Елена Свободная
Техподдержка для некроманта

Глава 1

Осень – мое любимое время года. Кажется, что все затихает, листья с мягким шуршанием падают с деревьев и убегают вслед за ветром куда-то за угол. Желтый электрический свет заливает небольшую парковку перед входом в колл-центр. До конца смены ещё полтора часа. Я улыбаюсь, выпуская белые струйки дыма в темно-серое низкое осеннее небо.

Последние дни отпуска я использовала по назначению. Позвонила родителям и сообщила о своем возвращении. По телефону отец сказал, что гордится мной и готов ответить на все мои вопросы, мама же только хлюпала носом и оправдывалась. Устало пробормотав, что приеду завтра с утра, я отбила вызов. Сердиться на них, как и переживать по любому другому поводу, не было сил, поэтому я просто разделать и завалилась в родную кровать.

Как следует выспавшись, выпив утренний кофе, направилась в отчий дом. Разговор предстоял долгий и не самый приятный, но оттягивать его не было ни смысла, ни желания. Помятуя, что лучшая защита – это нападение, я с порога сердито заявила родителям:

– Предупредить хотя бы можно было? Или как-то морально подготовить?

Папа с некоторой укоризной посмотрел на маму и виновато усмехнулся:

– Да… промашка вышла… Но ты просто потрясающе справилась со свое задачей, дочь! Я ужасно тобой горжусь!

В ответ я молча продемонстрировала побелевшую прядь.

Уютно устроившись в кухне-гостиной, я наблюдала, как мама варит свой умопомрачительный фирменный кофе, а папа что-то ищет на книжных полках. На стенах висело множество их фотографий в рамках, многие из которых мне всегда казались винтажной стилизацией. А оказалось, что стилизацией была вся их жизнь. Они и правда совсем не менялись с течением времени. Сколько им лет? Почему меня никогда не озадачивал этот вопрос? Да потому что даже когда мы переезжали в этот город, у них была более веская причина, чем "Дочка, все люди стареют, а мы нет, поэтому нам нужно срочно сменить город и окружение, чтобы избежать лишних вопросов".

– Мариночка, мы не думали, что все так сложится. Диран мог бы править еще очень долго, твоя помощь могла бы не понадобиться еще несколько столетий… – мама поставила передо мной чашечку своего коллекционного фарфора от которой шел великолепный аромат. Что там говорил про них Голдот?.. Ладно, спрошу в более спокойное время. – А это – мелочи, дорогая, все могло оказаться гораздо хуже…

– Да ладно? – ехидно уточнила я, делая глоток, за который была готова простить ей все на свете.

– Да, дочка. Когда Антон сказал, что Арданиэль дал о себе знать, мы с папой даже представить не могли, что все так серьезно.

– То есть… – я оторопело воззрилась на маму, – ты хочешь сказать… что Дан регулярно гостил у вас?..

– Нет конечно, – она рассмеялась, – он же маг, ему визиты в безмагические миры даются очень нелегко. Но это не мешало нам иногда отправлять туда Антошу в гости.

– Чудесно! – хмыкнула я. – Судя по инструктажу, Антон был в курсе событий, а я – нет.

– Детка, – отец подсел к нам. – Антон, несмотря на то, что старше тебя, все еще живет с нами, поэтому от него было очень трудно долго скрывать правду.

– Ладно, – я устыдилась своей вспышки. И правда, чего я ожидала, если в двадцать, заканчивая институт, отправилась в свободное плаванье. Сначала снимала квартиру пополам с подружкой, потом сама. Потом купила свою и появлялась у родителей только по праздникам. Бесконечная работа и аспирантура, не считая прочих подработок… м-да…

Отец положил передо мной три книги в старых потертых переплетах.

– Наверное, я должен был сделать это давно, – он бросил на меня извиняющийся взгляд. – Но даже по человеческим меркам ты очень молода, поэтому я оттягивал этот разговор. Нам с мамой хотелось, чтобы твоя жизнь была проще. И длиннее.

Он тяжело вздохнул и продолжил:

– К счастью, все позади. Мы так боялись тебя… потерять.

– Дочка, – в голосе мамы послышались слезы. – Папа был готов отправиться тебе на помощь, но благодаря кое-какие старинным артефактам… Мы выяснили, что вы с Арданиэлем… ну, не одни… Я так обрадовалась… Конечно, Голдот всегда пугал меня своей силой, но узнать, что мою малышку оберегает такой маг…

Она опустила голову, и на ее колени, туго обтянутые голубыми джинсами, упало несколько слезинок.

– Ага, – задумчиво протянула я. – А меня вот не испугал, как ни странно.

– Что ты имеешь ввиду? – родители удивлённо посмотрели на меня.

– Наверное пока ничего, – я взяла верхнюю книгу из стопки, принесённой отцом и с удивлением уставилась на название. Год издания и авторство вообще заставили меня приоткрыть рот. – Па-а-ап?..

Он отвел глаза и поскреб небритую щеку:

– Ну да, в свое время я изучал различные виды магии в контексте способностей оборотней. Колдовать, конечно, мы не можем, но кое-что интересное я всё-таки подметил. У меня получилось сформулировать некоторые принципы, которые я изложил в этих работах. Такой вот получился самоучитель магии…

– Охренеть, – только и смогла выдавить я. В доме, где я провела большую часть жизни, на верхних полках спокойно стояли фолианты по практической магии, причем написанные в форме самоучителя, и изданные в 1634. – Обооротням было чихать на инквизицию или ты их издал ещё… там?

