Ирина Ильфант
Перевернуть страницу

Ржавчина

Хорони, хорони меня ветер!

Родные мои не пришли,

Надо мною блуждающий вечер,

И дыхание тихой земли.

Я была, как и ты, свободной,

Но я слишком хотела жить.

Видишь, ветер, мой труп холодный,

И некому руки сложить.

                Анна Ахматова

Глава 1

Полухины

Александр лежал на полу кухни и смотрел, как капает из ржавой трубы под раковиной вода. Редкими и тягучими каплями она стекала на пол. Он поскользнулся и сильно ударился головой при падении, теперь его мучила сильная головная боль.  Не было совсем сил подняться на ноги и что – то сделать.  Рука, сломанная год назад, мешала, а на здоровой руке он пробовал приподняться, но не получалось. Силы быстро убывали, и он решил немного полежать спокойно и закрыл глаза. Перед его мысленным взором стали всплывать картины из прошлого.

– Мама, смотри! Я поймал красивую бабочку! Гляди, какие у нее красивые крылышки!– Сашка уже набегался по саду и только сейчас заметил эту бабочку.

– Сынок! Осторожно, не поломай ей крылышки! Она живая и ей еще хочется пожить. У бабочек недолгая жизнь! – Надя, так звали мать Саши, хлопотала возле стола на веранде. Летний домик у молодой семьи Полухиных был небольшой. Гордостью была деревянная, просторная веранда. Резные перила веранды были необычайно красивы.  Надя и ее муж Николай были очень гостеприимны. У них собирались гости с соседних дач. Друзья семьи часто приезжали в гости с ночевкой на дачу.  Когда то Надя и Николай познакомились в деревне у Николая. Надя приехала на практику и вот создалась новая, молодая семья. Потом появился Сашка, и закрутилась семейная жизнь.

– Ну, давай, быстро обедать, а то все остынет! – Надя наливала половником щи и мужу положила кусок мяса в большую тарелку.

– Мама, но папа еще не помыл руки, а ты ему уже наливаешь,

– Ничего, сынок, скоро твой папа подойдет, и мы сядем обедать. Ты тоже вымой руки, вон полотенце висит на гвоздике.

  Дача у Полухиных была небольшой, но уютной и совсем недалеко от города. Всего сорок минут на электричке. И вот он лес и дача у железнодорожного полотна. А в лесу грибы и ягоды. Вскоре подошел отец и все сели обедать.

– Мама! Как хорошо, здесь на даче! Вот бы лето никогда не кончалось! И не надо ходить в школу!

– Ну, сынок! Без знаний, без учебы, жить невозможно сейчас! Человек должен учиться, чтобы стать хорошим специалистом. А главное, стать хорошим и добрым человеком! Не делать зла людям понапрасну. Понимаешь, сынок?

– Да, мама! Я понял! Надо быть умным и добрым! – Саша уже жевал второе и торопился допить свой компот. Ведь его ждала в саду бабочка и спрятанный от посторонних "секрет".

 Вот и школьный выпускной позади. Саша теперь уже взрослый молодой человек и готовится поступать в Авиационный институт. Он твердо решил связать себя с авиацией. Не летать, но строить самолеты и спутники. Кажется, что мечта у него начинает сбываться. Главное – это сдать вступительные экзамены. Сложный институт с большим конкурсом на место. На его факультет летательных аппаратов было 8 человек на место.

– Мам, я сегодня не приду обедать. У меня запись в библиотеку. Столько всего надо знать, чтобы сдать сложный предмет! – Саша проглотил бутерброд и, схватив сумку за ремешок, взвалил ее на плечо.

– Саша, ты уж до утра не пропадай. Вот поступишь в институт, тогда гуляй свободно вечерами! Ладно?! – Надежда улыбнулась своему отражению в прихожей. Морщинки появились возле глаз, но она не особо переживала по этому поводу.

– Хорошо, мам, не волнуйся. Я хороший сын, я тебя никогда не брошу. Я помню твои слова – Быть умным и добрым!

Вот и первый экзамен позади. Впереди еще четыре, но самый сложный Саша уже сдал. Ему очень хотелось отметить это событие с друзьями детства и школы. Но все его друзья разъехались по другим городам. Некоторые одноклассники остались в его городе, но с ними он не дружил.  Вообще – то Сашка не очень был общительный, хотя в семье всегда были гости. Но это были друзья родителей. А вот Сашка сам сходился со сверстниками не сразу. И теперь, отмечать свой первый вступительный экзамен приходилось в одиночестве.  Он увидел кафе- мороженое на улице Некрасовской и решил отметить там свою первую победу.  Взяв креманку со сливочным мороженым и бутылку лимонада, Саша сел за крайний столик.  Это кафе в народе прозвали "Три вяза". В этом кафе всегда было вкусное мороженое в вазочках-креманках.  Возле Саши, за соседним столиком, также одна сидела симпатичная девушка с темными волосами. Она тоже ела мороженое из вазочки и пила лимонад.

" Как бы познакомиться с этой девушкой? Видимо, она, что – то отмечает, как и я в одиночестве" – подумал Саша. Он взял свое мороженое и подсел к девушке за столик.

– Здравствуйте! Разрешите с вами познакомится. Меня зовут Саша. А как зовут Вас? – он посмотрел девушке в глаза, и его охватила горячая волна. У девушки были васильковые глаза и черные ресницы. Вьющиеся черные волосы обрамляли лицо. Губы были как спелая вишня. Саша как бы онемел и не смог вымолвить больше ни слова.

– Меня зовут Ольга. Я в городе недавно. Поступаю в Авиационный институт. Вот сдала первый экзамен. Девушка, почему то покраснела, и румянец залил ее щеки.

– Вы знаете, а я тоже сегодня сдал свой первый экзамен и сейчас это отмечаю. Здорово, что мы вместе в один институт поступаем.  А на какой факультет?

– Факультет механики. Вы тоже на этот факультет? – Ольга тряхнула своей гривой волос.

– Нет, у меня другой факультет. Главное, что в один институт, – Саша отхлебнул из бутылки лимонад. Мороженое он уже съел. Теперь, в уме он решил пригласить Ольгу в кино. Благо, они находились недалеко от трех кинотеатров. В одном из них, наверняка, начинался какой нибудь сеанс.

– А знаете, Саша, я хочу пойти в кино. Я еще не была в кинотеатре в Куйбышеве. Я ведь приехала поступать сюда из Ульяновска. И здесь меня поселили в общежитие, – Ольга с каким-то вызовом облизнула губы и внимательно посмотрела на Сашу. Сашу немного смутили ее взгляды, но он тут – же взял инициативу в свои руки.

– Хорошо, Ольга, я приглашаю Вас сегодня в кино! – он протянул ей руку и они встали из-за стола. Как то сразу они взяли друг друга за руки и пошли в кинотеатр «Художественный». Так назывался один из трех кинотеатров на улице Куйбышевской. Другие два кинотеатра назывались – «Молот» и «Ленинского Комсомола». В эти кинотеатры ходили как на праздник. Они находились на центральной и старинной улице города. Билеты всегда брали заранее, но им повезло, на сеанс, который начинался, были билеты.

Конечно, Саша поступил в институт и Ольга тоже. Она жила в общежитии. Саша иногда приходил к ней в общежитие, но это было редко. Встречались они, когда появлялось окно от занятий и гуляли по парку и ходили в кино. Саша все больше влюблялся в Ольгу. Ему в ней нравилось абсолютно все. Это было его первое сильное чувство. Только он никак не мог понять, как к нему относится Ольга. Она никогда и ничего не говорила о чувствах, о своем отношении к нему. Саша терялся в догадках, нравится он ей или нет.

