Ольга Ерохина
Опасные мотивы

Предисловие

Уважаемый читатель, эта книга является первой из цикла «У Тони есть план…». Каждая из книг является отдельной детективной историей, но каждую из них объединяет главная героиня Тоня. Вас ждут забавные ситуации, детективное расследование, запутанные судьбы разных людей. Кажется, что все герои не связанны друг с другом, но так ли это? Могут ли придать самые близкие? Как выкручиваться из тупиковых обстоятельств? На эти и многие другие вопросы ищите ответы в данном детективе.

Глава 1

Тоня как, впрочем, и всегда, собиралась наспех. Неряшливо надев блузку, только часть которую, она успела заправить в серые старенькие джинсы, и, запихнув бутылку с водой, салфетки и другую мелочь в рюкзак, она негромко выкрикнула:

– Лешка, ну ты как там? Собрался уже?

Тихий голос из другой комнаты ответил:

– Ща, мам, мне только носки натянуть.

Тоня стала судорожно думать, что же она забыла. Причем, именно забыла, ведь именно так всегда и происходит – еще ни разу она не вышла из дома идеально собранной, и ничего не забыв. «Так: блокнот, ручка, телефон…» – мысленно перечисляя все необходимое, она пыталась понять, что же она упустила. Конечно, в ее случае самое главное – это ее любимый фотоаппарат. Это ее работа, ее заработок и вообще ее любимое дело.

В коридоре показался маленькие пятилетний мальчуган. Он также как и мама был неопрятно собран, но все-таки он это сделал совершенно самостоятельно и при этом уложился во вполне приемлемое для такого возраста время.

– Ну что Лешка, сегодня тебе придется быть настоящим мужчиной. Понял меня?

– Да, мам, как всегда.

– А что значит настоящим мужчиной? – обуваясь, спросила Тоня, на всякий случай, ну чтоб повторить «пройденный материал».

– Настоящие мужчины вежливы, перед едой моют руки, сидят ровно и не мешают старшим…

– Правильно, сынок, ты у меня такой умненький.

А ведь действительно, Лешка был умен и сообразителен не по годам и, скорее всего, это заслуга мамы, которая часто его оставляла у соседки – одинокой пожилой дамы, Серафиме Леонтьевны, очень начитанной, мудрой и тактичной женщины. Серафима Леонтьевна в прошлом была учительницей, поэтому прекрасно знала подход к детям и к тому же часто занималась с Лешкой, благодаря чему он знал намного больше своих сверстников.

Тоня с сыном выскочили на лестничную площадку, и позвонила в дверь напротив. Им открыла седовласая женщина со строгим видом, но очень мягким взглядом. Она слегка улыбнулась, было видно, что она рада, ведь Лешка был ее единственным частым гостем, который скрашивал ее одиночество.

– Серафима Леонтьевна, вы меня извините, что я так вот к вам Лешку, без предупреждения, у меня срочная работа, а оставить кроме вас мне некому.

– Ничего страшного Тонечка, у меня как раз запланировано столько дел на сегодня, а помочь некому, вот мы и с Алексеем сможем справиться быстрее, – ответила соседка и потянула мальчика за руку.

Тоня попрощалась и сбежала вниз по лестнице. В голове у нее крутилась только одна мысль – успеть первой. Она неслась на встречу к своей мечте, если можно было бы утрированно так высказаться. Дело в том, что ей позвонил хороший друг и сообщил, что в их городе будут снимать кинокартину, а в главной роли сама Майская. На самом деле картина снимается уже давно, но об этом не говорили, все секретно. Ее начинали снимать в Тонином городе в старинной усадьбе, потом продолжили в каком-то другом, и вот сейчас опять приехали доснимать последние сцены. Вроде как продюсер фильма из этого города и, как сказал Тонин друг – не только продюсер. И, что самое интересное, о начале съемок так никто и не узнал, как сейчас проскочила эта информация – неизвестно.

Майская – это легенда, женщина хоть уже и не молода, но на нее до сих пор смотрят как на богиню красоты и таланта. Если Тоне удастся первой сделать снимки и продать в крупное издательство, то она сможет наконец-то выплатить долг банку за новостройку. Тоня просрочила немного выплаты, но банк пошел ей на уступки и продлил на неделю, и вот уже и эта неделя подходила к концу, а учитывая, что она была независимым фотографом, то заработки были нерегулярными, а тут такая удача.

Тоня четко для себя решила, на этот раз действовать нагло, быстро и наплевать на всех. Пока она ехала в автобусе, прокручивала свои действия до мелочей. Вывалившись на остановку практически кубарем, Тоня помчалась к старой усадьбе, которая была в пяти минутах бега. Шаг пришлось замедлить, когда издалека она увидела охрану у ворот.

«Ну, блин, что же так везет» – тихо процедила она сквозь зубы. «И почему я сразу не подумала об этом, ведь все так очевидно».

Ну, конечно же, такой объект непременно будут охранять. Но Тоня знала свой город как свои пять пальцев, а так же имела атлетическую фигуру и такие же навыки. Она оббежала невысокий забор усадьбы и сквозь заросли, которые давно никто не расчищал, пробралась к месту, где от каменного забора почти ничего не осталось. Дыра, которая образовалась много десятилетий назад, давно заросла. Пролезть через зеленую преграду было не просто, но возможно. Выгибаясь и прогибаясь, и пытаясь не оцарапаться о ветки кустов, Тоня нащупала ход и аккуратно переступила через него, дальше все предыдущие манипуляции повторились, так как и с другой стороны забора была зелень. В этот момент Тоня была сказочно рада, что у нее короткая стрижка.

Оказавшись на заднем дворе усадьбы, где было много разных построек, ей удалось без труда пробраться к открытому окну. Предположительно, где-то в этом районе должны были быть гримерки и одна из них – Майской. Тоня заглянула, но там была пустая комната, и она стала заглядывать в остальные по очереди, двигаясь как можно бесшумно. И ее усилия были не напрасны, в предпоследнем окне, она увидела фигуру женщины и, хотя она стояла к Тоне спиной, не узнать ее было невозможно. Итак, теперь она знала примерно, куда нужно двигаться. Тоня прошла не спеша к главному входу и не успела она обдумать, как же ей совершенно законно проникнуть внутрь, как неожиданно на нее обрушилась целая тирада:

– Да неужели! Такое ощущение, что в вашем городе никто работать не хочет, а если и хочет, то только спустя рукава, – грубо произнесла вся взмыленная тучная женщина. – Как вам это нравится? Вас заждались уже! – задыхаясь, продолжила она.

– Ой, простите, – начала было заикаться Тоня, смотря ошалелыми глазами на полную даму, которая смотрела на нее свысока, стоя наверху крыльца.

– Что мне ваше «простите», у вас тут гримера днем с огнем не сыщешь, один отказался в последний момент, видите ли его бабушка Богу душу отдала, а нам что до его бабушки, это еще не повод не выполнять свои обязанности! Так вы еще на нашу голову такая непунктуальная. Вы когда должны были быть на своем рабочем месте? А?

– Простите, – повторилась Тоня, – мне казалось, что я вовремя…

– Ага, вовремя, уже 17 минут, как вы должны размахивать своей кисточкой и дуть на пудру!!!! Бегом в третью гримерку!

– Бегу, пудра мне в помощь, – ляпнула Тоня и с трудно скрываемой радостью взбежала по ступенькам. Ну, это ж надо было так попасть, что не говори, а оказалась в нужном месте и в нужное время.

Примерно представляя, куда нужно двигаться, Тоня решительным шагом направилась к возможной гримерке величайшей актрисы. На некоторых дверях были бумажные таблички с номером гримерки, пройдя мимо третьей, куда собственно ее и направили, она прошла еще две двери и остановилась, дальше табличек не было, но определенно одна из следующих трех должна была быть Майской. На предпоследней на ручке висела красная картонка на ней было написано «не беспокоить». Тоня, имея не только атлетические способности, но и аналитические, сообразила, что, скорее всего, именно эта дверь ей и нужна. Великая актриса не захотела бы, чтобы ее беспокоили, кто не попадя. Она нерешительно протянула руку к ручке и, не успев схватиться, почувствовала чей-то тяжелый взгляд. Резко обернувшись, ее обдало холодным потом. То ли от неожиданности, то ли от внешнего вида и взгляда молодого человека.

– Кто вы и что вам нужно? – металлическим голосом спросил худощавый, высокий с землистым цветом лица парень, который всем своим видом создавал впечатление совсем не молодого.

– Гример, меня срочно вызвали, – протараторила Тоня на одном дыхании.

– Тааак… – протяжно произнес немолодо выглядящий молодой человек.

– Что так? Пришла выполнить свою работу.

– Это понятно, к кому вы пришли?

– Я так полагаю, к Майской Екатерине Степановне.

– Ага, вы можете полагать что угодно, но вы не по адресу.

– Неужели я не правильно все поняла?

– Это уж точно девушка, вам бы следовало знать, что уже несколько лет Екатерина Степановна гримируется сама и не подпускает к своему лицу ни одного гримера, это одно из ее условий…

Повисло неприличное молчание и чем дольше оно продолжалось, тем больше Тоне казалось, что ее диверсия провалится.

– Ну, я, я это, подумала, что мне к ней, мне вообще-то фамилию не назвали… А вы уверены, что точно не к ней, а то ведь я потом получу от вашего начальства…

– Я больше чем уверен, от ваших средств непонятного происхождения у Екатерины Степановны аллергия, а для актрисы самое важное, после таланта, это внешний вид. И пожалуйста, в следующий раз обращайте внимание на таблички, если написано «не беспокоить», значит…

– Значит, не беспокоить, – улыбнулась Тоня, продолжив фразу.

– Схватываете на лету, а теперь брысь отсюда. – Холодно промолвил парень и отправился в ту сторону откуда пришел.

– Слушаюсь и повинуюсь, – выпалила Тоня и сделала вид, что направилась к третьей гримерке.

Но как только шаги молодого человека стихли вдали, она быстро достала фотоаппарат из рюкзака, включила его, проверила настройки и, понимая, что действовать нужно быстро, в два шага оказалась перед заветной дверью, уверенно нажала на ручку и, сделав один шаг за дверь, начала нажимать на кнопку, фотографируя от страха все подряд. Мельком она поняла, что сделала несколько кадров и самой звезды.

Когда она вылетела в коридор, она услышала протяжный вопль «Что вы тут делаете, охрана!!!».

Тоня успела практически скатиться с крыльца и завернуть за угол усадьбы, когда услышала громкие шаги бегущих людей. Она бегом добежала до забора и скрылась точно так же, как и проникла на приусадебный участок.

Уже, стоя на остановке, Тоня начала понимать, что произошло, мысли ее прервал грубый пинок в бок.