– Да, до катастрофы в том мире было много возможностей для представителей самых разных рас, – кивнул отец.

– И что же? Если я буду четко следовать всем инструкциям, я научусь колдовать? – здоровый скептицизм всегда был присущ мне в полной мере.

– Понятия не имею, – честно ответил старый оборотень Анорхайн своей любопытной дочери. – Твои способности явно шире, чем мои. А твое образование и увлечения очень может быть вдохнут в мои наблюдения совершенно новую жизнь.

И он туда же! Дан же намекал мне, что магия очень схожа с программированием! Надо срочно с этим разобраться…

Одним словом, я выслушала кучу извинений и уехала от родителей с целой библиотекой непонятной литературы магического содержания, где были не только те книги, что показывал мне отец, но и еще много всего, что подлежало детальному изучению, а так же с заверениями в абсолютной любви и радости от того, что я выжила.

М-да… Радует, что выжила, огорчает, что из ума. Некромант не выходил из головы совершенно, особенно поначалу. Но работа в колл-центре именно тем и хороша, что на двенадцать часов в сутки можно переключиться на чужие проблемы, совершенно забывая о своих. За минувшие с отпуска полгода я даже как-то один раз случайно получила звание лучшего специалиста месяца. Видимо, очень эффективно старалась отвлечься. Лето пролетело незаметно. Экзамены в аспирантуре, работа, подработки, подробное изучение магических книг. Скучать было некогда, ненужные мысли я отодвинула на осень. К тому времени, по прогнозам отца, я уже буду достаточно готова к самостоятельному осуществлению своих планов.

Особенно скрупулезно я изучала телепортацию. Да, я согласилась вернуться домой, даже при условии, что никто не собирался помогать мне с телепортацией в родной мир моего отца. Но Дан мне очень прозрачно намекнул, что с этим вопросом я смогу справиться и самостоятельно. Надо только как следует пошевелить мозгами…

Что-что, а решение сложных головоломных задачек – это всегда было по моей части. И безумно мне нравилось. Выкинув окурок, я побежала наверх.

По моим прикидкам, уже через месяц, не ожидая милостей от природы, я справлюсь с телепортацией в их странный мир. Я уже несколько раз пробовала перемещаться домой. Удобно, но не демонстрировать же свои таланты девчонкам на работе. Я украдкой показала клыки своему отражению в складном зеркале. Отвечая на звонки, я не переставала думать о том, что же я буду делать, когда вернусь туда. Нельзя же просто вломиться в замок к некроманту и заявить, что я – ежик, и буду здесь жить? Эх… А где искать Дана никому не известно – он Хозяин и он везде. Или нигде. Как-то так мне объяснил отец. Карты мира я нашла в одной из его книг по истории и с любопытством нашла место, где сейчас стоит замок некроманта. Правда, в те времена лес на той территории ещё не был мертвым.

До конца рабочего дня осталось шесть минут.

– Лисова Яна, здравствуйте, – на автомате диктуя абоненту настройки, я воспроизводила на листочке для записей рисунок телепортационной пентаграммы. Все у меня получится. Папа уже не контролировал мои перемещения. "А смысл контролировать программиста, когда он программирует", – только и сказал он. Мне удалось научиться видеть магические потоки и улавливать команды, которым они повинуются. Здесь мне помогли несколько артефактов, которые мне передал Антон, по случаю заехав в гости на предмет порадоваться, что у него по-прежнему есть младшая сестра. А заодно уточнить, как поживает его друг Арданиэль и не придумала ли я чего покруче, чем щупать Перворожденных за уши, к которым они, как выяснилось, относятся очень трепетно. Я с тяжёлым вздохом призналась брату, что ещё как придумала. Ну и под кофе с сигаретой рассказала все, как есть. Антон присвистнул и спустя несколько минут усмехнулся:

– И почему я почти не удивился? Напоить – так Хозяина Леса, полюбить – так магистра магии Смерти… Вполне в твоём духе, сестричка!

Я криво хмыкнула в ответ:

– Так уж вышло.

– Я его видел мельком пару раз. Серьезный мужик. И, поверь моему мужскому опыту, если у вас все по-взрослому, он что-нибудь придумает.

– Он "что-то" уже придумал, теперь моя очередь.

– Ну-ну, – ехидно заметил брат. – Я ему уже сочувствую!

Сама колдовать я так и не научилась, но чужое заклинание распутать смогу (так я разрядила два артефакта, решив на этом завязать с практикой). Заклинания действительно работали как программы. И логика в них присутствовала совершенно так же, надо было только ее найти. С этим я справилась достаточно легко.

– Спасибо за звонок, всего доброго.

Быстрая разрегистрация. Чего тянуть? Гаркнув на бегу ночной смене пожелания спокойной ночи, я сбежала по ступенькам. В раздевалке стоял гогот и хохот.

– Я не знаю, как называется услуга, но мне надо, чтоб до меня доходило, когда мне звонит другой абонент! – вещала натягивая плащ, Ира.

– А без услуги до него не доходит, что ему звонят? – глумливо уточнил кто-то из дальнего угла .

– Походу, да!

– Девушка, я пользуюсь вашим номером, – возмущались, цитируя обращение с другой стороны. – Б.., а я и не заметила!

– А мне сегодня звонил натуральный Александр Македонский, это нормально? – ехидно спросила Олеся.

– Мы работаем в дурке, так что да! – подтвердила старшая смены, переобуваясь в кроссовки после целого дня в туфлях.

– А у меня сегодня мужик потерял свои принадлежности! Так и сказал: "Девушка, я покупал сим-карту и потерял свои принадлежности!"

