Евгения Петухова
Любовь падает с небес

1. Озеро

Я медленно прогуливалась по берегу прекраснейшего горного озера, находящегося почти в центре Европы. Сквозь его прозрачную воду можно было отчетливо рассмотреть все камушки на дне, все растения и причудливые нагромождения из грунта и валунов. Небольшая форель мелькала то тут, то там, создавая почти ожившую картинку водного царства. По глади озера неспешно плавали парочки лебедей и стайки уток. Был полдень, солнце стояло высоко, жара зашкаливала за тридцать пять градусов. На небе ни облачка. Даже ветра не было. Обычно я обходила по береговой линии все озеро за три часа. Половину пути занимал природный парк. Он мне напоминал парк в Кисловодске. И очень нравился своей естественной красотой и успокаивающим воздействием на мою нервную систему. Каждый день я меняла направление своей прогулки. То шла сначала в тени деревьев по дорожке в парке, то начинала свой путь в обратном направлении по открытому пляжному пространству, с кафе и площадками для отдыха. Трехчасовой моцион стал для меня уже привычным дневным времяпрепровождением. И все же, несмотря на природные красоты, он мне порядком надоел. Еще три дня оставалось до моего отъезда, а я уже с нетерпением ожидала, когда покину этот райский уголок. Это было странно и неприятно. Уехать из суетливой Москвы всего на десять дней в Европу, чтобы перевести дух, насладиться спокойствием чудесного озера и подышать свежим горным воздухом, а теперь вот с нетерпением ожидать, когда же наконец я уеду отсюда.

Все с самого начала было неправильным. Зачем-то я в это путешествие пригласила нашу новую сотрудницу, свою подчиненную, которая сначала показалась мне вполне вменяемой. Это была главная стратегическая ошибка. Моя, впрочем, ошибка. Уже сидя в самолете, она начала капризничать и высказывать свое недовольство всем подряд. Я тогда уже поняла, что хорошо отдохнуть мне не удастся. Но все же решила не обращать внимания на ее капризы, и не портить свой отпуск перепалками. Но продержались мы только два дня. После чего просто перестали общаться. И теперь каждая из нас гуляла сама по себе. Правда, в тридцати километрах от этого курортного городка жил мой партнер по бизнесу, Стефан. Он немного скрашивал мое одиночество. Иногда мы путешествовали с ним на машине в другие предгорные города, забирались по серпантину почти на самые вершины гор, любовались горными пейзажами, обедали в каком-нибудь ресторанчике, и он отвозил меня обратно. Его удивляло поведение моей сотрудницы, но изменить он ничего не мог. Со Стефаном мы дружим уже почти десять лет. Сначала взаимодействовали только как партнеры по бизнесу, но позже сдружились и общались уже вне нашей профессиональной деятельности. Я помогала ему решать юридические вопросы в России, он организовывал мне подрядчиков в Европе, приглашал к себе просто отдохнуть. Я была знакома с его женой и сыном. Бывала у него дома. Мы общаемся с ним как добрые друзья. Собственно, это он организовал мне это путешествие, поселив нас в доме своей родственницы, и очень огорчался, что я так бездарно потратила свое время отдыха. Но все же я решила, что буду побольше гулять и набираться положительных эмоций от природы, чтобы окончательно не испортить себе отпуск. Здесь действительно было очень красиво и расслабляюще спокойно. Да и одиночество меня не очень напрягало. Оно успокаивало меня, и длительные пешие прогулки вдоль озера шли мне на пользу. Если бы только не испепеляющая жара. Она меня изнуряла.

Сегодня я начала свою прогулку с пляжной зоны. Вышла часов в двенадцать из дома и направилась к пристани, где уже толпились туристы, бравшие напрокат лодки, чтобы отправиться на остров, расположенный прямо посреди озера. Затем прошла по пляжу, где загорелые тела сплошным ковром покрывали небольшое пространство на берегу. Было опять очень жарко. Солнце уже вовсю палило, но рядом с озером все же не так чувствовалось его пламенное дыхание. Следом тянулись ряды отелей, веранды которых располагались прямо у самой воды. Я прошла по эстрадной зоне, где с удовольствием съела мороженое, сев на одну из лавочек в тени. Мне уже было жарко, а я ведь только начала свою ежедневную прогулку. Я даже помечтала вернуться домой и поваляться в прохладной комнате с кондиционером. Но, подумав, решила все же до конца пройти свой прогулочный маршрут. Оставалась всего-то половина пути! Минут через пятнадцать я вошла в тенистую часть парка. Нашла скамейку, села передохнуть и немного остыть. Хлебнула водички из бутылки, которую здесь приходилось все время носить с собой. Так и сидела минут десять, любуясь на гладь синего озера, пока не пришла в себя. Путь еще предстоял долгий. Я прошла мимо какой-то старой полуразрушенной каменной стены, сделав небольшой крюк, и снова углубилась в парк. Я шла совершенно одна, никого не встретив на дорожке, лишь редкие велосипедисты нарушали мою одинокую прогулку. Неожиданно я услышала совсем рядом какой-то гул. Подняла голову, пытаясь обнаружить его причину, но так ничего не увидела. Ни самолета, ни вертолета видно не было. Но звук нарастал, и я начала оглядываться на изгиб дороги, подумав, что, может, это трактор издает подобные звуки. Но его тоже не было видно. Тем временем гул стал удаляться, пока совсем не стих. Настала полная тишина, но уже через несколько минут вдруг раздался какой-то треск, который разносился со стороны горы, у подножия которой и проходила парковая тропа. Я остановилась, так как не могла определить направление и причину этого треска. Мне казалось, что этот звук эхом раздавался то справа от меня, то слева. Я встала посредине дороги и не двигалась. Тут, ломая кусты и ветки, прямо к моим ногам с горы скатился человек. Он был в спортивном костюме и в шлеме. Скатываясь со склона, он пытался зацепиться за что-нибудь и сгруппироваться. Но, видимо, скорость не позволяла ему это сделать. Перекатившись через парковую дорогу, он остановился метрах в двадцати от меня, уткнувшись в растущее на берегу озера большое дерево. Удар был не сильным, все же, видно, человек сумел погасить скорость, цепляясь за кусты. Некоторое время он не двигался. Я тоже стояла как вкопанная. Через минуту он зашевелился, а я поспешила к нему, на ходу вспоминая английский язык, который знала не очень хорошо, только на уровне сервиса отелей и аэропортов. Но от неожиданности я забыла и этот небогатый запас.

– Can I help you? – проговорила я, опасаясь, что сейчас он ответит, а я не смогу понять, что именно.

Он поднял на меня глаза, полные боли и страдания и произнес:

– Русская, что ли?

Я кивнула. В этот момент мне показалось, что и с русским языком у меня не все в порядке, потому что не могла проронить ни слова. Незнакомец попытался опереться на дерево, в которое он врезался, но это оказалось не такой уж и простой задачей. Он скривился от боли, потом посмотрел на меня и попросил:

– Помоги, чего стоишь!

Я чуть было не напомнила ему, что мы с ним, кажется, на «ты» не переходили, но, осознав всю неуклюжесть ситуации, попыталась помочь ему сесть, оперевшись на ствол дерева. Мужчина был тяжелым, но, приложив немного усилий, мне с его помощью все же удалось прислонить его спиной к стволу.

– Кажется я ногу сломал, – проговорил незнакомец и как-то странно на меня посмотрел, как будто это я ему ногу сломала.

– Больно? – почему-то спросила я.

Я вообще-то очень растерялась, потому что все это было так неожиданно, да и не каждый день на вас сваливаются с горы люди. Я достала бутылку воды и протянула ему. Он взял ее и сделал несколько глотков. Потом спросил, есть ли у меня телефон. Я порылась в сумке, достала телефон и протянула незнакомцу. Он стал набирать номер, а затем на неизвестном мне языке стал что-то говорить оппоненту. Только теперь я смогла рассмотреть его немного, если только это возможно было сделать, так как лицо его было испачкано, на щеке ссадина, шлем немного съехал набок. На вид ему было немногим за сорок, и за внешностью он явно следил. Гладко выбрит, руки холеные. Очень красивые синие глаза, с длинными темными ресницами, прямой нос, немного испачканный и разбитый висок. Правда, рана была небольшая на первый взгляд, но кровь все же понемногу сочилась из ссадины. Я достала влажную салфетку и протянула ему. К этому моменту он уже закончил разговор и вернул мне телефон.

– Спасибо. Сейчас за мной приедут, – проговорил незнакомец и отключился. Он откинулся на подпиравшее его дерево и закрыл глаза. Я испугалась. Наклонилась к нему, сев на колени, вынула из его руки салфетку и стала протирать ему рану. Никакого эффекта. Я взяла бутылку воды и полила ему прямо на лицо. Он повернул голову, как-то дико на меня посмотрел и проговорил:

– Я что, сознание потерял?

Я кивнула и все продолжала протирать ему лицо и шею. Он вдруг взял меня за руку и тихо спросил:

– Ты фея?

Я подумала, что у него от удара спуталось сознание, и решила ему не перечить. Лишь опять кивнула.

– Ты откуда здесь взялась?

Все еще продолжая думать, что он не в себе, я показала рукой на излучину дороги и сказала:

– Оттуда.

Теперь уже он кивнул, видимо, сил на большее у него просто не было.

Я порылась в сумочке, нашла таблетку обезболивающего и дала ее незнакомцу. Протянула ему и оставшуюся в бутылке воду:

– Надо выпить.

Он послушно проглотил таблетку, запив ее водой, даже не спросив, что за лекарство я ему дала. И все же вид у него был неважный. Он был белый как мел. Видимо только сейчас боль стала накрывать его в полной мере.

Слава богу, уже через несколько минут на дороге показался кортеж. Впереди ехал огромный черный внедорожник, а за ним, почти вплотную, белый кабриолет, с открытым верхом, за рулем которого сидел молодой парень в белоснежном костюме, прямо как с обложки глянцевого журнала. Он был так красив, что слезились глаза. Или, может, они у меня просто слезились от жары и нервного напряжения. Из внедорожника выскочил мужчина в камуфляжной форме и подбежал к нам. Он что-то говорил на своем языке и как-то странно на меня поглядывал. Красавец из кабриолета тоже вышел и направился в нашу сторону. Я сидела на корточках возле свалившегося на меня незнакомца и все еще пыталась вытереть ему кровь на лице. Оба мужчины молча уставились на меня и явно ждали объяснений.

– Он упал прямо к моим ногам вон оттуда. – Я встала и рукой показала на гору. Потом сообразила, что они, возможно, не понимают по-русски. Пыталась подобрать какие-нибудь слова. Но объяснений больше не понадобилось.

– Спасибо, мы все поняли, – на чистейшем русском языке произнес красавец в белом. И улыбнулся. – Спасибо, дальше мы сами. Еще раз большое вам спасибо.

Я кивнула и стала наблюдать, как раненого подхватили на руки и погрузили в кабриолет. Потом все расселись по машинам, и стали разворачиваться. Я стояла у дерева, еще не пришедшая в себя от случившегося. Все происходящее напоминало мне съемку кинофильма, которую я почему-то наблюдала со стороны и как будто бы сама не принимала в ней никакого участия. Машины развернулись и уже уезжали, как вдруг неожиданно незнакомец повернулся и неуклюже махнул мне рукой. А может мне показалось, и не махнул вовсе?

Я собрала использованные салфетки, пустую бутылку из-под воды, выкинула все в мусорную урну, стоявшую неподалеку, и стала искать, где бы присесть, чтобы перекурить стрессовую ситуацию. Прошла немного вперед и нашла удобную скамейку, стоявшую чуть поодаль от дороги. Я села, закурила и попыталась осмыслить произошедшее. Сидела я довольно долго. Осмыслить же ничего не могла. «Откуда он вообще взялся-то? С горы? А что там на горе-то? Может его насильно удерживали, а он сбежал? Да не похоже! И почему он в шлеме?» – Я задавала себе множество вопросов, но так и не смогла ответить ни на один. Напряжение вроде спало, но тут же накатилась усталость. А надо было еще добираться до дома часа полтора, почти половину пути, который я ежедневно проходила. Но я чувствовала, что сил совсем не осталось. И все же я побрела потихоньку, понимая, что идти-то все равно надо. Поблизости не было ни одного кафе. Жара же меня просто доканывала. Через два часа я была уже дома, зайдя по дороге в магазин и купив себе бутылку шампанского и сыра. Больше ничего не хотелось. Я разделась, приняла душ, вышла на балкон и открыла шампанское. Я устала так, что ног почти не чувствовала. Завтра точно не пойду по своему маршруту. Надо менять что-то в расписании своего дня. Но и сидеть дома мне тоже было скучно. Коллеги моей дома не оказалось, я ее вообще не видела со вчерашнего дня. Сил куда-то двигаться у меня не было. Только к девяти часам вечера я смогла поднять свое тело и почти силком заставить себя выйти погулять. Жара спала, прохладный вечерний воздух уже стелился над озером, захватывая улицы и переулки этого небольшого курортного городка. Солнце скрылось за горами, и только последние его лучики отсвечивали далеко за горными хребтами. Но в самом городе жизнь бурлила вовсю. Рестораны были переполнены, в кафе почти все столики заняты. Я прогулялась по набережной и поднялась чуть в гору, где находился симпатичный ресторанчик, в который мы заходили поужинать в день нашего приезда. Меня там узнали, усадили за маленький столик и принесли местное пиво, которое мне очень понравилось в прошлый раз. Мы с официантом это пиво обсуждали еще в первое мое посещение, поэтому, улыбаясь, он принес его и сегодня. На ужин я заказала запеченную рыбу в соусе. Немного расслабившись, я с удовольствием проводила вечер в полном одиночестве. Темнело здесь достаточно быстро, и уже скоро посетители стали потихоньку расходиться. Я же сидела почти до двенадцати часов, потягивая пиво и наблюдая, как официанты собирают мебель, скатерти, стулья, расставляют по местам посуду, готовясь к закрытию. Они все улыбались и не торопили меня. Чуть позже, уже рассчитавшись, я получила в качестве комплимента от заведения ярко красную свежесрезанную розу. Так с розой в руках, я прошлась еще немного по берегу уже совсем темного озера, которое теперь, ночью, подсвечивалось с разных сторон. Красота была просто потрясающей. Так же не спеша, я направилась к дому. Еще один день заканчивался. Оставалось два дня до моего отъезда. Сегодняшнее происшествие в парке отошло куда-то на дальний план, как будто его и не было вовсе.