– Ой, больно же, – пискнула Тоня от неожиданности.

– А нечего тут стоять и честным людям перекрывать дорогу к автобусу! – состряпав неприятную мину, ответила ей старушка с небольшой тележкой в руках.

Тоня одарила ее недружелюбным взглядом, но ее обидчица была права – Тоня стояла прямо перед открытыми дверьми автобуса. Она сделала несколько шагов в сторону, и старушка вскарабкалась в автобус, громко бухтя и с усилием таща тележку за собой, Тоня молча последовала за ней.

Оказавшись дома, Тоня спеша начала просматривать кадры. В голове крутилась одна мысль: «Надеюсь, мой наводчик-Сережка был прав, и о съемках не знает никто». Ей нужно было успеть выбрать самые лучшие фото, отредактировать их и посетить несколько редакций, где в одной из них обязательно их должны оторвать с руками и ногами, а если повезет, то в самой первой. Тоне оставалось лишь малость – успеть до обеденного перерыва. Она опять неслась, как электровеник, ну и, конечно, не смотрела под ноги. А тем временем под ногами у нее была старая брусчатка, а на ногах наспех завязанные кеды, которые, естественно, предательски подвели в самую ненужную минуту. Шнурки развязались, и Тоня так смачно шмякнулась о тротуар, что казалась, этот шлепок услышали в радиусе одного километра. Итогом этого происшествия стали порванные и грязные джинсы, разбитая коленка, вымазанные локоть белой блузки и разодранная щека.

– Что же вы, девушка, так неаккуратно, под ноги нужно смотреть, – произнес парень, который поспешил поднять несчастную.

– Ох, как некстати… – вымученно произнесла Тоня

– Вы удивляете меня, а что, такое хоть когда-нибудь может быть кстати?

– Просто у меня сейчас важная встреча, а тут…

– Ничего не может быть важнее вашего здоровья, – серьезно произнес незнакомец, собирая разлетевшееся содержимое Тониной сумки.

– Спасибо вам большое, – произнесла Тоня и неожиданно для себя расплакалась…

Парень стал ее успокаивать, но она не слышала его слов, так ей было обидно, что она запорола все дело. Оставалась лишь маленькая надежда на то, что все-таки она будет единственной, кто сделала эти сенсационные фото, и она сможет их продать завтра.

– Вам нужно обработать рану, она не серьезная, но все же есть риск занести инфекцию. Меня зовут Александр, а вас как?

– Я, Тоня, – тоска в голосе не могла скрыть всю гамму ее разочарования от происшествия.

– Ну не переживайте вы так, сейчас все быстренько обработаем, переоденетесь и обязательно попадете на встречу. Я думаю, ваш ухажер войдет в ваше положение и перенесет ее, – произнес, явно с любопытством, Александр и помог встать Тоне, обхватив ее одной рукой за талию, а второй подняв ее сумку.

– Да нет никакого ухажера, я к работодателю спешу, хотела до обеда сдать работу, а тут…

– Все что не делается…

– Да ладно вам успокаивать, я как обычно накосячила, «походка» у меня такая… косячить изо дня в день.

– Мне кажется, вы на себя наговариваете, со всеми может случиться…

– Ага! И свами тоже такое случалось?

– Со мной нет! Ну, пока, по крайней мере, но у меня же вся жизнь впереди. И потом я рожден, чтобы латать таких как вы, а если и я буду падать, то….

И они в один голос рассмеялись. Было видно, что Александру приятно, что он смог поднять настроение незнакомке, а Тоня смеялась от того, чтобы скрыть горечь и злость на сому себя.

Пока они ковыляли, Александр вызвал такси, а Тоня успела понять, что парень сильный, красивый, высокий и от него ооочень приятно пахнет.

– Мы поедем в мою больницу, сейчас не моя смена, но мой напарник отличный травматолог, он аккуратно и безболезненно все сделает.

– Я даже не знаю, как вас благодарить, и за спасение, и за такси…

– Это мой долг, я же врач, я должен помогать.

В больнице молодой человек проводил Тоню до двери кабинета травматолога.

– Ну что молодая и красивая, как же вас так угораздило? – спросил врач с добрым лицом Айболита, да и возраст его был таким же.

– Так же как и всегда, – грустно ответила Тоня

– Так вы у нас потерпевшая со стажем? Интересно, как такие красавицы умудряются так себя калечить…

– Красавицам нужно не только за своей красотой смотреть, но еще и успевать работать, а все попытаешься успеть, все можешь и потерять – и красоту, и работу…

– Ой, не наговаривайте на себя, эта мелочь никак не отразиться на вашем ангельском личике, сейчас мы быстро все исправим, заживет и тени не останется.

– Дай Бог, чтобы ваши слова долетели до небесной канцелярии и там зарегистрировались, чтоб, если что, было с кого спрашивать…

– Я смотрю, юмор вы не растеряли во время падения, это хорошо, юмор в жизни это важно.

– Да уж, куда мне без него… с такими-то способностями…

– Ну что, милочка, все обработали, теперь не забывайте обрабатывать. Как и чем я написал, держите и не потеряйте – доктор протянул рецепт Тоне.

Алексей встал, когда Тоня вышла, и собрался проводить ее, но Тоня уж точно не ожидала, что он собирается ее провожать не до дверей больницы, а до дверей ее собственного дома.

Они ехали в такси молча, Тоня просто не знала, что сказать, ее обида, сожаление и злость временно сменились на смущение и неудобство перед этим молодым человеком.

– Вам помочь подняться? – спросил Александр.

– Я думаю, что справлюсь, мне на второй этаж, это не так уж и высоко. Как я могу вас отблагодарить?

– Чашечки кофе вполне достаточно.

– Простите, но сейчас не могу вас пригласить, я…

– Что вы, я не это имел в виду, я про чашечку кофе в кофейне, мне хотелось бы, чтобы вы приняли мое приглашение.

Тоня была немножко тронута, немножко в ступоре и немножко не знала, что сказать. Но мыслей в голове не было вообще, отшутиться не представлялась никакой возможности, да и конечно, она обязана этому статному парню, а чашечка кофе, да и к тому же на нейтральной территории никому не повредит.

Глава 2

Колено припухло, а ноющая боль никак не отпускала, и не давала ей полноценно отдохнуть, пролежав тридцать минут, Тоня решила, что нужно встать и заняться делом, тем более, что скоро придет Лешка и с ним уж точно будет не до роботы до самого его сна.

Тоня включила ноутбук, чтобы еще раз пересмотреть фото, и раз уж так вышло, что у нее вынужденный простой, лучше еще раз просмотреть и подправить где надо, все-таки работа была выполнена наспех. Она начала открывать фото за фото и смотреть свежим взглядом. Просмотрев все, она откинулась на спинку кресла, что-то было не так, и вроде как и исправлять нечего. В течение часа она пыталась понять, что требуется изменить, но не изменение оттенков, не улучшение резкости, ни добавление яркости не вселяло в нее уверенности, что она исправила то, что ей не давало покоя.

– Мам, мам, мам! – маленькие, но сильные кулачки бились в дверь.

– Лешка, как я скучала! – воскликнула Тоня, открывая дверь.

Она раскинула руки и крепко обняла сына.

– Серафима Леонтьевна, спасибо вам огромное, я уже хотела идти за ним сама.

– Не за что Тонечка, а что у тебя с лицом?

– Бандитская пуля, от которой по глупости я не смогла увернуться, ничего страшного, совсем не болит.

– Будь аккуратна, все-таки ты у Лешки одна, береги себя. А он мне так сегодня помог, мы и в магазин сходили, и апельсины вместе выбирали, а так бы я долго перебирала сама, – сказала соседка и подмигнула Тоне.

– А потом, мамочка, мы шли по парку и собирали листья, считали их, делили поровну, а еще мы вместе готовили блины, – продолжил мальчуган.

– Да, мы с Алексеем, пекли блины, он прирожденный кулинар, он так профессионально взбивал яйца, – улыбаясь, произнесла соседка и подмигнула Тоне.

– Да, он у меня талантище. Ну что, сына, попробуешь и меня научить?

– Конечно, мам, я же теперь профессионал!

Тоня засмеялась, поцеловала сына и попрощалась с Серафимой Леонтьевной, еще раз поблагодарив.

– Мам, что мы будем делать?

– Я думаю, что мы с тобой пойдем в разведку на нашу кухню, внимательно изучим обстановку в холодильнике и решим, что же нам повезет приготовить к ужину.

Вечер прошел тихо, Лешка уснул даже раньше, чем обычно, видимо, Серафима Леонтьева хорошо его «помучила».

Утром Тоня проснулась ни свет, ни заря. Что-то свербело внутри и не давало ей спать. На улице только начало светать, она села за свой рабочий стол, открыла ноут и начала просматривать опять фото. И тут ее взгляд остановился на лице Майской, стало не по себе и даже как-то жутко. Женщина на снимке была совсем без грима. И на ее лице чего-то не хватало. «Конечно! Нет родинки. Ну почему? Куда она делась? И глаза темные! Как же так?». Тоня хорошо знала эту актрису, хоть и не лично, но следила за ее достижениями на протяжении всей своей сознательной жизни. Она видела много фотографий, и везде с самого детства, у нее на левой щеке большая родинка. С чего было ей ее сводить в таком возрасте, не понятно, да и к тому же, насколько знала Тоня, подобные родинки ни сводят, это опасно. У ее дальней родственницы похожая, и врачи отказались ее удалять. А глаза? У Майской красивые глубокие голубые глаза, а у этой женщины – темно-карие. Зачем менять цвет таких красивых глаз. Возможно, конечно, ради картины, но глаза это ее фишка, ее изюминка, она не раз об этом говорила в интервью.

А что, если…. Если это ни она, а дублер, но тогда, где же настоящая актриса? И что делать теперь с этими снимками? Отнести в редакцию она их уже не могла, кто бы ей поверил, что это настоящая Майская? Дело не выгорело, прощай ее кредит. Тоня психанула, и с силой закрыла ноутбук. Что теперь делать? Она открыла ноутбук опять и стала искать информацию о свежих событиях в городе. Нашлось парочку незначительных мероприятий – открытие нового магазина в центре города, совершенно новое меню в популярном ресторане и осенняя ярмарка. Была не была, придется разорваться, но побывать везде, сделать идеальные снимки и быстро их слить редакции.

Утром Тоня поняла, что Айболит был прав – заживает быстро, коленка уже не болела, она завела Лешку к соседке в девять утра, а сама побежала делать все возможное, чтобы не потерять еще недостроенную однушку в спальном районе.