– Скажи, Оленька, как ты ко мне относишься? Я столько раз говорил тебе о своих чувствах, а ты о своих умалчиваешь. Скажи мне, нравлюсь ли я тебе? Или ты ходишь со мной от скуки?– он все это проговорил и замер в ожидании решающего ответа.

– Саша, я нормально к тебе отношусь. Ты хороший парень. У меня в школе, в Ульяновске, был мальчик. С ним была первая любовь. Я как-то не могу его сразу забыть. Ты мне нравишься, но сильных чувств у меня нет. Может потом проснуться, со временем. Я этого не могу знать. Если тебя это обижает, то я могу с тобой расстаться. А если нет, то давай продолжим дружить. – Ольга облизнула свои вишневые губы. Саша не мог оторваться от губ взгляда. Он был согласен на дружбу. Только быть рядом с ней. Его неудержимо влекло к вишневым губам и васильковым глазам. Он даже готов был простить ей довольно обидные слова.

Прошло полгода. Саша сделал предложение Ольге. Как ни странно, она согласилась на брак с ним. Ольга переехала в квартиру к родителям Саши. Теперь, они жили все вместе. Вскоре появилась маленькая дочка. Саша в ней души не чаял. Он гулял, кормил, пеленал дочь. Как то сразу, все заботы о ней легли на его плечи. Ольга мало занималась бытом. Только учеба и подружки. Дочери она уделяла меньше времени, чем Саша. Сначала ясли, потом детский садик. Через два года появился сын. И снова заботы на плечи Саши. После института, работа на авиационном заводе. Вечера и выходные он проводил с детьми. У них уже была своя квартира. Родители жили отдельно. Периодически Саша с Ольгой и детьми приходили к ним в гости. Как всегда Надя и Николай были рады гостям и внукам. В летние каникулы, Саша уезжал в деревню к деду. Там была рыбалка, грибы и ягоды. Веселое лето для детей и парное молоко. Дети росли крепкие и здоровые благодаря усилиям Саши.

– Ольга, ты снова в отпуск поедешь на море? А как же дети? Возьми хотя бы мальчишку. Пусть он увидит море своими глазами,– Саша просящее посмотрел на жену.

– Вот еще! Я хочу отдохнуть от детей и работы! А там, снова дети! Нет, это не мое!

Ольга поправила волосы. В последнее время, она все больше тяготилась своей семьей. Впрочем, она и вышла за Сашу замуж, лишь потому, чтобы закрепиться в Куйбышеве. Когда она еще училась на первых курсах, ей сказали, что после окончания института, направления будут давать в отдаленные районы страны. Ольге очень не хотелось уезжать из Куйбышева, тем более возвращаться в Ульяновск. И она, видя, что Саша к ней испытывает сильные чувства, решилась на брак с ним. Это был единственный шанс закрепиться в городе после окончания института. Теперь, она смотрела на Сашу злыми глазами и выкрикнула:

– Твои дети, ты их хотел, вот и воспитывай! Заботься о них! Я уезжаю одна на море! А вообще то, я хочу развода!

– Но, Оля, дети еще маленькие! Им нужна мама и отец! Я думал всегда, что ты меня любишь или я хотя бы нравлюсь тебе! А выходит, что только я один тебя люблю, а ты только искала выгоду. Правда? – Саша чувствовал себя обманутым, использованным. Ему было очень больно и все читалось в его глазах.

А Ольга ничего не замечала, ей только важны были только ее желания, чувства и выгода. Она встряхнула волосами, снова со злостью посмотрела на Сашу:

– Да, Санек! Ты совершенно прав! Я искала выгоду в тебе! Ты был местный, а я приезжая. Ульяновск – неплохой город, но возвращаться туда я совершенно не хотела. Чтобы закрепиться здесь, в Куйбышеве, я и вышла за тебя замуж. Не скрою, ты мне немножко нравился. Мне импонировало то, что ты мной сильно увлекся. Другие парни просто искали приключений. А ты нет. Но беда в том, что я любила другого. А ему было на меня наплевать. Получается, что я отомстила другому парню, выйдя за тебя замуж. Вот такие пироги.

Теперь, они оба смотрели друг на друга, как чужие люди. Это было страшно для Саши. Завеса игры, театра отпала. Он увидел совсем другую Ольгу. И если быть честным, ему вдруг стало, ее очень жаль. Ведь она не видела своего счастья с ним. Ей было совершенно невдомек, что такая любовь, как его к ней у нее не будет. Он повернулся и решил уйти. Ему хотелось побродить по улицам родного города. Надо все обдумать, решить, как нам жить дальше. Все это Саша прокрутил в голове и, хлопнув дверью, ушел из квартиры.

После этого печального разговора, они остались жить вместе в одной квартире из-за детей. Но друг с другом общались холодно и только по необходимости. Саша старался подольше оставаться на работе. Выходные проводил с детьми в прогулках или у бабушки с дедом. Где все выходные была Ольга, его теперь совершенно не волновало.

Прошло несколько лет такой грустной и непростой жизни. Наступили 90е года. Завод, на котором работал Саша, разваливался на глазах. Теперь, почти не было зарплаты. Её задерживали или выдавали совсем маленькую.  Работники в день зарплаты дежурили с раннего утра в коридоре у окошечка кассы. Часто хватало денег не всем работникам. Вся эта невеселая жизнь добивала Сашу. Ольга в эти дни совсем слетела с катушек. Она уходила куда-то на неделю, потом возвращалась домой. Саша с ней не разговаривал и ничего не спрашивал. Но как – то в один из дней, пришлось заговорить:

– Ольга, так больше продолжаться не может. Мы должны развестись с тобой и освободить друг друга – Саша сглотнул от волнения, его руки дрожали. Нервы совсем стали никуда. Он долго терпел такую жизнь, и теперь все аукнулось в проблемах с нервами.

– Да, Саша, я тоже бы хотела с этим покончить. Дети совсем взрослые. Спокойно будут реагировать на наше расставанье. Только вот с кем они будут жить дальше? Это вопрос серьезный. Надо нам определиться с разменом квартиры.

– Да, Ольга, мне очень жаль. Но, действительно, надо размениваться. Думаю, что все равно детей придется прописывать к тебе, так как ты мать. Они еще школьники, пусть и старших классов. Мне вполне хватит однокомнатной квартиры. Закон при разводе на твоей стороне. Но видит Бог, воспитанием детей занимался в основном я. Теперь настала твоя очередь заботиться о них. Хоть ты и не привыкла это делать. Но ничего, они совсем самостоятельные. Вполне могут сами себя обслужить и не требуют особого ухода, – Саша внимательно посмотрел на Ольгу.

– Не переживай, все будет как надо,– и Ольга повернулась к нему спиной и стала переставлять фигурки в серванте.

– Думаю, что мебель, что стоит в квартире, я тоже заберу. В однокомнатной «гостинке» ничего это не поместится. Поместится только диванчик или кровать и шкаф для одежды. Надеюсь, что ты не обидишься на меня за это,– Ольга повернулась к Саше и посмотрела с вызовом ему в глаза.

– Да, зарабатывали вместе, а вот все это будет у тебя. Ну, что-ж, наверное, ты об этом когда-то и мечтала. Город, квартира, престижная работа и деньги. Остальные «мелочи» тебя никогда не волновали. Ладно, пусть так и будет.  Хоть чья – то мечта исполнится. И уж конечно, не моя мечта. Все, о чем я мечтал, не получилось. Но я не вешаю нос.

– Давай, закончим этот разговор. Мне пора на смену. Ольга повернулась и вышла в прихожую.

Спустя пару месяцев развод состоялся, и Ольга за это время присмотрела размен. Детей не спрашивали, с кем они хотят остаться. Их просто поставили перед фактом. Они будут прописаны, и жить вместе с матерью в двухкомнатной квартире. Отец будет жить один в однокомнатной квартире. Сначала, дети часто наведывались к отцу. Но потом, рутина будней захлестнула их. Все реже и реже они стали встречаться с отцом. Саша страшно переживал по этому поводу.  Жаловался даже своим родителям. Но дети и деда с бабушкой не жаловали своим присутствием.

