Айза Блэк
Невеста вампир для блудливого оборотня

Глава 1

– Нет, нет, нет! – Вардан метался по кабинету, как зверь, загнанный в клетку. Лицо его стало удлиняться, руки покрывались шерстью. – Этого не будет!

– Сын, держи себя в руках, – старый оборотень восседал за письменным столом, неспешно попивая янтарную жидкость. – Будущий альфа не имеет права на слабость. Ты должен достойно принять вызов судьбы.

– Вызов судьбы говоришь? Или твою прихоть?! Как ты мог решать за меня? Как мог договариваться за моей спиной, распоряжаясь моей жизнью? – схватив массивный деревянный стул, он за секунду превратил его в щепки.

– Ты думаешь только о себе. А как же стая, сколько наших волков мы спасем? Об этом ты подумал? Я действовал в интересах нашего народа. И твое поведение заставляет меня усомниться в твоей готовности занять мое место. Лидер всегда жертвует собой, забывая о своих интересах! – нахмурив седые кустистые брови, он укоризненно покачал головой.

– И становится посмешищем? Что подумают мои собратья, когда узнают! Я сгорю от стыда! Утрачу авторитет! – в полумраке сверкнули белые клыки.

– Сядь! Спрячь клыки, – спокойный тон, в котором сквозила невероятная сила. То, что заставляет повиноваться сразу, в клочья ломая волю. Вардан, тихо порыкивая, сел, руки вновь приняли человеческий облик. – Вот так лучше, – кивнул головой вожак стаи и продолжил, – Ты своим примером покажешь, на что готов ради народа. Или по-твоему пусть и дальше война продолжается? Пусть гибнут волки?

– Я, в отличие от тебя, верю в нашу победу! Мы бы дали бой, выпустили кровь из упырей и разорвали в клочья их прогнившие тела! – глаза наследника злобно сверкнули, он уже представлял себя в гуще сражений.

– Я не готов жертвовать ни одним из волков, доверивших свою судьбу нам. Как ты потом будешь смотреть в глаза их вдовам, детям, оставшимся без отцов? И не забывай про численность вампирского рода! Мы имеем дело с самым древним и сильным кланом! Как ни печально признавать – перевес по силе сейчас на их стороне. Нашим волкам все труднее находить истинных, мы теряем позиции, и, на данном этапе, я как вожак, считаю: лучший вариант – заключить мир, хотя бы временный, и восстановить утраченную мощь.

– Восстановить мир, жертвуя своим сыном? Почему не предложил свою кандидатуру? Почему не выбрал моего брата? Уверен, Дамир, с его покладистым характером, лучше подошел бы на роль жениха!

– Вардан, какой же ты эгоист! Мне стыдно за тебя, сын! Еще раз повторяю, уговор был – будущий альфа, мой наследник, вступит в брак с племянницей главы вампирского клана. Переговоры были нелегкими и дались, поверь мне, слишком тяжело. Мне тоже пришлось наступить на горло своим принципам! И я рад, да рад, не смотри на меня, как на врага, что сделка состоялась. В нашем случае – это наиболее благоприятный исход. Стая сможет жить спокойно, не озираясь по сторонам, не опасаясь неожиданной атаки вампиров! – старый оборотень откинулся в кресле, достал сигару и закурил, выпуская ровные колечки дыма.

– Я на многое готов ради стаи! Найди мне хромую, косую, любую жену, но живую! Ты слышишь? Живую! А ты предлагаешь мне заключить брак с ходячим трупом, зомби! Что мелочиться, отец, давай сразу отправимся на кладбище, раскопаем могилы и подберем мне несколько невест! Гарем зомби – прекрасная участь для будущего альфы! Давай, похорони меня под грудой упырей, вперед! – Вардан с силой сжал обивку кожаного дивана, так, что два клочка остались у него в руках.

– Я видел ее, вполне миловидная особа. Тихая, скромная, – тирада сына не нарушила выдержки оборотня.

– Была миловидной. Пока не примкнула к клану упырей. Сейчас это просто тело, живущее благодаря чужой крови, – он делал глубокие вздохи, пытаясь хоть как-то совладать с собой. Не лучший момент сейчас выпускать своего зверя наружу.

– Вардан, а теперь расширь свои горизонты восприятия. Девушка долгие годы не покидала стен своего дома. О ней заботились, но не выпускали в мир. Она слабый вампир, не представляющий никакой угрозы. Запрешь ее у себя дома и сможешь жить как раньше.

– Только ты не уточнил один момент, ее упырь-дядюшка хочет, чтобы брак был настоящий! Мне придется совокупляться с ней! Спать с трупом! Отец, я не смогу, у меня попросту ничего не выйдет! – он обхватил голову руками, содрогаясь от одной мысли, что придется прикоснуться к вампирше.

– Хм, а вот это не проблема, учитывая твой род занятий и специфические потребности, – лукавые искорки вспыхнули в усталых синих глазах вожака стаи.

– У меня нет потребностей сношаться с ходячими трупами, – молодой волк зарычал, все его естество противилось от такой постыдной участи.

– Пару раз с тебя не убудет. Знаешь, как молодежь говорит, расслабься и попытайся получить удовольствие, – старый оборотень глухо засмеялся. Явно не разделяя трагического настроя сына.

– А то, что именно вампиры лишили меня матери, а тебя истинной пары, тебя не останавливает? Решил и сына родного им на блюдечке преподнести! – Вардану захотелось больнее уколоть отца, хоть так немного отыграться за свою испорченную жизнь.

– Ты слишком горяч, – ни один мускул не дрогнул на лице отца. – Глава клана не причастен – это мне доподлинно известно. В остальном, нельзя винить всех вампиров. Месть должна касаться совершившего злодеяние. Найдешь убийцу, я самолично выпотрошу его и покараю. А ненавидеть всех вампиров – это, в первую очередь, отравлять себя ядом. Вардан, помни, надо всегда сохранять ясный ум. А ты до сих пор ведом эмоциями – это фатальная черта для будущего альфы.

– Зато ты отец холоден, спокойно решаешь судьбу сына, договариваешься с врагами. А мое мнение… зачем оно тебе?! Как я могу стать альфой, если ты не даешь мне и шага самостоятельно ступить? Если твой контроль полностью перекрывает мне кислород?!

– Когда я увижу, что ты готов. Ты получишь все права. А пока, усмири бурлящую кровь и готовься к бракосочетанию, – оборотень устало потер переносицу, перепалки с сыном изрядно надоели.

– Брак по всем кровным законам – он нерушим. Никто не сможет его разорвать, ты это учел? А если я встречу свою истинную? Что ты тогда скажешь, отец? – Вардан решил применить свой последний козырь, зная, как родитель мечтает о внуках, постоянно сокрушаясь, что ни один из двух сыновей так и не смог найти пару.

– Ты ее нашел? – вожак стаи смачно затянулся, – Нет. Когда появится, тогда и поговорим. Сейчас нечего попусту сотрясать воздух. Никто не собирается лишать тебя права на потомство. Даю слово, если истинная найдется, сделаю все, чтобы никто и ничто не помешал вам приступить к процессу зачатия. А теперь ступай, сын. Решение принято и тебе не переубедить меня! – старый волк демонстративно повернулся к окну, давая понять сыну – разговор окончен.

Вардан выбежал из кабинета, ничего не видя перед собой, вышел из дома, вырвал с корнем растущую в саду огромную яблоню, опустился на землю и завыл по-волчьи, выплескивая все свое отчаяние и только нарастающую злость.

Глава 2

Лето 1985 года…

Счастье есть! Она не переставала благодарить судьбу, собираясь на свидание. Сегодня особенный день – годовщина их знакомства. Ровно три года назад она впервые увидела парня, как молния пронзившего ее сердце. Главное в жизни – настоящая искренняя любовь, один раз и навсегда, все остальное вторично.

Надев белое платье с красными маками, она крутилась перед зеркалом, оставалось подкрасить губы и глаза, и, конечно, сделать прическу. Ден любил ее волосы, мог часами перебирать черные шелковистые локоны.

Достав из резной деревянной коробочки его недавний подарок – две заколки-палочки, серебристые, с причудливым узором, украшенные зелеными камнями, девушка полюбовалась красотой и прикрепила их в пучок сзади, выпустив спереди несколько прядей. Высокая прическа выгодно подчеркивала длинную соблазнительную шею.

Еще раз придирчиво рассмотрев себя в зеркало, она надела кремовые туфельки на довольно высокой шпильке. Родители были на работе. В институте каникулы. Ничего не мешало ей просто радоваться каждому мгновению.

– Жизнь прекрасна! – восторженно подпрыгнула на месте и хлопнула в ладоши. Напугав серого кота, который, недовольно фыркнув, спрятался под диван.

Любимый уже ждал в условленном месте, с коричневым портфелем в одной руке и букетом полевых цветов в другой. Среднего роста, худощавый, сероглазый блондин, утонченные манеры, мягкая улыбка, заостренные черты лица. На несколько секунд она замерла, любуясь избранником. Ден, увидев возлюбленную, побежал ей на встречу.

– Привет, родная! – приблизившись, обнял и нежно поцеловал в губы.

– Здравствуй! Долго ждешь? – она обняла его за шею, вдыхая запах одеколона, который не так давно сама выбирала в магазине.

– Тебя могу и вечность прождать! Ты сегодня фантастически выглядишь. Смотрю и не верю, что такая красота досталась мне, скромному физику-заучке, – он не сводил с любимой восторженного взгляда.

– Милый, ты у меня будущий гений! И я еще буду купаться в славе, когда ты покоришь мир своими открытиями.

– Ой, до этого далеко, – махнув рукой, он откинул назад белокурую прядь, – Мне бы сейчас закрепиться в НИИ. Сама знаешь, новичков не любят и смотрят свысока. Пока доверяют мыть пробирки и рутинную работу с бумагами, – между его бровей пролегла едва заметная морщинка.

– Так ты только начал работу! Все еще впереди! Я верю в тебя! – она действительно не сомневалась, ее мужчина добьется в жизни успеха. С его-то напором и трудолюбием, иначе просто не может быть.

– Ладно, закроем эту скучную тему. Сейчас речь не обо мне. У нас, дорогая, праздник. И сегодня мир принадлежит нам! – отогнав тревоги, Ден взял любимую за руку и повел в ресторан. Он два месяца собирал деньги, чтобы этот день запомнился ей на всю жизнь. Все должно быть по высшему разряду.

Одно из самых роскошных заведений города, вышколенные официантки, вкусная еда, безупречный сервис. Она вначале даже растерялась, никогда прежде не доводилось бывать в подобных местах. С родителями они жили довольно скромно, да и доход избранника вначале составляла повышенная стипендия, а теперь крошечная зарплата в НИИ.

– Зачем ты так тратишься! Я ведь знаю – это нам не по карману! – взяв своего мужчину за руку, она с тревогой заглянула ему в глаза.

– Милая, забудь обо всем и просто наслаждайся! Заказывай все, что душе угодно! – на нее не жалко денег. Если бы он мог, с радостью осыпал бы ее с ног до головы подарками. Ему и так несказанно повезло в жизни, что первая красавица, не имевшая отбоя от поклонников, остановила выбор именно на его персоне.

Время в ресторане прошло незаметно. Влюбленные смеялись, постоянно держась за руки, пили шампанское, казалось, именно в этот момент им были доступны все оттенки любви. Сердца ликовали, глаза светились, а взаимное чувство еще сильнее опутывало их сердца.

Когда принесли десерт, в зале заиграла скрипка. Ден встал, подошел к возлюбленной и, опустившись на одно колено, произнес:

– Как только я увидел тебя, осознал – ты именно та женщина, с которой я хочу прожить всю жизнь. Разделить и радости и печали, воспитывать детей, идти вверх и покорять новые вершины только ради тебя. Прошу, любимая, окажи мне честь, стань моей женой!

Ее губы задрожали, глаза наполнились слезами радости. Она знала, чувствовала – этот день будет особенным. Но сейчас все мечты воплотились в реальность. Мужчина ее мечты стоит рядом, они любят друг друга, и никто и ничто в целом мире не способно разрушить идиллию.

– Я согласна! – их губы встретились. Подвыпившие посетители ресторана аплодировали и наперебой желали им счастья.

Это были мгновения ее сказки, обернувшейся диким, нечеловеческим кошмаром…

Когда влюбленные покинули ресторан, на улице уже начинало темнеть. Летняя прохлада бодрила, от переполнявших эмоций хотелось петь, кричать и веселиться. Хотелось продлить момент, насладится друг другом, говорить до зари, строить планы на совместное будущее, решить, когда свадьба.

Ден предложил прогуляться по парку. Несмотря на еще далеко не позднее время, людей практически не было. Молодые люди шли по тропинке, периодически останавливаясь для поцелуев. В парке царила странная тишина, не было слышно даже пения птиц. Только они ничего не замечали, поглощенные друг другом, окрыленные новыми перспективами.

– Я уже представляю тебя в свадебном платье, ты будешь неотразима, – Ден взял за руки любимую и они закружились по аллее. Веселый беззаботный смех отдавался эхом по парку.

– Только твоя! Навсегда твоя! – она откинула голову назад, в очередной раз мысленно поблагодарив судьбу за бесценный подарок.

Не слышали влюбленные и зловещего шороха в нескольких метрах от тропинки. Как ломались сухие веточки, и из кустов за ними наблюдали два горящих глаза. Окутанные колдовской дымкой блаженного неведения, они продолжали веселиться.

Она не услышала рычания за спиной. Обернулась, лишь увидев округлившиеся от ужаса глаза Дена. Молодой человек вмиг побледнел, пытался вымолвить хоть что-то, но из горла вылетали только невразумительные хрипы.

То, что она увидела за своей спиной, заставило скорее поверить в собственное сумасшествие. Ее глаза лгут, шампанское ударило в голову. Других объяснений не может быть! Этого кошмара не может существовать в природе. Крадучись и тихо порыкивая, сверкая громадными белоснежными клыками, к ним приближалось нечто, отдаленно напоминавшее то ли волка, то ли бешеную собаку. Только размеры были пугающими. Довольно длинная черно-белая блестящая шерсть, уши торчком и длиннющий хвост.

– Ты… ты… что… такое… фу, уходи… – она выдавила из себя. Стараясь найти логичное объяснение происходящему. Это должно быть какая-то собака, убежавшая от хозяина. Ведь существуют же такие собаки? Воспаленный мозг подсказывал: «Нет, не существуют!» Глаза существа были похожи на два раскаленных угля, огромный нос то и дело шевелился, существо принюхивалось и периодически облизывалось.

– Бежим! – крикнул Ден и, взяв любимую за руку, ускорил шаг.

Два прыжка и это нечто оказалось вновь перед ними, преградив парочке дорогу. Внезапно оно протянуло к девушке свою когтистую лапу. Она была подвижной и отдаленно напоминала человеческую. Девушка отпрянула в сторону, оглядываясь по сторонам и лихорадочно пытаясь найти путь к отступлению.

– Что тебе нужно?! – прошептала, давясь слезами, судорожно сжимая руку любимого.

В ответ раздался смех, зловещий, дьявольский, заставивший сердце пропустить несколько ударов.

– Любимая, я всегда буду тебя любить! – раздался над ухом дрожащий голос Дена.

Чудовище, оскалившись, прыгнуло на нее, подминая под себя. Теперь девушка, лежа на земле, смотрела в огромную пасть, словно во врата смерти. Один щелчок челюстей и ее не станет. Спасения нет.

– Отпусти ее! – любимый схватил какую-то палку, с воплями бросился на монстра. Ударил его сзади. Собака-волк оглянулось, один выпад задней лапой и Ден отлетел в сторону, ударившись о ствол дерева.

– Нет, только не он! – она посмотрела на место его падения, под головой молодого человека разливалась кровавая лужа. Он не двигался. – Что ты сделало, мерзкое отродье?! – злость, отчаяние прогнали страх.

В ответ чудовище полоснуло когтями по ее груди, не хватило совсем чуть-чуть чтобы вырвать сердце. Затем когтистая лапа сомкнулась вокруг ее горла. Боль застилала глаза, кислород стремительно покидал легкие, она умирала. Из последних сил она достала заколку-палочку из волос и со всей силы воткнула монстру в глаз. Дикий раздирающий вопль, кровь зверя залила глаза, и мир девушки почернел.

Глава 3

Наши дни…

Покинув дом отца, Вардан ушел в лес, обратился и охотился до самой ночи. Он терзал добычу, разрывал на куски и не чувствовал успокоения. Вампиры – его враги, отвратительные твари, он ненавидел их всю жизнь, и теперь упырь женского пола будет проживать с ним на одной территории.

Гнев клокотал в венах. Зверь взбунтовался. Сколько лет он жаждал мести, сколько лет мечтал истребить их род, а теперь, получается, надо наступить на гордость и принять унизительный мир?

Ночь принесла с собой иной голод. Охота не помогла, а лишь пробудила его демонов. Тело ломило, выкручивало, казалось, если сейчас не утолить желания, его разорвет на куски. Вардан добрался до места, где оставил свои вещи и одежду, принял человеческий облик и быстрой походкой направился к машине.

Жажда только нарастала, лоб покрылся испариной, поднялась температура, участилось дыхание. Нужно скорее добраться до дома пока ломка не усилилась. Вампиры, будущий брак, разговор с отцом, все ушло на второй план, все заслонил собой всепоглощающий нечеловеческий голод.

Ворота открылись, пропуская хозяина дома. Огромный особняк с несколькими пристройками был огражден высоченным железным забором, в целях безопасности, он был пронизан проводами с током, чтобы ни одной любопытной душе не удалось перелезть и увидеть запретное.