В двенадцать часов она уже неслась на всех парах в самую крупную редакцию, в час у них уже обед и придется не просто ждать, а еще и переживать, чтобы ее не опередили.

– Добрый день, – покосившись на ее пошкрябанную щеку, обратилась вежливая девушка. Она поинтересовалась к кому Тоня пришла. Хотя этот вопрос был чисто для проформы. Девушка прекрасно знала, куда Тоня, и что она хочет, ведь она давно протоптала сюда тропинку.

– К Леониду Ивановичу, у меня свежий материал, – деловито ответила Тоня.

Девушка набрала номер, сказала пару слов в трубку и показала рукой Тоне, что она может пройти.

Тоня поднялась по лестнице и зашла в кабинет бильд-редактора.

– Добрый день, у меня свежие фото.

– Ну привет, давай взглянем, – ответил сидящий за столом полу лысый коренастый мужичок.

– Здесь три события за сегодня, я надеюсь, вы возьмете все – не пытая никаких надежд, произнесла Тоня.

– Вот ты самоуверенная, а может у меня уже есть весь материал и уже он отправлен? – с издевкой ответил мужичок.

– Ну, вы хоть взгляните… Не зря же я сегодня сбилась с ног.

– Или с щек? Что с тобой?

– Устала уже всем отвечать… Спешила, упала, очнулась…

– Гипс?

– Типун вам на язык.

– Ну, ты и остра на свой язык.

– Буду молчать, так каждый, кому не лень, будет мне «комплименты» дарить…

– Ладно, ты девчонка крепкая, быстро все заживет.

– А я и не сомневаюсь.

Леонид Иванович хоть и производил впечатление серьезного человека, все же понимал любой юмор и мог сам включиться в словестную игру, ему даже это нравилось, что просекла Тоня и поэтому могла себе позволить разговаривать с ним в таком тоне.

– Ну что тебе сказать, 50 отличных фото, но возьму я только пять, остальные мне не нужны, к тому же про ярмарку мне скинули твои конкуренты еще три часа назад. У тебя что, нет интернета что ли, ты не можешь мне сразу скинуть?

– Я думала лично нужно…

– Индюк тоже думал…

– Но у меня же нет вашего личного телефона, а на почту кидать, так неизвестно, просмотрели вы или нет, – разочаровано произнесла Тоня.

– Я постоянно мониторю входящие, так что можешь смело присылать.

– Ладно, ок, буду знать.

– Зайди в бухгалтерию, я сейчас им позвоню, тебе сразу выплатят.

Тоня вышла из кабинета не очень довольная, но лучше что-то, чем ничего. Выйдя из редакции, она поплелась по улице, размышляя о том, куда же можно заглянуть и сделать бомбические фотки, все-таки суббота, ну должно же быть что-то интересное. Конечно, интересное было, но не настолько, чтобы надеяться на большой куш. И так как Тоня была на чеку, ее голова крутилась на 360 градусов, и она не могла не заметить одну и ту же фигуру, которая шла неподалеку от нее. Это было бы подозрительно, если бы Тоня не была увлечена поисками событий. Но, когда она, наконец, оказалась у своего дома, она сообразила, что фигура все так же идет по пятам. Тоня припустила шаг и зашла в соседний подъезд, чтобы проверить свою догадку. Она быстро поднялась на последний этаж и, стараясь бесшумно открыть люк на крышу, взобралась туда. Подошла к ограждению, посмотрела вниз, никого не было. Наверно преследователь зашел за ней, чтобы определить на каком этаже, а если и повезет, в какой квартире она живет.

«Ну и дурацкие мысли у меня в голове, я же ни какая-то известная личность, чтобы за мной шпионить, да и что от меня может понадобиться, кроме долгов и ненужных фото…» Но все-таки Тоня была права. Через несколько минут дверь открылась и из подъезда вышла неизвестная фигура.

Спустя полчаса она уже была дома и читала Лешке сказку. Небольшие деньги, заработанные сегодня и то, что она уже успела отложить на кредит, вселяли в нее надежду, что не все потеряно и за завтрашний день она успеет собрать еще материал. Но все же более важные мысли занимали ее голову – кто тот преследователь и что ему нужно.

Воскресенье прошло в том же ритме, что и суббота, это принесло еще чуть-чуть наличных в Тонину копилочку. А уже в понедельник она была в банке и вносила взнос, хотя ей и пришлось занять еще у подруги. Вообще денег еле хватало на проживание, иногда Тоне приходило довольствоваться одним перекусом в день, но за Лешку она была спокойна, он ходил в сад, где его прекрасно кормили, а на выходных, иногда и в пятницу, он был у соседки, которая с удовольствием его кормила и баловала вкусностями. К тому же дома всегда было, что перекусить для ребенка за этим она тщательно следила. Тоня себя успокаивала, что еще пару лет и у нее будет хоть и однокомнатная, но своя квартира. Сейчас же она жила в квартире своей знакомой, которая из жалости ее пустила пожить, пока сама находилась заграницей.

Подходя к дому, Тоня заметила все ту же, уже знакомую фигуру незнакомца. Его не было вчера, а сегодня как гриб после дождя вылез.

«Вот, блин» – прошептала Тоня, что же делать на этот раз? Она решила действовать решительно и направилась к нему. Но фигура быстро рванула в сторону и смылась за углом.

Зазвонил телефон:

– Да, – ответила Тоня.

– Ну чего не звонишь, как там фотки со звездой, оторвали с руками? – спросил знакомый голос. Это был Тонин осведомитель и наводчик в одном лице.

– Ой, Серега, привет, да ничего не вышло, не нашла я ее там, была какая-то другая тетка. В итоге мои фотки пригодятся только для аватарок в нете.

– Очень жаль, я был уверен что все будет ок!

– Вот и я чересчур уверовала в твой «ок».

– Ну ладно, не переживай, если что узнаю нового, звякну, сама то как?

– Да никак, работа, дом, банк…. Правда, есть у меня тут некоторые изменения в личной жизни. Точнее, кто-то пытается нарушить мое личное пространство.

И Тоня поведала историю с незнакомцем.

– Что скажешь, есть у тебя идеи, кто это может быть?

– Да не знаю, кому ты перешла дорогу, кроме как с фотками это не связать, может ты где-то что-то сняла лишнее?

– Нет, не может быть, никуда я не влазила… Мне как-то не по себе.

– Хочешь, приеду?

– Да что ты не стоит, занимайся своими делами, я, если что, под хорошей защитой, у меня тут такой охранник под боком, – Тоня улыбнулась и взглянула на Лешку.

Наступил вторник, как всегда утренние сборы, беготня, наспех надетые вещи, но уже очень крепко завязанные шнурки. Тоня схватила Лешку за руку, и они побежали вниз по лестнице. Она в такой спешке даже не заметила, что за углом их дома стоял тот самый пугающий ее человек. Они подбежали к саду.

– Пока сынуля, будь умничкой, – обняв Лешку, прошептала Тоня.

– Пока мамочка, все будет хорошо. Только Тоня вышла за ворота сада, начался дождь, а зонтик она не захватила. Дождь припустил сильнее, и она тоже припустила быстрее, вбежала в подъезд уже совсем мокрая и, конечно же, о бдительности не было и речи.

На следующий день позвонил Серега и сообщил о выставке редких картин, которая должна была открыться через неделю, но открытие задерживается, и никто ничего не знает.

– Езжай туда и выведай инфу, пофоткай там, может, что путевого и выйдет.

– Ок, конечно, не сенсация, но я попробую. Все равно спасибо!

Тоня уехала в галерею, и, как, оказалось, добыла интересную информацию: директор умудрился продать билеты на выставку по одной цене, а в документах билеты проходили по другой. Неладное заметил устроитель выставки, и теперь там подымаются все документы, и считается вся недвижимость, заработанная директором вот таким «нелегким» трудом. Тоня прямо с места отправила Леониду Ивановичу фото, и тот уже через пять минут ответил – работа принята, зайди через два дня в бухгалтерию.

Радости не было предела, Тоня летела на всех парах домой, чтобы успеть переделать домашние дела до прихода Лешки из сада. Но радость была не долгой, она сменилась страхом, удивлением и Бог знает еще чем, как только она подошла к своей входной двери. Дверь была приоткрыта и все в квартире перевернуто. Хорошо, что она деньги уже отнесла в банк, а больше никаких ценностей у нее не было, кроме бижутерии, и та совсем старая и ненужная. Ох, хорошо, что телек на месте и микроволновка. Она все осмотрела и поняла что все на месте, кроме… Господи!!!! В квартире не было ее ноутбука, без которого ей иногда не удавалась сдать работу.

– Алё, Серега, привет, – беспокойно начала Тоня.

– Привет…

– У меня большущие проблемы, я не знаю, что мне делать, – тревожность в Тонином голосе не могла не насторожить собеседника.

– Что случилось?

– Ко мне домой кто-то влез, все перевернуто, нет ноутбука, что мне делать? Звонить в полицию?

– Только твоего старого разваливающегося ноутбука? И что ты им скажешь? Украли ноутбук и у меня есть подозрения, что из-за каких-то фоток… Все остальное же на месте…

– А у меня есть другие варианты? А что, если это из-за тех фото, которые я делала в усадьбе, ведь слежка за мной началась именно после этого. А с другой стороны – я обманом проникла в усадьбу, если и это вскроется, а это обязательно вскроется, то мне еще и влетит, а у меня Лешка, я на кого его оставлю, а если штраф впаяют огромный, не мне никак нельзя светиться… – подытожила Тоня.

– Слушай, если ты уверена, что именно из-за усадебных фоток, и раз они их получили, то тебе боятся нечего.

Тоня задумалась, и тут ей стало нехорошо, она же удалила все фотки из компа, так как ей они были не нужны. Ноутбук старенький, памяти мало, да и работал он из последних сил, вот она и старалась удалять все ненужное. И когда похитители увидят, что там пусто….. Они будут искать другие, а они-то есть и они в ее фотоаппарате, который она постоянно носит с собой….

– Серега, если это из-за фотографий, о которых я думаю, то в ноутбуке их уже нет, остается надеяться, что они ищут другие и уже нашли.

– Тонька ну ты даешь, а какие могут быть другие, рассуди сама, в тот день, когда за тобой началась слежка, ты еще не успела сделать другие, значит, это могут быть только предыдущие фото. Когда ты делала их?

– Ой, за неделю до усадьбы, ты же знаешь, что в основном все события у нас происходят по выходным, разве что у ограблений и убийств график свободный.

– Ну… вот ты и ответила на свой вопрос.

– Теперь я точно знаю, из-за каких снимков весь сыр-бор, только теперь я еще и знаю, что этих снимков они не достали, значит, будут искать еще.

– Не могу, Тонька, понять, это ты ищешь проблемы или они тебя? – ехидно заметил Сергей.

