Нина Трамунтани
Зов огня

© Дымова Н., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

Один.
Маджента

Меламарсия – тогда

У меня не было ни малейшего шанса. Их было пятеро. На их лицах выражались удовольствие и ненависть. Я не знала, что сделала не так. Только понимала, что это должно быть очень плохо.

– Что ты здесь делаешь одна? – крикнул Сет, когда я поспешно выпрямилась и спрятала книгу за спину, как будто так могла защитить ее от них. Слова в книге были слишком длинными и слишком сложными, но меня успокаивало, когда я водила пальцем по черным буквам на пожелтевшей бумаге и по потертой обложке, представляя себе чужой мир, который находился между обложками книг.

Мне часто снились чужие миры, независимо от того, бодрствовала я или спала. И иногда меня одолевало подозрение, что я тоже из такого мира. Что это была причина, по которой здесь я не вписывалась.

Солнце скрылось за кронами деревьев и необычно темными облаками. За считаные секунды живописная идиллия превратилась во что-то угрожающее. Сегодня я специально полчаса бродила по лесу рядом с нашим домом, с целью добраться до этого места. Чтобы меня не беспокоили.

Напрасно.

Они подошли ко мне. Подобно хищникам, окружавшим свою добычу, расположились вокруг меня.

– Эта маленькая психопатка наверняка пыталась вызвать призраков!

– Или она разговаривала со своими воображаемыми друзьями.

Сет сам по себе был не особо приятным, но вместе с друзьями его было не удержать. Они были высокими, с грязными руками и пустыми взглядами.

Синяки на моей коже, казалось, пульсировали каждый раз, когда кто-либо из них приближался ко мне.

– Я-я просто хотела почитать, – произнесла я и секундой позже пожалела, что вообще открыла рот, когда они разразились громким смехом.

– С каких это пор твоя сестра умеет читать, а, Колвилл?

Сет выглядел так, будто сейчас вцепится своему другу в горло.

– Она не моя сестра, сколько можно повторять?!

Мне уже не было больно, когда он говорил что-то подобное. Я спросила маму, правда ли это. Остекленевшими глазами она посмотрела на меня, покачала головой и погладила меня по волосам. Это причиняло боль. Мама почти никогда не прикасалась ко мне, и всякий раз, когда она это делала, я вспоминала, как это приятно.

– Ты знаешь, что означает твое имя, психопатка? – спросил Джонатан. Теперь он был так близко, что я чувствовала запах его пота. На короткое мгновение мой взгляд метнулся к макам между зелеными травинками. Как бы мне хотелось зарыться в них носом и сделать глубокий вдох…

Я рефлекторно отступила на шаг назад. Бегство ни к чему не приведет, это я выяснила еще в прошлый раз. Но если бы сделала еще два шага назад, я бы шагнула в пустоту. Мы находились прямо на обрыве.

– Ме-ла-мар-сия.

Он произнес мое имя по слогам и хрипло рассмеялся. Мне тоже не особенно нравилось это имя, оно было длинным, странным и сильно отличалось от имен других детей. Еще одна вещь, которая отделяла меня от них и всего остального мира.

– Гнилое яблоко! Очень хорошо подходит, правда?

Слова жалили. Они гнездились во мне, и я знала, что сегодня вечером, когда буду беззащитна перед ними, они снова появятся и будут преследовать меня. Но слова были не так плохи, как то, что последует за ними. Это было только начало.

– Пожалуйста, – пискнула я и посмотрела на Сета. Хотя это было бесполезно, я не могла не искать чего-то в его лице, за что могла бы цепляться.

Он подался вперед, в два больших шага оказался рядом и схватил меня за плечи.

– Миру было бы лучше без тебя, ты понимаешь это? – прошипел он. – Мы никогда не хотели тебя! Тебе здесь не место!

С этими словами он сильно толкнул меня.

Я ничего не могла поделать. Отшатнулась назад, желудок сжался, а сердце остановилось. На несколько секунд весь мир показался мне словно в замедленной съемке. Зелень деревьев, маленькое пятнышко сияющей небесной синевы, кричащая птица.

Как место могло быть прекрасным, когда в нем творились ужасные вещи.

Книга соскользнула на землю, и я шагнула в никуда.

Я не крикнула. Не закрыла глаза. Я просто упала.

Это не заняло много времени. В одно мгновение я почувствовала поток воздуха в своем теле, в следующее окружающее пространство передо мной исчезло в белом свете.

Теперь я уже не падала вниз, а начала вращаться, все быстрее и быстрее, как если бы скатилась с холма. Только я парила. Там были изображения. Они пролетели мимо меня. Или я пролетела мимо них? Руки моей матери. Разбитая тарелка. Гестия, моя любимая кукла до того, как Сет разрубил ее кухонным ножом.

Прозвучало мое имя. Мягко. Произнесенное единственным голосом, излучавшим тепло.

Он был здесь?

Неужели Фос поспешил ко мне на помощь?

Вообще-то я больше не плакала, но сейчас хотелось это сделать. Мне было так плохо.

Внезапно все исчезло. Изображения. Мысли. Шум. Тошнота осталась. Там были буквы. Одно слово. Оно ярко сияло. Мне потребовалось мгновение, чтобы расшифровать его.

Решайся.

Мои веки затрепетали, и я почувствовала слезы. И тогда я поняла. Я была на небесах. А на небесах можно было желать чего угодно.

«Позволь мне остаться здесь», – подумала я, еще крепче зажмурив глаза. Если мне действительно разрешено решать, то, пожалуйста, пусть это закончится.

* * *

Киана – сейчас

Не расстраивайся.

Солнце заливало поляну, заставляя сверкать ее темные кудри. Шоколадно-каштановые. Как и ее глаза.

Дыши.

Ее губы изогнулись в неотразимой улыбке. Она смотрела исключительно на меня. С любопытством. Вызывающе.

– Киана Либерт. – Хотя она только что поднялась на скалу, ее дыхание было ровным. – Пришло время познакомиться друг с другом.

Всеми силами я сосредоточилась на том, чтобы не смотреть на Уилла. Пока не видела выражения его лица, я могла вообразить, что все было по-старому. И что он только что едва не сошел с ума из-за того, что прекрасная незнакомка подвергла себя опасности. Это был всего лишь обычный разговор с еще одной сочувствующей Мигме. Ничего страшного.