Утром я проснулась поздно, в половине десятого. Не спеша позавтракала, выпила кофе, собралась и решила, что я больше не хочу идти своим привычным маршрутом вокруг озера. Надо было что-то менять. И я пошла в город, пройтись по магазинам и купить сувениры своим коллегам по работе. Это у нас традиция такая была. Привозить что-то из странствий и путешествий. Набрала полный пакет подарков. В основном это были местные настойки на травах, мед, в красивых бутылочках оливковое масло. Зашла выпить кофе на открытую веранду одного из отелей. Посидела там, наблюдая за отдыхающими, праздно гуляющими по центру города. Все было как в замедленной съемке, и время тоже тянулось очень медленно. Жара стояла опять предельная для моего не привыкшего к ней организма. Я почувствовала, что надо срочно искать помещение с кондиционером. Иначе я просто расплавлюсь. И вскоре я его нашла. Это была галерея-музей с полотнами совсем неизвестных мне художников. Это было моим спасением. Там было прохладно. Я оставила пакет с подарками в специальной ячейке и пошла бродить по залам. Я не очень разбираюсь в современном искусстве, но мне нравится рассматривать даже непонятные для меня картины. Иногда мне нравились только пропорции или цветовые решения, иногда все полотно цепляло меня, вообще неизвестно почему. Просто нравилось и поднимало настроение. Поэтому почти целый час я бродила по залам, с интересом рассматривая картины и наслаждаясь искусством. За это время я остыла и вполне пришла в себя. Обойдя всю выставку, я забрала пакет с купленными подарками и снова вышла в обжигающую жару. Надо было где-то пообедать и тогда уже идти домой. В центре города рестораны мне были незнакомы, поэтому, в принципе, подходил любой. Поискала тот, в котором меньше всего оказалось народу. Заказала пасту с морепродуктами и минеральную воду. Пообедав, снова вышла на солнцепек. Я решила, что на сегодня жары и прогулки мне достаточно. И не спеша побрела домой. Сослуживицы моей дома опять не было, я даже не знала, где она и что с ней. Но мне на это, честно говоря, было уже наплевать. Я приняла душ, включила кондиционер и углубилась в просторы Интернета. Провалявшись на кровати часа полтора, я открыла бутылку шампанского и вышла посидеть на балкон. Там стояли небольшой плетеный столик и кресло. Так, попивая благородный напиток, я просто наблюдала за уличным трафиком. Улочка, которая вела к нашему дому, была очень узкой. Машины едва проезжали между домами. В связи с чем пешеходам приходилось прижиматься к стенам зданий и заборам, чтобы пропустить их. А народ тем временем возвращался с пляжей. Все в шортах, открытых майках, а кто и просто в купальниках. Большей частью это были целые семьи. Слышалась немецкая и английская речь. Народ отдыхал что есть сил. Только я, стоя на балконе, в одиночестве пила свой любимый напиток. И надо было за этим ехать в Европу?!

Внезапно зазвонил мой телефон. И я вернулась в комнату, чтобы ответить. Я была удивлена, так как номер был неизвестен. С осторожностью я поднесла телефон к уху:

– Слушаю!

– Добрый день, – раздался в трубке приятный мужской голос.

– Добрый, – ответила я.

– Это я, тот, кто на вас вчера свалился. Ну, упал к вашим ногам с горы. Как вы?

– Я нормально, – удивленно произнесла я. А вы как? Как нога? – Мы, оказывается, снова были с ним на «вы».

– Вот хотел поблагодарить вас за спасение. Если бы не вы, прямо не знаю, чем бы закончились мои приключения. Ногу, правда, все же сломал! А вы прямо моя спасительница! Правда, спасибо вам за участие.

– Да не за что. Просто случайно оказалась там, куда вы упали.

– Ну, все же, наверное, не случайно. Я склонен думать, что не случайно. Поэтому приглашаю вас сегодня на ужин.

– Как – на ужин? У вас же нога! Ну, в смысле, она у вас сломана!

– Не беда, в ресторан мне пока действительно рановато, поэтому я вас приглашаю к себе домой.

– Домой? – Я была так удивлена, что потеряла дар речи. «Вчера в парке на меня свалился незнакомец, а сегодня я к нему домой пойду, что ли?»

Он, вероятно, почувствовал мое замешательство. Поэтому продолжил меня уговаривать:

– Да вы не волнуйтесь так. За вами заедет мой приятель на машине и доставит вас, а потом отвезет обратно домой. Мы просто поужинаем, поговорим. У меня хорошее вино есть. Какое вы пьете?

– Я шампанское пью, – задумчиво произнесла я, судорожно соображая, какой бы аргумент еще найти, чтобы отказаться. Он снова как будто прочитал мои мысли.

– Шампанское, так шампанское. Вы не отказывайтесь. Приезжайте, пожалуйста. Я же все-таки пострадавший, больной, можно сказать. Мне положительные эмоции прописаны А вы мой спаситель и доктор. Вы адрес мне свой скажите. Моя машина за вами приедет в шесть. Хорошо?

– Хорошо, – сказала я и назвала адрес.

– До вечера, – услышала я в трубке, и он отключился, даже не дослушав моего ответа до конца.

Я ничего не понимала. То есть, конечно, понимала, что вчерашний незнакомец где-то добыл мой телефон и пригласил меня к себе на ужин. Все вышеизложенные слова мне были знакомы, а вот что за ними стояло на самом деле, до меня пока не доходило.

Я взяла бокал с шампанским и снова вышла на балкон покурить. Попыталась рассуждать логически. Во-первых, я сообразила все же, откуда он узнал мой телефон. Я ему вчера давала с него позвонить. Мой номер должен был остаться у его друга. Это хотя бы прояснилось. Во-вторых, он, наверное, просто захотел меня поблагодарить за мое сострадание к его сломанной ноге. Это тоже понятно. А вот с остальным не складывалось. Я его совсем не знала. Даже имени не спросила. Кстати, и он мое тоже. Где его этот дом находится, я не знала. При этом я находилась в чужой стране и не владела местным языком, да и английским с трудом. Со своей коллегой я не разговаривала. Стефану объяснять что-то тоже было не очень удобно. Что я ему могла сообщить? Что еду неизвестно куда, неизвестно с кем и неизвестно зачем? Информации было ноль. Я посмотрела на часы. Было уже начало шестого. Времени, чтобы собраться оставалось мало. И я вдруг поймала себя на мысли, что все же собираюсь ехать к этому упавшему на меня с неба незнакомцу. Почему-то меня это не пугало. Не то, чтобы совсем, а только чуть-чуть. «Ну, не убивать же он меня будет! Или все же нет? Зачем я вообще ему понадобилась? Украсть меня хочет? Да кому я нужна! Выкуп за меня платить все равно было некому!»

Не спеша я приняла душ, накрасилась, привела в порядок волосы. Надо было подумать, что надеть. Особо наряжаться не хотелось, чтобы не подумал, что я на свидание к нему пришла. Поэтому остановилась на белых брюках и легкой белой блузке из хлопка. Все. Допивая бокал шампанского, я уселась в кресле на балконе. С него хорошо просматривалась дорога к нашему дому. Без трех минут шесть к нему подъезжал уже знакомый мне белый кабриолет, за рулем которого сидел вчерашний красавец. Надо сказать, что его машина как-то нелепо смотрелась на нашей узкой дороге. Я вообще плохо представляла, как она умудрялась не задеть ни одно заграждение. Но красавец медленно, но уверенно управлял ею, широко улыбаясь всем проходящим мимо людям. Я взглянула на номер машины, запомнила его и вернулась в комнату. Все же инстинкт самосохранения подсказывал мне, что надо бы кому-то оставить записку. Вопрос, кому? Я взяла салфетку и записала на ней номер машины. Ну хоть так! Захватив сумку, я спустилась по лестнице и вышла во двор.

Красавец вышел из машины, поздоровался со мной и представился:

– Меня Игорем зовут. Садитесь, пожалуйста. Велено вас доставить.

– Ирина, – сказала я, усаживаясь в эту потрясающую машину. Уже сев в нее, я подняла глаза и увидела на соседнем с моим балконе свою коллегу. Она развешивала мокрый купальник на сушилку. Увидев меня, сидящей в белоснежном кабриолете, она открыла рот от удивления, но при этом даже не кивнула мне, продолжая провожать нас взглядом до тех пор, пока мы не скрылись из виду. Мы медленно двигались по нашей улочке, народ, проходящий мимо нас, рассматривал во все глаза такое диковинное авто.

– Ваша машина всегда производит такой фурор? – спросила я.

– Да, почти всегда. Здесь такие редкость. Городок небольшой. Все на виду, – отвечал Игорь, успевая ловко выворачивать руль на поворотах. Мы ехали по извилистой дороге, поднимаясь все время в гору по серпантину.

– А куда мы, собственно, едем? – не удержалась я все же.

– На виллу. Мы здесь на вилле живем. В горах.

– Вилла? В горах? А кто «мы»? – Я задала сразу несколько вопросов, потому что все только еще запутаннее становилось. «Как это я могла подписаться на такую авантюру? Как могла согласиться на такое безрассудство? Я, вообще-то, довольно осторожна в подобных случаях. Где был мой разум?» – Вопросы так и мелькали у меня в голове. Я ругала себя за то, что так глупо повелась на какого-то обезноженного незнакомца. Я начинала нервничать.

– А вам что, Сергей не объяснил ничего? – спросил вместо ответа Игорь.

– Нет, почти ничего, – ответила я. Хотя как же, теперь я узнала, что незнакомца зовут Сергей. Но это мало что проясняло. Мне вдруг по-настоящему стало страшно. «Я куда еду-то?» – думала я.

– Ну, это вообще на него похоже. Привык быстро принимать решения. Чужое мнение не в счет. Вы не беспокойтесь. Мы парни мирные и не едим девушек. Просто скучновато в мужской компании. А теперь еще и его сломанная нога.

– А я вас что, развлекать, что ли, буду? – Я прямо чуть ли уже не выскакивала из машины.

– Ира, расслабьтесь, не волнуйтесь вы так. – Игорь вероятно почувствовал мое беспокойство.

– Все хорошо. Смотрите, какой чудесный вечер! Вы долго уже здесь?

– Неделю, – проговорила я, но напряжение мое только усиливалось. – Скоро уезжаем.

– А вы откуда? Давайте угадаю. Наверное из Москвы? Москвичей сразу видно, они узнаваемы даже на отдыхе.

– Да? И как вы их распознаете?

– Они напряжены, даже когда отдыхают, ну и ведут себя, как бы это сказать правильнее, уверенно и твердо. Их прямо не согнуть. Железобетон.

– А вы их здесь что, сгибаете? – ответила я как-то двусмысленно.

Он засмеялся над моей шуткой. А может, и не шуткой вовсе.

– Нет, конечно. Но с их несгибаемой волей мы здесь боремся по-своему.

Эта его фраза выглядела еще более странной, чем моя. Я предпочла замолчать. И тихо ждать своей участи. «Может, и не согнуть им меня? Я москвичка все же» – не очень уверенно подумала я.

Вскоре мы подъехали к увитым зеленью белым воротам, которые открылись сами, как только наша машина осветила их фарами.

– Как вилла-то называется? – в отчаянии спросила я.

– Местного названия я не знаю, мы называем ее «Белый слон», – ответил Игорь и заглушил мотор.

2. Вилла «Белый слон»

Игорь помог мне выйти из машины, взял за руку и потащил меня к узкой лесенке, ведущей в недра этой виллы. Ну не то чтобы он тащил меня силой, но все же довольно уверенно и быстро. Я же семенила за ним, едва поспевая. Игорь был высоким и шагал в соответствии со своим ростом. Я немного отставала от него. Кроме того, лесенка была довольно крутой, к тому же пролеты были небольшими, они изгибались, поворачивая под углом, и при этом поднимались все время вверх. Наконец лестничный каскад закончился, и мы оказались на ровной площадке, хорошо освещенной и выложенной красивой белой плиткой. Невысокие фонари освещали дорожку к входу. Они уже горели, хотя еще только начинало темнеть. Сама белоснежная вилла казалась небольшой, всего два этажа, но была очень пропорциональной и величественной. Простое оформление. Минимум декора. Зато отделана она была очень дорогими материалами. Это чувствовалось сразу. Вилла была просто великолепна.

Я остановилась перевести дух, освободила свою руку из руки Игоря и проговорила:

– Красивая.

– Это вы ее еще внутри не видели, просто шикарная вилла.

Я кивнула, продолжая стоять на месте. Игорь посмотрел на меня, снова взял за руку и повел к входу. Я не сопротивлялась. Пока. Мы прошли в просторный холл, слабо освещенный, но впереди горели светильники, и мы зашагали туда. Затем поднялись на второй этаж, прошли по коридору и вышли на большую террасу. Она была освещена напольными фонарями. В центре блестел голубой бассейн, а позади него находилось огромное панорамное окно с видом на горные вершины. Слева от бассейна был накрыт белоснежной скатертью и ослепительными приборами небольшой круглый стол, украшенный цветами. Откуда-то, прямо чуть ли не из стены, из-за красивых штор на костылях вышел Сергей. Он был в светлых, почти белых, хлопковых брюках и светло голубой рубашке. Сергей, ловко управляясь с костылями, преодолел расстояние и приблизился к нам.

– Добро пожаловать, моя фея, – произнес он и попытался раскинуть руки с костылями, но без них стоять все же не смог. – Я забыл представиться. Меня Сергеем зовут.

– Добрый вечер, – произнесла я, все же не называя своего имени. Он ведь его и не спрашивал! Я стояла и смотрела прямо ему в лицо. Хотела понять все же, чего он хочет от меня.

Он некоторое время тоже смотрел на меня, потом произнес:

– Добро пожаловать к столу. Будем ужинать.

– Я руки хотела помыть сначала, где можно это сделать? «Я же москвичка и согнуть меня можно конечно, но не сразу. Ужинать начнем, когда я этого захочу». – подумала я.

– Вот Игорь покажет, а я вас жду.

Игорь развернулся и обошел бассейн справа. Я последовала за ним. Зашла в небольшое помещение, отделанное голубыми мерцающими камешками. Оттуда веером расходились в разные стороны двери. Там находились раздевалки, душевые кабины, туалет. Все в зеркалах и голубой плитке. Все было очень красиво, просто сказочно. Через несколько минут я вернулась. Игоря не было, а Сергей уже сидел за столом. Я пересекла по диагонали террасу, направляясь к столу. Неизвестно откуда появился человек, который помог мне сесть за стол, придвинув мой стул.

– Ну, и как же зовут мою спасительницу? – спросил Сергей.

– А вам это еще интересно? – вопросом на вопрос ответила я.

Сергей молчал. Он с любопытством рассматривал меня, даже не пытаясь скрыть это. Он просто изучал мое лицо, глядя мне прямо в глаза. Я почему-то решила, что и мне бы не мешало его как следует рассмотреть. Я тоже уставилась на него. Ему было лет сорок или сорок с небольшим. Он был чисто выбрит. У него было красивое лицо, правильные черты лица. Красивые синие глаза. Чуть улыбающийся рот. Правда на его скуле, красовался пластырь, закрывающий рану. И еще во всем его облике чувствовались уверенность и успешность. В общем ничего от маньяка в нем не было. Хотя откуда мне знать, какие бывают маньяки? Но опасности от него не исходило, и я все же снизошла:

– Меня Ирина зовут.

– Ира, значит. – Он заулыбался.

– Ну, как угодно. Можно Ира.

Он был, несомненно, симпатичным и наглым. И он мне, почему-то, нравился. Да, и это меня настораживало, потому что я наглецов, вообще-то, не люблю. Немного полюбовавшись друг другом, мы оба расслабились, и дальнейшая беседа потекла менее напряженно. Мы перешли на «ты», обсудили шампанское, закуски и погоду, местный ландшафт и горный воздух. Выпили за его чудесное спасение.

– Это я вот так с парашютом неудачно прыгнул, точнее, неудачно приземлился. Извини, опять неправильно выразился. Я очень даже удачно приземлился, надо сказать. Прямо к твоим ногам. Это же символично! Если бы не ты, неизвестно, чем бы все закончилось.

– Ну, возможно, тебя все же нашел бы кто-то другой, например, какая-нибудь старенькая немка.

– За что же ты меня так? Не хочу, чтобы меня старенькие немки спасали. Хочу, чтобы такие вот феи. Знаешь, между прочим, когда я тебя увидел, мне показалось, что ты – фея или ангел. Я уже было подумал, что я не на этом свете нахожусь. Сначала мелькала земля под ногами, все кувырком, а затем вдруг вижу тебя в лучах солнца. Я подумал, что уже умер.

