а в 5-00 приду и предложу им свою помощь. Специи я взял дома, а черный перец и остальное найдется в столовой.

Глава 6

На ужине, Игорек Волков, который сидел со мной за первым столом, вместо «Слона» и компании, завалил меня вопросами:

– Вань, ты куда пропал? Тут девчонки испереживались, куда это Ваню увезли? – спросил Игорек.

– Была Игорек, такая необходимость, вот теперь вернулся. – ответил я.

– А правда, что тебе прислали «Аттестат о среднем образовании» и ты теперь, на занятия можешь не ходить? – спросил опять Игорек.

– А откуда ты все знаешь? – прищурив один глаз спросил я у Игоря.

– Так, это – слухи ходят. – выкрутился Игорь.

В столовой стояла мертвая тишина. Все затаив дыхания, слушали мои ответы.

Тут большая редкость, если кого-то и куда-то отпустят под присмотром, а, чтобы одного, да еще на целых две недели, так – это впервые.

Их можно понять – живут за забором, ничего не видят, а тут, новенький появился.

Аттестат досрочно выписали, да и на две недели домой отпустили – почему? Всем было интересно.

Просто отмолчаться, сделав таинственный вид, было бы, с моей стороны – свинством.

Я начал рассказывать Игорьку, с таким расчетом – чтобы слышали все:

– У меня Игорь дом остался пустой, соседи за ним присматривают, нужно было проверить, крышу подлатать, что-то подправить, что-то подремонтировать. Все-таки зима на носу.

А тут медведь огромный появился, да еще и подранок. Он с тигром подрался и тигра убил, а в деревне остались одни деды, да бабушки.

Кстати Игорь, а ты изюбрятину ел хоть раз? – спросил неожиданно я, перепрыгнув с темы про медведя.

– Нет. Нас тут таким не кормят. Да и я тут, почти с пеленок. Так что там про медведя? – спросил он.

История о медведе подранке, ему была интереснее, темы про еду, да и всем, наверное.

– А что, медведь, взял я дедовский карабин, да как дам ему прикладом в лоб, он лапки к верху и умер от смеха. – сказал я.

Игорь вытаращил на меня глаза, а потом понял, что я пошутил, представив, как я бью прикладом карабина медведя, схватился за живот от смеха, вся столовая смеялась, даже повара, которые тоже слушали мой рассказ.

Игорек, отсмеявшись сказал:

– Ну ты загнул, я как эту картину представлю, так смех до слез разбирает. А на самом деле было? – снова спросил Игорь.

– Ну, а на самом деле – все скучно. Я выслеживал его, а он меня и когда кинулся он на меня, я его и застрелил. Мясо раздал соседям, а шкуру снял.

Старожилы, увидев шкуру крестится начали. – сказал правду я.

Когда я показал шкуру – в деревне столетний бывший охотник-промысловик, перекрестился и поклонился мне, потому что приди такой в деревню – и не стало бы деревни.

Игорь не отставал:

– Вань, а почему он перекрестился? Это, что – был оборотень?

– Нет Игорь, не оборотень. Просто он был гигантским, в четыре раза больше среднестатистического бурого медведя. Он мог человека, чуть ли не целиком проглотить. И весил больше тонны, вместо двухсот пятидесяти килограмм. – сказал я серьезно.

Потом допив компот и убрав за собой посуду, сказал:

– Все нормально Игорь медведя нет и опасности тоже, а если такой появится, то получит от меня прикладом. – сказал и улыбнувшись вышел из столовой. Все начали опять хихикать, а то сидели с испуганными лицами.

Встав полпятого я сложил изюбрятину в холодильник и пошел разминаться. Вчера вечером я закончил изучать заклинание «Молнию» и решил, пока все спят, ее попробовать.

Нашел несколько палок, разного диаметра воткнул в землю, потом взял маленький шарик энергии и кинул ее в прутик, от прутика даже пепла не осталось.

Тогда я таким же шариком ударил в палку потолще – тот же эффект. Потом в большую палку толщиной в две руки – только щепки полетели. Вот это сила.

Попади эти умения в плохие руки и будет беда.

После разминки умылся и пошел в столовую, где помог поварам отделить мясо от костей и убрать жилки, пленки, чтобы мясо таяло во рту.

Кости с позвоночником кинули варить на первое, а из филе наделали стейков и запекли с картошечкой и грибами. Наделали с запасом на два дня.

Я ушел из столовой, когда все приготовили.

В обед, Игорь опять начал меня пытать:

– Вань, а это ты изюбря добыл? А он большой был? А почему ты всех решил угостить?

– Игорь ты кушай, а изюбрей вам тайга дала. Изюбрь в среднем, весит от 150 кг и до 250 кг. Эти среднего размера, а почему я Вам их принес, потому что считаю, вас своей новой семьей. Я думаю, будь ты на моем месте, то ты бы, сделал – тоже самое.

Прошел месяц. После обеда у моей группы были уроки труда в столярной мастерской, здесь наш трудовик-учитель труда Николай Иванович, учил нас делать табуретки, работать с рубанком, стамеской и на пилораме.

Я, все это уже умел – дед постарался, а вот ребята, выросшие тут за забором – нет.

Столярка была небольшая и давать всем одинаковые задания, имея один верстак было невозможно. Поэтому у каждого было свое задание, кто-то сверлил бруски, кто-то тер наждачкой, свеже сделанную табуретку.

Игорек с шестнадцатилетним Федей Морозовым, на пилораме, отпиливал доски, по установленному трудовиком, размеру. Я, стамеской вырубал пазы в ножка табуреток.

Тут вдруг, раздался крик, подняв голову я увидел лежащую на столе пилорамы кисть и Федю, который кричал, зажал свою руку без кисти, а из раны хлестала кровь. Все окружили пилораму и стояли с вытаращенными глазами, даже трудовик впал в ступор.