Тем не менее, я чувствовала его рядом с собой, слышала его прерывистое дыхание, которое он в отличие от нее совершенно не контролировал. Как будто это он только что прыгнул с тарзанки, а не молодая женщина передо мной…

– Ты выглядишь точно так же, как я себе представляла, – продолжила девушка бархатно-мягким тоном, и ее улыбка стала шире, прежде чем она протянула мне руку.

– Ч-что?

Я неподвижно уставилась на нее. Этот холод в ее взгляде, несмотря на улыбку. И оливковый цвет, которому я всегда завидовала у Эвелин…

Внезапно перед моими глазами возникло другое лицо, одна половина которого была изуродована шрамами.

Нерон рядом со мной, перед извергающим огонь вулканом у Пиро. Нерон, который держал меня и заставлял смотреть в лаву, который кричал на меня, когда увидел мое видение: «Кто это? Кто эта девушка?»

Она снова опустила руку и пожала плечами.

– У меня уже было видение о тебе. Однако ты была в состоянии выдавать целые предложения.

Раскаленный жар пополз по моим щекам.

– Я тоже, – выдавила я вполголоса и, наконец, чуть более сдержанно: – Я тоже тебя уже видела.

В ее глазах появился блеск, и улыбка угасла.

– Как мило. Можешь называть меня Марсия.

Не дожидаясь моего ответа, она повернулась к моему инвенту.

– Привет! – Она заправила непослушный локон себе за ухо. – А ты, наоборот, выглядишь даже лучше, чем я думала. Я не хотела пугать тебя, извини, мы просто подумали, что лучше всего проверить связь прямо сейчас.

Как в замедленной съемке, я повернулась к Уиллу и тут же пожалела об этом. Его глаза покраснели, лицо стало известково-белым, и он дрожал всем телом, глядя на нее в крайнем изумлении.

Марсия.

Меламарсия.

Что за дурацкое имя?

– Как вы смотрите на то, чтобы сесть и выпить чаю? – вклинился Фос мягким голосом, указывая на стеклянный дом на краю скалы.

Моя голова повернулась к нему. Я совсем забыла, что он все еще стоял рядом с нами. Он положил руку Марсии на спину и наклонился к ней.

– Есть о чем поговорить, и у этих двоих, безусловно, еще много вопросов.

Уилл не обращал на него внимания. Он сделал шаг вперед, пока расстояние вытянутой руки не отделяло его от нее.

Все внутри меня сжалось.

Чувствовал ли он биение ее сердца?

Охватила ли его тошнота, когда он оказался рядом с ней?

– Как, черт возьми, это возможно? – выдохнул он. – Если ты… Если ты дочь Нерона и Гайи… То есть смесь Земли и Воды… Как я могу… – Он прижал руку к сердцу, а мое при этом мгновенно замерло.

Боже, как бы я хотела, чтобы у меня был его дар! Как бы я хотела знать прямо сейчас, оправдались ли мои худшие опасения.

– Как ты можешь быть моим инвентом? – прошептала она. Воздух между ними, казалось, вибрировал. – Мы также не были уверены, что это сработает. У меня его никогда не было, и ты, по-видимому, не просто инвент для смеси Огня и Воды. – Ее взгляд на долю секунды метнулся ко мне, и тень легла на ее глаза, прежде чем девушка снова посмотрела на Уилла. – Ты только что доказал, что являешься инвентом для всех метисов. – Она протянула ладонь и положила свою руку на его. – Что ты чувствуешь, Уильям Лоу?

Тишина.

Ничего, кроме шумящей крови в моих ушах.

Как можно было вежливо намекнуть ей, чтобы она убрала свои лапы от моего, по-видимому, беззащитного инвента?

Я открыла рот – понятия не имея, что скажу, например, как сыта по горлом этим миром, и мне отчаянно нужен был сон, – но как раз в тот момент Уилл резко отступил, таким образом установив дистанцию между собой и Марсией.

– Чай, – выдавил он. – Чай – это хорошая идея.

Впервые с тех пор, как появилась Марсия, он повернул голову и посмотрел на меня своими полуночными глазами. Эмоция, которую я не смогла распознать, вспыхнула в нем, Уилл схватил мою руку и вцепился в меня, как будто от этого зависела его жизнь.

Попыталась улыбнуться. «Все в порядке, – хотела я сказать. – Не волнуйся, мы справимся с этим вместе. Мы наконец-то снова встретились, и ничто не может это изменить. Все будет хорошо, я здесь».

Ни одно слово не слетело с моих губ. Моя улыбка больше походила на гримасу, поэтому я быстро отпустила ее, вместо этого сосредоточившись на тепле его кожи на моей.

Через пять минут мы подошли к дому и сели за скрипучий деревянный стол. Рядом с каждым из нас стояла дымящаяся чашка чая. Фос и Марсия сели напротив. Фос по очереди осмотрел нас с Уиллом, пока она с самодовольным видом размешивала сахар в своем чае.

– Лучше всего начать с самого начала, – сказал Фос, складывая руки перед собой на столе. – Дорогая, ты не хочешь рассказать? В конце концов, это твоя история.

Дорогая?

Она бросила на него сияющий взгляд, прежде чем уронить чайную ложку на блюдце с громким звоном.

– Это наша история. – Затем она посмотрела на Уилла, который сидел рядом со мной на деревянной скамье, напряженно вцепившись пальцами в колени.

– Я выросла на окраине города в районе Пиро у Колвиллов, – начала она, понизив голос. – С тех пор как научилась думать, я чувствовала себя не в своей тарелке. Была не такой, как все. Когда стала достаточно взрослой, чтобы понять, что означает кровное родство, мой брат на спор бросил мне в лицо, что я не из их семьи. Что я появилась в семье только потому, что никто не мог справиться со смертью его младшей сестры. И я была не более, чем жалкой заменой. Способом найти утешение.

– Моя мать так и не оправилась от потери единственной дочери, – подтвердил Фос. Печаль украсила черты его лица. – Фиренца родилась с пороком сердца. Она умерла в возрасте десяти лет, что слишком рано, в мой восемнадцатый день рождения. После этого дома уже ничего не было так, как прежде. Кроме отца, от которого я унаследовал ген, но которого тоже уже не было в живых, я был единственным одаренным в семье и большую часть времени проводил в Омилии, чтобы ежесекундно не сталкиваться с этой темной дырой. Настроение в моей семье и до этого было напряженным, мать постоянно проклинала Центр Стихий, как будто Омилия виновата в болезни моей сестры. Но теперь братья, всегда завидовавшие мне, становились все более жестоки, а мать погрузилась в свое горе. Когда однажды она рассказала нам, что собирается усыновить новорожденную девочку, я сначала подумал, что это шутка. Но она оставалась непреклонной. Меламарсия переехала к нам, никто не знал откуда, моя мать сказала только, что биологическая мать Марсии была слишком молода, чтобы заботиться о ней.

