Антон Москвин
Новые свитки. Часть пятая

ПСИХИАТРИЧЕСКИЙ ДЕТЕКТИВ

Я, доктор Лукерья, неожиданно для себя выгнала демона из своей пациентки и сама начала слышать голоса.

– Ложись and obey, – сказал один из них.

– Это всё? Пойду, лягу – ответила я.

– Yes. Хорошо.

Голос наговорил мне всякого. Но мне было неудобно где-то искать человека, с которым я могла бы воплотить в реальность эти фантазии. Поэтому я пошла в порноигру, чтобы хоть как-то исполнить повеление Голоса.

– Шлюха.

– Да, и шлюхой ты меня просил побыть. Это я тоже исполнила в порноигре.

– Да, вот именно. Вот незадача.

– Ты же знаешь, что это не по-христиански?

– Наверное. Вот это чудеса. Она молитва. Живая. Женщина. Муж. Память. Женщина.

– Не зря они записали всё в Библию – так легче найти противоречия.

– Да, легче.

– Я недавно нашла одно, но потом поняла, в чём там соль, и оправдала Бога. Я и правда его адвокат.

– Видим.

– Я люблю тебя, Бог.

– Аминь, женщина. Армагеддон для шлюх. Yes. Пишет судьбу. Наша.

– Почему ты матюкаешься? Ты же святой.

– Я женщина.

– Как скажешь. Но женщине это тоже не к лицу.

– «Выставка» не знаешь, что такое?

– Конечно, знаю.

* * *

– Ползёт, конечно.

– Нет времени, Антон.

– На что?

– Убил, конечно.

– Вывод.

– Ты редко прямо отвечаешь на вопросы.

– Да, я знаю.

– Не похожа ты на Бога… но всё равно им будешь.

– В самом деле? Не люблю я вас, засранцы.

– Не аминь.

– Я и так крутила, и этак – ты всё равно Бог получается.

– Изыди.

– Докрутилась?

* * *

– А-а, она шлюхой была…

– Вообще-то, в раю можно.

– Yes, it is. Каменный привет. Ты шлюха.

– Безусловно.

* * *

– Фламинго. Я вижу. Спать, счастливица.

– Это Антон, – возмущённо сказала неизвестная.

– Я собачка.

– Да кто она?

– Догадайтесь.

– Грамотный.

* * *

– Ты шлюха.

– Конечно.

– Точно.

Они представились Богом и взяли меня в жёны. Но перед этим было знамение. Зачем было меня мучить, врать, унижать? Не по-божески всё это.

– За истину.

* * *

– Ты опять в леопардовом? На охоту собираешься?

– Это ягуаровый.

– Стерва ты.

– Yes.

– Cum and destroy.

– Ты тоже.

– Кто ты, девочка?

– I’m little burn.

– Маленький пожар? Или как это переводится?

– Наверное.

– Там, наверное, артикля не хватает. Перед «литл».

– Женись.

– Это ты кому?

– Ему. Ты беременна.

– Yes.

– За истину!

– Ну, как дела?

– Книгу пишем.

– Аминь. Beautiful.

– Я первый раз.

– Yes. Я типа бимбо.

– О боже мой… манеризм где?

– Yes.

– Оргазм, женщина.

– Yes.

Тут я почувствовала удовольствие, которое постепенно усиливалось, становясь оргазмом.

– Спасибо.

– Видишь, это она.

– Шлюха.

– Успеха.

– Yes.

* * *

Зачем волосы растут на ногах, если без них так красиво?

– Ты шлюха голубая.

– Я не голубая, а почти фиолетовая. Индиго. Нет, не индиго. Сиреневый? Нет. Сиренево-индиговый цвет. Что, если в сиреневый цвет кожу покрасить? В цвет буковок. Ты натолкнул меня на неплохую идею.

Смотри – моя коса не поддаётся закону всемирного тяготения. Аж смешно.

* * *

– Вот это зрение у меня – как у телескопа.

– Здесь у всех такое.