– Ладно, – печально ответила Тоня и положила трубку.

На фоне всего этого, проникновение в усадьбу – просто пыль в глаза, маленькая шалость. Тоня решила сказать в полиции, если вдруг зайдет речь об усадьбе, что растерялась, когда ее приняли за гримера и т.д., в общем, косить под дурочку, и, наверно, как-то все уляжется. Лучше так, чем… неизвестно чем все закончится.

Глава 3

Спустя пятнадцать минут в квартире Тони был целый рой полицейских, что-то ходили, высматривали, снимали отпечатки, записывали и опрашивали соседей. Итог был неутешительным – кроме пальчиков Тони и Лешки никакие больше не нашли, соседи ничего не слышали и не видели. Следователь Игорь Павлович был, по мнению Тони, молод для такой должности и для того, чтобы этот дело было раскрыто.

– Антонина Васильевна Турская, сколько вам лет и где вы работаете? Мне нужно это все записать… – Спросил спокойным голосом Игорь Павлович.

– Я фрилансер, я фотографирую разные события в городе и продаю свои фото разным изданиям. Еще я делаю фото на заказ и просто выкладываю некоторые на платных ресурсах. Мне тридцать лет, а моему сыну пять. Это не наша квартира, а моей знакомой, мы тут временно, пока моя квартира не достроится…

– Что у вас с лицом? Вас кто-то ударил?

– Нет, что вы, я просто такая неловкая, по жизни такая, и вот умудрилась распластаться на тротуаре.

– Ясно, у вас есть предположения, кто мог влезть в квартиру?

– Да, есть. Раз взяли только ноутбук, то значит, им нужны были какие-то фото, но какие я сказать не могу, может что-то лишнее сфоткала.

– Смею предположить, что это те фотографии, которые вы никому так и не продали, иначе, зачем красть ноутбук с фото, которые уже пошли в печать или разместили в сети?

– Да, вы наверно, правы.

– Ну тогда это и будет официальной версией, и следующий наш шаг – определить, какие это фото. Подумайте, какие снимки вы никому не продавали из последних.

– А почему из последних? Ведь это могут быть и фото сделанные месяц-два назад, – занервничала Тоня.

– Ну, тогда бы и ограбление случилось месяц-два назад, неужели вы думаете, что грабители бы столько времени выжидали удобного момента? Нет, по статистике все происходит в ближайшие дни, – задумчиво произнес Игорь Павлович последнюю фразу.

Тоня сделала вид, что задумалась, но рассказала только о фото, сделанных за неделю до усадьбы, и что она их не все продала, и что может на кадр попал какой-то бандит или еще что, что она не заметила. Тоня в вопросах бандитизма была совершенным профаном, но при этом она сама себя посчитала достаточно сведущей, и что сможет справиться с ситуацией, скрыв правду. Она рассудила так – пока полиция ищет грабителя, которого они вряд ли найдут, ведь на Игоре Павловиче Тоня сразу поставила крест, они примелькаются, и грабители не сунутся сюда больше. А Лешку она тем временем отвезет к своей маме, которая живет недалеко в деревне, пускай Лешка подышит свежим воздухом и пообщается с бабушкой.

Квартира опустела, Тоне стало жутковато, она быстро разбросала все по местам, чтобы весь этот бардак не напугал ребенка и пошла за ним в сад. Лешка был мальчиком сообразительным и внимательным, поэтому он сразу понял, что что-то не так, мама не была супер аккуратной, но все же за полчаса времени, она не успела убрать так, чтобы была хотя бы видимость того, что все на своих местах.

– Мааам, а что у нас случилось?

– Ты о чем?

– Что с нашим домом?

– А ты про легкий бардак? Так это я искала важный документ, и еще не успела все убрать.

– Нашла?

– Что?

– Ну, важный документ?

– Аааа, да нашла, не переживай.

– Ну значит не зря намусорила, – серьезно произнес мальчуган.

– Ага, – рассмеялась Тоня.

***

Тонины мысли прервал телефонный звонок, уже было послеобеденное время четверга, и она успела отвезти сына в деревню и вернуться.

– Алло, Привет, а кто это? – вялым голосом ответила Тоня

– Это Саша, – ответил звонящий

– Какой Саша?

– Александр, врач…

– Ой, прости, я не узнала.

– Ничего, мы еще ни разу не общались по телефону, поэтому не удивительно. Звоню напомнить, что за тобой долг.

– Да…. Я даже не знаю…

– Зато знаю я, давай встречу тебя через тридцать минут у твоего дома и мы пойдем, посидим в кафешке.

– Прости, я сегодня не очень настроена, у меня были тяжелые несколько дней.

– Я знаю, как тебя привести в чувства, я же врач, я все смогу вылечить и даже это.

– Ну, ладно, договорились.

Тоня решила, что отвлечься на пару часов ей не помешает. Пока она собиралась, ее вдруг осенила – как они с Сашей резко перешли на «ты». Она, честно говоря, из-за всех событий и забыла о нем. А сейчас начала понимать, что встретила умного, красивого, спокойного молодого человека, о котором всегда мечтала. В него вполне можно влюбиться…

– Привет, прекрасно выглядишь, – сказал Саша и протянул маленький очень нежный букетик цветов…

– Спасибо, очень приятно, ты тоже не отстаешь, – улыбнулась Тоня.

– Что у тебя случилось, какие-то неприятности?

– Почему ты так решил?

– Ты же сама сказала по телефону.

– Нет, я сказала, что были тяжелые дни, просто работы много было…

– Ясно, смотрю, твоя щека почти зажила.

– Да ладно, ты льстишь моим регенерирующим способностям…

Они зашли в симпатичную кафешку просидели там около часа, и все это время говорили ни о чем, то есть о том, о чем обычно говорят незнакомые друг другу люди – о месте работы, о родителях, о планах и т.п.

После они погуляли в сквере, и пошли по направлению к Тониному дому.

– У тебя точно все в порядке? – спросил Саша.

– Я же тебе сказала, что устала, – Тоня не хотела вешать на него свои проблемы, чтобы не спугнуть ухажера.

– Мне просто показалось, что здесь что-то большее, чем просто работа, может я смогу тебе чем-то помочь, чем угодно… Я с удовольствием, хочу чтоб ты знала – ты меня ни чем не обременишь, можешь просить без стеснения, я сделаю все, что в моих силах.

– Саш, мы совсем мало знакомы, я не могу вот так просто тебя грузить тем, к чему ты вообще не имеешь отношение.

– Просто доверься мне и все, я готов и ты совершенно меня не грузишь.

На прощание Александр попросил Тоню не забывать о нем и звонить без стеснения, если что-то нужно или вообще просто так.

Саша показался Тоне ну уж очень идеальным, неужели ей так повязло познакомиться с таким человеком, да еще и он сам ищет с ней встреч.

Тоня боялась оставаться одна дома, особенно вечером, но деваться ей некуда, вариантов другого жилья она не найдет, да и здесь она платит только за коммунальные услуги, а в другом месте придется и аренду оплачивать. Ночь прошла беспокойно, то и дело Тоня просыпалась от шорохов, а когда засыпала, ей снилась длинная фигура преследователя. Ранним утром сон полностью исчез, и следа не осталось, Тоня чувствовала себя разбитой, но как-то нужно было опять попасть в строй, иначе она скиснет полностью, а кроме себя ей не на кого было положиться. Она стала вспоминать незнакомца и вот что ей показалось странным: он был в плаще ниже колен темного цвета, такие плащи практически и никто не носит, шляпы тоже почти никто не носит, разве что люди преклонного возраста, а этот человек явно не был стар, и какие-то патлы выглядывали из под шляпы, ну прям действительно не волосы, а пакля какая-то.

Тоня заставила себя встать, взяла телефон и стала искать, где же можно на неделе достать хоть какую-то информацию о предстоящих событиях. К сожалению, ничего интересного. Она задумалась и так, не шевелясь, просидела около часа. Раздался звонок в дверь, Тоня удивилась, кто может так рано. Она тихонько подошла к двери:

– Кто там?

– Следователь, Гаврилов Игорь Павлович.

– Доброе утро – произнесла Тоня, открывая дверь.

– Вы меня простите, что так рано, но у нас рабочий день в восемь утра начинается, и я подумал, что и вы рано встаете.

– Все нормально, я давно на ногах, проходите, есть какие-то новости по моему делу?

– Новостей пока нет, но чтобы двигаться дальше, нам нужно прояснить один момент. Я вам звонил, хотел все решить по телефону, но вы не отвечали, я решил проверить все ли в порядке, заодно и пообщаться на нашу тему.

– Хорошо, – ответила Тоня и взяла в руки телефон, оказалось он сел, а она и не заметила.

– Скажите, вы что-то вспомнили, касаемо фото.

– Нет ничего, но мне кажется, что угроза миновала, ночь прошла спокойно.

– Что вы, это всего лишь одна ночь, ваши недоброжелатели или недоброжелатель вполне может затаиться. Он мог видеть, что мы тут побывали, а может, выжидает удобной минуты.

– Но зачем им или ему это надо, ноутбук-то забрали уже.

– А вы уверенны, что им нужен был только он, вы в своем фотоаппарате тоже храните фото?

– Да – задумчиво сказала Тоня и подозрительно посмотрела на следока: «вот же зараза, умный оказался»…

– Вы не будете возражать, если и мы скинем ваши фотки на наш компьютер и просмотрим их вместе, может, вы что-то вспомните или может мы увидим кого-то разыскиваемого, ну мало ли что. Одна голова хорошо, а целый отдел лучше, – улыбнулся доброжелательно Игорь Павлович.

– Может я позже заеду, хочу еще пару дел успеть… – начала было Тоня, думая про себя, что она полная дура, надо было воспользоваться чьим-то компом и скинуть фотки с фотоаппарата. Но она была так поглощена и ошарашена случившимся с ней, что даже не подумала об этом, а вот сейчас осенило. Это ж надо прям вот кстати осенило, нельзя ли было додуматься до этого вчера?

Тоня злилась сама на себя, чистила зубы и злилась, переодевалась и злилась еще больше. Следователь ждал ее у подъезда в машине, обещал потом подбросить, куда она скажет.

– Вы поймите, Тоня, ваше дело оно не особо важно, но занимает время, я не вижу здесь никакой подоплеки к чему-то страшному и совсем не думаю, что вам грозит опасность, но если это действительно так, то нам нужно скорее во всем разобраться, у меня много более серьезных дел. Ну, а если выяснится, что здесь что-то более серьезное, то тогда действовать нужно быстро. И в том и в другом случае – время работает против нас, – говорил Игорь Павлович, несясь по трассе.