Гнев вспыхнул в темных глазах Марсии при последней фразе Фоса.

– Моя ма… Дженнифер Колвилл быстро поняла, что не может заменить свою дочь, – подхватила она нить повествования. – И мне пришлось заплатить за это. Мои братья были правы – я была лишь утешением. Она любила не меня, а девочку, которую отняла у нее судьба. Единственным, кто действительно видел меня, был Фос. – Она снова улыбнулась, но глаза остались холодными. – Другие братья ненавидели меня. Что довольно иронично, ведь они не имели ни малейшего представления о том, кем я была на самом деле. Возможно, часть из них всегда знали, что я отличалась не только внешностью. Они издевались надо мной, как только могли, постоянно устраивали мне проверки на вшивость и заставляли делать грязную работу. Не проходило ни дня, чтобы они не напоминали, что мне здесь не рады. С раннего детства они присоединились к Асфалии. Фос старался помочь мне, как мог, когда был дома. Но большую часть времени он проводил в Омилии.

– Мне стоило проводить с тобой больше времени, – хрипло прошептал Фос, делая большой глоток чая. – Но горе гнало меня прочь. Тем не менее, я пробовал все, что мог, всякий раз, когда был дома. Хотя Марсия не была моей биологической сестрой, я чувствовал, что привязан к ней гораздо сильнее, чем к своим братьям. Я хотел защитить ее от остальных, но, как только отворачивался, все начиналось сначала.

– Оглядываясь назад, понимаю – и хорошо, что он не смог защитить меня, – сказала Марсия, подмигнув Уиллу, который по-прежнему неподвижно сидел перед ней. Я даже не слышала, чтобы он дышал. – Иначе я, возможно, никогда бы не узнала, кто я на самом деле. – Теперь она оценивающе посмотрела на меня. – Тебя окружали заботой, не так ли? – спросила она. – Твоим приемным родителям было приказано ни при каких обстоятельствах не подвергать тебя опасности?

Очевидно, она не ожидала от меня ответа, потому что просто сухо рассмеялась, прежде чем продолжить.

– Моя жизнь была полной противоположностью. Мне было одиннадцать лет, когда мои братья и несколько их друзей столкнули меня со скалы. Проблемой было не падение. А море, в которое я погрузилась. Меня унесло течением. Я бы умерла, если бы Фос не нашел меня вовремя.

Ледяной холодок пробежал по моей спине. Какой бы неприятной она мне ни казалась, я ничего не могла поделать с охватившим меня состраданием. И с той частью меня, которая знала, что они говорят правду, как бы безумно это ни звучало. Ее рассказ совпал с рассказом Джонатана Слейтера, бывшего члена Асфалии, к которому я ходила, чтобы узнать больше о Фосе.

Почти все Колвиллы принадлежали к Асфалии. Некоторые из них были более радикальными, чем другие, но все они так или иначе имели к ней отношение. Кроме его младшей сестры, никто из членов семьи не имел особенно близких отношений с Фосом.

Это были его слова.

Но почему, черт возьми, Марсия оказалась именно в семье Фоса?

– Тогда впервые сработал мой дар, – прервал мои размышления ее мелодичный голос. – В то время я, конечно, понятия не имела, с чем имею дело, но рассказала все Фосу. Он тоже не знал, что делать дальше. Мы оба думали, что изображения были своего рода самозащитой. Человеческое подсознание направлено на то, чтобы уберечь нас от всего зла в мире, даже если оно и рассказывает нам сказки. Но в моей голове не было никаких сказок. Это были лица и обрывки разговора. Это было прошлое и будущее. Это были возможности.

Мое первое видение случилось, когда я выпала из своей квартиры, и это тоже была самозащита. Мой мозг просто отчаянно пытался отвлечь меня – такова была моя теория в то время.

Сердце яростно пульсировало в груди.

Фос знал триггер моего дара, потому что понимал и ее триггер. Так как с нами происходило одно и то же.

Черт возьми… Неужели это действительно было правдой?

Прошлое и будущее…

Я покачала головой.

– Если… Если ты дочь Нерона и Гайи… Как ты можешь обладать тем же даром, что и я? Я могу попадать в будущее и в прошлое, потому что я – нечто среднее между идором и пиро. Ты ведь должна уметь что-то еще как наполовину чой, разве не так?

Ее идеально оформленные темные брови взлетели вверх.

– Скажи еще, что не слышала легенд о злом отродье дьявола.

Я нахмурилась. За последние несколько недель я слышала о таких легендах, но одна была запутаннее другой.

– Сколько раз ты уже использовала свой дар, Киана? – Она произнесла мое имя как оскорбление.

– Меньше десяти раз, – призналась я, после чего она насмешливо усмехнулась.

– Как мило. И при этом ты никогда не замечала, что владеешь не только слегка измененными дарами Огня и Воды, но и двумя другими?

Я прикусила нижнюю губу и сверкнула на нее глазами.

Нет. Нет, на самом деле я это заметила. Когда снова вызывала свои видения, прикоснувшись к шрамам, – повторение момента было талантом чой, и я могла заставить время замереть, как пноэ. У нас с Уиллом уже была теория, что я в какой-то мере владела всеми четырьмя дарами…

– Марсия и ты одинаковы, – раздался успокаивающий голос Фоса. Она вздрогнула при его словах, что, казалось, не привлекло его внимания. – У вас есть талант видеть альтернативные реальности в прошлом и будущем, когда смерть близка. Единственное, в чем вы отличаетесь, это в том, что в отличие от тебя Марсия не может прыгать в будущее вместе с другими пиро, но повторяет время с другими чой.

Она фыркнула.

– Настоящая разница между ней и мной в том, что она понятия не имеет на что способна, в то время как я тренируюсь годами.

В чем, собственно, заключалась ее проблема?

Я была тем, кто должен был вести себя паршиво. В конце концов, они совершенно ни с того ни с сего застали нас врасплох.

– Почему мы узнаем об этом только сейчас? – внезапно прошипел Уилл, прежде чем я успела что-то сказать. Он уставился на Фоса. – Я думал, что мы работаем вместе и общаемся друг с другом совершенно открыто.