Схватив, лежавшую на столе веревку я подскочил к Федору и перетянул ему покалеченную руку выше раны, туго намотав веревку. Незаметно кинув заклинание «Большое лечение» и бегом потащил его в здание интерната – на второй этаж. Там медпункт с кушеткой. Федя был состоянии шока, лицо белое, как мел, а за нами бежала вся наша мужская часть группы с трудовиком вместе.

Крикнул Игорю, чтобы бежал за директрисой, так как помнил, что ключи от медпункта у нее. Игорь, обогнав нас, убежал к директрисе.

На последних ступеньках, Федя стал терять сознание. Я влил в него немного энергии и дотащил до двери медпункта.

Тут с Игорем прибежала Вера Петровна и открыла нам дверь.

Я втащил Федора, положил его на кушетку и вежливо попросил всех выйти.

Вера Петровна хотела остаться, но я настоял, чтобы она вышла, объяснив, что мне надо сосредоточиться и ни на кого не отвлекаться.

Потом обезболил энергией из ладони покалеченный участок и Федя уснул. Шок и потеря крови истощили его силы.

В дверь постучали, я открыл на пороге стоял Игорь с лицом бело-зеленого цвета, губы его дрожали, а в руках он держал на тряпочке кисть.

Я взял кисть и попросил бинт. Директриса достала его из медицинского шкафа и стараясь не смотреть на кисть и пулей выскочила из кабинета. В углу кабинета стояла медицинская шина, видно для учебных занятий.

Схватив ее, я соединил кисть с предплечьем, затем приказал Игорю приматывать место присоединения к шине.

Игоря трясло, но он, стиснув зубы, выполнил мою просьбу.

Включив «Истинное зрение», я стал совмещать кости, потом совместив, стал их сращивать, вливая потоки энергии.

Немного закрепив кости, я стал сращивать нервы и сухожилия, помогая отращёнными щупальцами манипуляторами, затем уже и мышцы с энергоканалами.

Потом снова перешел на кости. Запустил «Регенерацию» вложив в заклинание больше половины емкости моего источника. Сращивание ускорилось.

Затем снова кинул «Большое лечение».

Когда увидел «Истинным зрением», что кости, почти срослись и кровь нормально циркулирует в кисти, я перевел дух. С момента начала моей операции прошло пять часов.

В медпункте, уже давно горел свет, на стуле спал Игорь.

Я разбудил Игоря и отправил его отдыхать в спальню, но он уперся, так и остался сидеть на стуле.

Выглянув в коридор, я увидел, что все воспитанники, кроме малышей, сидели в коридоре, кто на корточках, а кто дремал на стуле, но никто спать не ушел. Все переживали за Федю. Директор Вера Петровна стояла, облокотившись на стену.

Когда я вышел, и все окружили меня. Молча ждали, что я скажу.

– Все получилось. Еще пару сеансов лечения и рука Феди, будет как новая. – успокоил всех я.

Вера Петровна подошла ко мне, обняла и сказала:

– Спасибо Ваня, мы все тут верили в тебя, а я знала, что у тебя все получится. Ты настоящий целитель.

После этого случая, я нашел заклинание «Сон» и изучил его.

«Сон» можно использовать вместо наркоза и не только.

Можно накладывать на одну цель, а можно активировать по площади. Моей силы хватало – на пятьдесят метров.

Очень нужное заклинание, особенно, когда не надо, никого убивать – просто усыпил и все.

У ребят я стал пользоваться непререкаемым авторитетом.

Слух про чудо-целителя разлетелся по всему Приморскому краю.

Приезжала медкомиссия с Минздрава проверяли Федину руку, делали рентген, но ничего не обнаружили, ни шрама на коже, ни утолщения на месте срастания кости.

Себя исследовать я не дал – имею полное право, да и директриса, как стена, встала на мою защиту, грозя пожаловаться на самый «верх».

И комиссия укатила восвояси.

Я, еще перед этой комиссией, изучил заклинание «Ментальная защита», которая позволяла защищать свой мозг, от проникновения всяких телепатов, экстрасенсов и психиатров-гипнотизеров.

Изучил еще «Ментальное копье», которое могла сделать из слишком обнаглевших мозгоправов, которые упорно пытаются залезть к тебе в мозги – слюнявые овощи. Но пока, пользоваться этим заклинанием, мне не пришлось.

Хотели, тут двое, как бы невзначай, залезть ко мне в голову, другим же со стороны, не видно их попытки, но я откачал у каждого по 50 % энергии и им, что-то поплохело – больше, я их не видел.

Два раза в неделю, у каждой группы был урок физкультуры. Его проводил наш завуч Анатолий Иванович – он же учитель физики. По началу все шло скучно. Анатолий Иванович в нашей старшей группе, уже не учил кувыркам и прыжкам через «козла», а просто давал мячик и группа в небольшом спортзале – внутри здания играла в волейбол или баскетбол. На лыжах – по периметру территории ходили, но только в хорошую погоду, а сегодня, с утра – бушевала метель.

Я мог и не ходить на этот урок, но мне захотелось мышцы размять, и я пошел.

Завуч знал, что все уроки только по моему желанию, поэтому не обращал на меня внимание.

Сам он в прошлом был мастером спорта по фехтованию на саблях. И в углу спортзала вместе с другими спортивными снарядами, стояли выструганные нашим трудовиком деревянные макеты, больше похожие на мечи, так как сабли с тонким клинком сразу же сломались бы.

Я сделал разминочный комплекс упражнений, чем удивил Анатолия Ивановича, когда садился на продольный и поперечный шпагат и особенно, когда стоя на одной ноге сделал вертикальный. Потом опомнился – нельзя мне показывать тут свою подготовку. Вдруг, кто-то попытается связать смерть компании «Слона» со мной.

Я взял пару деревянных мечей и покрутив ими восьмерки, хотел поставить назад, но увидел, что рядом со мной стоит завуч.