Его дом – его крепость, его тайны, его страсть, и лишь избранным, по его личному приглашению позволено переступить порог его обители.

Милана ждала его во дворе. Девушка нервно курила, неотрывно глядя на ворота. Увидев Вардана, призывно помахала рукой и подбежала к машине.

– Я уже заждалась! – в серебристых раскосых глазах угадывалась тревога. Ей хотелось обнять волка, но она так и замерла в полушаге, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.

– Встала раком, – захлопнув дверь машины, уловив запах женского тела, он уже с трудом мог говорить.

– Что-то случилось? Давай зайдем в дом… и там уже… – Милана попыталась спрятать за улыбкой свои тревоги.

– Много говоришь. Я что сказал?! – Вардан рыкнул, и взяв девушку за руку оттащил немного в сторону, и кинул на землю, – Я жду!

Больно ударившись коленями, она стянула трусы, послушно задрала юбку, став на четвереньки. Волк довольно оскалился, расстегнул ширинку, выпуская огромный возбужденный орган наружу. Вошел резко, вздохнув с облегчением. Женская плоть принимала его, окутывая теплотой, усиливая и без того клокочущее желание.

Движение Вардана были молниеносные, он вонзался, ничуть не заботясь о партнерше. Он разрывал ее одежду, кусал шею, руки, потом и вовсе одной рукой поднял ее, и стал нанизываться с еще большим остервенением. Кровь из ран капала на землю, Милана то ли стонала, то ли кричала, оборотень рычал, выпуская накопившуюся злость, удовлетворяя свои звериные желания. Орган все больше накалялся, увеличиваясь в размерах. Без подготовки он бы давно выжег нежную женскую плоть, только девушка давно привыкла к его огню, давно научилась принимать, и испытывать странное, болезненное и обжигающее наслаждение. Изливаясь, раскаленной лавой, он вогнал клыки в шею Миланы, до боли сжимая ее грудь.

Первый голод спал, разум немного прояснился. Он лизнул рану, довольно заурчал:

– Теперь пошли в дом.

– Вардан, что произошло? – она давно уже научилась чувствовать своего волка, улавливая малейшие перемены в его настроении. Сейчас девушка нутром ощущала – грядут перемены и, по всей вероятности ее странная, для многих пугающая жизнь, а для нее единственно возможная, скоро изменится.

Постоянная жизнь среди оборотней помогла развить интуицию, пробуждая несвойственные простому человеку инстинкты.

– Потом, все потом… – подхватив ее на руки, он вошел в дом, взметнулся на третий этаж в свою спальню, бросил девушку на огромную кровать и стал нетерпеливо избавляться от собственной одежды.

Милана заворожено смотрела на оборотня, она уже не одну сотню раз видела его обнаженным, но всегда сильное мускулистое тело с множественными татуировками вызывало у нее первобытный восторг. Тату еще сильнее подчеркивали рельеф мышц, искусно выполненные, настоящие произведения неизвестных мастеров, хранящие его тайны.

Вардан облизал довольно большие губы, хищно улыбнулся и навис над ней. Притянул за волосы и поцеловал. Нет, он скорее сжирал, подчинял, искусывая губы в кровь, заставляя издавать крики, и жадно проглатывая их.

Прервав поцелуй, поймал ее взгляд. Милана смотрела в янтарную бездну с яркими огненными вкраплениями, зрачки оборотня постепенно расширялись, зазывая ее во мрак. Гипнотический взгляд вводил в транс, дарил эйфорию, сейчас Милана готова была восторженно принять даже саму смерть ради своего волка.

Рука больно сжимала грудь, выкручивая сосок, девушка выгнулась, ощущая прилив адреналина и животного возбуждения. Обвила оборотня ногами, приглашая войти, боясь лишь одного – ненароком прервать зрительный контакт.

Вардан принял приглашения, врываясь с рыком, подчиняя, властвуя и обладая. Руки продолжали блуждать по телу, нещадно сжимая нежную кожу. Рот Миланы открылся, глаза расширились, острое болезненное наслаждение как копьем пронзило все тело, заставляя неметь пальцы рук и ног. Его жар проникал в нее, приближая к неизведанным границам, заставлял кровь бешено пульсировать по венам. Ошеломляющий поток блаженства, который никогда бы не мог дать ей ни один обычный мужчина. Ступив раз на скользкую дорожку волчьей страсти, девушка была обречена до конца дней сгорать в его огне и постоянно жаждать большего.

Оборотень сегодня был особенно ненасытен. Он брал ее вновь и вновь. Оставлял укусы на теле, синяки и царапины. Подминал Милану под себя по-хозяйски. Обычная девушка давно бы испустила дух, обезумев от боли. А для нее все было в порядке вещей, иного тело не желало.

На рассвете волк успокоился и сыто заурчал. Стало легче, голод спал, и самообладание вернулось в полной мере. Он стал медленно зализывать раны Миланы, от чего по ее телу пробежала очередная волна удовольствия. Больше ничего не болело. Слюна оборотня заживляла все очень быстро, и этот процесс пронизывал ее сладкими волнами экстаза.

Посмотрев на волка сквозь приоткрытые глаза, еле разомкнув губы, прошептала:

– И все же, что случилось?

– Я женюсь.

– Ты нашел истинную?! – дикий ужас сразу отразился в серебристых глазах. На смену расслабленности и эйфории пришло оцепенение.

– Я похож на счастливца, который обрел пару? – оборотень откинулся на подушки и закинул руки за голову. Злость спала, осталось только тихая ненависть.

– Нет, я сразу поняла, ты расстроен. Только если это не истинная, зачем свадьба? – Милане стало немного легче. Если нет истинной, с остальными конкурентками она уж как-то справится. Никто не знает Вардана лучше, чем она.

– Не просто свадьба, дорогуша. Фарс века, моя невеста – вампир! – волк скривился, мышцы на теле напряглись, мозг продолжал протестовать, отказываясь принимать неизбежность.

– Ты шутишь?! – девушка села на постели, замотала головой, даже зачем-то протерла глаза.

– Лана, я похож на клоуна? Хотя, ты права, похож, именно шутом меня отец и собирается выставить, – схватив вазу на прикроватной тумбочке, оборотень запустил ею в стену.

– Вампиры – враги. И ты собираешься привести ее в свою крепость? Зачем, Вардан? – услышанное не укладывалось в логическую цепочку, она продолжала отрицательно мотать головой.

– Давай, дави дальше на больную мозоль! – раздалось предупреждающее рычание.

– Прости, я не хотела. Просто объясни?! – Милана успокаивающе погладила его по руке.

– Мой отец заключил с главным упырем соглашение о примирении. И, в подкрепление договора, они решили поженить меня и его зомби-племянницу. Так мир будет крепким и нерушимым. Типа, породнились, побратались и все друг друга полюбили… – Вардан зло сплюнул на пол.

– Ты говоришь, а я не верю, что такое реально может произойти. Чем твой отец думал?

– О безопасности стаи. А мои интересы ему похрен.

– Ты видел ее? – Милана подползла ближе, положила подбородок на живот оборотню, и продолжала его поглаживать.

– Нет, и лучше бы никогда не видел. Какая-то слабая упыриха, которая после обращения сидела у дядюшки под замком. По всей видимости, она ему осточертела, решил скинуть хлам на меня, – оборотень изо всех сил старался сохранить самоконтроль. В одном отец прав, выдержка ему сейчас нужна как никогда.

– Вардан, все не так уж плохо! Если хорошо разыграть карты, ты только укрепишь свои позиции и поднимешь авторитет. А упыриха может стать отличным оружием! – Милана успокоилась, угроза ее миновала, и вампирша никак не пошатнет ее статус в доме, и тем более не сможет отнять ее оборотня. А, возможно, эта ситуация еще и сблизит ее с волком.

– Выкладывай! – он потрепал ее по голове и расположился удобнее на кровати.

– Она же привыкла жить взаперти. Отгородим для нее дальний угол, оборудуем, как привыкла. И пусть себе сидит. А вот то, что она близка к главному – отлично. Если ее разговорить, можно выведать информацию. Найти уязвимое место упырей и в самый неожиданный момент нанести удар. Вардан, они сами дают нам в руки оружие. Главное – не спугнуть ее раньше времени. Если, как ты говоришь, она слабая, то проблем быть не должно. А то, что ты пошел на такую жертву ради стаи, в любом случае поднимет твой авторитет среди оборотней. И когда ты потом еще и уничтожишь врага, так слава о тебе будет греметь долгие годы, распространяясь по другим стаям. И больше ни один клан упырей не посмеет сунуться к вам, – Милана заулыбалась, довольная собой.

– Хорошо поешь, пташка. Только на деле все попахивает дерьмом. Не думаю, что упыриху посвящали в тайны. Если она что и знает, то с какой стати будет делиться. В общем, говорить пока об этом рано. Надо оценить врага, хотя бы увидеть эту особу. Так что не спеши меня возвеличивать. А насчет того, что брак поднимет авторитет, и отец говорил, – он задумчиво почесал черные коротко стриженые волосы.

– Конечно! Не всякий альфа способен принести себя в жертву и заключить такой кощунственный брак! – она провела языком по его животу, спускаясь все ниже и ниже.

– Только где гарантия, что ее дядюшка не потребует того же: шпионить за нами? А если она будет тут, то может разнюхать то, что упырям знать никак нельзя. Подозреваю, такой у него расклад и есть, запихнуть надоевшую племяшку в стан врага, и из середины разнюхать, как обстоят наши дела, – зло фыркнул, не реагируя на ласку девушки. – В его желание прекратить войну я не верю. Тем более последнее время, как не прискорбно признать, перевес был явно на их стороне.

– Милый, а кто ей позволит? Будет сидеть на своей территории. Конечно, осторожность надо соблюдать, но не думаю, что от слабой вампирши могут возникнуть серьезные проблемы. И нам надо найти способ расположить ее к себе, – Милана, добравшись до восставшей плоти, сомкнула губы вокруг головки.

– Как? Не думаю, что она в восторге от этого брака.

– О, дурочка, она даже не представляет, какой шикарный муж ей достанется! И, к счастью, никогда не узнает, – она провела языком по всей длине члена и довольно облизнулась. – Слишком ты хорош для упырихи! Но знаешь, чтобы что-то получить, надо вначале что-то отдать.

– Предлагаешь мне ублажать мертвую жену? – Вардан оскалился, в красках представив то, что неминуемо и так его ожидало. Хотя бы раз, он должен будет это сделать.

– Нет, нет! Иначе сама ей горло перегрызу! – Милана шутливо укусила оборотня за бедро и зарычала. – Просто, у каждого из нас есть вещи, о которых мы мечтаем, хотим больше всего на свете. Если разузнать, что хочет вампирша, можно привязать ее к нам и заставить плясать под наши команды.

– Есть зерно истины в твоих словах, – оборотень довольно потянулся, чувствуя, как желание вновь нарастает.

– Ты только ее не спугни сразу. Она, наверное, и шороха травы боится. Хитрость, выдержка, Вардан, и мы непременно победим! – Милана обхватила плоть руками, и потерлась о головку губами, перед тем как погрузить ее в рот.

– Хватит разговоров! – придерживая девушку за голову, волк приподнял бедра и ускорил ритм, заполняя собой Милану до отказа. До полудня он не выпустил ее, неистово утоляя вновь и вновь вспыхивающую страсть.

Глава 4

Какую цену люди готовы заплатить за вечную молодость? Сколько глупцов в тайне мечтают о бессмертии? Как часто мы гоняемся за красивой оберткой, не задумываясь, насколько прогнившая у нее сердцевина?

Я бы отдала все, лишь бы иметь возможность прожить обычную человеческую жизнь. Без сожалений, распрощаться с бессмертием и радостно встретить старость. Променять беспросветное одиночество и тьму на теплоту домашнего очага, звонкий детский смех. Прожить ярко, полноценно короткие человеческие мгновения, которые во сто крат ценнее, чем длинная, холодная, ало-черная вампирская судьба.

С этими мыслями я существую, они как неизменный призрак присутствуют в моей голове. Жаль, нельзя стереть из памяти прошлую жизнь. Так, скорее всего, было бы проще. Если не знать, каково оно, по ту сторону, если не помнить своего человеческого тепла, эмоций, счастья, любви. Но я помнила все, каждый свой день настоящей жизни. Все ушло. Теперь это лишь маленький отблеск давно угасшей надежды.

А еще, нестерпимо хочется тишины. Я находилась в комнате без окон одна, одинокая тусклая лампа освещала пространство. И слышала каждый звук, каждый шорох в доме. Как же это изматывает. Природа позаботилась о человеческом восприятии, огородив людей от ненужных звуков.

Для меня острый слух стал еще одним проклятием вампира. Тысячи самых разных звуков беспрестанно кружат в голове. Вот к дому подъехала машина. По стуку колес и удушающей ауре понимаю – дядя. Внутренне сжимаюсь, чувствую, неспроста пожаловал.

Подхожу к столику, отпиваю из бокала кровь, услужливо принесенную прислугой. Ненавижу этот вкус и адски люблю. Сегодня я пью кровь мужчины, отца троих детей, боготворящего свою жену. На языке остаются его переживания о потере работы, нехватке денег и долгах. За секунды ощущаю все его эмоции, смакую их, испытывая удушающее чувство потери.

У меня больше не будет подобных переживаний, теперь только чужая кровь рассказывает о тысячах людских судеб. Позволяя ненадолго оторваться от действительности и примерить их переживания на себя. Сладкие человеческие эмоции, мне больно и сладко за каждого из них. Порой такие наивные, простые и оттого еще больше притягательные. Их воспоминания передаются мне своеобразным кинофильмом, где я ненадолго ощущаю себя непосредственным участником событий.

Окаменевшие вампирские сердца обычно блокируют кровавое послевкусие. Людские переживания не затрагивают их. Я бы тоже могла. Только для меня это единственная возможность получить свежий эмоциональный глоток воздуха.

Дядя поднялся по лестнице, идет по коридору, еще несколько шагов и дверь откроется. Впрочем, дядя – это, конечно, условно. Если мерить людскими стандартами, то родство наше весьма далекое. Он родился несколько сот лет назад, когда меня, моих родителей, дедов и прадедов еще и в помине не было на свете.

Вампир все время своего существования следил за потомками, где-то помогал, где-то защищал, чтобы род не прервался. И он все же прервался, не уберег. Я последняя из его рода. На мне можно поставить точку.

Дверь открывается, и я чувствую силу, древнюю, подчиняющую, удушающую. Дядя вплывает в комнату, высокий, статный, на вид больше сорока лет не дать, кремовый костюм сидит как влитой, идеально подчеркивая стройную фигуру, темно-коричневые волосы с легкой проседью, уложены волосок к волоску, лицо гладко выбрито, волевые губы тронуты обманчивой вежливой улыбкой.

По незнанию его можно принять за обычного человека, если бы не изумрудные глаза, от них исходит сила, сканирующая, мгновенно подавляющая волю.

– Здравствуй, родная! Как ты тут? – голос слишком мягкий, опутывающий. Так обычно вводят в гипнотический транс. Чувствую – с плохими вестями пожаловал.

– Здравствуй. Продолжаю свое существование, – безразлично пожимаю плечами и сажусь на диван. В присутствии дяди ощущаю слабость в теле, ноги не держат.

– Да, пора менять обстановку. Ты даже для вампира слишком бледна, – он пытается выглядеть заботливым. Смешно. Дядя насквозь пропитан холодом, ничего и никогда не сможет затронуть его.

– Не нужно вежливых разговоров. Говори новости, с чем пожаловал? – на непроницаемом лице не дрогнул ни один мускул, только опасная хищная улыбка, как намертво приросшая маска.

– Проницательность, весьма хорошо. Она тебе понадобится в новом доме, – он сделал шаг в мою сторону, еще сильнее подавляя ледяной силой ауры.

– Ты хочешь, чтобы я переехала? – как хочется спрятаться от этих сканирующих изумрудных глаз.

– Да. В дом к своему мужу, – теперь его улыбка кажется зловещей.

– К кому? – на миг меня посещает безумная мысль: «Я ослышалась!». Что при вампирском слухе полная небылица.

– Николь, я выбрал тебе мужа. И это не обсуждается, – он подходит ближе и садится рядом со мной.

– Ты забыл, какой год на дворе? Подобные браки давно ушли в небытие! – во мне закипает гнев, протест, хочу вырваться, сбежать, но его сила опутывает крепче любых веревок. – Ты не посмеешь! Я многого лишилась, не забирай последнее! – что я пытаюсь сделать, затронуть чувства, вызвать жалость у бессердечного вампира? Жалкая попытка.

– Возникла необходимость, – он берет меня пальцами за подбородок, поворачивает к себе и ловит мой взгляд, пленит, забирает остатки сил, обжигая вселенским холодом.

– Ты пытаешься внушением вырвать у меня согласие? – чувствую, как силы уходят, уступая место слабости и обреченности.

– Не говори глупостей. В тебе моя кровь, я не могу воздействовать на тебя, – слова расходятся с действиями, он может все. Слишком силен, пугающе жесток.

– Тогда, нет! Ты не получишь моего согласия! – я буду сопротивляться, до последнего бороться. В душе уже понимаю – битва проиграна. Мне не хватит сил пойти против его воли.

– Я дал согласие на брак. Вопрос решен, – он даже не собирался меня переубеждать.

– Какие мотивы твоего кощунственного поступка? Кто он… – договорить не смогла, даже язык не хотел выговаривать слово «жених».

– Прошу, держи себя в руках. Не показывай низменные эмоции, присущие людям, – дядя предупредительно взял меня за руку, довольно сильно сжал, продолжая сверлить глазами. – Он оборотень.