Я чуть не рассмеялась от облегчения. Это был лишь проблеск надежды, но на данный момент этого было достаточно. Он снова звучал как мой инвент, каким я его знала и любила.

– Во всем этом проклятом городе ни на кого нельзя положиться! – продолжал он, повышая тон с каждым словом. – Откуда нам знать, что мы можем вам доверять, черт возьми?

Полный сострадания, Фос ответил на его взгляд.

– Это именно та причина, по которой мы ждали, Уильям. Мы тоже не знали, можем ли доверять вам. Нерон Лагард – тот, кто познакомил вас с этим миром. Как мы могли быть уверены, что вы ничего не расскажете ему о Меламарсии?

Уилл сузил глаза и собрался было отпустить очередное ругательство, но я опередила его.

– Как возможно, чтобы Нерон ничего о ней не знал? Если он действительно ее отец, то должен был потерять свой дар при ее рождении! Но он – старейшина Идора. Что…

– Нерон не утратил своего дара, – тихо сказал мне Фос, проводя ладонью по лбу, как будто наши вопросы вызывали у него головную боль. – Точно так же, как твои родители не потеряли свои дары, когда ты родилась, Киана.

– Откуда… Откуда вы это знаете?

– Он знает это, потому что Гайя тоже не потеряла свой дар. – Меламарсия закатила глаза. Хотя она выглядела скучающей, ее голос приобретал странный оттенок, когда она произносила имя Гайи.

Мои глаза горели от усталости. Каждый ответ приносил с собой три новых вопроса.

– Где Гайя? – спросила я и потянулась за своей чашкой с чаем. Этот вопрос мы задавали много раз с тех пор, как нас впервые доставили в Мигму, и никто, похоже, не хотел отвечать нам на него.

Я сделала глоток, но не почувствовала вкуса. Мысли неслись, как бешеные.

– И как… Как ты вообще узнала, что ты ее дочь?

Фос явно старался держать дружелюбное выражение лица. Темные круги под его глазами подсказали мне, что ему, вероятно, так же нужен был сон, как и нам с Уиллом. Только Марсия выглядела свежей и бодрой.

– Мы часто пытались вытянуть хоть что-то из моей матери, чтобы узнать истинное происхождение Марсии, – объяснил он, – но она хранила молчание и в конце концов унесла тайну с собой в могилу. Первые настоящие подозрения у меня появились, когда скандал вокруг Агнии и Кая стал достоянием общественности и весь город узнал, что у них был ребенок. Мы не могли отрицать, что видения Марсии были необычными, тем более что они становились все более и более точными. Гайя и я стали друзьями, когда оба стали старейшинами наших групп стихий. Между ней и Нероном была напряженность, и она призналась мне после того, как я несколько раз упомянул, что считаю разделение одаренных и контроль границ в Тессаректе устаревшими.

– Разве такая точка зрения не была опасной? Тем более что вы только что стали старейшиной? – спросила я.

– Конечно, он не выставлял это на всеобщее обозрение, – ответила Марсия с тихим стоном. Фос положил ей руку на плечо и укоризненно посмотрел на нее. Прошло несколько секунд.

Наконец он улыбнулся.

– Что ты думаешь о том, чтобы прогуляться с Уильямом, пока я немного поболтаю с Кианой? Тогда вы оба сможете узнать друг друга немного поближе.

Что, простите?

– Отличная идея, – нараспев произнесла Меламарсия, глядя при этом только на меня.

Я стиснула зубы и повернулась к Уиллу.

Никогда в жизни он…

Моя надежда внезапно рухнула, когда Уилл, не колеблясь, соскользнул со скамейки и встал. Его взгляд на долю секунды метнулся ко мне.

Весь гнев и сомнения, которые были раньше, ушли. На его лице было отстраненное выражение. Что, черт возьми, здесь происходит? Это была ее работа? Или одна из его тактик? Думал ли он, что сможет узнать о ней больше, поговорив с ней наедине?

Но, если он действительно ее инвент… Черт, если он действительно связан с ней так же, как со мной…

Уилл на мгновение наклонился ко мне, убрал прядь волос мне за ухо и совершенно неожиданно прижал к себе в поцелуе. Холод его губ, странное отчаяние в нем заставили меня вздрогнуть.

– Увидимся позже, – пробормотал он, и, хотя Уилл смотрел прямо на меня, я не могла разглядеть ничего, кроме пустоты в его глазах. Он молниеносно выпрямился и кивнул Марсии: – Пойдем?

Она встала быстрее, чем я смогла сосчитать до трех. В следующее мгновение они исчезли через стеклянную входную дверь, и мне пришлось собраться с силами, чтобы не вскочить и не броситься за ними.

– Он в безопасности с ней? – вырвалось у меня, когда я оторвала от них взгляд и снова повернулась к Фосу.

Он одарил меня снисходительной улыбкой и спокойно сделал глоток чая.

– Пожалуйста, прости за ее резкие манеры, Киана. Она многое пережила за свою жизнь и много лет не была среди единомышленников.

Это не было ответом на мой вопрос.

Я невозмутимо уставилась на него, ожидая, пока он заговорит дальше.

– Мы точно не знаем, какими будут отношения между Уильямом и Марсией, но я подозреваю, что они будут очень похожи на ваши. В конце концов, его способности до сих пор были такими точными, потому что ты его единственная одаренная. Теперь его группа расширилась до двух человек, но это, скорее всего, не будет иметь большого значения.

Мне стало плохо.

И это его способ успокоить меня?

То, что он прочитал на моем лице, вероятно, многое говорило о моих мыслях, потому что он поспешно покачал головой.

– Я знаю ее вдоль и поперек, она и мухи не обидит. Особенно ее нового защитника. Я понимаю, что ситуация для вас непростая, но, пожалуйста, не волнуйся. Теперь все будет хорошо. Между нами больше нет секретов.

Мне удалось кивнуть.

– Расскажите мне больше о Гайе. Я знала, что они с Нероном были вместе, но что случилось после этого? Как она могла родить ребенка и никто не узнал?

Моим родителям помогли сохранить тайну их друзья и члены семьи. Они были вместе, пока Нерон не передал их Омилии.

– Нерон был вне себя от ярости, – удручающе проговорил Фос. – Гайя сказала мне, что они с твоим отцом были очень хорошими друзьями и что их только сплотило то, что у них обоих были запретные отношения. Нерона предали собственные родители. Конечно, он не послушался запрета на встречи с Гайей. Он был готов сбежать с Гайей и даже строил конкретные планы побега.

