Агата Санлайт
Моя прекрасная репетиторша

Пролог

– Так ты любила меня или прикидывалась?

Я попыталась протиснуться между косяком и Азаматом Шиковским. А тот, как нарочно, замер и не двигался. Ни туда, ни сюда.

Меня ошпарило жаркой волной, щеки загорелись. Как у какой-нибудь малолетки в подобном положении.

Впрочем, таких мужчин еще поискать! Не каждая зрелая женщина видела их где-то еще, кроме кино или интернета.

Крупный, широк в плечах, поджарый и высокий. Мечта любого фотографа из журнала.

Серые глаза на смуглом лице смотрелись особенно выразительно. Густые черные кудри непокорными вихрами падали на плечи. Прибавьте массивную квадратную челюсть и аккуратные гармоничные черты. На таких мужчин все женщины залипают.

А этот еще и миллионер. Владелец крупной компании по созданию программного обеспечения для всего на свете. Включая киберзащиту, слежку в интернете и прочие штуки.

Светлая рубашка Азамата, обычно застегнутая на все пуговицы, сегодня была непривычно распахнута на груди. Я и так знала, что у работодателя шикарное тело. А теперь это тело прямо в глаза лезло. Особенно учитывая, что я Азамату как раз по грудь.

И смех, и грех. Хотя мне было совсем не до смеха.

Я знала, что он нарочно! Что это все показательное выступление, рассчитанное на одного неискушенного зрителя.

Начальник дышал в лицо жаром. Но мне и без этого было горячо. Слишком горячо! Слишком волнительно!

Серые глаза Шиковского гипнотизировали. Прямо парализовали и волю, и тело. Я сдвинуться не могла. Только смотрела на Азамата и трепетала, как глупая дурочка.

Кляла себя, ругала на чем свет стоит! Напоминала, почему я пытаюсь от него сбежать куда подальше! Но ничего не могла с собой поделать.

Ноги одеревенели, а руки инстинктивно сжались на косяке за спиной. Словно я могла от него оттолкнуться и пулей выстрелить в нужную сторону.

С минуту длилось это ужасное и приятное мучение. Азамат с места не сдвинулся. А мне нужно было приложить максимум усилий, чтобы завершить свой путь из комнаты в коридор.

Я постаралась собраться и рывком выскочила из плена косяка и могучего тела начальника. А если уж честно – из плена его обаяния и моих к нему чувств. Таких ненужных, неуместных и нелепых в свете всего, что открылось вчера.

Я рванула за дверь. Не помню, как спустилась по лестнице. Только ступеньки стучали по подошвам кроссовок, помогая понять, что подо мной все еще «твердая почва».

Я почти не ощущала перил, в которые вцепилась, словно в спасательный круг так, что они присвистывали под пальцами.

Зато я отлично ощутила, когда меня уже во дворе огромного особняка Шиковского жестко придержали за руку.

Азамат нагнал в считанные секунды. Схватил и крутанул на себя. Я едва не впечаталась в его крепкое тело.

Этого еще не хватало!

Хотя, на что я вообще надеялась? Я же видела, как он боксирует, как стреляет! Любому спортсмену, военному на зависть. Убежать от этого охотника я могла лишь в одном случае – если он решит пощадить добычу и выпустить ее из своих цепких лап. А Азамат определенно не планировал ничего похожего.

– Бежишь? От моего вопроса? – выпалил он хрипловатым грудным басом. У меня аж дыхание прервалось. И по телу будто слабый ток пробежал.

– Я закончила работу… Иду домой… – отговорка получилась настолько жалкой, что мне самой стало смешно.

– А ответить? Боишься ответить мне?

– Ничего я не боюсь! – возмутилась я, нарыв в недрах характера хоть немного феминизма и дерзости. – Я просто не хочу вам отвечать! Имею право!

– Потому что еще не развелась с бывшим? – Азамат любил ставить вопрос ребром. Это я давно поняла. Каждый его вопрос бил точно в цель. Даже если эта цель бежала и прыгала, отчаянно спасаясь от Шиковского.

– А еще потому, что я вам не верю! – Я тоже умею отвечать прямо и без расшаркиваний. Попадать в яблочко стрелами слов. – Возможно, по факту я и свободная женщина. Но формально я еще замужем. И никто не осудит красавца миллионера, на шею которому вешается бедная репетиторша с неудачным браком за плечами и несостоявшимися надеждами на лучшую жизнь. Даже если красавец миллионер потом выбросит ее как попорченный товар. Так ведь вы поступили с моей подругой и предшественницей? А с другой, предыдущей репетиторшей? Так? Сколько их было? Десять? Двадцать? Сто?

Настал черед Азамата не отвечать и поджимать губы.

– Что? У крутого бизнесмена кишка тонка ответить простой преподавательнице?

Я сделала паузу, но Шиковский не проронил ни слова. Только пыхтел и не двигался с места. Поэтому я сказала все, что вертелось в голове в последние дни. Все, что на душе накипело. Практически ни в чем себе не отказывая. Ну разве что в прямых и откровенных эпитетах, которыми безумно хотелось наградить этого плейбоя.

– Тогда я вам все расскажу! Сама! И без вашей помощи! Вы соблазнили меня потому, что вам захотелось! Захотелось и все тут. Вам было плевать, что я замужем! Что у меня ребенок! Что я женщина, человек, наконец! Вы просто потворствовали своему заоблачному самолюбию! Я все про вас узнала от Анны! И больше не попадусь на ваши уловки. Ничего страшного! Вы всегда можете меня уволить и нанять другую дуру. Провести кастинг, выбрать покрасивее. А то и помоложе! Чего уж стесняться?! Зачем вам женщина не первой свежести, если вокруг столько юных, наивных и на все согласных идиоток! Которые примут ваши слова о любви, страсти, о том, как вы впервые в жизни что-то там эдакое почувствовали за чистую монету? Растекутся розовыми лужицами и все вам позволят?

Азамат замолчал. Я чувствовала, как нагреваются его пальцы на моей руке, видела, как раздуваются ноздри начальника.

Я должна была уйти. Но почему-то не могла сделать ни шагу. Взгляд Шиковского изменился. Губы его чуть изогнулись, черные кудрявые волосы слегка вздыбились. Казалось, я его обидела. Хотя все было с точностью до наоборот. Но кто их знает, этих богатеньких мачо, что там у них на душе? Может их обижает любой отказ, не зависимо от причины.

Внезапно Азамат хрипло выдохнул:

– Что ж… Ты сама напросилась… Молчание – знак согласия. А по поводу моего вопросы ты промолчала. Много всего сказала, даже больше, чем требовалось. Но на вопрос так и не ответила. В сухом остатке – именно так!

И в следующую секунду горячие руки Азамата сомкнулись на моей талии. Меня притянули и прижали так, что я вдруг поняла – мужчина дико заведен. Ну прямо как будильник на ранний прозвон. Но прежде чем я хоть пикнула, рот закрыли таким поцелуем… Ну не знаю, я такие только в кино видела и в книгах про них читала.

Азамат зафиксировал мой затылок, чтобы не дергалась, не отстранялась и не пыталась сбежать… от себя самой, наверное… Потому что его губы оказались такими… горячими и неожиданно мягкими… А язык таким приятно-умелым, таким… Что у меня не то чтобы сил, желания… у меня в теле и в голове ни единой мысли о сопротивлении уже не оставалось.

Я вся сдалась этому мужчине. И он воспользовался. Еще как!

Сильнее прижал, почти до слабой межреберной боли и целовал так, словно почти брал меня через рот.

Меня еще никто и никогда так не целовал.

Тем более – миллионер.

Тем более – красавец.

Я злилась так, что темнело в глазах и нежилась в руках Азамата так, что колени предательски подгибались. Я плавилась и горела на костре собственных эмоций. И ничего не могла с этим поделать. Меня буквально разрывало на части.

Одна часть меня безумно хотела поверить Шиковскому и его сегодняшним признаниям, от которых просто земля из-под ног уходила. Хотела ответить на его вопрос так, чтобы потом мы только и делали, что не вылезали из постели и соединили наши жизни прочнее, чем раньше. А другая моя часть увещевала, что Азамат уже обманул меня. Сказал, что с Анной у него ничего не было. И оправдание, что «ничего» в его голове означало «ничего серьезного, просто секс» совершенно не впечатляло. Если он так поступил с Анной, которой, по ее словам, обещал небо в алмазах, то и со мной, вероятно, планировал нечто подобное. Просто возникли некоторые осложнения…

Я из последних сил старалась выбраться из-под этого гипноза, из-под чудовищного и одновременно сладкого воздействия Азамата. А действовал Шиковский на меня так, что уже не хватало одного холодного рассудка. Я горела и плавилась как лед под весенним солнцем.

Азамат по-хозяйски провел рукой по моей спине, до самых ягодиц и прижал… Казалось – сильнее уже невозможно, но ему удалось. И одновременно мне не было неприятно. Словно даже миллиметры, микроны расстояния между нами были неестественными и неправильными. Нас нельзя разделять! Вот о чем кричало во мне все: тело, которое проникалось близостью Шиковского и подсело на нее как на дозу. Эмоции, которые накатывали, накрывали, словно гигантская волна. И я захлебывалась, задыхалась, теряла ориентацию в пространстве. И Шиковский нагло этим воспользовался.

Его губы оторвались от моих, коснулись чувствительной точки за ухом и я задрожала, сама инстинктивно подалась к Азамату.

– Вот видишь? Ты не можешь, не должна уходить… Все это недоразумение… Я не обманывал тебя ни в словах, ни в чувствах. Неужели ты сама этого не ощущаешь?

Шиковский был настоящим искусителем, соблазнителем… У меня совершенно не оставалось сил куда-то идти. Я словно тонула в море своих чувств, захлебывалась раз за разом. И единственной спасательной соломинкой казался Азамат. Не дожидаясь протеста, который я так отчаянно пыталась наскрести из остатков самолюбия, гордости и самоуважения, Шиковский вновь поцеловал меня в губы. Напористо, уверенно, не позволяя отстраниться. Вновь придерживая за затылок сильной, большой рукой.

– Дядя Азамат?

Алиф! Мой дорогой мальчик! Искренний и теплый как южное солнце. Еще слишком юный, чтобы различать любовь и благодарность! Спасибо, что ты появился!

Меня словно в лед окунули. Наваждение резко схлынуло. Я попыталась отпрянуть от Азамата. Но тут требовалось гораздо больше сил, чем у обычной женщины, даже с моими то регулярными занятиями по йоге.

Однако вслед за криком, во дворе появился и сам Алиф. Тоже спортивный, как и его дядя. Обещает стать таким же красавцем и сердцеедом. Очень надеюсь, только не таким же мерзавцем.