– Что? – я заорала, вырвала руку и заметалась по комнате, как раненый и практически убитый пленник. – Ты шутишь! Нет, точно, это дурацкий, жестокий розыгрыш! Как еще можно оправдать твои действия! Даже для тебя, Дарий, – это перебор!

– Тише, – одно короткое слово, вынуждающее мгновенно подчиниться. Вампиры не кричат, они говорят практически шепотом. А я своим поведением, снова напомнила ему человека. Эту черту дядя во мне не переносил, и всячески старался искоренить. Слишком я молода, не все еще человеческое во мне погибло, к его прискорбию.

– Даже для тебя это высшая мера жестокости, – я все же перешла на шепот. – Как можно отдавать меня оборотням?! Существам, которых я презираю всем нутром?!

– Николь, буду откровенен. Сейчас, как никогда. Ты выслушаешь меня. И позже без единого пререкания сделаешь, как я велю, – смешно, в любом случая я была обречена, что бы он ни сказал. Его сила раздавит в зародыше любые мои попытки сопротивления.

– Выслушаю. Понять – никогда не смогу, – я все еще отгоняла мысли о предстоящем браке. Сама мысль убивала, снова и снова, вырезала внутренности, кромсала их на мелкие кусочки, а я почему-то упорно продолжала существовать. Нет, не жить, именно существовать, моя жизнь уже давно закончилась.

Глава 5

– Ты знаешь, я вел войну с оборотнями. Долго пытался истребить их. Уничтожить этот вид хотя бы в наших окрестностях, – дядя выглядел расслабленным, обманчиво спокойным.

– Перебивай дальше, тут я только за! – зря в народе вампиров считают монстрами, а оборотней, наоборот, во многих случаях восхваляют и восхищаются. Более бездушных, подлых и кровожадных существ я не знала.

– Я понял, мне этого мало. Гибнут пешки, слабые волчата. А зародыш зла остается на свободе. Они как щитами закрылись своими людьми. И я, впрочем, как и ты, Николь, хочу их страданий, вырезать душу, заставить мучиться и изнывать. Убить их зверя, уничтожить все, что им дорого. Так же, как они поступили с нами, – дядя встал и отвернулся к стене. Что-то неуловимое промелькнуло в его глазах, что-то живое, очень болезненное и личное.

– И? Ты решил заслать меня в стан врага? – я подошла и сделала еще один глоток крови. Силы были на исходе.

– Я предложил альфе мир, у него не было выбора – согласился. Условия – союз его старшего сына и моей племянницы. Так мы попадем в святая святых, в логово ядовитых тварей. Видимый мир, успокоит и расслабит их. От тебя, слабой молодой вампирши, они не ожидают подвоха. Уверен, никто тебя особо в расчет не возьмет. Но, ведь ты жаждешь мести не меньше меня? – он повернулся, за долю секунду оказавшись передо мной, глаза светились, заражая меня ненавистью, вспарывая старые раны, заставляя сердце заливаться жгучей болезненной кровью.

– Только мне придется жить под одной крышей с ними, дать обет перед алтарем, согласится стать женой врага! Как я выдержу, Дарий?! Как?! Я слаба, и расстрою все твои планы, – конечно, я хотела мести, мечтала о ней каждый день. Но лицемерить, улыбаться, держать себя в руках рядом с чудовищами – это выше моих вампирских сил.

– Я сделал выбор. Сможешь, – он действительно был уверен в моих силах. Я почувствовала, как аура дяди ослабла, он пригладил идеальную прическу, глаза устремились вдаль. Теперь и его настиг призрак воспоминаний, он позволил ему выбраться наружу. – Николь, я прожил слишком долгую жизнь, перевидал многое на своем веку и до недавнего времени хранил остатки человечности. Я считал – они меня делают особенным, помогают в большей мере принимать жизнь.

– Не верится… – задумчиво рассматриваю Дария. Сколько его знала – он всегда был нерушимой, безэмоциональной глыбой льда, сокрушающей любое препятствие на своем пути. Но, надо признаться, знаю я его не так давно, по вампирским меркам.

– Мне уже тоже. Всего одна представительница вида лживых тварей смогла убить во мне все, – он посмотрел на меня впервые без маски, позволяя увидеть свое отчаяние, и все еще пульсирующую боль. Его эмоции передались мне, холодные мурашки пробежали по телу, захватывая меня в колючие тиски дядиных страданий. – Что не смогли убить жестокие годы, войны и смерти. Запомни, девочка моя, любовь – яд. Самый сильный и опасный. Убей в себе все человеческое, пока не поздно. Избавь себя от страданий. Чем меньше эмоций – тем ты сильнее. В тебе моя кровь, и сила расцветет быстро, если ты не станешь ее блокировать, цепляясь за обрывки прошлой жизни.

– Я не просила такой жизни! – его боль смешалась с моей, делая невыносимым каждый вздох. Это была пытка, казалось, ее не выдержать, с ней не справиться, и тело попросту разорвет от переполнявших его страданий.

– Ты винишь в этом меня? – он вновь надел свою маску, вернулся холод и вежливая отстраненность. Он спрятал свою боль далеко, похоронив в глубинах ледяного естества. Сомневаюсь, что дядя еще когда-то позволит себе подобную слабость.

– Нет. У тебя не было выбора. Только от этого не легче, – устало опустилась на стул напротив него.

– Николь, именно поэтому виновники должны быть наказаны. Мы должны уничтожить их род. И, поверь, твое замужество – идеальная дорога к мести, – я кивнула головой, понимая, что судьба моя неизбежна. Я должна сделать все и даже больше. Дарий прав, я смогу, не имею права оступиться.

Сухо попрощавшись, посоветовав морально подготовиться, дядя покинул мою комнату. Дарий раздал указания прислуге, как всегда коротко, односложно, повелительно, через пять минут его машина покинула территорию особняка.

Дядя ушел, дышать стало легче, хотя явственно ощущался топор, занесенный над моей шеей. Я согласилась добровольно положить голову на плаху, отдать последнее, что осталось. Теперь осталось узнать, кто станет моим палачом.

Я прикоснулась к медальону на шее, предательская слеза скатилась по щеке:

– Интересно, как бы ты оценил мои действия, назвал бы предательством или возмездием за разрушенное счастье? – прошептала в пустоту.

Поток моих душевных метаний прервал шорох за стеной. Конечно, как же без него, моей вездесущей тени!

– Рафаэль, входи! – сказала довольно громко, делая очередной глоток крови.

Дверь мгновенно открылась, по всей видимости, он только и ждал приглашения. Потому и намеренно выдавал себя, не желая входить без предупреждения, понимая мое теперешнее состояние. Слишком хорошо он меня знал – это пугало и настораживало.

Серый старомодный костюм, чуть удлиненный сзади пиджак и белая рубашка с воланами, черные волосы, завязанные в хвост и несколько тоненьких завитков на лбу. Фиалковые глаза, совсем не типичные для вампира, смотрели приветливо. Даже застенчиво! Вот актер!

– Все слышал, – не спрашиваю, утверждаю. На что получаю утвердительный кивок головы. Он бесшумно скользит по полу, даже не идет, плывет, грациозно, неуловимо для обычного человеческого глаза. – И ты все знал еще до его визита! – смотрю гневно, он лишь улыбается и снова кивает. Присаживается на стул в углу комнаты. – Рафаэль, я имела право знать правду!

– Зачем тебя раньше времени тревожить, – голос тихий, как шуршание листвы, голову склонил набок и продолжает пронзать меня фиалковыми огоньками.

– Это моя судьба! Ты хоть представляешь, что мне предстоит сделать! – восклицаю слишком эмоционально. И уже более спокойно отвечаю на свой же вопрос, – Конечно знаешь, раз Дарий позволил тебе присутствовать.

Рафаэль не простой вампир. Он тень, этакий призрачный хамелеон, умеющий сливаться с пространством. Бесшумный и неуловимый, даже для вампиров. Это его исключительная способность, быть всегда и везде, оставаясь лишь неприметной тенью. Он знает почти все и обо всех, бережно храня тайны каждого. Серый кардинал, неприметный дирижер, и от того еще более опасный. Подозреваю, даже дяде не под силу полностью подчинить и тем более разгадать темную душу Рафаэля.

Хотя, Дарий, конечно, чувствует, и может вычислить его присутствие, я далеко не всегда. Но я уже привыкла к его непосредственному участию в моей жизни. Он своего рода мой хранитель, оберег, и стражник. Сделай я шаг не в ту сторону, Рафаэль тут же узнает. И – самое страшное – он был моей тенью всегда, с самого моего рождения и задолго до того, как стала вампиром.

– Как по мне, тебе давно пора выбираться в свет, – глаза лукаво поблескивают.

– Да, прямиком к оборотням! – восклицаю гневно и понимаю – в присутствии Рафаэля злость пропала, испарилась. Он окутывал спокойствием, аурой защиты, погружая в состояние полу-транса.

– Вопрос решен. К чему пустые разговоры, – плавно пожимает плечами. У него все движения слишком грациозные, безмятежные. Вампир дарит ложное чувство спокойствия. Впрочем, кого я обманываю, именно это мне сейчас и нужно.

– Тогда для чего ты пришел? – расслабленно откидываюсь назад, прикрываю глаза и все равно вижу фиалковый свет.

– Убедиться в твоей готовности, – чувствую, как он вбирает в себя остатки моих страхов.

– Ты будешь со мной в том доме?

– Нет. Риск велик. Буду поблизости, – продолжает шуршать голосом, окончательно убаюкивая.

– Ты не смог пробраться к ним в дом. Потому Дарию и понадобилась я. Чтобы, так сказать, пролезть на законных основаниях? – открываю отяжелевшие веки, смотрю на Рафаэля, он по-прежнему сидит неподвижно, кажется, немного, и сольется со стулом.

– Отчасти.

– Ты тоже считаешь – я справлюсь?

– Уверен, – эх, мне бы их уверенность.

– Как он там? – резко перевожу тему разговора. Ни предстоящий брак, ни вампирские интриги не могут заставить меня забыть о самом главном, что еще держит меня на поверхности, не давая захлебнуться в кровавом мраке.

– Все еще жив. Но ты же понимаешь… – вновь пожимает плечами. Да, по этой скользкой теме даже Рафаэль ходит с особой осторожностью. Я и сама боюсь даже мысленно закончить эту фразу. Не представляю, что будет после… после того, как Его не станет…

Глава 6

Свадьбу сваты назначили через неделю после договора. С каждым днем Вардан становился мрачнее тучи, час икс неумолимо приближался. Он принципиально отказался от предварительного знакомства. Что это изменит? Лишний раз видеть упыриху. Зачем?

Жизнь в доме, казалось, шла обычным чередом, но только на первый взгляд. В стае прознали про необычный союз, и волки стали наведываться к нему с завидной регулярностью, придумывая самые разнообразные поводы. Иногда просто смехотворные.

С друзьями приходилось вести болезненный разговор, отвечать на постыдные вопросы. С остальными Вардан не церемонился, обрывая на полуслове. Он понимал, событие кричащее, вопиющее, волки вступали в брак лишь с истинной парой. За очень редкими исключениями, но и тогда – это был брак между оборотнями, возможно обращенными. А вот союз вампира и волка – такого свет не помнил. Слава о таком браке очень быстро распространится по миру, переходя из стаи к стае и обрастая все новыми домыслами и унизительными, зачастую выдуманными подробностями.

Если в своей стае он мог рассчитывать на понимание. На хотя бы видимость поддержи. Все же именно он жертвовал собой. То остальные оборотни никогда подобного не примут. Вардан оплакивал свой авторитет, загубленную жизнь и все больше ненавидел упыриху.

Милана его поддерживала, как могла. Умная женщина, знавшая, когда промолчать, когда утешить. Жаль она не волк и не его истинная. От такой пары он бы никогда не отказался. Если обратить он ее мог, то сделать истинной, увы, на это лишь была воля судьбы или злого рока.

Девушка руководила рабочими, оборудовала отдаленное крыло дома для новой жительницы. Позаботилась о первоклассной звукоизоляции. Чем меньше вампирша будет слышать, тем лучше.

Грядущее событие полностью выбило из-под ног почву. Раздавило, уничтожило его. И как выплыть на поверхность, как вернуть прежнюю жизнь, выпутавшись из цепких оков собственного отца и главного упыря, он пока не придумал. Милана успокаивала, ей все виделось в куда более ярких тонах. Возможно, она права, и со временем он научиться извлекать пользу даже от такого позорного союза.

Бракосочетание должно было пройти в лесу, на закрытой территории. Проведут его сразу два колдуна, один от волков, второй от вампиров. Сильная двойная магия свяжет их нерушимыми оковами, навсегда переплетая судьбы, не давая возможности разорвать связь, пока один из супругов не исчезнет с лица земли.

На саму церемонию были приглашены только избранные. Большой банкет должен был состояться после общей ночи новобрачных, когда магия расцветет в полной мере. Избежать секса – невозможно. Проклятый договор и магия вынудят их сделать это.

Вардан выплеснул содержимое желудка на траву. Одна мысль, и красочная визуализация мерзкого спаривания мгновенно вызывала рвотные позывы.

Отец позвонил утром в день его казни, вежливо поинтересовавшись, не забыл ли сынок. Волк даже не стал слушать, рявкнул что-то и положил трубку. Он уже сомневался, не вступил ли отец в клуб любителей упырей! Судя по последним его действиям, так и было.

– Вардан, мне точно нельзя поехать с тобой? – Милана поправляла на нем черный костюм с голубой рубашкой.

– Нет. Будут избранные.

– Понимаю, я для них никто. Просто твоя шлюха, – девушка всхлипнула и отвернулась.

– Милана, вот не начинай. Не сейчас! – волк сдержался, успев прикусить язык, прежде чем крепкие, обидные слова успели слететь с него.

– Прости. Я понимаю, тебе сейчас и так нелегко. И тут я еще лезу, – она повернулась, обняла оборотня, жадно поцеловала в губы, вдыхая его аромат. Больше жизни она любила волка и все еще тешила себя иллюзиями, что когда-то все изменится, и он будет принадлежать только ей. Глупо. Разум твердил: «Никогда не бывать подобному!». А девичье сердце продолжало мечтать.

– Ты мне тут нужна. Проконтролируй все. Я сегодня привезу это…

– Все сделаю, дорогой. Не переживай, – она окончательно взяла себя в руки, смотрела преданно, готовая в любой момент выполнить любой его приказ.

Вардан последний раз окинул взглядом дом. Сел в машину и поехал к месту казни. По дороге хотел заехать на кладбище и взять букет завядших цветов для упырихи. Уже было свернул, ехидно ухмыляясь, но вовремя опомнился. Не стоило накалять и без того взрывоопасную обстановку.

У входа в лес уже было несколько машин. Все сплошь черные, тонированные, наверняка зомбаки прибыли. Автомобиль отца тоже виднелся белым пятном. Припарковавшись вдали, перекурил, как смертник перед расстрелом, и направился в лес, очень медленно, даже людишки и то ходят быстрее.

К его приходу уже все было готово. Даже арка, украшенная бело-красными цветами. Колдуны в мантиях стояли по разные стороны, что-то выискивая в своих толстенных книгах. Поймал на себе взгляд нескольких упырей, морщась от их едкого, горького запаха. Его родной брат стоял за деревом и с кем-то оживленно беседовал по телефону.

– Сынок! Мы уже заждались! – от добродушного голоса отца за спиной Вардан вздрогнул.

Волк не спешил оборачиваться. Оттягивая момент неизбежности и, да, к своему стыду, трусливо боясь взглянуть на ту, которая станет женой. С тех пор как узнал – это был просто мифический, безликий образ в его воображении. И вот теперь она приобретет реальные очертания.

Он обернулся, и сразу натолкнулся на прожигающий взгляд зеленых глаз. Не нужно было представления, чтобы почувствовать – с отцом стоит главный упырь. Вардан ощутил легкое головокружение, на миг дезориентировавшись в пространстве. Вампир, казалось, отравлял собой воздух вокруг, испуская невидимый удушающий яд.

Отец стоял рядом с ним, абсолютно спокойный, невозмутимый, даже приклеил к лицу доброжелательную улыбку:

– Это, Дарий, мой сын – Вардан, – представил милым голосом, словно старинного и верного друга.

– Мое почтение! – глава нечисти слегка склонил голову и протянул оборотню руку.

– Будем знакомы, – пересилив омерзение, стиснув до хруста зубы, волк пожал ее. Огненный холод пробежался по телу, вампир пах опасностью и горечью. Упырь сдавливал все пространство, негласно доминируя, что еще больше взбесило оборотня. Он не мог противостоять напору и, очевидно, проигрывал невидимую борьбу. Для себя волк сразу решил, по возможности больше никогда не смотреть в глаза Дария.

– Девочка моя, подойди к нам, – Дарий повернулся и помахал рукой в пустоту. Из-за раскидистого дубы выплыла тоненькая фигурка среднего роста. Словно она пряталась до последнего, надеясь, что ее не заметят.

– Знакомьтесь, дети! – старый оборотень продолжал разыгрывать фарс.

– Николь, моя племянница, – представил упырь подозрительно бархатным голосом.

Вампирша подошла, освещаемая только луной, в полумраке она казалась призраком. Одета в черное длинное платье какого-то немыслимого старомодного фасона. Кажется, такие носили лет сто назад, но тогда ее еще на свете не было. Это первая странность, что бросилась волку в глаза. Глубокое декольте. Шею обрамляет черная бархотка с кружевами, с которой свисает довольно большой медальон. Платье отлично подчеркивало полную грудь, тонкая талия стянута корсетом. Ровная осанка, плечи расправлены. Ему подумалось, что так раньше держались королевы, надменно, холодно, отстраненно и величественно.