– Господи, что же такое заставляет людей прыгать с такой высоты? Адреналина не хватает?

– Ну, вообще-то, я парашютным спортом еще с юности занимаюсь. А насчет адреналина ты, наверное, права. Его не хватает в жизни. Ты когда-нибудь сама прыгала? Знаешь, какое это ощущение? Словами не выразить. Такое чувство полета, и свободы, и радости. Все одновременно. Вот научу тебя, и вместе прыгнем? Хочешь? Потом уже без этого ощущения жить не сможешь.

– А чего так неудачно-то? Случилось чего? – Я как будто не расслышала слово «вместе».

– Да, чуть ветром снесло в сторону, промахнулся и сел не на поляну, где рассчитывал, а парашютом деревья на склоне зацепил. И повис. Потом отстегнулся и неудачно полетел со склона прямо к тебе в ноги. Я все-таки думаю, что не случайно я к твоим ногам приземлился. Вот смотрю и думаю, может, это судьба?

– Глупости. Ты что, разве в судьбу веришь?

– Не верил до вчерашнего дня. А тут задумался. И еще не знал, как тебя на свидание пригласить, вдруг ты не согласилась бы.

– Я тебя разочаровала, что ли, тем, что согласилась?

– Нет, конечно. Но я ценю в людях прямоту и способность рисковать. Мне это нравится.

– А я рискую?

– Чувство юмора я тоже ценю, в особенности в женщинах. А ты еще и умная, раскованная и настоящая, что ли. Открытая. Я таких уже давно не наблюдаю. Все из себя пытаются что-то строить. Всем чего-то сразу надо. Все чего-то своего хотят. И им до других никакого дела нет. Совсем. Мы вот тут с тобой болтаем, а мне кажется, что я тебя давно знаю, или мы дружим, что ли. Не знаю, не определил пока. И ты знаешь, мне интересно с тобой.

– Ты просто соскучился по нормальному собеседнику. Вот и все, не придумывай себе ничего.

Мы оба замолчали, поняв вдруг, что и так многое сказали, если учесть, что впервые встретились.

– Скажи, а на этой прекрасной вилле у вас курят? Мне курить очень хочется. – Я решила немного разрядить обстановку.

– Ты разве куришь? А как же здоровый образ жизни?

– Я на него плюю. Так же, как и на диеты новомодные всякие. И на йогу, и на фитнес, и на тренинги разные. Так как же насчет покурить?

– Сейчас, вместе пойдем. Покажу тебе одно местечко. Там такой вид на горы! Закачаешься!

Он взмахнул рукой, и снова откуда-то бесшумно появился человек. Прямо из ниоткуда. Ведь не из стены же? Но дверей я здесь никаких не видела. Двигался он совсем неслышно, как кошка. Он достал костыли, помог встать Сергею, затем мне и пошел вперед. Мы проследовали за ним. Обогнули бассейн, свернули направо, прошли столовую, и вышли на большой балкон, где стояли несколько кресел и небольшие стеклянные столики. Человек-кошка помог нам сесть, поставил пепельницу на столик и укрыл меня большим теплым шарфом. Вечерами в горах, даже в летнее время, было прохладно.

– Здесь вид на горы отличный. Правда? – спросил Сергей.

– Да, очень красиво. А чья вилла? Твоя?

– Нет друга. Он в Испании живет с семьей. Сюда приезжает редко. Вот мы с товарищами иногда и заезжаем сюда. У меня друг здесь живет и держит свой аэроклуб. Горан – он серб. Вот к нему-то мы и наведываемся прыгать, да и отдохнуть заодно.

– А ты не один на вилле? – спросила осторожненько я.

– Нет, нас четверо. Ну и еще девушка Горана, Анна.

– А где они сейчас?

– Тебе моей компании недостаточно?

– Нет, что ты. Просто спросила.

– Они где-нибудь в баре развлекаются. Приедут поздно. Это я вот со своей ногой никуда не могу двинуться. Но все, что ни делается – к лучшему. Ведь так?

– Наверное. – Я уже докурила сигарету, встала из-за стола и подошла к перилам балкона. Увидела внизу площадку перед домом и лестницу, ведущую вниз. Теперь хоть пути отхода были мне понятны. Но, странно, уходить мне не хотелось. Вдруг я почувствовала его рядом. Он стоял, опираясь на костыли, и улыбался.

– Как ты подошел тихо, неслышно совсем. А что вообще с ногой-то твоей. Что врачи говорят?

– А я все думал, когда ты об этом спросишь. – Он продолжал улыбаться.

– А должна была? Я так предсказуема?

– В том-то и дело, что нет. – Улыбка слетела с его лица, и он отвернулся. – С ногой все будет нормально. Трещина всего лишь. Неудобно конечно, но недели через три все будет в норме.

– А три недели, ты что, ходить только на костылях сможешь?

– Тебе меня жалко? – спросил он серьезно.

– Конечно жалко. Ты же все это время себя ограничивать должен. Это ужасно. По себе знаю.

– Да, это точно. – Сергей как-то посерьезнел сразу и поковылял к столику. Я пошла за ним.

Мне действительно стало его жаль. Молодой, здоровый мужик должен передвигаться на костылях, как-то себя обслуживать, ни тебе погулять, ни потанцевать. Но отставить жалость. Я все же несгибаемая москвичка, поэтому сменила тему:

– А ты сам из Москвы, Сергей?

– Да, а почему ты спрашиваешь? Я на москвича не похож?

– Да нет, просто Игорь тут мне сообщил, что москвичи особенные какие-то, выделяются из толпы. А я вот различий не вижу.

– Это потому, что он сам из Питера. Я вот тоже различий не вижу. Разные люди есть и в Москве и других городах. Встречал всяких.

– А ты чем занимаешься? Бизнес?

– Да, бизнес. В Европе. В разных странах. Поэтому привык мотаться из страны в страну.

– А ты чем занимаешься, Ира? Тоже ведь бизнес. Угадал?

– Да, полиграфический бизнес, но не свой. Я наемный сотрудник, в отличие от тебя.

– Топ-менеджер, высшее звено?

– Да, руковожу всем подряд. А что, заметно? Говорят, что на женщине руководящая должность оставляет свой суровый отпечаток.

– На тебе не оставила. А что вы печатаете, интересно. У вас свое производство?

– Да все делаем. Каталоги, журналы, буклеты, визитки, книги. Много чего еще. А производство есть свое, в России, и еще здесь, в Европе, печатаем. Вот меня сюда наш партнер и пригласил отдохнуть. Но не сложилось как-то с самого начала.

– Что так?

И я рассказала ему про свою коллегу, которая так подпортила мне отпуск.

– Увольняй ее сразу, когда приедешь. От таких надо подальше держаться. Это как паршивая овца, все стадо испортить может. – Сергей вдруг заговорил жестко.

Я удивленно подняла на него глаза. У него даже взгляд стал другим. Колючим и ожесточенным.

– Я так и сделаю, лишь бы до дома добраться. Дотерплю как-нибудь.

– А когда ты улетаешь?

– Послезавтра рано утром.

– Уже? Так быстро? А у нас и времени-то почти нет!

– Какого времени? Ты о чем?

Сергей немного подумал, но потом, посмотрев мне в лицо, произнес:

– Да вот хотел тебе предложить перебраться ко мне на виллу, ну хотя бы до отъезда. Что тебе одной делать? Скучно ведь.

Я молчала довольно долго. Потом улыбнулась и, глядя ему в глаза, произнесла:

– Ты хотел, чтобы я тебя здесь развлекала, пока ты ходить не можешь? Тебе одному скучно?

Он посмотрел на меня как на дуру или больную:

– Ира, ну ты даешь! Как тебе это в голову могло прийти? Я бы сам тебя развлекал. Я это умею. А что нога сломана, так это неважно. Просто подумай, что ты одна бродить-то будешь вокруг озера! Сейчас ребята приедут. Я тебя со всеми познакомлю. Завтра куда-нибудь махнем на природу, на горнолыжный курорт можно съездить. На машинах это недалеко совсем. На канатной дороге покатаемся. Здесь прекрасный клубный ресторан есть, там повар – просто кудесник. Можно туда. Хочешь, в аэроклуб поедем, покажу тебе там все.

Он замолчал, видимо, сам изумляясь своему же красноречию. Я тоже молчала. Потом встала и снова подошла к перилам балкона. Сергей, чуть помедлив, подошел и встал рядом, заглянул мне в лицо. Я смотрела на этого мужчину, которого я видела всего второй раз в жизни, который опирался на костыли и при этом умудрялся еще размахивать руками, уговаривая меня остаться. Я понимала, что он мне нравится. Я понимала, что наша встреча, скорее всего, действительно не случайна. И я почти наверняка знала, что нравлюсь ему тоже. Пока как-то так. Я решила, что не буду препятствовать тому, что и так само собой складывается. И складывается вполне удачно.

Сергей неловко взял меня за локоть и снова заглянул в глаза.

– Останешься? – Он заулыбался и притянул меня к себе. Обниматься, стоя на одной ноге и держа в руках две палки, было неудобно. Поэтому я сама его обняла. Сама, двумя руками!

Мы молча стояли, прижавшись друг к другу, на балконе белоснежной виллы с прекрасным видом на вершины гор. Я решила не противиться ничему, потому что все было хорошо.

Я еще пока ничего не понимала, что, собственно, происходит, но странно, я и не хотела что-либо понимать и вникать в причины происходящего. Просто мне было хорошо здесь и сейчас. Хотелось, чтобы это продолжалось как можно дольше.

– Шампанского хочу, – произнесла я, отстраняясь от него. Я все же подняла глаза и посмотрела на Сергея. Он, улыбаясь, произнес:

– Конечно, сейчас.

Мы вернулись к столу и продолжали беседу, как будто ничего не случилось. Между нами не чувствовалось неловкости или неудобства. Нам было комфортно вдвоем. Мы оба это понимали и чувствовали. Говорили обо всем подряд, вспоминали детство и юношеские годы, какие-то происшествия в нашей жизни. Обсуждали свои музыкальные пристрастия. Не говорили мы только о семьях, своих семьях. Я была уже три года в разводе, в принципе свободна от отношений и обязательств. Что касается Сергея, он, по-моему, эту тему даже избегал. Так мне, во всяком случае, показалось. Но сегодня это тоже не имело никакого значения. В половине второго ночи вернулись его друзья, дружно завалившись на террасу. Сергей меня со всеми познакомил.

– Это Ира, моя спасительница и благодетель.

– Олег.

– Дима.

Игоря я уже знала. Горана с девушкой с ними не было. Друзья были навеселе, в хорошем настроении. Они выпили еще с нами, и пожелав спокойной ночи, удалились в глубины виллы, которая, несмотря на присутствие людей, все равно казалась пустынной. Мы остались с Сергеем вдвоем.

– Наверное, нам тоже пора, – произнесла я, теперь только понимая всю щекотливость ситуации.

– Пойдем, покажу тебе твою спальню. Там все необходимое есть. Если, что нужно будет – набери меня. Номер у тебя есть. Давай подключу тебя к Wi-Fi. – Он взял мой телефон, ввел пароль и отдал мне его обратно.

Сергей стоял на одной ноге, согнув немного другую, опираясь на костыли под мышками. Я видела, что ему неудобно, но помочь ничем не могла.

Мы двинулись по темному коридору, вдоль которого располагались двери. Свет зажигался по мере нашего продвижения. Видимо, стояли датчики движения. Почти в конце коридора одна из дверей приоткрылась, и из нее бесшумно выскользнул человек.

– Нам сюда, – сказал Сергей, пропуская меня внутрь.

Спальня была огромной и просто шикарной. Кровать необъятных размеров посредине, светлые тона декоративного текстиля, мягкий свет, большие окна в пол, занавешенные красивыми шторами, у окна – большое кресло, у кровати – банкетка причудливой формы. И огромный белый комод с овальным зеркалом в резной раме.

– Ванная комната вот тут. – Он приоткрыл штору у стены, за ней оказалась дверь в ванную из матового стекла. – Спокойной ночи. Позвони, когда проснешься. Хороших снов. – Он притянул одной рукой меня к себе и поцеловал в щеку.

– Спокойной ночи.

Я закрыла за ним дверь, оглядела эту нереально красивую спальню и пошла в душ. Потом я раскинулась на огромной кровати и уснула почти сразу.

Проснулась я поздно, в начале одиннадцатого. Прошла в ванную, привела себя в порядок. Хотела уже звонить Сергею, но почему-то передумала и сама вышла в коридор. Прошла вперед по коридору, затем повернула и оказалась в столовой. За столом сидели все. Сергей, его друзья, включая Горана и Анну. Они завтракали и о чем-то разговаривали. При виде меня все замолчали. Они с явным интересом рассматривали меня. Мне же было абсолютно все равно. Я почему-то чувствовала спокойную уверенность и правильность происходящего. А еще у меня было прекрасное настроение.

– Доброе утро всем, – поздоровалась я.

Все поздоровались, все еще с любопытством посматривая на меня. Сергей взял костыли, самостоятельно встал и проковылял ко мне. Поцеловал меня в щеку и пригласил сесть рядом с ним. Я помогла ему прислонить костыли к пустому стулу, села за стол и приступила к завтраку. Если честно, меня поразил этот его поцелуй при всех. Можно было обойтись и без него. Но Сергей все же это сделал. Поцеловал меня прилюдно, никого не стесняясь, делая это уверенно и спокойно. Мне все это было приятно, но все же я не склонна была делать какие-либо выводы. Слишком рано. Мы пили кофе, ели прошутто, свежевыпеченную лепешку с сыром и медом. Все обсуждали неудачное приземление Сергея, шутили. Игорь рассказал, как они с Гораном увидели его, лежащего под деревом с окровавленным лицом, и рядом меня, напуганную произошедшим. Он тоже подметил, что все было похоже на кадр из какого-то фильма. Потом посмеялись, что теперь выздоровление Сергея целиком и полностью зависит от меня, иначе никак его перелом не срастется. Обращаясь ко мне, Олег заметил, что это даже хорошо, что нога Сергея в гипсе и сам он малоподвижен, так мне теперь легче с ним будет справиться. И что буйный темперамент Сергея вообще трудно обуздать, а вот в теперешнем его состоянии можно делать с ним абсолютно все, что мне захочется. Дима все больше отмалчивался. Горан с Анной перешептывались о чем-то между собой. Я улыбалась, попивая кофе. Вдруг я повернулась и поймала на себе взгляд Сергея. Он наблюдал за мной. Чуть улыбался, слушая общий разговор, но почти не принимая участия в нем. Я посмотрела на него вопросительно. Он наклонился ко мне, прошептав:

– Как спалось? Какие сны видела?

– Спала просто отлично и снов никаких не видела. А ты?

– А я почти не спал. Не мог заснуть.

– Нога болела?

– Нога, – произнес он как-то неуверенно и отвел взгляд. – Знаешь, у тебя сегодня последний день здесь. Завтра ты улетаешь. Проведем день вдвоем? – Он вопросительно и серьезно посмотрел на меня. Он ждал моего ответа. Прямо напрягся весь.

Я, конечно, могла бы сразу ответить, но, сделав паузу, ответила вопросом на вопрос:

– Ты этого хочешь?

– Очень. – Он опустил глаза. И теперь уже он не казался таким уверенным и насмешливым, как обычно. – Хочешь, на балкон выйдем, как вчера?

Теперь я уже опустила глаза, потом, помолчав немного, кивнула.

