Игорь Русский
Мы не первые

Выйдя за сдерживающие нас тысячелетиями рамки ограничений собственного самосознания, человеческий вид стремительно развился, с неимоверной скоростью поглотив, словно прожорливая саранча, все новые и новые космические просторы. Давно была опустошена, покинута, позабыта материнская колыбель – Земля. Оставшиеся на планете люди, пройдя новый виток развития, теперь даже и не подозревали, что когда-то были высокоразвитой цивилизацией, способной управлять энергиями космоса. Человеческий муравейник жил по своим законам, поглощенный лишь одной глобальной заботой – выжить!

      На грани понимания!

Глеб сидел в своем любимом кресле, по привычке закинув ноги на стол. Борясь с подкатывающей к горлу тошнотой, с усилием жуя ставший уже ненавистным ломоть синтетического хлеба с таким же искусственным куском колбасы, запивая все это обеденное яство тридцатипроцентным чаем с ароматом лимона.

Отрешенный от реальности взгляд блуждал по мерцающему экрану телевизора, круглыми сутками крутящего одни и те же новости о глобальном изменении климата и в связи с этим возникающими по всему миру голодными восстаниями.

Тихонько хлопнула входная дверь, впуская незваную гостью. Глеб с удовольствием уловил аромат знакомых духов, приятно будоражащий сознание. Отложив в сторону недоеденный бутерброд, Глеб натянул на лицо самую, как ему казалось, приветливую улыбку, убрав со стола ноги, развернулся к вошедшей.

– Мариночка! Ты, как всегда, бесподобна. Надеюсь, твои прекрасные губки донесут до меня только хорошие новости.

Марина находилась на должности младшего лаборанта, хотя по сути занималась только одним перекладыванием уже никому не нужных бумажек, и если босс по какой-либо причине не хотел звонить лично, то отправлял с сообщением Мариночку, всегда с прыткостью молодой козочки выполняющую любое поручение ее покровителя и по совместительству любовника, главы новосибирского филиала (АО «Созидатель») Трухина Максима Григорьевича.

Одернув коротенький халатик, Мариночка игриво надула губки.

– Глеб Викторович, вы, как всегда, в своем репертуаре. Посмотрите, что в мире творится, а вы все шутите. И вообще, вас срочно просил зайти Максим Григорьевич.

Кокетливо поправив челку, Мариночка развернулась напоследок, словно таким способом мстя, вильнула полными бедрами и, как всегда, тихонько прикрыла за собой дверь.

Глеб встал, потянулся, поправил скомкавшуюся на спине рубашку. Оглядевшись, нашел взглядом возле одного из компьютеров красную папку с подготовленным еще вчера докладом.

Кабинет начальника находился на десятом, самом верхнем, этаже здания. Глеб ненавидел лифты, поэтому всегда предпочитал подыматься к шефу по лестнице, благо преодолеть четыре этажа для него, пока в свои сорок с хвостиком лет, не составляло труда.

Постучавшись и не дожидаясь ответа, Глеб открыл тяжелую с позолоченной табличкой, сообщающей всем, что здесь находится большое начальство, дверь. Трухин стоял отвернувшись, заложив руки за спину, что-то внимательно рассматривая за огромным панорамным окном.

Когда рядом никого не было, Глеб не соблюдал никакой субординации, в конце концов, они окончили один институт и знали друг друга уже много лет, да и на работе Глеб был ведущим инженером на хорошем счету, так что мог иногда допускать кое-какие фривольности, конечно, не переступая дозволенной черты.

Бросив папку на стеклянную столешницу, Глеб, специально создавая побольше шума, уселся в одно из кресел.

– Что-то ты сегодня больно серьезен. Опять сверху требуют ускорить работу?

Трухин никак не отреагировал на сказанное. Молча прошел к своему вмонтированному в стену ультрасовременному сейфу, на секунду замерев, дождался, пока биометрический сканер идентифицирует личность по радужной оболочке глаза.