Тьфу, на что он смотрит! Это уже не живая плоть! Какая ему разница до ее груди и осанки! Оборотень поднял голову и встретился с огромными, в пол лица глазищами, довольно полные, и в то же время аккуратные губки на бледном лице, выглядели кроваво-красным пятном. Словно она специально намазала их кровью. Волосы чернее ночи, забраны назад в причудливый пучок. Упыриха смотрела на него, не мигая, без эмоций, стояла как фарфоровая кукла.

– Я Вардан, – он не выдержал, нарушив давящее на виски молчание. Впервые в жизни, волк не знал, что сказать дальше. Как себя вести с непонятным существом?

Положа руку на сердце, при жизни вампирша однозначно была сногсшибательной красоткой, полностью в его вкусе. Только факт – была. Теперь это просто тело.

– Мое имя вам сообщили, – голос низкий, слегка хриплый, таинственный. Но больше всего Вардана поразила другая странность. Не просто поразила, а напрочь сбила с толку. От будущей жены не исходило запаха, никакого, абсолютный ноль. Как он не принюхивался, он не чувствовал ничего. Вначале он подумал, что дядя-упырь перебивает все, даже подошел к ней ближе, и ничего. Она что, фантом, плод его воображения? Почему она ничем не пахнет? Пусть был бы трупный запах, гниль! Для оборотня, не чувствовать запаха, ощущать себя лишенным обоняния, было еще одним сложным испытанием.

– Странный выбор цвета платья на свадьбу, – он уже не знал что говорить, чувствовал себя ужасно глупо. Ощущал – его водят за нос, есть что-то важное, чего он при всей своей наблюдательности не может уловить.

– Вы также остановили выбор на черном, – она окинула своими глазищами его костюм, – Так что, думаю, в этом вопросе мы с вами солидарны.

– Девушки обычно предпочитают белый для бракосочетания, – он точно выглядит идиотом. Но о чем еще говорить с вампиршей? Он бы предпочел повернуться и бежать, бежать без оглядки от этого проклятого места и упырихи без запаха.

– Вы хотите сказать, у нас обычная свадьба? – она вскинула голову, посмотрела надменно. – Когда в воздухе пахнет счастьем, и рядом твой собственный выбор, можно надеть белое. В нашем с вами случае – это траур. Или у вас другие мысли?

– Все, пора начинать, потом пообщаетесь, дети! У вас еще будет предостаточно времени, – засуетился старый оборотень. Дарий лишь согласно кивнул головой. Вардан вздохнул с облегчением, мысленно поблагодарив отца, избавившего его от необходимости продолжать дурацкий разговор и, повернувшись, направился к колдунам. Близость невесты действовала на него очень странно.

Глава 7

Оборотень занял место жениха, перед аркой, мысленно призывая все силы космоса на помощь, чтобы сохранить самообладание. А за его спиной уже раздался льстивый голос родного братца.

– Позвольте представиться и выразить свое восхищение! Я Дамир, – волк обернулся в тот момент, когда этот подхалим целовал руку упырихи. – Ваша красота ослепляет! Вардану несказанно повезло! – вот льстивый засранец, он нагло перед всеми еще издевается над ним.

– Благодарю! – Николь вежливо кивнула головой и встала рядом с будущим мужем, даже не взглянув на него. Горделиво подняв голову, смотрела вперед.

Со стороны жениха парочку обступили оборотни, с ее – вампиры. Образуя своеобразный круг. Колдуны находились в центре, у круглого алтаря. В два голоса начали читать заклинания, периодически совершая непонятные манипуляции руками. Заклинания произносились на двух разных древних языках, но все происходило удивительно синхронно, они словно дополняли друг друга. По тому, как вокруг Вардана и вампирши начал сгущаться воздух стало понятно – колдуны справятся с заданием. Они проведут брачный обряд единения, учитывая традиции и магию двух видов, от чего связывающие их силы станут еще сильнее.

С небес на землю опустились тучи, окутывая новобрачных в плотное кольцо. Оно постоянно кружило, переливаясь всеми цветами радуги. Оборотню стало дурно, в глазах все поплыло, и лишь чудом ему удалось устоять на ногах. Покосившись на спутницу, он заметил, что ее голова плавно покачивается из стороны в сторону. Не иначе как их тела отравляют, пропитывают страшным ядом, навсегда подчиняя жизни неведомым мрачным законам.

Колдун-оборотень в сером плаще, скрывавшем его лицо, оставляя видимой только длинную бороду, направился к невесте, продолжая бормотать заклятия на древнем магическом языке волков. Жестом показал встать на колени и стал проводить непонятные манипуляции над ее головой, от его рук исходил фиолетовый свет, тут же трансформировавшийся в своеобразный венок над головой Николь.

Колдун-вампир, одетый аналогично и бубнивший заклинания в такт первому, заставил встать на колени оборотня и, занеся костлявую руку над его головой, породил ярко-синий свет, оплетая им голову волка. Даже если бы они сейчас хотели пошевелиться, сбежать и прервать ритуал – ничего бы не вышло. Магия полностью обездвижила новобрачных, превратив их в марионеток.

Мысли – их не было. Тело окутывала приятная нега, странное чувство подчинения, пугающего единения. Колдуны синхронно достали ножи и, взяв правые руки волка и вампирши, резанули по запястьям. Щедро обмакивая стальное лезвие в алую кровь.

Несколько капель падало на землю, фиолетовый и синий обручи над головами стали вращаться быстрее, ослепляя присутствующих невероятно ярким светом. Вернувшись к алтарю, колдуны стали чертить в воздухе какие-то узоры. Постоянно повторяя уже на понятном всем языке:

– Кровь к крови, навеки едины!

Вардан сопротивлялся до последнего, но его рот открылся сам и помимо воли он стал громко и четко произносить:

– Кровь к крови, навеки едины!

И вот уже Николь хриплым голосом повторяет то же самое. Противиться высшим силам не смог никто, и окружающие их гости стали кричать:

– Кровь к крови, навеки едины!

Это был какой-то всеобщий транс, магия, проникшая в сознание каждого и подчинившая неведомым законам. Кровь с ножей падала на алтарь, и тут же поднималась вверх, начиная кружить в причудливом, диком завораживающем танце. Венцы над головами новобрачных медленно поплыли к алтарю, смешиваясь с кровью и образуя цельный, неразрывный круг.

А вокруг все продолжали, как заведенные, повторять:

– Кровь к крови, навеки едины! – что еще больше усиливало вращение странного сине-фиолетового круга с примесью крови Вардана и Николь.

Когда взгляды присутствующих были направлены на круг, колдун-оборотень взглянул на свой нож с кровью вампирши и тихо ахнул. Алое лезвие начало сиять, ее кровь излучала странный желтый свет. Он поспешно спрятал нож, озираясь по сторонам и убеждаясь, что никто кроме него этого не заметил. Потом перевел взгляд на траву, где упали несколько капель крови с ее запястья, там кровь тоже сияла золотой россыпью, а потом и вовсе испарилась.

Колдун вернулся к ритуалу, стараясь не показывать волнения, но рука то и дело дрожала. Убедившись, что в магическом круге ее кровь ведет себя как положено, ему стало хоть немного легче.

А тем временем, круг стал перемещаться к новобрачным, колдуны шли следом, снова начав читать неведомые заклинания. Расширившись сиренево-синяя субстанция сжала в кольцо жениха и невесту, притягивая их друг к другу, сковывая, опутывая, перекрывая кислород. Ощущения были жуткие и приятные одновременно, магия ласкала и проникала в душу, что-то неумолимо меняя в каждом из них.

Вскоре кольцо полностью исчезло, растворившись в новобрачных. Тучи заняли свое привычное место на небе. Воздух вновь стал кристально чистым и свежим. Словно ничего не произошло. К молодоженам вернулась способность двигаться.

Первое, что услышал Вардан, был тихий, едва уловимый шепот новоиспеченной супруги:

– Любимый, прости меня! – при этом Николь продолжала стоять на коленях, низко опустив голову.

Какой нахрен любимый?! Еще ему до полного счастья не хватало разбираться с любовником упырем. Ох, чуял волк, нахлебается он горя со своей супругой.

* * *

Свадьба осталась позади, отыграв свою роль, вежливо попрощавшись и усадив Николь в машину к мужу, Дарий шел по лесу. Воспоминания отравляли сознание. Сегодняшний ритуал воскресил в памяти то, что больше всего на свете он хотел забыть.

Когда он еще был новообращенным вампиром, первый урок, который получил от своего создателя, гласил: «Вампирская любовь – явление редкое, но если случается, пронзает основательно и навсегда. Вампир любит один раз за свою долгую жизнь и, если по каким-то причинам потеряет ее, то обречен на вечные страдания».

Тогда эти напутствия казались ему бредом. Не верил Дарий в любовь будучи человеком, ничего не изменилось, когда стал вампиром. Пока она, ворвавшись в его жизнь, не заставила прочувствовать силу проклятой любви.

Стыдно вспомнить, на что он был готов ради нее. Как обезумел в ожидании кратковременных свиданий. Чудо, что он сумел сберечь себя и не сгореть. А сберег ли? Ее проклятый образ до сих пор преследовал его. Дарий пытался всеми силами уничтожить в себе все живое, убить любую эмоцию. Получилось. Только не с ней.

Свадьба. Тогда он бы отдал все, ради вот такого же ритуала. Чтобы связать, привязать возлюбленную и никогда больше не отпустить. Показать, насколько сильна настоящая любовь вампира. Только ей не нужно было ничего. Она хотела подло и цинично растоптать его, забрав все. Ей двигала только корысть.

Сев в автомобиль, откинулся на сиденье, водитель тут же тронулся с места.

Что ж, свой шанс на любовь он истратил. Глупо. Бездумно. Теперь осталась только месть. Что будет потом, Дария не интересовало. Сейчас он жил всепоглощающей жаждой расправы.

Машина остановилась у высотного здания. Его империя. Вампир давно жил среди людей, ему нравилось управлять ими, порой влиять на судьбы. Это забавляло. Для мира он был главой огромнейшей корпорации.

Он любил работать ночью. Ходить по пустынным коридорам, наслаждаться относительной тишиной. Вампиры могли довольно свободно перемещаться днем, главное слишком долго не находиться на солнце – это их на время ослабит. Дарий научился идеально вписываться в людские сообщества, быть своим, сохранять маску и ловко вести игру.

Войдя в кабинет, он сразу уловил чужое присутствие. Не хотел вампир сейчас никого видеть. Он жаждал уединения со своими демонами. Поэтому сделал вид, что ничего не ощущает.

– Ты все видел? – собеседник был иного мнения. Постепенно от стены отделилась тень.

Вампир лишь кивнул головой.

– Процесс запущен, – продолжил незваный гость, прожигая его фиалковыми глазами.

Снова кивок головой.

– Нет гарантий, что все проявится, как мы думаем, – Рафаэль подошел ближе. – Мы можем лишь предполагать.

– Пора выпустить ее из кокона. Время покажет, – Дарий обошел гостя и уселся в кресло за массивным стеклянным столом.

– Это может сжечь ее. Не боишься потерять последнюю из рода?

– Нет, – глава клана поднял голову и спокойно встретился со сканирующими его фиалковыми глазами.

– У мести всегда есть возврат, Дарий, – собеседник стоял, не двигаясь, чуть склонив голову на бок. Именно в этот момент он принимал для себя очень важное решение.

– Это наше общее желание с Николь. Ее жажда мести сильна. Тебе ли не знать, на войне всегда есть жертвы.

– Ее ли это желания? – всего на долю секунды на лице Рафаэля промелькнул оскал. – Или это всего лишь происки умелых манипуляций?

– Разговор сейчас неуместен. Тебя тут быть не должно. Занимайся, чем занимался, – Глаза Дария загорелись, удушающая аура силы заполнила пространство. Собеседник даже не шелохнулся, он давно привык к подобным приемам главы клана. Иногда он даже специально добивался подобного эффекта, чтобы пробить брешь в его защите.

– Дать почувствовать оборотням вкус победы, а потом ударить из середины в самое сердце – неплохой ход. Только ставку ты сделал слишком высокую. Ожидания могут не подтвердиться, все может сломаться, и твое оружие, сменив курс, ударит тебя первым, – Рафаэль повернулся и пошел к выходу, на глазах становясь прозрачным, сливаясь с пространством.

– Выполни свою работу. Все, – призрачный гость не обернулся и через секунду исчез. – Победа будет за нами при любом раскладе, – произнес вампир уже в пустоту.

Николь. Рафаэль. Он не должен винить их. Они его семья, клан. Но злой демон давно поселился внутри. Противный, колючий, холодный, неизменно повторяющий: «Если бы не они! Твоя судьба могла сложиться иначе! Ты не потерял бы самое дорогое!».

Глава 8

Если бы дьявол пришел на землю из ада, думаю, он выглядел бы в точности как этот оборотень. Слишком мускулистый, еще немного и его костюм треснул бы по швам. Короткая стрижка, трехдневная щетина, глаза волчьи, желтые, с горящими янтарными вкраплениями, смотрит хищно, готовый при любой возможности перегрызть горло. Лицо волевое, красивое, даже слишком красивое, чувствуется сила, энергия доминирования. При первом знакомстве мне стало не по себе.

Абсолютно не мой типаж мужчины. Меня всегда привлекали интеллект и худощавое телосложение. От таких вот брутальных типажей всегда старалась держаться подальше, еще будучи обычной девчонкой. Да, по сути, он и не был человеком, просто облик, в котором при каждом движении угадывался волк.

Первые минуты, я чуть было не бросилась в ноги к дяде, хотелось умолять его забрать меня, увести подальше и ни за что не отдавать монстру на растерзание. Позже совладала с собой. Представила, как уничтожу оборотня, как заставлю его скулить, выжгу его душу и превращу в жалкое растение. Тогда его самоуверенная маска спадет, уйдет красота, будущий альфа будет растоптан.

Свадьба. Я всегда считала, что выйду замуж только по большой любви. И никогда не понимала девушек, стремящихся любой ценой выскочить замуж. Главное чтобы был муж, видимость семьи, дети, а все другое не важно. Я до сих пор была наивной и верила в любовь. Настоящую, не угасающую, заставляющую влюбленных гореть друг другом, общаться без слов.

Любовь – это когда совпадают два полюса, когда люди живут на одной волне, и в мире для них не существует никого кроме их второй половинки. Сказочно? Старомодно? Возможно. Но я хотела только так. И на удивление нашла именно своего человека. А потом… потом чернота… я стала вампиром, вмиг утратив свое право на счастье. Кто виноват? Ответ только один – оборотни.

Порой судьба играет с нами в немыслимо жестокие игры. После всего, я стояла на коленях, чувствуя, как магия связывает меня с бессердечной тварью. Молила любимого простить меня, боль выжигала новые раны. Снова оборотни, снова новые страдания от них. Сколько еще терпеть? Я выполню все, с смертью волка магия меня освободит от брачных уз, и потом со спокойной душой уйду во тьму, и единственным моим спутником будет одиночество.

После церемонии, вампиры переложили мои вещи в его машину. Дарий поспешно попрощался, откланялся и покинул нас. За ним же последовал и Рафаэль, я различила его силуэт вдалеке. Конечно, моя тень просто не мог пропустить подобного. И я осталась наедине с мужем, звучит кощунственно, мой разум до сих пор отказывался принимать подобное. Села в машину на переднее сиденье, в теле пульсировала магия, я ощущала связь с ним, омерзительное ощущение.

Оборотень сухо попрощался со своей семейкой и уселся за руль. Ехали молча. Он слишком сосредоточенно смотрел на дорогу. Его злость витала в воздухе. Хоть что-то у нас есть общее – ненависть к навязанному браку.

Мы подъехали к немыслимо высокому металлическому забору. Ворота открылись, территория была какой-то слишком мрачной, пугающей. Энергия этого дома отталкивала. А размеры – это что-то немыслимое. Зачем оборотню такая громина? День понадобится, чтобы обойти эти владения. Даже на вскидку сложно определить, сколько внутри комнат.

Новоиспеченный муженек остановил автомобиль, вышел из салона и размашистым шагом пошел в дом. Открыть мне дверь, помочь выйти, ради простого приличия, не посчитал нужным. Остановился уже у двери и нетерпеливо посмотрел на меня.

Я как можно медленнее вышла из авто, поправила платье и только после этого подошла к нему.

– Твои вещи сейчас внесут, – первая его фраза с тех пор как остались наедине.

– Хорошо, – спокойно кивнула.

– Следуй за мной, – очень явственно уловила повелительные нотки в голосе. Э нет, муженек, послушания ты от меня не дождешься. Вот только освоюсь тут, разберусь, что к чему.

Мы поднялись на второй этаж, он открыл одну из многочисленных дверей и пропустил меня вперед. Комната была мрачной, как и весь дом, половину ее пересекала барная стойка, по центру маленький столик, и несколько кресел, в углу секретер. Волк налил себе напиток, посмотрел на меня исподлобья:

– Вино, коньяк, виски, мартини… кровь?

– А вы можете предложить мне кровь? – ухмыльнулась. Он залпом осушил свой бокал, налил еще.

– Нет, – не ответил, скорее рыкнул. – Хочу сразу предупредить, у меня тут живут люди, не стоит в припадке голода на них накидываться, принимая за еду.

– Я питаюсь донорской кровью, – прошла и села в кресло, закинув ногу на ногу.

– Животные?

– Нет. Исключительно донорская. Ненавижу охоту и не понимаю, как можно убивать невинных животных, – мысленно подумала, что его бы как раз убила, но он особый редкий вид, заслуживающий истребления, позорящий животный мир.

