# Королевство изгнанных

Максим М. Мартино

Ее сердце не было частью соглашения, когда она заключила сделку.

Но посланники смерти редко держат слово.

Лина Эденфрелл – заклинательница, которая может приручать редких фантастических тварей. Ее несправедливо обвинили в преступлении и приговорили к пожизненному изгнанию. Единственный способ выжить – продать своих прирученных зверей, что в Лендрии карается смертью. Теперь Лина – главная мишень охотников за головами. Нок, лидер гильдии перерожденных из отряда убийц, уже идет по ее следам.

Но Лина сама переступит порог обители смерти и предложит заключить охотнику сделку: четыре фантастических твари для каждого члена отряда в обмен на свою свободу.

Нок вынужден согласиться, ведь это единственный шанс снять проклятие, наложенное на него несколько десятков лет назад. Однако Лина еще не знает, что никто и никогда не отменял клятвы убийц, а это значит, что Ноку придется сделать выбор между жизнью девушки и своей собственной.

Maxym M. Martineau

Kingdom of Exiles. The Beast Charmer, Book 1


Copyright © 2019 by Maxym M. Martineau. Originally published in the United States by Sourcebooks Casablanca, an imprint of Sourcebooks, LLC.

www.sourcebooks.com.

Illustrations by Aud Koch

Stock images © Shutterstock

Cover art by Neils Antone

© Купфер Л., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

Она – заклинательница тварей, а я – ее невольный убийца.


В тот момент, когда Лина переступила порог Обители смерти, она предложила четырех магических существ в обмен на свою свободу.

Она не знала, кто я на самом деле.

Она не знала, кто назначил награду за ее голову.

Она не знала, что ей не сбежать от судьбы – от меня.

И я представить не мог, как мне удастся нас спасти.


Но я уверен только в одном: убийство Лины станет самым трудным делом в моей жизни.


Посвящается моей семье и мужу.

Спасибо тебе, мама, за то, что в детстве научила меня мечтать, получать удовольствие от интересной истории и верить в миры, которые для других невидимы.


Спасибо тебе, папа, за то, что обучил меня упорству. Без твоих уроков я бы не была так предана своей работе и эта книга не увидела бы свет.


Спасибо тебе, Чез, за то, что ты самый лучший брат в мире, за то, что показал мне, что значит полностью посвятить себя своей страсти, и за то, что всегда заставлял меня улыбаться.


Спасибо тебе, Джейкоб, за то, что ты стал моим мужем, о котором я всегда мечтала, и за то, что поддерживаешь меня и любишь всем сердцем и душой. Просто помни, я всегда буду выбирать тебя.


Остальные члены моей семьи, близкие и далекие, я тоже вас люблю.


## Первая глава. Лина

К вечеру стало ясно три вещи: студенистые куски баранины на вкус были абсолютно несъедобными; клиент с блестящими глазками-бусинками рассчитывал на нечто большее, чем просто заполучить моих волшебных тварей, и, третье – самое важное – кто-то следил за мной.

Первые два обстоятельства были совершенно нормальными.

Я отодвинула тарелку с мясом в сторону и оперлась локтями на тяжелый дощатый стол. Клиент продержался всего две секунды, прежде чем его взгляд переместился на медальон в виде книги, висящий у меня на груди. Просунув толстые пальцы между воротником своей туники и шеей, он осторожно потянул за ткань.

– У вас есть то, ради чего я пришел? – Его тяжелое золотое кольцо блеснуло в свете свечей. На кольце виднелся затейливо выгравированный символ столичного банка Вильхейма. Делец. Редкий посетитель «Полуночного Шутника» – моего любимого трактира на черном рынке. Моя рука уже вспотела в кармане от предвкушения наживы, и я нащупала спрятанный там бронзовый ключ.

– Может быть. – Я отодвинула металлическую тарелку подальше. – Как вы меня нашли?

Дез, местный бармен, обычно снабжал меня клиентами, но обладатели парчовых туник никогда не захаживали в «Полуночного Шутника».

Я заерзала в кабинке: возникло ощущение, что невидимая пара глаз прожигает дыру у меня в затылке. Слабое движение из тени промелькнуло где-то сбоку в моем поле зрения. В другой раз я бы и не заметила его, но в таких случаях я привыкла быть настороже.

– Дез привез партию спиртного в бар в Вильхейме, где я частенько бываю. И сказал, что вы можете кое-что предложить. – Мужчина вытащил свои пальцы-сосиски из складок на шее и положил ладони на стол.

Пока все звучало довольно убедительно. Дез действительно делал отличный пряный ликер и продавал его на стороне – дешевая, но вкусная альтернатива дорогому алкоголю, сваренному в пределах безопасного Вильхейма. Но это совсем не объясняло появление тайного наблюдателя.

Чьи-то глаза все так же следили за мной, пока я осматривала столы. На затянутых паутиной стропилах висели кованые канделябры со свечами. Каждый шаткий стул был занят завсегдатаями в грязных туниках, их косые взгляды сопровождались торопливым шепотом о незаконных сделках. Кому из них я понадобилась? Члену Совета? Потенциальному клиенту?

В висках запульсировало, и я с трудом заставила себя посмотреть на клиента.

– Например, Гисс.

Мужчина выпрямился и нетерпеливо улыбнулся, обнажив желтые зубы из-под потрескавшихся губ.

– Да. Мне сказали, что у вас как раз есть одна.

– Они стоят недешево.

Он поморщился.

– Знаю. Дез сообщил, что нужно будет заплатить сто бит.

Сто? Я искоса взглянула на Деза. Полностью погрузившись в разговор с посетителем трактира, он ничего не заметил. Сотня была слишком высокой ценой для Гисс. Дез оказал мне большую услугу. Я могла бы прямо сейчас отдать клиенту ключ, но мне представилась редкая возможность: бесчувственный делец, оказавшийся в трудной ситуации, надеется ухватить удачу за хвост. Иначе зачем бы ему потребовалась помощь Гисс?

– Сто пятьдесят.

Он вскочил на ноги, едва не опрокинув стол, и его выходка привлекла внимание чуть ли не каждого преступника в этом злачном месте. Дез осторожно приподнял бровь, разминая руки для пущего эффекта, и делец, смутившись, опустился на свой стул. Он откашлялся и снова, заметно нервничая, стал перебирать толстыми пальцами складки на шее.

– Сто пятьдесят – это чересчур.

Скрестив руки за головой в небрежной позе, я пожала плечами.

– Соглашайтесь или уходите.

– Я найду кого-нибудь другого. Никому не позволю себя надуть.

– В вашем случае разумнее стать моим клиентом. – Я кивнула на притихших посетителей вокруг. – Ни у кого из них сейчас нет того, что вас интересует, и сомневаюсь, что когда-нибудь появится. Они не такие, как я.

Мужчина глубоко вздохнул.

– Неужели все заклинатели такие коварные?

Я наклонилась вперед, улыбнулась и подмигнула.

– Те, что вам нужны? Да, черт возьми.

– Дерьмо, – он ущипнул себя за нос. – Хорошо. Сто пятьдесят. Но советую этой Гисс хорошенько поработать. В противном случае вам придется найти способ загладить свою вину передо мной. – С показной медлительностью он поднес руку к подбородку и обвел большим пальцем округлую челюсть. В его взгляде промелькнул слабый блеск, и я скрестила лодыжки, чтобы не пнуть его под столом. Мне нужны были деньги, и я не собиралась пачкать свои новые ботинки.

Пришлось как следует постараться, чтобы сдержать рычание в своем голосе.

– Уверяю, Гисс исполнит любое ваше желание. Одно за полгода.

– Прекрасно. – Он протянул руку, чтобы закрепить сделку деловым рукопожатием.

– Вы же в курсе, что Гисс требует плату за каждое желание, верно?

Его рука дернулась.

– Да, да. Выполни просьбу – получи желание.

– И я не несу ответственности за то, что просит Гисс. За это полностью отвечает зверь, не я.

– Отлично. Приступайте уже к делу, пока Стражи не решили обыскать эту дыру.

Столичные Стражи? Он был бы не против. Но крепкие, хорошо обученные солдаты и близко не подойдут к этому месту, славящемуся дурной репутацией. Гниющие темные леса Китского леса вплотную прижимались к западной стороне «Полуночного Шутника». Раздирающие душу крики заблудших монстров, проносящиеся в воздухе, отпугивали даже самых храбрых людей.

Нет, Стражи никогда сюда не заявятся.

Я пожала протянутую руку мужчины. Липкая кожа скользнула по моей ладони, и по руке пополз мерзкий холодок. Он отодвинулся и полез в карман за бархатным кошельком с монетами. Когда он потянул за кожаный шнурок, горстка серебряных жетонов и золотых отриксов звякнула о стол.

Сто пятьдесят бит. Забавно, что куски плоского металла размером с гальку имели такое влияние. Тем из нас, кто жил вне защиты Вильхейма, приходилось бороться за каждую монету. Распределять свои запасы. Последние деньги ушли на необходимую мне новую пару кожаных ботинок. А у этого дельца, вероятно, были прекрасные шелковые туфли на все случаи жизни.

