Наталья Оско
Vенера. В чужих руках

ГЛАВА 1. Клуб "Golden Boss"

– Ви, ты чертовски сексуальная, – мужчина опаляет меня взглядом карих глаз и накрывает ладонью коленку. Тонкий капрон чулок пропускает жар прикосновений.

Испытываю приятные ощущения. Меня привлекает Марк, его яркая внешность, напористость, пробивной характер, а в постели он… Ммм…

Вспоминаю ласку мужских рук и чувствую, как внутри растекается жаркая волна, но не подаю виду, оставаясь непоколебимой.

– Андреев, веди себя прилично, – шикаю, поглядывая на переднее сидение и зеркало, в котором отражается худое изрезанное морщинами лицо водителя. Сейчас тот смотри на дорогу, но кто знает, на что в следующую секунду упадет цепкий взгляд.

Пока наблюдаю за мужчиной, мой спутник наглеет окончательно, проводит пальцами по бедру, задирая подол красного платья выше.

– Детка, у тебя обалденно красивые ноги. С удовольствием раздвинул бы их, – пытается проникнуть рукой выше, но я останавливаю похотливого типа. – Тебя это не возбуждает? – мужчина придвигается, шепчет на ухо и в завершение кусает мочку.

– Марк, меня это раздражает. Мы не одни, – указываю взглядом на постороннего в салоне авто.

– Плевать, так интереснее, – он обнимает меня и впивается в губы поцелуем. От страстного напора кружится голова, и тело готово стать податливым и уступчивым, но… Рассудок я терять не готова.

– Что ты делаешь? Все испортишь. В каком виде я появлюсь в клубе? – отталкиваю Марка и начинаю перебирать содержимое сумочки. Достаю влажную салфетку и зеркальце, стираю расплывшуюся в уголках губ помаду, смахиваю невидимые блестки теней из-под глаз и проверяю прическу. Идеально. Светлые пряди лежат безупречно.

– Красивая, – хитро улыбается мужчина, проводит пятерней по идеально уложенным медного цвета волосам, затем поглаживает подбородок, поросший аккуратной бородой, придвигается ближе и произносит:

– Будь моя воля, взял бы тебя здесь и сейчас. Жаль, что ты такая скромница.

– Я не скромница, просто у меня есть голова на плечах и выдержка в отличие от некоторых, – с улыбкой цепляюсь пальцем за узел галстука, тяну, слегка придушивая обнаглевшего типа. – Марк, я люблю нежно и романтично. Ты знаешь… Шелковые простыни, шампанское, лепестки роз. Не устраивает, ищи адреналинщицу, больную на всю голову и себе под стать.

– Ладно, ладно, крошка, – Марк отстраняется и смотрит так подозрительно и хитро, что меня пробирает озноб. Запахиваю полы демисезонного пальто и поднимаю воротник.

Интересно, что он задумал? А, в общем, плевать! Главное, чтобы это безумие не касалось меня.

Мне нравится Марк, его харизма и яркая внешность, привлекающая представительниц прекрасного пола, обаяние и напористость, помогающая без труда уложить их в постель, а амбиции… Ооо! Именно поэтому в свои сорок Андреев еще не женат. Ему простушки не подходят. Обычно он ими пользуется и выкидывает. Марк ищет королеву. Может, и ко мне поэтому прилип.

Только я королевой себя не считаю. Дело в моем отце. Он состоятельный человек, владельцем автомобильных салонов, имеющий неплохой доход. Марка это заводит, он любит деньги, а я…

Нет! Андреева я не люблю. Мне с ним удобно, возможно, и ему тоже. Благодаря неотразимости и хватке бульдога, он влез в мою семью, очаровал отца деловыми качествами и с легкостью получил должность исполнительного директора одного из салонов. Мама тоже растаяла под улыбкой рыжеволосого мужчины и день и ночь зудела, что я обязана захомутать такого красавца. И я подумала… Почему нет? Не муж, но искушенный любовник и спутник в увеселительных прогулках. У меня много замужних подруг и быть среди них белой вороной неловко. Но теперь есть Марк, который может блеснуть обаятельной улыбкой и закрыть рот сплетницам. Да, я пускаю им пыль в глаза. Но кому есть дело до правды?

А правда, она вполне себе обыденная и простая.

Я Венера Милон, девушка двадцати девяти лет. У меня есть машина, квартира, любимое дело и никого рядом, кроме кошки.

А Марк, это Марк!

– Ви, приехали, – сообщает Марк, возвращая меня к реальности. – Нас ждет приятный вечер! Уверен, ты его не забудешь, – последние слова мужчины звучат многообещающе и в то же время зловеще. Внутри поднимается волна нелепых сомнений. Эх, может отменить все и вернуться домой? Хотя… Чего мне бояться? Я не в первый раз иду с Марком в ресторан и все проходит чинно, благородно. Обычно нас двое, но и с деловыми партнерами приходится ужинать. Сегодня именно такой день.