Мы вышли из-за стола, извинившись, пересекли столовую и вышли на балкон. Остановились у перил, даже не пройдя к столикам. И так же, как и вчера, обнялись. Вернее, опять я его обхватила руками, а он же из-за костылей мог только прижимать меня слегка. Видимо нам обоим просто необходимо было стоять так близко друг к другу, соприкасаясь. Я снова удивилась, что мы совсем не чувствовали неудобства или неловкости в этой ситуации. И хотя были едва знакомы, мы принимали почти одинаковые решения в наших неожиданно возникших отношениях. Так, стоящих и обнимающихся в абсолютном молчании, нас и застали его приятели, которые толпой высыпали на балкон. Я попыталась отстраниться от Сергея, но он вдруг с силой удержал меня в этом же положении, прижав свой костыль к моей спине. Никогда не пробовали стоять прижатой к мужчине, зафиксированной вдоль всей спины палкой? А я стояла. Мне было, конечно, не очень удобно, но зато очень приятно. Очень! Его друзья вопросительно посмотрели на нас, и начали что-то обсуждать про день насущный, про то, как его провести. Посыпались предложения. Кто-то хотел в горы, кто-то предложил поехать к морю. Но вдруг Сергей заговорил с Гораном на сербском. Остальные замолчали. Горан что-то ответил ему, и они с Анной вышли. Остальные уселись за столики и продолжали что-то обсуждать.

Я все же отстранилась от Сергея и спросила:

– Что это сейчас было?

– Поедем в аэроклуб к Горану. Вдвоем. Остальные сами чего-нибудь придумают. – Он посмотрел на меня и поцеловал, нет, не в щеку, а в краешек губ. Опять при всех. Я вытащила сигарету из сумочки и закурила. Тут же появился опять неизвестно откуда человек и поставил рядом со мной пепельницу. Через некоторое время у Сергея зазвонил телефон, он ответил на английском, а закончив разговор, сказал мне:

– Пойдем! – Он развернулся и пошел вглубь виллы. Я ринулась за ним, махнув на прощание рукой его друзьям. Он шел быстро, несмотря на то, что был на костылях. Я почти бежала за ним. Я почему-то не задавала ему никаких вопросов. Я просто ему подчинялась. Не знаю почему. Обычно я все же так не делаю. Но на какие-то вразумительные объяснения у меня просто не было времени, а Сергей все решал быстро и самостоятельно. Нет, конечно, он все же иногда о чем-то спрашивал меня, но было такое чувство, что делал он это чисто формально. Он сам принимал решения. А я на все соглашалась. И хотя для меня это было несколько странно, все его предложения я принимала безоговорочно, не переставая себе удивляться. Мы пересекли два холла, прежде чем оказались в небольшой комнате, с диваном, большой плазмой на стене, низким столиком и двумя креслами. У большого окна стоял рабочий стол. Это было что-то среднее между гостиной и кабинетом.

– Присаживайся, подожди немного. Сейчас распоряжения все сделаю и вернусь. Музыку, хочешь, включу?

Я кивнула. Сергей нажал кнопку на пульте, дождался пока заиграет музыка, отдал пульт мне и вышел. Я осталась одна. Теперь я могла думать. А думалось мне о том, что завтра мы расстанемся, скорее всего, уже завтра все будет по-другому. Сама я завтра буду совсем другой. Начнется рутинное течение будней. Руководящая моя должность, работа, производственные проблемы, обязательства. Я знала, что Москва быстро спрессует мой отпуск, мое знакомство с Сергеем и мое пребывание на вилле «Белый слон». Я знала это точно. Не знала я только одного: для чего же мне судьба за два дня до отъезда подбросила с небес этого человека? Не знала я и о том, что этот человек для меня значит. И значит ли вообще что-то? «Может, просто собраться сейчас и уехать упаковывать свой чемодан?» – Наверное, это было бы самым разумным решением, но все же что-то меня останавливало. Что? Или кто? Я ругала себя за тупость и нерешительность. Я прямо не узнавала себя. Я не хотела уезжать! «Вот он! Нашелся ответ». – Но легче от этого мне не стало.

Вошел Сергей, переставляя свои костыли. Я его уже без костылей и не представляла. Да я и не видела его без костылей-то. Я улыбнулась своим мыслям.

– Сережа, а ты без костылей-то ходить умеешь? Я тебя никогда без костылей и не видела.

Он отставил их в сторону, сел на диван рядом со мной и сказал:

– Смеешься? Я без костылей раз в десять быстрее двигаюсь. А ты вот поиздеваться над инвалидом решила? Нехорошо. Вот запру тебя на этой вилле и не отпущу ни в какую Москву. Что скажешь?

Он вроде бы шутил, но мне почему-то показалась, что он так и сделает. Я испугалась.

– Да нет, я шучу, конечно. Просто действительно видела тебя только в таком вот виде. А какой ты на самом деле? Ходить-то можешь?

– Да я такой же, ходить умею, только сейчас вот неудобно себя чувствую. Вот обнять тебя не могу, но прошу заметить, что это временно! Но зато мне очень нравится, как ты меня обнимаешь. Очень. – Он шутливо посмотрел на меня. Но внезапно улыбка как-то сразу сошла с его лица, он стал серьезным. – Если серьезно, не хочу тебя никуда отпускать. Даже выезжать никуда не хочу. Там кругом люди, а мне с тобой наедине побыть хочется. Здесь. Только мы вдвоем. Ты и я.

Я напряглась. «Это что сейчас такое было?, – подумала я. – Что сейчас сказал, этот сбитый летчик? Этот Икар?». – Но спросила я его совсем о другом:

– Да, и что мы с тобой здесь делать будем? Чем заниматься? Разве при переломе ноги другие части тела работать могут? – Я вдруг сразу поняла, что сморозила глупость. Это, вероятно, от неожиданности. Сергей засмеялся. Он смеялся так долго, что я было подумала, что у него истерика начнется.

– Я что смешного-то сказала? Что?

– Ирка, ты меня уморила просто. Или ты меня провоцируешь? Все части моего тела работают прекрасно. Но в данной ситуации это было бы не слишком эстетично, что ли. – Он перестал смеяться. Потом просто притянул к себе и поцеловал в губы. Поцелуй был таким мужским, что я почувствовала, что все части его тела прекрасно работали, а вот я рискую расплатиться за свой идиотский перл.

– Сережа, перестань. Я просто пошутила.

– Пошутила, правда? А я было подумал…

– Нет, нет, ты совсем не то подумал. То есть это я не то что-то ляпнула. Я тут с тобой поглупела просто. У меня даже мысли путаются, вернее, их вообще нет по-моему. Я покурить хочу. Очень.

– Ну пойдем, покурим, пообнимаемся еще заодно. Ты не против? – пошутил он.

Я ничего не ответила, только сверкнула глазами в его сторону. Встала с дивана, дала ему костыли, и мы вышли. Теперь уже я неслась по коридорам быстрее Сергея, он еле успевал за мной. Мне срочно надо было на воздух. А еще я наконец-то захотела уйти. «Надо просто от него уйти, хотя бы сейчас. Надо было от него отстраниться, может без него мои мысли и разум придут в порядок?» – Я самостоятельно каким-то чудесным образом выбралась из лабиринта коридоров виллы и вышла наконец на балкон. Закурила сигарету, сделала несколько глубоких вдохов, немного успокоилась. Сергей стоял рядом. Молчал. Смотрел, как я курю, и ничего не говорил. Подождал, пока я выкурю сигарету, потом обнял меня. Он стоял, опираясь на одну ногу и костыли, и при этом как-то обхватив меня достаточно крепко за талию.

– Успокойся, Ира, пожалуйста. Прошу тебя. Я понимаю, что с тобой сейчас происходит. Знаю, потому что сам это же чувствую. Я эту ночь почти не спал. И тоже сам себя не узнаю, я себя, пожалуй, никогда так не чувствовал. Что-то происходит между нами. Пока не знаю, что именно. Во мне как будто перевернулось все. Я ведь не зря все же к твоим ногам упал. Не случайно! Это знак. Или мне, или тебе, или нам обоим. – Он крепко держал меня в своих объятиях и уговаривал, как маленькую девочку. И все, что он говорил, было правдой. Во всяком случае, я ему верила.

– Я выпить хочу, – вдруг сказала я. «Боже, что я несу. Он подумает, что я алкоголичка! Зачем я это сказала?»

– Да, пойдем, сядем, я тоже бы чего-нибудь выпил. Мысль хорошая. А ты говорила, что соображаешь плохо. Отлично соображаешь. Главное, в правильном направлении. – Он улыбнулся и посмотрел на меня. – Ты уже поняла, что мы никуда не едем? Мы здесь остаемся. Вдвоем. Как ты хотела. Правда?

– А как же Горан, ты обещал приехать. – Я не среагировала на его попытку пошутить.

– Ничего, он поймет. Все нормально. – Сергей вытащил телефон и позвонил Горану. О чем-то недолго с ним поговорил. Вскоре человек из ниоткуда вновь появился бесшумно. Он принес спиртное, виноград, сыр и оливки, поставил все на маленький столик и так же тихо удалился. Сергей налил мне шампанского, а себе виски.

– Ну давай за нас выпьем. – Он посмотрел на меня, улыбаясь во все лицо. – Не против?

– Нет, – ответила я, но чувствовала, что мозг мой все еще не начал работать, не включался он, и все тут.

Мы еще немного поговорили о чем-то. Вдруг Сергей спросил:

– Какие фильмы любишь? Хочешь, посмотрим? Есть любимый?

– Есть такой. Я этот фильм, наверное, раз десять смотрела, уже знаю каждую фразу, но отказать себе в удовольствии посмотреть его еще раз не могу. Всегда, когда хочу поднять себе настроение, ставлю его. Называется он «Аванти!».

– Никогда не слышал. Про что фильм-то?

– Про любовь, наверное, – неуверенно произнесла я.

– Про любовь? Я правильно тебя услышал? Ты любишь фильмы про любовь?

– Ты неправильно меня понял. Я не про любовь фильмы люблю. Я люблю именно этот фильм. А он как раз про любовь. Разницу чувствуешь?

– Чувствую. Но я, вообще-то, боевики люблю.

– Не настрелялся в детстве?

– А ты не налюбилась в юношестве? – парировал Сергей. Но он явно шутил, потому что улыбка не сходила с его лица. – Чей фильм-то, который про любовь?

– Это фильм Билли Уайлдера. Знаешь такого? Который снял фильм «В джазе только девушки».

– Конечно знаю, он достаточно известный режиссер и продюсер, оскароносец к тому же, насколько я помню. Но этот его фильм мне не известен. Хочешь, посмотрим вместе?

– Ты что, согласишься смотреть фильм про любовь? – Я была несколько удивлена. И не понимала, шутит Сергей или нет.

– А почему нет? Почему ты решила, что я не могу фильмы про любовь смотреть, тем более с тобой? А? Почему? Ты думаешь, я валенок неотесанный, что ли?

– Нет, конечно, просто фильм немного наивный по меркам нашего времени, но именно в этом его прелесть и очарование.

– Ты так вкусно об этом рассказываешь, что я непременно хочу его посмотреть. А ты мне будешь пояснять кое-что.

– «Кое-что», – это что? – спросила я удивленно.

– Ну, я могу чего-то не понимать в любви, а ты мне будешь разъяснять, что к чему. Договорились? Мне кажется, все же, что ты в этом больше понимаешь, чем я. – Он опять смеялся, или сегодня у него было просто хорошее настроение. – Ну, пойдем фильм смотреть!

Мы вернулись в кабинет-гостиную. Забрались на диван. Мне пришлось подкладывать подушки под спину Сергея, чтобы ему было удобно. Потом улеглась сама, поджав ноги. Голову положила ему на плечо.

– Где обычно смотришь фильмы? – спросил Сергей.

Я назвала сайт, где показывали фильмы в хорошем качестве и переводе.

Сергей удивленно на меня посмотрел:

– Да, я чувствую ты профи. Все знаешь. Часто кино смотришь?

– Иногда. Когда время свободное бывает. Но любимые фильмы пересматриваю обычно именно там.

Мы нашли «Аванти!» с хорошим переводом и начали смотреть. Места, которые снимали в фильме, мне были хорошо знакомы.

Поэтому, увидев их, я не могла удержаться от комментариев:

– Знаешь, я просто заболела этими местами. Это остров Искья. Меня, собственно, заразила им моя подруга. Она просто бредила этим островом. Очень хотела туда поехать. Именно туда, где этот фильм снимали. И вот однажды мы, отдыхая в Неаполе, приплыли туда на пароме. Нас просто крылья какие-то несли. Было очень жарко, но мы, приплыв на Искью, рванули к городскому автобусу, который перевез нас на противоположную сторону острова. Мы минут сорок давились в транспорте, прежде чем добрались до Форио. И почти бегом бежали к этой вот церкви. Видишь? Вот она! И крест мозаичный. И площадка, открывающая такой вид на море! Там просто нереально красиво! Это какое-то особенное место, поверь. Там дышится по-другому. Там в воздухе что-то витает. Не могу сказать, что именно. Но это какое-то развеянное в воздухе счастье! Просто абсолютное счастье! Как будто ты в облаках летаешь.

Сергей слушал меня очень внимательно. Видимо, хотел понять все же, что такого в этом воздухе есть.

– Ты так об этом рассказываешь, мне самому захотелось этим воздухом счастья подышать. Что, действительно такое ощущение?

– Ну, может, мы немного не в себе были. Не знаю. Но я в Италии именно так себя и ощущаю. Я там как будто отрываюсь от земли. Ты считаешь это странным?

Сергей совершенно серьезно сказал мне вдруг:

– Знаешь, наверно именно это внутреннее твое ощущение свободы, счастья или радости, не знаю, как выразиться, именно оно и привлекает меня в тебе. Вот ты начала рассказывать сейчас про то твое впечатление, настроение на острове. А я вижу его в тебе и сейчас, даже когда ты нервничаешь или волнуешься. Оно в тебе просто есть. Я это чувствую. Я почему-то тебя очень хорошо чувствую. Даже лучше, чем самого себя. Это все очень странно, но мне очень хочется к этому твоему внутреннему счастью прикоснуться. – Он наклонился ко мне, и долгий поцелуй прервал наш киносеанс. Но чуть позже мы все же досмотрели фильм до конца.

– Ну, что, тебе фильм понравился? – спросила я? Или?…

– Ты знаешь, странное впечатление. Двоякое. Вроде в нем ничего необычного нет. Тонкий юмор, вообще хорошее, качественное кино. На первый взгляд, ничего особенного или, я бы сказал, потрясающего в нем нет. Но, видимо, фильм все же глубокий. Его, однако, переварить надо и подумать. Я теперь только начинаю понимать, что ты имела в виду. Это фильм внутреннего настроения. И ты его улавливаешь. Я обязательно пересмотрю его еще раз потом. Я, честно, не знал, что фильм можно смотреть таким вот образом. Я, видимо, еще много чего не знаю. А вот ты меня поражаешь все больше и больше. Я на тебя сейчас какими-то другими глазами взглянул, Ира. – Сергей посмотрел мне в глаза. Он был абсолютно серьезен. Вероятно, он сам переваривал то, что сказал мне только что.

– Я, может, зря это затеяла, с фильмом? У тебя вот настроение упало. А у меня наоборот. Я же говорю, прямо летать хочется, и крылья за спиной вырастают.

– Нет, ничего не зря. Просто с тех пор, как я упал и сломал ногу, я как будто столкнулся с чем-то незнакомым для себя, до сих пор неведомым мне. А я всего лишь познакомился с тобой. Оказалось, это целое потрясение. Я вдруг другим себя почувствовал. Может, это ты на меня так действуешь, а, Ира?