Волк посмотрел на меня с пренебрежением:

– А в людей значит, клыки можно втыкать?

– Я ни разу не причинила вред человеку, – тебе непременно причиню, но ты ведь и не человек, мысленно закончила свою фразу.

– Нет, – он хохотнул, сканируя меня своими волчьими глазами. – Раньше о донорской крови для меня заботился дядя, теперь полагаю – это ваша обязанность, как моего мужа, – его вмиг скисшая рожа доставила мне немалое удовольствие.

– Разберемся, – поцедил сквозь зубы. – Полагаю ни ты, ни я не в восторге от этого союза. Предлагаю научиться существовать максимально комфортно. Я отведу тебе отдельное крыло, со всеми необходимыми удобствами. Постараюсь обеспечить жизнь, к которой ты привыкла.

– А взамен?

– Не создавай проблем. Считаю предложение разумным, – он сделал большой глоток виски, оперся на стойку и посмотрел на меня довольно открыто.

– На данный момент, все звучит приемлемо, – возразить было нечего. Пока он слишком хорошо владел собой. Что ж, как говорил дядя, надо усыпить бдительность врага. Пусть волчара расслабится.

– Отлично. Еще один момент… – он запнулся, странно дернулся.

– Слушаю? – не иначе как скажет сейчас что-то убийственное.

– Эту ночь мы должны провести вместе… – слова давались ему нелегко, а я и вовсе окаменела от страшной догадки.

– Вы подразумеваете?

– Ты все прекрасно поняла. Уверен, твой дядюшка успел просветить об особенностях бракосочетания. Я говорю о сексе, – он буквально выплевывал слова.

О нет, Дарий предпочел обойти самые острые углы стороной. Или я до сих пор настолько наивна и беспечна, что надеялась отделаться простым проживанием под одной крышей. Я так упорно гнала подобные мысли, что сейчас его слова убивали быстрее ножа, резали, кромсали, не оставляя шанса на спасение.

– Я переехала в ваш дом, этого, считаю, вполне достаточно, – я старалась сохранить подобие достоинства, понимая, что моя игра ни к черту, я ужасно фальшивлю.

– Если ты думаешь, я только и мечтаю, как тебя натянуть? Крупно ошибаешься, – он смерил меня презрительным взглядом, словно я была ничто, таракан на его пути. – Ритуал у алтаря завершается сексом, и тогда договор вступит в полноценную силу.

– А если мы не сделаем… – нет, я все еще не верила. Беречь себя для любимого, чтобы теперь оказаться в его хищной и беспощадной власти?!

– Магия заставит. Только последствия потом никому из нас не понравятся, – я действительно ощущала неведомую силу, постороннюю, чужую, толкающую меня подойти к краю, сплестись телами. Странное ощущение, не хочу, не принимаю, и где до в глубине живет стойкое убеждение – должна.

– Немыслимо! – мотаю головой, встаю и начинаю нервно ходить из угла в угол.

– Чего панику разводишь, от одного раза с тебя не убудет, – его, похоже, забавляет мое состояние. Нельзя показывать эмоции, нельзя быть слабой! Волк не сводит с меня глаз, губы искривляет усмешка.

– Как вы хотите это сделать? Тут? Сейчас? – даже сейчас слабо верится, что у сегодняшнего вечера будет такой исход.

– Пошли, покажу тебе твою комнату. Освоишься… перекусишь, – издевательский смешок, – А я чуть позже подтянусь.

Отрешенно киваю головой и следую за ним по дому, скорее напоминавшему лабиринт минотавра. Даже не пробую запомнить дорогу, не до этого сейчас.

Дом кажется пустым, обычный человек даже и не усомнился бы. А я отдаленно слышу шум, разговоры, крики, ощущаю человеческую энергию. Мои способности сейчас максимально притупились, абсолютно все заслонил животный страх и жажда крови. Неужели все попрятались из-за моего приезда? Впрочем, мне нет дела до этого.

Мы спустились по ступенькам вниз, прошли еще несколько коридоров, и оборотень открыл дверь:

– Прошу, женушка, твои апартаменты, – замечаю свои вещи у стены, оглядываюсь по сторонам и делаю несколько глубоких вдохов, прежде чем заговорить.

– Это что? Вы правда считаете, если я вампир, мне по нраву жить в черно-красно-синей комнате? – если дом оборотня был просто мрачный, но там определенно чувствовался вкус. То моя комната напоминала взрыв апокалипсиса цвета вырви глаз. Безвкусица, с ярко синими стенами в черных геометрических фигурах, ало-красная мебель. У меня поплыли круги перед глазами.

– Мда… – волк огляделся по сторонам, похоже, сие буйство красок он тоже видел в первый раз. – Это так, черновой вариант. Потом переделаем. Обустроишься, учтем все твои пожелания, – сказал как-то слишком миролюбиво.

– Надеюсь, вы исправите это недоразумение быстро, тут жить невозможно! – складываю руки на груди и стараюсь смотреть на него максимально холодно.

– Исправим, – бормочет себе под нос. – Тут ванная комната, а за той дверью спальня, – показывает рукой.

Подхожу к ванной, открываю дверь – просторно. На этом плюсы заканчиваются, все тот же синий, только теперь еще с розовыми цветочками. Умывальник вообще какого-то грязно желтого цвета. Подхожу к спальне – там к буйству красок примешивается еще и ядовито-зеленый. Вот кто в здравом уме такое сотворил? Я была бы рада обычным стенам, неприметной обстановке. Но это?

– Зеленый потолок и синие в черные ромбики стены, это вы так желаете мне спокойной ночи, или сразу решили с ума свести? – захлопываю с грохотом дверь и поворачиваюсь к волку.

– Я же сказал – исправим, чего воду в ступе толчешь? – практически рычит. Вижу, сам щурится, у самого глаза режет. – Ты тут пока располагайся, готовься. Скоро приду.

– Нет! Не останусь я тут!

– Другие комнаты не подходят, – бросает быстро, разворачивается и уходит.

А на меня накатывает безысходность. В доме у дяди я тоже жила в уединении, но там я все же была в окружении своих. А как выживу с врагом на его территории – даже не представляла. Подошла к своим вещам, достала контейнер с кровью. Жадно сделала несколько глотков. Ощутила, как чужая жизнь бежит по венам, наделяет силой, успокаивает сознание. Допила все.

Сняла медальон с шеи, открыла и посмотрела на выцветшую фотографию. Молодое, улыбчивое любимое лицо. Интересно как он выглядит сейчас? Пощадили ли его годы? Неужели после стольких лет, сегодня ночью я окончательно предам нашу любовь?

Мои мысли прервал шум, точнее спор. Не знаю, что заставило меня прислушаться сильнее. Только что выпитая кровь обострила способности. Отчетливо слышала голос волка:

– Какого хрена ты устроила в ее берлоге? Ты представляешь, что я наслушался?! Мне по-твоему проблем мало?! – он орал на кого-то. Женский голос был тише, виноватый, мелодичный. Расслышать удалось мало, вначале она извинялась, а потом голос сорвался на крик.

– Пусть благодарит, что в дом впустили! Она еще выбирает! Надо было ее в гробу поселить и серебряными гвоздями крышку заколотить! – последнюю фразу я уже расслышала четко, уловив отчаяние в голосе.

Разговор меня заинтересовал. Возможно, удастся почерпнуть из него важную информацию, которая поможет в будущем. Я встала бесшумно, покинула свою уродливою комнату, в коридоре звуки их голосов различались намного четче.

Глава 9

– Твои слова были, дать ей что хочет? Так какого ты сразу обстановку накаляешь?! Сама себе противоречишь? Из-за фигни! Ты не могла сделать нормальный ремонт?! – я различила даже его злое сопение.

– Ты прав. Прости. Я как подумала, что ты женишься на другой, ревность все заслонила. Решила, она тихоня, значит, все проглотит. Вардан, обещаю, впредь буду рассудительной! – голосок девушки стал лелейно-приторным.

– Милана, хоть ты не усложняй ситуацию! Ревнует она?! К кому? К упырихе? – сколько же презрения было в его голосе.

– А как она тебе? Я даже краешком глаза не смогла увидеть! – я даже представила, как это особа надула губки.

– Странная, мутная, расслабляться нельзя. Чую, она гораздо опасней, чем мы предполагали, – волк говорил задумчиво.

– Что в ней опасного?

– Пока рано говорить. Мало инфы, только косвенные предположения. Уверен, главный упырь подсунул нам трупешник с сюрпризами. Потому и прошу тебя, нефиг на рожон лезть без дела. Пусть расслабиться, живет себе тихо и сосет донорскую кровь. Так у нас с тобой будет больше маневров. Придерживаемся наших планов, и больше не делай необдуманной херни, – я слышала его тяжелые шаги, как в стакан полилась жидкость, а потом судорожные глотки.

– Даю слово, милый. Смогу, ради тебя, все вытерплю! – хоть девушка и вызывала стойкое отвращение, не могла не признать – к оборотню она относилась искренне. Фальши в ее голосе не улавливала.

– Надеюсь, Лана. Мне еще идти на потрахушки с ней. Б…я сейчас кишки наизнанку вылезут, – он говорил обо мне, как о самом мерзком ничтожестве. И пусть я испытывала схожие эмоции в отношении волка, но подобные слова оголяли правду – я больше не человек. Вампир, отвращение, недоразумение – так будет всегда, никто иначе не станет меня воспринимать. Боль налетела вихрем, окутывая сознание. И я продолжала слушать, мазохистка, что еще сказать.

– Без этого нельзя? Милый, я не хочу, чтобы ты к ней прикасался, входил! – голосок девушки стал капризным.

– А я хочу? Чувствую себя последним долбанным извращугой. Спасибо, отец, за возможность отыметь упыриху! Бесценный опыт! – волк смачно харкнул на пол, а после раздался звон стекла. Не иначе как запустил стакан в стену.

– Ой, милый, ты сцепи зубы, закрой глаза, представляй меня. Постарайся быстренько. И все потом забудешь, как страшный сон. Раз ты говоришь, иначе нельзя, – раздались звуки поцелуев.

– Мне хер на нее придется домкратом поднимать, – раздался удар по дереву.

– Я тебе помогу, – раздался звук расстегиваемой молнии, – а что у нас тут такое вкусненькое, ммм! – далее последовали сосущие и причмокивающие звуки. Неужели она делает то, что я думаю?!

Дарий, спасибо! Удружил, так удружил. Любовница готовит мужа к первой брачной ночи с женой. Я попала в мир кошмаров. Боль и чувство безысходности – больше ничего.

– Да, да, Лана вот так! – оборотень издавал довольные вздохи, причмокивающие звуки усилились. Она сосала яростно, с чувством, по всей видимости, наслаждаясь процессом.

Меня искренне удивляло, как этот монстр может кому-то нравится? А он мразь редкостная, посчитал нормальным проживание любовницы и жены под одной крышей? А впрочем, чего удивляюсь, я же, как он там говорил, упыриха. Не человек, не волк, никто…

– Все, стоп! А то окончательно заведусь, и мы тут с тобой надолго застрянем, – проговорил охрипшим голосом.

– Я не против! С тобой дни и ночи напролет! Вардан, я так тебя хочу! – не знаю, что он сделал, но любовница застонала, дико, животно. Я содрогнулась.

Больше они практически не разговаривали, а уши резали только стоны, крики, причмокивания, булькающие звуки. Почему я простояла до конца, выслушивая адскую симфонию, мне неведомо. Словно, в очередной раз сама себя наказывала. Хотела проникнуться еще большей ненавистью, так, чтобы даже кости пропитались. Так я скорее достигну цели.

Когда оборотень вышел от любовницы, я поспешила войти в чудовищную комнату. Он идет ко мне. Необходимо сдержаться. Так и подмывало высказать ему все, увидеть, как удлиниться волчья рожа, когда узнает – я все слышала. Но даже эта маленькая радость была непозволительной. Ни в коем случае нельзя показывать свои преимущества. Пусть лучше считает меня глухой, слепой дурой.

Он вошел, без рубашки, с расстегнутой пуговицей на штанах. Широченные плечи, одна рука полностью покрыта татуировками, мышцы играют под кожей. С голым торсом он показался мне еще больше, еще омерзительней. У любимого было красивое, сухонькое аккуратное тело, и это по мне выглядело намного сексуальней.

– Готова? – смотрел исподлобья, угрюмо.

– А вы уже смотрю подготовились? – встречаю его взгляд без страха, стараюсь передать все накопившееся презрение.

– Ты о чем? – Он недоумевает, даже отступает на шаг назад. Во взгляде проскользнул испуг, крошечная, и все же радость.

– Разделись, – уточняю равнодушно. Интересно как бы отреагировал на новость о подслушанном мной разговоре. Жаль не узнаю, пока не время для козырей.

– А чего тянуть? – облегченно с шумом выдыхает. – Ты бы тоже могла подготовиться и прыгнуть в койку! Лишнюю возню создаешь.

– К такому невозможно подготовиться, – радость от маленького триумфа исчезает, момент кошмара надвигается как скорый поезд, убежать, спрятаться не выйдет, подомнет под себя и все равно раздавит.

– Пошли, я с тобой сопли размазывать целую ночь не собираюсь, – подходит и открывает дверь в спальню, нетерпеливо машет рукой, в приглашающем жесте.

– Собираетесь показать свою животную натуру во всей красе? – поднимаюсь и делаю шаг навстречу. Мне кажется, в таком состоянии как я сейчас, люди шли на казнь, и палач есть, вот он стоит и скалится.

– А чего ты ждешь? Сказки? Так я не принц, а ты далеко не принцесса, – едкий смешок звучит в ушах как звон разбитого стекла.

– Подозреваю, про простое уважение, обходительность, вы тоже не слышали? – вхожу в комнату, зажмуриваюсь от буйства диких стен. Он входит следом.

– Женушка, я сейчас сама обходительность, – сложил руки на груди и ухмыляется. – Давай скидывай тряпье и в койку. Говорят, вампиры шустрые, так покажи на что способна, а то пока на старую черепаху смахиваешь, – не сдерживается и начинает ржать, именно ржать, как полоумный конь.

– Браво, вы умеете создать нужную атмосферу для первой брачной ночи! – стою, не двигаясь, не могу себя заставить раздеться. Все еще надеюсь, он передумает, уйдет к той, которая всем сердцем жаждет это животное.

Вдруг мрачнеет на глазах, подходит вплотную, принюхивается и медленно, тихо рычит мне в лицо:

– Не испытывай мое терпение. Мне это нахрен не сдалось, как и тебе. Давай быстро закончим и разойдемся по разным комнатам.

Делаю два шага назад, его близость удушает, отравляет мое сознание, отхожу еще и еще, пока не упираюсь спиной в стену. Говорят, девушка навсегда запоминает свою первую близость, мне и вечности будет мало, чтобы забыть это кощунственное действо. И каленым железом не высечь воспоминания о монстре, овладевшем мной.

– Я не могу! – делаю жалкую попытку избежать позорной участи.

– Мы должны это сделать, – он приближался медленно, хищник готовый растерзать. – Завтра на общем банкете мой запах должен быть на тебе.

Оборотень был прав. Я сама дала согласие на брак, собственноручно подписала кровью приговор вечного заточения. Отныне моя судьба, мое тело, принадлежали бессердечному чудовищу, живущему в мире жестокости и секса. Обыграть чудовище, пасть и выстоять, пройти сквозь все, похоже я много на себя взяла. А я ведь даже до конца не представляю, что меня ждет. Наверняка секс с оборотнем отличается от близости с человеком? Впрочем, и там и там – опыта ноль.

– Будет очень больно? – горький комок страха в горле мешает дышать.

– Обычные девушки без специальной подготовки могут не выжить, – смотрит с презрением, пронзая холодом бесовских глаз. – А ты? – хмыкает пренебрежительно, – Что с тобой случится, ты уже и так мертва…

Осознаю четко – на жалость и снисхождение рассчитывать не стоит. Сейчас он выместит на мне всю злость, всю ненависть. Упыриху не жалеют, ее будут топтать без капли сострадания.

Глава 10

Он подошел еще ближе, их разделяло каких-то полшага. Посмотрел на вжавшуюся в стену Николь, ее глаза стали ее больше, в них полыхали ужас и непроглядная тьма, она затягивала, нещадно манила. В очередной раз принюхался – вампирша ничем не пахла, как призрак или странное видение. Они стояли в тишине, щемящей, удушающей, окутывающей мысли, и ее бездонные нечеловеческие глаза, приоткрывали дверь в иной таинственный мир.

Вардан забыл, как дышать, замер в неведомом оцепенении. Инстинкт подсказывал – бежать без оглядки, только притронешься раз и утонешь навеки, но некая неведомая сила держала его на привязи, все больше заставляя тонуть в ее глазах.

Она пошевелилась, нарушив зрительную связь, опустила цепкий взгляд, уставившись на его грудь:

– Мертва… идите к живой… оставьте меня… – Николь шептала, нервно покусывая дрожащие губы.

– Завязывай с сопливыми прелюдиями, – Вардан не мог прогнать наваждение, все еще ощущая тот странный пленяющий взгляд, он злился на себя, на нее, на всю бредовость ситуации.

– Я не хочу так… – она медленно покачала головой из стороны в сторону, вцепилась руками в свое старомодное черное платье.

– Как? – он сделал глубокий вдох, сдерживая остатки терпения. – Лепестки роз, свечи, романтику тебе подать? Так это не ко мне!

– Ничего мне от вас не надо! Просто оставьте меня в покое! – она шептала, но с каким-то надрывом, болью.

Нет, вампирской истерики он не выдержит. Сколько женщин у Вардана было, но такая ситуация была впервой.