Когда авто останавливается возле высоченного многоэтажного здания, позволяю поухаживать за собой. Марк открывает дверцу с моей стороны, галантно подает руку, помогает выйти и сопровождает внутрь.

Клуб с пафосным названием Golden Boss встречает нас мягким светом и интерьером в стиле нуар. Оставляем верхнюю одежду в гардеробе, где я задерживаюсь возле зеркала. Проверяю макияж, поправляю причёску, осматриваю фигуру. Платье сидит идеально, подчеркивая все прелести и достоинства стройного тела. Напоследок бережно поправляю брошь из зеленого топаза в декоративной отделке – моя работа. Я мастер украшений из полудрагоценных и декоративных камней. Обожаю создавать красоту и у меня получается.

С удовлетворением вздыхаю и ловлю в зеркале взгляд Марка, такой голодный и страстный, что сама начинаю ощущать приятное возбуждение.

– Я готова, – киваю мужскому отражению и ко мне подходит красавец в костюме двойке. Но строгости в образе нет. Есть стиль и небрежный шик. Воротник светлой рубашки расстегнут, рукава пиджака подняты к локтю, руки в карманах брюк, на запястье поблескивают модные и чертовски дорогие часы марки Tissot.

– Тогда идем, – Марк подводит меня к стойке администратора, где мы оставляем подписи в книге посетителей.

Странное правило! Удивляюсь, но не спорю.

– Господин Андреев, я провожу вас к забронированному столику, – мужчина в форменной одежде с бейджиком распахивает перед нами двери зала.

Господин! Ну надо же.

Проходим внутрь, где витает легкая дымка от сигар, запах дорогого алкоголя и звуки джазовой импровизации. Интересный интерьер привлекает взгляд. Черно-белый орнаментальный пол, темно-серые стены, того же цвета мягкая мебель. Мрачность обстановки разбавляют светлые детали: торшеры, низко висящие лампы, вазы, картины, фотографии в рамках, книжные полки, зеркальная барная стойка, освещенная сцена. А в остальном… Атмосфера интимная и таинственная точно в гангстерском криминальном боевике. А воображение уже рисует мужчин в строгих костюмах и дам в вечерних платьях. Они слушают оркестровую музыку, танцуют и пьют игристое шампанское. Веселье полным ходом, а за одной из портьер тайная комната и стол, обтянутый зеленым сукном, а на нем… Деньги, карты, два ствола. Вспоминается название фильма. Но в реальности все не так.

Люди, одетые по современной моде, отдыхают, слушают музыку, общаются. И мы присоединяемся к общей массе. Занимаем столик рядом со сценой.

– Никогда здесь не бывала, – устраиваюсь поудобнее на мягком диване и… Мое внимание привлекает мужчина за роялем. Он полностью погружен в исполнение красивого блюза и со стороны смотрится увлеченным и наполненным музыкой. Глаза полуприкрыты, на лице вдохновенная слегка грустная улыбка, а пальцы… Его пальцы легко порхают над клавишами, что получаю истинное удовольствие, наблюдая за музыкантом.

– Это закрытый клуб. Всех подряд не пускают, – произносит Марк, отвлекая меня.

– Любопытно, клуб… И по каким таким интересам? – принимаю из рук подошедшего официанта меню. – Благодарю, – улыбаюсь молодому мальчику в форме и тот уходит.

– Понравился? – кивает на юнца Марк.

– Симпатичный! И что? А ты мне не ответил, – начинаю просматривать список закусок.

– Здесь собираются состоятельные люди, обожающие свободу и удовольствия, – Марк улыбается и накрывает мою руку ладонью.

– Тогда название заведения вполне оправдано. У твоих партнеров тоже тугие кошельки? – спрашиваю.

– А то! От этой встречи зависит мое будущее. Один из них инвестор и готов вложить деньги в проект… А вот и они, – Марк потирает руки и устремляет взгляд к дверям.

– Отец знает? – спрашиваю, не собираясь проявлять интерес к гостям Марка, но все же поглядываю на вновь прибывшую троицу.

– При чем здесь он? Ви, будь умницей и не задавай вопросов, просто отдыхай, – Марк выходит из-за стола, идет навстречу мужчинам и женщине… Боже! Какая она вульгарная. Похожа на шлюху. Вызывающее короткое платье, кричащий яркий макияж, а поведение…

Рыжая с ходу повисает на шее Марка и целует того прямо в губы. Мерзость. А мужчины посмеиваются, обсуждают что-то и кивают в мою сторону.

