# Развитие

Алёна Ильинична Кощеева

Валентин Вениаминович работает техническим директором в АО “Заслон”. Компания планирует развиваться в сфере сельского хозяйства и первый заказ – автономные многоуровневые пшеничные поля. Его профессиональное чутьё подсказывает, что клиент не так прост. В чем может быть подвох?

## 1. Инициация

На рабочем столе беспорядок. Пылится увесистая «Архитектура компьютера» Таненбаума, блокноты непонятного предназначения, ежедневник. Белые листы бумаги с перечеркнутыми расчетами по прошлым проектам перемешались с документами. Ручки и маркеры разного цвета разбросаны повсюду. Как три слона стоят чашки – одна для чая, другая для кофе и третья для воды. Пустой картонный стаканчик скомкан вместе с чеками, ждёт путешествия в мусорную корзину. Миниатюрный кактус неловко стоит на высоком перевернутом горшке, чтобы не потеряться в этом хаосе. Пахнет жареными семечками, солнцем и Югом.

Посреди этой неразберихи неуверенно, робко уместился ноутбук на краешке стола. На нём пестрят диаграммы из введения к новому проекту. Всё здорово, интересно, но что-то настораживает…

Валентин Вениаминович тяжело вздохнул, задумчиво погладил седую волнистую бороду и поправил очки. За окном жара, асфальт парит, народ ходит в коротких шортах, легких футболках. В офисе кондиционер. От него проще телу, но не лучше морально. Кажется, что некоторые технологии делают нас слабее. Мы мешаем организму привыкать к изменениям окружающей среды, свято уверяем его, что здесь, в комфорте, и есть норма. Но ведь жизнь заключается в той самой переменчивости, а не в удобной коробке с кондиционером.

«Нормой обеспеченности зерном считается одна тонна зерна на человека в год» – прочитал он на экране и посмотрел на окно. Пятнистое, немытое. С той стороны широкий пыльный проспект. С этой – офисные цветы на подоконнике, за которыми ухаживает администратор и иногда разбрызгивает воду. Тонна зерна в год – это сколько муки или хлеба? Он снял очки, потер переносицу и продолжил читать. Перескочил блок о вариантах использования пшеницы, интересно, но к техническим деталям проекта отношения не имеет.

Дальше шло несколько страниц пестрых диаграмм. «Хватило бы парочки» – подумал Валентин. Почему-то люди считают, что жизненно важно добавлять в бизнес-планы, презентации, технические задания и прочие документы побольше информации. «Вдруг пригодится» – оправдывают они излишек данных. Вряд ли это когда-то изменится. За двадцать лет работы в АО «Заслон» он встречал пять-десять человек, которые действительно умеют формулировать свои мысли. И все они были их же сотрудниками.

«Занятно» – пробубнил Валентин под нос. Оказывается, Россия на втором месте по засеянной площади, на третьем по производству пшеницы. И при таких масштабах даже в пятерку лидеров по урожаю в килограммах на гектар не попадает. Он покривился, хотя из-за усов и бороды этого не было видно. Казалось, Родина на первом месте по всем показателям, что касаются пшеницы. Хотя, откуда ему знать? Обычно они занимаются системами радиолокации, бортовой аппаратурой, центрами обработки данных… С восемнадцатого года правда есть отдел медицинского оборудования, но сельское хозяйство решили запустить только в прошлом месяце. «Развитие – залог успеха! – говорит гендир, – Интеллект рождает мощь!» – поэтому каждые пять лет они вписываются в новую отрасль.

Гладкий тачпад моментально откликался, чувствуя настроение владельца. Валентин быстро пролистал графики, мельком просмотрел их содержимое. «Исходя из визуализации данных по производству пшеницы в различных странах, мы можем заключить, что в Российской Федерации выделенные площади используют не весь заложенный в них потенциал» – жирным шрифтом красовался внизу текст со множеством подпунктов с цифрами. Канцелярский, бюрократический, всё «как положено». Со словами «соответственно», «эффективность», «рентабельность», «функционировать» и так далее… Валентин сделал глоток воды, громко поставил стакан на место. Звук отскочил от стен и вернулся к столу.

Душно. Лоб покрылся испариной. Он расстегнул верхнюю пуговицу и протер лицо салфеткой. Придется понизить температуру на кондиционере. «Пик-пик» – обрадовался пульт, что ему дали работу. Прохлада собралась сначала у кресла, но через пару минут освежилось всё помещение. Дышать и думать стало проще. Он встал, поправил рубашку, которая всё время навязчиво выпрыгивала из брюк. Делать это приходится наощупь, мешает живот. Такой, за которым не видишь собственных ног. Как-то Валентин проснулся, посмотрел на себя в зеркало и понял, что пузо уже никуда не денется. Надо учиться жить с ним. Наверное, так у всех, кто подходит к пятидесяти.

Собранные на затылке в хвостик серо-белые волосы вымокли у шеи, пришлось плеснуть немного воды из стакана, протереть салфеткой и проветриться под кондиционером. Он поглядел на себя в размытое отражение в стекле окна и вышел из кабинета. Пора браться за проект, комплектовать команду.