С такой суммой у меня появился бы шанс получить нечто гораздо более важное, чем обувь. Я сунула руку в карман и вытащила бронзовый ключ. Энергия от металла завибрировала в моей ладони, и я бросила на клиента еще один взгляд.

– Вы знакомы с Законом заклинателя?

Он, не моргая, смотрел на ключ.

– Покупка и продажа тварей строго запрещена. Да, знаю.

Я перекатила ключ между указательным и большим пальцами.

– Не этот. Закон заклинателя призван защищать зверей. Если до меня дойдет слух, что вы плохо обращаетесь с Гисс, я имею право убить вас. Любым способом, который сочту приемлемым.

Мужчина побледнел, а воротник его туники пропитался потом.

– Вы ведь шутите?

– Я никогда не шучу насчет зверей. – Бросив ключ на стол и одарив его хищной улыбкой, я склонила голову набок. – Все еще интересуетесь?

Этот скользкий тип колебался лишь мгновение, а затем резко бросился за ключом. Толстыми руками он прижал его вплотную к нагрудному карману.

– В этом нет необходимости. Я буду обращаться с Гисс как следует.

Оттолкнувшись от стола, он кивнул на прощание. Я выпятила подбородок и постаралась сохранить непроницаемое выражение лица.

– Подумайте дважды, прежде чем загадывать желание. Последствия могут быть абсолютно непредсказуемыми. – Меня охватило знакомое чувство тревоги и беспокойства. Я ненавидела иметь дело с Гисс, но потребности этого мужчины казались вполне простыми. Деньги. Власть. Он никогда не сумеет выполнить то, что Гисс потребует от него за просьбу о большем.

Гисс не используют против меня. Не так, как раньше. Сила способностей тварей зависела от их хозяина, а у этого человека отсутствовала склонность к разрушению. Нет, мое изгнание и одинокое существование будут безопасными еще пару сотен лет. Существовали заклинатели, которые доживали до двухсот лет и даже больше. В зрелом возрасте двадцати девяти лет у меня было еще предостаточно времени.

Невидимые кинжалы, столь любезно посылаемые моим таинственным преследователем, все глубже вонзались мне в спину. Наверное, я переоценила продолжительность своей жизни.

Проследив за клиентом, я поудобнее устроилась на подушках кабинки, намереваясь пересчитать монеты. Не нужно спешить, когда за тобой наблюдают. Может, он вор? Биты было трудно достать, а у меня сейчас их оказалось достаточно, чтобы добраться до южного побережья и обратно с дополнительным местом. Мне наконец-то представилась возможность завладеть Миядом и доказать собственную ценность своему народу.

Мне просто нужно получить кровь убийцы – свободно дарованную, без всяких условий и ограничений. Это необходимый ингредиент для укрощения Мияда, но такое никогда не произойдет в заведении, подобном «Полуночному Шутнику», где завсегдатаи, торгующиеся друг с другом, не могут отличить одолжение от заработка. Я разберусь с этим в Ортега-Ки. А пока необходимо добраться туда раньше, чем зверь исчезнет.

– Уже уходишь? – Дез пробрался ко мне с противоположной стороны кабинки. Его ухмылка, обнажившая зубы, натянула неровный шрам, идущий от мочки уха до подбородка. Несмотря на квадратную челюсть и нос, который слишком часто ломали, Дез обладал грубым мужским обаянием. – Так приятно, когда ты рядом.

Я поиграла с одним из серебряных жетонов. Жизнь над трактиром имела свои преимущества. Быстро окинув Деза оценивающим взглядом, я мысленно вернулась к прошлой ночи, когда мы лежали, запутавшись в простынях. Плотская близость без какой-либо привязанности. По крайней мере для меня. Мы никогда не обсуждали эту тему, но я часто ловила на себе его пристальный взгляд. Ему не следовало слишком увлекаться. И со временем мне придется столкнуться с этим лицом к лицу, потому что я готова была отдать лишь небольшую часть себя.

– Я уеду совсем ненадолго. На юге видели редкого зверя, и если тут задержусь, то упущу его. – Я потянулась за кошельком и убрала со стола заработанные деньги.

– Ты же знаешь, что здесь тебе не нужно никому ничего доказывать. – Понизив голос, он заскользил взглядом по головам посетителей. – Черт возьми, да ты, без сомнения, самый лучший человек в этой дыре.

– Только для тебя. – Мой народ скорее примет плотоядного Тормалака в свой дом, чем позволит мне вернуться в наши священные земли. – Заклинатели сильны ровно настолько, насколько сильны твари, которых они держат. Я должна быть готова.

– Готова к чему? – спросил Дез. Я знала, чего он хотел. Немного честности. Чуточку доверия. Но я не могла открыться. Существовала причина, по которой я была единственным заклинателем на многие мили вокруг, и сказать Дезу правду означало, что его рано или поздно используют, чтобы добраться до меня. Совет заклинателей выносил решения и похуже изгнания.

– Я вернусь. Ты же знаешь, как я люблю это место.

– Как ты любишь меня. – Еще один проблеск надежды.

– Ты знаешь, что не люблю. – Я наклонилась и медленно улыбнулась. – Но это не значит, что я не получаю удовольствия от твоей компании.

Его глаза засияли.

– Мне этого достаточно. Пока что.

В животе у меня разлилось тепло. Может, еще немного времени в его объятиях и не повредит.

– Белинда присмотрит за баром? – Вечно витая в облаках, эта девица-барменша неуклюже передвигалась по трактиру и постоянно расплескивала на ходу пенистое пиво и эль. Но ее сиськи приносили Дезу столько денег, что на липкие пятна на полу можно было закрыть глаза.

Он даже не потрудился отвести взгляд и проверить.

– Она со всем разберется.

– Тогда хорошо. – Когда я уже собиралась вставать, пронзительный вой раздался у меня в голове, и я замерла на месте как вкопанная. Айки – мой замаскированный зверь, которого я всегда держала под рукой во время своих сделок на черном рынке. С нюхом острее, чем лезвие клинка Стража, он бы заметил малейшее изменение в тесном помещении трактира. У нас и раньше бывали стычки с парочкой убийц и мелких воришек. Ничего такого, с чем он бы не справился. Похоже, мой невидимый преследователь все-таки осмелился сделать свой ход. – Кажется, придется немного отложить свой отъезд.

Я тщательно осмотрела столики в трактире. Все выглядело вполне нормально. Никто не бросился на меня. Никто даже не попытался заблокировать единственную дверь бара. Постоянные посетители, которых я узнала за эти годы, были по уши погружены в свои дела и нисколько не интересовались моими. Вдруг я перестала ощущать на себе чей-то пристальный взгляд. Количество человек в баре осталось прежним. Все это означало лишь одно: что-то здесь определенно не так.

– Что? Почему? – Дез неловко заерзал в кабинке.

– В последнее время сюда захаживали какие-нибудь сомнительные личности?

Он приподнял бровь.

– Серьезно?

– Более сомнительные, чем обычно.

Теперь в его голосе не слышалось юмора.

– Что происходит?

– За мной следят. Или следили. Айки заметил перемену.

Дез настороженно посмотрел на однобокую вешалку для одежды, прислоненную к стене. Забытые поношенные пальто цеплялись за крючки, как листья, которые не хотят умирать. Это было любимое место Айки – там ему нравилось прятаться. Дез однажды обнаружил Айки, когда самым бесцеремонным образом швырнул очередной оставленный плащ и промахнулся. A плавающее в воздухе красное одеяние напугало даже завсегдатаев.

– Хорошо. Обещай мне, что будешь осторожна?

– Конечно. – Я положила руку ему на плечо. – Не успеешь оглянуться, как я уже вернусь.

– Ладно. – Дез встал, широко разведя руки, и обратился к толпе: – Я только что придумал новое блюдо, друзья! Вяленая свинина с красными хлопьями. – Сигнал, который поймут только местные преступники: внимание, опасность – потенциальный шпион.

На мгновение все застыли. Их глаза беспорядочно заметались по сторонам, а потом потекли медленные обыденные разговоры: о погоде, о предстоящем бале королевской семьи, о чем угодно, кроме того, ради чего мы все здесь собрались. Произнеся зашифрованное предупреждение, Дез занял свое место за стойкой и начал протирать стаканы, одновременно поглядывая на дверь и на посетителей.

Никогда не забывай, что они могут оказаться стукачами. Предостережение Деза пронеслось у меня в голове, когда я потянулась к сломанной железной ручке на двери, а все еще невидимый Айки следовал за мной по пятам. Сколько времени заняла моя сделка с тем неприятным типом? Прямо перед этим Айки обосновался позади меня, а это означало, что его время в нашем мире истекает. Скоро мне придется отправить его обратно в убежище для тварей. Не теряя времени даром, я толкнула дверь и встретила вечерний воздух настороженным взглядом.

Оставаться в трактире – не самый удачный вариант. Что, если Совет заклинателей наконец-то разузнал о моих преступлениях? Я не могла подвергать опасности Деза и его заведение. Это место считалось пристанищем для тех, кому больше некуда было идти. Включая меня.