Компания сегодня собралась… Предел, но не моих мечтаний. Эта троица мне не нравится. Проявлю уважение, побуду немного и попрошу Марка вызвать такси.

Намеренно отворачиваюсь и смотрю на музыканта. Он продолжает играть, но теперь ни так погружен в исполнение, потому что наблюдает за мной.

Наши глаза встречаются, я смущаюсь от чужого внимания и своей реакции… На щеке симпатичного голубоглазого мужчины шрам. Не могу отвести взгляд. Неприлично пялиться! Знаю, но ничего не могу поделать. Мужчина понимающе кивает, грустно улыбается и возвращается к изучению партитуры, а я перевожу внимание на подошедшую к столу компанию.

– Дружище, а ты не говорил, что твоя Ви прелестнее известной всем Венеры, – произносит коротышка с круглым лицом и маленькими хитрыми глазками. – Добрый вечер, я Герман, – представляется и протягивает мне пухлую руку, такую ухоженную, что любая дама позавидует. Я хоть и слежу за собой, но мои пальцы исколоты иглой и намины имеются. Когда работаешь рукам это неизбежно, а здесь… Аки барышня.

Улыбаюсь мыслям и вежливо здороваюсь:

– Рада знакомству!

Надеюсь на короткое пожатие, но мужчина неожиданно наклоняется и начинает слюнявить руку поцелуем. Такое ощущение, что и язык пускает в ход. Мерзость какая!

Меня передергивает от отвращения, а Марк, заметив это, довольно улыбается. Вот гад!

– Гера, не смущай девушку, – вступает в разговор другой незнакомый мне мужчина.

– Извините, – толстяк с хитрой улыбкой хлопает меня по руке, которую облизывал секунду назад и отпускает наконец-то.

С благодарностью смотрю на высокого мужчину, одетого с иголочки, можно сказать, идеально. Застегнут на все пуговицы, на манжетах запонки, в кармане пиджака платок. Джентльмен на все сто процентов. В нем чувствуется интеллигентность и доля высокомерия. А внешность… Он чертовски привлекателен и так считаю ни я одна. Рыжеволосая не сводит с него глаз, и когда мужчина устраивается на противоположном диване, садится рядом и прямо прилипает всем телом.

– Ви, познакомься, это Даниил и Лилия, – Марк представляет гостей и садится рядом. Его бедро касается моего. Это безумно раздражает. Ерзаю и незаметно отодвигаюсь.

– Очень приятно, – выжимаю вежливую улыбку и встречаюсь взглядом с девушкой. Она смотрит так… Как мужчина. Оценивающе и пристально. Мне это не нравится.

– Отличная собралась компания. Венера, рада, что вы с нами, – мурлычет рыжеволосая и водит длинными коготками по бедру своего спутника.

Молча киваю в ответ и углубляюсь в изучение меню.

ГЛАВА 2. Квинтет

Вечер тянется точно резиновый. Музыкант, за которым я с интересом наблюдала, покидает пределы видимости, освобождая место певице. Женщина в сверкающем пайетками платье исполняет эстрадные хиты под минусовку. Выходит неплохо. Звучный голос заполняет пространство, но меня её вокальные способности и пребывание на сцене не впечатляют, как и разговоры за столом.

Мужчины непринужденно обсуждают курсы валют, торги на бирже, тонкости ведения бизнеса.

И Лилия… Удивляюсь, когда та высказывает экспертное мнение и дает дельные советы, а мужчины прислушиваются к ее словам. Оказывается, внешность обманчива и под вульгарным прикидом может скрываться образованная женщина.

Все это хорошо, но мне надоедает быть молчаливым наблюдателем. Выпитое шампанское разливает по телу приятное тепло, обжигает желудок и вызывает сонливость. Я хочу домой.

– Марк, – произношу, привлекая внимание мужчины.

– Тебе скучно? – спрашивает тот.

Наклоняюсь и шепчу ему прямо в ухо, чтобы шум и музыка не заглушили голос. – Вызови для меня такси. Я устала!

Марк обнимает меня за шею, целует в висок и спрашивает:

– И ты меня бросишь?

– Без зазрения совести! Да, да! Променяю твое общество на мягкий диванчик и мурчащую Ваську, – легонько пихаю мужчину, который хмыкает, и достает что-то из кармана. Сначала думаю телефон, но… В руке Марка оказывается ядовито-оранжевая таблетка, которую он спешно закидывает в рот и надкусывает. В следующую секунду мужчина сгребает меня в объятья и начинает целовать с неподдельной страстью.

Горько! Что за мерзость? Чувствую на языке крупинки отвратительного вкуса. Пытаюсь освободиться, но Марк держит крепко и продолжает поцелуй. Приходится сглотнуть слюну с этой дрянью.