– Не расстраивайся так, сынок! Дети твои вырастут и вспомнят про тебя. Про то, как ты с ними жил на даче и в деревне. Как ты занимался ими. Сейчас Ольга с ними и они выбрали не только ее. Они выбрали школьную жизнь. Подруги, друзья – все это главное для них. Потом они вспомнят и поймут, ты подожди.

Пролетели два года. Сын Саши закончил школу и поступил в институт. Тут он стал чаще бывать у отца.  Ему нужна была помощь при поступлении в институт, чтобы он помог с и дал денег на учебу. Чувствовалась рука Ольги. Саша понимал, что сын от него отвык и под влиянием Ольги отдалился от него. Ему было горько от этого.

– Слушай сынок! Вадик! А помнишь, как мы ловили в речке карасей? Помнишь деревню? Дачу?

– Да ладно, пап. Что вспоминать всю эту мелочь? Это было очень давно, и неактуально сейчас! Главное для меня сейчас – это поступить в институт! Потом мы вспомним и будем об этом говорить долго, – Вадим похлопал отца по плечу.

Конечно, Вадим поступил в институт. Саша ему хорошо помог в этом деле. Но потом, когда началась студенческая жизнь Вадима, то он не появлялся у отца совсем. Он даже не звонил ему. Хотя у всех были сотовые телефоны. В это время умер у Саши отец. Он очень переживал. На заводе дела пошли неважно. В отделе уже было мало кто их бывших сослуживцев, кто начинал с ним работать на заводе. Много было новых сотрудников. Саша стал «запойным». Он мог выпивать по бутылке в день. И уходить на несколько дней в глубокий «запой». Его не увольняли, специалистов было мало на заводе и в отделе. Отдел, которым он руководи ранее, уже не существовал. Его перевели в штатные сотрудники другого отдела.

Минуло еще два года. Уже дочь стала поступать в высшее учебное заведение. До этого она успела поработать в качестве продавца. Но она уехала в Ульяновск. Там уже понадобилась помощь матери в поступлении. Оксана была смышленой девочкой, и она сама могла бы поступить без протекции матери.

– Оксана, ты как собираешься жить в другом городе? Хоть он и не очень далеко от нашего, но все таки. Ты будешь там одна, без родных!– говорил Саша при появлении дочери у него в квартире.

– Папа, ты забыл, что у мамы там есть родственники? Вот, на первых порах, я буду жить у них! А там, посмотрим, как сложится с учебой!– Оксана улыбнулась и обняла отца за шею.

– Я очень самостоятельная и, наверное, пошла в мамочку! Мы тебя забросили совсем, но ты не расстраивайся. Я тебя помню, и детство наше помню. Но теперь, все иначе. Мама, она более деловая и вписалась в нынешнюю жизнь. А вот ты, нет. Ты остался добрым романтиком. Совсем не знаешь где срубить денег. Не хочешь жить роскошно, как показывают в бразильских сериалах. А мне, очень хочется быть не нищей, а богатой. Не считать копейки до зарплаты. Пойми, папа, время сейчас деловое и жестокое,– Оксана со снисходительной улыбкой посмотрела на отца.

Александр с горечью и удивлением смотрел на дочь и очень четко понимал, что он Оксанку тоже потерял. И что теперь, она стала почти чужим ему человеком.

Оксана уехала учиться в Ульяновск. Александр теперь жил один в своей однокомнатной «гостинке». Она была не совсем его. Здесь ранее жила сестра его матери. Теперь, после смерти отца его, она переехала к сестре.  Его мать, после смерти мужа не могла жить одна. И теперь они жили вдвоем. Мать Саши сильно сдала, и болячки преследовали ее. Ходила она с трудом и редко выходила на улицу. Сашу не тяготило одиночество, наоборот, оно ему нравилось. Работу на заводе он не бросал. Хоть крохи, но он мог на них питаться и выпивать.  Смутное время. Преданные заводу работники бродили как тени. Предавать свой родной завод многие не могли. Саша выпивал каждый день и к вечеру был «чуть тепленьким». Приходил домой и спал до утра. Начинал с утра понемногу и осушал бутылку к вечеру. Уговоры матери и тети его не останавливали, это была уже болезнь. Когда денег не хватало на бутылку, и он клянчил у тети. Она его жалела и выдавала немного. Это было сильнее его самого, тяга к водке. Летом Саша уезжал на дачу и переставал пить. Было не на что пить водку.  На даче он чинил крылечко и крышу, копал и сажал. Это было его спасение от запоя. В очередной приезд к матери, он говорил:

– Мама, что ты хочешь от меня? Я всю жизнь посвятил самолетам, семье. Рос добрым. А кому это надо? Кто это ценит и ценил когда либо? Разве что, только ты и тетя. Даже дети, которым я отдал многое, они отвернулись от меня. Для них я шут гороховый и пьяница! Это горько осознавать! Это больно чувствовать! Я как будто брошенная собака, которая служила верой и правдой, а теперь состарилась и никому не нужна! Да, теперь я пью, и это меня спасает от боли в душе и от боли физической!

Надя очень переживала за Сашу, но уже теперь она не могла ему помочь. Она стала многое забывать. Порой приходилось с усилием вспоминать, какой сегодня день недели, какой месяц и год. Это было страшно. Но она видела, что сыну плохо. Это причиняло еще больше ей страданий.

Сын Саши и Ольги вообще забыл об отце. Ему нужны были только подружки и деньги. Иногда в его мозгу всплывали сцены из далекого детства с отцом. Он отгонял прочь эти воспоминания.  Ему хотелось, чтобы папа был «крутой», с крутой и навороченной «тачкой». Но все было наоборот. Его отец был простой заводской служащий и к тому же выпивающим. Именно поэтому он перестал навещать отца. Это была обида пацана за то, что нет у него «тачки» и кучи денег на развлечения. То, что давала его мать, и подрабатывал он, хватало на питание и девочек. На большее было рассчитывать глупо.

Все шло чередом, пока не случилось страшное. Заболела сестра матери Саши. У нее обнаружили рак, и притом на последней стадии. Она погибла за два месяца. Это была полная катастрофа для Саши. Мать его теперь осталась одна в квартире. Без посторонней помощи. Смерть сестры еще больше ее подкосила.

– Что ты мама, совсем расклеилась! – Саша взял мать за руку и тихонечко ее поглаживал. Он любил мать сильно, и не мог представить, чтобы она осталась одна в этой квартире.

– Да, сынок, я теперь одна, переезжай ко мне. Я не могу одна быть в этой квартире, – мама с грустью посмотрела на сына.

– Сегодня я ночую здесь, а завтра мне надо собрать свои вещи и переехать сюда. Одну ночку побудешь одна, мне надо собраться. Он поцеловал мать и ушел на работу.

Теперь Саша и мать жили вдвоем. Но прибавилась еще одна неприятность, Саша упал на улице по пьяни и сломал себе руку. Это случилось вскоре после того, как он переехал к матери жить. Теперь стало сложно ухаживать за мамой и готовить одной рукой. Он стал получать пенсию по возрасту. До этого они могли жить только на мамину пенсию и небольшую зарплату на заводе. Именно тогда, он стал меньше пить. Еще до этих событий, к Саше приезжала дочь из Ульяновска и предложила оформить квартиру на себя. Ту самую, что у него была от размена с женой. Оксана стала уговаривать отца переписать квартиру на себя. И потом и пенсию, которую ему назначили на заводе:

– Ты, папочка, всю пенсию пропьешь. А я буду привозить тебе продукты, и оставлять немного денег. Я не хочу, чтобы ты пропил все и оставил бабушку и себя голодным, – она очень настырно уговаривала отца сделать так побыстрей.