Я взглянула на восток в направлении Вильхейма – нашей столицы. Мне ни разу не представилась возможность пройти через эти сверкающие белые стены из мрамора и алмазов. Вытянутые ввысь до самых облаков, концентрические, неприступные башни охраняли впечатляющую гору, где жила королевская семья. Где жили счастливчики. Большинству из нас, копавшихся в отбросах на окраинах, по той или иной причине запрещалось проходить через магические врата из слоновой кости.

Покачав головой, я ускорила шаг. Хотя формально королевская семья могла вершить суд на всем континенте Лендрия, все понимали, что закон не распространяется за пределы этих сверкающих камней. Здесь безраздельно правили магия, тьма и сомнительные сделки. Айки снова тихо заскулил, и мой взгляд устремился к линии леса. Мой тайный преследователь вернулся. Невидимый для меня, но не способный укрыться от чувств моего зверя. Следующим моим пунктом назначения была железнодорожная станция, но, если этот «доброжелатель» принадлежал к членам Совета, я не хотела, чтобы они почуяли запах Мияда и украли его. Придется сначала разобраться с угрозой.

Я знаю, что ты рядом, мерзавец.

Подняв воротник куртки, я выбрала извилистую грунтовую тропинку, ведущую прочь от Вильхейма и железнодорожного вокзала. Выманить их, расставить ловушку, сделать все быстро и чисто. Что ж, довольно просто. Заходящее солнце медленно ползло по буйным верхушкам деревьев Китского леса. Укрытые тенью, темные листья дрожали в сумеречном воздухе, и их тихий свист доносился до моих ушей. Сама густота леса вызывала у чужаков странный приступ истерии: здесь нельзя было отличить пару глаз от огромных стручков пинеско.

Под высокими ботинками хрустели хвоя и мульча, а ноги ныли от боли в тех местах, где неразношенная дубовая кожа давила на мои суставы. Скоро ботинки станут мягче, и я буду мечтать о новых битах, чтобы залатать дыры в карманах.

Где-то вдалеке щелкнула ветка, и я вытянула правую руку. Один из многочисленных лесных чудовищ или мой преследователь?

Ожил символ заклинателя – бесплодное розовое дерево на тыльной стороне правой руки. Извилистая сеть корней покрыла мои костяшки чернилами и обернулась вокруг кончиков пальцев в разных направлениях. Айки немедленно отреагировал на поток силы и отдалился от меня. Чтобы искать. Преследовать. Отсутствие его водянистого запаха не давало покоя, но мне нужно было дать своему наблюдателю шанс нанести удар. Тогда Айки застигнет его врасплох.

Холодное дыхание скользнуло по моей шее.

Я резко развернулась, выставила руку вперед и сосредоточилась на источнике силы, гудящем в моей ладони. Но Айки отлично выполнил свою работу. Прямо передо мной стоял высокий стройный мужчина, одетый во все черное. С пышной шевелюрой, серебряными очками в тонкой оправе и в начищенных ботинках он выглядел вполне подходяще для ночи в Вильхейме, но никак не для прогулки по Китскому лесу. С прижатыми к бокам руками незнакомец был обездвижен, а неиспользованный блестящий черный нож безвольно свисал в его затянутых в перчатки пальцах.

Я опустила руку, и следы чернил на моей коже исчезли.

– Айки, где же твои манеры?

Зверь наконец-то материализовался. Высокий и бесформенный, с прозрачной кожей, он приспособил свое тело, цвет и форму под мои потребности. Вытянув длинные руки, Айки обхватил мужчину, прижимая его так крепко к себе, что тот изо всех сил пытался вдохнуть.

– Дай ему немного отдышаться.

Айки ослабил объятия, и незнакомец резко выдохнул. Тени, цеплявшиеся за ветви деревьев, казалось, потемнели еще сильнее.

– Кто ты такой?

Никакого ответа. Суровые зеленые глаза с ледяными крапинками пронзили меня насквозь. Черты его лица заострились, а на виске запульсировала маленькая жилка.

– Почему ты пытался убить меня? – я многозначительно посмотрела на нож. Мужчина тут же бросил его на землю, и Айки подтолкнул его ко мне только что сформировавшейся конечностью. Она отступила так же быстро, как и появилась, с тихим всплеском влившись обратно в массу тела зверя.

Тип в черном поджал тонкие губы, и дуновение ветра принесло с собой еще больше теней. Ни для кого не секрет, что Китские леса прокляты, но эта тьма была намного гуще. Незнакомой. Здесь явно происходило что-то странное.

Разберись с угрозой и убирайся отсюда подальше.

– Айки? – я кивнула своему зверю. Руки Айки напряглись, и мужчина зашипел. – Если ты мне так ничего и не скажешь, то я тебе не завидую.

Резкий треск ломающегося ребра нарушил тишину. Мужчина захрипел. Слова, которые я не могла разобрать, смешивались с болезненными вздохами. Я взглянула на Айки, и он остановился.

Жажда убийства читалась во взгляде моего преследователя.

– Мне бы и в голову не пришло тебе что-нибудь рассказывать.

Я нахмурилась.

– Вот как? Айки, ты знаешь, что делать. – Сформировалась новая конечность и обвилась вокруг мизинца мужчины. Резким и плавным движением Айки сломал ему палец.

Незнакомец проглотил крик, его лицо стало пергаментно-бледным, пока я изучала его. Никогда не видела этого мужчину в «Полуночном Шутнике». Большинство посетителей трактира покрывали шрамы, от них несло дурными поступками, а то и хуже, но этот человек? От безукоризненно подстриженных волос до гладкого сияния чистой кожи – все в нем просто вопило о привилегированности.

Я подавила желание оглянуться на Вильхейм.

– Кто ты такой? – сделав несколько шагов вперед, я начала осматривать его черное одеяние. Туника с длинными рукавами на пуговицах. Вероятно, шелк. Брюки узкого кроя подшиты под ботинки. Не настолько утонченный, чтобы быть заклинателем. И определенно недостаточно блистательный, чтобы походить на Стража. Их броня грозила затмить даже самый яркий в мире бриллиант.

Он свирепо посмотрел на меня.

– Не вижу необходимости повторяться. – Боковым зрением я заметила, как щупальца цвета оникса скользнули по деревьям и двинулись ко мне. Я чувствовала пульсирующее сердцебиение из их клубящихся глубин. Какое бы чудовище ни наблюдало за нами из леса, время у нас явно заканчивалось.

– Ты слишком тощий для Стража, хотя присущего им высокомерия у тебя предостаточно. – Я отошла подальше от проклятого дерева. – У тебя нет эмблемы заклинателя, так что ты не из моего рода. – И хвала богам за это.

– Закончила?

– Пока нет. – Я щелкнула запястьем, и Айки сломал еще один палец. От вопля мужчины задрожали стручки пинеско, и на землю полетели бесформенные мертвые листья. Тени поглотили их целиком. – Ты пытался убить меня, а это значит, что ты, скорее всего, наемный убийца.

Медленная улыбка растягивалась на его лице.

– Ты не выберешься отсюда живой.

О, я бы так не сказала. И в глубине моего сознания уже зародилась новая идея. Та, что имела отношение к услуге, крови и прекрасной возможности, стоящей прямо передо мной.

Я начала кружить вокруг мужчины, оценивая его потенциал. Проблема заключалась в том, чтобы предложить свободу в обмен на кровь, но это совсем не означало, что кровь «дается безвозмездно». Семантика, но в делах по укрощению тварей она играет главную роль.

– И почему же?

– Потому что я член Круора.

Земля будто выскользнула у меня из-под ног. Тяжелый звон наполнил уши, и верхушки деревьев закружились надо мной. Я с самого начала предполагала, что он убийца, но чтобы из Круора? Кто зайдет так далеко, чтобы нанимать нечисть?

Осознание пришло быстро, и мой взгляд метнулся к клубящейся тьме у его ног. Он вытягивал тени из углов и скрытых расщелин леса. Даже некогда твердое лезвие ножа рассеялось, присоединившись к вьющимся вокруг моего пленника щупальцам. Они лизали его кожу и сгущались в ауре своего хозяина, ожидая от него приказа. Это был не какой-то китский монстр, собирающий тьму, – это был он.

Он играл со мной все это время, и у меня в распоряжении имелось всего несколько секунд, чтобы отреагировать.

– Айки, зубцы. Сейчас же. – Айки сдвинулся, покрывая свои руки тысячами крошечных шипов, которые прокололи одежду и кожу мужчины и удержали его на месте. Кровь заструилась из множества мелких проколов. Блестящие красные капли, выступившие наружу, стекали по его чернильно-черному пальто, напоминая прожилки на мраморе. Кровь, которую я не смогу использовать. Первые потраченные впустую ручейки закапали с его пальцев и брызнули на гравийную дорожку. Он посмотрел на них свирепым взглядом, и темные струйки отступили. Хорошо. По крайней мере, у него хватило здравого смысла понять, кто здесь главный. – Если попытаешься рассеяться, то закончишь как фарш. Почему я оказалась в чертовом списке Круора?