Под шумные улюлюканья мужчин и женские смешки отталкиваю бородатого гада и шиплю, как ужаленная:

– Андреев! Ты из ума выжил? Что это?

Хватаю первый попавшийся бокал с… Воды не оказывается, только шампанское. Черт с ним! Лучше вкус алкоголя, чем этой дряни.

– Это поможет расслабиться, ты слишком зажатая, детка, – он проводит ладонью по моему бедру и хитро улыбается…

Скидываю его руку с себя, грозно смотрю на обнаглевшего типа и повелительно произношу:

– Вызови такси!

Когда поднимаюсь из-за стола, чувствую головокружение, но в то же время невероятную уверенность в своих силах.

Целенаправленно иду к выходу, где ни с того, ни с сего начинаю грубить обходительному администратору. Работник клуба всего лишь спросил, чем может помочь.

Становится стыдно и я, сбавив обороты, интересуюсь, где дамская комната.

Мужчина молча указывает на лестницу, ведущую к уборным.

Спешу вниз и удивляюсь на себя, как только каблуки не переломала, прыгая через ступеньку или шею не свернула.

Господи, надо было так нажраться! И эта дрянь такого мерзкого вкуса. Во рту настоящая помойка.

Высовываю язык и тру по нему ладонью, пытаясь избавиться от горечи. В этот момент из мужской уборной со значком джентльмена выходит мой виртуоз музыкальной импровизации.

– Хай, – вскидываю вверх руку и чуть не ляпаю "Гитлер". Что за дебильные мысли? Начинаю хихикать.

– С вами все в порядке? – интересуется бесподобно красивый мужчина и заглядывает в мои глаза.

Вау! Какой у него сексуальный взгляд, с силой прикусываю нижнюю губу и ощущаю привкус металла во рту. А шрам… Непроизвольно тянусь к лицу незнакомца, хочу коснуться поврежденного участка кожи, но в голове другая мысль… Я должна попробовать его на вкус, лизнуть рубцы языком.

– Вы что-то приняли? – его лицо придвигается ближе, голубые глаза становятся огромными, блестящими и глубокими, способными поглотят меня целиком. Чувствую, как обзор меняется и все становится неестественно вытянутым да еще и дымкой фиолетовой покрывается.

Хочу ответить, но отвлекают женские руки, обвернувшиесь вокруг моей талии… Кажется, что несколько раз. Как у Лили получилось? Она леди эластик?

Хихикаю и глажу пальцы женщины, сомкнутые на моем животе в замок.

– Извините мою подругу, она перебрала. Идем, дорогая, умоемся и станет легче, – рыженькая проводит по моим волосам, убирает упавшие на лицо прядки и нежно подталкивает к двери с буквой "Ж".

Мы проходим в помещение гигантских размеров, стены так далеко, что не дотянешься и ряд кабин… Да я никогда не видела такого количества «посадочных мест», обычно два, три… Ладно и десяток был, но не сотни! А эти раковины… Они похожи на ванные, а когда Лиля пускает из крана воду – джакузи.

– Хочу в душ, – приняв маленькую емкость за бассейн, пытаюсь нырнуть, но в раковину помещаются только руки, к слову, гигантские.

Пока рассматриваю свои увеличившиеся в размерах конечности, за спиной раздается хлопок.

Лиля закрывает дверь. А как же красавчик? Он уйдет!

Открываю рот, бормочу что-то невнятное, наблюдая за приближающейся рыжей лисой с ярко-зелеными глазами. Лилия хитро улыбается, снова обнимает меня и неожиданно целует.

Женские губы такие нежные, что мне нравится их прикосновение. Странно и необычно. Я никогда… Но сейчас отвечаю на ласку, больше того, придвигаюсь и наши груди соприкасаются.

Взаимное стремление побуждает красотку углубить поцелуй. Она жалит меня острым язычком так, что внизу живота завязывается тугой узел, причиняя физическую боль.

Издаю протяжный стон, когда проворные руки Лилии начинают изучать мое тело. Каждое прикосновение отдается приливом желания и оставляет чувственный след на коже, который горит и требует новых ласк.

– Хорошая девочка! – женщина запускает руку под подол моего платья, трогает промежность, хмыкает и громко произносит:

– Готова.

Что? А? Я хочу, чтобы Лили продолжала, но она отстраняется и смотрит в проем распахнутой двери.

Там трое мужчин, среди которых узнаю Андреева. Его бородатое лицо расплывается, идет рябью, точно по воде.

– Где такси? – подхожу вплотную, повисаю на шее Марка и шепчу на ухо. – Я так хочу тебя. Поехали домой?

– Ты моя похотливая сучка, – он грубо сгребает меня в объятья, впивается в губы жестким поцелуем, сжимает груди так, что спирает дыхание. Дико, больно, но я испытываю еще большее возбуждение.

