Алексей Клочковский
Протокол Z

Так. Действуем смело и решительно. Шаг первый…

Звонок!..

Внимательный взгляд дежурного охранника в окошечке, пара отрепетированных фраз небрежным тоном. Слегка недоумевающий, но стремящийся стать понимающим кивок охранника.

Вот мы и внутри.

В тиши коридора напряжённый слух отчетливо улавливает характерный звук, исходящий от электроламп под потолком – чуть слышное, комариное жужжание.

Шаг второй – вправо по стенке… да, вот так в камеры слежения лишь слегка попадёт один бок… снова направо… ох, темнотища-то, никак не привыкнуть!.. Ещё поворот, и двигаемся вниз, по узкой винтовой лестнице в подвальный бокс. Остановившись на круглой нижней площадке, прикладываем палец к сенсору.

Лист бронированной двери нырнул в щель косяка. Человек вошёл, окинув взглядом обстановку: низкий потолок, пульт управления у правой стены, серое мягкое покрытие под ногами, приглушённое освещение…

Человек шагнул в сумрачный угол, к пульту, и распространяющийся оттуда, словно из аквариума, уютный зеленоватый свет лёг на его лицо.

Не снимая плащ, человек сел к монитору, и в его центре пощекотал указательным пальцем сенсорную точку. По экрану во все стороны расплылось слепяще-светящееся пятно, из которого вынырнуло несколько окон со схемами, рядами цифр и символов. Поверх них крупными буквами оформились слова:

ПРОТОКОЛ Z

Чуть ниже мелким шрифтом значилось: «13 сентября 2024 г.»

Человек удовлетворённо кивнул, пальцы его забегали по клавиатуре. Монитор вновь вспыхнул, затем почернел. Неторопливо начала застёгиваться «молния» загрузки. Человек сидел, что-то бормоча под нос, в ожидании бесцельно оглядывая привычную обстановку, стены, мультиэкранный монитор…

ЧЁРТ!!!

Человек резко привстал в кресле, держась за подлокотники.

Чёрт, чёрт, чёрт!..

На одном из экранов видеонаблюдения возникло движение; было видно, как по коридору, в направлении лаборатории вышагивал… профессор Родионов! А рядом с ним какой-то незнакомый тип.

Мгновенная глухота; мысли заметались, как перепуганные белки в клетке.

Что Родионову здесь нужно сейчас?!. Глупый вопрос. Он – босс, не обязан докладывать и может прийти, когда посчитает нужным. Хорошо, хоть здесь слежение одностороннее – из лаборатории можно видеть коридоры Института, а извне ни охранник, никто другой не мог видеть происходящее в лаборатории.

Надо быстро убираться отсюда!

Человек пощёлкал клавишами пульта; из корпуса сбоку выдвинулся контейнер, в котором стояла узкая кристалловая пирамидка накопителя. Человек схватил её и выскочил из лаборатории.

– Вперёд, вперёд… Надо успеть… – бормотал человек, работая локтями и коленями и забираясь вверх по ступенькам, что было ему нелегко в его возрасте и в таком темпе – сразу обнаружилась одышка.

Вверх! Быстрее!!. Сердце колотилось каким-то немыслимым рейв-рэпом. Хы!.. Ф-фу!

Но он успел.

Родионов был совсем рядом; он шёл, включая свет, и человек смог, присев на мгновение за кадку с развесистой аралией, воспользоваться несколькими секундами темноты – и незамеченным выскользнуть в коридор, оставляя позади громко разговаривающего шефа с его спутником, удаляющихся к лаборатории.

Пружиня на полусогнутых, как водомерка, человек докрался к выходу.

Выстрелил объяснительной скороговоркой в охранника. Через четыре секунды на парковке хлопнула дверца авто. Бампер занесло, шины пару раз взвизгнули. Машина стрелой унеслась по боковой улочке…

«Резвый старикан!..» – усмехнулся я и включил зажигание. Моя автоколесница послушно заурчала. Чуть выждав, я тронул, неторопливо направив машину туда, где наш безумный гений не смог бы проехать мимо меня.