И дальше все происходило словно в замедленной съемке…

– Отпустите Илену! Иначе я за себя не ручаюсь! – Алиф подскакивает к нам, ударом разрывает руки Азамата, сомкнутые на моей талии.

– Что я тебе говорил, сопляк… – Рычит Шиковский. – Как миленький отправишься к матери!

– Пошел ты! Оставь ее в покое!

Алиф замахивается и его кулак проходится по скуле Азамата.

Тот пригибается в стойке…

Скручивает парня в болевом приеме и рычит на меня.

– Ты, действительно, думаешь, что этот сопляк защищает тебя из уважения? Потому что ты – его любимый репетитор? Не будь дурой! Он втюрится в тебя! Он хочет тебя трахнуть! Тебе нужен этот мальчишка? А, Илена? Говори же!

Алиф скрипит зубами. Но по-мужски упрямо не стонет и не просит пощады. Я вижу, как краснеет его лицо, как испарина покрывает лоб и виски, а на губах проступает алая роса…

– От-пусти его…

Я прошу на выдохе, едва в состоянии осмыслить услышанное.

Алиф влюблен в меня? Поэтому он так хорошо начал учить предмет? В то время как Анна жаловалась, что он скорее пересмотрит все фэнтези сериалы по интернету, чем один закон прочитает? Скорее будет сутками играть в стрелялки-бродилки, чем решит пару самых простых задач?

Он поэтому показался мне таким прилежным, таким умницей?

В этой семье, что, все мужики озабоченные?

И этот лоб двадцати двух лет, которому нужно досдать экзамен по физике в КАИ и его дядя?

Я разворачиваюсь и убегаю. Плюнув на все и всех. Даже не думая, вернусь ли, чтобы подготовить Алифа окончательно и получить свои деньги от Азамата.

Я просто бегу по широкой брусчатой дорожке.

Снова единственным моим ощущением, которое еще держит в реальности остаются ровные плитки дорожки, которые ритмично бьют по стопам.

Я не помню – взяла ли свои вещи, сумку. Не думаю ни о чем кроме того, что мне нужно отсюда уйти.

Слава богу, ноги работают исправно. Сами несут куда требуется.

К такси, которое ждет за забором. Я прыгаю в машину и быстро тараторю адрес.

Авто дергается с места и за нами с территории Шиковского выстреливает машина Азамата.

Мой сотовый разрывается от звонков. Алиф, Азамат. Азамат, Алиф.

Эти два озабоченных еще чего-то хотят от меня!

Проклятье! Какого черта я польстилась на деньги и согласилась работать в этом дурдоме? Даже скорее – в элитном публичном доме! Ведь тут каждую женщину рассматривают как потенциальный объект для осуществления сексуальных фантазий!

Я сама, собственными руками разрушила свою жизнь!

Что ж! Я приму ответственность, и сама все восстановлю.

Во всяком случае то, что еще есть смысл восстанавливать.

То, за что еще есть смысл держаться ради будущего…

Глава 1

– Да перестань! Говорю тебе! Это отличная работа и платят просто шикарно! Ну давай же, Илена, выходи из машины! Ну ты чего? Так и будешь сидеть?

Я все еще колебалась, оглядывалась. То и дело думала пойти на попятный.

Что-то мне во всей этой затее не нравилось, но я не могла объяснить это даже самой себе.

Вроде бы все выглядело чинно и благородно. Даже крайне вовремя, учитывая, что у нас с мужем случилась размолвка. Мы разъехались почти год назад и каждый сам себя обеспечивал.

А со мной еще и жила дочка. Старшеклассница.

– Ладно, – Аня закрыла дверцу машины, взяла мое лицо ладонями и повернула в свою сторону. – Давай все еще раз обсудим.

Я только кивнула.

– Смотри. Алиф Шиковский – неплохой парень. Мажор. Но приятный в общении. Не заносчивый и вполне адекватный. Физику не любит, не учит. Предпочитает заняться чем угодно, кроме физики. Но в этом и наша задача! Заинтересовать парня предметом и помочь ему сдать экзамен. Ничего сверхординарного. По крайней мере, он не дурак, не наркоман и не какой-нибудь отмороженный. Обращается уважительно, берега не путает никогда. Теперь. Его дядя – Азамат Шиковский. Очень уважаемый и удачливый бизнесмен. Умный мужик, щедрый. Оплатит тебе работу, закажет обед, обеспечит хорошие условия. Плюс – возможность плавать в его бассейне и отдыхать в его роскошном саду. Что тебе не так? Что смущает?

Я сморгнула и быстро ответила:

– А тебе что не так?

Аня не поняла.

– Что ты хочешь узнать? Ты о чем?

– Почему ты, на самом деле, от них уволилась? Аня! Почему! Ты! От них! Уволилась!

Бывшая коллега по кафедре и моя хорошая приятельница вдруг спрятала глаза и убрала руки, которыми удерживала мое лицо. А затем, отвернувшись, буркнула в сторону. Будто говорила не мне, а кому-то третьему, что стоял за окном машины с ее стороны.

– У меня личные мотивы.

– Я не понимаю! Он тебя домогался? Он сделал тебе непристойное предложение? Он требовал, чтобы ты и ему оказывала определенные услуги? Он тебя обидел? Почему ты бежишь отсюда в такой спешке? И ощущение, что готова сама мне приплатить, лишь бы я согласилась взять на себя твои обязанности?

– Я ведь уже говорила, – по-прежнему не глядя на меня, ответила Аня и в голосе ее отчетливо слышалось напряжение. – Азамат согласился отпустить меня, расторгнуть договор без неустойки и даже заплатить премию. Но лишь в том случае, если я найду себе достойную замену. Он не особо разбирается в преподавательницах. В преподавателях…

Она так странно поправилась: суматошно, четко проговорив окончание второго слова, что я вскинула брови.

– Он потребовал, чтобы ты нашла именно женщину в качестве репетитора?

Аня мотнула головой и посмотрела в упор.

– Нет. Этого не было.

На сей раз с вопросом я не угадала. Он ни на миллиметр не приближал к разгадке. Напротив, похоже, это был тот самый единственный из моих последних вопросов, на который Аня отвечала без проблем и стеснения.

Я собиралась спросить что-то еще. Попытаться опять вырулить на тему беседы, которая приблизит к разгадке, поможет разобраться с моими нехорошими предчувствиями…

Однако машину открыли снаружи и бархатистый мужской бас предложил:

– Илена Разумовская. Если уж вы приехали, может зайдете? Я не кусаюсь. Как и мой племянник, к слову. Там все и обсудим? Вас ведь не в плен берут, а на работу!

Шутка мне не особо понравилась. Я хотела выйти сама, но Азамат Шиковский подал мне руку.

Я уже знала его в лицо по новостям и снимкам в сети.

Но вблизи, лично, этот мужчина впечатлял еще больше.

Ну прямо достойный образчик самца. Залюбуешься!

Аня метнула в его сторону странный взгляд: со значением, с каким-то затаенным вопросом. Но заметив мой интерес, улыбнулась. Так она обычно улыбалась на заседании кафедры, когда ее несправедливо распекали на все корки и требовалось корректно и вежливо принять «критику».

– Ну так что? Пройдем в беседку?

Я огляделась. Да! Хоромы у Шиковского те еще!

Огромный трехэтажный особняк. Наверное, одна только мансарда тут размером с четыре моих трехкомнатных квартиры. А то и больше.

Мягкие газоны ковром стелились под ногами. То тут то там их разбивали ленты широких брусчатых дорожек. Подстриженные пирамидками деревья выглядели аккуратно и эффектно.

Простора тут было – бегай не хочу.

Неподалеку от дома овальным зеркалом поблескивал на солнце пруд. Даже издалека я заметила в самом его центре огромные жемчужины цветков лилий.

Азамат Шиковский меня не торопил. Позволял оглядеться, освоиться. А скорее даже свыкнуться. Хотя тогда я еще не понимала – зачем.

А еще присутствие этого мужчины будоражило. Шиковский время от времени останавливал на мне пронзительный взгляд. Чуть прищуривался, криво улыбался, но ничего не говорил. Не знаю почему, но в такие минуты мне становилось как-то не по себе. А Азамат еще больше на мне сосредотачивался. Будто весь уходил в гипнотический, нацеленный на меня взгляд…

И вот в один из таких моментов я взглянула прямо в глаза Шиковскому и уточнила:

– Так мы идем в беседку?

Шиковский улыбнулся еще более криво и как мне показалось – даже порочно. Хотя, вполне возможно, я просто настроилась на волну того, что писали про этого мужчину в сети. Плейбой, богатый и развращенный мачо. Любитель менять любовниц каждые полгода.

Казалось, я совсем не в его вкусе. Совершенно не похожу на женщин, которые фотографировались в обнимку с Шиковским.

Не юная фея до тридцати – я давно разменяла четвертый десяток. Не воздушная, как облако – фигуристая, хотя и подтянутая благодаря йоге. Не романтичная творческая натура – технарь до мозга костей.

Не ухоженная как садовая роза, скорее – дикорастущая незабудка.

Однако сейчас, когда Азамат то и дело на меня странно поглядывал и продолжал улыбаться, чудилось – я ему все-таки нравлюсь. Причем, именно, как женщина.

Все в Азамате голосовало за это. Он кружил вокруг как изголодавшийся тигр возле сочного куска мяса. Смотрел так, что хотелось срочно найти балахон и прикрыться.

Однако не делал ничего, в чем я могла бы его упрекнуть.

Аня косилась то на меня, а то на Шиковского еще более странно, чем Азамат смотрел на меня.

С каким-то затаенным чувством. Время от времени даже прикусывала губу.

Хм. Странно. Сама меня сюда чуть ли не силком притащила! Уговаривала в машине буквально несколько минут назад. Я бы сказала – даже уламывала.

А теперь? Жалеет?

Я вгляделась в лицо Ани, и она тотчас улыбнулась, еще больше убеждая – что-то во всем этом не так.

Я слишком хорошо знала Аню, чтобы спутать эту приклеенную вымученную улыбку с ее обычным игриво-задорным весельем. Приятельница умела развлекаться, умела оторваться и умела радоваться по-настоящему.

Однако сейчас глаза ее словно потухли. Казалось, внутри все это время горели лампочки и вот – бац – их просто выключили. Поэтому глаза Ани потемнели, как и ее лицо. Уголки губ опустились.

Так улыбается клоун, у которого кто-то умер. Знает, что должен, правильно растягивает нужные мышцы… В общем, работает не на вдохновении, душевном подъеме, а на честном и порядочном слове «надо».

Шиковский заметил мое внимание к Ане и вдруг подхватил под руку. Внезапно. Без предупреждения и разрешения на подобное панибратство. И… меня словно током пронзило. Сам Азамат странно покосился и сильнее сжал ладонью мое запястье.

Ноздри Шиковского затрепетали, а уголки губ дернулись ввверх.