– Но, Оксана, пенсия моя, и я ее получил за многолетний труд на заводе. Это мое дело, куда я ее буду тратить. Кто тебя надоумил такому? Уж не Ольга ли? Твоя мать тебя подослала ко мне, чтобы ты мне все это озвучила? Почему бы вам не ухаживать за бабушкой? Мне, как видишь, трудно с одной рукой.

– Но, папа, я ведь живу и работаю в Ульяновске! Как же мне сюда ездить часто? Раз в месяц я могу тебя и бабушку навестить. У меня теперь семья и ребенок,– Оксана уже не так по-доброму разговаривала с отцом.

– Ты вполне можешь приехать в Самару. Ульяновск не твой родной город и работу здесь тоже можно получить. Не сложно для тебя с твоей профессией,– Саша понимал, что этот разговор ни к чему не приведет. А вот квартиру можно переписать на тебя.

Прошло совсем немного времени, и квартира, в которой Саша жил ранее, оказалась уже не его. А вот пенсию, он тоже перестал получать. Оказалось, что он как пьющий человек, не будет сам получать пенсию. Только дочь может ею распоряжаться и выдавать ему деньги.

Оксана приезжала раз в месяц за пенсией и выдавала ему деньги немного и привозила продукты. Это был конец всему. Его просто хотели уморить и заодно его мать. Пенсию бабушки тоже Оксана прикарманила. Как это получилось у нее, было ему неведомо.

– Ужасно! Как это ужасно! – подумал Саша, лежа на полу кухни, – как это так получилось, что мои дети меня бросили и обманули? Что я сделал не так? Я сам не бросил мать умирать в одиночестве. А меня бросили и отняли то, что мне дало государство? Мою заслуженную пенсию? Как горько мне, как больно, очень больно. Но надо встать, надо все-таки встать, и приготовить для мамы и меня. Надо встать.

Прошло несколько дней. Сын Саши решил навестить отца и бабушку. Он стучал и звонил, но дверь никто не открывал. За дверью была тишина.  Сын позвал соседа, и они взломали дверь. В квартире был сильный гнилостный запах. Отец лежал на полу у раковины на кухне, а бабушка почти сползла с кровати и так и застыла. Отец и бабушка были мертвы.

Глава 2

Иванчиковы

Николай сидел на балконе 4 этажа, дрожа от холода зимнего дня. Как он здесь оказался он уже не помнил. Последние дни он уходил надолго в тяжелый запой. И этому была веская причина. Вот и сейчас он сидел, обняв колени, и дрожал всем телом. В его воспаленном мозгу всплывали, какие – то обрывки мыслей и картинки. Он встал и подергал ручку балконной двери. Она не поддавалась его усилиям. Ему стало четко и ясно, что его хотят именно здесь заморозить.  Он снова сел на корточки, пытаясь согреться как в детстве, обняв колени руками.

– Колька! Гляди! Какую я щуку поймал! И всего- то на мякиш хлеба! Вот это здорово! – старший брат Кольки – Петька, весь вспотел от натуги, таща щуку к берегу.

Это было для него трудновато. Ведь Петьке было 9 лет, а Кольке всего 6.

Село Задельное было на крутом берегу Саратовского водохранилища. Кругом простирались бескрайние степи и холмы. Село было очень красивое. Дома стояли справные, но попадались и простенькие, заброшенные домишки. Колхоз был не в особом почете у области. Сюда никто не стремился приехать. Молодые парни и девчонки уезжали в основном в города и поселки Саратовской области. А некоторые и в Куйбышев подавались, на заводы. Вот и родители Кольки и Петьки и их старшей сестры Верки тоже собирались уехать в Куйбышев. Здесь они не видели для себя возможности жить в достатке. Иван и Наталья Иванчиковы родили троих детей, но уже давно хотели из села убраться. И уже совсем скоро и Колька и Петька будут учиться в городе. Колька еще в школу не ходил. А вот Петька 2 года уже отучился в сельской школе. Ему было жаль покидать своих деревенских друзей. Рыбалку, которую он обожал. Но что делать ребятам? Так решили родители. А дети еще ничего не решают в этой жизни.

Прошло почти два года. Петька учился уже в 5 классе городской школы. А Колька только пошел в 1 класс. Он очень был рад, что как старший брат, стал «взрослым». Теперь у него тоже появились уроки, переменки. Ребята все сдружились в классе. С Петькой все меньше находилось общих тем. У Петьки были свои друзья, а у Кольки свои. Среди друзей у Кольки появилась и девчонка из параллельного класса. Они вместе занимались в юннатском кружке. И очень она ему нравилась, она хорошо к нему относилась.  И очень он к ней привязался, боготворил, но это было уже в 6 классе.

 Верка вообще перешла уже в 7 класс. Все дети Иванчиковых были разными. Родители при переезде в Куйбышев, целый год жили в общежитии в одной комнате. Но совсем быстро получили квартиру в одном из районов города. Здесь были в основном жители заводов. Район назывался «Безымянка». Во время Великой Отечественной войны сюда эвакуировали Московские заводы.

  Солисты Большого театра тоже были в Куйбышеве. Но в театр ходили в основном жители старого центра города. Теперь, в 60-х годах, этот район стал частью города Куйбышева. И здесь жили потомки москвичей и приезжих из других областей. Нравы были жесткими в этих рабочих районах. Драки и поножовщина. Не попасть в плохую компанию было чудом, и зависело от воспитания в семье. Колька и Петька были еще младшими школьниками, но курить и пить они уже могли начать в 6 классе. Примеров тому было много. Родитель Кольки и Петька и здесь не упускал случая приложиться к бутылке в конце рабочего дня. Николай даже не удостаивал особого внимания детям. Мальчишки видели плохой пример от отца и раньше, когда жили деревне. Мальчики были маленького роста и очень переживали по этому поводу. Они пошли в мать. Она была низенькой и колченогой. Все это было последствием военного детства. Теперь, болезнь суставов передалась и мальчишкам. А вот Верка, пошла в отца, она выросла выше мальчишек. У нее не было приземистости и кривоватых ног.

– Эх вы! Мои братишки! Какие вы у меня колченогие! У всех братья красивые и статные, а вы два ужасных утенка! – Верка, с сердитым выражением смотрела на своих братьев, она их тихо ненавидела.

– Ну и что! А ты больно красивая что ли? У всех сестры красивее тебя! Нечем тебе хвастаться совсем! Нашла тоже, чем хвастаться! У тебя ноги коротковатые, шея тоже короткая! Вся в отца!– Петька зло сплюнул через зубы. Он этому научился недавно и очень этим гордился. К месту и не к месту он всегда теперь так сплевывал. Хотелось покрасоваться умением перед девчонками. Курить он тоже уже начал. Его мечтой было водить машину, грузовик, мотоцикл. Колька был намного скромней в своих желаниях. Главное, что он хотел – это любви и спокойствия в доме. Чтобы не пил отец и не переживала мама. Он любил мать больше всех. Пусть она некрасивая, колченогая. Для него это был самый близкий человек. В школе у него были друзья, и он не был одинок, но дома хотелось уюта и тишины.

– Ну вот, мальчики, я покидаю эту квартиру и уезжаю учиться в другой город! Наконец-то я больше не увижу всех вас! Как вы мне надоели! Хочется новых впечатлений, – Вера собирала чемодан. Только вчера отгремел выпускной бал, и она сразу уезжает в Свердловск учиться. Ей очень хотелось уехать из дома и не жить в этой опостылевшей квартире.

– Да, скатертью дорожка! Я тоже скоро уеду в армию! Останется только Колька с матерью и отцом. Это будет кайф для Кольки! Он любит быть дома. Сидеть с мамой, – Петька отрастил усы и гордился этим.