– Вань, а ты у кого занимался фехтованием? – спросил он.

– Ни у кого. Этому меня дед научил, только вместо этих заготовок, были толстые палки с примерным балансом и рукояти были обмотаны веревкой. – ответил я.

– А, где дед научился? – не отставал Анатолий Иванович.

– Говорил на войне. – ответил я.

Я не стал, говорить, что мой дед служил в СМЕРШе, иначе потом замучаешься отбиваться от ненужных вопросов. Тем более, что дед меня научил многому. Особенно тому, что связано с холодным оружием и рукопашным боем. С мечами он много не показывал, учил базовым упражнениям одновременно с двумя мечами, базовым защитам и ударам и пару-тройку хитрых финтов по выбиванию оружия у противника.

Сколько я тогда пота пролил, чтобы одновременно сражаться и защищаться двумя мечами. А вот уворачиваться и ходить от атаки мечами, когда у тебя пустые руки я мог на одних инстинктах, отработанных до автоматизма, но завучу знать об этом совершенно не надо.

– Что еще умеешь? Может покажешь? – не отставал от меня Анатолий Иванович.

– Да откуда, я этому почти год учился. Дед больше отжиматься заставлял, приседать и подтягиваться, еще растяжку заставлял делать с пяти лет. – скромно ответил я.

– Жаль, что большего не умеешь, а то бы мы с тобой устроили тренировочный поединок. Молодец – твоя физическая форма – лучшая в интернате. – сказал завуч и пошел забирать мячик, у играющих, так как урок уже закончился.

Приняв душ после физкультуры, вся группа пошла на обед.

А вот после столовой, меня перехватила учительница химии, Ирина Васильевна – мой воспитатель.

– Она отвела меня в сторону и сказала:

– Вань, у меня беда дома – помоги пожалуйста!

– Что стряслось, Ирина Васильевна? – спросил я.

– У мамы был инсульт. Увезли в больницу, но там ничего не смогли сделать. Выписали домой, а она парализована, я понимаю, что такую болезнь тяжело вылечить, даже врачи не справились. Но ты, умеешь творить чудеса, поэтому – вся надежда на тебя. Я сразу подумала, если кто и сумеет помочь – то это ты.

Глава 7

Ирина Васильевна, жила недалеко от центра – в двухкомнатной квартире трехэтажного дома. Обстановка в квартире была скромная – диван с телевизором и старой стенкой в зале и кровать с шифоньером в спальне. Были еще по столу в зале, спальне и на кухне.

В спальне, на кровати – лежала мама мужа Ирины Васильевны – Зоя Сергеевна. Муж Ирины Васильевны, при знакомстве со мной, представился – Николаем Федоровичем.

Он работал водителем. И это он, узнав о моем целительском даре, уговорил – привести меня.

Я помыл руки и пошел в спальню. Зоя Сергеевна лежала на спине, ее глаза смотрели в потолок.

Я включил «Истинное зрение». В голове было много поврежденных энергоканалов, нейронных связей, но еще там была не рассосавшаяся гематома, которая передавила, целый участок мозга вместе с сосудами.

Я активировал заклинание «Сна» и глаза Зои Сергеевны закрылись. Теперь мне нужно, как-то убрать гематому.

Я создал энергоканал и соединил им гематому с пищеводом. Затем стал перекачивать гематому в пищевод, по которому кровь стекала в желудок.

Три часа я провозился с гематомой, так как боялся, что могут лопнуть ближайшие сосуды. Потом сделал перерыв, рассказав, что там за проблемы. Потом продолжил дальнейшее лечение.

Я запустил заклинание «Большое лечение» и «Регенерацию», а сам стал сначала наблюдать за действиями заклинаний.

Нейронные связи стали соединяться, устраняя разрывы, а энергоканалы, сами стали восстанавливаться, я срастил лопнувший сосуд, который вызвал инсульт и укрепил все сосуды в голове с помощью моей энергии, потом пока мои заклинания лечили и восстанавливали, я проверил весь организм, поправил ауру.

Когда заклинания закончили свои действия я еще раз проверил все. Затем добавил своей энергии и прогнал эту энергию по всему организму Зои Сергеевны, чтобы устранить последствия паралича и восстановить мышцы.

За окном уже светало, а меня пошатывало от усталости. В зале на диване, сидя привалившись друг к другу спали Ирина Васильевна и Николай Федорович.

Когда я вышел из спальни, они проснулись и вскочив с дивана бросились ко мне с вопросами:

– Ну, как?

– Да все в порядке, сейчас должна проснуться. И тотчас из спальни раздался голос Зои Сергеевны:

– Ирин, Коль, а куда вы дели мою ночнушку и халат? У нас что гости? Вы с кем там разговариваете?

Ирина Васильевна с мужем кинулись в спальню, а я просто заглянул из зала. Зоя Сергеевна стояла возле кровати завернувшись в простыню.

Они стояли, обнявшись в спальни и на глазах у них стояли слезы радости.

Я не стал их беспокоить, а сел в углу дивана и уснул. А проснулся от вкусных запахов. Меня не стали тревожить, боясь разбудить, я так и сидел в углу дивана, а на столе в зале, стоял по-праздничному накрытый стол, который ломился от еды. Мой желудок стал сразу бунтовать, напоминая о себе.

В зал вошла Зоя Сергеевна, в новом цветастом халате, в руках у нее был большой поднос с пирогом, который она сама испекла. Следом вошла Ирина Васильевна с мужем.

Я встал, поздоровался со всеми. Зоя Сергеевна поставила пирог и подойдя ко мне обняла, потом сказала:

– Спасибо тебе Ваня, что спас меня старую от мучительной смерти и моих детей от участи возится с парализованной. Дай бог тебе здоровья!

Затем, уступила место своему сыну.