Я кивнула. Об этом мне уже рассказывала Ариэль, тетя Иви и младшая сестра Нерона.

– Гайя узнала о своей беременности примерно в то же время, – продолжил Фос. Его голос становился все тише и тише, словно он боялся, что нас могут подслушать. Полностью поглощенная рассказом, я немного наклонилась над столом, чтобы лучше его слышать.

– Она была в отчаянии, и у нее не было возможности поговорить об этом с Нероном. Поэтому она доверилась своей матери, которая, как и моя, не была одаренной и мало разбиралась в магии стихий. Однако она знала, что произойдет, если кто-то узнает о ребенке, прежде всего ее муж, который был очень уважаем в Омилии. Она пообещала дочери помочь сохранить беременность в секрете, если в ответ она поклянется порвать с Нероном и отдать ребенка после родов, чтобы он мог расти в безопасности. Гайя была безутешна. Она действительно любила Нерона и была готова уехать с ним из города, но ребенок в ее чреве все изменил. Это разбило ей сердце, но в конце концов она согласилась. Она встретилась с Нероном в последний раз. Когда она рассказывала мне об этом, то так сильно плакала, что едва могла говорить. Наверное, она очень убедительно дала ему понять, что все кончено и он никогда ничего для нее не значил. Таков был договор с ее матерью, только так Нерон мог отказаться от ее любви. Ее мать потом повсюду говорила, что отвезет Гайю в закрытое учреждение за городом, где ее должны вылечить от опьянения – по правде говоря, Гайя просто исчезла из поля зрения и тайно родила ребенка.

Я увидела себя вместе с Лиамом Лоу, стоящими в темном архиве Омилии, перед нами медицинская карта Нерона… Мания… Конверсионная терапия… Нерон тоже пытался излечиться от опьянения, однако это было для него не просто предлогом.

– Тем временем в Тессаректе разгорелся новый скандал, потому что Нерон из-за боли изменил свои взгляды и предал твоих родителей Омилии. Вероятно, в этом он искал искупление своих грехов.

Фос замолчал и с беспокойством посмотрел на меня. Тошнота во мне все больше усиливалась, но это было не потому, что он только что открыл мне, что Нерон предал моих родителей. Эту часть ужасной истории я уже давно узнала от Иви.

– Значит, Нерон стал бессовестным негодяем, потому что его великая любовь разбила ему сердце? – вырвалось у меня. – И теперь я должна жалеть его?

– Конечно, это не оправдание его поведению, Киана, – попытался успокоить меня Фос. – Я просто хочу, чтобы теперь, когда ты все знаешь, мы наконец-то могли откровенно поговорить друг с другом.

Я глубоко вздохнула.

– Ладно. И что теперь? Как, черт возьми, Меламарсия попала в вашу семью? Почему мать Гайи отвезла ее в другой район, а не уехала из города? А меня при этом отправили в Англию?

Фос вздохнул.

– Очень обоснованные вопросы. Мать Гайи находилась под давлением времени, и у нее было не так много вариантов, потому что все должно было происходить в тайне, а ее муж имел тесные связи в городе. Скорее всего, когда она отчаялась, ей пришла в голову мысль о старой подруге, которая жила на юге, на окраине города, и потеряла дочь несколько лет назад. С тех пор они почти не общались друг с другом, потому что, хотя они не были одаренными и могли свободно передвигаться по Тессаректу, после смерти сестры моя мать отдалилась и избегала контактов со всеми знакомыми. Должно быть, мать Гайи выбрала ее, потому что, во-первых, знала ее раньше, а во-вторых, понимала, что Колвиллы были мятежниками, у которых, за исключением меня, не было ничего общего с Омилией. Таким образом, она могла следить за девушкой, потому что та все еще находилась в городе, однако ей не нужно было беспокоиться о том, что кто-то узнает о ее существовании. Никого не волновали Колвиллы. Нас считали отбросами.

Я нахмурилась.

– Вы хотите этим сказать… Вы что, совсем не знаете? Вы не знаете истинной причины? Это всего лишь предположения?

Фос кивнул.

– Мать Гайи никогда не рассказывала ей, в какую семью отдала ребенка. Вероятно, она боялась, что в противном случае Гайя однажды появится на пороге нашего дома и заберет свою дочь обратно. В конце концов, именно по этой причине Гайя стала старейшиной. С одной стороны, она хотела доказать, что никто не сходит с ума, влюбившись в одаренного другой стихии, а с другой хотела использовать эту силу, чтобы найти свою дочь.

– Тогда как вы можете быть так уверены, что Меламарсия на самом деле ее дочь? – продолжала я размышлять. Почему-то эта история все еще казалась мне не до конца раскрытой.

– Она вылитая Гайя, – задумчиво поджал губы Фос. – И мы проверили дары чоев и идиоров – вместе с одаренными этих стихий она может их использовать. Нет никаких сомнений в том, кто она.

Некоторое время стояла тишина. Я потягивала свой уже остывший чай, пока его рассказы в моей голове жили своей собственной жизнью. Столько боли, столько страданий… И все это потому, что Омилия установила многовековые правила о любви? Потому что боялась промаха и смешения, забывая при этом, что мы не только одаренные, но и просто люди?

– Ты выглядишь усталой, – прозвучал мягкий голос Фоса. – Может быть, тебе пора немного отдохнуть.

Внезапно я почувствовала, будто веки налились свинцом. Больше всего мне хотелось бы положить голову на стол и задремать, но слишком много всего осталось без объяснения.

– И каков сейчас ваш план?

– Марсия поможет тебе узнать свой дар получше.

Наверное, мое выражение лица было довольно недвусмысленным, потому что он тихо рассмеялся.

– Не волнуйся, я уверен, что вы еще привыкнете друг к другу. Лучше всего нам больше не тратить время и сразу приступить к работе, как только ты придешь в себя. И помни: ты можешь извлечь из общения с ней большую пользу. Она снова и снова использовала свой дар, Киана. Она знает все его аспекты и готова поделиться с тобой своими знаниями.

Что-то мне подсказывало, что Марсия смотрит на это иначе, но я не стала возражать, а лишь кивнула. После первоначального шока я не могла отрицать, что существование второго, более опытного метиса вполне может иметь и свои преимущества. Узнать больше о своем даре было моей главной мотивацией с самого начала.

– Значит, мы с Уиллом останемся здесь? – спросила я. – Мы не вернемся?