Раздражение исказило его лицо, когда мы с моим зверем так ловко обернули ситуацию в нашу пользу.

– Не собираюсь отвечать тебе. Как будто я стану рассказывать подробности своей работы.

Эгоизм, даже перед лицом смерти. Наверняка за этим стоит Совет заклинателей. Если они каким-то образом узнали о моих тайных делишках, то, скорее всего, наймут кого-нибудь, чтобы убить меня, чем сами покинут святыню Хайрита. Но Круор? Я прикусила внутреннюю сторону щеки. Все заклинатели ценили жизнь. И казнь была редкостью. Нанять кого-то, кто управляет тенями, практически гарантировало мою смерть. Хотя меня уже приговорили к пожизненному изгнанию за преступление, которого я, естественно, не совершала, они, вероятно, решили действовать более экстремально. Никакого шанса оправдаться. Никакого шанса вернуться к своему народу.

Сжав кулаки, я уставилась на убийцу.

– Да будут прокляты боги. Убийство сегодня не входило в мои планы.

Резкий смех, лишенный юмора, пронзил воздух.

– Если убьешь меня, пришлют другого.

Конечно, он прав, и я молилась, чтобы следующие мои слова не стали для меня смертным приговором. Необходимо избавиться от этого непредвиденного обстоятельства. У меня были важные дела на юге, и я никак не могла их отложить. Мияд стал моей единственной надеждой когда-нибудь вернуться домой.

– Тогда отвези меня в Круор.

Его зеленые глаза слегка расширились.

– Твоя логика ускользает от меня.

– Хорошо, что в твои обязанности не входит понимать мои мысли. Отведи меня в Круор, или Айки прикончит тебя. Довольно просто и ясно.

– Как будто ты осмелишься убить меня.

Айки уже без моей подсказки щелкнул еще одним пальцем, и мужчина зашипел.

– О чем ты там говорил? – спросила я.

– Твоя взяла. – Он повернул голову, вглядываясь в лесную чащу, прежде чем выставить подбородок влево. – Но тебе это не понравится.

Щупальца закрутились в безумном вихре, окутавшем весь Китский лес. Под нашими ногами хлынули черные реки, и мой желудок вывернуло наизнанку. Неведомая сила будто толкнула нас вперед, но при этом мы не сделали ни единого движения. Переплетающиеся тени проносились сквозь нас, вокруг нас, унося непонятно куда. Слезы навернулись у меня на глазах, и я втянула воздух.

А затем мы резко остановились, и внешний мир обрушился на нас в тот момент, когда темнота внезапно отступила. Я прижала кулак с побелевшими костяшками к животу и уставилась на убийцу в крепкой хватке Айки. Ухмылка мужчины сводила с ума.

Комфорт «Полуночного Шутника» теперь казался мне таким далеким.

Я медленно раскрыла кулак и увидела свой Символ заклинателя, взвешивая возможности Айки с моим беспокойством о его истекающем времени в нашем мире. У каждого зверя имелась собственная слабость, и конкретно у него – срок годности. Два часа силы на каждые двадцать два часа сна. С каждой прошедшей минутой конечность Айки отступала к основанию, пока совсем не исчезала, насильно возвращая его в царство зверей, чтобы восстановить выносливость.

У меня в распоряжении оставалось примерно пятнадцать минут.

Отступив в сторону, я указала на лес.

– Давай покончим с этим. Айки, подними его. – Его шипы втянулись, и Айки прижал мужчину к груди, как ребенка-переростка.

Убийца усмехнулся, но с его губ сорвались неразборчивые проклятия.

Пустота перенесла нас ближе, но я все еще не могла разглядеть скрытый грот смерти, известный как Круор. И все же почувствовала это. Тяжесть глаз и теней. Мои волосы встали дыбом, когда мы пробирались сквозь удушливую листву, темнота стекала с ветвей, как липкий сок. Птицы над нами пронзительно кричали и скребли перьями, кружась в воздухе и преследуя заходящее солнце на горизонте. Скрипнула тяжелая ветка. Тень, более человеческая, чем сама ночь, метнулась от одного дерева к другому. Убийца смотрел вслед темной фигуре, не говоря ни слова, но на его лице отразилось самодовольство. Значит, один из его братьев собирается предупредить остальных.

Ледяные руки словно сжали мое сердце, и я ухватилась за медальон в виде книги, висящий у меня на шее, – миниатюрный бестиарий, который носили все заклинатели, – и стала молить богов о благоприятном исходе. Конечно, я могла бы подождать. Могла бы призвать другого зверя, но сила Айки отняла у меня много энергии, а мой арсенал, способный противостоять легендарной мощи Круора, был невелик. Кроме того, вызов другой твари могли расценить не как готовность к мирным переговорам, а как объявление войны. И в последнем случае я наверняка проиграю. Придется искать любую возможность для бегства, если переговоры пойдут наперекосяк.

Искореженная железная ограда боролась с зарослями проклятого леса, обозначая границу владений Круора, и я остановилась у ворот. Вдалеке на фоне вечернего неба вырисовывался силуэт мрачного поместья, окутанного тьмой. Одинокий особняк на холме, высотой всего в два этажа, но с огромным количеством окон – больше, чем успевали сосчитать мои глаза: гильдия, как оказалось, не решилась на настоящий замок.

Сланцево-черное и покрытое яркими красными драгоценными камнями сердце рикрима переливалось между аккуратно подстриженными живыми изгородями и стеной дома. Волшебная энергия пульсировала от него в невидимом куполе над особняком.

Несколько месяцев я умоляла Деза вложить деньги в рикрим. Меняя каждую свечу вручную, согревая воду в ванне над огнем – мне хотелось простоты самозажигающихся светильников, крана, откуда бы сразу лилась обжигающе горячая вода. Но удобство стоило больше бит, чем мы могли себе позволить. Убийства, по-видимому, хорошо оплачивались.

Айки громко заскулил, и в воздухе пронеслась низкая вибрация. Оставалось уже меньше десяти минут.

Тяжело вздохнув, я толкнула ворота и попыталась приглушить жуткий скрежет петель, глядя на извилистую тропинку, ведущую меня прямо к дверям смерти.

## Вторая глава. Нок

Двойные деревянные двери с шумом распахнулись, и в фойе ворвался поток прохладного воздуха. Дикие, темные глаза, полные гнева, встретились с моими. Захлопнув за собой дверь, стражница подбежала ко мне.

– Сэр, это Кост.

Все звуки, кроме потрескивания огня в камине, стихли. Даже голоса, просачивающиеся сквозь стены, смолкли. Убийцы, живущие в Круоре, наверняка услышали в ее голосе панику, особенно со своими обостренными смертью чувствами.

Я уставился на женщину. Редкий проблеск страха промелькнул в ее взгляде, отчего мой пульс участился. Я только вчера поручил дело Косту – своему второму командиру.

– А что насчет него?

Эмелия постаралась скрыть свой взгляд за блестящими черными волосами.

– Заклинательница. Каким-то образом она его одолела. И она уже у ворот.

Моя кровь будто застыла.

– Уверена? – Конечно, работа была рискованной, но, учитывая наши способности, мы довольно редко сталкивались с какими-то проблемами. Подпитываемые страхом и мрачными слухами, люди встречали нас скорее с ошеломленным ужасом на лицах, чем с острым клинком.

Калем, наемный убийца высшего уровня и один из моих самых близких друзей, словно окаменел возле меня и сердито взглянул на входную дверь.

– Хочешь, я их поприветствую?

– Нет. – Я боролся за контроль. Круор был единственной семьей, что я когда-то смог назвать своей, и Кост оказался первым из моих новообретенных братьев, которого я стал так называть. И если с ним что-нибудь случится… – Он все еще жив?

Эмелия прочистила горло.

– Да. Ей каким-то образом удалось взять его в заложники. Я не смогла рассмотреть… Так много крови.

У меня закружилась голова. Как только ночь опустилась на город, по всему поместью зажглись бронзовые люстры. Тени, клубившиеся в темных углах комнаты, поползли по полу, пробираясь к моим дрожащим пальцам. Я их лидер. И я обязан защищать своих соратников.

– Где Озиас?

Неизменная улыбка исчезла с его лица, Калем отвернулся от двери лишь для того, чтобы бросить на меня быстрый взгляд.

– На заднем дворе. Тренирует нескольких новобранцев.

Судя по напряженной позе Калема, он никуда не собирался уходить, и я не мог винить его за это. Мы оба считали Коста своим братом. Засунув руки в карманы брюк, я спрятал сжатые кулаки в попытке сохранить спокойный вид.

– Эмелия, немедленно позови Озиаса.

Поскольку я отправил Коста одного разбираться с делом, у меня почти не было сведений. Мы собирали только ту информацию, в которой действительно нуждались. Все остальное давало простор для суждений, а мораль и совесть лишь создавали проблемы.

Эмелия исчезла в облаке дыма и теней, призвав тьму, чтобы незаметно пронестись сквозь ночь.

Калем переминался на месте.

– Могу я убить заклинательницу?