– Я вас понимаю, мне самой хочется разобраться быстрее и спать спокойно.

Игорь Павлович посмотрел на Тоню каким-то пронзительным взглядом после этих слов, как будто видел ее насквозь и понимал, как она боится.

– Не переживайте, как только я заподозрю неладное, мы сделаем все, чтобы обеспечить вам безопасность, но без вас нам в ближайшее время никак, ваша помощь бесценна.

– Я сделаю все, что в моих силах, – Тоня неуверенно произнесла эту фразу, понимая, что на ее шее затягивается узел и скоро ей придет рассказать все.

В полиции они скачали и просмотрели фото, к просмотру присоединилось еще три человека.

– Пока ничего странного… – задумчиво произнес Игорь Павлович.

– Я тоже ничего не нашла, – ответила Тоня.

– Ладно, ребята, вы еще посмотрите, а мне нужно по одному делу смотаться. Идемте Антонина Васильевна, я вас подброшу, как и обещал.

Через десять минут Тоня была уже дома. Она заварила себе кофе и встала у окна, внимательно рассматривая пожелтевшие деревья. Она так любила осень, ей казалось это самое красивое время года, она вспомнила Лешку, и стало совсем грустно. Телефон в руках начал вибрировать. Это был врач, так она назвала номер Александра.

– Привет, как твое утро, на этот раз доброе? – спросил уже знакомый голос.

– Главное, что спокойное, – ответила Тоня.

– Может, мы сегодня встретимся?

– Опять, что-то часто, тебе разве не нужно работать? Или пациенты куда-то испарились?

– Нет, этого добра навалом, но я же в отпуске и хочу получить от него все и побольше. Ты свободна, мы можем вместе пообедать?

– Да, я думаю, можем.

– Тогда через три часа я жду тебя у подъезда.

– Ок, увидимся.

Обед с Сашей был похож на прошлую их встречу, все те же разговоры, ненавязчивые вопросы. Когда они прощались, Саша вдруг сказал:

– Я бы хотел познакомиться с твоим сыном, как ты на это смотришь?

– Не рано ли?

– Нет, я так не думаю, учитывая мою профессию, я стал понимать, что не может быть рано, может быть только поздно. Тонечка, мы с тобой взрослые люди, нам не по 18 лет…

Тоню этот ответ одновременно и обескуражил, и в то же время окрылил. Она не знала, как к этому относиться – то ли нужно уже переходить к стадии серьезных отношений, то ли просто намек на более прозаичную физическую тягу. А с другой стороны ей было безумно приятно, что этот красивый юноша так сильно хочет с ней сблизиться, и уж тем более желание познакомится с сыном, о многом говорит.

– Моего сына нет сейчас, я увезла его к бабушке из-за некоторых обстоятельств.

– Все же я был прав – у тебя какие-то проблемы?

– Ну, есть немного, – разоткровенничалась Тоня. – Но давай я в другой раз расскажу.

– Хорошо, давай, завтра подойдет для другого раза?

Тоня от неожиданности рассмеялась:

– Какой же ты напористый.

– Я обязан таким быть, представляешь, сколько мне приходится за день общаться с пациентами, и не все они откровенно хотят рассказывать, как получили ту или иную травму, а порой мне это знать нужно обязательно, приходится ставить вопросы ребром, вот это и отразилось и на моей повседневной жизни.

– Ладно, давай завтра поговорим.

Тоня влетела на свой второй этаж, озаренная придурочной улыбкой, как прям подросток. Дома она первый час ни о чем не могла думать, как о нем, о нем таком прекрасном, добром, услужливым. Как же быстро все развивается в их отношениях, а может, это потому что судьба?

Тоня набрала Серегу:

– Привет мой друг, – радостно ответила она на его «але».

– Оооо, ты в настроении, ну привет, что твоя проблема уже разрешилась.

– Я бы так не сказала, скорее она запутывается еще больше и мне придется следаку все рассказать.

– А ты что не рассказала?

– Об усадьбе нет, все еще надеюсь, что и не нужно будет. Может все это не связанно с ней – маааленькая такая надежда во мне теплится.

– Ага, такая маленькая, что можно сказать, что ее не существует, – грубовато ответил Серега. – Я уверен уже, что это именно то, что мы с тобой подозреваем. Тогда у меня напрашивается вопрос – ты чего такая довольная?

– Ой, не поверишь… Я на свидании была, и мало того, этого парня ни пугает, что у меня есть Лешка, и что у Лешки никогда не было отца, – сказала Тоня, имея ввиду, что биологический отец, конечно, был, но он никогда не участвовал в их с Лешкой жизни.

– Я рад за тебя, правда, рад, а еще немного завидую, что когда-то у нас не сложилось с тобой.

И они с Тоней громко рассмеялись. Конечно, не сложилось, а как по-другому, если Серега ни в какую не хотел делиться с Тоней пасочками в песочнице именно в тот момент у них все и разладилось, это было примерно 25-26 лет назад. Тогда их семьи жили в одном дворе. Уже когда они подросли, встали на ноги, Тонина мама уехала в деревню в фамильный маленький домик, а Сережкины родители так и остались жить в том же доме, сам же Серега переехал в собственную квартиру неподалеку.

– Что ты намереваешься делать дальше? – спросил Сергей.

– Ничего, подожду еще пару деньков, и посмотрим, возможно, придется выложить следователю, а может и само утрясется, хотя я сомневаюсь.

И Тоня правильно сомневалась, ведь она даже не подозревала, что ей готовят эти пару дней.

Глава 4

Тем временем в старой Усадьбе разгорался скандал именно в той самой гримерке, где на дверной ручке висела табличка с надписью «не беспокоить». Молодой человек с видом не очень молодого, что-то бурно обсуждал с одной из самых почетных и любимых актрис страны.

– Перестань панику разводить, все уляжется, я об этом позаботилась – произнесла холодным тоном Майская.

– Ага, уляжется, вы о чем вообще, мало того, что мы можем все дружно затылок в затылок прошагать в не очень эстетичное здание с решетками, так еще и вы подключили третье лицо, – свирепел молодой серолицый участник спора.

– Мы это обговаривали еще несколько лет назад, что если понадобится, то мы это сделаем и на такой случай всегда есть рядом человек, на которого можно положиться.

– Положиться то можно, но доверить свою свободную жизнь…

– Ты почти ничем не рискуешь, – перебила его Майская.

– Не рискую? Серьезно? Я соучастник всего этого фарса!

– Если будешь молчать, то тебе ничего не грозит.

– Я-то буду, а вот другие?

– Все, прекращай, Иван, этот бессмысленный разговор, он ни к чему не приведет, только разве что вызовет интерес у окружающих, а мы же совсем не хотим, чтобы нас услышали, правильно?

– Да, правильно, но все же…

– Но все же, не трепи мне нервы, мне еще играть сцену через час, а ты меня уже начал выводить.

– Мне, между прочим, тоже работать, я тут тоже не штаны просиживаю, я хоть и не вхожу в кадр, но и от меня, хочу я вам заметить, кое-что зависит.

А в соседней комнате, за не очень толстой стеной, развалившись на маленьком диванчике, сидел невысокого роста пожилой человек. До него долетали обрывки фраз, но, похоже, что они его не волновали, он смотрел на стену напротив, не шевелясь. Когда разговор в гримерке Майской закончился, человек встал и вышел в коридор. Он, не спеша проследовал к выходу, попрощался с охранником и пошел в сторону стоявших неподалеку машин.

Иван вышел через минуту, постучал в соседнюю комнату, никто не открыл, он вошел и увидел, что никого нет…

– Где Максимыч? – спросил он у проходящей дамы.

– Ушел.

– Как ушел, я же его специально вызвал, чтобы мы еще раз обсудили концовку, у нас же нестыковки и из-за них съемки задерживаются…

Он выбежал на улицу.

– Максимыч, Максимыч!!!!!

– Пожилой мужчина садился в свою машину, и совершенно не видел Ивана, который быстро перебирая своими длинными ногами в узких классических брюках, пытался бежать быстрее.

– Вот, черт, ну как же так, завтра уже нужна готовая новая концовка, а он смылся.

Иван прошагал назад в усадьбу и кинул тучной даме:

– Дозвонитесь до Максимыча и передайте, чтоб он срочно со мной связался.

– Хорошо – ответила женщина и куда-то засеменила.

Максимыч видел, как звонит телефон, но трубку он не брал, он понимал, что звонят с площадки…

Как только телефон перестал звонить, он набрал номер:

– Все готово?

…

– Мне нужно побыстрее.

Разговор закончился, Максимыч вздохнул с облегчением и улыбнулся. Он был очень приятной наружности, с такими улыбающимися глазами, с таким человеком хочется общаться бесконечно, так он к себе располагал.

Глава 5

Звонил незнакомый номер, Тоня подняла трубку:

– Але.

– Добрый вечер, Антонина?

– Да, это я, а вы кто?

– Меня зовут Петр, у меня к вам дело.

– Какое? – Тоня напряглась…

– Моя дочь начинающий автор, она у меня большая умница и трудолюбивая девочка, я бы хотел сделать ей подарок – профессиональные фото в ее портфолио. Мне порекомендовали вас, говорят вы талант и у вас свободный график.

– Да, спасибо, когда?

– Дело в том, что я бы хотел сегодня, если вас не затруднит, к часам восьми мы можем встретиться в бизнес-центре?

– Так поздно?

– К сожалению, моя дочь почти каждый день работает допоздна, а вот сегодня такая удача, она закончит в восемь. Мне нужно не так уж много фото, я думаю, вы за тридцать минут справитесь, такси я оплачу и работу оплачу по двойному тарифу.

– Хорошо, я согласна, это недалеко от меня, но такси бы не помешало, уже поздновато прогуливаться одной. А как с оплатой?

– Оплачу наличкой сразу, как вы предоставите готовые фотографии.

– Отлично, тогда до встречи.

Тоня положила трубку. Такой приятный голос был на том конце, что ей показалась, что этого человека она знает давно. Деньги ей сейчас совсем не помешают, к тому же работы совсем ничего.

Ох уж эта Тонькина, тяга во что бы то ни стало заработать, ну включи ты голову, подумай, зачем так поздно, почему так срочно. Ну, неужели девушка не может днем отвлечься на какие-то полчаса времени, чтоб ее сфотографировали. Но об этом Тоня не думала, а думала она о своем долге и предстоящих выплатах кредита.

Она вышла из такси и направилась в бизнес-центр, в коридоре за столом сидел охранник, который полностью был поглощен своим телефоном. Тоня направилась на 4 этаж в указанный кабинет. В здании было тихо, видимо, все уже закончили свою работу и разошлись. Она постучала в дверь, но за ней было тихо, она постучала еще раз, но никто не ответил.