Но не успела очухаться, как Азамат уверенно потянул в беседку.

Выглядела она очень уютно и навевала приятные мысли.

Резной деревянный полукруг стен под широкой аркой крыши прятал столик и удобные скамейки возле него.

Здесь было уже накрыто.

Причем, так что у меня слюнки потекли.

В центре стола дымился белеш: пирог с мелконарезанной картошкой, сочным бульоном и нежным мясом индейки. Как я люблю!

От зеленого салата пахло свеженарезанными огурцами, сладкими помидорками и пряной рукколой.

Нарезка нежной мраморной ветчины, блестящей копченой колбасы, красной рыбы притягивала взгляд.

Тут же к столу подскочила служанка. Наверное, так было правильным ее назвать.

Девушка в аккуратном белом переднике поверх джинсов и черной футболки нарезала пирог и заторопилась в дом. Оттуда она вернулась с этажеркой фруктов.

Сочные манго пахли медом и летом. От спелых до прозрачности яблок-китаек тянуло сладостью и кислинкой.

Крупные черные виноградины так и просились в рот.

Азамат жестом предложил мне садиться. И стоило устроиться за столом, как Шиковский тотчас разместился рядом. Так, что его бедро временами касалось моего. И то ли мне чудилось, то ли нет, но нога Азамата ощутимо нагревалась. И от этого меня обдавало каким-то пьянящим жаром…

Не дав мне опомниться, Азамат налил вина, чаю и положил пирога.

За Аней ухаживала служанка. Она все еще косилась на меня и Шиковского так, словно ее на куски режут.

Но стоило мне посмотреть на приятельницу внимательней – немедленно надевала на лицо уже знакомую мне улыбку человека, что вот-вот шагнет в пропасть.

По знаку Шиковского мне принесли договор. И я пробежалась по нему глазами. Все вроде выглядело прилично, выгодно для меня и удобно.

За мной должна заезжать машина. Оплату обещали более чем щедрую. Отдых в бассейне, на веранде дома и у озера прилагался к договору.

Впрочем, это мало меня интересовало. Я не собиралась проводить время здесь, среди чужих людей. Да еще и без своей дочки.

Какое уж без нее веселье?

Какие бы шикарные развлечения мне ни сулили.

Однако стоило отметить, что меня ни в чем не обманули.

Все, что старательно перечисляла Аня раз за разом, было отражено в контракте. И все равно меня что-то напрягало.

– Могу я еще подумать? – почему-то вдруг ощутив себя загнанной в угол, уточнила я у Шиковского и бросила взгляд на Аню.

Приятельница повела плечом и вздохнула.

Азамат вдруг взял ладонью мой подбородок и заставил обернулся в его сторону.

– Можешь подумать. До сегодняшнего вечера.

Я вздрогнула так, словно меня поставили на счетчик. Но в эту минуту служанка вернулась и принесла мне большой стакан гранатового сока. Лично мне!

Я опять покосилась на Шиковского.

В голове крутились кусочки пазла.

Белеш, манго, яблоки китайки, черный виноград, гранатовый сок и чай с шиповником. Он словно знал обо всех моих предпочтениях в еде. Откуда?

– Мне Аня сказала, как лучше накрыть на стол! Должен же я был задобрить отличного репетитора. Я ж знаю, что вы не любите работать с мажорами… – вдруг быстро произнес Шиковский. Аня вначале выпрямилась, словно шест проглотила, а затем закивала как китайский болванчик.

Хм… Выглядело вроде бы правдоподобно.

Но все равно что-то меня напрягало. Опять! В который уже раз!

Мы поели и немного пообщались. Странное напряжение, которое то и дело витало в воздухе, настораживало. Я не понимала поведения Ани. Она то вскидывала на Шиковского внимательный, грустный взгляд, то смотрела на меня с надеждой, а то с затаенным недовольством. Впервые на моей памяти приятельница так менялась во время самого обычного делового обеда.

Шиковский то и дело подливал мне чай и подкладывал добавки, как истинный джентльмен. Улыбался голливудской улыбкой. И время от времени внезапно останавливал на мне такой взгляд… Даже не знаю… Как тогда, когда мне чудилось – он оценивает меня как женщину и очень даже неплохо оценивает.

В глазах мужчины неожиданно вспыхивал голод, и от его взгляда мне становилось жарко.

Почему-то вспоминался один вампирский сериал, когда-то дико модный, а теперь уже почти забытый даже поклонниками.

Две гифки на фанатском сайте. Герой смотрит на героиню, а она опасливо и смущенно отводит глаза. И подписи: «Он хочет», «Она боится».

Однако Шиковский тут же отводил глаза и говорил что-нибудь нейтральное.

После обеда, я рассчитывала сразу же уехать домой и собраться с мыслями. Тем более, что времени мне дали только до вечера.

Работа мне была очень нужна. Ну прямо критически! Увольнение из вуза сказалось на моем кошельке совсем не лучшим образом. Накопления таяли как снежные сугробы весной. А так хотелось радовать дочку новыми красивыми платьями, заколками, вкусностями… Детско-юношеской косметикой!

Муж «отсыпал» от щедрот несколько тысяч в месяц на мою Аленушку. И на том спасибо. Зарабатывал он в последнее время немного. Так что вряд ли я могла винить его за слабую поддержку. И без того я винила его уже во многом.

Наши отношения, поставленные на кнопку «стоп», все равно неуклонно катились в гору под названием «развод». И мы оба это отлично понимали. Пожалуй, даже я лучше благоверного. Который временами будто приходил в себя и спрашивал – а не сходить ли нам к семейному психологу, не встретиться ли на нейтральной территории.

Сейчас я жила за счет репетиторства. Писала рефераты, дипломы и курсовые. Наступила на горло своей педагогической совести. Бедняжка буквально до последнего момента кричала, как же это неправильно, нечестно, непрофессионально. Но я задушила ее на корню и продолжала. Потому что требовалось как-то выживать.

Работа у Шиковых покрывала все мои расходы. При такой зарплате я бы еще и откладывала. И к концу обучения Алифа какое-то время могла вообще не думать о деньгах.

Я встала из-за стола, собираясь отправиться к машине. Но на сцене появилось новое действующее лицо.

Высокий, красивый парень, похожий на дядю. Я сразу поняла, что это Алиф.

Парнишка остановился рядом со мной и внимательно изучал. Словно я пришла не учить его физике, а на кастинг фотомоделей.

Но один взгляд Шиковского – и Алиф растянул губы в улыбке, а затем приветливо произнес:

– Вы, наверное, Илена?

– Да.

– Я слышал много хорошего о вас… от ваших студентов…

Я заломила бровь. Они наводили обо мне справки? Впрочем, ничего такого уж странного в этом я не усматривала. Почему нет? Меня брали репетитором в богатый дом, куда могли нанять практически любого физика моего уровня.

Мало ли? Я плохо разбираюсь в предмете и преподаю лишь потому, что больше некому? Ситуация в вузах стала катастрофической. Старшее поколение преподавателей сдавало, хотя и медленно – старая гвардия она такая, стойкая. Молодежь предпочитала работать в коммерческих фирмах, где лучше платили и меньше навешивали «бесплатных обязанностей». Вроде необходимых трех методичек за несколько лет и научных статей, которые, по факту никому не сдались – народ просто переписывал старые трактаты на новый лад. И благодаря этим «старым песням о главном», ВУЗы получали какие-то статусы в международной статистике. Руководство отваливало себе громадные премии, а преподаватели пахали «за так». За счастье работать в вузе на копеечной зарплате. При таких условиях, большинство энтузиастов из молодежи быстро сдавали позиции и линяли под первым благовидным предлогом.

Так что в вузы нередко брали тех, кого просто больше никуда не принимали на работу. А может я не чиста на руку? Или еще что.

В этом ракурсе навести обо мне справки выглядело вполне разумным и ничего предосудительного я в этом не усматривала.

Я улыбнулась Алифу и, показалось, что он немного смутился. А затем горячо произнес:

– Я буду очень рад с вами заниматься! Соглашайтесь! Обещаю удивить своей прилежностью и старанием!

И тут же последовал новый взгляд Шиковского. Я не успела перехватить его, понять значение. Алиф успел. Поморщился и добавил:

– Мне очень нужно к концу года пересдать физику на красный диплом.

– Ну студент, который тянет на красный диплом – это очень хорошо по нынешним временам. Я всего лишь репетитор, а не Зубная Фея. Не могу забрать двоечника и подложить на его место отличника. Хотя некоторые наниматели в этом уверены. Но я физик и в магию не верю. А им определенно нужны какие-нибудь Гарри Поттеры, – заполнила я иронией напряженную паузу. Опять чудилось: что-то вокруг происходит. Вот только я не знаю – что же именно. Но при этом именно я – в эпицентре этого «чего-то».

Бррр… Странное, неловкое и неприятное ощущение.

Шиковский перекатывался с носков на пятки и смотрел так, что мне захотелось спрятаться в тени беседки. Алиф то и дело окидывал меня таким взглядом, словно реально оценивал – модельные ли у меня параметры. Аня прикусила губу и взирала на мужчин исподлобья.

Немая сцена выглядела еще более странной, чем все предыдущие. Казалось, у всех, кроме меня, здесь есть какие-то скрытые мотивы.

– Я сам все сдаю! Без дураков! – вдруг добавил Алиф, с оттенком гордости. – Не потому, что мы богатые.

– Это просто здорово! – снова улыбнулась я.

Ну правда! Хорошо, что парень этим гордится, старается. Многие мажоры, которых я знала, даже и не думали пытаться учиться. Сразу невербально показывали, что плевали они на все наши экзамены и зачеты. Мол, заплатим – и будет диплом. Не один препод продаст оценку, так другой.

А еще есть деканы, проректора…

Мне понравилось, как этот мальчик воспринимал учебу. И я даже взяла на себя смелость похлопать его по плечу. Щеки Алифа залились краской. Он чуть прикусил губу и посмотрел исподлобья.

– Поверьте, я буду очень прилежным вашим учеником.

Я кивнула.

– Я скажу свое решение вечером, – произнесла быстро и хотела устремиться к машине, когда Шиковский придержал за руку.

Так будто имел на это полное право. Даже не так! Словно он – мой мужчина! И вместе мы лет сто!

Я прищурилась и оглянулась на Азамата. Краем глаза заметила, что Алиф сжал кулаки и смотрел на дядю почти свирепо.

Да что не так с этими мужиками?

Ощущение, что один самец зашел на территорию другого. Пара минут – и они начнут рвать друг друга на части. Пока один не уйдет восвояси.

Шиковский быстро убрал руку и улыбнулся. Больше походило на оскал.

– Э-э-э… Что-то не так? – спросила я, потому что эти двое не торопились объяснять свое необычное поведение. А Аня так вообще окидывала нас всех испепеляющим взглядом «на костер их!»