– Причем здесь я? Чуть что, сразу Ира виновата. – Я попыталась вывести наш разговор на какую-то другую, более легкую волну.

Сергею, видимо, тоже надо было настраиваться на другой лад. И он не нашел ничего лучше, как снова поцеловать меня. Он слегка наклонился надо мной, и я вдруг очень близко увидела его обнаженную грудь под расстегнутой рубашкой, его шею, лицо и глаза. Все было слишком близко. Мы вдруг оба почувствовали желание, очень сильное, но невозможное. Поэтому я почти с силой отстранила его от себя.

– Сережа, не надо, пожалуйста. У тебя же нога! И это неэстетично, в конце концов, так ты сказал?

– «Сережа, у тебя же нога» – будет нашим с тобой слоганом в ближайшее время, я понял. – Он поцеловал меня снова, но уже легко и нежно. – Больного кормить пора! Как считаешь? – Он вновь заулыбался.

– Ты есть хочешь? – удивилась я.

– А ты не голодна?

– Ну есть немного. Но не то чтобы сильно.

– Тогда поедем в ресторан обедать.

– Как это интересно, мы поедем? А нога?

– Вот, как я и говорил, «Сережа, у тебя же нога» – наш слоган в действии. – Он обнял меня за талию. Не волнуйся, я знаю, что делаю. У тебя в спальне есть во что переодеться, иди туда, я зайду позже. Только не ругайся, пожалуйста. Тебе это не идет. – Он достал свои костыли и вышел. А я пошла в спальню, недоумевая. Я еле нашла свою спальню, все еще плохо ориентируясь в лабиринтах виллы. Открыла дверь и увидела на кровати бумажный пакет. Вытряхнула из него все содержимое. Там оказалось красивейшее нижнее белье и белоснежное платье из хлопка, отделанное кружевом. Размер был мой. Первым моим порывом было все это не надевать. Но что-то заставило меня не делать этого. Чего я брыкаюсь-то? Что страшного- то? Я зашла в ванную, приняла душ, надела все новое. Оно подошло просто идеально. Поправила косметику, нанесла парфюм. Немного подкрасила губы. Чувствовала я себя прекрасно. Мне показалось, что я тоже как-то меняюсь, что ли. Я делала такие вещи, которые никогда бы не сделала раньше. Я себя даже ощущала как-то по-новому. И не всегда узнавала. И не сомневалась ни на минуту в том, что делаю. Я сложила снятые вещи в пакет, оставив его на полу у кровати. Почти сразу раздался стук в дверь.

– Да, входи.

Вошел Сергей. Он тоже переоделся, побрился и выглядел прекрасно. Если бы не его костыли! Они портили всю картину.

Он внимательно посмотрел на меня:

– Тебе очень идет. И подошло все. Отлично! Я все же не был уверен в размере.

– У тебя отличный глазомер. Видимо, и навык тоже есть.

– Язвишь? Просто я очень старался. – Он улыбался. – Если ты готова – поедем, отвезу тебя в одно оригинальное местечко. Кормят там просто великолепно.

Мы спустились, но пошли не к выходу, а свернули в коридор, прошли по нему почти до конца и оказались в огромной кухне. Там никого не было. Мы пересекли ее и вышли во внутренний двор, где нас уже ожидала машина. За рулем сидел тот самый человек-кошка, который всегда абсолютно беззвучно появлялся из ниоткуда в самые нужные моменты. Я совершенно не представляла, как Сергей будет садиться в машину. Взглянула на него вопросительно.

– Только не говори мне, пожалуйста: «Сережа, у тебя же нога». – нервно проговорил Сергей. Он посмотрел на меня как-то странно. Можно было подумать, что он сердился, но не на меня, а на самом деле на свое, такое уязвимое состояние. Для него это было нелегким испытанием все же. Теперь я это видела.

– Какое мне дело до твоей ноги. Я в ресторан еду. Кушать. – наивно сказала я и улыбнулась ему. Он взглянул на меня серьезно, даже остановился. Он опять что-то там в себе почувствовал. Это было даже мне заметно. Он что-то в себе тоже чувствовал совсем необычное, не свойственное ему. Мне это было знакомо. Но я уже не придавала этому значения. У нас обоих что-то происходило внутри, меняло нас. Мы узнавали в самих себе что-то неизвестное нам ранее.

Водитель помог Сергею сесть на переднее сиденье, максимально отодвинув его назад, чтобы удобнее вытянуть загипсованную ногу. Я устроилась сзади. И мы тронулись в путь. Сначала ехали по горной дороге, затем выехали на трассу, с довольно оживленным трафиком. И уже через полчаса съехали на пустынную дорогу. Еще через десять минут мы уже подъезжали к ресторану. На парковке стояли очень дорогие машины. Видимо, этот ресторан был не простой. Мы подъехали как можно ближе к входу, припарковались и стали высаживаться. Я вышла первой и ждала, пока водитель поможет Сергею выбраться из машины. Подошла к нему, поправила ему рубашку. Потом я развернулась, чтобы пойти к входу. И вдруг я завертела головой, понимая, что я уже здесь бывала. Я узнавала это место. Точно! Мы со Стефаном были здесь два года назад. Какой-то очень крутой клубный ресторан. С очень хорошей кухней.

– Ира, что с тобой, ты чего оглядываешься?

– Нет, нет, ничего. Место просто красивое!

– Да, место просто шикарное. А шеф-повар какой! Сказка! Сейчас я тебя вкусно кормить буду!

Мы прошли в зал.«Да, я точно здесь была со Стефаном», – подумала я. Даже столик, за которым мы сидели тогда, я вспомнила. У колонны. А если пройти через центральный зал, к веранде, то оттуда можно выйти на небольшой пирс, выдвигающийся прямо на воду пруда или озера. Помещение было декорировано белым текстилем. Белая же мебель. Несколько небольших залов. Все было вроде бы очень просто, но стильно и дорого и выглядело это просто очаровательно. Нас посадили за столик, накрытый на четверых.

– Ну, что будем заказывать, Ира? Пожелания есть? Или я сам сделаю заказ?

– Делай сам, конечно. Только я под рыбу не белое вино буду, а все же шампанское. – смиренно произнесла я.

– Ира, если ты не перестанешь, я скончаюсь, ей богу! Это называется, я заказ сделал. Ты все время как будто бьешь меня под дых. Я не успеваю уворачиваться.

– Извини, я ничего такого не имела в виду. Просто все время мне пытаются к рыбе заказывать белое вино, как положено. А я его не пью. Вот и все. Ты что нервничаешь? И сдалось мне твое солнечное сплетение. У тебя и так нога сломана. – Я попыталась перевести все в шутку.

– Остальное можно я закажу?

– Конечно, ты и заказывай. Я пока пойду к воде, покурить, – сказала я и вышла из-за стола, направляясь к веранде, в которой и находился выход на пирс. Я пересекла зал, открыла дверь веранды и оказалась на деревянных мостках, находящихся прямо над водой. Вытащила сигарету и закурила. Да, ровно два года назад мы обедали в этом ресторане со Стефаном, в очередной мой приезд. Меня тогда поразила уединенность этого ресторана. Он находился будто бы на отшибе города, но производил впечатление часто посещаемого и какого-то богемного места. Места не для всех. Я тогда определила это уже на паркинге. Просто увидев дорогие припаркованные машины. И еще я вспомнила, что ели мы чудесное карпаччо из рыбы-меч от шеф-повара. И пили, кстати, не белое вино, а именно шампанское. И день был такой же жаркий. Но сам ресторан находился в низине, у самой воды и в тени деревьев. Все это придавало ему особенный флер природной красоты. Загасив сигарету, я вернулась в зал. Сергей сидел и явно ждал, когда я приду.

– Я заказ сделал, все, как ты просила. Как вода? Кстати, а ты откуда знаешь, что она здесь есть? – Он внимательно посмотрел на меня, явно ожидая ответа. – Ты что, здесь раньше бывала?

– Да, два года назад. Просто вспомнила только сейчас. Я тебя расстроила? Ты хотел сюрприз мне сделать? А я, как всегда, тебе помешала? – Мне почему-то эта ситуация стала казаться смешной. Но судя по виду Сергея, ему было не до смеха.

– Я просто перестал понимать тебя. И ты какая-то совсем другая вдруг стала.

– Сережа, да что случилось-то? Ну ведь ничего не произошло. Просто внезапно вспомнила, что уже здесь была. Ну что такого-то? Что ты, как ребенок, обижаешься? На тебя это не похоже. – Я все еще пыталась шутить.

– А можно спросить, с кем ты здесь была два года назад?

– А почему ты спрашиваешь? Это имеет какое-то значение? Ты ревнуешь, что ли? – Я опять попыталась перевести все в шутку.

– Я почему спрашиваю? Место это не простое. Сюда абы кто не ходит. Значит, был кто-то особый. Я прав?

Мне стала надоедать эта сцена. И вопросы его. И его подозрения. Он что, параноик?

– Сережа, ну давай не будем. Какая тебе разница, с кем я здесь была два, два года назад. Мне вообще это напоминает сцену ревности уставших друг от друга супругов. Ну давай прекратим это. Давай не портить этот день. Ну что с тобой?

– Прости, ты права. Я чего-то завелся. Просто все пошло не по плану. Не по моему плану, вернее. И еще я из-за этой своей ноги нервничаю. Все же очень неудобно с костылями что-то делать. Мешают они мне и ограничивают во всем. Не знаю, как три недели все это смогу терпеть.

– Знаешь, чтобы не дергаться все время по пустякам, надо успокоительное попить. Обязательно. А то можно с ума сойти за эти три недели. Есть врач-то, чтобы успокоительное прописал?

– Есть у меня врач, конечно. Знаешь что, ты не против сесть рядом со мной? Ты очень далеко от меня сидишь. – Он подозвал официанта и попросил его помочь мне пересесть. Официант переставил приборы, пододвинул мне стул и открыл нам шампанское. Сергей из солидарности, что ли, тоже решил отказаться от белого вина. А может, просто рыбы в заказе не было? Но позже рыбу нам все-таки принесли. Карпаччо из рыбы-меч. Вот как бывает! Но Сергею я об этом даже не сказала. Не любил он, оказывается, таких сюрпризов. И еще я поняла, что совсем его не знаю. Совсем.

Все было очень вкусно! Просто отлично! Мы наконец расслабились немного, и опять наш разговор стал непринужденным. Мы обсуждали теперь уже свои вкусовые пристрастия. Оказалось, мы оба любим морепродукты. Я не могла не вспомнить эту маленькую рыбку, от которой почти невозможно оторваться.

– Мы с подругой однажды в Неаполе такую рыбку ели! Похожа на салаку или анчоус, ну что-то подобное. Ее жарят во фритюре и подают в бумажных пакетах, куда лишний жир впитывается. Ели ее прямо с головой и костями. Все прожаривается просто великолепно. А вот в Падуе, в рыбном ресторане таким же образом жарят маленьких крабиков и лягушек. Тоже очень вкусно.

– А я вот устриц люблю, ну и всяких морских гадов тоже. Их в Испании так вкусно готовят! Приедешь ко мне в Испанию? А, Ир? – Сергей повернулся ко мне и с любопытством на меня посмотрел.

– Наверное, приеду. Ты хочешь этого?

– Конечно хочу. Покажу тебе такую Испанию, какую ты ни за что бы никогда не увидела сама. Покормлю тебя вкусно, на бой быков можем сходить, полетать на частном самолете можно. Все, что захочешь. Или в твою любимую Италию поедем. Ты в Милане была?

– На бой быков я точно не хочу. А вот в Милане и в Риме я не была.

– Ну вот. Сколько еще отличных есть мест на земле! У тебя виза есть?

– Виза у меня есть. Еще на целый год. А ты в Москву не собираешься?

– Я не люблю Москву. Воспоминаний слишком много. Хотя и редко, но я иногда все же туда летаю. Может теперь буду чаще? Сергей обнял меня за плечи и почти касаясь моего уха сказал:

– Ты ведь понимаешь, что видеться с тобой мы будем не часто? И скучать будем друг без друга. Или нет? – Он продолжал обнимать меня, почти уткнувшись мне в шею.

– Сережа, я правда не знаю, как все будет. Расстояния меняют все. Мы люди взрослые. Давай ничего не загадывать. Надо жить настоящим моментом. Здесь и сейчас.

– Ты мудрая женщина, конечно. Все правильно говоришь. Но иногда надо усилием воли, что-то поменять или разорвать привычный ход вещей. Тогда приходит успех. Тогда победа! Но ты права, сейчас загадывать ничего не будем. Просто не хочу тебя отпускать. Как не хочется тебя отпускать! Ведь мы так и не узнали главного. Вообще почти ничего не узнали друг о друге. И даже близости у нас не было. Интимной, я имею в виду.

– Может и хорошо, что ничего пока не было. Может мы разбежались бы после этой близости и не вспоминали бы друг о друге потом. А может все еще впереди.

– Господи, если бы не нога, возможно все было бы по-другому! – Сергей все также обнимал меня и шептал мне в ухо. Мы оба понимали, что очень скоро разъедемся. И как развернуться события в дальнейшем, мы оба не знали. Стало грустно. И пора уже было расставаться.

– Сережа, мне наверное уже пора домой. Собраться еще надо. – я повернулась к нему.

– Я понимаю, сейчас поедем. – Мы молча смотрели друг на друга. Слова все закончились. Все было сказано. Не все конечно. Но мы все же и так достаточно много сказали друг другу, учитывая, что знакомы были всего два дня.

Мы вышли из ресторана и направились к машине, в которой уже сидел наш водитель. Сергей остановился и притянул меня к себе. Мы опять обнялись. Я, как и раньше на балконе виллы, обняла его двумя руками. Несколько минут простояли так, молча, ничего не говоря друг другу. Затем сели в машину и уехали. Почти всю дорогу мы молчали, и только подъезжая к моему дому, Сергей сказал:

– Будем на связи. Напиши, когда прилетишь в Москву.

– Конечно. Обязательно.

Я вышла из машины, остановилась у передней дверцы, где сидел Сергей. Он взял мою руку, поцеловал ее и произнес:

– Ненавижу прощаться. Пока, Иришка!

Я вздрогнула. Сергей никогда меня так не называл. Никогда. Меня вообще никто так не называл. Только один человек. Давно. Очень давно. Еще в юности. Больше я не позволяла никому себя так называть.

Я повернулась к Сергею:

– Пока, Сережа, до встречи. – И быстрым шагом направилась к дому. Поднялась на второй этаж, открыла дверь и упала на кровать. Полежала так, не двигаясь, недолго. Потом встала, надела халат, достала чемодан и начала закидывать туда свои вещи без разбора. Делала я все почти машинально, не обращая внимания, что и как сложено. Просто укладывала свои вещи в чемодан. Сложила почти все. Вышла на балкон, села в кресло и закурила. Внутри была пустота. Чего-то не хватало. Зазвонил мой телефон. Это был Стефан.

– Привет, Ира, ну что, собралась уже? Как время провела?

– Привет, Стефан, все нормально. Чемодан почти собран. Во сколько нам завтра выезжать?

– В семь часов заеду за вами. Времени достаточно. Вылет у вас в девять часов. За полчаса доедем до аэропорта.

– Хорошо, к семи будем готовы.

– А чего у тебя голос такой грустный. Все-таки отпуск не удался?

– Нет, что ты. Все отлично. И отпуск, пускай и такой странный, все же удался. Потом как-нибудь расскажу подробности. Тебе огромное за все спасибо. Давай, до завтра!