– Эй, есть кто, я фотограф.

Что ж такое, неужели это неудачная шутка, а я уже потратилась на такси. Тоня подумала, может девушка заработалась и уснула, она решила дернуть за ручку и к ее радости дверь открылась, она зашла в кабинет.

– Эээй, привет

В ответ молчание. Тоня сделала несколько шагов и увидела за столом на полу туфли, только они странно стояли. Просто видимо картинка, которая передается с помощью зрения в мозг, совершенно не укладывалась с тем, что Тоне хотелось бы видеть. Туфли были на ногах, а ноги лежали на полу. Тоня заглянула за стол и увидела девушку, которая лежала без всякого движения. Она кинулась к ней и хотела потрясти ее по плечу, как увидела окровавлен бок. Тоня упала на колени и затряслась, дрожащими руками, она начала шарить по полу в поисках хоть какого-то упора, чтобы самой не свалиться, и тут ее правая рука нащупала что-то холодное, через доли секунды, она поняла, что это не просто холодный предмета, а ужасающе леденящий. Да, это был пистолет.

Ну, как? Ну как же можно было так вляпаться? Тоня начала соображать, что делать дальше. Выход был лишь один – вызывать полицию, ведь ее видел охранник. Звонить за советом Сереге нет смысла, он ей скажет то же. У нее нет мотива, она эту девушку не знала, да к тому же можно определить, что по телефону ей звонили, и она докажет, что ее сюда позвали. «Вот черт, ну почему именно я, ну почему я все время вляпываюсь во что-то. Но в этот раз я переплюнула сама себя…» Тоня поднялась с пола и взялась за телефон, но… Она так и не осмелилась позвонить. За секунду ей пришла мысль повторить свой испуг только уже громко, так чтоб слышало все здание. Сделать это было не сложно, ведь Тоня действительно очень сильно была напугана, она была в шоке.

Ее замысел прошел на ура. Она громко и протяжно прокричала, через 10 секунд вбежал охранник, Тоня стояла к нему спиной и указывала пальцем на труп, когда охранник поравнялся с ней, она закрыла лицо руками и начала делать вид, что плачет, охранник сделал два шага вперед, и Тоня рванула прочь из здания.

Она выбежала на темную улицу и скрылась за деревьями. Десять минут она не могла остановиться. Но ей пришлось это сделать, потому как в голове мелькнула еще одна неожиданная мысль, точнее мысль была вполне ожидаемой и она бы рано или поздно всплыла.

«Черт!!!!» – выскочило у Тони. «Это же надо быть такой полной дурой, я прям закапываю себя все глубже и глубже. Как я так могла забыть о том, что схватила пистолет!» – про себя думала Тоня. И действительно, на что способен человек, находящийся в шоке. Тоня никогда раньше не видела трупов, разве что на похоронах своего дедушки, да и то это было мельком, а тут! Но Тоня увлекалась чтением детективов, и прекрасно знала, что может быть, если дотронуться до орудия убийства. И она всегда удивлялась человеческой тупости и недальновидности в такие моменты. А теперь… А теперь она и сама в такой же ситуации и понимает, что в такие моменты у простого человека может напрочь отключиться здравый смысл.

Тоня начала все вспоминать подетально и рассуждать про себя: «Опознать ее охранник может и не сможет, ведь он видел только мельком ее, над центром висела камера, но она прямо на нее не смотрела, значит, опознать нельзя будет точно и по камере, ее отпечатков в базе полиции нет, и тут, значит, тупик. Все шито-крыто». И тут она стала понимать, что может вполне обойтись одним лишь испугом. «Фуууу» – произнесла Тоня вслух.

И чтобы подкрепить свою уверенность решила позвонить Сереге:

– Привет, мой друг, – тихо сказала она в трубку.

– Привет, а что так тихо? – Спросил Сергей.

– Разговор очень щепетильный…

– Ну, что опять стряслось?

– Мои приключения продолжаются и на этот раз я по самые уши.

Тоня вкратце поведала все что случилось.

– Ну, ты Тонька, дура. Я тебе не устану это говорить.

– Почему? Я что, должна была добровольно сдаться?

– По мне, так да.

– Почему??? – возмущенно спросила Тоня.

– По той простой причине, что твои отпечатки уже есть у ментов.

– Как? Почему? Что ты говоришь?

– Да потому что ты их сама вызывала из-за старого ноута и они снимали твои отпечатки, ты что, все забыла?

– Господи!!!! Что же теперь делать, я же не могу вернуться просто так, что я скажу?

– Скажешь, что разнервничалась, разволновалась, была в шоке, но опомнилась.

– Да, ты как всегда прав. Как хорошо, что я тебе позвонила.

Тоня быстрым шагом пошла в обратном направлении, прокручивая в голове, что она скажет. Когда она подошла к бизнес-центру, она увидела выходящую знакомую фигуру, к которой кто-то обратился по имени отчеству:

– Убийство, Игорь Павлович, было совершено совсем недавно, поэтому мы можем словить его по горячим следам.

Тоню резануло это имя. Она дождалась, пока уже знакомый ей следователь подошел к машине, она быстрым шагом пересекла дорогу и окликнула его.

Их глаза встретились – ее испуганные и его удивленные.

– Вот это встреча, ну надо же, а вы тут как?

– Я походу свидетель, – дрожащим голосом ответила Тоня.

– Ого-го заявление, это как? Я вас не видел в здании, вы кого-то видели входящим?

– Нет, я по долгу своей службы была внутри?

– Где именно вы были? На каком этаже?

– Сокращу до минимума ваши вопросы. Я была на четвертом этаже именно в том кабинете, где вы обнаружили труп девушки.

Удивлению следователя не было просто границ, его округлые глаза смотрели прямо в заплаканные глаза Тони.

– Вы, что Антонина, простите, не помню отчества, серьезно? Вы понимаете, что сейчас говорите?

– Да, я в трезвом уме и светлой памяти, я все прекрасно осознаю, как и то, что смылась с места преступления.

– Ну рассказывайте тогда, как вы так умудрились из потерпевшей стать свидетелем?

– Пожалуйста, не ставьте на мне клеймо сразу, просто я раньше никогда не была в такой ситуации, я никогда в жизни не видела лежащих мертвых девушек и уж точно никогда никого не убивала. Просто мне назначали здесь встречу, и я приехала вовремя, а нашла вот, вот, ну сами понимаете, а потом я сильно испугалась и выбежала. А уже потом я поняла, что совершила глупость.

– Почему же? Вы можете сообщить ценную информацию, хотите, чтобы мы нашли быстрее убийцу, помочь следствию? Какие причины вас побудили вернуться на место преступления?

– Вот, вот, я так и знала, что меня будут подозревать, поэтому и сбежала, испугалась, теперь следующими вашими словами будут: «Преступники всегда возвращаются на место преступления».

– Вы начитались книжек.

– Если бы это чтение принесло мне пользу, то я бы никогда не умудрилась схватить пистолет…– Тоня это выпалила и сама испугалась своих слов.

Она стояла вся в оцепенении, пытаясь понять реакцию на сказанное следователю.

– Вот оказывается в чем причина, так бы вы сюда не вернулись никогда.

Тоня опустила глаза и разрыдалась.

– Я знаю, как это выглядит, но все совсем не так, как кажется, – сквозь слезы произнесла она и поведала следаку, как она умудрилась дотронуться до пистолета, а потом совсем забыла стереть отпечатки.

– Значит так, Антонина, во-первых, никогда такого не говорите представителю закона: забыла она стереть… Да вы понимаете, что вы говорите мне? Я должен прямо сейчас вас отвезти в полицию и детально допросить и все зафиксировать. Я просто не могу вас отпустить.

– Но если вы это сделаете, то мне хана, они возьмут отпечатки и навесят на меня все и еще больше.

– Да, это вполне возможно, если вы виновны, но если нет… – и тут следак оборвал свою речь – Садитесь в машину быстрее.

Тоня покорно запрыгнула на переднее сидение.

– Нет, назад.

Тоня быстро поменяла свою дислокацию. Следователь сел за руль и быстро рванул с места. Они проехали несколько минут, следак завернул в какой-то двор и остановился.

– Итак, Антонина, дело в том, что в данный момент у меня есть некоторые сложности на работе, поэтому в расследовании данного дела могут быть определенные препоны… В общем, я не обязан вам ничего объяснять, да и не хочу.

– Да уж, повезло так повезло, лучше и не придумаешь. А еще я вам не все сказала про фото….

– Тааак, это уже становится интереснее…. – Игорь Павлович пронзительно посмотрел на Тоню.

И Тоня рассказала и про эту ее оплошность – недосказанность, о том, что она почти точно знает, какие фото повинны в ограблении.

– Что теперь мне делать? – завершила она рассказ.

– Сейчас мы с вами поедем к вам домой, вы отдадите мне свои паспорт во избежание ваших дальнейших необдуманных поступков, и чтобы я был спокоен.

Так они и сделали. По дороге они говорили о Тониных догадках с обсуждением всех возможных мелочей.

– Значит так, Антонина, Вы хоть понимаете, что эти два дела могут быть связаны и если бы вы сразу мне все честно рассказали про фото, возможно, сейчас бы вы не вляпались так серьезно.

– Да, я это сейчас поняла, но откуда мне было знать… Я думала, что все обойдется…

– Как же мне быть дальше?

– Пока мы с вами решим так – вы никому ничего не говорите, я узнаю все об отпечатках, у нас будет с вами лишь пару дней, чтобы найти хоть какие-то ниточки, чтобы снять с вас подозрения. Вы меня понимаете? Вы хоть понимаете, что я нарушаю закон, что я иду на должностное преступление из-за вас?

– Да, да, конечно, я все сделаю, как вы скажите, я совсем не хочу в тюрьму и вас подвести под монастырь я тоже нисколько не хочу.

Следователь Игорь хорошо разбирался в людях именно поэтому ему дали кличку «сканер», а также он хорошо знал начальство и прихвостней ниже его рангом, последние обязательно захотят все скинуть на девчонку, чтобы особо не парится, да и начальник его был не особого ума человек, а кресло свое получил по-родственному. А вот некоторые оперативники с удовольствием перед ним лебезят. Игорь решил впервые пойти на такое, ведь раньше он всегда следовал букве закона. Но здесь совсем другое дело – может сесть невинная молодая девушка из-за амбиций, тупости и выслуживости некоторых лиц.

Тоня плохо спала, и ей уже не снился ее преследователь, а снилась убитая девушка. Кто она, почему ее убили? И почему подставили меня? Эти вопросы крутились в голове нескончаемым потоком, который прервал телефонный звонок.

– Да, – ответила Тоня

– Привет, как дела у самой красивой девушке этой планеты?