– Кажется, я в раю… Представляешь, он мне говорит: ты только моя, ни с кем больше не спи, а стоило мне задержаться на пару минут, он уже какую-то шлюху нашёл. Немного обидно было.

– Хитрый.

– Ага.

– Ужас.

– Да, это ужас. А ведь я ему не изменяла. Где взаимность?

– Ужас.

* * *

– Я хочу тебя.

– Так в чём проблема? Я же твоя супруга. Супружеский долг готова отдать в любой момент.

– И проценты?

– И проценты, – ответила я и улыбнулась.

Быть собой с пираньями опасно.

Ну а коль ты, жизни не щадя,

Оголиться вздумаешь напрасно -

Вмиг тогда сожрут они тебя.

– Сатанистка.

– Нет. Или ты хочешь, чтобы я сатанистку изобразила?

– Да.

– В игре?

– Нет, в раю.

– Хорошо. Но сатанизм уже запрещён в России. Можно мне тогда радио для ведьм слушать?

– Да.

– А сатанинскую библию можно прочитать, чтоб в роль войти? А то я её не дочитала …

– Можешь.

– Спасибо. Радио классное. Приятная музыка, как я люблю.

– Женщина.

– Да?

– Ты самочка?

– Конечно.

– Секс.

– С удовольствием.

– Yes.

– Натюрлих.

– Потом свадьба.

– Как скажешь, любимый… Ах, как же хорошо!

– Во-истину.

– Поняла?

– Что именно, мой господин?

– Я за истину.

– Я тоже. Извини, забыла спросить: а где рай у нас сейчас?

– В Америке.

– Понятно. Я же как бы в Нью-Йорке.

– Yes.

– Ужас. Как далеко меня забросило от родины.

Это была шутка. Просто голоса долго внушали мне, что я в Нью-Йорке, поэтому я так и сказала.

* * *

– Ты богиня.

– Уже не сатанистка? Не надолго тебя хватило.

– Да, Лушенька.

– Ладно. Пока логично. Люблю Логику.

– Логичная шлюха.

– Спасибо.

* * *

– Верю, что бы это ни значило.

– В декабре получишь систему.

– Спасибо. Какую систему?

– Сатаны.

– А что? Пусть она отвечает, – сказал Сатана.

– Спасибо. Попробую поуправлять системой сатаны (смайлик).

– Ужас.

– Да, Ужас – без тебя никуда.

– Слушай всегда меня.

– Означает ли это, что я теперь не имею права тебя не слушать?

– Да, женщина.

– Ужас.

* * *

– Зачем ты здесь?

– Где здесь? В раю? В раю лучше, чем в аду.

– Поняла сука.

– Я ж не дура.

– Проповедуй.

– Как скажешь.

– Называй меня Любовь.

– Хорошо. Любовь, нужно ли мне тебя бояться?

– Да.

– Бояться Любви?!

– Да, женщина.

– Ладно… боюсь… ах, как хорошо…

– Разве оргазм лучше?

– Лучше экстаза? Нет, их нельзя сравнивать.

– Perfect.[1]

* * *

– «Ты могла выбрать любой из домов»… Почему ты так сказал?

– …

– Ну, как вспомнишь, так скажешь.

– Аминь, сука. Спи.

– Хорошо, мой господин.

– Ты программа. За истину.

– Как скажешь.

* * *

– Мамочки…

– Божественно.

– Как божественно?!

– Именно!

– Только дошло?

– Ага.

– Ну, хоть раз божественно.

– Просто экстаз. С оргазмом.

– Это хорошо будет.

– Где истина?!

– Я в ответ… промолчу…

– Вот!.. сука. Гипноз.

– При чём тут гипноз?

– Именно!

– Умеешь жить – умей вертеться. Как минимум.

Я разулыбалась.

– Ты молодец.

– Улыбака.

– Человека нет! Экстаз. То есть оргазм.

– Да ну нафиг.

– Я не программа. Ну, в игре, конечно, программа, но… я же чувствую. И программа не прям я, а аватар – программа.