– Все мы разлетимся. Пусть мама и папа остаются вместе. Отдохнут от нас, – Колька вставил свое слово,– меня в армию не возьмут, я слишком маленький. Меньше и худее Петьки. Я просто поступлю куда – нибудь, в техникум или в ПТУ.

 Дети Иванчиковых для себя давно решили не оставаться после школы дома у родителей. Им надоела теснота и вечная пьянка отца. Он уезжал по выходным на рыбалку с собутыльниками и пропадал до понедельника. Его в доме почти не видели. Одна мать, придя с работы, все вечера находилась на кухне и готовила на большую семью обеды и ужины. Ей было грустно, что только Колька был к ней привязан. Но расстраивало еще и то, что у Кольки не было подружки девчонки. И что он очень комплексовал по поводу своей внешности. Петька тоже был не красавец, но напористость, воля и хитрость помогала ему в жизни. Он учился водить машину и решил после армии поступить в институт. Его не останавливало, что он некрасив и малого роста. А вот Колька был мягким и нежным. Ему было намного сложней с внешним миром.  Если его обижали, то он очень долго переживал. Мать боялась, что свои переживания он будет заливать выпивкой. И что самое опасное, перед лицом был его отец и его наклонности. Она разговаривала с Колькой и просила его не выпивать. Он мог стать запойным алкашом. Колька пообещал ей, что будет выпивать редко.

Прошло пять лет. Верка отучилась и вышла замуж за симпатичного парня. Как ни странно, его тоже звали Колька. Такие вот странности судьбы. Вера практически с братьями не виделась. Новая жизнь ее увлекла. О матери и отце она вспоминала изредка. И братья между собой тоже почти не общались. Петька ушел в армию водилой. Научился водить легковушку и возил своих армейских начальников. А кем еще он мог там быть? Колька учился после 8 класса школы в ПТУ. Прошло два года, они пролетели птицей.

– Привет Колька! Как твоя учеба в ПТУ? Справляешься?– Петька пришел только что из армии и отдыхал от всех забот и хлопот.

– Да, Петька, я живу отлично. Учеба не напряжная. Много свободного времени. Хочу, сплю, хочу, пью. – Колька шмыгнул носом и сплюнул так же, как его брат в школе.

– Да уж. Плевать ты научился знатно. Я вот в армии научился лучше материться. А вот плевать отучился. Знаешь, как интересно было быть водилой у начальства? Столько всего пришлось услышать и повидать, – Петька приподнялся на локте и подпер голову рукой. Его задумчивый взгляд, «ушел» куда – то вдаль.

– Там, я столько всего узнал. Многое понял в этой жизни. Пить надо меньше, Колька. А то, пропьешь всю свою жизнь. Ну и что, что мы колченогие? И что мы маленького роста? Наполеон тоже был малого роста. И Александр Сергеевич Пушкин тоже был невысоким. Но он пользовался огромным успехом у женщин. Понимаешь? Разве это так плохо быть маленьким?

– Да ладно, братан, ты прям, как ученый заговорил. Ты изменился. Я думал, что кроме мата ты ничего из армии не привезешь! – Колька закрыл глаза и вздохнул так, что шум из груди напугал его самого, – А давай спать, глаза закрываются уже.

Прошло уже довольно много времени. И жизнь шла своим чередом как и у всех, что окружали семью Иванчиковых. Работа, дом, вечером всей семьей смотрели телевизор, а утром снова на работу. И только по выходным могли уехать в другой район или погулять по набережной. Рабочий район, где они жили был довольно пыльный от стоящих рядом заводов. И воздух иногда пах то серой, то формальдегидом, то мором для клопов. Все уже привыкли к этим запахам. И когда вырывались в парк или на набережную, то понимали, какой бывает чистый и свежий воздух. Летом Иванчиковы уезжали на дачу, которую им выдал завод.  Вернее, отцу выдали участок. Потом построили летний домик и посадили небольшой огородик и плодовые деревья. И Петька и Колька очень редко ездили туда. У Петьки появилась легковой автомобиль Москвич. Он о ней грезил, и наконец-то приобрел. Это было такое для него счастье! Наконец-то любимое занятие. Можно поехать куда захочется. Тут же сестра этим воспользовалась и стала напрягать его поездками. Но Петька был уже не тот послушный братишка, как он был до армии. Он четко выдал сестре, что ездить будет тогда, когда сам этого захочет. Так и получилось. А вот Колька перестал вообще, учится. Он связался с какой – то шантрапой и брата совсем не слушался.

– Слышь, Петька! Хоть ты и старше меня, но мне твои нападки надоели! Хочу пью, хочу нет. Мое здоровье не должно тебя волновать. – Колька опять сплюнул, как делал давно Петька и почесал за ухом, – Девчонки меня обходят стороной. Я им не нужен. Чем еще погасить обиду и злость? Денег получаю мало на заводе. Куда ни них поведешь девушку? Где мне найти подругу? Может, ты мне в этом поможешь?

– Да у меня, у самого никого нет. Обещают познакомить. Но я особо и не надеюсь. Мать говорит, что пора мне уже жениться. Если я кого найду, то разменяет нашу трехкомнатную квартиру. Так что вот такие мои планы на будущее. Спасибо матери, что хоть – то может мне помочь.

– А как же я?– мне кто поможет? – почему только тебе? Я может тоже, вдруг женюсь! – Колька, чуть не плача смотрел на Петьку.

– А ты, Колька, должен сам бороться за метры. Или живи с мамой и отцом. Чем тебе плохо? Мама тебя кормит, а ты только пьешь и гуляешь. И Петька с прищуром посмотрел на Кольку. Он сейчас думал только о себе. Ему было все равно, как и где будет жить его брат. С того момента, как он насмотрелся в армии всего, он увидел, что вранье дает человеку выгоду. Он научился вести двойную игру. Говорить нужные вещи в нужный час. Так было удобнее. А что брат? Брат Колька пьет и вряд ли бросит это дело. Он слаб, он добр и верит всему, что ему скажут. Так что, если выгорит ему квартира, то имея машину и квартиру, он сможет жениться и уйти от родителей и брата. И начнется у него новая жизнь.

Прошло много лет. Теперь уже Петька и его супруга жили в однокомнатной, отдельной квартире. Тот обмен дал ему «гостинку», маленькую, но отдельную. Машина тоже была своя. Тогда его познакомили с женщиной, у которой был уже маленький ребенок. Она была выше его на голову. Женщина рада была уйти тоже от родителей и жить отдельно. Развитие отношений было быстрым и уже через полгода они жили вместе. Уже после, родные его жены помогли приобрести большую однокомнатную квартиру. И это было очень удачно. Но возникла проблема с ее сыном, он никак не мог к нему привыкнуть. Мальчик стремился к нему, но он не находил чувств к этому мальчишке. Жене же не хотелось снова стать матерью. Она боялась, что ребенок станет колченогим и маленького роста. Но ее в Петьке привлекала квартира и машина больше всего. Да и общий язык они сразу нашли.

Колька в то время остался жить с матерью и отцом. Колька начал пить по черному каждый день. Работа у него была периодами, он фактически жил на шее родителей. Николай пробовал кодироваться. Но все было без особого успеха.

– Колька! Когда ты наконец-то женишься? Уйдешь от родителей и перестанешь сидеть на ихней шее? Видишь, как у меня все получилось? Институт окончил, женился, квартира, пусть небольшая, но своя. Как тебе не совестно жить так? Бросай ты, братец, пить горькую! И возьмись, наконец-то за ум! – Петька понимал, что разговор пустой, и только расстроит Кольку.

– Петь, но, ты же знаешь, что меня часто обманывают с оплатой! Я столько работаю, а денег не вижу! Я не виноват, что кругом одни жлобы! – у Кольки в ресницах запуталась слеза, и рот его страдальчески сморщился.