– Так, давай успокойся. У меня нет желания тебя принуждать. Случилось, что случилось, ты пришла к алтарю, мы должны завершить, что было там начато, иначе энергия нас иссушит. И после все равно заставит. Поверь, и это куда страшнее одной ночи со мной. Поэтому давай все сделаем и закроем этот вопрос, как можно быстрее, – он постарался говорить максимально спокойно, в сотый раз матеря отца и его кощунственный договор.

– Конечно, вы должны пометить меня как свою суку, тогда все будут довольны, – она стала медленно сползать по стене вниз.

– Чего ты хотела, выходя замуж? На что рассчитывала, соглашаясь? Да завтра и твои и мои будут сканировать нас, и если не узреют закрепляющей связи, сделают так, что плохо будет всем. Я уже не говорю про возобновление войны. Хочешь новых жертв, хочешь сама гнить от удушающей магии и меня сгноить? К чему эти тупые разговоры, препинания? Сколько мне тебя уламывать, на то, что мне и самому нахрен не сдалось? Умей принимать последствия от своих решений! – он повысил голос, нависая над ней как скала.

– Давайте, вперед, делайте, что должны! – она подняла голову, в черных глазах блестели непролитые слезы.

– Если тебя не предупредили обо всех последствиях – это претензии к твоему горячо любимому дядюшке. Я пошел на этот шаг, чтобы прекратить кровопролитие. Вставай! – он протянул ей руку.

– Я сама в состоянии подняться! О, так вы благородный рыцарь, пожертвовавший собой! – Николь резко поднялась с пола, игнорируя протянутую руку.

– Только выполняю данные обещания. Раздевайся! – она не шелохнулась, стояла, отвернув голову, не желая даже смотреть в его сторону. – Хорошо, помогу, – Вардан обошел вампиршу сзади и принялся расшнуровывать платье, подавив желание разорвать его в клочья. Так бы он вконец напугал женушку.

Сзади наряд был сделан по принципу корсета, лента и крючки, большие пальцы оборотня то и дело путались, он злился, нетерпеливо распутывал спутавшуюся ленточку. Наконец справившись, дернул платье вниз, заставив Николь пугливо охнуть.

– Можешь не стесняться, обнаженных тел я повидал достаточно, – она осталась в черном лифчике без бретелек, трусиках и чулках. Сложена она была слишком хорошо, тонкая талия, округлые ягодицы аппетитно выпирали, так и манили прикоснуться к ним. Николь обхватила себя руками, и опустила голову, замерев и даже перестав дышать. – Повернись ко мне! – она не сдвинулась с места.

Вардан, тяжело вздохнув, сам встал перед ней, скользнул взглядом по плоскому животу, стройным ногам. И тут же одернул себя, напомнив – она упырь. Все ее прелести имели значение при жизни. Не сейчас. Николь так и стояла, зажмурив глаза, плотно сцепив губы.

– Посмотри на меня? – она отрицательно покачала головой. Первое движение с момента как он снял платье.

Волк вздохнул, и медленно положил ладони ей на плечи. И тут же оба вздрогнули и отпрянули друг от друга, распахнув глаза в недоумении. Ток, теплый, скользящий, пронзил их, странное ощущение неведомой кружащей энергии разлилось по телам. Его ладони все еще горели странным прохладным огнем от прикосновений к невероятно шелковистой коже.

Он нестерпимо захотел дотронуться вновь, не раздумывая, подошел снова. Она зажмурилась, сделала шаг назад, и снова обхватила себя руками. Вардан подушечками пальцев провел по правому предплечью, на этот раз ток ощущался теплее, не было того внезапного ошеломляющего эффекта. Неведомая энергия вместе с кровью блуждала по венам, даруя чувство невесомости.

Николь не двигалась, но он откуда-то знал – ее пронзают аналогичные ощущения. Волк подошел еще ближе и поднял ее на руки. Николь оказалось очень легкой, какой-то воздушной, неосознанно, он сильнее прижал вампиршу к своей груди. Оборотню показалось, он попал в плен прохладной неги после изнуряющего жаркого, палящего дневного солнца.

Он перенес ее на постель, положил и присел рядом. Она тут же скрутилась в позу эмбриона, стараясь максимально спрятаться от взгляда волка.

– Сколько можно? Ведешь себя, словно я только что избил тебя до одури! – ведь он реально делал все слишком бережно. Ни одна женщина Вардана не удостоилась такого отношения, как эта упыриха. И что, вместо благодарности, он получает в ответ только отвращение и пренебрежение?!

– Лучше бы избили… – еле уловимый шепот, как шелест листвы.

– Могу поправить ситуацию в процессе. Многим нравится и такое, – он издал глухой смешок.

– Даже не сомневаюсь, на подобное вы способны! – она демонстративно повернулась на другой бок к нему спиной. Нет, она реально решила с него сегодня все соки выпить, Вардан взял ее за руку и резко дернул к себе, переворачивая, разорвал лифчик, и на несколько секунд замер, разглядывая упругие округлости, с большими розоватыми сосками.

– Любимый, я держалась сколько могла, прости… – она прошептала практически беззвучно, и тут же прикрыла рот рукой, испугавшись вырвавшейся фразы. Оборотень услышал.

– Второй раз уже эта хрень? Что еще за любимый? Сначала у алтаря, теперь в постели со мной? Что тебя с каким-то упырем разлучили, и теперь ты тут сопливую трагедию разыгрываешь? – злость закипела с новой силой. Не хватало ему еще стать третьим участником вампирской драмы. – Я тут стараюсь, проявляю максимум терпения, а тебе срать на все, вся в мечтах о любимом кровососе? С ним ты готова сношаться, а передо мной разыгрываешь недотрогу?!

– Считаете вы вправе задавать подобные вопросы? Вы кристально чисты передо мной? – она издала нервный смешок.

– Речь не обо мне, – он хищно прищурился и засопел. – За своей спиной я фокусы выкидывать не позволю! И роль жертвы тебе не идет! Раз ты пришла в этот дом, то у тебя два варианта или добровольно жить по моим правилам, или я заставлю тебя принять их. Неприятными способами заставлю, – он оскалился. – И можешь страдать и оплакивать несостоявшиеся отношения сколько угодно, только избавь меня от созерцания подобного.

– Интересно, ваше самомнение оправдано хотя бы на сотую долю? Или вы как индюк предпочитаете важно пыжиться, а на деле все пшик, – она засмеялась странным резким смехом, так, что оборотень ощутил звон в ушах.

– Так, хватит пустого трепа. Пора тебе познакомится с моим самомнением, – Вардан снял брюки, трусы, откинул их на пол, она отвернула голову и судорожно сглотнула.

Его плоть вздымалась от одного взгляда на тело вампирши. Если ранее он предполагал, что плоть даст сбой, то теперь волка наоборот заботил слишком сильный отклик. Он почувствовал привычный голод, только гораздо сильнее, глаза застилала пелена нестерпимого желания, словно от слияния их тел зависела его жизнь.

Николь отодвинулась дальше, прижала колени к груди, в воздухе отчетливо слышалось ее судорожное, слишком громкое дыхание.

Вардан за ногу подтянул ее к себе, разорвал трусики. Николь осталась в одних чулках, не удержался, провел рукой по животу, к своему стыду наслаждаясь нереальной гладкостью и шелковистостью кожи. Развел ее ноги в стороны, и устроился между них, остановился, нависая над ней.

Николь опасливо взглянула вниз, и ахнула, закрыв рукой рот, глаза расширились:

– Вы… вы этим меня разорвете… – сказала сдавленно, как-то слишком по-человечески.

– Оценила! – он довольно хмыкнул. – Смирись, прими, будет легче, – волк облизал пересохшие губы, окинул жадным взглядом обнаженную вампиршу, грудь от страха вздымалась вверх, соски подпрыгивая, дразнили его, лоно было аккуратным, маленьким. Вардан провел по половым складочкам пальцами – чистый шелк. Как у нее может быть такое тело? Почему сейчас он хотел ее так, как никого на свете. Мысли быстро ушли, вытесняемые опаляющей одержимостью. Он должен обладать этим телом, и плевать, кем она является!

Он провел членом вдоль лона, ощущения ошеломили, тело разрывало от судорог сладкого предвкушения. На лице Николь смесь паники и удивления, она открыла рот в немом вопросе, и невольное движение ее губ, было одуряюще соблазнительным. Он горел, тело пекло адским пламенем, вампирша замерла в каком-то странном оцепенении.

Вардан проник в ее глубину, они вскрикнули одновременно, странная симфония, страха, блаженства и недоумения. Бездонные глаза Николь засияли ярким золотым светом, словно в непроглядной ночи вдруг засветило яркое солнце. Вардан не мог отвести взгляда, полностью порабощенный шелковистой энергией, которая проникала внутрь, пробиралась в сознание, опутывала сердце и душу. Это было пугающе сладко, неправдоподобно приятно.

Николь внутри была прохладной, она опутывала собой его плоть, ослабляла жар, даря неизведанные ощущения. Ее глубина затягивала, заставляла двигаться, подчиняясь неведомым силам. Глаза в глаза, дыхание к дыханию, он ощущал ее боль в своем теле, он слышал ее пульс в себе, теплый прилив наслаждения заставил его тонуть в ней. И больше всего в этот миг Вардан боялся, что кто-то протянет ему спасательный круг.

Мысли испарились, осталась лишь неведомая сила, которой он подчинялся. Он двигался интуитивно, забыв все что было до. Уже ничего не имело значения, кроме опутывающего бархата ее тела, прохладной бодрящей энергии, возносящей куда-то на вершину, за грань любого восприятия.

Все вокруг расплавилось, осталась только она, Николь поглощала его, и оборотень позволял все, лишь бы и дальше изучать ее глубину. Он провел рукой по ее груди, снова подчиняясь инстинктам, ощущая сладкую прохладу в ладони, по ее телу пробежали мурашки, которые тут же эхом пробежали внутри волка.

Николь гасила его пламя, укрощала демонов, терзавших тело долгие годы. Вардан обретал себя, иного, что-то менялось в сознании, что-то толкало его продолжать, ускоряя ритм, проникать еще глубже, не прерывая зрительного контакта, вбирая в себя все золото ее глаз до капли. Бесконечная энергия опутывала их тела, как невидимыми неразрывными нитями. Судьба плела узор в их душах, стежок за стежком прожигала, клеймила, подчиняя своим законам.

Волк уже не помнил где он и кто он, была только ее манящая прохлада, то освобождение, которое он искал много лет в каждой следующей женщине и не находил. Он становился цельным, другим, продолжая принимать ее свет. В глазах появились тысячи звезд, они взрывались, заставляя ускорить ритм, приближая к пику. Он хотел пронзить ее всю, добраться до источника манящей прохлады, как путник в пустыне, он рвался к ее оазису, желая утолить испепеляющую жажду. Оргазм вырвал из горла судорожные крики, разламывая тело. Оборотень изливался, корчась в сладострастных судорогах, теряя себя, обретая что-то новое, неизведанное.

Свет в ее глазах погас, и он рухнул без сил на Николь. Они дышали в унисон, тяжело, прерывисто, уплывая в туман забытья.

Глава 11

Вардан потерял счет времени. Неизвестно, сколько бы он еще лежал не двигаясь, смакуя послевкусие, если бы новоиспеченная жена не стала скидывать его с себя. Недовольно проворчав, он вытянул член, уже готовый к повтору. Голова была как в дурмане, произошедшее казалось нереальным сном. Единственная мысль: «Нужно все повторить, хочу снова и снова!».

Волк перекинулся на бок, опустил голову, взгляд наткнулся на орган в крови. Николь же судорожно натягивала на себя одеяло.

– Ты была цел… кхм… девственницей? – быть такого не могло, но иного объяснения кровавым следам не было.

– Была… – она отвернулась к нему спиной, и закуталась с головой одеялом.

– Почему не сказала?

– Что бы это изменило? – в голосе не было злости, только растерянность.

– Ты права, ничего, – сдернуть бы сейчас с нее покрывало и ворваться внутрь. Он уже скучал по прохладе, до конца не изведанной манящей глубине, нуждался в ней и ненавидел себя за это.

Как произошло, что секс с вампиршей стал лучшим в его жизни? Нет, это был не секс, что-то космическое, волшебное! Точно магия! Проклятый ритуал сделал свое черное дело. О боги, как же он жаждал оказаться внутри! Доводы про труп больше не имели власти. Оборотень ощущал себя падшим, наркотически зависимым глупцом.

Нет, подобное не может длиться вечно, он успокоится, и все пройдет. Он болен, и непременно должен исцелиться. А воспоминания помимо воли уносили его к недавнему полету их тел, заставляя снова переживать необъяснимое чувство наполненности.

Убийственная мысль как удар грома пронзила мозг – похожее случается, когда оборотень встречает истинную. Его сразу же отворачивает от других самок, он денно и нощно хочет свою пару.

Только это не его случай. Она вампирша, что уже само по себе исключает подобное. Истинная должна родить наследника, альфу, продолжить род. А как бы сладка не была упыриха внутри, она всего лишь вампир, неспособная понести и дать жизнь, которой сама по сути не имеет.

Второй факт против – оборотень сразу чувствует истинную. У Николь же не было запаха. Утверждение было в корне противоестественным. Не могла она быть его истинной, и при этом волк чувствовал, словно от него оторвали кусок и, только проникнув в нее, он может обрести целостность. Что-то вампирский колдун намудрил, очаровал его, наложил проклятье. Только это объяснение казалось Вардану логичным.

– Вы сделали все. Прошу покинуть мою комнату, – ее холод больно кольнул в груди. Сколько же в ней притворства, он знал, что не могла эта связь быть односторонней. Но женушка упорно строила из себя обиженку.

– Ты расскажи, как так получилось, что никто за столько времени тебя не распечатал? – волк спросил с издевкой, желая хоть так уколоть ее. Девки терпели боль, его укусы, скулили, молили о его внимании. Она же получила лучшее от него, проникла в разум, заразила чертовски притягательным ядом и даже не пожелала взглянуть. Отвергая и отрицая очевидное. Уязвленное самолюбие волка рвалось наружу и требовало сатисфакции.

– Не ваше дело! Уж точно не для вас себя хранила! – она фыркнула с таким пренебрежением, словно он в ее глазах был пылью под ногами, не достойный королевского внимания упырихи.

– А для кого хранила, тому оказался и не нужен такой презент? – Вардан ехидно хохотнул.

– Уходите! Просто оставьте меня в покое… – изящная ручка вылезла из-под одеяла и указала на дверь.

Не хотел он уходить, совсем не хотел. Если бы сейчас ее ручка только поманила пальцем, он бы бросил все, забыл про колкости и не отпускал бы ее до рассвета, нет, пока бы не насытился. Сделал бы все, чтобы Николь стонала под ним, принимала и просила еще.

– Завтра банкет. Будь готова к вечеру. Если что нужно, скажешь прислуге, – он нехотя поднялся с постели. Надел трусы, член все еще был в ее крови, и даже ее он не хотел смывать. Девственная кровь вампирши опоясывала сладкой ядовитой негой.

– Буду готова. Уходите…

Вардан еле сдержался, чтобы не обматерить, а потом накинуться и своей плотью выбить из нее правду. Вместо этого он злобно хлопнул дверью. Вернулся к себе в комнату, в глаза сразу бросилась спящая Милана, она лежала на спине, обнаженная, широко раскинув руки и ноги.

– Милый, ты вернулся, – как она умудрилась так быстро проснуться, неужели так хорошо чувствует его.

– Да…

– Как все прошло?! – она села на кровати, широко распахнув сонные глаза.

– Лана, отвянь, – волк раздраженно махнул рукой.

– Все так плохо, что даже говорить не хочешь! Но ведь все позади! Ты сделал это, и можно забыть как страшный сон, – как же, забудет он, если его как магнитом тянет в ту страшную комнату, где, скрутившись, лежит вампирский комочек. Скорее бы чары развеялись, и он вновь обрел себя.

– Типа того, – Вардан налил себе полный стакан виски, залпом выпил все до капли, налил снова.

– Я помогу тебе все забыть, – девушка томно потянулась, сползла с кровати и кошачьей походкой направилась к нему. Потерлась телом о его руку.

– Лучше отойди, Лана, – волк зарычал, сдерживая животный порыв откинуть ее к стенке.

Она испуганно отпрянула:

– Что она с тобой сделала?

– Иди к себе. Хочу побыть один, – даже мысль о сексе с любовницей после пережитого накануне вызывала дикий ужас. Он не мог перебить те ощущения низменным спариванием, нет.

– Хорошо, хорошо, успокойся, отдохни. Завтра будет новый день. Все образуется, милый! – голос ласковый, взгляд полон любви. Если бы он сейчас разорвал ее на куски, она бы все равно, умирая, продолжала шептать о любви.

Милана надела шелковый халат и пошла к двери.

– Стой! – она с надеждой в глазах обернулась.

– Завтра надо съездить в больницу, договориться про донорскую кровь, мне нужны постоянные поставки. Бабло не проблема, дашь, сколько попросят, главное анонимность, – он наполнил стакан в третий раз.

– Что?! Пусть подыхает от голода! Иссохнет, похороним и будем свободны! Не хватало мне еще капризы ее выполнять, я ей не прислуга! – девушка сжала руки в кулачки, и прикусила нижнюю губу.

– Ты снова начинаешь? – Вардан устало посмотрел на любовницу.

– Прости. Знаю, обещала быть сговорчивой. Понимаю, нам не надо ее злить. Просто, милый, ситуация и для меня тяжелая. Я до сих пор не могу успокоиться, как представлю, что ты только что был с ней!