Пока доктор был в лаборатории, дождик закончился, и ночка получалась светлой: луна, тонкая, как CD, сияла отчаянно; отражаясь в лужах, пошло дрожали звёзды. Лужи с отраженьями звёзд казались прорехами в земной тверди: попадёшь колесом – и провалишься в небо.

Я ехал не спеша, ожидая появления беглеца. Мимо скользила отраженная в витринах радуга неоновой рекламы, плавно переливаясь на лобовое стекло моей машины, от фонарей в темноте сыро блестел асфальт.

Ага! Вот и он!..

Через арку старинного здания слева я заметил знакомую фигуру, спешащую двором, – очевидно, отмахнув на приличное расстояние от возможной погони, он бросил авто. Сердце моё застучало гулко и стремительно. Остановив машину, я выдохнул волнение и выбрался наружу. Стремительно прокравшись вдоль фасада, стремясь опередить беглеца, я сделал с торца резкий

РАЗВОРОТ!..

Но опередил меня он: набросился, и спустя секунду мы, шурша одеждой и тяжело сопя, боролись на земле. Мне удалось довольно быстро одолеть его. Крепко удерживая, сидя на нём сверху, я пригрозил, что, если он не уймётся, мне придётся применить электрошокер. Утомлённый борьбой, док прекратил сопротивление, и я уже приготовился доставить добычу своему руководству.

А затем доктор, лёжа на земле, произнёс несколько фраз, которые неожиданно заставили меня изменить мои планы.

***

Оказалось, мы ехали за город.

Колёса постукивали равномерно и лениво. В вагоне электрички, кроме нас с доктором Кэлинеску, сидели ещё только трое человек, поодиночке и далеко от нас.

Я бросал осторожные взгляды на Кэлинеску, стараясь не встретиться с ним глазами, и обдумывал то, что услышал от него прошедшей беспокойной ночью. В мыслях множились вопросы.

Не в силах найти ответы, я стал смотреть в окно, словно пытаясь отыскать их там.

Вечер всё более входил в силу, в вагоне стало темнее, чем за окном, где неторопливо проплывали оголённые деревья и по-осеннему рыжий кустарник.

Ход поезда замедлился.

Я почувствовал лёгкое волнение и мельком взглянул на Кэлинеску, сидевшего со слегка опущенной головой и шляпой, сдвинутой низко на лоб, так что ею была скрыта половина лица.

В вагоне зажглись лампы; мы молча поднялись и двинулись к выходу. Те трое – тоже, но через другой тамбур, к которому они находились ближе.

Вышли мы на крошечном полустанке, даже без вокзального помещения, а лишь с одинокой будкой.

Было по-вечернему прохладно; оглядевшись, я заметил, что троица преодолевает пути. Наш же путь лежал в противоположную сторону.

Вслед за Кэлинеску я сбежал с насыпи, и мы двинулись по утоптанной тропинке через лесок. Павшие сырые листья скользили под ботинками. Намеренно идя позади Кэлинеску, я оглядывался.

В тишине раздавался только шорох наших шагов; между редких полуголых стволов деревьев начинал клубиться туман, предвестник приближающейся ночи.

Уже совсем стемнело, и мне стало немного не по себе – я чувствовал, что, если что, обратной дороги самостоятельно не найду.

– Устали? Мы почти пришли, – негромко произнёс Кэлинеску, плащ которого смутно маячил передо мной. – Во-он, видите? Это моя, можно сказать, «дача», но о ней никто не знает, так что это ещё и моё секретное пристанище, – показывая, доктор на секунду остановился и вытянул руку вперёд.

Я вгляделся, но ничего не увидел между деревьями. Однако, когда мы прошли ещё несколько десятков шагов, в сумерках вплотную перед нами, неожиданно для меня зачернел прямоугольный силуэт дома.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.