Фос покачал головой.

– Необходимо, чтобы вы вернулись и играли по правилам Нерона теперь, когда он проникся к тебе доверием. Мы очень близки к тому, чтобы разрушить систему.

– Разве никто не заметит сегодня наше отсутствие?

– В Омилии сейчас царит особая атмосфера. Они отвлеклись из-за последней акции мятежников. Кроме того, мои контакты сообщили мне, что Нерон до сих пор там не появился. Думаю, ближайшие несколько часов все будет хорошо. Конечно, если он свяжется с Уильямом и потребует доставить тебя, тот немедленно отвезет тебя обратно.

Мы поднялись и бок о бок пошли к стеклянной двери. Я рефлекторно оглядела зеленые просторы за ней в поисках копны светло-русых волос. Ничего. Прямо перед домом находилась зияющая бездна.

– Тебе действительно не нужно беспокоиться об Уилле, – сказал он, как будто снова прочитал на моем лице то, что меня занимало. – Это нормально, что он сейчас зациклен на ней.

Я тяжело сглотнула, отчаянно пытаясь сделать равнодушный вид.

Нормально? Так же, как это было нормально со мной?

– Я уверен, все уляжется. Я не знаю, рассказал ли Уильям тебе, что именно он чувствовал, когда впервые встретил тебя, но я начинаю думать, что что-то в этом роде.

Я схватилась за дверную ручку и слишком сильно рванула дверь.

– Он больше не мог перестать думать обо мне.

Мой голос сорвался.

Фос хотел еще что-то сказать, но я поспешно покачала головой.

– Где я могу прилечь?

Грустная улыбка тронула его губы.

– Эвелин ждет тебя в лесу, она укажет дорогу. Надеюсь, ты не боишься высоты?

* * *

Иви бросилась мне навстречу, как только я дошла до первых высоких осин, обозначавших начало леса. Зрелище было таким идиллическим. Щебетали птицы, шелестели на ветру листья деревьев.

На несколько секунд я остановилась, разглядывая знакомую фигуру подруги. Ее черные волосы, ярко-красный плащ, развевающийся на ветру, решимость в чертах лица.

Она обвила руки вокруг моей шеи и крепко прижала меня к себе, прежде чем отодвинуть от себя, чтобы внимательно посмотреть на меня. Я сразу же почувствовала ее цветочный аромат. Беспокойство мелькнуло в темных глазах. Эта секунда так напомнила мне тот момент, когда я впервые увидела ее в Омилии, совершенно не подозревая, что единственная подруга, которая все еще оставалась у меня в Лидсе, была частью заговора.

Только теперь я была не в состоянии злиться, было просто облегчение от того, что передо мной есть кто-то, с кем я могла бы нормально поговорить о том, что меня беспокоило.

– Все в порядке? – выдохнула она. – Как прошла акция мятежников? Должно быть, было довольно трудно сбежать, верно?

Пауза.

– Меламарсия, – затем выдавила я из себя единственное слово, на которое была в состоянии в данный момент. Мне не нужно было произносить вопрос вслух. Она поняла.

– Мне нельзя было ничего тебе говорить, Киа. Но я день и ночь пыталась убедить Фоса быть, наконец, честным с тобой.

– Как и тогда, не так ли? – прошептала я и откинула назад пряди волос.

Она яростно покачала головой.

– Мигма – не Омилия. И Фос не такой, как мой дядя.

– Значит, ты доверяешь Марсии? – спросила я. – В конце концов, она твоя двоюродная сестра, ведь так?

Сходство между ними невозможно было отрицать, как только узнаешь об их родстве. И в то же время у Иви не было абсолютно ничего общего с этой женщиной, излучавшей чистый холод.

– С ней все в порядке, клянусь, – пылко ответила она и поспешила взять меня под руку, чтобы отвести в лес. – Она просто пережила много паршивых моментов.

Примерно так же сформулировал это и Фос. Но разве не все пережили паршивые моменты так или иначе? Что было с ним? С Нероном? С Гайей?

– Ты знала, что Уилл – ее инвент? Что Уилл, по-видимому, является инвентом всех метисов?

Она кивнула.

– Теория у Фоса была уже давно, но он не мог быть в этом уверен. Так это правда?

– Ага. – Я посмотрела вперед, на яркую в солнечном свете зелень, чтобы она не увидела боль в моих глазах.

Конечно, это было бесполезно. Она знала меня слишком долго и слишком хорошо.

– Как… Как дела между вами сейчас?

– Супер, – выдавила я.

– Ты можешь поговорить со мной, Киа, – сказала она. – Во всем этом безумии я всегда в первую очередь буду твоей подругой.

– И все же ты ничего не сказала мне о ее существовании, – вырвалось у меня, прежде чем я смогла сдержать слова. Я не хотела, чтобы это прозвучало так укоризненно. Я не хотела подвергать сомнению ее преданность. Но мне надоело постоянно бродить в темноте, чтобы потом узнать, что окружающие меня люди давно уже знают больше.

– Фос боялся, что Нерон сможет манипулировать тобой, – сказала она со вздохом.

Я повернула к ней голову и сверкнула на нее глазами.

– А разве ты не могла убедить его в обратном? Ты думаешь, я позволила бы этому случиться со мной?

Теперь в ее глазах мелькнула жалость.

– Он мучил Уилла, верно? И после этого ты открыла ему триггер своего таланта?

Я отпустила ее руку.

– Что бы ты сделала на моем месте? – прошипела я.

– Эй, это не было упреком! Просто Нерон болен, и любой отреагировал бы так же, как и ты. Я просто хотела этим сказать, что Фос не доверился тебе для твоей собственной защиты.

– Ты имеешь в виду, для ее защиты.

Иви остановилась, схватила меня за руку и подождала, пока я посмотрю на нее.

– Расскажи мне, – затем тихо сказала она. – Расскажи мне, что тебя беспокоит.

Я ничего не могла поделать, на глаза навернулись слезы. Ее чуткий взгляд и нежный голос сломали меня.

– Вчера вечером я узнала, что Фос взорвал почти всю свою семью, чтобы защитить меня. И теперь я узнаю, что у Нерона есть тайная дочь, которая обладает таким же, как у меня, даром – только в тысячу раз более зрелым, – не может терпеть меня и вот-вот набросится на моего инвента, с которым я, заметь, помирилась несколько часов назад. И который теперь, вероятно, чувствует к ней именно то, что он все время считал, что чувствует ко мне!