Складывалось ощущение, что вокруг меня происходят какие-то серьезные события. Причем, давно, не только сейчас. А я очутилась в центре всего только что. Ничего не понимаю, ничего не знаю. Однако уже стала частью всего этого безобразия.

Надеюсь, у меня разыгралось воображение.

– Разве вы не хотите посмотреть наш бассейн? – прочистив горло, произнес Шиковский. Алиф вдруг кивнул так, словно только что не собирался вцепиться дяде в глотку.

Я мотнула головой.

– Нет. Это совсем не то, что мне интересно. Давайте сразу расставлю все точки над «и».

Алиф сосредоточился на мне, опять чуть прикусив губу. Шиковский прищурился и почти окаменел.

– У меня дочка. Так что я предпочитаю проводить время с ней, пусть даже и не у бассейна, нежели без нее, в любом самом что ни на есть шикарном месте.

Я ожидала, что мужчины все сразу поймут. Но Алиф как-то загадочно ухмыльнулся. Шиковский же и вовсе – расплылся в очередной похотливой улыбке.

– Так приводите ее сюда! Пока будете заниматься с Алифом, она приятно проведет время. А потом вместе покупаетесь…

Я ошарашенно покосилась на Аню. Она все еще сверлила нас недовольным взглядом.

– Я-а-а… Подумаю…

Вот и все что мне удалось из себя выдавить.

Вроде бы все выглядело хорошо. Лучше некуда. Но меня опять пронзило ощущение «что-то здесь не то». Нет, ну правда. Я вновь чувствовала себя как зритель второго акта пьесы, который благополучно пропустил первый.

Тем временем, Шиковский опять взял все в свои руки.

– В общем, Илена, во сколько мне вас набрать, чтобы услышать ваш положительный ответ? – звучало с юмором, но и с нажимом. Казалось – он не примет отказа. Просто нет и все тут. Хотя какие у Шиковского на меня рычаги давления? Кибератака на мои соцсети? Я там и так бываю раз в два месяца.

Чтобы сбросить с себя взгляды мужчин, которые так и прилипли, как пчелы к варенью, я рванула к машине.

И едва Аня опустилась на водительское место, уточнила:

– Что не так с этим семейством?

Вместо ответа приятельница резко газанула. Но когда мы выехали за пределы владений Шиковского, произнесла, не глядя на меня:

– Да все с ними «так». Зря переживаешь. Шиковский – нормальный мужик. А Алиф неплохой парень. Хотя и лоботряс каких свет не видывал. Действительно, сам заработал себе красный диплом. Не подкупал преподавателей и оценки не выпрашивал.

Она говорила таким тоном, словно совсем не хотела хвалить семейство Шиковских, но справедливости ради все равно это делала. Преподавательская фишка. Рубить правду матку, даже если не хочется.

– По-моему, ты что-то недоговариваешь! – откровенно рубанула я.

– Тебя это не касается! – подтвердила мои подозрения Аня.

– Если меня это не касается, почему все вели себя так, словно мы уже неплохо знакомы? Вот только у меня сериальная амнезия и я ничего об этом не знаю! Жила себе в семействе Шиковских, потом – бац – упала и все. Амнезия и новая жизнь.

Аня поджала губы и насупилась. Некоторое время молчала, только деловито рулила. И я решила педалировать диалог. Потому, что явно нарыла какую-то золотую жилу недомолвок и тайн.

– Так может скажешь? Что там за секреты?

– Никаких секретов, которые тебя бы затрагивали! – в прежнем ключе, глядя строго вперед, попыталась отбрить меня Аня.

Мы молча проехали через весь коттеджный поселок и вырулили на трассу.

Я смотрела как нам кланяются колосья и кукурузные посевы машут крупными листьями.

Город встретил нас серыми сумерками.

А уже возле моего дома, когда Аня остановилась, и мы вышли из машины, я попросила:

– Послушай. Если с Шиковскими что-то не так, пожалуйста, скажи мне! Ради нашей дружбы и моей дочки. Все же я отвечаю за ребенка…

Судя по искренней усмешке Ани, я совсем не попала в цель. Промазала, как только могла с этим предположением. Не то чтобы в десятку, даже в мишень не попала.

– Все с ними отлично. Женщин в заложницах не держат. Ведут себя прилично. Платят честно и по договору.

– Тогда у вас с ними что-то случилось? – заглянула я в лицо приятельницы.

Та сразу потупилась и принялась изучать мыски своих босоножек.

– То, что между нами случилось, тебя не касается! – почти резко ответила Аня.

– Ты уверена, что я к этому не имею отношения?

– Вы только познакомились с Шиковскими. Причем тут ты? – звучало не слишком уверенно. – Это же не фэнтези, где героиня в прошлой жизни уже была знакома с героем.

– Ладно, я подумаю до вечера… – понимая, что ничего не добьюсь, произнесла я. Аня прямо выдохнула с облегчением и улыбчиво проводила меня до подъезда.

⁂

Дочка оставила мне сообщение в мессенджере. Мол, пошла к подружке и у нее переночует. Я маякнула «да». Галю я знала лично, она тоже не раз у нас оставалась на ночь. Да и жила она в соседнем подъезде. Приписка дочери «Можешь заглянуть и проверить» ясно говорила о том, что она не обманывает. Да мы вообще всегда были друг с другом честны.

Но тут Аленка намекала на мой прошлый демарш. Месяц назад я не могла до нее дозвониться и нагрянула к Гале спозаранку. Девушки преспокойненько пили кофе, а сотовый дочки просто разрядился и «впал в несознанку». Галя с Аленкой заболтались и не заметили.

Я включила компьютер и, надев наушники, смотрела сериал.

Мысли крутились возле Шиковских, Ани и репетиторства.

Я понимала, что это лучший выход из моего нынешнего плачевного материального положения. Худший – кредит – маячил уже на горизонте. Можно сказать – приветственно махал ручкой.

И ближе к вечеру я пришла к выводу, что это просто работа. Какое мне дело до проблем Ани с Шиковскими? Да, Алиф немного озабоченный! А какой здоровый парень не озабочен в его возрасте? Совсем больной и немощный?

Я знала, что нравлюсь мужчинам. Именно в сексуальном плане. Фигурка у меня была, как выражаются «ладненькая». Высокая грудь и попа, тонкая талия, плоский живот.

Густые волосы я не раз порывалась отрезать, но так и не решилась на эту экстремальную для меня акцию. Поэтому каштановая грива тоже притягивала взгляды. Как и многие женщины с моей особенностью – пониженной температурой тела – я выглядела намного моложе своих лет и свежее. Ни единой морщинки, никаких намеков на возраст на лице. Кроме взгляда.

Помнится, когда начала ходить на йогу в спортзал, месяца через два преподавательница подошла и спросила:

– Слушай… А сколько тебе лет на самом деле? Вначале я думала лет двадцать восемь. А теперь, после общения, кажется, что все-таки больше…

Она так и не угадала.

Большие миндалевидные глаза я подчеркнула татуажем – ненавязчивыми тенями и подводкой. Как и густые брови вразлет. От этого мое лицо казалось еще выразительней. Да и удобно. Умылась, припудрилась – и ты при параде.

Так что мужским вниманием я никогда обделена не была. Так почему же взгляды Азамата и Алифа меня настолько смутили?

Я не могла объяснить это даже самой себе.

Однако обстоятельства взяли в тиски и выбора не оставалось.

Ровно в полшестого вечера телефон затренькал. Я уже знала – кто это.

– Ну и что вы решили? – с места в карьер спросил Шиковский. В его голосе слышались странные нотки. Казалось, Азамат серьезно волнуется. В конце фразы голос его даже чуть вздрогнул. И в трубке послышались рваные выдохи.

– Я согласна.

Не успела закончить фразу, как в ответ прилетело:

– Отлично! Жду фото подписанного договора на мессенджер прямо сейчас. А завтра в одиннадцать дня за вами заедет мой водитель.

Последовала недолгая пауза, словно Шиковский что-то забыл, и он разродился:

– Надеюсь, вам удобно?

– Вполне.

– Тогда до встречи!

В голосе Шиковского звучали победные нотки, словно он выиграл в лотерею огромную сумму или победил всех конкурентов на ринге дикого российского бизнеса. Где пленных не берут и пощады никому не дают.

Я постаралась на этом не акцентироваться, чтобы вновь не дать задний ход.

Я решила. И я сделаю. В конце концов, от меня требуется только преподавать Алифу физику. Что там думает себе его дядя должно волновать меня в последнюю очередь. Даже если фантазии Шиковского уже поместили нас в одну постель в совершенно определенной позе.

Это не моя проблема!

Я достаточно работала с людьми, чтобы научиться немного читать их.

Аня не выглядела женщиной, которую грязно домогались. Не походила на затравленную репетиторшу, которую чуть не изнасиловали. Скорее наоборот. Складывалось ощущение, что она ждала от Шиковского чего-то большего, чем хорошая оплата, бассейн и прогулки по саду.

Именно так выглядела приятельница. Уж в этом я не могла ошибиться.

Он ее соблазнил и бросил? Затащил в постель, наобещал черте что и не захотел жениться? Ну это уже не мое дело. Честно! Мне все равно! Если все случилось по обоюдному согласию, ожидания каждого от отношений – это уже исключительно их личное дело. Надо было на берегу договариваться.

Прежде, чем кидаться в пучину страсти.

На этом я и завершила свои размышления на тему странностей обеда у Шиковского.

И начала готовиться к первому занятию с Алифом.

Программу КАИ по общей физике я знала хорошо – благо, пару семестров там подрабатывала.

Поэтому просто подняла свои лекции, конспекты по задачам и написала по мессенджеру знакомому преподавателю старшего поколения.

«Добрый вечер. Простите за беспокойство. Не подскажете, какие сейчас задачи решают на вот этой специализации? И на какие темы делают упор?»

К вопросу прилагалась ссылка с сайта вуза, где была обозначена специализация.

Спустя пару часов мне прилетели несколько ссылок на учебники и сканы лекций самого преподавателя.

«Репетиторствуешь?» – уточнил он.

«Да».

«Ну значит одним грамотным студентом у нас будет больше».

Я улыбнулась. Черт побери! Приятно! Я уже давно не работала в вузовской системе и не нуждалась в одобрении коллег. Но все равно было чертовски приятно.

⁂

– Ма-ам! Ну чего ты так волнуешься? Все будет хорошо! Мы с Галькой вчера повторяли темы! – убеждала моя умница-дочка. Май месяц – самое время, чтобы налечь на учебу. Экзамены на носу. Аленка никогда не сдавала ниже чем на четверку. Но я все равно переживала. Каждый раз и за каждый экзамен.

Галя училась примерно как и Аленка. И я была уверена – вмести они неплохо подготовились.