– Саша, рада тебя слышать, ну, как тебе сказать…

– Как есть, мы же договорились быть откровенными и не стесняться просить помощи.

– Здесь ты мне ничем не поможешь.

– А вдруг? В общем, я позвонил уточнить, во сколько мы встречаемся?

– Давай перенесем.

– Нет, как же? Не разочаровывай меня так… Если у тебя дела, то мы можем встретиться в твой обеденный перерыв.

– Я не думаю, что он у меня будет, поверь, я не отказываюсь от встречи, просто хочу ее перенести.

– А как насчет утреннего кофе, поболтаем десять минут и разбежимся?

– У меня нет времени на сборы и походы в кафе.

– Это совсем не страшно, я сейчас забегу в кофейню возьму самого ароматного кофе, который тебя обязательно взбодрит и свежих берлинеров или если хочешь просто пончиков. Я обещаю, что не задержу тебя.

– Ок, уговорил, тащи пончики.

Тоня быстро умылась, переоделась и собрала постель. И только она собралась подкраситься, как в дверь постучали.

– Привет еще раз, чего стучишь?

– Извини, руки заняты, до звонка не дотянуться.

Саша буквально ввалился в квартиру. Он с гордостью вручил Тоне пакет с пончиками и проследовал за ней на кухню.

– Итак, что же у тебя случилось, я думаю, хватит десяти минут, чтоб рассказать вкратце.

– Я уже и не знаю с чего начать… Я понимаю, что обещала тебе, но стоит ли и начинать, у меня что ни день, то какой-то апокалипсис.

– Да ладно, я в свой жизни столько наслушался от пациентов, что меня ничем не напугать.

– Ну смотри, потом не жалуйся.

– Я постараюсь – рассмеялся Саша.

Тоня сжато рассказала ему историю со злосчастным преследователем, об ограблении и о полиции. Но она не стала вдаваться в подробности и говорить, что догадывается, почему украли ноутбук, такие подробности ему не нужны, да и опять все переливать из пустого в порожнее не хотелось и времени было мало.

– Я не знаю, чем все закончится, но чувствует мое сердце, что все ни так-то просто, как кажется, – завершила свой рассказ Тоня.

– Что могу сказать, возможно, что именно все так, а может все гораздо проще? А может это просто ограбление, но вора кто-то спугнул, и он не успел ничего взять кроме ноутбука?

Тоня смотрела на него совершенно пустым взглядом, она не понимала, как же он не видит самых очевидных вещей, ведь он производил впечатление очень умного человека, врач все-таки.

– Все возможно, конечно, я могу накручивать и искать связь, но только… – Тоня запнулась. Она не могла ничего рассказать о вчерашнем.

– Послушай, я не сыщик и не могу тебя разубедить, но я могу помочь успокоиться, могу поддержать, где-то посодействовать.

– Спасибо тебе, правда, это очень приятно.

Раздался звонок, Тоня побежала в другую комнату, где оставила телефон.

– Извини, это важный звонок, скоро вернусь.

Тоня нарочно оставила телефон в дальней комнате, чтобы Саша не слышал ее разговор и чтобы не пришлось извиняться, из-за того что ей приходиться выйти с телефоном из кухни, как бы показывая, что разговор не для Сашиных ушей. Она боялась, что он неправильно поймет и подумает, что у нее кто-то есть.

Звонил Игорь Павлович:

– Антонина, доброе утро, у меня для вас две новости и обе не очень утешительные.

– Тогда утро совсем не доброе, – грустно ответила Тоня.

– Итак, первая новость – у нас очень мало времени, чтобы разобраться со странными фотографиями.

– Фу, ну это я и сама уже поняла.

– Вторая – нам придется с вами внедриться как-то в актерский мир и разведать обстановку с этой поддельной Майской. Нужно действовать сообща, иначе никак не успеть. Я взял отгул и за день нужно многое успеть.

– Хорошо, отдавайте приказы.

– Проштудируйте интернет и узнайте все, что можно о Майской: где жила, где живет, где близкие родственники, есть ли недвижимость ну и т.д.

– Хорошо, сделаю.

– Я пока попробую по своим каналам достать разрешение на посещение съемочной площадки под видом репортера. Я позвоню через пару часов.

– До связи.

Тоня положила трубку и быстрым шагом направилась на кухню, но Саша уже был в коридоре:

– Я так понял это по работе.

– Да, ты прав.

– Я не буду тебя отвлекать, как и обещал, надеюсь, мы увидимся в ближайшее время.

– Да, конечно.

– Давай договоримся так, я не буду тебя беспокоить, пока ты не освободишься, я буду ждать твоего звонка.

Тоня улыбнулась, какой же он понятливый и такой милый.

– Я обязательно позвоню, не сомневайся.

– А я и не сомневаюсь, – ответил Саша и по-дружески чмокнул Тоню в ее, еще пока пошкрябанную, щеку.

Тоня многое знала о Майской, но вот про недвижимость и родственников – ничего. Как выяснилось, актриса была не так уж и богата для своего статуса. Она всю жизнь помогала нуждающимся и львиную долю своего заработка отправляла на благотворительность. У нее был большой дом в красивом месте в ста километрах от их города. Тоня помнила, что Майская выросла, где-то неподалеку и видимо этот дом достался ей от родителей. Все свое свободное время Майская проводила именно там. Про родственников мало что известно, она была женщиной немолодой, и родных сестер и братьев у нее не было, вела довольно скромную и, можно сказать, затворническую жизнь в перерывах между съемками.

Последние годы Майская мало снималась, одна картина – пару лет назад и вот сейчас еще одна. Как говорила она сама – всему свое время. Ходили слухи, что пять лет назад она заболела и заболела серьезно, но вроде все обошлось, и за год она смогла поправить свое здоровье.

Тоня позвонила Леониду Ивановичу в редакцию, попросила соединить с ним.

– Доброе утро, что такое, что ты звонишь, есть интересный материал?

– Доброе утро, Леонид Иванович, простите, что отрываю, но у меня такое дело… Вы не могли бы мне помочь… – набралась наглости Тоня.

– И чем же?

– У вас нет никакого материала о Майской в электронном виде? Понимаете, я решила написать небольшой материал о ней и сделать к нему фото, такая вот задумка пришла мне, я знаете ее фанатка, можно сказать.

– Хм, интересная просьба, удивляешь меня.

– Я понимаю, что мы с вами ни на короткой ноге, и я не имею права вот так…

– Ладно, хватит, только эфир засоряешь, посмотрю, что можно найти, но не просто так.

– Хорошо, – радостно воскликнула Тоня, – просите что угодно!

– Прям что угодно?

– Ну, в приделах приличного.

– У меня в следующем месяце намечается небольшой банкет – юбилей моей жены, я бы хотел тебя попросить сделать снимки в самом начале торжества, пофоткать всех и прислать потом мне на почту, договорились?

– Ок, все сделаю в лучшем виде, еще и бантиком перевяжу.

– Бантик надеюсь тоже в счет услуги?

– Да-да!

Тоня продолжала искать информацию в интернете, мало ли что еще всплывет, а уже через полчаса ей на почту пришли материалы по Майской от ее любимого редактора. Сказать, что там была полезная ей информация, конечно, нельзя, но кое-что по мелочам было.

Игорь Павлович позвонил, как и обещал через несколько часов:

– Ну что, готова идти в логово зверя?

– Да, очень даже, только меня уже в лицо там знают.

– Ничего, я нам прихватил маскировку – парики, усы и очки, так что нас не узнают.

– Хорошо, тогда я спокойна, насколько это возможно.

– Я заеду через минут пятнадцать.

Тоня прошла на кухню, допила холодный кофе, которым ее угощал Саша и доела свой пончик, убрала на столе и села перед входной дверью на тумбочку в ожидании. Рядом лежал ее фотоаппарат, и пока было время, она решила еще раз просмотреть снимки, открыв чехол, она поняла, что совсем уже стала рассеянной, она забыла выключить его со вчерашнего дня, слава Богу, батарейка не села, но на всякий она захватила с собой зарядку, мало ли.

Через пятнадцать минут они с Игорем Павловичем мчались на его чисто вымытой машине к усадьбе. По дороге Тоня рассказала все, что ей удалось узнать о Майской. И главное, что у нее нет близких родственников. И лишь из материала от Леонида Ивановича, всплыло, что был у нее сын, о маленьком наследнике говорилось в такой же маленькой журнальной заметке, да и то вскользь. Почему общественность о нем не знает? Может с ним что-то случилась и Майская не хотела бередить эту рану… А следователь поведал Тоне, что они идут на съемочную площадку, как фотограф и репортер для того, чтобы сделать картине дополнительную рекламу. Якобы все материалы выйдут не раньше, чем закончится съемка самого фильма. Да и к тому же для их небольшого городка это прекрасная возможность заявить о себе – усадьба, съемки фильма, сама Майская….

– Говорить буду я, я все-таки этому обучен, – улыбнулся следователь. – Ну а ты будешь заниматься своим делом – фоткать.

– Хорошо, а если спросят имя, называть свое?

– Как хочешь, мы туда ненадолго, за сегодня мы должны постараться хоть что-то добыть, а завтра смотаемся в родовое гнездо Майской, посмотрим, что там да как, поговорим с местными, порыщем возле участка, а если повезет, то и сможем побывать в ее доме, должен же там кто-то быть – охранник или еще кто.

– А под каким предлогом мы туда проникнем?

– Я еще не подумал, все будет зависеть от того, что сегодня мы сможем узнать или не узнать.

– Ладно, а что мне фотографировать?

– Все подряд, абсолютно все, даже то, что тебе кажется совершенно незначительным – стол, стул, диван, сумку…

– А мы будем материал согласовывать? Если они тут же будут просматривать фото, то тогда поймут что тут много «мусора», а это непрофессионально, возникнут вопросы.

– Нет, материал на согласование мы прислать должны через неделю, другую, как закончатся съемки. Их продюсер сейчас очень занят, на наше счастье, и не сможет сегодня нам уделить время. Да и потом, всегда можно найти, как выйти из подобной ситуации. В общем, говорю я, ты старайся молчать и внимательно наблюдать.

– Ок.

Глава 6

В усадьбу они попали совершенно без всяких проволочек, но вот гримерку Майской пришлось брать практически штурмом. Долговязый немолодо выглядящий молодой человек опять появился, как только они хотели войти. Конечно, Тоню он не узнал, ее маскировки для этого хватило.

– Кто вы?

– Репортеры – спокойно ответил Игорь Павлович

– По какому праву вы тут и кто вас пропустил?

– У нас официальное разрешение, мы будем снимать один день вашей съемочной жизни.