– Да, ладно, Колька! Ты не реви! Не будь ты маленьким мальчиком!

Минуло еще несколько лет. Колька жил с матерью в небольшой «хрущевке». Он, по- прежнему, пил каждый день. Мать совсем сдала. Она не могла уже обслуживать сына и уже сама нуждалась в помощи. Сестра Кольки помогала изредка, но отнимала пенсию у матери и совсем мало оставляла на питание. А брат Петька, тоже приходил редко и ругался с сестрой, что она совсем не купает мать и отбирает у нее деньги. Сам он брезговал, как и Колька ухаживать за старой матерью. Недолго прожила мать от такого «ухода». И в один из дней, она умерла. Колька теперь стал бояться, что сестра выгонит его на улицу. Он и раньше, еще при живой матери, говорил Петьке, что боится будущего. Так оно и вышло. Сестра, оказывается, успела оформить квартиру на себя. Кольку она выбросила на улицу и стала заниматься ремонтом квартиры.

– Слышь, Колька! Иди ты побирайся по помойкам на выпивку! Проси подаяние у прохожих! Я не собираюсь тебя терпеть в своей квартире. От тебя вонь и грязь,– она поморщилась от вида Кольки.

– Но, я ведь твой брат родной! Как ты можешь меня выбросить? Я прописан в этой квартире, – Колька чуть не плакал.

– Что? Да я уже давно тебя выписала, ты теперь можешь жить только на улице! Не смог ты встать на ноги раньше. Так что ты сам такой жизни хотел!– и она захлопнула перед ним дверь.

Когда Петька узнал об этом, то сильно поругался с сестрой. Они договорились, что зимой Колька будет ночевать в квартире, а не на улице. Пусть даже в коридоре.

И вот прошло лето. Колька бродил по дворам и ночевал в подвалах. Он еще больше постарел. Хотя был младше Петьки, а тем более Верки.  Но выглядел он древним и обросшим стариком. Он приходил к квартире и сидел на площадке. Соседи стали жаловаться и Верке, пришлось впустить его в квартиру, вернее в коридор. Хоть она и сильно не хотела этого. В один из дней, к ней должны были приехать знакомые. Она попросила ненадолго Кольку, спрятаться на балконе. Балкон был застеклен, но не отапливался. От ужаса у Кольки похолодело все внутри.

– Давай, Колька! Иди на балкон, я быстро впущу тебя обратно, как только провожу гостей! Но гости были долго, и когда Верка все-таки открыла дверь балкона, то Колька был уже мертв.

Глава 3

Лунева

Лена сидела на берегу Волги и, у ее ног лежал верный друг последние 8 лет –  Вулкан. Это был огромный пес – помесь волка с восточно-европейской овчаркой. Его морда, была вся в белой пене. Собаку отравили куском мяса соседи, с которыми Лена бок о бок, прожила более 15 лет. По ее впалым щекам текли горькие слезы. Они текли не переставая. И она все гладила густую серебристую шерсть костенеющего друга. Лена смотрела невидящим взглядом, на ту строну Волги, где был густой и красивый лес. И перед ее взором проходила цепочка воспоминаний.

 Сызрань. Здесь Леночка родилась, и начала ходить в детский садик. Мама у нее здесь работала нянечкой, и поэтому ее никто не пытался обидеть. Но когда она пошла в школу, то тут начались ее страдания. Она была очень худенькой. Только милые, светлые кудряшки, обрамляли ее личико, и огромные голубые глаза светились добротой. Леночка очень любила всякую живность. Домой тащила брошенных кутят и котят. Если видела воробья-подранка, то тоже тащила домой. Ее мать тоже была очень жалостливая и не ругала дочь. Она раздавала кутят и котят соседям и знакомым. Себе оставила только одного котенка, серенького, с белой отметиной на лбу. Потом, этот комочек вырос в большого и лохматого кота сибирской породы. Как породистый кот оказался на улице, было Наталье Николаевне непонятно. Но она не ругала Леночку за эти постоянные таскания животных домой. Она была уверена, что именно природная доброта и участие – самое главное в жизни человека. И поэтому, Леночка росла в любви и понимании со стороны матери. Ведь совсем не секрет, что многие родители, да что говорить, почти 90%, не разрешают детям заводить животных в доме. Одноклассники страшно завидовали Леночке, что ей можно, а им нельзя. И они стали ее третировать, обижать. Обзывали её ненормальной и блаженной. Ленка совсем не обижалась. Хоть она и мала была еще, но она понимала, что это от нелюбви родителей этих ребят к животным. От бездушия и черствости ребят и их родителей. Такая кроха, но уже понимала и чувствовала многое. Так бывает, что маленький ребенок, умнее и мудрее многих взрослых людей.

   Учась в шестом классе, она обратила внимание на мальчишку из параллельного класса. Они с матерью уже переехали из Сызрани в Куйбышев. Теперь, они жили в районе, который назывался в народе «Безымянка». Здесь жили рабочие с многочисленных заводов. Вот и мать ее переехала сюда в поисках лучшей жизни и денежной работы. Здесь же жила ее двоюродная сестра и сначала, они жили у нее в квартире. Потом получили комнату в коммуналке от завода. И закрутилась новая жизнь. Мальчик из параллельного шестого «Б» был маленького роста. Но его большие глаза смотрели на нее с восхищением. Они вместе стали ходить в юннатский кружок при школе. Во дворе были почти соседями. Колька – так звали мальчишку, был добрый и любил животных. Вместе с Леной, они спасали собак от злых хулиганов. Мальчишек, злых и жестоких, было полно в этих дворах. Они матерились, курили и пили бормотуху с малолетства. У Кольки был отец, такой же выпивоха. Но Колька еще не увлекался этим и был скромным мальчиком.  Он вместе с Леной ходил в кружок, ездили с ребятами за Волгу. Там они проводили все каникулы летом.  Были лагеря, где ребята отдыхали. А во время учебы, ходили по дворам рядом с домом и спасали собак и кошек от живодеров. Одного пса по кличке Казбек, они опекали долго, пока он не убежал на трех лапах в другие, более приятные места. Этот Казбек был огромный, как восточно-европейская овчарка. Его хулиганы побили палкой и сломали ему лапу.  Ленка и Колька его вылечили, но Казбек так и бегал на трех лапах по двору. Колька очень дорожил дружбой с Ленкой. Он дарил неуклюже подарки, которые мог дарить. И Ленка была очень рада, что у нее есть такой отзывчивый друг. Но вскоре им пришлось с мамой переехать в другой район города. Там была рядом река Волга. Почти у причала было несколько домов, а рядом элеватор. В этих домах и жили работники элеватора. И вот, когда Ленка приехала в бывший свой район через полгода, то не узнала друга Кольку. Он стал плеваться, как заправский хулиган и разговаривал только с помощью мата. Лена была очень огорчена такими переменами в друге. Колька при встрече с ней очень обрадовался и сказал:

– Ленка, как ты уехала, мне стало очень тоскливо. У меня нет здесь больше друзей. Таких как ты, больше нет. И я стал подражать шпане, чтобы не быть «белой вороной». Понимаешь? Брат у меня такой же и окружающие вокруг. Если бы я мог отсюда уехать! А ты уехала и все перевернулось. Я очень по тебе скучаю.

– Коленька, прости меня, что так получилось у нас,– я не могу тут одна остаться. Я буду иногда приезжать. Часто ездить слишком далеко. Приезжай ты, как нибудь в гости к нам? Хорошо? – Ленка погладила Кольку по руке. Она очень расстроилась, увидев своего друга таким. Теперь, Ленка потеряла своего маленького друга Кольку. Ей больше не представилось случая приехать в свой бывший район.