Рабочий день выдался насыщенным, и все снимали напряжение, ругаясь и хохоча над запросами абонентов:

– А как вам такая заявочка, один звонит и на голубом глазу заявляет, девушка, я уже три года имею с вами связь.

– А Ирка сегодня отожгла не хуже абонентов!

– Я?

– Да, когда звонил тот, с капустой, – пришлось напомнить, ибо утро было очень, очень давно.

– А, точно! Спрашивает один, куда у меня капусту срубили? Ну, я ему и ответила серьезно, что мы по вопросам овощей не консультируем!

Такси уже подъехало и я, обсуждая очередной поток сознания, вышла на воздух…

И осеклась на полуслове. На стоянке стоял “БМВ х5”. А рядом с ним, легко опираясь на приоткрытую дверь машины, стоял высокий худощавый мужчина. Длинное черное пальто, черные брюки с идеально отглаженными стрелками, шелковая рубашка и начищенные до блеска ботинки… Пепельно-седые волосы рассыпались по плечам в художественном беспорядке.

Я забыла, что для жизнедеятельности необходимо дышать и просто застыла с открытым ртом, так и сжимая локоть собеседницы. Просто потому, что это был не ежик в тумане, и даже не испанский летчик… Это был всего лишь один мой знакомый некромант.

И этого не могло быть на самом деле.

– Солнце мое, ты сейчас сломаешь мне руку, – прошипела Наташка.

– И рот закрой, – каким-то чудесным образом этот памятник мужскому превосходству оказался совсем рядом, обдавая запахом дорогого парфюма. Он улыбался своей кривой улыбочкой и был совершенно настоящим. Кровь резко бросилась к щекам. Я зажмурилась и резко открыла глаза. Он продолжал стоять и усмехаться.

– Я… Наташ, я не поеду… на… такси… – с трудом прохрипела я, пытаясь облизнуть пересохшие губы, не отрываясь от этих черных глаз.

Она удивленно смотрела то на меня, то на мужчину.

– Марин, ты меня пугаешь, с тобой все в порядке?

– Все просто отлично, – голос, наконец-то, вернулся. – Это мой… Точно, все действительно очень и очень хорошо!

В голове брызгами шампанского взрывалась радость и состояние плавно приближалось к абсолютно обезбашенному. Тем временем, он аккуратно освободил наташкину руку из моих пальцев, улыбаясь ей извиняющейся улыбкой.

На парковке, среди машин и толпы гомонящих девочек, я стояла, уставившись на него так, что даже таксисты даже прекратили свои разговоры, с любопытством поглядывая на все это полуночное безобразие.

«Прекрати сейчас же на меня так смотреть, – раздался в голове знакомый шепот, – ты же уже просто раздела меня…» Помотав головой стараясь прогнать наваждение, с ухнувшим в пятки сердцем, я с места прыгнула ему на руки. Он еле успел меня подхватить, но сделал это так четко и красиво, что зааплодировал весь двор. Все ещё не веря своему счастью, я уткнулась ему в плечо:

– Поехали домой…

Некромант усмехнулся и понес меня к машине. Аккуратно устроив на пассажирском сиденье и заботливо пристегнув, Голдот обошел машину и, махнув рукой какому-то мужику, что бы тот освободил проезд, легко запрыгнул на водительское сиденье. Боже! Он здесь… Я не хотела думать о том, что он здесь делает, зачем появился, чего ему от меня надо? Поэтому просто наслаждалась его наличием…

Машина мягко тронулся с места. А я все пыталась взять себя в руки. Не видя его полгода, даже больше, включившись в работу и занявшись учебой, было легко думать о нем только в отведенное для этого время. То есть по вечерам, и то, если не падала в кровать мертвая от усталости. Но стоило ему появиться и… Нет, всё-таки без него совсем не то. И только сейчас я поняла – насколько.

Родители доказали своим примером, что оборотень может жить очень-очень долго. А это значит, что у меня будет предостаточно времени переубедить этого упрямца…

– Довольна?.. – ехидно усмехнулся он, глядя на дорогу. Я, не отрываясь, разглядывала отражение его профиля в боковом стекле. Машина летела по проспекту, приближаясь к мосту. За окном мягко скользили деревья и дома.

– В смысле? – улыбнулась, поворачиваясь к нему.

– Ты была права в тот вечер, – будничным тоном пояснил он, аккуратно вписываясь между двумя машинами. – Я, трехсотлетний некромант, не могу без тебя. Я долго думал, представляя, что будет дальше, какое будущее ждет тебя… А какое – нас. И вот я притащился за тобой в другой мир, чтобы сказать что без тебя мое личное будущее не имеет смысла …

– Тебе понадобилось полгода, чтобы это осознать? – фыркнула я.

– Нет, – он покачал головой, – полгода мне понадобилась на то, чтобы решиться окончательно испортить тебе жизнь.

– Я тоже не сидела без дела, – согласилась я, кладя руку ему на колено, – потому что я тоже не могу без тебя, и планировала вернуться примерно через месяц…

– Как?! – Он резко сбросил газ, очевидно, попортив немало нервов тому водителю, что ехал за нами.

– Ну-у-у-у… – ехидно улыбаясь, я отвернулась. – Штудирование соответствующей литературы принесло свои плоды…

Он рассмеялся и мне послышались в этом смехе счастливые нотки.