– Крошка Венера, – слышу рядом визгливый голос Германа.

Смотрю с высоты роста, как толстяк берет мою руку, гладит ладонь, целует кончики пальцев и… Погружает указательный в рот, прикусывает его у основания и сосет, причмокивая и работая активно языком.

– Марк, я хочу… – «домой» не дают договорить губы бойфренда, прижавшиеся к моему рту и заглушившие окончание фразы.

– Идем, – Марк случайно кусает меня за раненую губу и вырывает из моей груди гортанный рык. Боль растекается пульсирующим теплом.

– Горячая штучка, – говорит толстяк и наконец-то возвращает мне отполированный языком палец.

Смотрю на мужчину сверху вниз, хлопаю ладонью по макушке и говорю:

– Милый хомячок, мы возьмем его с собой?

– Всех возьмем, – смеется Марк, обнимает меня за талию, выводит в коридор, где подмигивает Даниилу и добавляет еле различимым шепотом:

– А потом все возьмут тебя.

Куда мы идем? Не понимаю. Все вокруг кажется сюрреалистичным и странным. Из стен, углов и выступов выдвигаются обнаженные тела женщин и мужчин. Они точно дразнятся, виляя бедрами, выпячивая округлые ягодицы, демонстрируя вздувшиеся мышцы, выставляя вперед грудь. Ряд стульев с изогнутыми ножками напоминает мне раздвинутые женские ноги, манящие и зовущие. Причудливые видения несут приливы и болезненные уколы желания, заставляющие стонать, всхлипывать и… Хихикать.

Не могу остановить смех и успокаиваюсь, когда подходим к дверям лифта. Разве мы пользовались им, хотя… Сейчас мне все равно, ведь я пытаюсь сосчитать, окружающих меня людей и не получается. Многочисленная компания загружается на крошечную лифтовую площадку, и я чувствую невыносимый жар тел, тесноту и шум.

Мотор, отвечающий за движение кабины, издает утробное рычание, пробирающее до мурашек, а стремительный подъем дарит необычное ощущение полета.

Хорошо, что поездка быстро заканчивается, так как меня начинает мутить от острых ароматов духов, лосьонов и естественных запахов чужих тел, а прикосновения… Толстяк беспардонно притягивает меня к себе. Упираюсь копчиком в его мягкий живот. Пухлые руки Германа шарят по моему телу. В это время Лилия обнимает Даниила, целует в губы и выгибается так, что ягодицами упирается в мое бедро. А Марк зажимает меня с другой стороны и присасывается к шее.

Боже! Я схожу с ума? Так и есть. Чокнулась, потому что хочу их всех.

***

Белые фигуры на пурпурном.

Сквозь дымку уплывающего сознания наблюдаю за сплетенными телами в зеркальном потолке, все они двигаются, извиваются, а я… Еще недавно ощущала болезненное желание, ненасытность, экстаз, теперь замираю.

Все происходит точно не со мной, чувства притупляются, опустошают изнутри. Вижу со стороны, как мое тело пользуют с извращенной фантазией, но сил на сопротивление не остается. Та дрянь, что все еще гуляет в крови, делает меня покорной, лишает желания бороться, поэтому молча наблюдаю за каруселью тел, ненасытными руками, губами, зубами, оставляющими отпечатки на коже.

Мне не больно! Убеждаю себя, когда горячий воск расплывается кляксами, похожими на кровь, по груди, животу и в интимной зоне.

Мне не будет больно! Думаю, когда у рыжеволосой стервы появляется черная плетка.

Сильные мужские руки опрокидывают меня лицом в подушки и удерживают, но я и не сопротивляюсь. Безропотно принимаю удары по ягодицам, спине, промежности и теряю связь с реальностью, которая оказывается намного ужаснее, чем самый извращенный кошмар.

ГЛАВА 3. Правда убивает?

– Ау! Васька, брысь! – пытаюсь прикрикнуть на кошку, которая топчется по груди, но выходит что-то невнятное и хриплое. У меня пересохло во рту и ощущение песка в горле мешает говорить. А семикилограммовый «слоник» продолжает впивать в меня свои лапки, хорошо что когти не выпускает.

Сгоняю кошку взмахом руки и открываю глаза.

Комната кружится. Что за черт? Приподнимаюсь на локтях, но тут же обессиленно падаю обратно на диван.

Что происходит? Я уснула прямо в одежде и даже сапоги не потрудилась снять? Ни разу в жизни не напивалась до беспамятства. Силюсь вспомнить события вечера, но всплывают какие-то обрывки. Поездка в такси, закрытый клуб, привлекательный музыкант, компания Марка, а дальше туман, наполненный странными ощущениями и дикими видениями голых тел и эротических игр. Бред! Точнее, сон.