Николай Федорович, тоже обняв меня вместе с женой – мои воспитателем сказал:

– Вань, я честно, до последнего не верил, что у нас в мире есть волшебники, но вот обнимаю тебя и понимаю, что ошибался. Тяжело тебе пришлось. Ты, так крепко спал, что хоть из пушки пали. Спасибо тебе от всех нас. И вот возьми от нас за спасение моей мамы. – сказал и протянул мне пачки разглаженных купюр разного достоинства.

Видно собрали откуда только можно, а может еще где дозаняли.

Я, решительно отстранив его руку, сказал:

– Вы обижаете меня. Получается я пришел деньги заработать, а не спасти Вашу маму, да и вообще я не лечу за деньги. Единственная просьба не кому не говорить, про меня, а то опять приедет какая-то комиссия и попытается сделать из меня подопытную крысу.

Врачам и всем скажете, что однажды утром мама встала и пошла печь пирог. Доказать обратное никто не сможет.

Все поклялись хранить тайну. А потом, сели за стол, и я не стесняясь стал уплетать всю вкуснятину – за обе щеки.

Организм молодой ему после таких нагрузок, силы нужно восстановить.

В интернат нас с Ириной Васильевной, отвез ее муж, не переставая благодарить.

Потом, я еще помогал лечить, родственников учителей интерната, ну там были не сильно серьезные болезни.

В начале декабря, после завтрака, меня встретила на выходе из столовой – директор Вера Петровна. И сказала тихо, склонившись над моим ухом:

– У меня в кабинете, по твою душу сидит главный военком края – Петр Никитич Сизов. Кто ему про тебя рассказал – не знаю.

Сказала, а у самой, глазки забегали. Ходили слухи, что ее сыну принесли повестку в военкомат. Собираются забрать в армию. На днях, она на четыре дня ездила в Хабаровск, чтобы попытаться – отмазать сына.

В кабинете директора, по-хозяйски рассевшись на стуле, сидел здоровый – ростом, около двух метров – полковник.

Увидев нас входящих в кабинет, он вскочил и ткнув в меня пальцем спросил:

– Это он?

Директриса испуганно кивнула.

– Так, малец собирайся – поедешь со мной. Я недоуменно посмотрел на директора, которая стояла, опустив глаза, и молчала.

– С какой стати? Я присягу не давал и мне всего пятнадцать лет. Поэтому Вы, для меня – никто. Солдатами командуйте и своими подчиненными. Да и попутно научитесь себя вести, а не позорить офицерскую честь. – сказал я и повернулся на выход, собираясь уйти.

– А ну стоять! – заорал полковник и схватил меня за шею.

– Что Вы делаете – это же ребенок! – закричала на полковника директриса

Этого я уже стерпеть не мог. Стоя спиной к полковнику я кинул на него «Вампиризм» 90 %. Всей своей тушей полковник грохнулся на пол.

Я, повернувшись к Вере Петровне сказал:

– Извините Вера Петровна, но таких наглецов, надо учить, и извините, что не смогу помочь Вашему сыну.

Выйдя из кабинета, я немного успокоился, потом одел полушубок. Хотел взять снегоступы у деда и напрямую через тайгу уйти домой. А там на зимовку и до совершеннолетия не возвращаться.

Но немного постояв – передумал. Уйти, всегда смогу, а сейчас я сделаю неприятность Вере Петровне и остальным. Так все было хорошо. Так нет – принесло этого дуболома.

Зайдя обратно в здание, столкнулся с Игорем.

– Ты куда делся? Там Вера Петровна, какая-то перепуганная – тебя ищет. – сказал он.

Я, сняв верхнюю одежду, пошел к директрисе.

Постучав, попросил разрешения войти. В кабинете сидела Вера Петровна и бледный полковник, который с трудом произносил слова, заплетающимся языком, а Вера Петровна, стыдила его, как мог, он – офицер, поднять руку на ребенка.

Полковник пыхтел и извинялся. Увидев меня Вера Петровна показала мне рукой на кресло и сказала:

– Вань, товарищ полковник сожалеет о случившимся недоразумении, ведь так Петр Никитич, – и полковник закивал с трудом шевеля головой, а Вера Петровна продолжила, – я Вас сейчас одних оставлю, мне надо малышей проверить. А вы тут, поговорите с глазу на глаз.

После чего встала и вышла из кабинета.

Полковник повернулся ко мне лицом и это далось ему с трудом, но я не торопился возвращать ему энергию.

– Послушай Вань, прости меня дурня старого, привык командовать с подчиненными, я там не больно тебе шею сжал? По-свински с моей стороны получилось. Сам приехал просить о помощи, почти двое суток не спал, горе, переживания, вот и съехала «крыша». – сказал он и весь сжался, ожидая ответа.

– Все, забыли! – сказал я и вернул ему забранную энергию. Видя, как ошалело он смотрит на меня, догадавшись кто причина его самочувствия. И продолжил, – что у Вас случилось и чем я могу помочь?

– У моей жены не операбельный рак мозга. Где я только не был. В Москву ездил, в Германию снимки отсылал. Везде говорят, что ей жить осталось меньше двух месяцев. А без нее, мне белый свет немил. Мы почти сорок лет – душа в душу живем. Она меня после Афгана выходила, считай жизнь спасла. А я получается не могу. – сказал полковник и в глазах появились слезы.

– Успокойтесь, Петр Никитич, рак я еще не пробовал лечить, но думаю, что за несколько сеансов смогу вылечить, хотя обещать – плохая примета. Только вот моя просьба, когда вылечу – никому про это не рассказывать, а то меня порвут на бесконечное множество целителей. И давайте со мной на «ТЫ» – сказал я.

– Ты говоришь, почти уверенно о положительном исходе лечения. Чем же ты лечишь? Слухов про тебя, полно, при чем самых невероятных, но верить в такие чудеса, хоть и хочется, но не очень получается.

Мне Вера Петровна такие чудеса рассказывала, но, как им можно верить. – сказал полковник.