Конечно, я разделял его чувства. Я уже потерял слишком много ценных людей, чтобы не признать засевшее внутри беспокойство. А потерять еще и Коста было самым худшим из вариантов. Нас считали посланниками смерти, но это совсем не означало, что мы приветствовали подобное в нашем собственном доме. Убийство являлось досадным осложнением многовекового указа, оставшегося со времен Первого Короля. Изгнанные из городов по велению короля, но вынужденные выполнять его приказы просто для того, чтобы выжить. Смерть стала нашей постоянной спутницей, от которой не скрыться.

Но не такая смерть, как сейчас.

– Позволь заклинательнице войти. – Лишь буйный огонь потрескивал в тишине, наступившей сразу же после моего приказа. И теперь поместье полностью ожило: члены братства появлялись из всех углов и щелей, пытаясь разглядеть того, кто посмел захватить Коста. Они крепко прижимались к железным перилам на втором этаже, обхватывая пальцами приваренные к перекладине металлические цветы. Шипы среди роз – такова ирония в жизни наемного убийцы.

Мне нужно было защитить их, как это сделал наш бывший мастер гильдии Талмейдж. Быстро взглянув на каминную полку, я взглядом задержался на картине в раме. Талмейдж смотрел на меня в ответ. Его взгляд, отягощенный тяжелыми морщинами, пронизывал меня насквозь. Впервые я увидел эти глаза, лежа на спине, когда он воскресил меня из мертвых.

«Ты сам выбрал свою смерть. Кост нашел тебя без доспехов, без оружия и с улыбкой на лице. Не могу обещать, что эта жизнь будет легче, но она предоставит тебе шанс. Ты сможешь жить дальше. Сможешь забыть. Мы оставляем все, что осталось от нашего прошлого, в земле».

Мне казалось, что смерть начисто стерла мою память, когда я последовал за Талмейджем и стал членом Круора. Но в тот момент я не понимал, как сильно ошибался, пока не стало слишком поздно. Если даже смерть не смогла меня излечить, то уже ничто не сможет. Все, что у меня осталось – это Круор, однако и он заставлял меня балансировать на грани между любовью и утратой.

Я поклялся, что никогда больше не буду провоцировать свое проклятие. Никогда больше не потеряю кого-то из близких. А теперь неизвестной заклинательнице с целой армией тварей удалось схватить Коста.

Послышался звук шагов. Опустившись в черное мягкое кресло, стоявшее рядом, я заглушил страх и гнев, подальше запрятал свою ярость и замер в ожидании гостьи. Бронзовые ручки дернулись, и двери распахнулись.

В зал вошла девушка.

Широко раскрытые карие глаза окинули комнату взглядом. Она выглядела именно такой негодяйкой, какой я ее и представлял. Поношенные кожаные бриджи. Облегающая фиолетовая туника с потрепанным краем. Заклинательница, вероятно, надеялась, что, приведя сюда Коста, сможет заработать немного битов.

Однако она не доживет до того момента, когда решит потратить даже ту небольшую сумму, которая хранится в ее кошельке для мелочи.

Братья неподвижно ждали моего приказа, и лишь тяжелые взгляды говорили о готовности вступить в бой. Она внимательно изучала одного за другим, и с каждым мгновением цвет ее лица становился бледнее. Позади нее прозрачный зверь, телосложением напоминающий стройного мужчину, прижимал Коста к груди. Тысячи крошечных шипов удерживали его на месте, и кровь капала на пол с кончиков пальцев… три из которых торчали под странными углами.

Кост.

Взгляд его зеленых глаз встретился с моим, и его привычная невозмутимость сменилась раскаянием. Кост опустил глаза. Он винил себя в случившемся. Его поражение и чувство вины вызвали волну гнева глубоко внутри меня, но я все-таки устоял перед желанием вскочить со стула.

Нельзя было терять самообладание в присутствии заклинателя. Особенно на глазах у моего народа.

– Итак, что у нас здесь есть? – спросил я холодно и безразлично, как бы это сделала любая другая тень.

Она резко повернула ко мне голову, так что несколько прядей волос прилипли к ее высоким скулам. Девушка плотнее запахнула кожаную куртку и осторожно шагнула вперед.

– Я никому не причиню вреда.

Я покосился на Коста. Взглянул на засохшие браслеты из крови, обвивавшие запястья брата.

– Что-то с трудом в это верится.

– Ты лидер Круора? – тощая тварь придвинулась к ней поближе. Заклинательница опустила взгляд на свою руку и нахмурилась. Очень любопытно.

– Возможно.

– Я хочу отменить награду за свою голову, – сказала она. Несколько смешков прокатились по толпе, прежде чем в зале снова воцарилась тишина. Волнуясь, девушка переступила с ноги на ногу, бросив еще один быстрый взгляд на свою руку.

Я старался говорить безразличным голосом.

– Ты ушла далеко от дома, заклинательница. Я не стану снимать награду и не позволю тебе покинуть это место живой.

Странный блеск скользнул по ее волосам, и тварь рядом с ней задрожала. Девушка прикоснулась подбородком к плечу: во всей ее позе угадывалось беспокойство. Она сделала глубокий вдох и открыто встретилась со мной взглядом.

– Если попытаешься убить меня, этот человек умрет.

Зверь усилил хватку, и от резкого болезненного вздоха Коста мое сердце будто сжали в кулаке.

О боги, Кост.

Я перевел взгляд с Коста на нее. Контролируй себя. Выражение слишком большого беспокойства поставило бы жизнь брата под угрозу, и заклинательница никогда бы не смогла этого понять. Таков был тщательный расчет, вбитый в меня годами жизни под бременем моего проклятия.

– Кост не боится смерти. Он уже встречался с ней раньше.

Когда Талмейдж пришел к власти, он настаивал, чтобы ради нашей работы мы оставили страх в прошлом. Я согласился, но там не было никаких правил о преданности. Медленно встав, я прикинул расстояние между Костом и мной. Какими силами обладало это существо? Успею ли я?

По бокам собрались тени и стремительно бросились ко мне. Они окутали меня прохладной тьмой, отчего мои движения стали смертельными и почти незаметными. Я успел сделать выпад раньше, чем сомнения и посторонние мысли одолели меня. Толстые щупальца вырвались наружу в клубах черного дыма, и внезапно я оказался прямо перед ней. Обхватив рукой мягкую плоть на шее девушки, я оторвал ее от пола и поднял над черной плиткой. Такая хрупкая. И так легко сломается. С трудом верилось, что ей каким-то образом удалось заманить в ловушку моего второго командира. Почему эту заклинательницу сочли настолько опасной, что за ее голову предложили награду? Не важно: один быстрый рывок, и я покончу с ее жалкой жизнью. Пальцы постепенно сжимались, и ее слезящиеся глаза расширялись от боли.

Тварь позади нее немедленно отреагировала. Ее руки сместились и крепко обхватили ребра Коста, крючковатые шипы глубоко вонзились в его кожу. Кровь брызнула наружу. Мои пальцы сжались сильнее, и мышцы девушки напряглись под моей хваткой. Я с легкостью перекрыл бы ей дыхание, но вопрос со зверем все еще оставался открытым. У меня не было уверенности, что я достаточно быстр, чтобы успеть сломать ей шею и освободить Коста, прежде чем тварь лишит его жизни.

С губ девушки сорвался хриплый шепот.

– Я отдам тебе зверя.

Слегка разжав пальцы, я внимательно посмотрел на нее. Заклинатели не предлагали зверей просто так.

– Ты готова обменять своих монстров? Какой заклинатель согласится на подобное?

– Давай все обсудим. Пожалуйста. – Я понимал, что она волнуется. И мог бы с легкостью прикончить эту негодяйку прямо здесь… Но твари считались редким товаром, даже исключительным.

Как зверь, поймавший Коста. Тварь вроде этой способна выполнять более опасную работу, из-за которой нас могли схватить и доставить обратно к нашему поместью или того хуже – убить. По округе ходили еще и такие слухи, которые с расширенными от страха глазами шептали самые заядлые пьяницы. Они говорили, что существует неведомый монстр, исполняющий любое сокровенное желание. Я уже испытал на себе все способы лечения, кроме этого. Заклинателей было слишком трудно найти, а уж тем более подчинить своей воле. И они никогда не расставались со своими тварями, независимо от цены – или угрозы.

Пальцы ног девушки заскользили над полом, и ее чудовище вздрогнуло. Кост снова застонал, и Калем придвинулся ближе. Уже через минуту я упущу возможность поторговаться. Он нанесет удар, чтобы спасти Коста.

– Освободи его. В знак доброй воли.

Она подняла правую руку в сторону и пустила мягкий свет от своей эмблемы заклинателя. Вспыхнула розовая метка, и воздух прорезал скрежет тяжелой двери, скребущей по половицам. Я на мгновение оторвал взгляд от девушки в поисках звука, но скрытое царство оставалось невидимым.

– Айки, возвращайся, – пробормотала она. Раздался тихий гул, когда зверь выдохнул. Бросив Коста на пол, Айки исчез в потоке света, и знаки заклинателя приобрели прежний вид.

Разжав пальцы, я отпустил ее шею.

– Кост. В медицинское крыло. Быстро.