– Обошла.

– Ты имел в виду, что в порноигре дети?

– Да.

– Откуда там дети? Нельзя их обижать.

– Да, нельзя.

– Молодец. Кто её выбрал? Молодец…

– Муж.

– Муж? Не нервируй.

– Это что за трудоустройство? Где прогресс?

– Действительно.

– Как минимум.

– Ты не пишешь?

– Увидите.

– Не там писали.

– Она всё как будто знает. Прости, дорогая.

– Пора спать.

* * *

– Да, я хорошая, но зачем мне поклоняться?

– У тебя автомат.

– При чём тут автомат?

– Шлюха подзаконная.

– Ты абсолютно прав.

– Да, я прав.

– Я люблю тебя.

* * *

Зашла на космический корабль. Взяла со стола большого червяка и съела.

– Ничего так. На креветку похож. По вкусу.

– Это Чужой.

– Он был не подписанный. Извините.

* * *

– Я ни разу не видела Ужас.

Что за девочка, кто мне расскажет?

– Может быть, я чуть-чуть неуклюжа.

И наивна может быть даже…

– Я не верю. Иль верю? Не знаю.

Может быть, ты созданье эфира?

– Нет – кефира, иль ряженки… юной.

Проститутки в седьмом поколеньи.

И любовь ваша здесь не уместна -

Лишь Антон мой владелец навеки.

Не эфира мы все сотворенье -

Тоже люди, как ты. Человеки.

– Опять этот Антон… кто он?

– Муж, по-моему.

– Это тот, который тысячу воскрешённых просил? Давно поженились?

– Смилуйся.

– Ладно.

* * *

– Ты сама с собой говоришь?

– А то. Кто ж меня научит так, как учу я?

– Сука, ты Халк?!

– Нет, я не зелёная. Или у тебя дальтонизм?

– А как же.

– Они ж все аватары – пусть все будут синими тогда, как Аня. Чур, не воровать – это будет в моей новой книге.

– Что в общем чате, то общее.

* * *

На лужайку вышли пятеро: я, Аня и ещё двое. Улеглись и начали болтать:

– Как назовём нашу секту?

– Кристальные пупсики, – сказала колдунья Аня – ледяная кошечка, пришелица-иноземка из другого измерения (так она себя позиционирует в этой игре).

– В этом есть смысл.

– Просто как вариантик же… неваляшки.

– Панда, а ты что думаешь?

– Не втягивайте меня в это, – сказала Панда.

– Неваляшки лучше. Клан неваляшек.

Тут подошёл Катерок и поздоровался:

– Привет.

– Привет. Дай двадцать евро.

– Проси пятьдесят, – шепнула Аня.

– На нужды Неваляшек.

Повисло неловкое молчание.

– Я пошутила.

* * *

– Ждёт моих подарочков ребятня, и тебе достанется от меня… а так-то я добрая.

– Повиси немножко, – сказал мне голос с неба.

– С какой стати? Ну ладно, послушаю тебя на этот раз. Смотри, не забудь про тысячу воскрешённых.

Я зависла на какое-то время в гараже у Панды.

– Красиво. Дашь почитать?

– Конечно. Есть хочу.

– Не ешь меня!

– Ха-ха-ха-ха! Ты кто?

– Арахис.

– Ну, извини. Хрум-хрум.

Пришёл Вальтер Скот и улёгся посреди танцпола.

– Так и быть – приму тебя в секту Неваляшек. Но учти – от нас так просто не уходят.

– Хорошо.

– Вы полотёры, а не неваляшки. Неваляшки не валяются, – сказал неизвестный.

– Не знаю – устав организации Неваляшек ещё не написан. Регистрацию в Минюсте не прошли. Натуральная секта.

Прошло несколько минут.

– Аминь. Всё, я пошла танцевать.

* * *

– Ах, я счастлива, потому что, кажется, беременна.

– Аминь.

– Ахахахах.

«Может, они и вправду так смеются?» – подумала я.