– Ладно. Как сдашь сразу же звони! – наказала я дочке.

– Ма-ам! Ну оценки же все равно вывесят только завтра!

– Скажешь, как все получилось!

– Хорошо. А можно мне потом погулять с девчонками?

– Во дворе?

– Да.

– Учти, я уеду на репетиторство и вернусь только к вечеру. В холодильнике тушеные куриные печенки и сердечки. Картофельное пюре. Если что, нарежь себе салатика.

– Все будет хорошо, мамочка!

Дочурка обняла меня и отстранилась. Я посмотрела на нее и улыбка сама напросилась на губы. Моя дочка.

Моя – и все тут.

Высокие скулы, миндалевидные глаза, каштановые волосы. Подтянутая фигурка – Аленка тоже увлекалась йогой. Длинные ноги.

Ну просто копия меня в молодости. Да и сейчас нас часто принимали за сестер из-за моей особенности.

Аленка выпорхнула из квартиры, а я осталась наедине с тишиной и сомнениями.

Все-таки это репетиторство чем-то меня беспокоило. Но я не могла понять, чем же именно.

И вот стоило только об этом подумать, как сотовый пиликнул – пришло сообщение от Азамата.

«Доброе утро. Напоминаю, что в одиннадцать за вами заедет мой водитель».

Кхм… Он будто проверял – не передумала ли я. Или мне только так чудилось?

Я тряхнула головой. Да ерунда! Просто у меня разыгралось воображение! Мужчина деловой, привык, чтобы все четко и по графику. Вот и страхуется.

Следом, будто нарочно прилетело сообщение от Гусмана Рахимовича – того самого преподавателя, которого я вчера спрашивала по мессенджеру о программе Алифа.

Экзаменационные билеты, темы для курсовых.

«Большое вам спасибо» – ответила я.

«Тебе спасибо, что подтягиваешь наших лоботрясов» – мигнул на экране ответ.

Я еще раз внимательно проштудировала все, что получила на тему физики для Алифа и прикинула с чего следует начать. Но на первом занятии решила проверить – что же парень вообще знает. И насколько глубоко нужно объяснять ему предмет.

Анна ведь с ним уже занималась! Пусть даже и ругала парня за отсутствие усидчивости и желания подтянуть предмет.

Да и сам Алиф имел в зачетке тройку. Значит хоть какие-то знания должен был показать на экзамене. Раз уж бил себя в грудь тарзаньими заявлениями «я не покупал оценки и учился честно». Да и в вузе, где я раньше работала, и особенно на кафедре физики оценки не покупались.

Конечно, всегда оставалась вероятность, что кто-то из деканов «нарисовал» циферку в зачетке Алифа, пока физики не видят и не знают. Такие вещи случались, хотя и редко. И при деньгах Азамата полностью исключить подобное я не могла.

Племянник не стал «мухлевать», так дядя мог «подмагичить».

Но решила все же не делать поспешные выводы.

Ближе к одиннадцати я оделась на выход. Выбрала нейтральные зеленые джинсовые легинсы и длинную светлую рубашку стрейтч. Волосы собрала в косу и краситься не стала. Только чуть припудрилась.

Незачем. Я ведь не на свидание еду.

Ровно в обозначенное Азаматом время мне на сотовый пришло сообщение.

«Добрый день, Илена Фердинандовна. Я водитель Азамата Шиковского. Жду вас возле подъезда».

Почему-то от этого нейтрального послания у меня словно ток пробежал по венам и вдруг стало неожиданно жарко. Сердце пропустило удар.

Я посмотрела на себя в зеркало.

Так. Вроде бы все ОК. Выгляжу серьезной преподавательницей.

…Возле дома меня ждал громадный черный внедорожник, на который все соседи оглядывались. Ну еще бы! Увидеть такую машину во дворе нашей многоэтажки все равно что увидеть Мону Лизу в картинной Галерее деревни Малые клыки.

А уж когда я села в авто, несколько соседей прямо окаменели. Так и стояли, провожая машину глазами размером с чайные блюдца. Думаю, если бы меня увезли на летающей тарелке зеленые человечки, они и то не так удивились бы.

Все-таки физик… Мало ли… От нас всего ожидать можно…

Пока мимо пестрой лентой пролетали поля, пышные полосы деревьев, сады, что притулились возле трассы, я мысленно повторяла то, что планировала рассказывать сегодня Алифу.

Но стоило машине притормозить возле дома Шиковских, как мою дверцу открыл сам Азамат.

Хм… Странно. Рабочий день. Середина. Я думала, он весь в делах. Уверена, у такого бизнесмена есть заботы поважнее, чем встречать какую-то там репетиторшу.

Почему-то меня вдруг охватило волнение: горячее и душное оно резко растеклось по телу легкой слабостью. Ноги и руки слегка онемели, а язык отказывался ворочаться с привычной легкостью и скоростью.

Стало приятно, что Азамат отложил все свои дела, чтобы меня встретить. И одновременно что-то словно нашептывало на ушко «Все это неспроста… Илена… берегись!»

Я постаралась стряхнуть с себя и оцепенение и это ощущение, «опять происходит нечто мне непонятное». А Азамат настойчиво взял меня за руку и уверенно потянул к дому.

Опять касание наших пальцев – и искры летят во все стороны. Где-то в районе солнечного сплетения зародился тугой горячий узел, и я с трудом выровняла дыхание. Зато грудь Шиковского ходила ходуном, словно он не вышагивал со мной пружинистой походкой, а бежал марафон.

Азамат то и дело поглядывал на меня. И странное дело, меня бросало в краску от каждого его короткого, сверкающего взгляда. Так и хотелось умыться прохладной водой, чтобы охладить лоб и щеки.

Ладонь Шиковского казалась такой горячей, а пальцы такими большими и сильными. Моя рука просто тонула в них.

Я шла за Азаматом в дом, мимо просторной гостиной, обставленной пухлыми диванами, креслами, деревянным столом и стульями, по широкой каменной лестнице с ажурной балюстрадой перил, и словно не чувствовала ног. Наверное, сейчас я бы не остановилась, даже приведи он меня в свою спальню. Потом, возможно и очнулась бы… Но как быстро… До самого главного и интимного? Я не была в этом полностью уверена.

Настолько странная пугающая химия творилась между нами. Азамат все громче пыхтел и продолжал оглядываться, хотя рисковал клюнуть носом ступеньки. Ноздри его начали быстро раздуваться.

Наконец, мы поднялись на третий этаж и почти наткнулись на Алифа.

– Почему ты не сказал, что Илена приедет в двенадцать? – вскинул он бровь. И выглядел как-то прямо недовольно. Даже подумалось – может у младшего Шиковского какие-то свои, другие дела. Куда более интересные планы на следующие пару часов?

Что делать? Богатые и знаменитые любят ставить все с ног на голову. Конечно, хозяйка положения – я. И, по логике вещей, я должна ставить условия. Но какая уж тут логика, когда речь идет о бедном преподавателе физике и миллионерах Российский глубинки?

За моими плечами всего-навсего восемь лет учебы, включая аспирантуру, кандидатская степень, второе высшее образование и опыт преподавания. Прямо скажем – по нашим временам багаж скорее смешной в своей нелепой пафосности и полной неоцененности.

За плечами Шиковского хороший гонорар, который выручит меня в бедственном положении. Поэтому мне остается только молчать в тряпочку. Если нужно в этом богатом доме за тряпочкой дело не встанет.

Азамат и Алиф застыли как статуи и обменивались такими взглядами, что василиски застеснялись бы своих огненных взоров и забились под лавку.

Напряжение и тестостерон в воздухе можно было буквально ложками черпать. Первое так и звенело натянутой струной. Чудилось – еще немного – и струна оборвется с таким фальцетом, что у нас всех уши заложит.

Алиф аж набычился. Азамат вообще казался не человеком – горой. Горой возмущения и неприятия. Видимо, неприятия претензий племянника.

Даже удивительно, как эти двое раньше уживались в одном доме. Чудилось – он однозначно маловат для пары таких альфа-самцов. Наверное, находись я в книге фэнтези, эта парочка мужланов были бы драконами. Или оборотнями-медведями! Никак не меньше!

Я решила расставить все по местам, пользуясь повисшей в воздухе томительной паузой.

– Значит так. Ребята. Если Алиф сейчас заниматься не готов, я могу подождать. Однозначно я не поеду домой, чтобы через пару часов или около того вернуться сюда. Но я готова дать Алифу время на свои дела. Можете определить меня в любое место. Включая сад. И «положить» там до наступления более удобного для учебы момента.

Мужчины резко обернулись в мою сторону – синхронно, будто тренировались и Алиф выпалил.

– Илена, простите! Я готов заниматься! Пойдемте!

И прежде, чем я успела хоть слово сказать, меня потянули в комнату.

Мда. Вот это качели: эмоций и психического боя. Я уже ничего не понимала. Казалось, Алиф даже рад моему приезду. Тогда что означал его демарш перед дядей?

Не мудрено, что Аня сбежала из этого элитного дурдома.

⁂

Несколькими днями раньше

Азамат

Шиковский всегда ценил работников интеллектуального труда. Преподавателей, которые хорошо знали предмет, умели объяснять, правильно и интересно подавать информацию. Поэтому Ане ни в чем не отказывал. Хочешь в бассейн – пожалуйста, хочешь в ресторан – ради бога. Есть желание погулять в саду – нет проблем.

В каком месте и в какой день он перегнул палку, Азамат так и не уловил. Даже возвращаясь к каждому дню общения с Аней, не мог определиться и разобраться. Когда? В какую минуту? На какой фразе или на каком действии их отношения из управляемого снежка вдруг превратились в гигантскую лавину, что покатилась вниз уже не по воле Шиковского…

Только после одного светского раута, куда Азамат в очередной раз взял Аню, полупьяная, разгоряченная парочка оказалась в постели. И провела там несколько страстных часов.

А наутро Аня предложила стать любовниками.

Без обязательств, без претензий, без наметок на будущее.

Шиковский согласился.

Аня была видной женщиной, хотя и гораздо старше его обычных любовниц. Эффектная, подтянутая, все, что нужно – при ней. Бедра, грудь. Талия, пожалуй, широковата. Но это не портило Аню. Черные волосы, остриженные до плеч, острые скулы, умные, темно-карие глаза. Губы тонковаты. Но после всех этих леди-франкенштейнов из высшего света с закаченным в губы черте чем, подтянутых, перетянутых, перекроенных как старое одеяло, Аня выглядела гораздо приятней.

Да. Шиковский с ней спал. Было удобно сбрасывать гнет гормонов с красивой женщиной и видеть, как она старается угодить, занимаясь с Алифом. Слишком старается. Что правда, то правда. Но Шиковский предпочитал об этом не думать.

Они же договорились! На берегу! В первую ночь!