– Кирилл, Лена, Стёпа, совещание через пять минут.

Сотрудники будто того и ждали. Моментально поднялись с рабочих мест, потрусили за уважаемым Валентином Вениаминовичем.

– Всё изучили? – спросил он и сел в торце стола, – Что думаете?

– Сроки нереальные, – сказала Лена, – нам бы на месяц больше.

В тридцать она выглядела как девятнадцатилетняя девчушка. С длинными каштановыми волосами, широко распахнутыми глазами, аккуратными кукольными губками. Про таких говорят «и умница, и красавица». От неё всегда приятно пахло – сладкими цветами и фруктами. А особым менеджерским талантом Лены было умение решать любые спорные или конфликтные ситуации с заказчиками.

– Как я смогу написать ПО если не будет собранной модели? – спросил Степан, – Нет, я, конечно, могу, но отладить… Бред какой-то.

Занудный порой, но до невозможного преданный компании программист. В потрепанных джинсах, мятой футболке, дикий. Он всегда видит проблемы прежде возможностей. Ворчит, возмущается, но потом всё-таки пишет код с учетом всех рисков.

– Да напишешь! Я тебе всё смоделирую!

Кирилл зачастую чересчур оптимистичен. Или самонадеян. Считает, что любая задача решается, просто надо научиться думать «вне рамок». Одет с иголочки, волосы уложены набок, штанишки открывают щиколотки. Хочется его как-то назвать…, всё вертится на языке, да не придумается. Для «пижона» он слишком умен, а для «сноба» всё-таки простоват.

Но в целом, они трое – идеальный костяк команды. Способны решать все вопросы самостоятельно и не дергать по мелочам техдира. Они попали под крыло Валентина Вениаминовича после универа. Тогда он с грустью наблюдал, как из двадцати стажеров остались одиннадцать, а еще шестеро ушли через год. Но зато сейчас, спустя семь лет, он твердо уверен, что остались лучшие.

– Стёпа, ты недавно рассказывал про ИИ, который определяет намерения людей, – сказал Валентин и нахмурился так, что со стороны ему можно было дать все шестьдесят, а не сорок восемь.

– Назвал его «Око»! Хотел, чтобы аббревиатурой, но не придумал.

– Как он работает, напомни кратко? Что ему нужно?

– Хм, – Стёпа вздёрнул брови, скривился словно жуёт лимон.

Описывать «в двух словах» алгоритм работы нейросети трудно, всегда начинает «заносить» в детали. Особенно если во внерабочее время только этим и занимаешься. Он поёрзал немного на стуле, погладил гладковыбритый подбородок с ямочкой посередине и ответил:

– Скармливаем фото лица, лучше три стороны плюс вид сверху, а ещё лучше набор фотографий человека с интервалом в год, тогда точнее… Короче, если короче, – он улыбнулся от своей игры слов, – даём фотки, запускаем, он ищет по камерам наблюдений, по видео из инета, картинкам, соцсетям, собирает массив информации и делает вывод.

– На основе чего?

– Если публичная личность, то по СМИ тоже ходит, хотя поисковую выдачу для всех проверяет и сверяет…, – увлекся Стёпа, но Валентин Вениаминович был слишком серьезен, – На основе чего вывод…, – повторил он вопрос, – на основе его личных рассуждений, он же обученная нейросеть.

– Ты хочешь сказать, что если дать ему фото человека, то он «подумает» и скажет хороший человек или плохой?

– Да, – Кивнул Степа и добавил, – еще скажет, что скрывает.

Лена с Кириллом синхронно недовольно фыркнули. Недавно «Око» Степана раскрыло, что они несколько лет тайно от коллег встречаются. И по офису поползли шуточки, ехидные смешки…

– Как ты её обучал? – Кирилл явно хотел задеть, намекнуть на что-то недоброе.

Бровь над его правым глазом заметно подскакивала от напряжения.

– За людьми следил? – подался Кирилл вперед, напирая на коллегу.

– Хватит, – отрезал Валентин, – вернемся к проекту… Степа, для «Ока» я тебе отдельно дам задачу.


«Автономные многоуровневые модульные пшеничные поля» – амбициозно кричал заголовок технического задания от клиента. Масштабно. Многообещающе. Интересно. А главное, полезно. Иногда целый урожай пшеницы гибнет. Или ожидали один объем, вышло в разы меньше. Все процессы под контролем переменчивой матушки-природы. Хватит! Человеку нужно побороть засуху, ливни, создать независимую от погоды экосистему… Вот и гендир увидел точку роста для компании в сфере сельского хозяйства. Еда нужна всем и всегда. Это не предметы роскоши, которые выходят из моды, а необходимость.

АО «Заслон» должны продумать всё до мелочей, сделать виртуальную модель и написать программное обеспечение с элементами искусственного интеллекта для обработки данных. Всё. Когда, кем, на чьи деньги поля будут реализованы – неясно. Надо выложиться по полной, чтобы заказчик решил работать с ними и по воплощению модульных полей в физической реальности. С помощью такого проекта можно ведь не только выровнять ситуацию в своей стране, но и накормить голодающих. Это большая, важная задача.