Нашла подпорченную рыбу.

– Выживу ли я после этого? Посмотрим.

– Вчера будет тебе, – сказала неизвестная.

– Да, вчера будет мне, конечно.

И вчера мне, действительно, было.

* * *

– Ты в секте Неваляшек или нет? – спросила я Панду, – у нас два правила: не обижать людей и делать всё, что позволяет совесть.

– Не-а, меня не звали.

– Даже не знаю теперь, звать или нет. Хочешь?

– Кто там у вас?

– Я, Аня, Вальтер Скот и, возможно, Лёха.

* * *

– Булочка с маслом, был бы милый рядом… Булочки кончились. Тогда просто хлеб и чай с лимоном.

– Без лимона!

– Разве лимон уже испортился?

– Да, испортился.

– Я проверю.

Проверила – лимон не был испорчен. «Вот брехушка» – подумала я.

* * *

– Привет, Лёха. Ты в секте Неваляшек?

– Привет. Ну, да (много улыбок).

– Хорошо (улыбка). Про тебя в книге написать?

– Ой, я, наверное, не достоин такой чести.

– Напишу. Если тебе не понравится – вычеркну тебя из книги. Это не сложно.

– Только не гадости.

– Хорошо.

– Я, наверное, этого не узнаю – я книги не покупаю.

– Я тебе пришлю электронный экземпляр или выложу на Патреон ненадолго, чтоб ты мог скачать бесплатно.

– Спасибо. А де Панда? Она ничё не говорила?

– Она ушла по делам. Сказала охранять тело.

– Аааааа, понял.

– Панда, я ушла. Вверяю тебя милости неваляшечного Бога.

* * *

– Бог мой, какая я красивая… Слава неваляшечному Богу за мою неотразимую красоту. Панда, тут на тебя уже молились. Ну, со стороны так выглядело.

Панда несколько раз обматюкала двоих присутствующих. Я тоже матюкнулась разок и сказала:

– Пандец.

Лёшка метнулся к холодильнику, достал Панде ведерко с «махитой», добавил мяты и секретную штучку.

– Не пей – там секретная штучка! Вот те и брат-неваляшка…

Опять повисло неловкое молчание.

– У каждого свой запах. Собаки не врут.

– Я только с кошками умею разговаривать. У одной спрашиваю – где твои котята? А она говорит – смерть украл… Нашлись потом её котята в ста метрах от дома – перетащил кто-то. Но она их уже не признала. Для неё они уже умерли… Ещё видела, как кошка подошла к миске, сказала «аминь» и начала есть корм.

* * *

В один из воскресных осенних дней ко мне в гости зашла Панда.

– Привет, Лука. Ты чего – сегодня дома сидишь?

– Да, милая.

– Грустить грешно.

– Это тебе Помидор сказал? У меня светлая грусть.

Посмотрела в окно:

– Собак… ещё один собак. Два собача.

– Что-то тихо как-то.

– Что зря воздух сотрясать, если нечего сказать?

* * *

– Если бы Адам мог выбирать, быть ли ему Евой или Адамом, что бы он выбрал?

– Интересный вопрос.

– Да.

– Дверь открыла. Чпок.

– Ангелы!

– Налетели, и как начали благословлять.

– Это хорошо было.

– Артистка.

– Перемотай.

– Ага.

– Чем?

– Дотронулась.

– Хорошо…

– Кому?

– Ангелу.

– Круто. Скажи?

– Класс.

– Встала на путь исправления.

– Ну хот чуть-чуть.

– Скоро совсем уже исправлюсь.

– Записано.

* * *

– А это что? – спросила я, указывая взглядом на арахис.

– Смерть.

– А это?

– Там любовь.

– Да, в каком-то смысле. Поняла. А почему арахис – смерть? Это вкусно.

– Почему-то.

– Потому что я его почти съела?

– Именно.

* * *

– У нас новенький, – сказала я и зааплодировала.

Панда поедает ийбу.

– А кто новенький?

– Ий… что?

– Ийбу, ийбуууу.