Никаких отношений, ничего долгого и, уж тем более – долговечного.

А потом он заехал в клуб Заглятдинова на празднование для рождения Ани. На заработанные у Шиковских деньги репетиторша отгрохала торжество в стиле фэнтези. Эльфы, феи, колдуны. Сама вырядилась феей, с крыльями и прочим.

Упросила Азамата подвести очередную выплату. Чтобы сразу, не сходя с места, отдать долг за вечеринку.

Шиковский любил баловать тех, кто на него работал. И ничего унижающего себя в просьбе не усмотрел.

Вошел в зал, в маске, чтобы его не узнали, и начал искать глазами виновницу торжества. Пока… Не забыл, что искал.

…Она казалась какой-то нереальной в костюме эльфийки. Гибкая и стройная, явно с балетной выправкой, с талией, о каких говорят – вот-вот переломится, с глазищами на пол лица, которые меняли цвет с темно-карего на янтарный. С маленькими губами, похожими на нераспустившийся до конца цветок.

Шиковский был в шаге от того, чтобы сбросить маску и представиться. Потому что не мог на нее наглядеться. Только пытался вдохнуть, но выходило через раз. Пытался выровнять бешеный пульс. Но сердце билось где-то в районе солнечного сплетения и пульс ощущался не только в груди, а еще и там, где это не совсем прилично в нормальном обществе.

Горячие волны ударяли в голову и падали ниже. Прямо поджаривали на углях страсти.

Шиковский хотел эту эльфийку так, словно женщин годами не видел.

И он очень хотел с ней познакомиться. Так хотел, что только Анна, которая схватила его за руку и утащила на улицу, помешала состояться этому знакомству.

Не потому, что Азамат боялся травмировать любовницу. Все между ними было решено заранее. Все оговорено. Четко! Жестко!

Он понял, что есть другой способ заманить к себе эту цыпочку.

На празднике Анны присутствовали ее коллеги из вуза, подруги и родственницы. Но Шиковский наводил справки про репетиторшу и точно знал всех последних. Следовательно, эльфийка – из «семьи» коллег.

– Я выплачу тебе неустойку за то, что уходишь с репетиторства раньше срока. Выплачу большую премию и подарю те серьги, о которых ты мечтала! – выпалил Шиковский. Готовый буквально на все, чтобы заманить эльфийку к себе в логово. Без вопросов и оговорок!

Анна сразу поняла – что-то не то. Слишком хорошо изучила Азамата за их общение. Да он и не скрывался. Показывал себя таким каков есть.

– Хочешь расстаться? – уточнила она и глаза репетиторши наполнились слезами. Губы дрогнули.

Шиковский подозревал, что так и будет, в конце концов. Но он не любил лишних сантиментов. Тем более, когда женщину обо всем предупредили и она – что еще важнее! – дала согласие.

Поэтому рубанул, не жалея.

– Да. Мне очень понравилась твоя коллега. В голубом костюме эльфийки с лилией в волосах. Я хочу нанять ее вместо тебя. А там… как пойдет.

Анна молчала, смотрела на Азамата как на врага и надувала губы. Шиковский терпеть не мог женские истерики. Однако с Анной он хотел расстаться по-хорошему. И поэтому пошел ва-банк.

– Ты хотела уволиться из вуза? Потому что там мало платят, требуют черте что? Так ведь?

Она молчала. Понимала, к чему клонится беседа. Но Шиковский сделал ход конем и, казалось бы, выиграл партию.

– Я устрою тебя в тот англо-русский лицей, куда ты просила. В течение месяца. Даю слово.

– И все ради того, чтобы трахнуть Илену? Да что такого в этой шлюшке? – она в выражениях не стеснялась, поэтому Шиковский взял Анну за плечи, встряхнул и прорычал ей в лицо:

– Значит так! Первое! Ты никогда больше не посмеешь о ней так отзываться! Второе! Если не понимаешь по-хорошему, скажу по-плохому! Ты спала со мной. А это непрофессионально. Не сделаешь как прошу – об этом узнают не только в твоем вузе, но и в любом другом вузе, доме, где захочешь работать преподавателем! И шишь тебя подпустят к студентам и мужьям в семьи, где нужен репетитор! Усекла?

Анна всхлипнула и кивнула, опять поджала губы и сложила брови домиком.

– Азамат… Пожалуйста. Я люблю тебя! Я ведь все для тебя… Я могу больше! Хочешь ролевые игры? Знаешь, какое эротичное белье я купила? Ты просто еще не видел!

Шиковский еще раз встряхнул репетиторшу. Старался не переусердствовать, действовать осторожно. Хотя тело и эмоции просили другого. Потому что больше чем истерики, слезы и претензии, которые женщины не имели право предъявлять ему, Азамат ненавидел, когда они унижаются. Однако его личным стоп-краном было «никогда нельзя делать женщине физически больно. Женщин бьют и обижают только слабаки и трусы!»

Азамат не был ни слабаком, ни трусом. Поэтому обращался с Анной по возможности бережно. Но и привести ее в чувство казалось просто необходимым. Бедная совсем попутала берега! Был договор: просто постель и ничего больше. Она согласилась. Шиковский ничего не скрывал.

– Очнись! Между нами ничего серьезного не было! Я тебе это сразу говорил! Поэтому приди в себя и соглашайся. Или или…

Он сказал это таким тоном, что Анна все поняла. Вскинула глаза как на палача и еще раз всхлипнула.

Высморкалась в салфетку и сказала почти спокойно:

– Если удвоишь премию и гонорар, устроишь меня в тот лицей – я уговорю Илену. У нее как раз такие обстоятельства…

– Договорились!

В тот момент Шиковский не подозревал, чем все это для него обернется.

Приезд Илены в его дом стал для Азамата тем еще испытанием. Он как обезумевший от гона зверь бродил вокруг этой женщины. Крал случайные касания, вытребывал взгляды. И понимал, что попал. Еще ни одна женщина так на Шиковского не действовала. Ни одна! И это все очень и очень осложняло.

Но еще больше все осложнил Алиф.

Азамат сразу заподозрил неладное. Слишком парень пялился на Илену, слишком старался привлечь ее внимание, поймать хотя бы мимолетный – но взгляд.

Истерика этого молокососа на тему «почему не сказал, что она приедет» расставила все по местам.

Шиковский понял, что Алиф хотел лично встретить Илену. Пообщаться.

Этот малолетка втюрился в преподавательницу без возраста.

Однако назад пути уже не было.

Пришлось оставить их для занятия. Тем более, что Илена явно не заметила интереса Алифа или же не придала ему значения. Как и любой хороший преподаватель. Ей даже в голову не приходило, что парень втрескался по уши после первой же встречи.

И это работало на руку Шиковскому.

Который решил ускорить свои планы по покорению репетиторши.

Он еще сам толком не знал – чего хочет. Но то, что желает видеть ее не только в своей постели, уяснил сразу. То, что она не такая как вся остальная вереница его любовниц – тоже. Поэтому вариантов не было. Только добиться ее – и все!

А там хоть трава не расти!

Глава 2

Илена

Стоило лишь попросить Алифа: «Ну, давай расскажи, что вы уже с Аней изучили», как парень оттарабанил добрую треть программы. Так, что от зубов отлетало.

Я только слушала и хвалила.

Удивительно! Аня уверяла, что Алиф редкий лентяй. Что он не хочет учить, не желает делать домашние задания. И вообще не блещет прилежностью.

А сейчас я наблюдала совершенно противоположное явление.

К концу «доклада» Алифа, я искренне улыбнулась и похвалила его от всей израненной лоботрясами преподавательской души:

– Ты большой молодец. Я даже не ожидала.

– Старался…

Он почему-то потупился и взглянул на меня из-под длинных ресниц. Словно заигрывал. Впрочем, я не воспринимала это всерьез. Скорее всего, парня смутила моя похвала и он просто-напросто немного кокетничал.

Дескать, я вообще талантливый, умный, усидчивый.

– Что ж… Давай проверим как ты усвоил решение задач. Я спрашивала у бывших коллег из КАИ про твой курс. Там решение задач стоит особняком и важно сдать контрольную. Давай, вот эту и эту.

Пока Алиф думал над задачами, я немного прогулялась по комнате, изучая его «гостиную». Так назвал это помещение парень, и добавил, что весь этот этаж – его вотчина. Тут и его спальня, и даже спортзал.

Я давно усвоила – обстановка многое говорит о хозяине жилья.

О его характере и привычках.

Первое, что мне понравилось тут – книги. У Алифа было целых два шкафа, заставленных разноцветными томиками. Сейчас молодежь редко читает бумажные книги, а уж тем более, классическую фантастику или фэнтези. Больше скачивают из интернета или читают на сайтах самиздата. Неплохие новшества. Но все же. Конан Дойль, Булгаков, Герберт Уэллс, Андре Нортон… Эти книги на полках впечатлили меня. Вызвали уважение к владельцу комнаты.

По второму кругу я нашла Горького, Дрюона и целый ряд вполне приличных современных фантастов, в том числе и женщин.

В «гостиной» располагался еще один большой овальный стол, с компьютером и планшетом. Я цепанула взглядом заставку. Космические корабли. Что ж. Хотя бы не девица в купальнике.

На стенах висели семейные фотографии: Алиф с мужчиной и женщиной. Думаю, с родителями. Хотя я понятия не имела – где они и почему парень живет с дядей.

За окнами раскинулись шеренги стройных деревьев.

Закончив созерцание и немного прогулявшись по помещению, я подошла к ученику и уточнила:

– Ну как твои дела?

Алиф покраснел и поднял на меня взгляд.

– Сейчас. Досчитаю. Не успел…

Он так странно смутился, словно вместо расчетов занимался чем-то вопиюще неприличным.

Мне оставалось только пожать плечами и продолжить вполне приличную тему.

– Это не обязательно.

Я вернулась на свое место за квадратным столом и пробежала взглядом решения.

Ну надо же!

Правильно! Хотя и не тривиально. Не так, как предлагалось в самом задачнике. Ну это хотя бы значит, что он не заучивал решения из интернета! И не списывал с мобильника, как часто в последнее время делали студенты.

– Ты молодец! – я чуть похлопала Алифа по плечу, и он покраснел еще сильнее.

Наверное, Аня редко хвалила своего ученика. Раз он так реагирует.

Впрочем, я любила поощрять студентов и учеников, если находилось за что.

Хотя и ругала тоже.

Алиф все еще смотрел на меня и вдруг спросил:

– Так мне удалось вам угодить?

Я пожала плечами.

– Мне угождать не нужно. Наша задача хорошо сдать экзамен. Вот и все.

Алиф посмотрел как-то странно. С затаенным интересом. Прищурился, словно искал на моем лице какие-то ответы, реакции.

На минуту мне даже стало немного не по себе.