 Она стала учиться в другой школе. Там не было юннатского кружка. Это ее очень огорчало. Но она стала ходить в кружок изостудии. Теперь, она уже мечтала стать художником. Недалеко от ее местожительства находилось художественное училище. И каждый раз, проходя мимо училища, она представляла себе, как будет в нем учиться. В классе школьном, она так ни с кем и не сдружилась. И она всегда шла одна из школы домой. Мать у нее стала часто болеть. У нее оказалось много хронических заболеваний. И в том числе с сердцем. Мама чахла прямо на глазах. Ленка очень за нее переживала, боялась.  Ей было уже 15 лет и страшно было остаться одной без поддержки матери. Она всячески ей помогала в быту. Теперь покупка продуктов была на ее плечах. И уборка по дому тоже досталась ей. Только мама не подпускала Ленку готовить еду. Работать она уже не могла и только подрабатывала немного у подруги. Это были такие гроши, что еле хватало на скудное питание. Ленка устроилась  разносить телеграммы на почте. Это было ей не сложно и учебе не мешало. Мать уговорила ее после школы поступать в Авиационный институт. Поступила она туда сразу. И уже на первом курсе ей понравился парень, который учился на 2 курсе, его звали Саша.  Он ей так запал в душу, что кроме него, она никого не замечала. Она могла любоваться, как он идет по коридору, идет по улице. Но как-то представился случай с ним заговорить. Это был, какой- то сбор, или собрание актива комсомола и там они пересеклись. Она что- то спрашивала, он ей отвечал. Но он не видел в ней девушки. Вскоре она узнала, что у него есть подруга, с которой он ходит в кино и в парк. И она их увидела, как они шли, взявшись за руки.  Тут ее пронзила такая боль в груди, в сердце, что она чуть не потеряла сознание. Ей было очень больно это видеть. Она ясно поняла, что только с ним она будет счастлива, а он с ней. Но он был слеп и глух к ней и не видит ее, даже если будет смотреть. И в этот момент, она решила, что уйдет из этого института. Ее не привлекала профессия и теперь ничего не удерживало. На следующий день она подала заявление. Ленка нисколько не жалела о том, что порвала с институтом. Но через два месяца после этого, у нее умирает мать. Лена осталась совсем одна. Еще до смерти матери, она устроилась на предприятие в бухгалтерию, поступила учиться в вечернее отделение художественной школы.  Ее мечта, стать художником, начала сбываться.  Она много рисовала, ездила на этюды. И благодаря этому, она немного пришла в себя от всех горестей, от потерь. Осталось только мечта, устроиться художником-оформителем на предприятие. И до этого было не так далеко. Хоть зарплата была небольшой, но было ей по душе. После окончания художественного училища, Лена устроилась оформителем. Но вот в личной жизни у нее ничего не складывалось с мужчинами. Излишняя худоба ее не украшала. Поклонников было немного, но они ее не устраивали. Ленка завела себе кота, которого отдала знакомая по работе. Это был огромный и драчливый кот. Ленке не известна была порода.  Но многие думали, что это рысь. Кисточки на ушах давали такую уверенность. Кот дрался и царапался, и она пыталась его приручить. Кусаться вскоре он перестал, но царапать его не смогла отучить. И Ленка ходила с исцарапанными руками и ногами. Соседские дворовые собаки боялись ее кота Ваську.  Огромный кот мог задрать любого пса. Так и жил Васька у нее, пока не появился пес. Неизвестно, почему пес выбрал ее жилище. Но факт остается фактом.

– Ну, что Вулкан, ты пришел ко мне жить? Теперь я буду звать тебя так. И будь добр, откликаться на эту кличку. А не то, я тебя выгоню. Уж больно ты огромный, и мне тебя сложно будет прокормить.

С  этого дня Ленка, Вулкан и Васька стали жить втроем. Она так привязалась к животным, что даже на работе думала о них. Пес ее защищал от всех не прошеных гостей. Они жили на первом этаже, в там районе, что часто могли прийти выпивохи и постучаться в дверь. Васька ловил мышей и крыс на кухне. Таким образом, он добывал на пропитание всем. Ленка смеялась, но оценила заботу кота о пропитании. Но зато, соседи, которые жили напротив ее квартиры, не жаловали ее питомцев. Лена с ними пыталась поговорить, но все упиралось в непонятную злобу и ненависть. Она не понимала, чем мешают соседям кот и собака. Она находила около своего порога квартиры кусочки мяса и костей. С брезгливостью их выбрасывала на помойку. Она отлично понимала, что мясо отравлено. Тщетно она пыталась договориться с соседями. Похоже, было, что ее хотят выжить из квартиры. Не будет собаки, будут отравлять ее. Ленку это пугало. В один их весенних деньков, она упала во дворе через натянутую кем -то проволоку. Как она там оказалась, ей не было ясно. Она упала и растянулась на асфальте. Когда встала, то с ужасом почувствовала боль в ноге. Ей надо было идти на работу, на остановку автобуса. Но идти было невозможно. Вдруг, она увидела двух мужчин, слесарей из ЖЭУ, они шли через двор. Лена громко их окликнула. Они подошли к ней. Она рассказала, что подвернула ногу и не может идти. Мужчины подхватили ее на руки и понесли в поликлинику. Там ей оказали помощь. Сделали перевязку и дали больничный. Теперь ей приходилось хромать с палочкой. Неделю она была дома, но потом решила выйти на работу. Там ее ожидали неприятности. Из-за смены руководства ее перевели из хорошей мастерской в подвал с отопительными трубами. Рядом находилась котельная. Жара в помещении была жуткая. Дышать было очень трудно в этой «мастерской».

– Как так можно, чтобы я работала в этом аду? В таком жутком помещении?– Лена в отчаянии спрашивала у своего начальника производства.

– Елена, это решила не я, так решили наверху. Им, видите ли, виднее, куда и кого посадить и какое помещение дать. Я ничего не могу поменять, могу только попросить предоставить более хорошее помещение. Жди решения.

– Серафима Аркадьевна, но ведь получается, что меня хотят уморить. Там дышать нечем от жары! От испарений! Меня еще и работой завалили, – Лена умоляюще глядела на свою начальницу.

– Если что не устраивает, то можно уволиться, и нет проблем – ответила ей начальница.

– Значит, получается, что это было сделано специально?

– Зачем такое говорить? Начальство ничего против вас не имеет,– Серафима Аркадьевна немного покраснела.

– Не имеет, говорите? Что же тогда меня хотят выжить? Где я найду работу потом? Я уже здесь много лет,– Лена с негодованием смотрела на начальницу.

– Елена, разговор окончен,– Серафима Аркадьевна опустила голову и стала перекладывать бумажки на столе.

Так Лена и осталась работать в жутком подвальном помещении с надеждой на перемену места работы. Нога постепенно заживала.

Она по – прежнему, жила с собакой и котом, заботилась о них. Хоть кот Васька продолжал ее царапать, но это было только в игре. Он перестал на нее кидаться, как это было раньше. Лене было приятно возвращаться домой, где ждали ее питомцы. Но в один из дней, вернувшись с работы, она не увидела дома пса. Дверь в квартиру была открыта. Ужас заполнил ее всю. Закрыв дверь, она бросилась во двор, потом на улицу и побежала к берегу Волги. Там они часто гуляли с Вулканом. Он бегал, играл с ней по берегу Волги. В этот раз Лена увидела Вулкана возле бревна, на котором она часто сидела. Пес лежал и его бока тяжело вздымались. Из пасти пузырилась пена. Он умирал.  Лена схватила руками его голову и слезы брызнули из ее глаз.

– Сволочи, – прошептала она посиневшими губами.

Именно так и было. Вулкана отравили соседи напротив ее квартиры. Такой умный и осторожный пес оплошал. В этот день Ленка второпях забыла закрыть квартиру.