Глава 2

В квартиру мы поднимались, сохраняя внешнее спокойствие. Он шел следом за мной и я, чувствуя затылком его взгляд, сдерживалась из всех сил, чтобы не обернуться. Когда за его спиной мягко щелкнул замок входной двери, сознание, наконец-то получило отставку…

Последнее, что я помню, прежде, чем потеряла чувство реальности окончательно, это хриплый счастливый смех некроманта:

– Полуживой, говоришь… – кажется, я смеялась в ответ.

Тяжело дыша, мы глядели друг на друга. До незаправленного с утра дивана мы не дошли. В комнате царил хаос. Пуфик мигрировал из коридора вместе с нами (кажется, я задела его лодыжкой, но в тот момент не обратила на это внимания), распечатанные должностные инструкции теперь были разбросаны по всей комнате (но это вроде Голдот не вписался между столиком и шкафом), про нашу одежду я вообще молчу. Он покосился на меня. А я что? Я пожала плечами. Откуда мне знать, как мой пиджак мог оказаться на двери комнаты, галстук – на подоконнике, а его брюки на дверце шкафа в таком виде. Рубашки шелковой черно-белой лужей сиротливо валялись в коридоре. Где обувь и мои штаны я боялась даже предположить. Мы снова рассмеялись и вернулись к более приятному занятию, нежели уборка помещения.

Когда на часах уже давно минула полночь, я сидела на кухне и беззастенчиво глазела на некроманта, поедающего мой ужин из полуфабрикатов. Это было настолько дико и неожиданно, что вопрос вылетел сам собой:

– Слушай, ведь что-то еще случилось?

– У тебя мания преследования, – отмахнулся он вилкой, пытаясь одновременно жевать.

– Правда? Тогда может быть стоит по коньячку? Заодно проверим, насколько трехсотлетний организм некроманта устойчивее к выпивке по сравнению с двухсотлетним эльфийским, – скептически приподняла я бровь, заваривая кофе и доставая сигареты.

– Ладно, – хмыкнул он. – Я не готов к экспериментам такого рода…

– Тогда выкладывай, – я придвинула ему чай.

Он еще повздыхал, поковыряться в тарелке и отложил вилку:

– С чего бы начать? – он задумчиво уставился в чашку.

– С начала? – подсказала я, так как чай безмолвствовал.

– Не думаю. Потому что началась вся эта история очень давно, по сути, сразу после катастрофы. Но с тех пор, как я стал самым могущественным магом, стало значительно спокойнее. И вот примерно с месяц назад неожиданно возник очень горячий поклонник моего таланта. Да не какой-нибудь очередной безобидный дурак, ищущий интересный способ уйти из жизни, коих я даже не считаю, а сам Капеллан Второй… – он посмотрел на меня. Я ничего не понимала, но изо всех сил делала сосредоточенное лицо. – Благодаря этому субъекту меня буквально одолели незваные гости. Я уже подумывал перебраться куда-нибудь еще дальше, но что-то, наверное, опыт, мне подсказывает – проблему это не решит. Не знаю, какой силой обладает этот человек, но то, что его зас…ланцы пробивают мою защиту, говорит о ее величине и неординарности. Поэтому я… – он замешкался, – решил всё-таки успеть сказать тебе ещё раз, как сильно я тебя люблю.

Последняя фраза заставила меня призадуматься, неужели все настолько серьезно, что некромант опасается за свою жизнь? Это была очень неожиданная мысль.

– Рина?..

– Да? – я в упор посмотрела на него.

– Я должен с ним разобраться. Уверен, мои опасения беспочвенны, но если ты хочешь жить в моём мире, я тем более обязан сделать его хоть немного безопаснее..

Договорить я ему не дала. Нормальные заявления?! На его лице тут же отразилась догадка, что язык его – его же главный враг. Во всяком случае, явно его опыт общения с влюбленными барышнями был невелик. Особенно, с барышнями, влюбленными лично в него. Я последний раз затянулась и затушила сигарету в пепельнице:

– Любовь моя, – я покачала головой, – я хочу не просто жить в твоём мире. Я хочу быть с тобой. Знаешь, что это значит? Это значит, что никуда ты один отсюда не уйдешь!

Я с искренним удовольствием наблюдала, как он, изменившись в лице, удивленно вздернул брови:

– Очень интересно, – протянул он, – и как же ты меня задержишь?

Его лицо приняло такое знакомое отчужденно-холодное выражение, в голосе появились металлические нотки.

– А никак… Я не стану удерживать тебя силой – куда мне, – я усмехнулась, видя как приопустились его плечи, – я просто отслежу твое перемещение и уйду следом. Я, правда, никогда этого не практиковала, но в теории…

– Ты этого не сделаешь, – уже не так уверенно возразил он.

– Увидишь, – я спокойно улыбалась, видя, как он начинает злиться.

– Рина! – он вскочил со стула и навис надо мной.

– Голдот! – я была существенно ниже, но наглости занимать ни разу не приходилось.

Да, что поделать, я не поднятый им зомби и слушаться беспрекословно не намерена. Некромант в шоке уставился на меня.

– Как ты себе это представляешь? Это может быть очень опасно!

– Серьезно? – я привстала на носочки и, коснувшись лбом его лба, тихо продолжила: – неужели опаснее сражения с Хозяином Леса и его тварями на подведомственной ему территории? Я пока не знаю, как и чем смогу тебе помочь, но я очень-очень не хочу однажды узнать, что тебя больше нет…

Он тяжело опустился на стул и его прорвало:

– Вот как меня угораздило так влипнуть?! Триста лет люди считали меня извергом, сволочью и совершенно мерзким существом… Но насколько же спокойней мне было, пока не появилась ты! Ты все поставила с ног на голову! Уж лучше бы ты боялась меня, как все прочие люди, и думала, что я варю страшные зелья из крови молоденьких девиц…

– Ну если ты предпочитаешь для зелий исключительно девиц, то мне вообще нечего переживать, путевого варева из меня точно не получится, – я усмехнулась, делая глоток кофе.