С каждым последующим словом мое самообладание рушилось все больше. В ярости я вытерла слезы, бегущие по щекам.

– Мне уже ясно: искренни ли чувства Уилла ко мне или нет, – это должно быть моей последней заботой прямо сейчас, но… Но… Черт возьми, я просто хочу быть счастливой хотя бы на несколько секунд и чтобы мир снова не рухнул через мгновение, разве я многого прошу?

Глаза Иви тоже влажно блестели. Она покачала головой.

– Нет. Нет, это не так. И Киа, то, что между Уиллом и тобой, это необычно, потому что у вас есть эта связь, и ты не можешь считать, что во всем виноват дар инвента!

– Почему бы и нет? Почему это должно быть что-то еще?

Она снова покачала головой, но ни слова не слетело с ее губ. На это она ничего не могла сказать. Все это время я не могла с уверенностью знать, каково было Уиллу. Даже он сам не мог знать этого по-настоящему.

«Ты не моя судьба, – сказал он, искренне веря в свои слова. – Ты лучшее решение, которое я когда-либо принимал».

Теперь я узнаю точно. Теперь есть кое-что, что может дать нам доказательство, что все это время я была права в своих худших опасениях.

Нет, не кое-что. Кое-кто.

– Нам нужно подняться сюда. – Голос Иви вывел меня из вихря моих мыслей.

Она указала на особенно толстый ствол дерева, и я проследила за ее взглядом вверх. Еще во время нашей последней прогулки я заметила серебристые блестящие палатки в кронах деревьев, которые, казалось, парили между высокими деревьями.

В другой жизни я бы не стала лезть туда из-за страха высоты. В этой были вещи гораздо хуже, чем парить в воздухе в нескольких метрах над землей.

– Дай угадаю, мы поднимемся наверх через внутреннюю часть ствола? – спросила я, глубоко вздохнув.

Так нужно было сделать, чтобы попасть в тайное убежище Мигмы, и хотя в первый раз я чуть не задохнулась от паники, впоследствии я довольно быстро к этому привыкла. Вероятно, благодаря моему дару и постоянным экстремальным ситуациям мои границы действительно изменились.

Это было то, что Иви говорила мне снова и снова, так? Я оказалась сильнее, чем думала.

Хотя сейчас я чувствовала совсем не это.

Иви одарила меня легкой улыбкой.

– Ты быстро учишься.

И с этими словами она опустилась на корточки и откинула в сторону лиственный покров, обнажив темную дыру в земле, а также толстые корни дерева, которые обвились вокруг друг друга, как несколько змей.

Одна за другой мы поднимались наверх, она проворно и тренированно, а я была настолько разбита, что несколько раз поскользнулась, хотя выступы в стволе нельзя было пропустить. Мое сердце даже не реагировало на это. Возможно, это была усталость, которая медленно, но верно овладевала мной. Или это было потому, что мое бедное сердце просто не могло больше биться.

Иви ждала меня наверху и помогла взобраться на толстую ветку, с которой мы поднялись еще выше.

Легкий ветерок превратился в относительно сильный поток воздуха.

– Только не смотри сейчас вниз, – пробормотала она, обхватив мое запястье. – Нам нужно на ту сторону.

Примерно на полпути вниз по ветке, за которую я держалась, болталась одна из парящих кроватей. Прозрачная ткань палатки переливалась на полуденном солнце, и сквозь нее я рассмотрела белое белье. Как минимум два человека, судя по всему, могли разместиться внутри с комфортом. Ну, с комфортом, если вы считаете, что можно расслабиться, болтаясь на единственной веревке в палатке высоко в воздухе… Она раскачивалась туда-сюда на ветру.

– Красиво, да? – Иви посмотрела на меня.

– М-м-м, нет ничего лучше высоты.

Она рассмеялась.

– Ты действительно хорошо справляешься, учитывая обстоятельства.

– В последнее время у меня было довольно много практики.

Она подождала, пока я встану на ноги, держась обеими руками за дерево, затем спустилась на ветку ниже, которая находилась на уровне палатки, нырнула под несколько больших листьев и исчезла из моего поля зрения.

Шаг за шагом я продвигалась вперед. Когда я отодвинула в сторону ветку с особенно густой листвой, мой взгляд заблудился в глубине.

Желудок сжался, и я автоматически покачнулась. Лесная почва была так далеко, что я не воспринимала ничего, кроме размытой зелени. Мои пальцы скользнули по ветвям, и я крепче обхватила дерево.

Один шаг. Один неверный шаг, и все будет кончено. Это было так легко.

Какое видение я увижу последним?

Не будущее, это уж точно.

– Киа! Ты идешь?

Я заставила себя снова поднять взгляд и последовала за голосом Иви.

Небольшая деревянная платформа, с которой можно было забраться в палатку, была прибита к дереву. Иви уже находилась внутри. Она открыла треугольный вход и протянула мне руку, когда я ступила на платформу.

В мгновение ока она помогла мне войти в палатку. Под нашим весом она застонала и начала раскачиваться на ветру еще сильнее.

– Удалось!

Она наклонилась мимо меня, чтобы снова застегнуть молнию, прежде чем скользнуть по краю и упасть спиной на белую подушку.

– Это было не так уж сложно, правда?

Я вытянула ноги и тоже полностью скользнула назад. Щебетание птиц здесь стало еще громче. Пахло весной, свободой, природой и миром. С закрытыми глазами даже раскачивание не казалось угрожающим. Немного похоже на колебание волн.

Все это могло быть так красиво. В параллельном мире, где я не попала в этот город и не обладала странным сверхъестественным даром.

Я зажмурила глаза.

– Когда все это закончится?

– Что?

Иви скользнула ближе ко мне. Я чувствовала ее близость, даже когда не видела ее.

– Такова жизнь. Будет ли когда-нибудь все хорошо?

Иви нащупала мою руку и переплела свои пальцы с моими.

– Позволь мне процитировать моего дорогого друга Оскара Уайльда, – взмолилась она. – В конце концов, все будет хорошо. А если сейчас не хорошо, то это еще не конец.

Все внутри меня сжалось. Я сосредоточилась на ее ровном дыхании. Старалась думать обо всем, кроме Уилла.

– Фос планирует освободить твоих родителей, Киа, – в какой-то момент сказала Иви так тихо, что я подумала, мне это показалось. – Это следующий большой шаг в его плане.

Мои веки снова распахнулись, и я повернулась к ней. Мысль об Агнии и Кае в их тюремных камерах преследовала меня с тех пор, как мы посещали Десмот.