– Нок…

– Сейчас же, – сказал я. Он кивнул и направился к лестнице. – Калем, останься со мной и заклинательницей. Все остальные, покиньте нас. Немедленно.

Ропот недовольства пронесся по комнате, но туманная тьма подползла к членам братства и обвилась вокруг их ног, как густые лианы леса опутывают своих жертв. Они растворились в темном облаке, не смея ослушаться моего приказа.

Калем уставился на девушку мутно-красными глазами.

– Просто адское шоу. У тебя медные яйца, это точно.

Я отказывался понимать, как он нашел в себе силы отвесить ей комплимент. Не тогда, когда она вздернула Коста, словно пугало, и выставила его на всеобщее обозрение.

– Калем.

– Да, да. – Быстро злится и так же быстро остывает. Его напряженная челюсть расслабилась, и взгляд сменился с убийственного на заинтригованный. Калем неторопливо осматривал добычу в попытке оценить ее прелести. Я боролся с желанием отослать его прочь. Только боги ведали, кого она могла призвать, и мне не хотелось быть застигнутым врасплох.

– Как тебя зовут? – стуча ботинками по плитке, я медленно обошел ее кругом.

Голос заклинательницы дрогнул.

– Лина. – Фиолетовые синяки от отпечатков моих пальцев проступили на ее тонкой, как бумага, коже. Но чувство вины у меня так и не появилось.

– Нок. Добро пожаловать в мой дом. – Я указал в сторону другого свободного кресла и отступил назад, ожидая, пока она пройдет. Ее уверенный кивок сбил меня с толку, и разгоревшийся внутри гнев почти угас. Я не мог не восхититься тем, как она держалась. Как убийца, отважно смотрящий в лицо смерти. Девушка поудобнее устроилась в кресле, переводя взгляд с меня на Калема.

– Большинство заклинателей скорее умрут, чем добровольно расстанутся со своими драгоценными тварями, – сказал я, снова привлекая к себе ее внимание.

Что-то темное промелькнуло в ее глазах.

– Какого зверя ты бы хотел получить?

– До того как начнем переговоры и решим, какого именно монстра ты мне передашь, мы должны обсудить количество. Мне нужно четыре.

Она неловко заерзала на стуле.

– Два зверя. Очевидно, ты не понимаешь, какие трудности связаны с управлением несколькими тварями.

– Но ты контролируешь их всех.

Вращая кольцо из розового золота на указательном пальце, она процедила сквозь стиснутые зубы:

– Крайне важно, чтобы мои животные были счастливы и здоровы.

– Значит, в тебе течет кровь заклинателя. – Так что это не просто подлая негодяйка с черного рынка, приторговывающая всякой мелочью. Под этой застывшей маской скрывалась мораль. – Могу заверить тебя, что о животных будут хорошо заботиться, но мне все равно нужны четыре. Один для себя и по одному для каждого из моих ближайших соратников. – Потрясенный взгляд Коста снова и снова всплывал у меня в голове. Такое больше никогда не повторится.

Заклинательница взглянула на Калема, и он подмигнул ей.

– Кост будет просто в восторге от постоянного напоминания о его неудачной встрече с тобой.

– Достаточно, Калем. – Я отмахнулся от него и повернулся обратно к Лине. – Класс «Б» или выше.

Она усмехнулась.

– Иди к черту.

– Ты не в состоянии достать зверей класса «Б»? – Я, наконец, сел напротив девушки и встретился с ее пылающим взглядом.

– Нет. – Она провела пальцем по пряди волос цвета древнего дуба.

– Тогда меня определенно интересует класс «Б». Давай посмотрим, кого ты припасла в своем милом маленьком бестиарии? – Книга, висящая на ее груди, манила меня. Но интрига весьма сложная штука. Она частенько приводила к интересу, а интерес – уже к чему-то гораздо более опасному.

Разлука со своими зверями, странствие вдали от священной родины – она была кем угодно, но только не обычной заклинательницей. Любопытство во мне разгорелось еще сильнее. В этом и заключалась моя работа – раскрывать секреты, чтобы, если потребуется, использовать их потом в собственных целях. Но эта заклинательница скрывала нечто большее: недаром за ее голову назначили награду.

Через мгновение, длившееся, казалось, целый час, полено в камине раскололось пополам, и Лина посмотрела на меня из-под опущенных ресниц.

– Я направляюсь в южные земли по делам. Во время путешествия приручу четверых тварей класса «Б» и приведу их обратно, как только закончу. – В конце фразы ее голос слегка дрогнул. Она о чем-то умалчивала. Но опять же, заклинательница вела переговоры с наемным убийцей, так что было бы откровенной глупостью вести себя по-другому.

Со вздохом я откинулся на спинку стула.

– Нет.

– Либо так, либо никак. Выбирай.

– Полагаю, ты забыла, у кого здесь все козыри на руках. Моя гильдия получит немалую плату за твою голову. Твоя жизнь принадлежит мне, поэтому торговаться со мной – плохая идея. Тебе лучше играть по моим правилам.

Она вцепилась в подлокотники своего кресла и уставилась на меня вызывающим взглядом.

– И чем же, по-твоему, я заслужила такую награду? Я зарабатываю себе на жизнь, общаясь с людьми вроде тебя, и сама устанавливаю правила. – Тихий свист раздался с поджатых губ Калема, и я бросил на него убийственный взгляд. – Тебе нужны звери – это очевидно – так что полагаю, у меня больше оснований для обсуждения выгодных условий, чем тебе кажется.

Я уперся локтями в колени и наклонился, внимательно наблюдая за мельчайшими изменениями в выражении ее лица.

– Что произойдет с твоими тварями, когда ты умрешь?

Ее смелость мгновенно испарилась, оставив после себя лишь холодный липкий страх.

– Что ты хочешь этим сказать?

Ее реакция говорила сама за себя.

– Если ты не выполнишь мои требования, то умрешь. Все довольно просто. Я смогу прожить без твоих существ. И мои братья тоже. – Я жестом указал на Калема, чья ленивая улыбка излучала опасность, пока он пристально рассматривал девушку. – Но главный вопрос в том, сумеют ли твои звери выжить без тебя? Какая судьба уготована им в случае твоей смерти? Судьба, которую выбрала для них ты, из-за упрямства отказываясь вести со мной переговоры? – ее губы задрожали, однако я не собирался поддаваться чувству вины и менять решение. Выпрямившись, я глядел на нее сверху вниз. – Что ж, тогда продолжай. Расскажи мне еще раз, почему последнее слово должно быть за тобой.

Воздух между нами заискрился, и она, с силой сжав руки в кулаки, наконец, опустила взгляд.

– У меня с собой никого нет, чтобы передать тебе. Те, кем я владею, уже привязаны ко мне, и разрыв этой связи убьет их. Что ты предлагаешь?

Я всегда чувствовал определенное удовлетворение, когда мне удавалось перехитрить противника, умственно или физически, и поэтому не мог сдержать ухмылки.

– Так рад, что ты все-таки спросила. – Я повернулся к Калему. – Похоже, мы отправляемся в дорогу.

– О, отлично. – Вся оставшаяся злость, бурлившая в его венах, полностью исчезла, и он радостно хлопнул в ладоши. – В это время года юг переполнен красивыми женщинами. В какую именно часть южных земель мы держим путь? – он посмотрел на Лину.

– Погоди-ка. Нет! Мне не нужны сопровождающие. Клянусь собственной жизнью, что вернусь с твоими зверями. – С волнением перебирая подол своей туники, она медленно встала.

Глаза Калема опустились к ее вздымающейся груди.

– Прости, сестренка. Но, к сожалению, Нок не меняет своих решений.

Я запрокинул голову к потолку, прослеживая невидимый путь к медицинскому крылу на втором этаже.

– Я попрошу Коста организовать для нас поездку.

– Подожди… – голос Лины затих вслед за возбужденным криком Калема. Она ударила кулаком по дубовой каминной полке, доска задрожала от силы удара, и мы повернулись, чтобы взглянуть на нее. – Я. Не. Возьму. Тебя. С. Собой. – Свечение от вишневого дерева вырвалось из символа на ее руке и потянулось корнями к кончикам пальцев.

Без труда скользнув в тень, я снова появился позади нее. Обхватил пальцами запястье Лины и слегка надавил, приблизив губы к ее уху. Дурманящая смесь ванили и сирени заполнила мой нос.

– Советую дважды подумать, прежде чем сделать то, о чем потом пожалеешь.

Мурашки пробежали по шее девушки, и она замерла рядом со мной. Ее пульс судорожно бился под моими пальцами. Такое нежное создание, и все же в ее позе угадывалась сила. Та несгибаемость и твердость духа, которые рождаются, когда преодолеваешь ужасные трудности и каким-то немыслимым образом выходишь из этого мрака живым.

– У меня есть еще одна… просьба.

– Да? – я отпустил ее, но не сдвинулся с места. Ее глаза метнулись к моей шее и задержались на воротнике туники. Неужели она хотела задушить меня? Отомстить за то, что я с ней сделал? В ее взгляде читалась напряженная борьба, суть которой у меня не получалось определить. Словно она размышляла, но ей недоставало смелости на что-то решиться.