– Вот поэтому, я и прошу – держать все в секрете. Иначе для меня – все кончиться плачевно. Где Ваша жена? Не будем тянуть время. Надо предупредить Веру Петровну и мне одеться. – сказал я.

Полковник хотел выскочить, чтобы найти директрису, но она сама вошла в свой кабинет, видно за дверью подслушивала.

– Вера Петровна, Ваня согласился попытаться спасти мою Светочку, я тогда забираю его с Вашего позволения? – спросил он.

Вера Петровна заулыбалась, сказав обращаясь ко мне:

– Вань, спасибо, что согласился, покажи Петру Никитичу, что чудеса существуют, причем рядом с нами.

– Покажу, приложу все усилия. – ответил я и пошел в гардероб за своим полушубком.

На улице нас ждала «Вольво», которую я опознал по кольцам на решетке.

Ехать нам предстояло около трех часов. Конечная точка пути – Хабаровск.

Доехали за четыре часа, как назло погода начала портиться и скорость водитель снизил.

У военкома был двухэтажный коттедж в живописном хвойном бору. В доме согласно статуса не последнего человека в городе, присутствовала роскошь, но не сильно бросаясь в глаза.

Мы с полковником поднялись в спальню, на второй этаж. Там, укрытая одеялом, лежала жена полковника Светлана Викторовна.

Было видно, что до болезни она была красавицей, но сейчас, от нее осталась – лишь бледная тень. Запавшие глаза с чернотой вокруг, бело-серый цвет лица, почти белые обескровленные губы. Она лежала и жалобно смотрела, то на меня, то на своего мужа.

Я включил свое «Истинное зрение». Внутри, в самой глубине головного мозга, находился черный шар, из которого, похожие на ветви молнии в разные стороны расходились метастазы.

Конечно, скальпелем такой не прооперируешь, потому что придется весь мозг исполосовать, чтобы добраться до него, а еще метастазы.

Рассказав и описав положение дел, до крайности удивив полковника, который по снимкам и объяснениям врачей, сам знал, что там и как.

Попросил меня не отвлекать. Кинув «Сон» на больную, стал лечить.

Заранее кинув «Большое исцеление» и «Регенерацию».

Сам же, стал помогать своим, уже начавшим работать заклинаниям.

Протиснув энергоканал к черной опухоли, стал высасывать ее в энергоканал, где уничтожал ее, своей белой энергией.

«Большое лечение» направил на метастазы. Это заклинание просто уничтожало их, не повреждая клетки головного мозга,

А «Регенерация» восстанавливала энергоканалы и нейроны поправляя ауру. Еще она восстанавливала погибшие клетки самого мозга.

Причем заклинания стали работать быстрее и эффективнее, по сравнению с прошлым разом, когда я лечил инсульт.

Когда почувствовал себя истощенным и уставшим, то накинул на себя «Большое лечение» и сразу почувствовал прилив бодрости.

Вот, от опухоли не осталось и следа, я обновил заклинания и стал укреплять клетки мозга своей энергией.

Наконец все было готово, но не мешало бы – пару дней понаблюдать за бывшей больной.

Заклинания закончились, но я на всякий случай кинул их еще раз, а сам огляделся вокруг. Полковник спал в кресле, на улице было уже утро. Посмотрев на настенные часы, я посчитал время операции. Получалось – двенадцать часов.

Я сел в стоящее рядом кресло и уснул. Проспал сутки, до следующего утра. Очнулся на диване, но одетый, видно меня туда перенесли.

Желудок завывал диким зверем.

Глава 8

Встав, я пошел искать удобства и умывальник и чуть не заблудился. Хорошо наткнулся на полковника, который проводил меня до туалета с ванной.

А когда я вышел, спросил:

– Получилось?

У меня все похолодело внутри, и я рванул в спальню с больной. Все думая, как же так, ведь я все вылечил. Больная должна прыгать по дому вместе с полковником, а ее не видно, и полковник о результате спрашивает.

Влетев в спальню, я увидел жену полковника, которая сидела на кровати и грызла яблоко. На щеках здоровый румянец, глаза сверкают лицо вполне здорового человека.

Увидев меня, она юркнула под одеяло, а я, осмотрев ее своим «Истинным зрением», облегченно вздохнул.

Вошел полковник, у которого я спросил:

– Петр Никитич, вы меня напугали, я все сделал, думал вы вместе с женой отмечаете день рождения, а вы у меня про самочувствие спрашиваете. Как и обещал Ваша жена здорова, но для своего успокоения, советую сегодня пройти МРТ головы. Хотя, взгляните на жену, результат лечения виден на ее лице.

Пока выговаривал полковнику и давал советы, Светлана Викторовна встала у меня за спиной и одела халат, а потом сказала мне:

– Спасибо тебе Ваня за подаренную жизнь!

Потом подошла и поцеловала меня в щеку, а Полковник обнял меня и прослезился.

Я напомнил ему про секретность и попросил помочь Вере Петровне.

– Конечно Вань, ее вопрос я уже решил, а вот тебя, как мне отблагодарить? Могу деньгами – сколько скажешь, могу – от армии отмазать или пристроить при себе, скажи, что мне сделать для тебя.

– Когда придет время идти служить, хочу попасть в такие войска, как мой дед, хотя понимаю, что сейчас таких нет. – сказал я, чем огорошил полковника.

Он наверно думал, что попрошу отмазать от армии – видно для него привычно, такие просьбы выслушивать, а я хочу идти в армию, да еще непонятно куда.

И полковник задал мне вопрос:

– А где у тебя Вань дед служил?

– В СМЕРШе и многому меня научил, а учить начал с пяти лет. – сказал я.