– Ты доверяешь ему на сто процентов?

Иви кивнула и улыбнулась.

– Все будет хорошо.

Она повторяла слова, пока они не отозвались в моей голове успокаивающей мантрой.

А потом, когда мои глаза снова закрылись и я позволила усталости полностью охватить меня, мысли внезапно переместились к Джонатану Слейтеру и к истории, которую он рассказал о Фосе. К тому подтверждению доверия, которое он мне предоставил.

Мигма в ответе за то, что ты все еще жива, Киана Либерт.

Они сожгли штаб-квартиру секты. Чтобы защитить меня.

Нийол также защищал Фоса после того, как я возмутилась, что он убил всех этих людей.

«Киа, ты не слышишь? Он сделал это ради тебя».

Только дело в том, что он сделал это не ради меня.

А ради женщины с темнотой в сердце и холодом в глазах. Ради своей сестры.

Два.
Кармазин

Яркий красный свет ослепил меня, когда я открыла глаза. Я поднялась, хватая ртом воздух, моя мягкая кровать начала покачиваться подо мной.

Желудок урчал, в голове стучало, а во рту пересохло. Я была в палатке одна и, судя по всему, даже не заметила, как Иви покинула ее, хотя для этого ей пришлось перелезть через меня. В считаные секунды я провалилась в глубокий сон без сновидений, который на какое-то время поглотил все мои заботы и страхи.

Сквозь серебристую ткань был виден впечатляющий закат, так что действительно должно было пройти несколько часов. Небо горело прекраснейшими оттенками оранжевого, красного и золотого.

Я поморгала, чтобы окончательно прогнать остатки сна, поспешила выбраться из палатки и спуститься с дерева. Только сейчас я заметила, что остальные палатки пусты.

Что было с остальными членами Мигмы? Как они проводили свои дни? Они планировали предстоящее свержение Омилии?

Жуткая тишина встретила меня, когда я со стонами сползла со ствола дерева на землю. Я пересекла лес и вышла на большую поляну с длинным домом.

Куда делся Уилл? Он все еще был с ней?

Я ускорила шаги, когда заметила вдали пламя. Между домом и большой площадкой, где на мачте висел флаг с символами всех четырех стихий, вокруг костра полукругом стояла группа людей.

Мои руки покрылись мурашками и не от прохладного вечернего воздуха. Подойдя ближе, я заметила несколько знакомых лиц – Хатек рядом со своей сестрой Сабией, старшей пноэ, которая под видом бездомной в районе Пиро пыталась связаться со мной, и Нийол. Никаких следов Иви или Уилла. Поэтому я подошла к Нийолу, хотя еще несколько дней назад я бы избегала его общества любой ценой. После того как он признался мне в своих чувствах и я его оттолкнула, после поездки к Слейтеру, когда мы чуть не погибли во время шторма, мое отношение к нему изменилось.

Обычно разные одаренные устанавливали в мире равновесие стихий посредством регулярного применения своего дара. Часть цены заключалась в том, что разные районы Тессаректа всегда имели только одну определенную климатическую зону. Только когда кто-то нарушал правила, начиналась буря, как прошлой ночью.

– Киа.

Голос Нийола прервал мои размышления. Он казался усталым и немного застигнутым врасплох.

Последние несколько дней я постоянно испытывала гнев при виде него. Теперь, когда это прошло, все, что таилось под ним, вышло наружу.

Не все присоединялись к Мигме потому, что выступали против строгого разделения стихий. Месть была не менее сильным мотивом.

– Как ты? – пробормотала я, потому что ничего лучшего не придумала.

Он не пошевелился.

– Вся эта подготовка действует мне на нервы. Это заняло достаточно много времени, и я не могу дождаться, когда все наконец начнется.

Когда начнется что?

Не дожидаясь моего ответа, он развернулся и зашагал в сторону дома, где несколько одетых в белое людей как раз ставили еду на гигантский стол в прихожей.

Я огляделась с тошнотворным чувством, пытаясь понять, не пропустила ли Уилла или Иви, когда меня сзади похлопали по плечу.

Я обернулась.

Сложно было сохранить спокойное выражение лица, когда я увидела Марсию. Она натянула поверх платья широкую блузку и завязала ее на животе, волосы свободно лежали на плечах, а глаза блестели в сиянии заходящего солнца.

Она усмехнулась мне и указала подбородком на платформу.

– Пройдемся?

Я заставила себя ответить на ее улыбку. Раз Иви сказала, что с ней все в порядке, значит, в этом что-то есть, верно?

– Где ты оставила Уилла? – спросила я, когда мы отошли от остальных. Я заметила, что она почти не привлекала внимания, некоторые из присутствующих приветливо кивали ей или улыбались, она ни для кого не казалась чужой.

– Он отдыхает, – сказала она, на мой взгляд, слишком ревниво – как будто я спросила о ее парне, и она сочла этот вопрос неуместным.

Ладно, соберись, Киа, кто знает, как бы ты поступила, если бы росла так же, как она. Кроме того, Фос прав, ты можешь многому у нее научиться.

– Ты мало спала, да? – продолжила она, и ее тон не оставлял никаких сомнений, что я имею право воспринять это замечание как оскорбление.

Я радостно ухмыльнулась ей.

– Ты когда-нибудь спала в этих парящих палатках? Это не совсем то, что я понимаю под отдыхом.

Ее улыбка погасла.

– Мы же здесь не для того, чтобы отдыхать.

Мы дошли до края платформы, где нас ожидал вид на погруженный в темноту холмистый пейзаж.

– Что на данный момент ты знаешь о своем даре? – спросила Марсия, когда мы остановились прямо под флагом.

Конечно, она хотела сначала показать себя, а не сразу делиться со мной своими тайными знаниями.

– Я вижу альтернативные реальности прошлого и будущего, – резюмировала я то, что знала на данный момент. – Каждый раз, когда использую дар, у меня остается шрам или следы на теле, поэтому сначала мне кажется, что со мной действительно происходит что-то страшное. Если я касаюсь своих шрамов, я возвращаюсь к видениям и могу дольше пребывать в них.

Ее острый взгляд пронзил меня.

– Ты можешь ими управлять? – спросила она, но уже не насмешливым, а деловым тоном.

Я покачала головой.

– Не совсем. Я пробовала, но все происходит случайно. Всякий раз, когда я думала, что что-то сработает, меня уносило в другом направлении.