– И давно ты так решила? – съязвил он. – Мне, между прочим, Дан рассказал, какое у тебя было лицо, когда он тебе сказал, что хозяин замка – некромант!

– Ну и ябеда Дан, – усмехнулась я. – Я же потом изменила свое мнение… И вообще, насчёт твоей мерзкой натуры у меня есть большие сомнения. В частности, касаемо излишней сентиментальности по отношению к брюнеткам со странными способностями… – я пристально посмотрела на собеседника, вспомнив первую ночь в замке некроманта, когда некто заботливо укрыл меня пледом, несмотря на нежелательность моего присутствия. Судя по тому, как некромант нахмурился, подозрения были не беспочвенны.

– Но знаешь, что хуже всего во всей этой ерунде? – он перегнулся ко мне через стол, явно меняя тему.

– Даже боюсь предположить, – хмыкнула я, допивая кофе.

– Что мне этот кавардак в жизни ужасно нравится, – он довольно улыбнулся, – да и расстаться с тобой второй раз… я все равно не смогу.

Я накрыла ладонью его руку. Одно слово – мужчина, потом скажет, что сама напросилась.

А завтракали мы уже в замке некроманта. Потому что проснувшись поздно утром на моем диване, Голдот, после долгого и красочного описания своих ощущений от не самого комфортного ложа, заявил, что хуже спать только в склепе у вампира и его любимая женщина не должна так жить. Я пыталась острить на тему возраста, но этот предмет мебели покупался в виде компромисса между необходимостью на чем-то спать и ограниченным наличием ресурсов в виде денег, поэтому по большей части некромант был совершенно прав. Пустой холодильник, из которого я достала вчера последние котлеты, привел мужчину к однозначному выводу. На мое робкое "а, может, заказать доставку?" маг смерил меня скептическим взглядом:

– Любимая, раз мне не удалось от тебя избавиться, позволь хотя бы позаботиться.

Повинуясь взмаху его руки и каким-то трудновоспроизводимым звукам, прямо посреди коридора вспыхнула бело-голубым пентаграмма телепорта. Присмотревшись, я чуть не охнула – потоки силы, которые позволили магу сделать это "легко и непринужденно", были такими мощными, что в магическом мире позволили бы перенести весь замок вместе с обитателями.

Я с удивлением обнаружила, что столовая стала гораздо светлее с моего последнего визита.

– Ты прибрался, – заметила я, пытаясь подавить неприличное желание поболтать под столом ногой.

– Да, решил, что в такой мрачной обстановке больше жить невозможно.

– Хм… заметьте, не я это предложил, – я покачала головой и приступила к завтраку. – Что про Дана слышно?

– Ушастый лечит владения. Сразу после победы над Дираном он, как положено, отправил сообщения всем и вся о своем положении. После твоего отбытия, провел несколько официальных встреч, конечно не здесь, а в замке в нескольких милях отсюда. Там что-то вроде резиденции Хозяина, но это – лишь формальность, так как его способности позволяют ему моментально перемещаться в любое место. Поэтому он вернулся в Лес и пытается вылечить погубленную землю. Впрочем, я не общался с ним уже около трех месяцев.

– А у нас что на повестке дня?..

– Убери голову, – это было сказано одними губами, поэтому я, даже не раздумывая, оттолкнулась от ножки стола. Падая, я почувствовала, как что-то рассекло воздух, совсем немного разминувшись с моим носом.

– Окна не откроешь, – буркнул Голдот, помогая мне подняться. – Наемники достали, позавтракать с девушкой не дадут…

Продолжая возмущаться, он придвинул мне стул. Потом с сожалением закрыл окна. Конечно, вид из них глаз не сильно радовал, но оттуда шел свежий воздух и пахло влажной после дождя землей.

– Что это было? – решила все же уточнить я, пока он с досадой выдергивал из дубовой панели стены глубоко засевший стилет в форме креста.

– А как ты думаешь? – он бросил клинок рядом с тарелкой.

– Думаю, что это какая-то ерунда. Либо глупые вольные охотники до полумертвой башки одного моего знакомого, – я задумчиво погрызла черенок вилки.

– Вот и я мучаюсь, – он усмехнулся, снова принимаясь за отбивную, – то ли они меня не уважают совершенно, то ли хотят продемонстрировать свою возможность достать меня даже в моем собственном замке, – он медленно прожевал, – сама понимаешь, ни то, ни другое мне не льстит.

Я фыркнула:

– М-да. И что же ты намерен делать с этими истребителями нечисти в твоем лице?..

– Опять поклонники? – внезапно раздавшийся от камина голос заставил нас вздрогнуть.

Оглянувшись, я увидела развалившегося в кресле у камина Хозяина Леса. Он нагло материализовался в замке, наплевав на всякую защиту.

– Еще раз так сделаешь, – процедил Голдот, не поворачиваясь к гостю, – узнаешь сколько и чего померло в твоем Лесу за последние три сотни лет.

– Вот только не надо демонстрации умений и навыков, – примирительно махнул рукой Арданиэль, поднимаясь из кресла и направляясь в сторону столика с напитками. – Я ж не в спальню к тебе вломился!

– Поверь, столовая ничем не хуже спальни, – весьма двусмысленно улыбаясь, я поднялась из-за стола. Похоже, мне даже удалось несколько смутить ушастую вредину. – Но в данном случае, я очень рада тебя видеть!