Наверное Марк привез меня домой, довел до квартиры и уложил на диван, в чем была, а была я… Опускаю взгляд и вижу красное платье и черное пальто.

– Набралась вусмерть, – хмыкаю и чувствую боль, когда губы растягиваются в улыбке. Поднимаю руку к лицу и ощущаю новую порцию «приятных» ощущений. Чем больше прихожу в себя, тем явственнее ощущаю тело. Мышцы ноют, кожа огнем горит, конечности точно не мои, спина… Ерзаю и делаю это зря. Болит. Меня били? Нужно осмотреть себя.

Скрипя и охая соскребаюсь с дивана, иду неуверенной походкой в прихожую, Василиса, как специально, путается под ногами и я нечаянно отдавливаю бедному животному лапу. Та с визгом отпрыгивает в сторону.

– Ни мне одной страдать, теперь нас двое, – плюхаюсь на пуфик и ягодицы начинают гореть. Меня точно били! Но когда? Ни черта не помню.

Терпя боль и дискомфорт наклоняюсь, расстегиваю молнии на сапогах. Ноги затекли от длительного пребывания в обуви и, освободившись, начинают ныть. Затем снимаю пальто и когда вешаю его на плечики, с неудовольствием рассматриваю драповую вещь, безнадежно испорченную кошачьей шерстью.

– Фу, Васька! Все из-за тебя. Придется нести пальто в химчистку, – рассматриваю черную ткань, усеянную белыми ворсинками и тогда же мельком обращаю внимание на руки. – Боже! Что это? – Меня привлекают синяки и красные капли, похожие на кровь.

Начинаю тереть кожу. Воск? Ну на фиг! Где он есть еще?

Нервничаю и в спешке пытаюсь раздеться, но у меня ничего не выходит. Руки не слушаются и становятся негнущимися. Обычное действие – вывернуть платье наизнанку и стащить через голову, оказывается проблемой. Пыхчу, потею и стону от бессилия. Когда наконец освобождаюсь от трикотажной вещи, без жалости кидаю ту на пол и смотрю в зеркало на отражение испуганного бледного существа.

Разве это я? Зрачки расширенные, волосы спутанные, на шее и груди черные пятна от засосов. Снимаю бюстик и осматриваю себя. Соски воспаленные покрасневшие и саднят. Хочется почесать, но лучше не трогать, сделаю хуже.

Дальше внимание привлекают остатки красного воска на животе, стянувшие кожу. Трясущимися руками отскребаю застывшие уродливые кляксы.

Что со мной произошло? Где была, с кем спала? Вспомнить бы, но… Все это попахивает играми с примесью БДСМ. Черт! Я никогда не горела любовью к подобным развлечениям, а Марк…

– Убью гада, – злобно шиплю, когда замечаю на спине и ягодицах черные синяки и несколько рубцов, превратившихся в царапины.

Что за бред! Меня начинает трясти от досады и полного непонимания, а жалобное мяуканье Василисы – раздражает окончательно.

– Хватит, – отпихиваю ногой пушистый надоедливый комок, тогда животное начинает жалобно орать, зазывая на кухню. – Ты голодная? Сейчас, – еле переставляя ноги плетусь в комнату, где беру халат и затем следую зову оголодавшей Васьки.

Подхожу к холодильнику и непроизвольно кидаю взгляд на электронные часы, показывающие дату и время.

Понедельник, 22 сентября, 3:00.

На автомате открываю дверцу камеры и… Замираю, точно вкопанная, а у ног вертится белая кошка, которая не ела более суток.

Вчера была суббота! Но часы категорично показывают другой день недели.

– Васечка, потерпи маленькая, – достаю пачку с кормом, и борясь с головокружением, наклоняюсь к миске.

Кошка накидывается на кусочки в желе с благодарным урчанием. А я обессиленно падаю на мягкий диванчик, вытираю выступившую испарину со лба и замечаю незнакомый бумажный пакет на столе.

Мне становится страшно. Конечно, понимаю, это не бомба, но ощущение такое, что содержимое способно взорвать мою жизнь. В этом сером свертке оказывается мой потерянный день, фотоснимки, флешка и записка…

«Детка, ты огонь! Наслаждайся просмотром. Самые яркие моменты для тебя в снимках на память. Не забудь показать отцу и передать привет. Ви, будь хорошей девочкой, убеди папашу не предпринимать попыток меня найти. Иначе эти фото возглавят первые страницы новостных газет. Пока-пока!»

Вместо подписи, улыбающийся смайл с рожками.

В бешенстве сминаю лист с напечатанным текстом и в ярости швыряю.

У меня с самого начало возникали смутные сомнения по поводу Марка, но сексуальный поганец с легкостью очаровал меня харизмой, обходительностью и чувством юмора. И надоедливые уговоры мамы, тоже сыграли свою роль.