– Понятно, – меланхолично ответил долговязый. – Вам лучше начать с других гримерок.

– Но мы бы хотели побольше уделить время звезде этих съемок, поймите правильно, мы выпустим не только статью, но и рекламу для вашего фильма, а в рекламе нужно показать самое яркое из всего, а это…

– Екатерина Степановна, конечно, – продолжил долговязый. – Мне нужно ее предупредить, возможно, она сейчас отдыхает или переодевается, так что вы можете пока заглянуть к другим, а через минут тридцать подходите.

– Договорились, как нам к вам обращаться? – спросил следователь.

– Можете звать меня Иван, – ответил долговязый.

– И вы…? – продолжил Игорь Павлович?

– Я – личный помощник Майской Екатерины Степановны.

– Ясно, тогда встретимся через полчаса.

Тоня со следователем прошли в одну из открытых гримерок, позадавали пару несущественных вопросов и невзначай перешли к обсуждению самой дорогостоящей актрисы этого фильма.

– Майская обязательно привлечет к этому фильму больше зрителей, – наводяще начал Игорь Павлович.

На лицах присутствующих появилась не очень приятная гримаса, хотя они и пытались ее скрыть, а учитывая, что все в гримерке были актрисами, и им это плохо удалось, значит, негативное отношение к ней было достаточно внушительным.

– Она столько лет остается звездой нашего экрана… – продолжил он.

– Да, но… Все великие актрисы имеют право на свои причуды, – вымолвила самая молодая из присутствующих.

– О, у нее есть причуды? Впервые слышу об этом. Она просит каждый день в свою гримерку свежих устриц? Или просит, чтобы ее усыпали розовыми ромашками? – попытался сострить следователь.

– Нет, ну что вы, у нас достаточно бюджетная картина, и даже Майской светит не такой уж высокий гонорар, – сказав, это девушка запнулась, видимо поняла, что ляпнула лишнего.

– Да, ладно, в конце концов, все узнают, сколько пошло на картину, а сколько на нас, не такой уж это и секрет скоро будет, – резко оправдалась другая актриса.

– Так и в чем ее причуды?

– Не обращайте внимания, – ответила третья. – Просто каждая из нас складывает свое впечатление, где-то что-то кажется, где-то просто смотрим на вещи со своей колокольни.

Игорь Павлович понял, что бесполезно раскручивать разговор дальше и кивнул Тоне.

– Ну что, спасибо милые дамы, мы пойдем дальше.

Они вышли, Тоня вопросительно посмотрела на него:

– Вы же следователь, что не могли их дальше раскрутить на откровенный разговор?

– Вот потому что я следователь, я знаю, что это бессмысленно, нам нужно искать более болтливого человека, который не побоится рассказать пикантные подробности, который вхож в любое из этих помещений и который не переживает за то, что потеряет место или зарплату.

Они взглянули друг другу в глаза и хором шепотом произнесли: «уборщица!!!». Долго искать женщину со шваброй не пришлось, она была в соседнем коридоре, протирала полы и что-то бубнила под нос.

– Здравствуйте! Мы репортеры, мы могли бы вас сфотографировать и задать пару вопросов? – спросил следователь.

– И тебе не хворать парень. А это еще зачем, я не актриса какая-то, мое дело – блюсти чистоту, – грубовато ответила женщина.

– Вы понимаете, мы делаем репортаж не только о фильме, но и о том, что именно в нашем городе снимают часть этой картины, что для этого выбрали нашу достопримечательность, о которой никто здесь обычно не вспоминает, и конечно, людям нужно показать, что за этим памятником искусства добросовестно ухаживаю и, естественно, показать этого человека.

– А, ну раз так, то давай. Как встать-то?

– Повернитесь спиной к стене и чуть наклоните голову, швабру можно убрать, – произнесла мягко Тоня.

Сделав пару фото, начался тщательно завуалированный допрос:

– Как вы считаете, присутствующие люди не навредят этому старинному зданию?

– Не знаю даже что и сказать, вроде как все тихо спокойно, окон не бьют, полы не царапают.

– А говорят, что звезды они со своими «тараканами», ничего не чудят?

– Ой, ну что вы, да и какие тут звезды, одна Майская, а остальные-то попроще. И «здрасьте» скажут и конфетами к чаю угостят.

– А с Майской вам удалось лично пообщаться, как она вам?

– Что вы, нет, я ее почти и не вижу, даже убираюсь у нее реже остальных, не пускают меня, да что там говорить, зазвездилась она и все тут, гордая слишком, лишнего слова не скажет.

– Это у нее такое отношение к рабочему классу? – с поддельным удивлением спросил следователь.

– Да нет, ко всем она такая, только со своим помощником шушукается, остальных старается к себе не подпускать.

– Нда, звезды они такие, ну ладно, спасибо вам за интервью, не будем вас отвлекать.

– Марь Ивановна меня зовут, ежели че.

– Да-да, так и запишем, – ответила Тоня.

Они с Игорем Павловичем переглянулись и молча пошли к гримерке Майской. Постучав, следователь спросил:

– Можно войти?

Из-за двери послышалось холодное «Да».

– Здравствуйте, мы хотели бы сделать несколько снимков и задать вам пару вопросов.

– У нас мало времени, мне скоро на площадку.

– Да мы постараемся вас не задерживать, – ответил Игорь Павлович.

Тоня начала делать снимки всего подряд и Майской, в том числе, и было видно, что ей это особо не нравилось.

– Как проходит ваш день, сильно ли вы загружены, как относитесь к тому, что вам приходится временно проживать прямо здесь?

– Я чего только в жизни не видела, были съемки, в течение которых мне пришлось спать прямо в машине, так что я не жалуюсь.

– Как нам стало известно, эта картина достаточно бюджетная и гонорары невысокие, вы как звезда такого уровня, как к этому отнеслись?

– Я снимаюсь в этой картине из-за сценария, мне он очень понравился, и я не смогла устоять перед таким соблазном, такая роль воодушевляет меня, она меняет меня в лучшую сторону, поэтому деньги отошли на второй план.

– Как нам стало известно, первые сцены тоже снимались здесь в усадьбе? Но почему никто об этом не знал? – бесцеремонно вклинилась в разговор Тоня.

Присутствующие вопросительно на нее посмотрели.

– Дело в том, что фильм начинали снимать, будучи неуверенными, что дело удастся довести до конца. Сценарист – новый человек в этом деле, бюджет – ограниченный, актеры тоже не самые кассовые, режиссер – не святило, и выбрали самое подходящее «по деньгам» место, ставка была сделана на Екатерину Степановну, вот в таких условиях решили попробовать. Было свыше принято решение, ничего не разглашать, пока не будет уверенности, что проект стоит того, оказалось, вполне прилично получается, – пояснил Иван, который как тень сидел в углу комнаты и ни подавал признаков жизни до этого момента.

– А еще нам стало известно, что вы мастерски накладываете грим, причем без всякой помощи, – обратилась Тоня к Майской.

Воцарилось недолгое молчание.

– У Екатерины Степановны аллергия на некоторую косметику, особенно недорогую, – опять же ответил Иван.

– Да, за долгие годы я научилась все делать сама, дело в том, что это еще меня и успокаивает, – продолжила актриса.

Тоня обратила внимание, сколько было слоев косметических средств на лице этой женщины, просто пуленепробиваемый щит.

– После съемок вы отправитесь на отдых?

– Я как всегда поеду в свой загородный дом, буду наслаждаться тишиной и спокойствием.

– Ваш дом, это наследие ваших родителей?

– Да, он мне достался от мамы, с тех пор как ее не стало, я живу там.

– У многих звезд вашего ранга шикарные виллы или элитные квартиры за границей, вам не хотелось бы тоже что-то подобное?

– О нет, увольте, пафос – это не по мне. В нашей стране много людей нуждаются, и я считаю, если у тебя есть лишнее, нужно делиться, да, и я полагаю, что так разбрасываться деньгами неприлично, когда по соседству живет старушка с копеечной пенсией, надо быть ближе к простым людям.

Как-то это не сходилось со словами актрис и уборщицы, которая утверждала, что звезда задрала нос и даже не здоровается. «Ближе к народу» тут совсем не прослеживалось.

– У вас огромный дом и приусадебный участок, нашим читателям хотелось бы знать, кто вам помогает за ним ухаживать, и что вы сами делаете?

– У меня есть несколько приглашенных работников, которые следят за газонами и всеми насаждениями.

– А в доме кто вам помогает? Тоже приглашенные люди, может у вас есть личный повар?

– Нет, конечно, нет у меня повара, есть помощница, которая со мной уже очень давно, мы с ней стали близкими подругами, ну а как иначе, если живем под одной крышей. Готовим мы вместе, иногда только я, а иногда только она. Есть еще охранник, он живет в маленьком домике, когда-то это была баня, но я ее переоборудовала в жилое помещение.

– Он живет там постоянно?

– Да, работает тоже там, следит за мониторами, ну и периодически обходит участок. Иногда ко мне приходит местная ребятня и собирает фрукты, мне столько не нужно, поэтому я их пускаю на сбор урожая.

– Вы добрейший человек, сегодня таких единицы в актерском мире.

– Я делаю то, что каждый должен и героического тут ничего нет.

– Нам пора с вами прощаться, – вдруг вклинился резкий голос Ивана.

– Да-да, и последний вопрос: Вы, как звезда с таким опытом, можете давать советы режиссеру, сценаристу?

– Я никогда не влезаю в режиссёрскую работу, это не моя стихия, но что касается сценария, да, я иногда ставлю свои условия.

– А сейчас у вас есть особые требования к сценарию?

– Да, есть, мне не понравились некоторые сцены, когда мне дали прочитать сценарий, я сразу на них обратила внимание, и во время съемок тоже могу вставить свои «пять копеек», если что-то меняется в сценарии, но меня это не устраивает.

На этом разговор был закончен. Они распрощались и мнимые репортер со своим фотографом вышли.

– Что дальше, – спросила Тоня?

– Мы пойдем на съемочную площадку и проведем там оставшиеся полдня, разделимся, ты прислушивайся и приглядывайся, нам не помешает еще информация.

– Хорошо, тогда до встречи, – ответила Тоня.

Они пошли в разные стороны. На улице начала сниматься сцена с душераздирающем плачем какой-то не очень красивой женщины и ее подруги.

Тоня меняла дислокацию каждые десять минут, старалась прислушиваться к каждому слову, фотографировала момент выхода Майской и ее общения с другими. За весь период ее сцены она один раз перемолвилась словом с приятным мужчиной в возрасте по отчеству Максимыч, и несколько раз выслушала замечание от режиссера, причем молча. И нужно отметить, что Тоня не была восхищена ее игрой так же, как и режиссер.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.