Мы смирились, что поесть нормально и тут не удасться, поэтому после обмена любезностями, объятиями и новостями, устроились около камина.

– Итак, ты влип, – бесцеремонно констатировал эльф, глядя на некроманта. Он был непривычно спокоен, в движениях появилась властность, а взгляд бирюзовых глаз, нет-нет, да и пробирал до мурашек.

– Дан, – простонал Голдот, – почему нельзя быть более тактичным?! Как же мой авторитет? Она и так меня не слушается!

Эльф и полуоборотень совершенно бессовестно заржали.

– Дорогой, если тебя это успокоит… – всхлипывая и вытирая глаза, пробормотала я, – больше, чем тебя, я никогда никого не слушалась…

– О, Небеса, тогда ты неуправляема! – вздохнул некромант, судя по всему уже жалея, что оборотни живут очень долго.

– Точно, – улыбнулась я, понемногу успокаиваясь. – Тебе проще прибить меня и сделать зомби… или чучело…

Новый взрыв смеха заставил содрогнуться мрачные стены замка.

– Лучше чучело, надежней как-то… – выдавил мой благоверный.

Успокоившись, он принялся рассказывать. Это был не первый глава культа Белой Руки, достававший Голдота:

– У них, похоже, это стало доброй традицией, – поделился некромант своими догадками, – как только появляется новый глава – все начинается с начала. Правда, за последние сто лет они не придумали ничего нового.

Он со вздохом отпил из своего бокала.

– Скажи еще, что тебе стало скучно, – я со здоровым скептицизмом уставилась на него.

– А ты думаешь – нет? – он приподнялся со своего кресла и легко, как пушинку, перетянул меня к себе на колени. – Дальше серебра и осины их фантазия не идет. Ну скажи мне, какие свойства серебряного кинжала более действенны, чем обычного? Ну разве что, благодаря им, я вот уже много лет ни в чем не нуждаюсь…

Казалось, некромант был искренне раздосадован отсутствием фантазии у представителей религиозного культа.

– Ну, не знаю… Может, если в тебя серебром ткнуть как следует, ты дико взвоешь и улетучишься легким дымком, – выдала я самое, на мой взгляд, достоверное предположение.

– Хм.. – Голдот задумался, – нет, я, может быть, и взвою, но дымком улетучится все же охотник на нежить.

– В таком случае, что тебя напрягает в настоящей ситуации? – эльф предпочитал зрить в корень.

– Не что, а кто, – уточнил Голдот, – Капеллан не похож ни на одного из своих предшественников. То, что ты регулярно путаешь мой замок со своей резиденцией, я уже привык, но вот такое нашествие самоубийственных идиотов вызвало вопросы. Я проверял защиту после каждого из них, и в местах взлома были следы очень странной магии. Не удивлюсь, если и сейчас они там есть. А пару недель назад он вообще прислал мне вот это!

По щелчку пальцев, перед Даном возник классический такой лист пергамента. Быстро пробежав его глазами, остроухий Хозяин Леса согнулся пополам от хохота:

– О! Особенно, сильно предложение явиться к месту казни… Ыыыы… Я не могу-у-у…

Я вопросительно посмотрела на некроманта. Читать вязь прописных букв полузнакомого языка было выше моих способностей.

– Понимаешь, сей деятельный муж популярно объясняет мне в этом опусе насколько я богомерзкое отродье, и что Белая Рука всенепременно должна меня покарать. Так вот, чтобы это случилось в ближайшее время, он в конце своего послания предлагает мне лично и добровольно явиться к месту кары.

– Что он курит? – пробормотала я, хотя давно пора было перестать удивляться всему богатству человеческой фантазии.

– Я подумал примерно в том же направлении, – кивнул Голдот, – о чем ему и сообщил, приложив к ответу подробный план модернизации их культового сооружения…

Так как оное сооружение являло собой поднятую в небо ладонь, я живо представила в какое пальцесочетание предложил модернизировать его богомерзкий тип в письме Капеллану. В результате моей фантазии, совершенно несерьезный полуоборотень хихикал в плечо некроманту еще минут пять.

В таком духе продолжалось обсуждение дальнейших действий. Так как шутки – шутками, а Капеллан был личностью загадочной, причем, наводившей на определенные размышления, мужчины решили обратиться к первоисточникам.

– Информация обо всех магах есть только в одном месте, – задумчиво начал некромант.

– У одного милого старичка-архивариуса? – усмехнулся Дан.

– Именно. Поэтому я начну свои поиски оттуда…

– Мы начнем, – уточнила я, украдкой целуя любимого в висок.

Дан, смущённо потупившись, сообщил, что у него есть пара чрезвычайно важных незаконченных дел, но как только он их закончит, сразу присоединится к нам.

– Но ты не волнуйся, – подмигнул он мне, – в случае необходимости, тебе достаточно просто позвать меня!

На вопрос, что именно нужно говорить, и за какие заслуги такая честь, он уже не ответил, просто растворившись в воздухе.

Руки некроманта тут же переместились ниже, ласково, но настойчиво поглаживая мое бедро. Я чуть сдвинулась, прижимаясь грудью, и заметила в его глазах мечтательное выражение:

– Столовая не хуже, говоришь?..

– Надеюсь, остроухий ничего не забыл, – еще успела пробормотать я.

Глава 3

Конечно, мы все-таки позавтракали. А потом Голдот проводил меня в оружейную.

– В нашем мире лучше быть голым, чем без оружия, – пояснил он и удалился.