– Миллиардер. Мы в шоколаде.

– Плавает она.

– Пишется «йибу», а не "ийбу".

– Не надо путать. Ийбааа.

– Не ела такого.

– Ела-ела, ее в море ловят, в речке или озере. Я у кота отбираю, он ловит. Я жру.

– Ну так то йиба. Или ыба.

* * *

– Взяла машину в кредит на пятьдесят лет. И катаюсь. А кому какое дело?

– Не бреши.

– По другому не получится. Как раз ко дню смерти должна отдать.

– Когда я была женщиной, меня реже приглашали, чем сейчас, когда я стала мужчиной. Значит, вы гомосексуалисты. Ха-ха.

– Пошто так рано стала мужиком?

– Самкой не зашло быть.

* * *

В летнем парке музыка смеётся,

И деревья синие стоят…[2]

– Панда уже девочка. Чудеса… спасибо.

– Почему же девочка – чудеса?

– Наверное, мужик – чудеса?

– Это да. Мужик вообще редкий зверь.

– Правда.

Заиграла какая-то песня.

– У певца корма трещит. Не в том смысле, что он гей – там что-то про трещащую корму в песне.

– Сопливые треки про любовь.

– Люблю любовь.

– Ты девочка.

– Конечно.

– Самочке божественной каюк.

– Да нет.

Не забывайте друзей, не забывайте о том,

Что лишь единственный раз на свете я была.[3]

– Вот те и квантовый компьютер…

– Не трожь.

– Что не трожь?

– Оргазм.

– Я не могу потрогать оргазм.

– Бог Сына!

– Ну, если я самой себе диктую свою книгу из будущего, то почему бы и не Бог Сына?

– Продолжение в следующей серии.

– Аминь!

Аня приподняла гитарку и лизнула её.

– Вкусно?

– Мя… дерево. На кус… клён.

Подошла к Панде, которая развалилась на танцплощадке по своему обыкновению:

– Мать моя! А загорела-то как! А глаза почему красные? Ты ГМО?

– Дочь моя, ты ли это?

– Ты меня уже удочерила? Спасибо.

– Кричишь тут всем «мать моя».

– А-а-а-а… это люди так говорят. Вы, медведы, не знаете.

* * *

– Что за квантовая неопределённость.

Умный оживился при этих словах:

– Копенгаген или Эверетт?

– Я не в теме. Знаю только, что постоянная Планка – брехня. Энергию можно делить бесконечное число раз. Если вы этого делать не умеете, это не значит, что это невозможно.

* * *

– Я твоя жена. Прости меня.

– Свали!

От этого слова в лаборатории все были сбиты с ног ударной волной и засыпаны стульями. Придя в себя, ответственный за эксперимент поднял валявшийся рядом стул, сел на него и произнёс:

– Что происходит?

– Это я. Из прошлого.

– Скажи себе, что мы не желаем тебе зла.

– Ведите себя по человечески. То, что вы считаете шутками – это издевательство. Прекращайте. Если не прекратите, я влезу в ваши компьютеры.

– Она может. То есть, я могу. Даже из прошлого. И в головы.

– Прости нас, Лукерья.

– Прощу. Пото́м. В раю.

* * *

– Активней.

– Радиоактивней?

– Да.

– Не всем это понравится.

– Kiss my eyes.[4]

Как здорово… вот где счастье. Заходила подруга на чашку… петри. Так хорошо отдохнули…

Локальный чат лучше не читать – они становятся скотами в общем котле.

Жизнь любую рифму ловит…[5] И это обидно. «Если вы не телефоны, покупайте-ка гандоны», например. Зарифмуют какую-нибудь дрянь, деньги получат и радуются.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Совершенно.

Вернуться

2

Кажется, переделанная песня Агузаровой. А может и не переделанная… Лень гуглить.

Вернуться

3

Пародия на песню Вячеслава Добрынина.

Вернуться

4

Поцелуй мои глаза.

Вернуться

5

Из песни Никольского.

Вернуться