Так и слышу ее слова…

«Тебе двадцать девять, а все одна. Запомни, женщина без настоящего мужика, чахнет и засыхает, как цветок в пустыне. Бери, не пожалеешь. Марк породистый самец, наверняка отличный любовник и в постели огонь».

Огонь?!

Ну не знаю! Когда мы перешагнули грань в отношениях и они стали интимными, Андреев изменился, превратившись из обаяшки и пылкого возлюбленного в похотливого типа. Сначала меня это заводило, потом раздражало, теперь люто ненавижу.

Чувствую, как разжигает щеки и слезы текут, заливая лицо.

– Вот козел! – ругаюсь и с отвращением касаюсь колоды из фоток. Раскладываю их веером и вспыхиваю от стыда, когда вижу себя на снимках с пошлым содержанием, ведь никогда не думала, что могу быть такой.

Душевный диссонанс, порождает смятение и вызывает рвотные позывы.

«У тебя там так тесно»: надпись на фото, где я стою на коленях, прижимаясь ягодицами к мужчине, и с явным удовольствием принимаю его достоинство в себя.

По комплекции тела понимаю, что это Марк.

«Твой ротик такой нежный»: описание к следующей фотографии, где я с наслаждением беру…

О боже! Чувствую, как к горлу подкатывает очередной комок и грозит вызвать приступ рвоты.

Вскакиваю с места и бегу в ванную комнату, где, следуя позывам, опустошаю желудок. Выходит только слизь желудочного сока, оставляя во рту противный кислый привкус. Когда спазмы прекращаются, обессиленно опускаюсь на холодный кафель. Меня душат слезы, так хочется устроить истерику, крушить, метать, кидать вещи, что-нибудь сломать, но у меня нет сил.

Какое-то время я тихо сижу на полу, всхлипываю и слизываю с губ соленые слезы.

Я унижена, уязвлена и чувствую себя такой грязной, что жить не хочется. На этих фото я выгляжу, как похотливая, ненасытная шлюха. Меня не насиловали, в моих глазах читается удовольствие, что пугает и огорчает особенно. Как я могла хотеть эту толпу? Я никогда не была распутной, а судя по снимками с радостью отдавалась как минимум троим мужчинам, женщине и все они…

Эта мысль вызывает отвращение, желание почистить зубы и прополоскать горло. Чем и занимаюсь последние… Я теряюсь во времени и откладываю щетку в сторону, когда чувствую боль в деснах, сплевывая покрасневшую пену. Затем яростно натираю лицо, что кожа начинает гореть и саднить. Мне этого мало. Забираюсь в душевую кабину, включаю тропический душ и сижу под горячими струями воды. Не знаю как долго. Яростно орудую мочалкой, пытаюсь смыть оставленные на коже следы чужих рук, воска, крови, спермы. А в мыслях методично и навязчиво всплывают изображения пошлых сцен. Я снова ощущаю себя грязной и начинаю все сначала.

ГЛАВА 4. Столкновение

Уже который день сижу взаперти, игнорируя всех и вся. На дверях салона украшений ручной работы «Сапфир» вывесила объявление «Закрыто по техническим причинам».

Моя квартира и мастерская находятся в одном дворе и окна квартиры очень кстати открывают обзор на лестницу и крыльцо, ведущую в салон. Я закрылась ото всех и подсматриваю за движением и жизнью на улице из-за приоткрытых жалюзи. Также партизаню за подходящими к двери салона клиентами. Они дергают ручку, читают объявление, и не веря написанному, хвастаются за телефон.

Звонок, звонок, звонки…

С момента моего добровольного заключения прошло два дня и накопилась уйма сообщений на автоответчике, с десяток писем на почте и, наверное миллион в соцсетях. Меня атакуют с настырной настойчивостью заказчики, друзья, знакомые, что действует раздражающе.

Все это вгоняет в жесточайшую депрессию, я не сплю, не ем, мучаюсь головной болью, но отключить телефон не могу, жду, когда со мной свяжется отец. Боюсь и жду.

На момент происшествия он был в отъезде и вряд ли получил информацию. Но это произойдет рано или поздно. Отец обязательно позвонит, а мама…

Она единственная чья поддержка мне нужна, но мамин телефон молчит вот уже два дня. И когда на дисплее наконец-то всплывает надпись «Мамуля», со вздохом принимаю вызов, но холодею, услышав в трубке злой голос отца.

– Венера, ты дома? Я приеду, поговорим, – звучит без лишних предисловий.

– Привет, я плохо себя чувствую, давай по телефону… Где мама?.. – растерянно шепчу и умолкаю под властным рыком отца.