У меня в глазах зарябило от всего этого многообразия средств убийства. Впрочем, здесь было только холодное оружие, очевидно, огнестрельное в этом мире просто не требовалось. Я долго ходила по залу между стойками и витринами, и никак не могла определиться. Мне понравились ножи, похожие на те, что были у меня в прошлую нашу эскападу, и звездочки-сюрикены тоже были весьма ничего… Арбалеты, луки, всевозможные стрелы. Разнообразные мечи и кинжалы, копья и дротики… Спустя час, я поняла, что немножко увлеклась и пора бы уже на чем-то остановиться. Поскольку путешествие в компании магов, как выяснилось, все равно не гарантирует безопасности для моей многострадальной головы, спасение утопающих становится делом рук самих утопающих. Поэтому я выбрала пару легких наплечных ножен с полудюжиной тонких длинных клинков в каждых, пять серебряных сюрикенов и удобный пояс к ним. Подумав еще немного, прихватила пару длинных тонких кинжалов с ножнами на бедрах. Вооруженная и весьма довольная собой я покинула оружейную и сразу наткнулась на Голдота.

Он явно ждал меня, нервно прохаживаясь вдоль галереи.

– Что-то случилось? – внутри кольнуло от предчувствия очередной внезапной пакости, рушащей наши планы.

Он встревожено обернулся и, схватив меня за локоть, повлек в дальний конец коридора. Таким я его еще не видела. Удивленно следуя за некромантом, я лихорадочно искала причину его странного поведения. Он почти впихнул меня в маленькую комнату, похожую на кладовку, захлопнул дверь и подпер ее спиной. В темноте его глаза подсветились жутковатыми голубыми искрами. Я удивленно опустилась на какой-то предмет интерьера, накрытый чехлом.

– Детка, – некромант несколько раз глубоко вздохнул. – Уходим немедленно. Прямо отсюда.

– Что случилось? – повторила я свой вопрос, который, видимо, воспринимался, как риторический. Он меня, кажется, даже не услышал, создавая и активируя пентаграмму перемещения. – Куда мы?..

– Не важно, – соизволил буркнуть он, подхватил меня на руки и шагнул в центр сияющего рисунка.

Телепорт на скорую руку выбросил нас посреди какого-то огорода. Судя по ровным грядочкам, которые нашими стараниями перестали местами радовать глаз, огород был чей-то. Голдот мгновенно оказался на ногах и протянул мне руку, недвусмысленно предлагая последовать своему примеру.

– Я думаю, нам надо отсюда убраться, и чем быстрее, тем лучше.

Я не стала пренебрегать ценным советом, рывком оказываясь на ногах. Уже через несколько минут мы пытались отдышаться за околицей гостеприимного населенного пункта, издалека наблюдая, как хозяин земельных владений, вооруженный вилами, зорко оглядывал прилегающие территории. Судя по его внимательному лицу, ретировались мы на редкость вовремя. Несмотря на полное отсутствие интеллекта на лице этого представителя крестьянского сословия, вряд ли он не распознает в мрачном мужике в черном плаще некроманта.

Товарищей, имеющих дело с мертвецами, конечно, уважали, но боялись больше. Из этого страха закономерно рождалась ненависть и совершенно логичное желание отправить оного колдуна на тот свет, дабы он общался с тамошними жителями на их территории.

Я села прямо на траву, все еще пытаясь привести мысли и дыхание в порядок:

– Слушай, не наводи панику, объясни все по порядку…

– Я сам толком не понимаю, что там произошло… Просто левое крыло моего замка неожиданно рухнуло. Причем не просто так, а рассыпалось в пыль.

– А ты это… ремонтировать его не пробовал, ну там, раз в пятьдесят лет, хотя бы....

Он ответил мне укоризненным взглядом:

– Чтобы провернуть такое, нужно быть не просто очень сильным магом. Разнести половину моего замка в пыль можно только обладая достаточно специфическими знаниями, которые до катастрофы были доступны только архимагам, огромным опытом и неограниченным источником магии. Или ты думаешь, что я, будучи костью в горле у этих святош уже лет двести, не позаботился о своей безопасности? Моя защита основана на уникальном сочетании магии Жизни и Смерти, – не без гордости добавил он.

– Была, судя по всему, – невесело усмехнулась я, критично оглядывая себя и своего спутника.

Да, затеряться в толпе не получится. Род занятий Голдота не вызывал сомнений даже у меня. Черная одежда, непонятные амулеты на поясе, пара тяжелых колец с темными камнями на тонких костлявых пальцах. И на шее, на толстой серебряной цепи, выбившись из полураспущенного ворота рубашки, висел медальон, подозрительно напоминавший стилизованный череп. Я уж молчу про его колоритную внешность. Со мной не все так ясно, но черные волосы с совершенно белой прядью, загорелая кожа и… гм… одежда немного не соответствующая времени. Либо ведьма, либо наемница. Скорее второе, судя по количеству оружия, скорее первое, судя по одежде. Ну никак бледно-голубые рваные джинсы и черная обтягивающая футболка не могли соответствовать местным понятиям о добродетели…

Некромант усмехнулся и набросил мне на плечи свой плащ. Он красиво волочился по земле, что было менее удобно, но гораздо более прилично с точки зрения местной моды.

– Как думаешь, где мы? – я невольно прониклась его тревогой.

– Проще всего это выяснить, обойдя деревеньку и прочитав указатель на въезде.