– На других девушек ты так не реагировала. Даже если это при тебе происходило, – волк опустился в кресло и потер виски, пытаясь прогнать гул в ушах.

– Это другое. Они были нужны для дела. Использовал и забыл. А тут, жена, ее не прогнать так просто. Прости, нелегко это все, постараюсь не донимать тебя своими истериками. Надо будет, подружусь с упырихой, лишь бы тебе легче было, – он подошла к оборотню опустилась на колени и поцеловала его руку.

– Ладно, проехали. Иди отдыхай и завтра не забудь про мое поручение, – он отвернулся, не желая больше даже смотреть в ее сторону.

Когда за любовницей закрылась дверь, Вардану хотелось завыть от щемящей тоски, парализовавшей душу.

Глава 12

Он ушел, громко хлопнув дверью. Жаль, что не навсегда из моей жизни. Сейчас я впервые пожалела, что вампир может чувствовать. Прав дядя, эмоции – наш враг. Я ожидала боли, омерзения и дикого отвращения. Именно это я ощущала по отношению к волку. Боль при соитии оборотень сам же и обещал.

Это бы хоть как-то помогло пережить произошедшее. На деле мне было стыдно признаться самой себе – все было слишком приятно. Я не могла оторвать взгляд, чувствовала его наслаждения в тот момент, и треклятое тело откликалось, принимало это чудовище.

Когда он вошел, была тупая боль, но несколько мгновений и меня захватило тепло, приятное, обжигающее, и ощущения правильности происходящего. Казалось, именно так и должно быть, я под ним. Сопротивлялась, как могла, напоминая себе о мести, долге и отвращении. Где там, с каждым толчком мне становилось все приятней. Его орган согревал тело, опутывал адским жаром и, какой стыд, мне все нравилось. Казалось еще немного, и я дойду до какой-то развязки, но, к счастью, все кончилось раньше. А мне хотелось продолжения, тело кричало, и требовало постыдных прикосновений чудовища.

Скорее всего, действие магии, недаром он говорил, для завершения ритуала нужно слияние. Иначе не объяснить происходящее. Возможно, я еще мыслю человеческими мерками, но, чтобы получить удовольствие от секса, женщине нужно хотя бы испытывать влечение к партнеру. Но никак не пылать в объятиях врага. Не думаю, что вампирская суть настолько все меняет.

Да, пусть мне не с чем сравнивать, но я помню поцелуи любимого, они не вызывали и на половину во мне такого трепета, а тело так не откликалось. От этого на душе стало еще хуже, я чувствовала себя предательницей растоптавшей в объятиях врага свою настоящую любовь.

Я не стала прислушиваться к разговору оборотня. Какое это сейчас имело значение? Если мое гнусное тело до сих пор не прочь повторить тот ужасный и до омерзения приятный контакт.

Волк отправился к любовнице, они скорее всего обсуждали мое падение. Нет, мне точно не нужно подобного слышать. Мне хотелось поговорить с кем-то о случившемся, необходимо понять, что произошло. Узнать, каков секс у вампиров, может так и должно быть?

Проклятый дом, я тут одна в стане врага! На что рассчитывал Дарий, запирая меня тут?! Теперь я была уже рада банкету, там будет возможность увидеть своих. И это еще и суток не прошло с моего нового статуса, а я готова на стенку лезть. Что же будет дальше?

Ночь прошла в душевных муках, ее заменил пасмурный и дождливый день. Стены давили, кощунственные узоры плясали в глазах. Интересно, вампиры сходят с ума? Если да, то мне осталось недолго.

Я заставила себя встать с постели, прошла в ванную комнату и долго терла тело, желая отмыть все следы прикосновений чудовища. Оделась. Странно, но жажда крови ощущалась слабо. Не успела я открыть пакет, как муженек возник на пороге. Одет он был в голубые джинсы и белую футболку с надписями, злорадно отметила – выглядит не очень, под глазами легли черные круги.

– Не спишь? – голос охрипший.

– Ах, простите, не оправдала надежд, не валяюсь трупом в дневной час. Следующий ваш вопрос будет, почему не сплю в гробу? – фыркнула.

Волк посмотрел на меня с отвращением и презрительно скривился:

– Откуда я знаю про твои вампирские заморочки! Ты снова надела это тряпье? У тебя нормальная одежда есть?

– Вам не все равно, как я одеваюсь? – села в кресле и закинула ногу на ногу. Мне нравились мои платья, и они в полной мере отражали мое состояние. Черный – цвет траура и беспроглядной тьмы, в точности как моя теперешняя жизнь.

– Ты выходила эти годы на улицу? Видела, как изменился мир? – он подошел ближе, продолжая сканировать меня хищным взглядом.

– Вы пришли разговоры по душам вести? Мне этого не надо и, насколько знаю, ритуал этого не предполагает, – я отвернулась от него, один вид волка напоминал о моем вчерашнем позоре.

– Ты тут не пленница, захочешь выйти – скажи мне, я дам машину с шофером, – нет, меня наигранной добротой не провести.

– Мне в ноги вам кланяться за щедрость? – я понимала, что должна хотя бы попытаться быть сговорчивее. Нам с ним жить под одной крышей и, если он полностью отгородится – это усложнит дорогу к мести и продлит время моего заточения в стенах адского дома. Но прошлая ночь яростью застилала глаза, в ноль уничтожая мою рациональность.

– Ты совсем одичала взаперти, – сочувственно покачал головой. – Я хочу, чтобы ты на банкете выглядела соответствующе, там будет вся моя стая.

– Боитесь, что вас на смех поднимут? – мне стало смешно, волк переживает за мой внешний вид.

Подлетел ко мне с нечеловеческой скоростью, схватил за подбородок и заставил посмотреть в глаза. И снова этот теплый ток от его прикосновения, снова я обмякла в руках врага. Все колкости вмиг улетучились из головы. Он прерывисто задышал, долго молчал, потом прохрипел мне в лицо:

– В твоих же интересах чтобы этого не произошло. Будет плохо мне, я церемониться не стану. Хочешь жить в кошмаре – могу устроить, только попроси, – оборотень не спешил меня отпускать, словно его пальцы приклеились к моему подбородку.

– Прежде чем заикаться о моей одежде, позаботьтесь о комнате, в этом кошмаре я жить не собираюсь. Говорите, я живу не взаперти? Отлично, дом большой! Тут я не останусь! Найдите мне другую комнату, или я сделаю это сама! – я оттолкнула его, от неожиданности волк пошатнулся.

Облизал губы, глаза стали заметно темнее, ноздри раздулись:

– Пошли ко мне в спальню, будешь исполнять долг, как и положено жене! Раз комната так не мила, – и почему-то мне показалось, что он будет несказанно рад, если соглашусь. Я точно схожу с ума.

– Зачем нам еще раз переживать подобное омерзение? – я скривилась, словно содержимое желудка просилось на волю. – Ни вам, ни мне подобного не надо.

– Не надо… – он эхом повторил за мной, и на лице в этот момент читался коктейль отчаяния и гнева.

– Потому просто быстрее замените интерьер и… да попробуем существовать цивилизованно, – я все же решила сгладить острые углы. Еще обратится и разорвет меня ненароком, от оборотня никогда не знаешь чего ожидать.

Волк достал из кармана мобильный и коротко бросил: «Подойди к нам в комнату». И все, даже не счел нужным посмотреть в мою сторону, стоял и пялился в жуткую синюю стену.

На пороге возникла девушка в коротком облегающем кремовом платье, подчеркивающем все ее выпирающие достоинства. Темные волосы падали на плечи, хитрые серебристые глаза откровенно изучали меня, как неведомый экспонат в музее. А губы скривились в подобие улыбки, скорее всего, так она пыталась сыграть дружелюбие.

– Добрый день! – она промурлыкала слащавым голоском.

– Это Милана, моя… эм… помощница по дому. Николь, – он небрежно махнул в мою сторону. Что ж, супруг и не думал скрывать любовницу.

Я ограничилась сухим кивком головы.

– Приятно познакомиться! – гостья же изобразила радушие. Ни черта ей не приятно, накануне мне довелось услышать из первых уст ее отношение и желание заколотить меня в гробу.

– Николь нужно помочь подобрать наряд, – волк говорил будничным тоном, словно ничего особенного не происходило. Подумаешь, знакомство любовницы и жены.

– Сомневаюсь, что ваша помощница мне поможет. Если вот эта комната – ее рук дело то, боюсь, ей нельзя доверить даже выбор собачьего костюма, – глаза девушки сузились, но она продолжала стойко улыбаться.

– С комнатой вышло досадное недоразумение, работники напортачили, – она невинно захлопала ресницами. Милана меня боялась, стояла в стороне, это был один из немногих моментов, когда я была рада своей вампирской сути.

– А вы были слепы и не видели происходящего? Тогда это халатность, и вас нужно уволить, – ее лицо пошло красными пятнами.

– Закончили балаган, – рявкнул волк, – комнату переделаем, этот вопрос закрыт. Платье можно заказать по интернету, раз ты, Николь, боишься выходить из дома. Милана в этом вопросе тебе поможет, выберет магазин, и заказ доставят через несколько часов.

– Конечно, я помогу, понимаю ведь как сложно оказаться совсем неприспособленной к современным реалиям. Хорошо, есть люди, которые готовы позаботиться, – она так и таяла от своего лицемерия.

– Как же мне повезло! – всплеснула руками. – Заботливый муж, согревающий ночами, и его помощница готовая оказать любую услугу! – мой сарказм попал точно в цель, ей не удалось удержать маску, при упоминании ночи с волком. Милана скривилась, и на лице отразилась вся ее ненависть к моей персоне.

– Я и не знала, что вампира может что-то согреть кроме чужой крови! – она посмотрела на меня свысока, как на ничтожество.

– О, мой муж очень постарался, согревая меня прошлой ночью, – пусть мне самой противно было вспоминать нашу близость, но оно того стоило, губы Миланы задрожали, она вопросительно уставилась на оборотня. Он же посмотрел на меня так, словно увидел впервые. – Впрочем, незачем вам знать о жарких ночах своего работодателя. Простите, поддалась порыву, слишком свежи воспоминания, – я закатила глаза, и изобразила довольную улыбку на лице.

Волк судорожно сглотнул, а у любовницы исчезли красные пятна на лице, и кожа приобрела зеленый оттенок.

– Прости мою откровенность, – бедняжку трясло всю, и она не могла совладать с собой, хотя, наверно, очень старалась, – Но если мужчина в постели получает мертвецкий холод, то вряд ли он еще раз заглянет к жене. А твой огонь, увы, сгорел вместе с человеческой жизнью, она изобразила кислую мину. – Не печалься, ты не виновата, нельзя дать то, чего нет и никогда уже не будет.

– Вот только стоны моего многоуважаемого супруга твердили об обратном. Он хотел еще и еще, не выпускал меня из объятий. Вот это страсть, вот это напор! – я постаралась придать голосу соблазнительные нотки. Волк задышал тяжело, его любовница беспомощно открывала и закрывала пухлый ротик.

– Вот оно как, Николь, – оборотень подошел ближе, в глазах явственно читалась похоть. Его что, завели эти разговоры?!

– Не будем смущать Милану. Все, что происходит в спальне мужа и жены – большущий секрет, – я лукаво ей подмигнула. Решила закрыть тему, пока мой язык не натворил еще больших глупостей. Не хватало, чтобы волк окончательно взбесился, перекинулся и разорвал меня. – И, раз уж мой супруг хочет побаловать меня обновкой, то дайте мне доступ в интернет, я сама справлюсь. Не думайте, что я жила на необитаемом острове и не знакома с современными технологиями. А вашему вкусу, Милана, простите, довериться не могу, – я победно уставилась на парочку.

– Тем лучше, – она фыркнула, видимо ее лицо исчерпала все маски дружелюбия. – Мне еще сегодня в больницу ехать и за вашу кровь договариваться, ведь иссохнете без чужой подпитки!

– Поторопитесь! Я предпочитаю третью группу резус положительный! – я встала с кресла, и девушка машинально попятилась назад. Как же она боится меня, чудесные ощущения.

– Вардан, мне нужно перед выходом с тобой поговорить! Обсудить рабочие моменты! – Милана говорила слишком громко, дрожащим, срывающимся голосом.

– Я распоряжусь насчет ноутбука. Николь, будь готова к шести вечера, – волк направился к двери, он постоянно оборачивался, во взгляде сквозило недоумение, растерянность, и… желание. Нет, в очередной раз показалось, просто не хочет разборок с любовницей. Хотеть меня он точно не может, как и я его никогда не захочу.

Дверь за ними закрылась, а я прислушалась. Не успели они отойти и нескольких метров как Милана зашипела:

– Что, вот что, скажи, это было?! Тебе понравилось, да?

– Башкой своей хоть немного соображай! Чего кричишь, забыла кто она?! – он говорил слишком злобно.

– Не уходи от ответа? – она стала говорить заметно тише.

– Милана, езжай, куда должна была. Мне еще твоих истерик не хватало, – услышала, как он ускорил шаг, поднимаясь по лестнице, за ним, цокая каблучками, бежала любовница.

– Ты не ответил, понравилось? Почему она такое говорила? – настырная она, интересно, как ее волк выдерживал.

– Чтобы тебя позлить. Милана, не будь дурой. Избавь меня от своих сцен, и тупых вопросов! – раздался хлопок двери. Любовница осталась в коридоре, услышала ее проклятья в мой адрес. Больше не прислушивалась, утратив интерес. Тем более на территории фоном звучало слишком много других голосов, кто-то плакал, кто-то ругался, поистине дом кошмаров.

Мои мысли занял предстоящий банкет и встреча со своими. Никогда не думала, что пройдет всего день, а я уже буду тосковать по вампирам.

Глава 13

Милана уже в третий раз поправляла макияж. И в очередной раз неконтролируемые потоки слез сводили к нулю ее усилия. Чем она так разгневала судьбу? Почему это отродье появилось в доме? Зомби планомерно разрушало ее счастье. А ведь не прошло и суток. Что будет дальше?

Нет, она, конечно, не поверила ей. Не мог Вардан, при всей его ненависти к вампирам, осыпать ее ласками. Но противный червячок сомнений подсказывал – не все вчера было так просто, как она представляла. Что произошло в спальне между ними? Нет, она не имеет права потерять волка! Если придется вонзить осиновый кол в сердце упырихи, или от чего они еще там дохнут, Милана сделает это не задумываясь.

Какая же нахалка, ни уважения, ни такта, ведет себя как хозяйка в доме! Девушка фыркнула и принялась в четвертый раз поправлять макияж. Должно пройти немного времени, Вардан успокоится и вновь вернется к ней. Она продолжала верить, что все еще может быть как прежде. Оборотень был ее жизнью, и другого она не желала. А этот дом – ее детище.

Милана утешала себя мыслью, что узнай вампирша о всех демонах волка, она в страхе сама попросится в гроб. Никто не способен его принять со всеми пороками кроме нее. И Вардан это знает – она незаменима.

Мысли придали девушке сил. Она еще раз придирчиво посмотрела на себя в зеркало, осталась довольна и поехала в больницу. С удовольствием она бы купила яду, да такого, чтобы сразу насмерть. К сожалению, сейчас надо быть предельно осторожной и действовать максимально продумано. Нельзя злить волка и ухудшать их отношения. Ничего, она терпелива и еще дождется своего звездного часа.

На удивление, порученное ей мероприятие прошло очень гладко. Милана подошла к доктору, координаты которого ранее передал Вардан. Врач был так сговорчив, словно к нему каждый день приходят с подобными предложениями. Сразу назвал цену, быстро озвучил детали. Хотя, вполне возможно, так и есть, учитывая сколько в городе развелось вампиров.

Единственная маленькая месть, от которой не удержалась девушка, она попросила любую кровь только не третью положительную. Хоть таким образом немного обломать кайф кровопийце.

Чтобы поднять себе настроение, Милана оставила машину на стоянке и решила пробежаться по магазинам. Сейчас она должна выглядеть на все тысячу и затмить конкурентку по всем фронтам. Ей не понравились миловидное личико вампирши и слишком идеальная фигура. Ни капли лишнего веса! Ей же приходилось постоянно ограничивать в себя в еде, а лишние килограммы все равно давали о себе знать.

Был третий час дня, а на улице было так пасмурно, словно вечер давно наступил. Дождя не было, но сырость пробирала до костей. Закупившись обновками, она шла по тротуару, размышляя о трагических переменах в жизни, к своему авто. Ее внимание привлек странный свет, исходивший из одной подъездной арки. Не яркий, фиалковый, он звал именно ее. Девушка не сопротивлялась, просто пошла во мрак, ей необходимо было приблизиться к свету, ощутить его, потрогать. Грустные мысли напрочь вытеснило это странное свечение.

Она шла в темноту, ведомая неизвестной силой. Фиалковый свет стал намного ярче, и вскоре она различила мужской силуэт. Источником странного света были его глаза. Незнакомец положил холодную руку на лоб девушки, тысячи маленьких щупалец проникали в ее сознание. А Милана продолжала покорно стоять, не в силах отвести взгляд от фиалкового сияния.

Силуэт заговорил, ее окутал шелест листвы, теплый бодрящий ветер его слов прошелся по коже – блаженные ощущения. Она открывала ему свой разум, желая как можно дольше продлить ошеломляющий зрительный контакт.

Фиалковое пламя наполняло ее сознание, дарило покой и умиротворение. Незнакомец уносил с собой ее боль и дарил странное высвобождение. Милана ощущала вкус его силы, горький и одуряющее сладкий, его голос продолжал что-то шептать, удерживая девушку в невесомости. В сознании плясал его свет, совершая странный акт не телесного соития.