Глеб с интересом наблюдал за происходящим, догадываясь, что такое загадочное поведение шефа неспроста и ничего хорошего не сулит. Достав что-то из сейфа, Трухин быстро положил это во внутренний карман пиджака.

Присев в свое огромное кресло, пристально, так, словно видел в первый раз, взглянул на Глеба. Не выдержав, Глеб толкнул папку с докладом по направлению к шефу.

– Максим, что за таинственность? Ты сегодня сам на себя не похож.

Прижав рукой скользящую по стеклянной поверхности папку, Трухин отодвинул ее в сторону.

– Извини, но у меня для тебя не очень хорошие новости.

Оттолкнувшись от стола, Глеб по-мальчишески дурачась, крутанулся в кресле.

– Давай уже, не томи, хуже синтетической еды все равно ничего быть не может.

– Твоя кандидатура выбрана для участия в проекте «Полигон».

Сказать, что слова, произнесенные Трухиным, произвели эффект разорвавшейся бомбы – попросту ничего не сказать. Предательский холодок миллионом крохотных мурашек моментально пробежал по взмокшей спине.

«Полигон» – суперсекретный, почти мифический объект, по слухам, находящийся где-то то ли на Чукотке, то ли в бескрайних просторах Ямальской тундры. Точно Глеб знал только одно. Единожды туда войдя, обратно, по крайней мере до конца проекта, покинуть это место будет невозможно.

С силой сцепив между собой пальцы, Глеб уже, конечно, ни на что не надеясь, спросил:

– Я так понимаю, права отказаться не имею?

Трухин отрицательно мотнул головой. Только сейчас Глеб заметил в его глазах неподдельное сопереживание.

Запустив руку во внутренний карман, достал предмет, похожий на пластиковую карту. С этой секунды ты больше ни с кем не общаешься. Переночуешь в моей комнате отдыха. Завтра утром за тобой придут.

Поднявшись, Максим подошел к Глебу, положил возле него кусок пластика.

– Возьми, теперь это твой пропуск.

Протянул руку для прощального рукопожатия. Глеб, еще не до конца осознавая реальность происходящего, вложил свою ладонь в его, тут же почувствовав в своей руке переданный ему небольшой клочок бумаги.

Глеб моргнул, показывая, что все понял: за ними ведется наблюдение, и, похоже, не только аудио, но и видео.

Расположившись на шикарном диване, занимавшем треть комнаты рабочего любовного гнездышка босса, Глеб все еще никак не мог прийти в себя. Конечно, умом он понимал, что, если его выбрали, значит вся доступная и недоступная информация уже имеется в полном объеме у людей, заинтересовавшихся им. И никакие уловки его уже не спасут. Только мозг все равно, вопреки всем здравым смыслам, лихорадочно искал выход из сложившейся ситуации.

Глеб знал миру, по крайней мере в том виде, в каком он существовал тысячелетия с момента образования первых цивилизаций, приходит конец. По самым оптимистичным прогнозам, еще каких-то лет десять-пятнадцать и когда-то цветущая планета потеряет свой прежний облик. С каждым годом на некогда плодородном, гостеприимном голубом шарике катастрофически быстро меняются климатические условия. Тающие ледники, миллионы лет удерживающие неизвестные человечеству вирусы, больше не могли справиться со своей задачей, выпуская в мир неподдающиеся лечению болезни. Только перед лицом неминуемой катастрофы ведущие державы, позабыв прежние раздоры, наконец-то объединились, собрав в одном месте лучшие умы человечества, поняв, что в одиночку не выживет ни одно государство. Первым шагом проекта «Полигон» стало создание биосинтетического белка, уже спустя три года на восемьдесят процентов заменившего обычную пищу. Только человечество, несмотря на все титанические усилия, все равно неуклонно все ближе и ближе подбиралось к пропасти, на дне которой оно могло навечно окончить свое существование.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.