Но я решила, что все это мне лишь кажется. Просто парень старался и хочет сполна получить похвалу.

Поэтому я добавила:

– Ты, правда, большой молодец! – и чтобы не затягивать с этой сценой восхваления героя-ученика тут же сменила тон на деловой: – Ну а теперь давай продолжим изучение физики с того места, на котором вы с Аней остановились…

…Надо сказать – Алиф, и правда, схватывал на лету. Смотрел мне в рот. И новые задачи мы решали совсем без проблем, хотя темы только прошли.

Я видела, что парень заинтересован и не переставала внутренне удивляться оценке Ани. Уж она была грамотным и опытным педагогом. Как могла так ошибиться в ученике? Он, реально, старался, из кожи вон лез и получалось у Алифа неплохо. Надо отметить, у него были все задатки хорошего технаря. Хотя я прекрасно понимала, что Шиковский, скорее всего, возьмет племянника в свою компанию, чтобы тот руководил каким-нибудь направлением.

⁂

Азамат

Шиковский планировал встретить Илену, проводить ее к Алифу и отправиться по делам. Но вместо этого слонялся по дому, как неприкаянный, держа руку на пульсе рабочих задач и событий через мессенджер.

Он просто не мог уйти.

Оставить Илену наедине с Алифом. С этим влюбленным сопляком, который облизывал взглядом репетиторшу и даже не считал нужным это скрывать.

Правда сама Илена оказалась такой правильной, такой преподавательницей до мозга костей, что ничего не видела, не замечала.

Шиковский сотню раз проходил мимо комнаты Алифа, приближался к двери, как придурок, подслушивал.

Голос Илены звучал то вдохновенно, когда она объясняла темы, то строго, когда спрашивала – что уже прошел или запомнил Алиф, то одобрительно, когда парень приятно ее поражал. Вот же, засранец!

Когда его учила Аня, этот молокосос даже домашние задания не всегда делал! Аня то и дело жаловалась Азамату, что прилежности у его племянника ни на грош, а лени – хоть отбавляй.

А тут! Подготовился! Да еще как! Буквально наизнанку вывернулся! А ведь жаловался, что физику ненавидит. Что это – фу и еще раз фу… Что он лучше умрет, чем займется этим предметом…

И Азамат злился.

До сжатых в кулаки ладоней, до какого-то внутреннего напряжения, когда все тело буквально рвется в бой. Зачем? Начистить морду этому мальчишке? Шиковский ведь сам хотел, чтобы Алиф наконец-то подтянул физику и получил красный диплом.

Для бизнеса и жизни это особого значения не имело, хотя сам Алиф этого еще не знал. Многие партнеры Шиковского были заядлыми троечниками. Коммерческая жилка и фундаментальные знания наук – совершенно разные вещи. Хотя Азамат всегда считал и сейчас не сомневался – классическое образование учит мыслить, быстро принимать нестандартные решения. И особенно этому способствуют точные науки: физика, математика, химия.

И вот Азамату бы радоваться, что Алиф даже подготовился к приходу Илены. Подучил. Подтянул хвосты. И все то, что дала ему Аня, демонстрировал очень даже неплохо, учитывая, как хвалила его новая репетиторша. Илена не походила на человека, который одарит хоть одним словом похвалы авансом… Она была педагогом до мозга костей и до самой последней своей клетки. Пожалуй, куда больше Анны.

Но Шиковский все-таки злился.

Чтобы хоть немного отвлечься, он отправился в беседку. Ноги буквально не слушались, приходилось заставлять себя покинуть этаж Алифа.

Вот же! Ну что за тупость?!

На занятии Алиф никогда не станет приставать к Илене! Она же… преподаватель и этим все сказано. Не по роду работы, а по призванию. Это видели все, включая Алифа. Такое поведение только оттолкнет репетиторшу.

Но Шиковский все равно не мог успокоиться. Каждый шаг вынуждал себя делать, через «не хочу».

И уже в беседке, сел, открыл мессенджер на планшете и расхохотался.

Да что за херня?! Он взрослый, самодостаточный мужик, на которого женщины вешаются гроздьями! А ревнует к молокососу, которого Илена и за мужика-то не считает! Это Азамат хорошо видел. Усек сразу же.

Но почему-то это совсем не успокаивало.

Азамат как хищник рвался к своей самке, готовый перегрызть глотку любому, кто к ней приблизится. Даже если это его племянник.

А еще фраза Анны так и гремела в голове предупреждающим гонгом. Тогда Анна только познакомилась с Алифом и после, вечером, у бассейна сказала Шиковскому.

«Симпатичный у вас племянник! Думаю, еще немного – и он станет не меньшим плейбоем, чем дядя. Составит вам неплохую конкуренцию, а женщин поставит перед непростым выбором».

Сказала, и как заговорила. Шиковский вроде и забыл эту беседу. А теперь она крутилась в голове и тело само рвалось в дом, на третий этаж. Снова подойти к заветной двери и убедиться, что репетиторша с Алифом общаются исключительно на тему вузовской физики, а не физики твердого тела… того самого твердого…

…К концу занятия Шиковский не выдержал – его прямо подбросило на скамейке. Азамат рванул по лестнице так, словно спасался от пожара.

Илена как раз вышла из комнаты Алифа, а парень, красный от возбуждения, с дурацкой улыбкой провожал ее.

– Ой! А я как раз хотела с вами поговорить! – обрадовалась репетиторша, заметив Шиковского. Он смутно подозревал, что речь пойдет вовсе не о том, как они пойдут на свидание и приятно проведут вместе время, но все равно глупо заулыбался. Прямо как Алиф. Она хотела с ним поговорить… от этих слов резко стало жарко и приятно до дрожи.

Вот же! Засада!

– Слушаю, – прочистив горло, предложил Азамат.

– Я думаю, все же два с половиной часа занятия многовато. Может разобьем на более частые, но более короткие уроки? К концу Алиф ощутимо терял концентрацию…

Шиковский чуть не расхохотался. Терял… Концентрацию…

Все-таки эти преподы не от мира сего. Как будто вообще с другой планеты. С какой-нибудь Альфа-Центавры! Ну как можно не видеть ПОЧЕМУ Алиф потерял концентрацию? И в какое место утекла кровь из его мозга? Видно же! Невооруженным глазом.

Азамат остановил на племяннике взгляд, и недвусмысленно прошелся им по фигуре Алифа. Тот неприятно изогнул губы. Мол, плевал я на твое мнение.

Ну да! Плевал! Да Шиковский вмиг отошлет его учиться за границу. И пусть себе…

Азамат проглотил злые слова, понимая, что это неуместно. Потом, они все обсудят потом. Как мужчина с мужчиной. Хотя какой Алиф на хрен мужчина?

– Решайте, как вам кажется правильным, – демократично заметил Шиковский.

Илена прямо просияла.

– Отлично! Тогда давайте не три раза в неделю, а четыре, но по часу сорока. Как в вузе.

Шиковский только кивнул, потому что связные фразы уже не складывались, он залип на губы Илены. Она инстинктивно облизывала их, когда задумывалась. Сама не замечала. А вот Алиф и Азамат заметили. Даже очень.

Шиковский свирепо зыкнул на племянника. Тот снова скривил губы и фыркнул.

Мда. Придется все же вправить мозги этому молокососу.

Эта женщина будет принадлежать Азамату! И больше никто ее не коснется!

Он сам не понял – когда вдруг стал мыслить под стать настоящему неандертальцу. Словно дикарь, которому бы только запереть женщину у себя в пещере и других мужиков на пушечный выстрел не подпускать.

Но вот случилось же!

Тем временем Илена буркнула «Ну тогда, до свидания» и поспешила вниз, по лестнице.

Азамат опомнился первым, Алиф – следующим.

И даже тут Шиковский отметил про себя, что он круче племянника. Было, конечно, глупо сравнивать себя и этого парнишку, который еще любовного пороха не нюхал и в отношениях понимал меньше, чем в физике. Но иначе Азамат не мог, даже если сам себя этим жутко смешил.

⁂

Илена

После успешного занятия я, донельзя довольная, уже почти спустилась на пролет лестницы Шиковских, чтобы отправиться домой, когда двое крупных мужчин оказались у меня на пути.

Азамат буквально скалой преградил дорогу, а Алиф вихрем добрался до нас.

Мда. Я снова подумала, что семейство-то не совсем простое. И может не зря Аня отсюда сбежала?

Чего хотят от меня эти два мачо: взрослый и малолетний?

Выглядели оба так, словно очень взволнованы. Ноздри раздуваются, губы чуть искривлены… Они так были похожи в эту минуту! Еще больше чем прежде.

Скр… Трк…

Я вздрогнула и обнаружила, что Шиковский… сломал ручку, которую держал в руке. И в следующую минуту Алиф быстро спросил:

– А как же бассейн? Анна всегда после занятий там отдыхала!

– Э-э-э… – я переводила взгляд с одного мужчины на другого. Они, что оба схватили амнезию? Я вроде бы еще вчера все объяснила. Про дочку, про времяпрепровождение… Но вид у Шиковских был такой… Я вздохнула. Правда. Не понимают.

Я внутренне подобралась и ответила как могла более ровно и дипломатично, не ссылаясь на то, что отказ на данное предложение прозвучал еще вчера. И у кого-то явно что-то не то с памятью. А, возможно, с принятием отказа. Кто знает, что тут правильней.

– Видите ли… Анна женщина свободная. А у меня дочь. Так что я, пожалуй, откажусь.

И в эту минуту меня торкнуло. Аленка! Она мне так и не позвонила.

Холодный вихрь закрутился вокруг позвоночника и ледяной ком упал в желудок.

И, видимо, все это настолько отразилось на моем лице, что Шиковский приблизился и встревоженно спросил:

– Что-то случилось?

– У вас все в порядке? – неожиданно проявил участие и Алиф.

– Да, ничего. В общем, мне пора! – отмахнулась я. Попыталась обогнуть мужчин по дуге, но меня остановила сильная хватка Азамата. Он среагировал быстро и четко – как на боксерском ринге. Зафиксировал, но больно не сделал.

– Вы ведь меня отпустите? Или я что-то не дочитала в контракте? – растерянно уточнила я. – Я не помню там пункта обязательного посещения бассейна!

Азамат поморщился.

– Конечно, вы не обязаны. Просто скажите, что произошло. На вас лица нет. Может я помогу.

Алиф промолчал, но заглянул в лицо с таким искренним интересом, что мне стало как-то не по себе.

Казалось тестостерона в помещении больше, чем в логове хищника, куда случайно забрел другой такой же зверюга. Словно дядя и племянник соперничают. Впрочем. Это же мужчины! Кто их поймет?! Гадать, что у них на душе и на уме – напрасный и неблагодарный труд.