Полковник аж присвистнул и плюхнулся в кресло и сказал:

– Ну ты, Вань – просто кладезь сюрпризов. Обещать ничего не буду, но постараюсь. Можно в спецназ ФСБ, или спецназ ГРУ – это, как раз ближе к тому легендарному СМЕРШу. Можно, конечно в школу ФСБ, но думаю, что в кабалу на всю жизнь, да еще с таким, как у тебя умением – ты не захочешь. Вот тебе моя визитка. Тебе полных сколько лет? – спросил полковник.

– В Новый год – шестнадцать исполнится. – взяв визитку ответил я.

– Значит через два года в весенний призыв. Хорошо буду ждать от тебя звонка. А сейчас прошу к столу, а то ты целые сутки не ел. Пойдем любимая покормим волшебника.

Стол в гостиной был уже накрыт, икра красная и черная стояли в больших розетках, омары, крабы и прочие деликатесы, так и просились в рот, но как есть некоторые блюда, я не знал, поэтому ел, только знакомые блюда, такие как котлеты равиоли, жаренный гусь.

Когда только успели все приготовить или эти блюда из ресторана. Наевшись до отвала, полковник организовал мне экскурсию по городу.

Хотел подарить мне смартфон и ноутбук, но я отказался, объяснив почему. Смартфон – мне звонить сейчас некому, а ноутбук ребята будут завидовать, для всех покупать – дорого.

Потом Петр Никитич отвез меня в интернат, где передал с рук на руки Вере Петровне, заодно сообщив ей о решении ее вопроса.

– Спасибо еще раз тебе Вань, я навеки твой должник, стукнет восемнадцать позвони, я постараюсь решить твой вопрос.

Ну все, бывай, поеду к своей ненаглядной. До встречи. – сказал он и укатил домой.

И вот Новый год и мне – шестнадцать. Подарков я не ждал, да и где их могли взять воспитанники. Но зато девчонки с моей группы, перецеловали меня все по очереди. А я сиял, как медный самовар, потому что было очень приятно.

Теперь не скажешь, что я не целованный парень, хоть и целовали меня по-детски – целомудренно.

Девушки моей группы пытались завести со мной отношения, которые больше, чем дружба, но я относился к ним, как к сестрам и не давал повода на близость, да и рановато было об этом думать.

Шли дни, проходили недели.

В дневнике Елея, я прочитал, что любой заговор, проклятье и заклинание, надо приводить в виде формулы-рисунка, состоящего из различных элементов.

Даже мой «Вампиризм», был похож на китайский иероглиф, состоящий из различных элементов.

Там были линии или значки, которые отвечали за мысле-команду высасывания энергии, другие за мысле-команды активации, третьи за мысле-команду регулировки процентов выкачиваемой энергии и за мысле-команду возврата энергии.

Меняя и добавляя определенные значки и линии, можно было самому менять заклинание или создавать новое. Это было похоже на детский конструктор.

Целый вечер и часть ночи потратил на то, чтобы соединить стихийные «Щиты» в один общий, который был по мощности, как все вместе взятые и защищал от всех видов атакующих стихий. И у меня получился, этакий «Универсальный щит».

Еще прочитал про стихийные хранилища, без развития которых, сложные заклинания определенной стихии – не смогут активироваться. «Щиты» и слабые начальные заклинания могут работать и при слабых стихийных хранилищах, а вот более серьезные – только на прокаченных.

Оглядев свой «Магический источник энергии», я заметил тонюсенькие нити разных цветов, где белая нить была стихией света, черная – тьмы, самая развитая толстая нить жизнь – зеленого цвета, еще она отвечала за стихию природы, синяя нить – стихия воды, коричневая – земли, голубая – воздуха, красная – огня и последняя, серая – за стихию хаоса.

Это были стихийные хранилища.

Помимо них, существовали, еще отдельные виды энергий – ментальная, пространства, времени, бытовые и другие, которые зависели от величины источника магической энергии.

Также, в дневнике было написано, как прокачать – эти стихийные хранилища. А прокачивались они – энергией из источника.

Стихийное хранилище жизни, было самым прокачанным и имело толщину в 3 миллиметра, а остальные хранилища были по 1 миллиметру. Все энергоканалы подходящие к ним от источника энергии – по 0,5 миллиметра.

Я расширил энергоканал хранилища магии света – на 0,2 миллиметра. Поступивший в хранилище, увеличенный поток энергии, расширил и увеличил хранилище. Расширил, еще на 0,2 миллиметра. Хранилище, тоже расширилось.

Так, я добился увеличения толщины хранилища магии света – до 5 миллиметров, а толщину энергоканала – до 3 миллиметров.

Этим же способом, добился увеличения – до таких же размеров всех каналов. Затем рост замедлился, и я, уже устал.

Кстати, сам источник увеличился – процентов на 20 %.

После помощи полковнику, Вера Петровна разрешила мне свободно выходить в город, но, так как денег у меня не было, а за лечение, я их брать отказывался, то в карманах у меня гулял ветер.

Я выходил прогуляться по райцентру, просто для того, чтобы сменить обстановку, но не больше.

Буквально на днях, изучил заклинание «Невидимость». И теперь, жить стало веселей, у меня появилась возможность, без билета заходить в кинотеатр в центре Листвянки.

Там, иногда показывали интересные фильмы. Но чаще вместо похода в кинотеатр, я выходил из интерната, взяв с собой снегоступы, которые сам изготовил на уроках труда, шел в тайгу, которая начиналась сразу за сосновым бором, где находился интернат.

По прямой до дома было всего – 15 км. Домой топать смысла я не видел, а вот по тайге побродить и поохотиться с помощью заклинаний, была двойная польза, и мне это очень нравилось.

После моего увеличения стихийных хранилищ, я смог осилить несколько боевых заклинаний – «Молнию» из магии воздуха, «Клинки света» из магии света, «Тлен» из магии «Тьмы», «Поиск жизни» из магии жизни, аналог, такое же, как «Истинное зрение», только радиус был чуть больше.