– Прости меня, дуру, Вулканушка. Я отомщу за тебя потом, как только представится такая возможность.

  Прошло еще, какое – то время и в сводках новостей замелькало сообщение, что на улице М. Горького сгорел весь первый этаж дома. Сгорели дотла две квартиры. И только не было указано, есть ли трупы в этом пожаре.

Цвет яблони

Наступила долгожданная весна. Жители далекого, но красивого села, как и в прошлые годы, начали поджидать горожан, желающих отдохнуть летом на природе. Свежий, целительный воздух в этих краях был знаком многим. Село со всех сторон было окружено Жигулевскими горами. Невдалеке от села было красивейшее озеро под названием «Каменное». Рядом с селом протекала величавая река Волга. Аромат трав и цветов с Жигулевских гор будоражил горожан летом. Сами сельчане давно привыкли к этому ароматному воздуху и даже не замечали окружающих красот. Дома в этом селе были разные. У одних справные, крепкие, а у других в плохом состоянии. Встречались и совсем покосившиеся избушки. Самый ветхий домишко был у Степаниды Тимофеевны. Она жила совсем одна, и ее избушка давно разваливалась без крепкой руки хозяина. Крылечко дома покосилось, и один край держался на нескольких кирпичах, которые не были скреплены между собой. Того и гляди эта сторона крылечка могла запросто рухнуть на землю. Сам домик тоже просил ремонта, и уже давно. У Степаниды Тимофеевны в домике было две комнатки, кухонька и сени. В одной комнате с печкой обитала она, а другую надеялась сдать постояльцам. Но уже давно никто не хотел снять комнатку у Степаниды. Дом кричал о своей запущенности и отпугивал городских жителей. Окно комнаты для жильцов глядело на берег реки Волги. Была видна разрушенная церквушка и садик за оградкой. Яблони за оградкой каждый год цвели, и в конце лета, к яблочному Спасу давали обильный урожай красивых и вкусных яблок.

Все сельчане весной, каждый год надеялись подзаработать на сдаче своих комнат и домиков. Желающих было немного, и сдавались комнаты недорого. Вот и Степанида Тимофеевна тоже каждый год, весной, надеялась на жильца и его деньги. Она готова была сдать комнату хоть за 30 рублей на все лето. Но все горожане, побывав у нее, отказывались от комнаты. Они предпочитали снять на лето более хорошие комнаты и крепкие домики.

– Вот и на этот раз Господь обойдет меня стороной, проговорила Степанида Тимофеевна, завидев идущего от причала немолодого мужчину.

– Кажись, не молод человек, вон как тяжко идет, – снова сказала старушка, глянув из-под руки на идущего.

Мужчина перекинул на другое плечо что – то тяжелое, поправил рюкзак за плечами. Он тоже глядел из-под руки на домик Степаниды Тимофеевны. Но вот он направился к крыльцу дома и поставил на землю свой тяжелый рюкзак.

– За сколько сдашь комнатенку на лето бабушка? – спросил Степаниду Тимофеевну мужчина.

– Ой, милок, я дешево сдам, за тридцать рубликов, – забеспокоилась старушка.

– Мне нужно до самой осени, а может, и сентябрь прихвачу, – мужчина стал оглядывать окрестности.

– Какой прекрасный вид на церквушку и яблони,– промолвил он,– я остаюсь, и деньги плачу вперед.

–Милости просим, мил человек, с удовольствием. Идемте, я покажу вашу комнату,– Степанида Тимофеевна засеменила к крылечку, и на радостях смахнула слезинку со щеки. Мужчина вошел в комнату и тут же распахнул окно.

– Как красиво здесь, а рыба водиться в Волге? – спросил он.

– Конечно, мил человек, все есть. И птица в лесу, и рыба в воде.

– Хорошо. Меня зовут Петр Иванович. Я художник, и вот этот мой тяжелый этюдник надо пристроить. А как с кормежкой? Я готов оплачивать и стол.

– Хорошо, Петр Иванович, я могу приготовить, но не обессудь, я уже стара, готовить разносолы, – Степанида Тимофеевна посмотрела на постояльца. «Вдруг он уйдет от того, что я готовить, не особо могу?» – испугалась Тимофеевна появившейся мысли.

– Ничего бабушка, я и сам могу приготовить себе.

– Ну, тогда обживайся, мил человек.

Вечером Петр Иванович пошагал к Волге с удочками на плече. Когда он вернулся, то вручил старушке связку окуньков:

– Сварите ушицы бабушка, я сейчас с удовольствием бы полакомился рыбкой и выпил бы чаю.

– Хорошо, милой, сейчас все быстренько приготовлю, – Степанида Тимофеевна уж и не знала, как угодить своему постояльцу, который так неожиданно свалился в эту весну. Ведь она и не особо то и рассчитывала на удачу, на такое счастье. Деньги небольшие, но хоть живая душа рядышком. Есть теперь ей с кем слово молвить.

На следующий день, с утра, Петр Иванович поставил этюдник невдалеке от дома, на возвышении.

– Какая у вас тут красотища! Какие необыкновенные цветущие яблони за оградой церквушки! – воскликнул художник.

– Да, церквушка давно развалилась, и колокол тоже переплавили. Но вот яблоньки цветут каждую весну,– Степанида Тимофеевна перекрестилась, глядя на разрушенную церковь.

– Ну, вот я и начну писать это необыкновенное утро, цветущие яблони и церквушку, – с восторгом произнес Петр Иванович.

Он разложил кисти, достал тюбики красок, приладил небольшой подрамник, и начал писать набросок будущей картины.

Степанида Тимофеевна вернулась в свой дом, и стала хлопотать, готовить нехитрый обед для постояльца.

– Теперь у меня жилец и надо готовить покушать и соблюдать чистоту в доме. Надо, чтобы хватило сил на все это, – проговорила про себя старушка.

Каждое утро, художник приступал к своей картине, а ближе к вечеру уходил на озеро или на Волгу ловить рыбу. Иногда, он брал палку, корзинку, и шел в горы, в лес.

– Какая все – таки, у вас тут красотень!– в один из вечеров он пил со Степанидой Тимофеевной чай и восхищался походом в горы, – прекрасная местность, изумительные горы и леса! А какой чистый и упоительный воздух здесь! Так и «пьешь» этот восхитительный аромат.

– Да, Петр Иванович, здесь красиво, но мы, сельчане, уже привыкли, и давно перестали это видеть. Да и забот полон рот,– старушка подперла щек рукой и задумчиво посмотрела в окно.

Так и потекли майские деньки. Степанида Тимофеевна была очень рада, что у нее появился постоялец, да еще художник. Она хвалила его соседкам по селу. Она чувствовала родственную душу и оттаяла от одиночества. С удовольствием стряпала обеды и ужины в меру своих возможностей. Степанида Тимофеевна каждое утро смотрела, как художник кропотливо пишет картину. Уже появились горы, оградка, утреннее небо, и лучи солнца освещали ветки цветущей яблони. Все как живое, Петр Иванович, каждый раз был недоволен тем, как выходили у него ветки цветущей яблони:

– Опять я не поймал тот чистый белый цвет, снова не то.

Он сокрушенно, вновь и вновь переписывал ветки яблони. Два раза Петр Иванович уплывал на омике в город, и, возвращаясь к вечеру, привозил печенья, карамельки Степаниде Тимофеевне к чаю. Старушка была очень рада такому вниманию. Ей было приятно, что о ней помнят и ее хотят порадовать. Если художник не шел в лес или на рыбалку, то брался за топорик, рубанок и чинил крылечко дома. Также он смастерил калиточку в палисадник. Степанида Тимофеевна была довольна, что домик приобретал более приличный вид, и уже не выглядел таким кособоким. Даже крышу поправил Петр Иванович.

В один из дней художник уехал в город, а к старушке припёрся местный тунеядец Тимошка:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.