– До завтра.

Мне немного стало легче после разговора со Стефаном. Я включила негромко музыку и так просидела на балконе до одиннадцати часов. А затем ушла спать, предварительно выпив снотворное.

3. Разлука

Настал день отъезда. К семи часам утра мы были уже готовы, даже успели выпить кофе. Ровно в семь заехал Стефан и помог нам спустить вниз чемоданы. Мы все вышли во двор. Стефан укладывал наши вещи в багажник, а я стояла и курила, как вдруг через невысокий кустарник, выполняющий функции ограды, увидела подъезжающий к нашему дому белый кабриолет. Сердце мое застучало сильно и часто. Я этого не ожидала. Всего, чего угодно, но этого я точно не ожидала. Кабриолет остановился у самого выезда, перекрыв нам дорогу. За рулем сидел Игорь, а на заднем сидении – Сергей, в руках которого я заметила букет цветов. Он улыбался. Когда я приблизилась, Игорь покинул машину, кивнув мне, и отошел в сторону, тактично оставив нас наедине.

Сергей оставался на месте.

– Привет, Ира, выйти не могу, присядь сюда.

– Здравствуй, Сережа, мы, вроде, попрощались вчера.

– Да, вот привез тебе вещи. Ты оставила у меня. – Он протянул мне пакет, оставленный на вилле. – Это тоже тебе. – Он протянул мне цветы. Не знаю, пускают ли с цветами в самолет?

– Я тоже не знаю. Но все равно спасибо. Очень мило. – Я села рядом с ним на заднее сидение. Взяла его под руку и положила голову ему на плечо.

– Ну что, не получается у нас с тобой расстаться?

– Не получается. Очень захотелось тебя увидеть.

Мы помолчали немного.

– Мне все же пора. Спасибо, что приехал. И за цветы спасибо.

Сергей повернул ко мне свое лицо. Наши глаза были совсем близко. Надо было все-таки уходить. Я сама поцеловала его и вышла из машины. Уже уходя с дороги, увидела как кабриолет медленно тронулся с места и поехал дальше, в гору. Иначе наши машины разъехаться бы не смогли. Я подошла к Стефану, наблюдавшему всю эту сцену, и с интересом смотревшему на меня. Отдала ему пакет, чтобы он его тоже положил в багажник.

– Ира, вот оказывается как ты отдыхала. Все самое интересное от меня скрывала! – сказал Стефан. Он подошел ко мне, обнял меня и шутливо спросил:

– У тебя здесь роман? Я, вообще-то, за тебя очень рад. Правда. А он ничего. И машина что надо. Поздравляю.

– Стефан, перестань. Все не понятно еще, мы с ним всего два дня знакомы.

– Ну, я все равно очень рад.

Мы еще немного постояли с ним, обнявшись. Потом сели в машину, где уже находилась моя коллега по работе, наблюдавшая эту любовную пастораль, и поехали в аэропорт.

Аэропорт был почти пуст в это время. Рейсов вообще было мало. Мы попрощались со Стефаном, довольно быстро прошли все необходимые процедуры контроля и вошли в зону ожидания вылета. На мой букет никто не обратил внимания. Я его положила в пакет и пронесла как ручную кладь. С сослуживицей мы почти не разговаривали. А когда зашли в самолет, вообще сели в разные концы самолета, так как свободных мест в салоне было предостаточно. Положив пакет с цветами на верхнюю полку, я расположилась у окна и почти сразу отключилась. Нет, я не уснула, но все происходящее вокруг меня крайне мало интересовало. Так, находясь в какой-то прострации, я не заметила, как полет завершился, и наш самолет уже садился в Москве.

Город встречал нас дождем. Мелким, моросящим, противным. Я вышла из терминала, села в такси и поехала домой. Мой отпуск закончился. Уже завтра мне надо было выходить на работу. Моя жизнь входила в свое обычное русло. Но сама я была по-прежнему где-то далеко, совсем не здесь. И дом мой был совсем чужим, не моим. Сразу после приезда, я, приняв душ, вышла в город, нашла приличное кафе и села перекусить. Дома ничего делать не хотелось. Набрала сообщение Сергею. Почти сразу последовал звонок.

– Как добралась? Что сейчас делаешь? Скучаешь? – Он просто засыпал меня вопросами.

– Все нормально. Я вот обедаю в кафе. Как ты? Тоже скучаешь?

– Очень. Вот если бы не нога, полетел за тобою следом. Цветы довезла?

– Представь себе, да. Стоят у меня в комнате. А ты чем занят?

– Чем я могу быть занят? Сижу на вилле, пью виски. Не помогает, знаешь ли. Вот стою сейчас на балконе. На нашем месте. Угадай, кого здесь не хватает? Даже ребята говорят, что в этой картине, со мной на балконе, не хватает тебя. Оказывается мы с тобой отлично смотрелись на фоне горных вершин. – Он шутил, но я чувствовала, что он действительно скучает по мне.

– Сережа, ты фильм посмотри какой-нибудь. Станет веселее.

– Слушай, отличная идея. Я пожалуй пересмотрю еще раз «Аванти!» Должен же я наконец понять суть. Отчитаюсь тебе потом. Тебе завтра уже на работу?

– Да, но не хочется, если честно. Еще эту стерву увольнять надо. Вообще работы сейчас много будет. А ты долго еще на вилле останешься?

– Да вот сейчас думаю, что три недели я просто здесь не выдержу. Наверное в Испанию вернусь.

Мне принесли счет, я достала карту, чтобы рассчитаться.

– Ира, ты что замолчала? Что там у тебя?

– Ничего, я счет оплачиваю. Сейчас домой пойду.

– Ира, я вот сейчас здесь стою на балконе. Ты меня видишь? Ну, представляешь хотя бы?

– Да, представляю.

– Так вот, теперь представь, что ты стоишь рядом. Представила? Теперь представь, что ты меня обнимаешь. Помнишь, как тогда? Ну, представила?

– Да, Сережа, представила.

– Теперь представь, что я тебя целую. Тоже представила?

– Да, представила.

– Долго целую.

Я, почти как наяву, видела эту картинку. Я все еще находилась на этой вилле и стояла рядом с Сергеем на балконе. Я вздохнула:

– Сережа, я все это хорошо представляю. Давай прощаться, мне пора.

– Ира, я завтра позвоню, ладно? Не скучай. Целую тебя.

– До завтра, целую.

Вот и все. Телефонный разговор. Только телефонный разговор.

Первый после отпуска рабочий день начинался неплохо. Светило солнце. Почему-то на дорогах совсем не было пробок. И в офис я приехала даже чуть раньше. Кроме секретарши никого еще не было.

– Оля, привет. Как у вас идут дела без меня? Что нового?

– Ира, привет. Загорела-то как! Как отдохнула?

– Спасибо, нормально, если не считать потраченных нервов.

– Это из-за Вики, что ли? Мы вообще все удивились, что ты с ней поехала. Она та еще штучка.

– Вот ты эту штучку вызови ко мне, когда придет на работу, ладно? Пойду к себе. В одиннадцать совещание, как обычно?

– Да, все как обычно.

– Да, вот тебе сувенирчик из жарких стран. – Я вытащила и передала Ольге небольшую коробочку. – Здесь горный воздух и солнечный свет.

– Ой, спасибочки.

Я зашла в кабинет. Две недели всего-то меня не было, а я уже от него отвыкла. Надо было как-то включаться в работу. Почту я свою читала и в отпуске, поэтому была в курсе всего, что происходило без меня. Но я все же еще раз просмотрела ее, чтобы ничего не упустить. Потом вышла из кабинета и прошла к маркетологам. Начальника отдела еще не было, зато сотрудники почти в полном составе уже вовсю что-то обсуждали. Увидев меня, загалдели, спрашивали о моих впечатлениях и приключениях. Я раздала им привезенные сувениры. Рассказала я им, конечно, не все. Но впечатления свои от красивых мест описала во всех красках. Когда вошел начальник отдела, сотрудники все разбежались по своим местам, а я прошла к нему в кабинет.

– Вот пришла узнать, как дела, как идет подготовка к выставке. Когда она у нас там?

– Через месяц уже. Но многое еще не успели сделать. Вот тебя ждали. Ты же там выступать вроде будешь, на семинаре. Надо презентацию тебе готовить. Ты бы мне ключевые моменты озвучила бы, мы работать начнем, а то не успеем.

– Ладно, тезисно пришлю по почте, а потом отсмотрим вместе и решим, что еще добавить.

– Ты как отдохнула? Нормально? А то вид у тебя какой-то озабоченный.

– Отдохнула нормально, но вот уже приступила к работе и чувствую, как будто и не отдыхала. Ладно, дальше пойду. Поздороваюсь.

Теперь я направилась в отдел логистики. Там всегда было очень шумно, всегда что-то случалось. И всегда это был форс-мажор. Вот и сейчас там все кипело и двигалось. Бегали сотрудники, трясли накладными, разговаривали сразу по нескольким линиям одновременно. Я отыскала начальника отдела, что было совсем непросто в этом хаосе.

– Олег, привет. Постой минутку.

– Ира, привет, давай, только быстро. Времени совсем нет.

– Быстро, так быстро. У нас выставка в Екатеринбурге через месяц. Мне надо туда контейнер отправить. Своей машиной повезем или заказывать будем?

– Ир, что пристала? Напиши, что надо, я все сделаю.

– Олег, ты почту смотришь раз в неделю. А мне сегодня ответ нужен. Сейчас. Наверняка на совещании это обсуждать будем. С меня же спросят. Так что напрягай свой мозг. Ответ мне нужен сейчас.

– Ира, список где, ну того, что ты повезешь в Екатеринбург.

– Олег, я тебе его неделю назад высылала. Прямо не отдыхала, а все письма тебе писала.

– Все, Ира, посмотрю и через пятнадцать минут ответ получишь. Обещаю.

– Верю, пока.

Я вышла из этого улья и направилась к себе.

Ольга перехватила меня и как-то заговорщически спросила:

– Ира, ты что с ней такого сотворила?

– Оля, с кем?

– Да, с Викой. Она сейчас позвонила и сказала, что на работу не выйдет, потому что плохо себя чувствует. Что это с ней? Вы долетели нормально?

– Ты меня видишь? – спросила я. Ольга кивнула. – Со мной все хорошо? А с ней-то что произойти могло?

Ольга пожала плечами, а я подумала: «Почувствовала, что сейчас разборки начнутся и струсила. Но ничего, я подожду. Время есть».

Совещание прошло ровно, без проблем. Генеральный директор одобрительно кивал на мои разъяснения и явно был доволен, что, несмотря на свое отсутствие, я была в курсе происходящего. Я раздала оставшиеся сувениры и до самого обеда писала свой доклад. Потом определялась с нужными мне партнерами в Екатеринбурге. Пыталась составить план встреч и контактов. Устав от компьютера, я вышла на улицу, покурить и передохнуть. Нашла лавочку в ближайшем сквере. Уселась поудобнее. Закрыла глаза. – «Ну, что теперь? Вот я в Москве. Одна. Отпуск закончился. Я вся в работе уже. Дальше будет только хуже. Командировки, совещания, бизнес планы и все такое. Личной жизни у меня теперь нет. Сергей далеко, – думала я, затягиваясь сигаретой. Я вытащила телефон. – Позвонить может ему?» – И тут увидела пропущенное сообщение от него. – «Привет, занята?» – «Как же я не услышала, что пришло сообщение!» – Я тут же набрала ему в ответ: – «У меня перекур, греюсь на солнышке» – и отправила ему. Сразу же раздался звонок.

– Ирочка, привет. Как трудовые будни? Уже вовсю захлестнули тебя?

– Привет, Сережа. Хорошо тебе там, на вилле. Отдыхаешь. А я уже работаю вовсю. Правда работать мне совсем не хочется. Вот думаю, как бы отсюда удрать. Не хочется ничего делать.

– Вот не послушала меня, я просил тебя не уезжать. Сейчас бы отдыхали вместе.

Мы говорили о пустяках и ничего не значащих вещах. Не касались только самого главного. Как-то надо было привыкать жить каждому своей жизнью. Нас связывал теперь только телефон. Все это было ужасно. Мы еще немного поболтали, затем попрощались, и он отключился. Во мне образовалась какая-то пустота. Чем ее заполнять, я не знала. Я пообедала в кафе и все же вернулась на работу. Дел было слишком много.

На следующий день мне предстояло выдержать неприятный разговор с Викой, моей сослуживицей, которая так подпортила мне отдых. Хотя в свете последующих событий, может, именно ей я должна была сказать спасибо за знакомство с Сергеем.

– Оля, Вику ко мне вызови, пожалуйста, – попросила я секретаршу, как только узнала, что Вика пришла на работу.

Она проскользнула ко мне в кабинет, не поздоровавшись, между прочим. Тихо села за стол, без приглашения, надо заметить. Я смотрела на эту ненормальную, и мне даже стало ее жаль. Какая-то неприкаянная и несчастливая, озабоченная совсем не тем, чем надо бы. Дура, и только.

– Вика, что с вами случилось вчера? Почему вы на работу не вышли? – Я старалась разговаривать с ней ровно и беспристрастно. Она молчала. – Вика, ну что, я жду объяснений.

– Ирина Владимировна, я ничего объяснять не буду. Просто вы меня ненавидите и поэтому придираетесь ко мне.

– Вика, а за что, позволь спросить, я тебя ненавижу?

– Не знаю за что, но я всегда это чувствовала.

– А если ты это чувствовала, зачем ты ко мне работать пошла? Зачем в поездку со мной отправилась? За мой счет, заметь!

– Я думала, что вы себя со мной иначе вести будете.

– Вика, значит ты считаешь, что это я себя неправильно вела? Что это я должна была подстраиваться под тебя, а не наоборот?

– Да, ведь это именно вы пригласили меня с вами в отпуск поехать.

– Вика, ты себя слышишь, вообще?! – Я начинала закипать. – То есть я пригласила тебя в отпуск, оплатила твое пребывание там, и при этом не соизволила вести себя так, как тебе бы хотелось. Так, да?

– Ну примерно так. А что здесь такого?!

– Значит, так, Виктория. Я прошу тебя написать заявление об уходе. Чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше.

– Как заявление? Я увольняться не хочу! Я не могу увольняться! Мне деньги очень нужны!

– Если тебе действительно так нужны деньги и увольняться ты не хочешь, почему ты тогда не подумала об этом, там, на отдыхе. Может, это тебе надо было как-то по-другому себя вести? А не мне? Тебе под меня подстраиваться, а не наоборот? Тогда надо было над этим задуматься, а не сейчас.

– Я увольняться не буду.

– Ну, тогда я тебя по статье уволю. Ты вчера рабочий день прогуляла. Или у тебя больничный есть?

– Нет, но я же предупредила, что не выйду. Я ведь знала, что вы на мне отыгрываться будете.

– Я на тебе отыгрываюсь?! Ты, вообще-то, в своем уме? Дорогая моя, я себе помощника искала, понимаешь. Помощника! Мне надо, чтобы у меня за спиной надежный человек был, чтобы я была уверена, что он не подведет меня в нужную минуту, чтобы был мне опорой. Теперь скажи, ты такой опорой для меня стать можешь? Ну, скажи! В общем, вместе мы работать не будем. Лучше по-хорошему расстанемся, иначе я вынуждена буду применить всевозможные формальные меры. Это будет сложнее, но я это сделаю. Думай. Готова идти тебе навстречу, чтобы наше расставание прошло с наименьшими потерями. Через час жду тебя с предложениями.