Наконец, она покачала головой.

– Просто не обращай внимания.

Не успел я копнуть глубже, как по пустым залам раздался грохот двойных дверей, ударившихся о каменную кладку. Клубящаяся тьма пронеслась по комнате, и прямо перед нами возникли Емелия и Озиас. Лина отскочила на несколько сантиметров назад, врезавшись в меня, а затем снова попятилась в сторону.

Задыхаясь, Эмелия заговорила первой.

– Извините за задержку – он ушел дальше, чем мы предполагали.

– Все в порядке, Эмелия. Пожалуйста, возвращайся на свой пост.

Она погрузилась в поток теней, вернувшись к своему укрытию в высоких деревьях Китского леса. Эмелия останется там до тех пор, когда ее сменят другие дозорные. Члены Круора могли без особых усилий найти путь к нашему скрытому, окутанному магией дому, но велика вероятность того, что незваным гостям удастся пробраться через проклятый лес и найти нас. Врагов у нас было предостаточно.

Выпрямившись, Озиас сжал кулаки размером с молот по бокам.

– Это она?

– Полегче, здоровяк. – Калем приблизился и положил руку ему на плечо. – Нок уже все уладил.

Взгляд темно-карих глаз перескочил с Лины на меня, и напряженные складки на лбу Озиаса разгладились. Расслабив руки, он провел ими по своей пропитанной потом рабочей тунике.

– Эмелия ввела меня в курс дела. Я должен был находиться здесь, но новобранцы…

– Я понимаю. – Мы воспитывали и тренировали только тех, без кого бы не смогли жить дальше. Умерших близких. Лучших друзей. Не все из них до трансформации были преступниками, и это означало, что нашу деятельность – и способы, которые мы при этом использовали, – многие понимали с большим трудом, а некоторые не разделяли. – Дай им время. А пока познакомься с Линой. Она будет поставлять нам волшебных тварей.

Густые брови Озиаса взметнулись наверх и практически слились с его коротко подстриженными волосами. Лина коротко кивнула ему, незаметно шагнув назад. Его огромная неуклюжая фигура затмевала всех наемных убийц в Круоре, и все же он являлся наименьшей из забот Лины у меня в поместье.

Мне вспомнилось лицо Коста. Он захочет убить ее из принципа. Пришла пора официально оформить сделку.

– Как только у нас будут все четыре зверя, я разберусь с наградой. А до того времени ты останешься с нами.

– И под «разберусь с наградой» ты подразумеваешь отказ от ее выполнения, ведь так?

Сообразительности этой девушке не занимать. Если она никогда раньше с нами не сталкивалась, то, скорее всего, не знала о магии, связанной с вознаграждением за ее голову. И все же за одно мгновение она успела оценить мои слова. Ее инстинкт самосохранения был достоин восхищения. Жаль, что она не одна из нас.

Изобразив пренебрежение, я направился к выходу.

– Выполни свою часть сделки, и, обещаю тебе, ни один из моих людей не станет охотиться на тебя.

Один из моих людей – нет. Я? А вот это уже совсем другое дело. На этот раз она не уловила смысла, скрытого в моем обещании, но все равно осмелилась пригрозить мне.

– Тебе следует знать, – предупредила Лина, – все сделки с волшебными тварями подчиняются Закону заклинателя. То есть, если ты или любой из твоих наемных убийц хоть как-то навредите моим зверям, я имею законное право убить вас.

Я остановился, оглянувшись на нее. Жар от взгляда Лины обжигал сильнее самого сильного пламени, но медленная улыбка появилась на моем лице.

– Буду с нетерпением ждать того дня, когда это случится.

От гнева ее щеки стали бледно-розовыми.

– И я требую, чтобы наша сделка была оформлена в письменном виде. А не осталась какой-то устной договоренностью, которую потом нельзя будет использовать как доказательство.

Я выгнул бровь. Устная, рукописная или подписанная самим королем – это не имело значения. Магическая сила, заключенная в Клятве Круора, необратима.

– Прекрасно. Однако это не помешает кому-то вне моей гильдии преследовать тебя.

– Если такое произойдет, я сама с этим разберусь. – Она возилась с рукавами своей туники. – Нам нужно немедленно отправляться в путь.

– Только послезавтра. – Я проигнорировал ее явное разочарование. – Мы должны тщательно подготовиться к походу.

– Давайте поедем куда-нибудь на пляж! – Калем стал пританцовывать на месте, бросая игривую ухмылку в сторону Лины. – Захватила с собой что-то из купальной одежды?

Она нахмурилась.

– Оставь свои фантазии при себе.

Я повернулся к своему третьему командиру.

– Озиас.

– Да?

– Сопроводи Лину в ее комнату. В восточное крыло.

Заклинательница замерла.

– Постой-ка. Откуда мне знать, что ты не придешь за мной ночью?

Калем, конечно, не удержался.

– Если я приду за тобой посреди ночи, то, клянусь, ты не пожалеешь об этом. – Лина смутилась, и я проглотил стон. Постоянные интрижки Калема раньше никогда не создавали проблем, но я надеялся, что в этот раз он будет вести себя умнее. Брат же не мог просто забыть о том, что случилось с Костом, какое бы сильное искушение ни представляла собой эта воинственная заклинательница.

Откашлявшись, я хмуро взглянул на Калема.

– Иди собирайся.

– Да, да. – Он развернулся и побежал по лестнице, перепрыгивая сразу через две ступеньки, весело насвистывая всю дорогу.

– Никто тебя не тронет, пока ты будешь жить в нашем доме. Это приказ для всех моих братьев, и, можешь быть уверена, они верны моему слову. А теперь, Озиас, прошу тебя, отведи Лину в ее комнату.

Она вновь вздрогнула от страха, но вздернула подбородок в знак неповиновения и последовала за Озиасом, ни разу не обернувшись.

Так странно для той, кто пытается выжить. Наоборот, Лине следовало быть начеку и запоминать дорогу до своей комнаты. Ведь она не могла знать, что я сдержу свое обещание. И все же было что-то особенное в ее уверенной походке. То, как она высоко держала голову.

Когда они ушли, я поднялся по лестнице и повернул налево к чердаку, направляясь в западное крыло, чтобы проверить Коста. Прижав ладони к потертому дереву, я распахнул двойные двери, даже не взглянув на бронзовую табличку с надписью «Медицинский кабинет». Резкий аромат хлорки и лимона ударил мне в нос.

Кост сидел на больничной кровати без рубашки, перчатки и изодранная туника валялись на простынях возле него. Запасные вещи, лежащие рядом на подушке, так и остались нетронутыми. Медсестра, наверное, вышла, оставив для Коста серебряный поднос, до краев наполненный иглами и нитками. Не то чтобы ему было необходимо накладывать швы. Кожа сама восстановится в течение часа.

Он пригвоздил меня к месту напряженным взглядом.

– Прости меня. Я ошибся, недооценив ее.

Сдержанно вздохнув, я прислонился бедром к столу у двери. Пергамент хрустнул под моим весом.

– Надеюсь, мы не допустим такой оплошности снова.

Кост застыл.

– Что ты имеешь в виду?

– Я заключил с ней сделку.

Он медленно встал, и мышцы его предплечий напряглись от едва сдерживаемой ярости.

– Сам знаешь, я не стану ничего у тебя выпытывать.

– Хорошо. Потому что она готова отдать своих животных в обмен на то, чтобы за ее голову отменили награду.

Кост расслабился, его брови опустились к оправе очков.

– Что ты рассказал ей о клятве?

Я пожал плечами.

– Ничего. А разве это имеет значение?

– Полагаю, что нет.

– Вот и отлично. – Оттолкнувшись от стола, я взял Коста за руку. – Передай это дело мне.

Он замер от потрясения.

– Я могу справиться с этим, как только сделка будет завершена. Нет необходимости браться за работу самому.

Снова в моем сознании всплыл образ Коста, истерзанного шипами чудовища. Этот заказ с самого начала должен был стать моим. Не говоря уже о том, что я пообещал Лине, что никто из моих соратников не причинит ей вреда. Не лгать, но и не раскрывать всей правды – вот что значит работать наемным убийцей. Я положил руку ему на плечо и спокойным голосом произнес:

– Это никак не связано с твоими способностями. Я заключил сделку, и я выполняю задание. Не ты. Не кто-то другой.

– Но…

– Это не обсуждается.

Кост сдался, повернул запястье внутренней стороной вверх и обнажил чернильную косу размером с серебряный жетон. Схватив его за предплечье, я прижал свою кожу к его, и метка ожила. Плоть обожгло, и я поморщился. Когда шипение стихло, я отпустил его руку. Магическая клятва, теперь связывавшая меня с наградой, заискрилась на коже, послав тонкие черные ручейки по моим венам.