Теперь передвигаясь по лесу, я кидал эти заклинания в камни, валуны, периодически запуская «Поиск жизни», тем самым прокачивая стихийные хранилища.

И вот, отойдя от интерната примерно на десять километров, и запустив в очередной раз «Поиск жизни», я обнаружил в ста метрах Трех человек, которые шли со стороны китайской границы, мне навстречу, но на сто метров левее.

Тут же накинув на себя «Невидимость», ради любопытства решил за ними проследить.

Трое незнакомцев, тащили туго набитый баул. Дойдя до высокой скалы, они убрали большие ветки, которые маскировали вход в небольшую пещеру, потом зашли в нее.

Я, находясь под действием заклинания «Невидимость», пошел за незнакомцами следом. Пещера была сухая – ветер и снег сюда не попадали.

Незнакомцы оказались китайцами, да и не удивительно – граница в 40 км от сюда. Открыв баул, они переложили килограммовые целлофановые пакеты с белым порошком, в спортивную сумку. Затем пошли на выход из пещеры. Я, опередив их – выбрался наружу. То, что в пакетах наркотики было понятно.

По телевизору, в новостях показывали про китайский наркотрафик. Вот теперь и мне довелось его увидеть, кто к нам прет эту гадость.

Китайцы, выйдя из пещеры, замаскировали ее и пошли в сторону Листвянки, но только другой – своей тропой, потому и не заметили следы моих снегоступов. Я шел сзади в пятидесяти метрах, ступая след в след, чтобы не наследить.

Зайдя в Листвянку, незнакомцы сняли свои снегоступы и спрятали их под деревом, засыпав снегом. Я отправил снегоступы в свой «Пространственный мешок».

Возле дороги, китайцы остановились и стали кого-то ждать.

Я подошел поближе.

Минут через десять к ним подкатил джип «Toyota», в котором было еще двое китайцев, водитель джипа переговорил с кем-то по рации, кивнул остальным, и китайцы с наркотой стали садиться в джип, а я, встав ногами на задний бампер, обхватил руками запасное колесо замер, прижавшись к нему.

Джип тронулся.

Прошло минут пятнадцать, и он выехал с другой стороны Листвянки на пустырь.

Справа был заброшенный карьер, слева лесополоса, а в середине площадка, которая в диаметре была около ста метров. К площадке вело множество подъездных путей. Видно, когда карьер работал, тут стояли вагончики-бытовки, а сейчас было пусто.

На этой площадке стоял еще один джип, с пятью вооруженными автоматами типа «Узи» китайцами.

«Узи» – это израильский пистолет-пулемет, этакая смесь автомата и пистолета, где магазин с патронами находится в рукояти и, который почти в два раза короче нашего автомата «Калашникова».

Когда «наш» джип подъехал, все вылезли из машины, курьерам, тоже дали оружие, затем приготовили оружие к стрельбе, и стали ждать.

Через минуту, с противоположной стороны подъехали два джипа «Gelendwagen». И из них вышли десять человек славянской внешности, у всех были автоматы «Калашникова», а у старшего в руках ничего не было, как и у старшего из китайцев. И вот старшие со спортивными сумками в руках пошли к центру площадки.

Я, находясь под «Невидимостью» спрятался в ближайшей лесополосе. Все это мне напомнило сюжет боевика, который я смотрел в Листвянке, где два главаря бандитов меняли деньги на наркоту.

Вот они встретились в середине площадке, поприветствовали друг друга и каждый открыл свою сумку. Потом они поменялись сумками.

Китаец проверял выборочно пачки долларов, а местный главарь бандитов вскрыл на выбор один пакет, сделав небольшую дырку складным ножом и лизнул содержимое пакета на кончике ножа и тут же сплюнул.

Удовлетворенно кивнул своим людям.

Китаец, тоже стал поворачиваться к своим, чтобы кивнуть, но внезапно взмахнул руками упал возле своей сумки.

Это я кинул на него «Вампиризм» 100 %, чтобы убить наркоторговца.

Китайцы, видя, что их босс упал и не шевелится, сразу открыли огонь – убив на месте главаря местных. Завязалась жестокая перестрелка.

А я сидел в кустах, накинув на себя свой универсальный «Щит», чтобы шальная пуля не достала.

Так бы может наркоторговцы и смогли бы разъехаться, но лежащие в центре площадки сумки с валютой и наркотой – морально не позволяли им, оставить все соперникам. И они воевали до последнего.

А я, спрятавшись в кустах, не позволял никому одержать верх, убивая магией, то китайца, то местного – в зависимости у кого появлялось преимущество.

Когда их осталось двое, они стали перекрикиваться, предлагая друг другу поделить все пополам, но выходить за своей сумкой первым – никто из них не хотел.

Глава 9

Тогда пришлось мне, брать ситуацию в свои руки. Я, первым убил китайца – «Вампиризмом», а затем, местного – «Молнией».

Включил заклинание «Поиск жизни» и огляделся – никого.

Потом проверил карманы у всех на наличие трофеев, собрав деньги в рублях – около тридцати тысяч. Сумку с валютой, кинул к себе в «Пространственный мешок», но зачем она мне нужна – не знал.

Стащил все трупы, оружие и наркоту в одну кучу и уничтожил все «Тленом». Затем немного подумав, уничтожил, еще и джипы.

Теперь китайцы будут думать, что местные у них товар отняли, а местные, что китайцы их на деньги «опустили».

И никакой торговли, в ближайшее время не будет, будут убивать друг друга и воздух станет чище.

А дальше, как жизнь покажет.

Я пошел в интернат, а топать пришлось – далеко. Как минимум – километров десять.

Перед выходом на многолюдную улицу, убрал «Невидимость».

Совесть меня не мучала – значит поступил правильно.

Прибавил шагу, чтобы успеть в интернат на ужин. Переключив мысли на то, какая сегодня будет каша – перловая или пшённая.