– Вы обе меня предали и втоптали в грязь! Одна позарилась на кусок молодого мяса, другая выставила себя похотливой шлюхой. Предательница, развратная девка и доверчивый старый осел – хороша семейка! – распаляется мужчина, переходя на крик.

– Папа, прости! Не знаю, как это вышло. Я не хотела, – всхлипываю и размазываю влажные дорожки по щекам. Я так расстраиваюсь и недоумеваю, что мое состояние ощущает Василиса и пытается утешить, забирается на подоконник, ластится и мурлычет.

– Да неужели? Тебя силой в постель не тащили! – возмущается мужчина.

– Ты видел запись? – стыдливо закрываю глаза и жду уничижительный и правдивый ответ.

– Это так мерзко. И как докатилась до такого? Тебя имел табун мужиков и я должен молчать, хранить репутацию распутной дочери, когда хочется кричать? – срывает голос отец и заходится кашлем. Слушаю и жду, пока приступ закончится. Он много курит, а сейчас, наверное, особенно.

– Ты сможешь простить меня? – всхлипываю, но отец точно не слышит и продолжает грузить меня, наваливая одну проблему на другую.

– Знаешь, что сделал Андреев? Опустошил активы компании, провел несколько незаконных сделок, загнал меня в долги, а эта… Твоя разлюбезная мать очаровалась ублюдком, помогла обчистить меня и укатила с этим куском дерьма в закат, но она ему не нужна. Тот бросит ее на первой заправке, – выговаривается, тяжко вздыхает и затихает, точно отдал все силы на последние признания. Злость и агрессия уступают место отчаянию и разочарованию.

– Бедный мой папочка, прости. Хочешь, я приеду? – чувствую такую жалость к нему, что сердце сжимается в болезненный комок.

– Нет, мне нужно обдумать и пережить все это, а ты… Тебе и своего дерьма хватает, – шепчет отец и снова кашляет.

– Что ты будешь делать? – с опаской спрашиваю.

– Ничего, – удрученно отвечает тот и попрощавшись вешает трубку.

Сказать, что я в шоке, значит, ничего не сказать!

Как мама могла так поступить с отцом? Наверняка знала и о затевавшемся безумии, но не предупредила и предала меня. Неужели совсем голову потеряла? Конечно, я замечала ее неоднозначное отношение к Андрееву. Мама была то равнодушна, то сердито смотрела, то кокетничала и с радостью принимала комплименты и ухаживания. Ее щеки не раз и не два вспыхивали при взгляде на него, но я не придавала этому особого значения. Ведь порой Марк в разговор добавлял шутки непристойные, но умело завуалированные. Распознав смысл, каждый мог смутиться. И все это казалось невинной шуткой.

А у Агаты Милон моей матери был обожаемый муж, отец семейства, солидный и харизматичный мужчина, умеющий проявлять любовь и заботу в мелочах. Мечта, а не спутник жизни! Мама принимала все это «богатство» с легкостью, упростив чувства, сделав их обыденными и в один «прекрасный момент» позарившись на яркую внешность и молодое тело.

Как страшно жить с человеком, и не ожидая подвоха, получить нож в спину. Бедный папочка. Он не заслужил предательства.

Разочарованно вздыхаю и глажу Василису, устроившуюся на подоконнике.

И что теперь? Как компенсировать отцу затраты? Даже если я продам студию, то не смогу погасить и половину долга. Мне кажется, даже на четверть не наскребу. Вряд ли амбициозный и наглый гад Андреев смог довольствоваться малым. Сгреб все и мамулю прихватил.

Деньги – понимаю, но зачем ему женщина вроде Агаты Викторовны? Не думаю, что Марк воспылал искренними чувствами к женщине, которая старше лет так на двадцать. Конечно, в свои пятьдесят она выглядит шикарно и на свой возраст не тянет, но все же… Не верю.

Назойливые и неприятные мысли атакуют с такой яростной настойчивостью, что скоро голова начинает раскалываться, а в доме нет элементарного аспирина.

Завариваю успокаивающий чай с мелиссой, который помогает расслабиться, но не в этот раз. Несмотря на дневное время, закрываю жалюзи и ложусь в постель, пытаюсь уснуть, но тщетно. Промучившись какое-то время, обессиленная и злая встаю, одеваюсь и впервые за несколько дней намереваюсь выйти на улицу.

***

Темная осенняя улица встречает меня моросящим дождем и промозглым ветром. Холодно, мокро и я все сделала неправильно. Нацепила куртку без капюшона, не удосужилась надеть шапку и оставила зонт в прихожей. Ключи от машины тоже дома. Да какое мне управление транспортным средством в таком-то состоянии? Не дай бог, остановят, посмотрят в глаза с расширенными зрачками и прощайте права на год или полтора.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.