– А знаете, что? – вдруг принял решение Шиковский. Тогда я еще не знала, что его решение – все равно что приговор и никакие апелляции уже не помогут. – Я лично отвезу вас домой. Или где там ваша дочка должна сейчас быть?

– Я сам могу отвезти Илену! – вдруг горячо встрял Алиф. – С ней я начал гораздо лучше понимать физику!

– С первого занятия начал? – вскинул бровь Азамат и посмотрел на племянника как дракон, у которого собираются отнять его сокровище. Ну правда! Очень было похоже!

– Представь себе! – почти не уступал дяде Алиф.

– Ты останешься дома! И точка! – рыкнул на него Азамат.

– И не подумаю! – рявкнул Алиф.

– Я начинаю понимать, почему Аня от вас уволилась… Если у вас всегда так… – с трудом вставила я свою реплику в буйную перебранку мужчин. Казалось бы – совершенно на пустом месте. Да какая разница кто сделает мне одолжение? Я все равно буду относиться к Алифу как к любому другому своему студенту или ученику – преподавать на совесть и оценивать исключительно по заслугам. Да и Шиковскому не стоило бы так рьяно ставить парня на место. Да, он хозяин в доме и я понимала, что Азамату неприятно, когда его решение оспаривает какой-то мальчишка. У этих альфа-самцов вечно так. Даже домашние должны вставать на задние лапки и танцевать танго, если им приказали. Но Алиф все-таки тоже мужчина. И чем больше давил на него Азамат, тем сильнее упирался племянник.

Во всяком случае, мне тогда так казалось.

Моя реплика произвела неожиданный эффект. Мужчины полыхнули друг на друга взглядами, обменялись неприятными гримасами – словно собираются на спаринг друг с другом. А затем повернулись ко мне.

– Может, вы сами решите, Илена? – вдруг произнес Азамат.

– Да! – неожиданно согласился Алиф.

Мда. Придется на что-то соглашаться. Выглядели мужчины так, словно откажись я – передерутся на смерть. Нельзя пару таких альфа-самцов держать в одной клетке. Даже если она золотая, вроде дома Шиковского, и выходить они могут свободно. Даже выезжать на своих шикарных машинах.

Этим бочкам тестостерона явно не хватало женского общества, чтобы стать мягче и меньше соперничать.

Опять же – это были мои размышления на тот момент, когда я понятия не имела – что происходит в доме Шиковских на самом деле.

Выбирать долго я не собиралась. С более взрослым и явно более опытным водителем я чувствовала себя более уверенно. К тому же, судя по характеру Алифа, казалось – он лихач тот еще. Поэтому я быстро сообщила:

– Поеду с Азаматом.

Алиф поморщился и даже едва слышно вздохнул. Одарил дядю очередным убийственным взглядом – будто реально хочет того прикончить и растянул губы в совершенно неестественной улыбке.

– Тогда, до встречи, Илена.

– До встречи. Удачи с домашним заданием.

– Все сделаю в лучшем виде! Вы будете мной гордиться! – выпятил грудь Алиф. Снова его реакция ярко характеризовала его мужскую натуру. Я кивнула и двинулась вниз по лестнице, буквально всем телом ощущая присутствие Азамата. Он ни разу до меня не дотронулся, даже не задел, как во время вчерашних переговоров в беседке, а я все равно ощущала ток, который пробегал по телу и собирался в солнечном сплетении. А там вдруг становилось горячо и жар окатывал с головы до ног. Аж ладошки покалывало.

Да что со мной такое? Может это потому, что у меня давно не было мужчины?

С момента, когда мы с мужем разъехались, я никого не пускала в свою постель. Даже не знаю почему… Желающие находились. Со мной знакомились, предлагали встречаться. Но я чувствовала себя… связанной что ли…

И сама не понимала – что поменялось сейчас.

То ли дело было в том, что вышел «срок годности» нашей с мужем «семейной паузы». То ли я так реагировала на Азамата…

А может эти два события сошлись вместе, как стрелки на рельсах моей жизни.

Только Шиковский усиленно подливал масла в огонь моей неловкости и всех остальных ощущений.

Открыл мне дверь, словно подчеркивая – какой он джентльмен. Подвел к машине и снова открыл дверцу.

Я послушно разместилась на переднем сидении.

Азамат вдруг остановился, вскинул взгляд вверх и нахмурился.

Я посмотрела на небо. Вроде бы ни облачка. День в самом разгаре. Тепло, светло и мухи не кусают. Азамат смачно выругался под нос. Посмотрел на меня и улыбнулся, скрадывая впечатление.

Снова мне чудилось, что вокруг разворачивается второй акт пьесы, а на первый я не попала.

Происходит что-то значимое, а я только ресницами хлопаю.

Я еще раз вскинула глаза наверх. Небо. Солнце. Дом. Все.

Ладно. Потом разберемся.

Впрочем, Азамат быстро занял водительское место и громадный внедорожник сорвался с места…

⁂

Азамат

Это было странно и даже глупо. Почти по-мальчишески тупо и нелепо. Азамат Шиковский, известный бизнесмен, бросил все дела, чтобы подвести репетиторшу. Его ответов ждали несколько руководителей отделов, два потенциальных компаньона и три заказчика. Азамат перевел последних на замов, а первым велел пока не отсвечивать. Мол, сам свяжется.

И все ради того, чтобы поработать водителем у Илены. Которая даже и не думала рассмотреть хотя бы свидание с ним в обозримом будущем.

Эта преподавательница до мозга костей оказалась куда более крепким орешком, нежели Анна. С той, по факту, Шиковскому даже напрягаться не пришлось. Все случилось само собой.

А с этой… Азамат из кожи вон лез, чтобы ей угодить. А она только нос воротила.

Но, что самое странное, любопытное и ненормальное – от малейшей толики внимания Илены, даже просто от разговоров с ней, Шиковский получал такой заряд удовольствия, что аж разрывало на части.

И хотя Илена всю дорогу отрешенно смотрела в окно, будто, и впрямь, поехала с таксистом или с водителем Шиковского, внутри Азамата поднималась буря совсем уже неадекватного мальчишеского восторга. Просто потому, что она рядом.

Шиковский вообще редко подвозил своих женщин, даже любовниц.

Как-то это не входило в его представление об отношениях. Азамат не скупился – оплачивал женщинам такси, если те хотели. Так что ему казалось – он делает все, что требуется.

Но вот сейчас, сегодня, с этой ершистой преподавательницей все перевернулось для Шиковского с ног на голову.

И взрослый мужчина, серьезный бизнесмен как мальчишка радовался тому, что подвозит Илену.

Несмотря на то, что с самого начала поездки не услышал от нее ни единого слова.

Так школьник радуется, что подносит портфель до дом любимой девочке. Даже если для нее это лишь способ похвастаться перед подружками «сопровождением и грузоперевозками».

Репетиторша хмурилась, что-то там себе думала, то и дело смотрела на сотовый, где, по скромным подсчетам Шиковского, висели уже три или четыре ее сообщения. Он видел, как Илена набирала и отправляла.

Ждала.

Видимо, дочка не отвечала, и мама все сильнее нервничала по этому поводу.

Азамат в лепешку готов был расшибиться, чтобы помочь ей. Показать, что он может.

Но пока даже не представлял не знал, как это сделать.

Как назло, он даже не выяснил – сколько лет дочери Илены, где она учится и вообще как может проводить свободное время.

Хотя прежде первым делом наводил справки о репетиторшах. Выяснял всю подноготную. Вплоть до дальних родственников. До связей в вузах и прочего.

А тут… Хотя Азамат знал, что принял бы Илену в любом случае. Даже если бы ее ближайшие родственники оказались сидельцами, а «связи в вузах» – взяточниками. Приспичило ему. Так, что даже мысли не возникало о том, чтобы какое-то препятствие встало между ним и Иленой.

Когда она тяжело вздохнула, Шиковский вдруг открыл для себя еще одну Вселенную собственных переживаний и принципов.

Ему, как выяснилось, очень важно, чтобы у Илены было хорошее настроение! По жизни! В принципе! В то время, как прежде его вообще не интересовало, что чувствует или думает женщина вне постели.

Шиковский натянул на лицо улыбку и участливо спросил у спутницы:

– Не отвечает?

Она нервно повела плечом. И почему-то от этого жеста у Азамата вырос ком в горле. Он попытался протолкнуть этот ком, но не смог.

А Илена добила – посмотрела раненой птицей. И Шиковский почувствовал, что предложи ему кто сейчас – обменять весь свой бизнес, дом и прочее на улыбку Илены и спокойствие в ее семье – решился бы, не задумываясь.

Что она с ним вообще сотворила?

Что сделала эта эльфийка в момент, когда Шиковский увидел ее на маскараде?

– Слушай. Нынешняя молодежь часто так. Они ж не понимают… – Азамат даже не думал, не прикидывал – что бы сказать ей в утешение – слова рвались из глотки сами. Одно за другим, безостановочно. Понесло, как сказал бы любой свидетель. – Уверен, все с ней хорошо. Просто загулялась и не слышит. Может музыку в уши воткнула. Наушники, в смысле. Вообще ничего не воспринимает. А может сотовый просто разрядился.

Илена вдруг вскинула на Азамата взгляд и у него холодок пробежался в груди, ухнул в желудок.

Ну вот как можно так смотреть? Он же за рулем!

Азамат краем глаза заметил, что едва не пересек двойную сплошную и в последнюю минуту вырулил.

Да что за хрень с ним творится? На дороге Шиковский был сама сосредоточенность! Сама внимательность! Да, иной раз любил адреналинить – чуть поднабрать скорости, повихлять между машинами. Накатывало. Любой бизнесмен знает, что иной раз просто требуется какой-то экстрим, чтобы хоть как-то сбросить напряжение.

Но не так же!

Шиковский мысленно выругался еще несколько раз и очень забористо. Так как уже очень давно не ругался. В последний раз, кажется, это было лет семь назад, когда начальник его отдела киберзащиты прокололся и в банк едва не просочились злоумышленники. К счастью, охрана была многоуровневой. И дальше первого мошенники не прорвались. А там пришел сигнал в фирму Шиковского и все быстро урегулировали.

Но день был тот еще!

И дело даже не только и не столько в реноме фирмы Азамата! Дело было еще и в том, что он лично знал владельца банка и обещал ему самые качественные услуги.

Ух, он тогда матерился! Слесари бы засмущались! Электрики потупились!

И вот точно также Азамат выругался про себя сейчас.

А потом выдавил:

– Когда твоя дочь обещала связаться?

И в эту минуту раздался звонок сотового – заиграла такая известная всем мелодия. Одна из тех, заслышав которую, половина народу вокруг ищут свой телефон.

– Да? – голос Илены звучал нервно и одновременно облегченно. Значит, звонит дочка.

– И? – пошел разговор междометьями.

– А потом?

– И сейчас?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.