Отныне, если я не убью Лину, на кону будет стоять моя собственная жизнь. Так звучало любое соглашение, заключенное с Круором. По легенде, это дело рук бога смерти. Когда Зейн, первый из нашего рода, вырвался из его лап и вернулся в страну живых, бог смерти пришел в неописуемую ярость. Все наши контракты были пронизаны его магией, чтобы он не упустил возможность забрать нас во второй раз. Правда это или нет, уже не имело никакого значения. Все, что меня интересовало, – нерушимость этой клятвы и уверенность в том, что с помощью нее можно будет проворачивать самые темные делишки.

– Девушка, которая заказала убийство… Сообщила ли она еще какие-нибудь сведения после того, как я поручил тебе эту работу?

Кост покачал головой. Он бы принял это на свой счет, как отметку о неудаче в своем безупречном послужном списке.

– Нет. Она носила маску и была укутана с головы до ног, даже перчатки надела. Я заметил свечение смородинового цвета вокруг ее руки, когда она вызвала зверя сразу после заключения сделки.

Умная девушка. Значит, решила сохранить свою личность в тайне. Правильная сумма сможет убедить любого разболтать множество секретов.

– Зверя? Любопытно. – Получается, за Линой охотится кто-то из заклинателей. – А по поводу самой работы? Есть какие-нибудь подробности?

– Да. Девушка записала все детали задания. Кости должны быть доставлены в течение шести часов после ее смерти. – Он взглянул на серебряные часы на своем левом запястье. – Я должен был встретиться с ней в Дьявольской лощине час спустя после выполнения работы.

Я и бровью не повел. Естественно, такое случалось не в первый и не в последний раз, когда нас попросили бы сделать что-то странное с останками жертвы. Но Дьявольская лощина представляла особую опасность. Запятнанная темной магией и еще более темными предзнаменованиями.

– Ты сказал, в Дьявольской лощине?

Кост помрачнел.

– К сожалению, да. Я просил изменить место встречи, но клиент настаивал.

– Хорошо. Мы проведем короткую встречу.

Черные завитки теней скользнули ко мне. Кост схватил запасную тунику, облачился в нее и последовал за мной, его сила соединилась с моей. Повернувшись спиной к медицинскому крылу, мы пронеслись на холодном ветру через двойные двери и отправились на встречу с нашим клиентом.

## Третья глава. Нок

Дьявольская лощина находилась недалеко от Круора, но мы редко сюда наведывались. Потому что понимали, что лучше не искушать магию проклятых. Если Китский лес считался гноящейся раной, то Дьявольская лощина была чистым ядом. Густой молочный туман плыл по бурой траве, простираясь до зияющей пасти пещеры со сталактитовыми зубьями. Проклятые деревья со скрежетом остановились в идеальном круге вокруг входа в пещеру, как будто страшные вопли, эхом доносящиеся из ее пасти, были заклинаниями, которые даже монстры не осмелились бы применить.

Одинокое голое дерево с пепельной корой и гниющими ветвями укрепилось в земле своими узловатыми корнями возле пещеры. Вертикальные шипы кроваво-красных цветов, торчащие из кончиков ветвей, являлись единственными цветными пятнами на этой унылой картине – не считая ожидающего со сцепленными руками клиента, облаченного в мантию ртутного цвета.

Я бросил на Коста быстрый взгляд. Напряженные плечи, непроницаемое выражение лица. Что ж, стало быть, гость неожиданный.

Пришлось понизить голос, чтобы не беспокоить темную магию пещеры.

– Я ожидал увидеть женщину.

– У нее есть другие неотложные дела, – мужчина оглядел нас с ног до головы. Из-за плотно натянутой мантии невозможно было разглядеть его лицо. – Где заклинательница? – кожаные перчатки без пальцев скрывали кисти и запястья, а руки он сложил на груди.

– Возникла непредвиденная проблема. Я беру на себя полную ответственность за задержку и теперь лично займусь этим делом.

Кост вздрогнул.

Мужчина наклонил голову, и капюшон мантии сдвинулся достаточно, мельком открыв нам коротко подстриженную бороду.

– Понимаю. А вы кто такой?

Я засунул руки в карманы брюк.

– Нок. Глава гильдии. – Дымка сверкающей магии поднялась у входа в пещеру в ответ на мои слова, и пульс загрохотал у меня в ушах. Я изо всех сил старался не обращать внимания на ласковый шепот силы, исходящий из черной пасти. Убогость этого места казалась гораздо более гнилой и опасной, чем тени, которыми мы повелевали; она заманивала заблудших путников в свои недра и разжигала огонь запретной магии. Те, кто откликался на ее зов, никогда не выживали.

По губам мужчины скользнула безразличная, мерзкая улыбка.

– Весьма интересно. Могу я узнать, что же случилось? Странно, но ваш соратник произвел на меня впечатление человека, не обделенного способностями и талантами.

Кост сжал руки в кулаки. Шагнув вперед, я привлек внимание клиента к себе.

– Ничего особенного. Есть ли какие-нибудь дополнительные детали, которыми вы бы хотели поделиться со мной?

– Кроме того факта, что Лина Эденфрелл очень опасна? Похоже, вы это уже выяснили.

Я прищурился.

– Разумеется.

– Вы осведомлены об условиях?

– Да. Вы получите свои кости в течение шести часов после ее смерти. Это не проблема. Что насчет награды?

Гадкая усмешка скользнула на его едва различимом лице.

– Десять тысяч бит. Достаточно, чтобы поддерживать ваше причудливое маленькое поместье в течение нескольких лет.

Я коротко кивнул ему.

– Договорились.

Он сжал руку, и невидимая дверь рядом с ним со скрежетом приоткрылась. Тварь, не похожая ни на одну, что я видел прежде, появилась у ног мужчины. Напоминающая большую ящерицу, с головой размером с валун и с разинутой пастью, она засасывала мощным потоком воздуха пространство вокруг них. Вращающийся белый портал, мерцающий яркими огоньками, вспыхнул в ее открытой пасти.

Резко рассмеявшись, мужчина протянул руку и погладил чешую зверя.

– Мы отблагодарим вас только после выполнения работы. Просто напоминаю, что, хотя Лина Эденфрелл и опасна, ваш клиент гораздо, гораздо могущественнее. И последнее, о чем вам стоит беспокоиться, это чтобы ничего не произошло. – Он указал подбородком в сторону Коста. – Снова.

С этими словами он прошел через искрящийся портал и исчез вместе со своим зверем.

Злость накатила волной, и спокойный вид, который я изо всех сил пытался сохранить до сих пор, испарился с уходом гостей. Я принялся вышагивать перед Костом, схватившись за шею. Две угрозы в адрес моего народа всего лишь за один день. И обе – от заклинателей. С чем же на самом деле мы связались? Стиснув зубы, я остановился прямо перед входом в пещеру и вгляделся в пустое пространство, где только что стоял мужчина.

Острый привкус магии вырвался оттуда, обжег кожу и оставил после себя легкое покалывание.

Сколько темных магов было похоронено в этом склепе? Их ядовитая магия усыпляла бдительность и ослабляла даже самого сильного из людей. А тот факт, что заклинатель не попал под ее влияние, только подтверждал его силу.

Как и его высокомерие. Он вызвал нас сюда, желая показать, с чем мы будем иметь дело, если потерпим неудачу.

– Нок. – Кост схватил меня за запястье, и жесткое давление его пальцев приглушило страстный шепот темной магии. – Нам лучше здесь не задерживаться.

Покачав головой, я развернулся и почувствовал странное облегчение, увидев искривленные деревья Китского леса и ониксовые щупальца, пробирающиеся к нам. Придется отойти подальше от пещеры, чтобы тени смогли унести нас домой.

– Следует приступать к работе. И как можно быстрее.

Кост подстроился под мой шаг и искоса взглянул на меня.

– Что-то здесь не так.

– Конечно, что-то не так. – Ветки хрустели у нас под ногами, и я сосредоточился на этом звуке в попытке сохранить спокойствие. – У нашего клиента наглости не занимать. А наша жертва весьма отважна. Однако раньше при сделках никогда не приходилось так много общаться. И это меня, мягко говоря, очень беспокоит.

– Наша жертва отважна? – Кост поджал губы. – Отвага и смелость ничего не значат в нашем деле. И ты это прекрасно знаешь. Мы убивали достойных людей и за меньшее. – Он отодвинул в сторону ветку, усеянную стручками пинеско, и шагнул вперед, придерживая листья, пока я не последовал за ним. – Доверься мне, что тебя действительно тревожит. Это из-за проклятия? Я в полном порядке. Могу поклясться, я…

– У меня все под контролем.

На его лице промелькнули смешанные эмоции. Облегчение. Обида. И то, что мне не удалось определить. На мгновение я решил отбросить свою привычную отстраненность и холодность, положил руку на плечо друга и позволил ему увидеть самую малость моих истинных чувств.

– Я рад, что ты цел и невредим. Твоя смерть уничтожила бы меня.

И, боги свидетели, мне так ясно привиделось это. Первые признаки моего проклятия. Едва заметные темные мешки у него под глазами. Потрескавшаяся кожа и небольшие трещинки вокруг его губ. Затем появится кашель с кровью. Потом лихорадка. И в итоге – смерть. Я помню подобные симптомы у себя в прошлом, будто это случилось только вчера.