В карманах у меня шуршали трофейные деньги, ну разве мог я, имея деньги прийти с пустыми руками в интернат. Я по пути зашел в супермаркет и купил десять килограмм самых дорогих конфет.

Скажу, что односельчанина встретил и тот – угостил.

В интернате на ужин была манная каша – я не угадал. Попросил повариху Елизавету Петровну, которой я помогал разделывать изюбрятину, чтобы она поделила конфеты на все пять групп, ну и сама, чтобы угостилась.

Когда дети вошли в столовую на всех столах стояли вазочки с конфетами. Дети радостно загомонили, а из-за стойки раздачи Елизавета Васильевна крикнула, что конфеты с чаем, чтобы все съели кашу.

Дети искренне радовались, а мне было приятно, что часть бандитских денег, я потратил на радость детям.

После отбоя, я снова стал прокачивать стихийные хранилища и каналы, идущие к ним, а также канал от озера с энергией до моего источника плюс сам источник. Все увеличилось примерно на 15 %. Все хранилища одинаково развивались благодаря моим тренировкам.

Как-то в интернате произошел пожар.

Случилось – это сразу после обеда. Замкнула старая проводка в коридоре возле кабинета Веры Петровны.

Хорошо дед Егор, пришел в это время выписывать у директрисы доверенность на покупку хозяйственных товаров: веников, ведер и много чего еще.

Он быстро отключи л в подвале общий рубильник, а потом мы все дружно стали тушить пожар и справились, не вызывая пожарных.

Но без ожогов не обошлось. Сама вера Петровна – сильно обожгла руку, которую я быстро вылечил.

Вылечив ей руку, я вдруг подумал, а что, если бы мы не справились с пожаром и сгорело бы все здание, наши вещи и главное – документы. Которые лежали в простом железном шкафу. Мне имея «Пространственный мешок», было бы надежней хранить мои документы там.

И я попросил Веру Петровну, отдать мне свидетельство о рождении, паспорт и аттестат о среднем образовании, мотивируя тем, что у меня есть надежное место, где я бы, без риска утраты, смог хранить их.

Вера Петровна сначала посопротивлялась, говоря, что так мол не положено, но так как была мне многим обязана, в конце концов отдала мне их, оставив у себя папку с личным делом.

После увеличения, я снова попытался изучить заклинание «Телепортации». Теперь значки и буквы у меня уже не расплывались и за неделю, я все же осилил – это заклинание, вместе с идущим с ним, небольшим заклинанием – «Активация портального камня».

Для начала я ночью, когда все спали, создал телепорт на спортгородок, но в майке и трусах в январе все-таки прохладно и я телепортировался в туалет, а из него в кровать – работает! Ох, какая полезная штука!

Как написано в дневнике: «Телепортироваться можно, только в те места, где вы уже побывали. Всегда, независимо от вашего желания, когда вы, где-то ходите – в портальном измерении формируется карта.

А чтобы узнать дальность телепортации, нужно вначале, через астрал найти – это портальное измерение. Затем в портальном измерении настроиться мысленно на телепортацию и наложить – это заклинание – на карту в этом измерении. Тогда вы сразу – увидите границы ваших возможностей.

Тренируйтесь и расстояние «Телепортации» – увеличиться. Обычно, когда первый раз вы найдете портальное измерение через астрал, то в следующий раз, астрал вам не понадобится – вы сможете сразу входить в это измерение».

Естественно я тут же решил попробовать. Вошел в астрал без медитации – это я два месяца назад освоил.

Находясь в астрале, сконцентрировался на поиске измерения «Телепортации» и раз – я вижу это измерение. Вышел из астрала и пожелал снова попасть в измерение, не входя в астрал – раз и я там.

Появилась карта местности, мысленно наложил заклинание «Телепортации», выбрав конечный пункт – свой дом в деревне. «Соболиное», вместе с моим домом входило в мою зону телепортации, а вот до пещеры с портальным камнем, немного не хватало – практически нескольких метров, даже зимовье дедовское входило.

Ну ничего – тренировки помогут.

Три – четыре раза в день я телепортировался в зимовье – там было тихо и никто мне не мог помешать, потом обратно, а обратно я выбирал спортгородок – там зимой никого, кроме меня не бывает.

Наконец я смог увеличить расстояние не только для пещеры с портальным камнем, но и до Хабаровска, выбрав место где меня возил полковник.

Это просто фантастика какая-то.

Жалко в Москве я не был, а то можно было в дальнейшем стремиться туда попасть.

Был правда один недостаток – при создании портала он был виден всем и висел еще с минуту. А за это время в него войти мог любой.

Я стал после прохождения откачивать из него энергию, стало получаться, но все равно долго. Активируешь сначала «Телепортацию», а как прошел активируешь «Вампиризм». Все это с лишком долго. Елей в письме писал, что за ним в портал прыгнули трое охранников.

Я стал ломать голову и вспомнил о значках заклинаний, с которыми можно работать, как с детским конструктором.

Три дня мучился, пока не придумал рассматривать значек заклинания в трехмерной проекции.

Сразу процесс сдвинулся с мертвой точки.

Я прицепил значки и линии «Вампиризма» к окончанию значка «Телепортация». Причем настроил «Вампиризм» на высасывание портала на 100 %. А значек «Телепортация», мысленно принимал команду – на сколько секунд должен открыться телепорт.

Это было на случай если мне придется не одному телепортироваться.

В заклинании «Телепортация» несколько значков и линий отвечали за создание телепорта, добавив сюда значки и линии заклинания «Невидимости», я получил невидимый для посторонних портал.

Все, изобретенные мной заклинания – записывал в общую тетрадь, которую хранил в «Мешке».

Заклинание «Телепортация», очень хорошо прокачивало не только телепортацию на и мой «Источник энергии», поэтому я продолжил телепортацию на большие расстояния.

Телепортировался в Хабаровск, затем обратно и так четыре раза в день.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.