Закончив странный монолог, незнакомец убрал руку и испарился, словно его и не было. Девушка вышла из арки, и пошла по дороге к машине. Ей было так легко и хорошо, только причины она не понимала. Воспоминания о последних тридцати минутах ее жизни стерлись из памяти.

* * *

Вардан готовился к банкету. Насколько он знал от слуг, рабочие уже приходили к его женушке и получили от нее указания. Также Николь получила доступ к интернету. И, по словам прислуги, спокойно пользовалась ноутбуком. Он слышал, как через пару часов курьер принес ее заказ. Что ж, оказывается она действительно не такая дремучая, как он себе представлял. Какие еще тайны хранит странная вампирша? Чего от нее ожидать, к чему готовиться? Неспокойно было на душе у волка, еще и воспоминания прошлой ночи терзали тело.

А ее выходка сегодня утром! Это было признание его заслуг? Или только желание уколоть Милану? Чем бы не руководствовалась Николь, но повторить все он был готов сию минуту.

Волк надел светло-бежевый костюм и белую рубашку. Решив, что с него довольно черноты. Еще немного и нужно выходить. Главное – пережить банкет притворства и лжи и не взорваться.

К вечеру погода улучшилась, из-за туч выглянуло солнце, дарящее последние теплые лучи, прежде чем уйти в закат. Оборотень подошел к окну и увидел Николь, прогуливающуюся по тропинке. Вампирша вышла из своего укрытия, была при полном параде и, по всей видимости, ждала его. Она была прекрасна, так, что дух захватывало, распустила волосы, черные блестящие локоны обрамляли лицо, спадая мягкими волнами на плечи и грудь. В волосах мерцала серебристая заколка.

Супруга не изменила себе – выбрала черное платье, но какое. Волк судорожно сглотнул. Облегающее, длинное с глубоким разрезом справа, высокие черные туфли подчеркивали стройную ногу, выглядывающую из разреза. Под грудью проходила серебристая широкая полоса, одно плечо было полностью оголено, на втором красовалась шлейка с мелкими серебристыми линиями. Грудь в этом платье казалась еще пышнее, абсолютно плоский живот, стройная талия и грация в каждом движении. Нечеловеческих усилий стоило Вардану не сбежать молнией вниз и не овладеть Николь прямо у дома. Он повторял себе: «Это все не живое! Она не настоящая!» – не помогало.

Луч солнца коснулся бледной кожи вампирши, и она засияла золотистым ярким светом. Сияли те участки кожи, куда попадал свет солнца, так ярко, что глаза ослепляло. Вначале волк решил, что совсем обезумел от желания. Свет не пропадал. Потом он решил, что она сгорает, умирает в солнечных лучах. Но нет, Николь со счастливой улыбкой закрыла глаза и подставила лицо солнечным лучам, а потом и вовсе радостно закружилась. В золотистом сиянии она казалась каким-то нереальным существом, богиней, сошедшей с небес.

Глава 14

Надо отдать должное оборотню, обещания он выполнял четко. Прислал рабочих, хрупкая девушка принесла ноутбук. По ее взгляду догадалась – ей неизвестна моя суть. Тем лучше. Я выбрала платье, нет, черному цвету не изменю, но все же хочу показать – я не какая-то замухрышка.

И чего греха таить, хотелось еще немного позлить любовницу, очень уж забавно ее лицо зеленело от злости. Волосы решила распустить, впервые после своего обращения. Увидеть вампиров хотелось, но в более спокойной обстановке, банкет меня откровенно пугал, тем более, когда вражда и искры ненависти будут летать со всех сторон.

Мир, возможно, и заключили, только отношения вряд ли стали теплее. Моя ненависть уж точно, наоборот расцвела буйным цветом. Ничего, надо немного освоиться, и приступлю к делу. Чем быстрее справлюсь, тем скорее обрету свободу.

Одевшись в принесенное курьером платье и туфли, решила подождать муженька на улице. Слишком редко я покидала стены дома Дария. Погода была сказочной, выглянуло солнце, и пусть оно ослабляет вампиров, мне было так хорошо. Я подставила лицо солнечным лучам, по телу пробежала теплая волна. Никакой слабости я не чувствовала, наоборот прилив сил, если бы имела крылья, то, наверное, взлетела бы. Ощущала бег крови по венам, энергию, настроение заметно улучшилось.

Волк вышел ко мне, смотрел слишком странно, словно видел впервые. Он был элегантен, светлые тона выгодно оттеняли смуглую кожу. Но все же слишком большой. Нет, даже не хочу вспоминать прошлую ночь. Мне не могло быть приятно рядом с ним.

– С тобой все в порядке? – взгляд странный, встревоженный. Ему что, так не понравился мой наряд? Испытала легкую досаду.

– Да. Если не брать во внимание ситуацию в целом, – что ему снова не так?

– Я про твое самочувствие спрашивал, – как-то странно отводит глаза, нервничает.

– Что случилось, что вас стало интересовать мое состояние? – странные вопросы раздражали, как и он сам.

– Ладно. Не бери в голову, – махнул рукой и направился к машине.

Ворота отворились, и собственной персоной явилась любовница. Раскрасневшаяся, улыбающаяся, правда, увидев меня, сразу помрачнела.

– Уже уезжаете? – не пошла по дороге, обошла меня по траве.

– Да, нам пора, – волк продолжал плавать в своих мыслях.

– А ты могла бы что-то и оригинальнее выбрать. Вцепилась в черный, что за образ плаксивой вдовы, – скривила губки и, уже обращаясь к оборотню, добавила, – Я уже дома, если что надо, звони. Ну, и держись там, – посмотрела на него сочувственно.

– О, не переживай, если что надо будет мужу, я непременно ему помогу. Можешь пойти развеяться, найти себе мужчину, женский век короток, всегда молодой не будешь, Милана. Пора бы подумать об обустройстве личной жизни, не все же тебе чужому мужу прислуживать, – прошла мимо нее и села в машину.

– В моем теле бьется жизнь, и это куда привлекательней твоей мертвецкой бледности. Не переживай, свое счастье я зубами выгрызу, и получится похлеще, чем у тебя клыкастой! – она бросила пакеты на траву и сжала свои пухленькие кулачки. Очень весело смотрелось, я и не стала сдерживать смех.

– Милана, успокойся! – рявкнул волк, и сел ко мне в машину.

Мы выехали за ворота, а она так и осталась стоять, провожая нас обреченным взглядом, а силу ее ненависти я ощущала даже спиной.

И что меня дернуло опять говорить о волке в постыдном ключе? Зачем ее злила? Мне же дела нет до их развлечений. Но нет, я сама себе усложняю жизнь в этом доме.

– Хороший выбор платья, – прервал мои размышления оборотень.

– Неужели? По вашему виду не скажешь, – повернула голову в его сторону. Он сосредоточенно смотрел на дорогу.

– Так намного лучше, то тряпье на свадьбе было отвратным. И перестань мне выкать! Раздражает! – он нахмурил брови, и крепче вцепился в руль.

– Видите, тоже стараюсь, позорить вас не буду на банкете, движемся к компромиссам, – не смогла сдержать улыбки. – А вы мне чужой, чтобы переходить на «Ты». Мы просто проживаем в одном доме, временно. На этом все.

– А как же твои обещания Милане? Помочь удовлетворить мои желания, – как кинжалом пробил меня своим хищным взглядом.

– Не стоит принимать за чистую монету женские разговоры, – только и ищет повод, чтобы поиздеваться.

– Обычно за свои слова надо отвечать, всегда, – посмотрел так, будто хотел раздеть прямо тут в машине. Мое воображение точно разбушевалось. Слишком много событий за последнее время.

– Вам лично ничего обещано не было. Где будет банкет? – решила поскорее перевести разговор.

– Съезжаешь с темы, – хмыкнул, перевел взгляд на дорогу. – Мы почти приехали. У моего отца.

Остаток дороги, к моему облегчению, оборотень не затевал никаких разговоров. Мне было странно, что Дарий согласился праздновать на территории врага. Впрочем, он никогда ничего не делал просто так. Значит, увидел выгоду.

Мы подъехали к огороженному серому дому, вокруг огромное количество машин, похоже, почти все гости в сборе. Огромный сад поражал воображение, столько разноцветных цветов, деревья, подстриженные кусты в форме животных. Тут было значительно уютней, чем в доме муженька. Нас встретил отец волка, галантно открыл мне дверь, поцеловал руку. Этот старый проныра управляет эмоциями гораздо лучше сыночка. Да, учитывая его возраст, у него было больше времени попрактиковаться в притворстве.

– Дорогие дети приехали! А мы вас уже заждались! – я приняла его руку, вышла из машины.

– Добрый вечер, Карим, – изобразила приветливую улыбку.

– Николь, должен признать замужество идет вам на пользу! Не виделись один день, а вы так посвежели, даже румянец появился, и бледность пропала! – он разглядывал меня с нескрываемым интересом.

– Ты прав, отец, одним своим появлением вы затмили всех, – к нам подошел брат муженька. Еще более лживо-слащавый, чем их папаша.

– Благодарю за комплименты, – сдержанно кивнула.

– Надеюсь, вы позже уделите мне несколько минут? – Дамир продолжал сверкать белозубой улыбкой.

– Пошли в дом, – не успела я ответить, как волк взял меня за руку, довольно сильно сжал и потащил за собой. Предательское тело вновь ощутило приливы тока. Нужно непременно поговорить со своими, чтобы снять проклятую магию.

– Отпустите меня! – вырвала руку, а почему-то захотелось вернуть обратно его теплое прикосновение.

– Не говори с моим братом. Избегай его, – он буквально выплевывал слова.

– Почему? – недоуменно пожала плечами. – И наш договор не предполагает запрета на общение.

– Ты можешь хоть раз не препираться, для твоего же блага держись от него подальше! – на висках оборотня вздулись вены, и если раньше мне было все равно, то теперь наоборот интересно стало пообщаться с братцем. Не все так гладко в волчьем королевстве, что ж, тем лучше.

Мы вошли в дом, напомнивший мне музей антиквариата. Мебель из красного дерева, статуи, картины, при моей любви к старине, я бы с удовольствием часами бродила по дому в одиночестве.

Я вертела головой, осматриваясь, и заодно искала своих, пока мне попадались только оборотни, но машину Дария я заприметила, да и ощущала вампирское присутствие.

Волк провел меня в огромный зал, где царил полумрак. Ни оборотни, ни вампиры не любят яркого света. Старинная люстра создавала романтическую обстановку, идеально сервированные столы, стоящие с обеих сторон буквой «П», и пустое пространство посередине. Для танцев что ли? И в самом конце возвышался стол новобрачных. На первый взгляд обстановка мало чем отличалась от обычной человеческой свадьбы. Разве что в графинах с одной стороны была налита кровь.

– Николь, рад тебя видеть! – дядя появился за моей спиной, а я даже не почувствовала его приближения, занятая своими мыслями. Нельзя терять бдительность!

– Здравствуй! – я повернулась, Дарий был как всегда безупречен, черный костюм, сшитый специально для него, бордовая рубашка и неизменный блеск изумрудных глаз. Аура его ощущалась отдаленно, словно он нарочно прятал силу. Да и улыбка была слишком наигранной, слишком приветливой для него.

– Вардан, благодарю, что не обижаете племянницу! – учтивый кивок головы.

– Угу… – волк стоял мрачнее тучи.

Разговор не клеился, мы начали перебрасываться ничего не значащими фразами. Я хотела поговорить с Дарием наедине, а при оборотне, увы, только болтать ни о чем.

В зал начали сходиться гости. Началась нудная церемония знакомства. Если вампиры вели себя учтиво и вежливо, то оборотни разглядывали меня откровенно оценивающими взглядами, несколько раз услышала сальные комплименты в свой адрес. И потом все как один обещали заехать к моему муженьку в гости. Еще нашествия хвостатых мне не хватало до полного счастья! Были и женщины волчицы, вот они смотрели на меня с откровенным презрением, им только дай команду «фас», вмиг разорвут на мелкие клочки.

Наконец все расселись по местам, началась еще одна скучная часть поздравлений. Смешно и горько было слышать, как нам желали счастья, прекрасно зная, на чем основан этот брак. Потом колдуны окуривали нас какими-то мерзко пахнущими травами. Играла музыка, вгоняющая в транс и заставляющая кровь болезненно пульсировать в висках. Гости вели себя сдержанно, оборотни и вампиры сидели по разные стороны зала, думаю, даже человек бы почувствовал ненависть. Праздник лжи и лицемерия, за милыми улыбками кроется желание растерзать.

Мой муженек сидел, уставившись в стакан и время от времени его опорожнял. Не произнес ни слова, что даже к лучшему. Многие гости вставали из-за стола, расходились кто куда. Некоторых уже изрядно пошатывало. Находились и желающие потанцевать.

Я встала из-за стола, коротко бросила:

– Пройдусь.

– Не забудь про танец новобрачных! – угрюмо процедил волк.

– Да, да, смешно…

– Я не шутил, – я оставила без внимания его слова и прошла к выходу. Обстановка удушала.

В коридорах было полно оборотней, чувствовала на себе их взгляды, словно тысячи мерзких мохнатых лап трогали меня. Почти бегом направилась к выходу, прошла по аллее вглубь сада, свернула к беседке, меня что-то вело, почти наверняка знала, кого там застану.

– Ты как? – его успокаивающий голос, слишком тихий даже для вампира. Как я нуждалась сейчас в нем, только вряд ли я смогу откровенно обо всем тут говорить.

– А как ты думаешь, Рафаэль? Вы с дядей забыли посвятить меня в некоторые подробности, – ответила слишком зло, хотя искренне была рада увидеть вампира.

– Зачем, исход был бы тот же, – он подошел ближе, приобретая свои привычные человеческие очертания.

– Я могла не согласиться! Так спроси прямо, как ты после ночи в одной постели с оборотнем?! Моей первой ночи! – мне так нужно было выговориться.

– Ты сама знаешь, дороги назад не было, – он пожал плечами, пронзая меня насквозь своим фиалковым светом. Я понимала – вампир воздействует на меня, несет успокоение, и я не думала ему препятствовать. – Меня волнует твое самочувствие? Внутри есть изменения? – он подошел еще ближе, я чувствовала дыхание Рафаэля, его непонятную тревогу.

– Не иссохлась, как видишь! – он спрашивал то же самое, что и волк. Что на них нашло?

– Скорее расцвела, – он провел по моей щеке кончиками пальцев, едва уловимое касание перышка.

– Рафаэль, мне надо с тобой поговорить, я не понимаю, что творится вокруг! А тут небезопасно! – из всех существ, живущих на планете, только этот вампир мог хотя бы что-то для меня прояснить. И только ему хотя бы отчасти можно доверять, слишком многое нас связывало.

– Шшш, – он поднес палец к губам. – Идет, – я услышала гулкие быстрые шаги, к нам приближался оборотень.

Я осталась стоять на месте, убегать и прятаться нет смысла, я ничего не сделала. Скорее наоборот он преследовал меня.

– А вот и любовничек нарисовался! Некрасиво, женушка, сначала перед алтарем и в койке вспоминаешь его, а теперь сбежала к нему при первой возможности. Представь нас! Он же трус у тебя, на банкете свою рожу не показал, предпочитает по кустам ныкаться?! – он навис надо мной, дыша жаром, лицо, уши удлинились и начали покрываться шерстью

Глава 15

Дарий стоял на веранде с бокалом в руке, всматриваясь в звездное небо. Процесс пошел быстрее, чем он предполагал, все складывалось гладко, и надо бы испытывать чувство триумфа или хотя бы просто радости. Нет, сегодня все призраки прошлого ожили, затуманивая разум. Даже сейчас звезды причудливо мельтешили перед глазами, складываясь в ее портрет.

В мыслях он обращался к звездному видению: «Отпусти меня!». И, казалось, она отвечала, заливаясь своим заразительным, слишком громким смехом: «Никогда!», – и весело подмигивала.

Он закрыл глаза, прогоняя образ. Сегодня Дарий играл простачка, улыбался, вел беседы с волками, заставлял поверить, что распри забыты. Пусть уверуют в свою безопасность и окончательно расслабятся. Сколько сил и энергии ушло, чтобы скрыть свою ненависть, излучать доброжелательность, когда вся суть содрогалась от нечеловеческой боли.

Сейчас его покой нарушат, вампир даже не оборачивался, узнав по шагам, кто приближается, известна была ему и тема беседы. Пресно, скучно и неинтересно, оборотни слишком предсказуемы.

– Получил что хотел? – за спиной раздался смешок.

– Нет, еще не получил, – вампир открыл глаза и вновь посмотрел на небо.

– Свадебку сыграли, все четко идет как по нотам. Думаю, пора оценить мои старания! Без меня фиг бы у тебя все так гладко прошло! – собеседник был явно в приподнятом настроении.

– Не приписывай себе чужих заслуг. Все бы случилось и без твоего участия. И, смею заметить, оно было мизерным, – алчность – порок, погубивший многих, а оборотень был ослеплен им. Даже не позаботился об элементарных мерах безопасности. Дарий мысленно усмехнулся: «Нетерпеливый глупец!».

– Дарий, не сильно ли ты нос задираешь? Могу ведь и спутать карты! Так что завязывай со своими выкидонами, и давай дружить, как раньше! – собеседник перешел на шипящий шепот.

– Когда ты сделаешь что-то стоящее, мы поговорим о вознаграждении. Думаешь разумно в твоем положении угрожать мне? – на миг легкая улыбка тронула губы вампира. – Не буду уточнять, что с тобой сделают в стае, если я случайно обмолвлюсь о твоих «подвигах», – Дарий впервые бросил короткий взгляд на собеседника. Волк вздрогнул и отступил на два шага назад.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.