Вика вышла, тема еще не была закрыта, но я вздохнула с облегчением. Через пятнадцать минут меня вызвал генеральный директор. Я вошла в его кабинет, гадая, зачем ему понадобилась.

– Ирина, заходи. Дело есть. Я вот тут бумагу получил из бухгалтерии. Честно, ничего не понял. Что там у тебя происходит в отделе? – Он протянул мне распечатанный листок.

Я его прочитала, и от возмущения у меня пропал дар речи. Эта Вика попросила бухгалтерию, чтобы ей написали, на какую сумму выплаты она может рассчитывать, если она уволится с пятнадцатого августа, или с первого сентября, или с двадцатого сентября. В трех вариантах.

– Виктор Федорович, извините, конечно, но я эту дуру сама готова придушить собственными руками. Нашей бухгалтерии делать больше нечего, как разные варианты ей просчитывать.

– А она что, увольняется, что ли?

– Не знаю, у меня ее заявления на руках нет.

– Вот это да! – Генеральный явно был озадачен. – Как это может быть?! А чего она заявление не напишет тогда?

– А кто ее знает. Решает, видимо, как ей выгоднее уволиться.

– А зачем по почте-то общаться? Ну зашла бы в бухгалтерию сама и попросила девочек посчитать.

– Виктор Федорович, вы что, не понимаете? Она компромат собирает. Все ходы, то есть ваши ответы, есть в ее переписке. Если что, предъявить сможет.

– Господи, да у нас никогда такого не было на моей памяти. Это что, новое веяние какое-то? Слушай, надо ее из команды удалять. Она весь коллектив перебаламутить может. Как сама думаешь?

– Виктор Федорович, что хотите делайте, но я с ней работать не буду. Мне в работе надежный человек нужен, помощник. Или меня увольняйте, или ее.

– Ира, что ты говоришь-то? Кто ты, и кто она! Надо ей все выплатить и отправить восвояси.

Пусть с любого числа увольняется. Я не против. Только смотри, опять искать человека придется, тебе в помощники. А пока найдем, да вникнет пока, работа на тебя одну вся ляжет. Это ты понимаешь?

– Да понимаю я, но так работать тоже не смогу. Уж лучше я одна.

– Ну ладно поступай, как сочтешь нужным. Меня в курсе держи.

Я вернулась в кабинет, разместила объявление о вакансии, назначив зарплату чуть больше, чем была у Вики. Кадры себе я всегда подбирала самостоятельно. Собеседования тоже проводила сама. Не доверяла отделу по персоналу. Я знала, что дело это долгое и непростое, но выхода другого просто не было. Сейчас буду занята текущей работой, подготовкой к выставке и еще подбором кадров. Все свалилось сразу. Воспоминания об отпуске таяли как в тумане. Не успела я подумать о тающих воспоминаниях, как пришло сообщение от Сергея. – «Ира, чем занята? Хочу твой голос услышать». – Помедлив несколько секунд, я набрала его номер.

– Иришка, привет! – Голос в трубке был оживленным и веселым. – Но я опять вздрогнула, он снова назвал меня запретным именем.

– Сережа, привет.

– Чем занимаешься? Свободная минутка есть? Я еле дождался, чтобы сообщить тебе, что я пересмотрел твой любимый фильм. Ты меня слушаешь?

– Да, Сережа, слушаю. И что теперь? Впечатление поменялось?

– Слушай, ты умнейшая женщина! Как ты могла так все понять и проникнуть во все. Во все глубины. Я его смотрел уже совсем другими глазами. Это гениально! Сам по себе фильм, конечно, отличный, спору нет. Но главное, что меня поразило, что твое впечатление, оно абсолютно точное, я только теперь это начал понимать. Если бы я этот фильм смотрел один, я бы так его не воспринял. Мне даже кажется, что только ты, а теперь еще и я, смотрим его под таким углом. Остальные даже не догадываются.

– Да перестань, Сережа. Каждый видит, скорее всего то, что хочет увидеть. И каждый человек видит по разному. Это я тебя взбаламутила. Навязала свое видение. Но я рада, что ты фильм оценил. Правда, я очень рада.

– Хочу теперь с тобой все фильмы смотреть. Вдруг я чего-то не улавливаю, не понимаю. Стал даже сомневаться в своих умственных способностях. Я, оказывается, до тебя на все смотрел совсем другими глазами. Вот, что я понял. Ты зачем уехала от меня? А?

– Ты сам меня отпустил.

– Я? – Он замолчал, видимо, не понимая, я это в шутку сказала или всерьез.

– Ты, ты. Собрал оставленные мной вещички и вернул их. А мог бы вообще меня с виллы не отпускать ни в какую Москву. – Я шутила, конечно. Но мы оба понимали, что все произошло так, как должно было произойти. Но вот что делать с нашими воспоминаниями и чувствами, мы оба не знали.

– Ира, не шути так больше. Иначе я однажды тебя на самом деле никуда не отпущу. Я скучаю без тебя, – сказал Сергей без паузы, почти на одном дыхании. – Ты слышишь меня?

– Слышу, – сказала я, чуть помедлив. – Я тоже скучаю. Но сделать мы ничего не можем пока.

– Потерпи немного. Я вот гипс сниму, ходить начну и тогда что-нибудь обязательно придумаю. Как на работе дела? – Он поспешил переменить тему.

– Дел по горло. Вот сегодня увольняла эту дуру. – И я ему пересказала почти весь наш разговор.

– Ты умница. Молодец. Все правильно сделала. Правда, на себя многое взвалила, но держись, легко в делах никогда не бывает, как и в любви. – Сергей осекся.

– В любви? – Я подумала, что ослышалась.

– Я сказал в любви? Вероятно, я оговорился. – Сергей явно был смущен.

Я почему-то отчетливо представила его смущение, и мне снова захотелось его обнять, прислониться к нему, как раньше. Его оговорка была очень милой.

– Ну, ладно, не буду цепляться к твоим словам. Пойду дальше работать. Созвонимся.

– Завтра снова позвоню. Хорошо? Целую тебя.

– Я тоже тебя целую. Пока.

Я вернулась в офис. Борьба с Викой продолжалась. Все же нам с ней пришлось идти на компромисс. Я дала ей возможность в течение месяца найти новую работу, а я одновременно искала ей замену. Но наши рабочие отношения должны были прекратиться до моего отъезда в Екатеринбург. Это было строго обязательным условием.

Всю работу по подготовке к выставке я делала сама. Вику видеть уже просто не могла, поэтому поручала ей только самый минимум. Да она большей частью отсутствовала на рабочем месте, – вероятно ходила на собеседования. Я разрывалась между текущими делами, написанием доклада и его рекламным сопровождением. Формировала расписание встреч на выставке, посылала электронное визитки партнерам. Обсуждали с нашими технологами, как оптимально и с минимальными затратами запустить новую печатную машину. Рассчитывали загруженность производства. Короче, дел было невпроворот. Еще постоянные собеседования, встреча со странными соискателями, кроме этого, надо было постоянно следить, чтобы вакансии поднимались в рейтинге показа на сайте. Да еще и руководству всегда срочно нужны были какие-то цифры и прогнозы. Мне приходилось все анализировать, группировать и преподносить в правильном ракурсе. Уже через неделю я едва вспоминала свой отпуск. Нет, я, конечно, все отлично помнила, Сергей звонил почти каждый день. Мы болтали и шутили, но былого трепета уже не было. Я начала думать, что наш так и не начавшийся роман, скоро окончательно сойдет на нет. Сергей все же уехал в Испанию и теперь звонил мне оттуда. Гипс должны были вот-вот снять, но он все равно нервничал, так как устал от костылей и неудобств, связанных с ними. Голос его стал жестче, чувствовались напряжение и усталость. Видимо он тоже включился в работу. Правда все же он старался вселить в меня оптимизм, говорил, что постарается что-то изменить. Но я понимала, что отношения таким образом нам не сохранить. Изменить я тоже ничего не могла. Поэтому заставляла себя думать только о работе и том, что с ней связано.

Иногда по субботам я ездила к родителям в Подмосковье, но была такая уставшая, что говорить толком не могла. Лежала на диванчике, и мне все время хотелось спать. Мама старалась накормить меня вкусненьким, заваливала советами, еще больше осложняя мое положение. Вот попросила взять их больную кошку к себе, чтобы ее подлечить, но я была уверена, что та просто сдохнет у меня. Я весь день на работе, возвращаюсь поздно, ухаживать за кошкой сил не было. Решили, все же оставить ее у родителей. У папы было стабильно высокое давление. За ним тоже были нужены уход и наблюдение, лекарства разные. Физически я им даже помочь ничем не могла. Только деньгами. Поэтому посовещавшись, решили оставить все как есть.

Уже неделю Сергей не мне звонил. Сама я тоже не названивала. Иногда только писала сообщения. Я вовсю собиралась в Екатеринбург. Почти все было готово, билеты и гостиница заказаны, встречи назначены. Я решила, что в командировке немного сбавлю темп и наконец-то отдохну. Может, в театр там схожу, в картинную галерею да просто погуляю или посплю. Первые два дня выставки у меня были полностью расписаны, а вот остальные четыре можно посвятить культурной программе и отдыху.

В четверг пришло сообщение от Сергея. Я сначала даже не поняла, что это такое. Оказалось, это были авиабилеты на мое имя в Мадрид. На три дня. «Откуда он мои паспортные данные взял?» – вот что поразило меня в первую очередь. Вторая мысль была, что я не смогу поехать. Я же лечу в Екатеринбург, на выставку. Господи, как же он любит сюрпризы делать! А меня спросить все время забывал. Я набрала его номер.

Сергей ответил не сразу:

– Ира, привет. Ты сообщение мое видела? Приедешь?

– Сережа, милый, что же ты меня все время в какое-то странное положение ставишь. Я не смогу приехать. Никак не могу. Я уезжаю, вернее, улетаю. В понедельник лечу в Екатеринбург, на выставку!

Видимо, он совсем не ожидал такого поворота событий. Сергей сделал длительную паузу. Я уже было подумала, что связь прервалась или, еще хуже, он отключил телефон.

– Сережа, ты слышишь меня?

– Но у тебя выставка только в среду начинается, – вдруг произнес он, изменившимся голосом. – Я думал, что можно прямо отсюда в твой Екатеринбург полететь. Во вторник. Выставка ведь только в среду. Я не прав?

– Да, выставка в среду открывается, а у меня во вторник переговоры там с партнерами. Я раньше лечу, в понедельник. Я действительно не могу. Мне жаль, что так получилось. – Я замолчала. Все как-то нелепо вышло. Так ждать нашей встречи, а теперь все рушилось.

Мы оба молчали некоторое время.

– Ира, ты действительно не сможешь приехать, или что-то поменялось за это время? Скажи мне. Ты что-то не договариваешь?

– Сереженька, ничего не поменялось. Абсолютно ничего. Я бы обязательно прилетела. Но видишь, как все сложилось. Ты бы хоть меня спросил. Сюрприз, наверное, хотел сделать, как всегда?

– Ты разве сюрпризов не любишь?

– Люблю, конечно. Мне правда, очень, очень жаль, что так получилось.

– Ладно, – сказал Сергей, – я что-нибудь придумаю. – Тон у него был такой, как будто он разговаривал с бизнес-партнером. Деловой и сухой. Он обиделся. Или расстроился. Или все вместе.

Мы попрощались. А я еще некоторое время сидела в рабочем кресле и тупо смотрела в одну точку, держа в руке отключенный телефон. В кабинет постучали.

– Да, войдите, – произнесла я, все еще не переварив свой разговор с Сергеем.

Вошла Вика. Она так редко появлялась в поле моего видения в последнее время, что я решила, что она у нас уже не работает. Вика опять без какого-либо приветствия вошла и села за стол.

Она молчала. Я все еще не отошла от предыдущего разговора. Молча мы посидели так, пока я не спросила:

– Что тебе, Вика?

– Я все же нашла себе работу. Я увольняюсь. Подписать вот тут нужно. – Она протянула мне бумагу.

Я прочитала ее, поставила подпись и сказала:

– Желаю удачи.

Ничего не ответив, Вика тихо выскользнула из кабинета. Я надеялась больше никогда с ней не пересекаться. Одной проблемой у меня все же стало меньше. А вот настроение было на нуле. Просто поганое настроение. Я вышла из кабинета и пошла к генеральному директору.

– Виктор Федорович, можно?

– Заходи, Ира. Что у тебя?

– Виктор Федорович, сейчас Вика приходила, я ей увольнение подписала. С завтрашнего дня. Все, слава богу, она ушла. Хоть с этим покончено. Можно я домой пойду? Сил уже просто нет никаких и нервов.

– Иди, конечно. А замену ей нашла или нет еще?

– Пока нет ничего стоящего. Все уже после выставки теперь.

– Да, тебе в Екатеринбурге тоже несладко придется, там переговоры одни чего стоят. Во вторник поедешь к конкурентам?

– Да, в понедельник вылетаю, во вторник переговоры, в среду открытие выставки, в четверг у меня доклад. Далее по плану: встречи, переговоры, два контракта надо обязательно там подписать. Договоренности все уже есть.

– Ну, давай, смотри, если устала и дела все сделала, завтра можешь на работу не выходить. Копи силы на командировку. Ты там за главного, ну и вообще, отдуваться тебе за всех придется. Держись.

– До свидания. Я на телефоне, если что.

Я написала еще несколько писем, чтобы проконтролировать готовность всех сотрудников. Сложила вещи в сумку и вышла из офиса. Было всего три часа дня. Зашла в кафе пообедать. Вкуса еды почти не чувствовала. Я расстроилась. Что-то шло не так. Мне предстояло серьезное мероприятие, а я не могла собраться с мыслями. Сергей наверняка обиделся и расстроился. Так все глупо получилось. Я его даже не спросила про ногу, вернее, снят ли гипс и вообще, удачно ли все срослось там после перелома. Я ни о чем его не спросила. Написать, что ли, ему? Я вытащила телефон и написала сообщение, спросила про ногу, гипс и самочувствие. Он не ответил. Расплатившись в кафе, я прошла одну остановку пешком, затем нырнула в метро и поехала домой. Завтра надо было еще сходить в парикмахерскую, привести себя в порядок. Постирать кое-какие вещи, которые собиралась брать с собой в командировку. Потом собрать чемодан, решить непростые вопросы, что же с собой взять из одежды и так далее. Но, приехав домой, вдруг решила ничегошеньки сегодня не делать. Я достала компьютер, нашла тот самый сайт и легла на диван смотреть свой любимый фильм «Аванти!». И воспоминания нещадно нахлынули на меня, словно дождь. Я вспомнила виллу «Белый слон», я вспоминала наши объятия на балконе, наши поцелуи и прикосновения. И даже наши перепалки с Сергеем. Там, на вилле, была целая жизнь. А сейчас у меня не было ничего. «Может, надо было плюнуть на эту командировку и уехать в Мадрид? Что я теряла? Работу? Она мне так важна, эта работа? Может, это совсем не главное в жизни? За что я все время цепляюсь? Почему боюсь оторваться?» Ответов у меня не было. Но просмотр фильма немного улучшил мое состояние. Это всегда именно так со мной и происходило. Что- то в нем, в этом прекрасном фильме, меня успокаивало и поднимало настроение. Я приготовила ужин, приняла душ, достала чемодан, посмотрела на него и задвинула обратно. Все потом.

Рано утром в понедельник я была уже в аэропорту. Обязательная предполетная суета, множество озабоченных лиц, чемоданы, дети, мечущиеся опаздывающие, деловые, но улыбчивые сотрудники аэропорта. Все как всегда. Я сдала чемодан, прошла все необходимые процедуры досмотра и контроля. Наконец оказалась в зоне бутиков и кафе. Вкусно пахло свежесваренным кофе. Я присела за один из столиков, взяв крепчайший эспрессо. Совсем маленькую чашечку, но запах был просто волшебным. Я даже прикрыла глаза от удовольствия.

Мое блаженное состояние прервал мужской голос:

– Разрешите присесть за ваш столик? Не помешаю?

Я открыла глаза, серьезно посмотрела на человека, прервавшего мой упоительный аромосеанс.

– Да, конечно, – произнесла я, разглядев, наконец, мужчину. Деловой дорогой костюм, Кожаная мужская сумка-портфель. Выглядел он респектабельно. Но мелко. Как-то зажато. Суетился много, глаза его бегали, и я никак не могла поймать его взгляд. Я не люблю, когда, разговаривая, мне не смотрят в лицо. Усевшись за столик, он пытался завязать со мной разговор. Но получалось это у него тоже плохо. А я даже не пыталась этот разговор поддерживать. Несколько вежливых, ничего не значащих фраз. Фантазии у него было маловато. Так и не добившись от меня встречной заинтересованности, он забрал сумку и удалился. Что ему от меня надо было, я так и не поняла. – «Странные какие-то пассажиры, однако. Вот чего он хотел от меня? Одет вроде прилично, значит при деньгах. Значит, все в порядке. А сказать женщине ничего толком не смог. Даже про спасительную тему погоды не вспомнил. Что за мужчины пошли? Вот Сергей мне прямо на голову свалился, не испытав при этом почти никакого неудобства. И все нужные слова сразу нашел». Вспомнив про Сергея, я заулыбалась, поднесла чашечку кофе ко рту и разочарованно скривилась. Кофе мой остыл.

Я взглянула на часы, набрала номер телефона нашего технолога. Мы вылетали вместе.

– Сергеич, привет. Ты где? В аэропорту уже? Давай, я тебя в кафе у посадочных ворот жду.

В командировку мы летели с нашим технологом Александром Сергеевичем. Чтобы не выговаривать столь сложный словесный пасс, я называла его просто по отчеству. Он был старше меня, но у нас с ним сложились хорошие отношения, даже можно сказать, дружеские. Он был моим наставником и учителем, когда я только начинала свое карьерное восхождение. Нам раньше много приходилось общаться по работе, но я до сих пор доверяла его профессионализму, да и житейских советов не чуралась. Все же опыта у него было больше, да и человек он был прекрасный и душевный.

Он подошел минут через десять. Подсел ко мне, взяв кофе себе и мне еще заодно. Увидев на столике мою пустую чашку, спросил:

– Что, уже давно тут сидишь?

– Да нет, просто не успела даже вкусом кофе насладиться. Ко мне тут мужик какой-то клеился. Так и не поняла, что ему надо было.

– Ира, ты что, не знаешь, с какой целью мужики к женщинам клеются? Познакомиться наверное захотел. Ну, может скучно ему в аэропорту. Может понравилась ты ему? Вариантов много.

– Я это все понимаю, но почему тогда в лицо-то мне не смотрит? Просто поговорить захотел, все равно с кем? Просто скучно? Если я ему понравилась, то очаруй женщину, заставь на себя внимание обратить. А этот ни туда ни сюда. Ну, не знаю. Не понимаю я мужчин, видимо.

– Мужчин вообще не надо понимать. Их просто принимать нужно. Или не принимать. Как угодно.

– Ну да, ты у нас большой знаток.

– Да при чем здесь знаток. В этой жизни все просто. Либо это твой человек, либо не твой. Ты это понимаешь сразу. А все остальное даже не заслуживает внимания.

– Слушай, Сергеич, я если ты чувствуешь, что человек твой? А дальше ничего не ясно. Тогда что делать-то?

– Ждать. Только время все поставит на свои места. А вот ждать мы, люди, не умеем совсем. Это с опытом только приходит. Молодые вообще не умеют ждать, а с возрастом начинаешь думать, что у тебя и времени-то совсем не осталось. Поэтому и ошибаемся мы часто. А чего это тебя на лирику потянуло? Из-за этого мужика, что ли?

– Ты что, с ума сошел? Конечно нет. Надо же о таком подумать!

– Ира, что-то темнишь, я вижу. Уж не влюбилась ли? Я не сую нос в твои личные дела, но осторожнее все же будь. Знаешь, какие сейчас пошли особи? Не приведи Господь. Но ты дама умная, я думаю разберешься сама. Только не спеши.

– Спасибо за совет. В общем, я так и делаю, но только не происходит ничего.

– Значит, не время. Или вообще ничего никогда не произойдет. Но это будет означать только, что это не твое. Не то, что ты виновата, или не то что-то сделала. Просто тебе этого и не надо. Совсем не надо. Не твое. Сама потом поймешь. Ты кофе допила? Пойдем, посадку уже объявили.

Мы прошли к выходу на посадку, где уже образовалась очередь. В ней я увидела мужчину, который подсел ко мне за столик. Он стоял рядом с миловидной девушкой и что-то ей рассказывал, поддерживая ее за локоток. Она смеялась. Это было неожиданно.

Я толкнула Сергеича и сказала:

– Вот видишь того мужика в очереди со смеющейся блондинкой. Это тот самый. И ничего, познакомился ведь? С ней познакомился. А от меня, как ошпаренный, отскочил. Со мной что-то не так.

– Ну, перестань. Ты что такое говоришь?! Это, вообще, не твой вариант. Я тебя достаточно хорошо знаю. Ты у нас девушка серьезная. Тебе или все нужно, или ничего. Любой мужик, что к тебе приближается, сразу это видит. И тот, кто видит, что ты ему не по зубам, тотчас же отчаливает, сразу. Вот, как этот. Ты у нас не простой фрукт, а экзотический. – Сергеич заулыбался и, подхватив меня за локоть, увлек к очереди.

Места наши были почти в середине салона. Я села у окна, Сергеич рядом. Третьим, у прохода оказался этот, в костюме, с бегающими глазами. Его дама, видимо, расположилась где-то в другом месте.

Мужчина немного поерзал в кресле, потом обратился к Сергеичу:

– Извините, хотел вас просить пересесть вон на тот ряд, вам ведь все равно. – Он указал на место рядом с блондинкой в другом ряду. Мы с Сергеичем от неожиданности уставились на незнакомца, и некоторое время оба молчали. Потом я взяла эту ситуацию в свои руки. Улыбаясь как можно шире и дружелюбнее, я произнесла:

– Ой, мы бы с радостью, конечно. Но, знаете, это мой друг, и нам совершенно необходимо побыть вместе. У нас времени мало. Мы всего-то на два дня вырвались, чтобы побыть вдвоем. – Я взяла Сергеича под руку и нежно положила голову на его плечо. Улыбка тотчас слетела с моего лица. Свою речь я закончила, а ответ этого Дон Жуана меня уже не интересовал. Я так и сидела, склонив голову на плечо моего старого друга, и даже не полюбовалась реакцией мужчины. Через некоторое время я почувствовала, как плечо Сергеича затряслось. Он смеялся и все никак не мог остановиться.

– Ну, Ира, в тебе прямо актриса пропала. Ты бы видела его лицо. Побежал еще с кем-то договариваться.

– Сергеич, это ведь не смешно совсем! Что за мужики пошли, прямо оторопь берет. Вместо того, чтобы попросить ее соседа поменяться, он решил ее саму ко мне под бок посадить. Ну и фрукт!

4. Ночи любви

Время в полете пролетело незаметно. Посадка была быстрой и мягкой. Лететь оказалось не так уж долго. Уже через два с половиной часа мы приземлились в Екатеринбурге. Город встретил нас солнечной и теплой погодой. Начало было оптимистичным. Мы с Сергеичем взяли такси и направились в гостиницу. Разместившись в номерах, погуляли с ним немного по городу, потом засели в каком-то ресторане и досиживали вечер, обсуждая предстоящие переговоры. Что-то все еще согласовывали и уточняли.

Вечером пришло сообщение от Сергея: «Привет, ты где?» – Я удивилась, так как он отлично знал, что я уже в Екатеринбурге. Или не знал, или не верил? Он что, меня проверить решил, что ли? Я набрала его номер.

– Иришка, привет, ты где? – Голос его уже не был таким сухим и напряженным. – Я отметила, что он все чаще стал называть меня Иришкой. Но теперь я уже так не вздрагивала при этом имени.

– Привет, Сережа. Угадай с трех раз. – «Я все же удивляюсь на мужчин. Невозможно их понять». – Я уже в Екатеринбурге, конечно. Я же тебе говорила.

– Да помню я, помню, но вдруг что-то изменилось. Ты там одна? Совсем одна?

– Сережа, я с нашим технологом нахожусь в командировке, в Екатеринбурге.

– Да? А я про технолога ничего не знал. Впервые о нем слышу. Ты с ним вдвоем, что ли, а остальные где?

Мне не хотелось вступать с ним в перепалку, поэтому смягчив по возможности интонацию, я медленно и с расстановкой произнесла:

– Остальные прибудут завтра, а послезавтра у нас открытие выставки. Как ты там? Ты так и не ответил мне по поводу ноги. Гипс сняли? Как нога? Надеюсь все срослось как надо?

– Сняли, слава богу, все в порядке. Правда, нагрузки первое время все же ограничить надо. Но тебе явно будет не хватать моих костылей. Как и мне, впрочем.– Он снова шутил, что меня очень обрадовало.

– Почему?

– Как я тебя теперь удерживать-то буду, без костылей. И еще, вдруг ты меня обнимать не захочешь. Я же теперь здоров!

«Все же он был просто очарователен, когда находился в таком расположении духа. Просто душка», – подумала я и спросила:

– А что с билетами, пришлось сдавать?

– Не бери в голову. Все нормально. В следующий раз буду с тобой все согласовывать. А то ты у нас девушка непредсказуемая! Ну, ладно, успехов тебе. Я еще позвоню. Целую тебя.

– Пока. Я тоже тебя целую.

Боже, как мне хотелось его видеть! Я соскучилась по его рукам, глазам, нашим объятиям. Я скучала по нему, хотя наши встречи можно было пересчитать по пальцам. Я его знала всего-то два дня, которые мы провели вместе. У нас даже близости не было, а я скучала по нему, как будто это был самый дорогой мне человек. «Разве так бывает? Может, я его себе просто придумала? Я ведь его совсем не знала! Совсем!» – Может и придумала, но эта сказка мне явно нравилась. И я хотела, чтобы она не заканчивалась никогда. Я жила этой сказкой, потому что никакой другой личной жизни у меня просто не было.

Утром за нами приехала машина, и мы с Сергеичем поехали в типографию наших возможных партнеров, а может, и конкурентов. Дружественные объятия, знакомство с руководящим составом. Все как требовалось по деловому этикету. Ничего не значащие слова гостеприимства. Потом нам стали показывать производство, новые машины, краски, компьютерные программы, с которых выводили на печать бумажную продукцию, переплетные мастерские, довольно мощную систему логистики. Вероятно, нас хотели впечатлить размахом производства. Затем мы смотрели новые виды бумаг и переплетные материалы от зарубежных и отечественных производителей. Эта часть нашей встречи была более или менее понятной и была интересной, пожалуй, только Сергеичу. Мне же надо было определить, выгодно ли нам размещать свои заказы у них? Собственно, речь шла о предоставляемых скидках или других преференциях нашей фирме. Ближе к обеду мы уже сидели в офисе, обсуждая дальнейшее сотрудничество. И вот тут их экономисты и финансисты стали доказывать мне, что мы отлично можем сотрудничать и обеим сторонам это чертовски выгодно. Я же в этом совсем не была уверена. Записывала какие-то цифры. Высказывала свои сомнения, но все же оставляя им надежду на дальнейшее взаимодействие. Мы обменялись визитками и рукопожатиями с руководством и отправились в ресторан на дружественный обед. В ресторане я только заметила, что около меня вьется довольно молодой и настырный парень, который оказался главным экономистом фирмы наших коллег из Екатеринбурга. Он явно пытался за мной ухаживать! Как-то суетливо и очень навязчиво. То стул подвинет, что салфетку подаст, то попытается налить в мой бокал вина. Сергеич тихо ухмылялся, глядя на эти несуразные телодвижения, но ничего не говорил. А я даже прослушала, как его зовут, этого героя. Он меня называл Ириной Владимировной, а я его никак не называла, пытаясь все время вспомнить его имя. Наконец его кто-то окликнул. Оказалось, его зовут Игорь.

– Игорь, я не пью на переговорах, поэтому налейте мне, пожалуйста, минеральной воды.

– Ирина Владимировна, ну что вы, такой случай. Мы так рады, что теперь будем вместе работать.

– Да еще, собственно, ничего не понятно. Надо все просчитать и подумать, возможно ли такое сотрудничество в принципе. Вы не торопитесь.

– Что вы, я не тороплюсь. Я почти уверен, что вы примете положительное решение.

– Это не от одной меня зависит. Пока рано об этом говорить.

– Ну что вы, я же вижу, вы не последнее лицо в компании, и большой профессионал к тому же. Если вам нужны дополнительные данные, я всегда готов с вами это обсудить.

Он все время пытался взять меня за руки, а я их все время убирала. Сергеич улыбался, глядя на этот назойливый штурм, но продолжал молчать.

– Ирина Владимировна, вы завтра во сколько на стенд придете? Я обязательно к вам зайду.

– Игорь, у меня завтра очень насыщенный день. В первой половине буду обязательно, но, как вы понимаете, гарантировать ничего не могу. Увидимся мы непременно.

Мне стала надоедать эта бесконечная беседа ни о чем. Но молодой, местного пошиба экономист, видимо, решил меня добить:

– Ирина Владимировна, может, мы тогда поужинаем вместе завтра после окончания работы?

Я опешила от такого нахальства. Он что, решил очаровать меня и тем самым решить свои производственные вопросы?

– Игорь, извините, ничего обещать не могу. Даже как сложится мой рабочий день, я пока сама не знаю. Мы же не прощаемся, надеюсь. Так что будем на связи.

Правила приличия не позволяли нам с Сергеичем покинуть ресторан, а то бы мы просто ушли. Но вскоре такой момент нам все же представился. Откланялся директор партнерской организации, сославшись на назначенную встречу. Мы тоже засобирались. Всю дорогу мы с Сергеичем молчали, а когда вышли из машины, долго смеялись, вспоминая этого молодого, да раннего экономиста. Когда мы зашли в гостиницу, нас уже ждали прилетевшие сотрудники нашей фирмы. Они встречали нас бурно, как будто мы не виделись целую вечность. Вечером мы все встретились в ресторане, где собрались поужинать, и там уже народ оттянулся как следует. Ну, как обычно бывает в командировках. Я, конечно, тоже выпила вместе со всеми своего любимого напитка. Рассказала наши с Сергеичем приключения в аэропорту и на переговорах с партнерами. Все шутили, смеялись и расслаблялись. Но просидела я недолго, оставила коллег в ресторане и ушла в номер. Завтра предстоял напряженный день, поэтому я в одиннадцать часов была уже у себя. Приготовила деловой костюм темно-синего цвета с белой блузкой, на которой шеренгой располагался ряд мелких пуговиц. Собрала сумку, захватив и расческу, и косметичку, и очки, и салфетки, и зарядку для телефона, – все, что могло понадобиться, а могло и не понадобиться вовсе. Но чтобы было под рукой, если что, во всеоружии, так сказать. В двенадцать я уже спала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.