Я покрутила головой и обнаружила, что мы очень удачно попали – огород селянина выходил в чисто-поле. Само небольшое поселение не произвело впечатления – всего пара улиц, россыпь домишек в окружении огородов, но людей почему-то не видно. Возможно жарко припекающее мне макушку послеполуденное солнце загнало их по домам на обеденную сиесту? Стараясь не привлекать к себе внимания, мы бодро направились в сторону видневшейся околицы. Голдот был прав, к деревне вела неширокая, но вполне наезженная дорога и на въезде имелся столб с указателем.

– Тихое поле, – с трудом прочитала я корявую, полустершуюся надпись.

– Мы сейчас находимся в самом сердце человеческих земель, – немного подумав, сообщил некромант. – Попасть же нам нужно в город Хелла-полис. Это совсем недалеко на восток отсюда.

– Я смотрю, ты силен в географии, – недоверчиво хмыкнула я.

– Я там раньше жил, – коротко ответил он и, не добавив ни слова, пошел по дороге, огибающей деревню. Я покачала головой и двинулась следом.

Среди тех книг, что я увезла из дома родителей, были и по истории его родного мира. Отец оказался прав – знание сила. Лет триста-четыреста назад этот мир представлял, в большей своей части, благоденствующий край разума, магии и науки. Чего там было больше, магии или науки? Скорее всего, разума.

В середине единственного пригодного для жизни материка жили люди, многие из которых были наделены особенными, магическими способностями. Именно они сотни лет накапливали знания, строили великолепные города и, в конце концов, даже нашли способ жить дольше. В их стране существовало огромное количество различных школ, университетов и академий. Там изучали особенности магии, способы сочетания разных источников силы и ее применение. В этих учебных заведениях учились многие представители других рас, государства которых граничили с магическим.

А лет двести назад, может, чуть больше, в землю врезалось… что-то. По словам историков – некое небесное тело. Катастрофа имела планетарный масштаб, многие города человеческих магов были уничтожены. Вот тогда-то и начались волнения. Толпой легко управлять, особенно, если люди напуганы и не имеют представления, что вообще происходит. И, конечно, в этот период активизировались всевозможные религиозные течения. Наиболее популярным из них был культ Белой Руки. В следующие сто лет культ распространился практически по всей ранее цивилизованной середине мира. Точнее, по тем территориям, на которых все еще оставались люди. Белая Рука подмяла под себя большинство прочих религий. Какие-то вливались в их мировоззрение, растворяясь без остатка, прочие же объявлялись ересью. Ну и преследовались, как и в моем мире. Магию в первую очередь объявили вне закона. Что это был за закон, первоисточников я не нашла, но кое-какие мысли у меня появились… Простые селяне легко поверили, что катастрофа – это кара, постигшая магов за богопротивные эксперименты. Поразмышляв над прочитанным, я не могла отрицать, что Академия Магов и Высшая Школа Наук приложили там руку весьма неплохо, но… не лучше ли спросить у моего приятеля, который, судя по некоторым обрывкам его воспоминаний, принимал в этих событиях непосредственное участие. С другой стороны, если мой отец телепортировался в тот мир, где я родилась, уходя от преследования местной инквизиции, а Голдот – попался, не думаю, что мои вопросы его сильно порадуют…

Последний… вернее, теперь уже, предпоследний, Верховный жрец этой этой чудной Руки – Вавилоний Седьмой был на редкость мирным мужиком, что являлось весьма редким качеством среди представителей этой главенствующей орды. Он сумел заключить гласные и негласные договора о ненападении и сотрудничестве практически со всеми. В период его довольно длительного правления, маги вышли из подполья, частично вернув влияние и малую, но свою, долю владений. Но это все равно была победа, так как наконец-то между людьми и представителями прочих рас наладились шаткие, но вполне мирные взаимоотношения. Спокойно вздохнули представители разумных нелюдей. Видимо, этот человек был тесно связан с магами, может быть, заканчивал в свое время Академию, потому как и в сто пятьдесят выглядел не старше семидесяти. Но Вавилоний, несмотря на высокую религиозную должность, был не чужд вполне светским развлечениям. За что и поплатился – его ранил на охоте кабан, а спустя несколько дней и отошел в мир иной, не вызвав своей кончиной ни чьих подозрений. Следующие лет двадцать в верхушке культа шла междоусобица за вип-место. И лишь примерно полгода назад его занял достопочтенный Капеллан Второй. А спустя еще какое-то время начал доставать Голдота сначала охотниками на нежить, а потом своим… гм… предложением, от которого сложно отказаться. Чего этот Капеллан до него докопался? На импровизированном совещании, мужчины не упомянули возможность сведения личных счетов, но за что-то же богопротивное отродье удостоилось личного приглашения на эшафот? Не за тот же список прегрешений, который был перечислен в официальном послании? Вопросов, как всегда, гораздо больше, чем ответов…

Впрочем, когда солнце уже настойчиво клонилось к закату, неугомонный тип, подлежащий уничтожению на месте, спокойно топал вдоль безлюдного тракта в компании полуоборотня, видимо, расширяя таким образом список своих прегрешений. Кстати, если мне не изменяет девичья память, город, в который мы так уверенно направлялись, был отстроен как раз на руинах древнего магического, где вполне мог жить некромант во времена своей, несомненно, бурной юности.

Неожиданно, предмет моих размышлений свернул с дороги и направился в сторону рощи, видневшейся почти у самого горизонта. Я сменила направление, не отставая от спутника. Роща не обманула наших ожиданий. К тому моменту, когда солнце коснулось горизонта, мы вышли на чудесную полянку. Негромко журча, на ее дальнем конце бился чистый родниковый ключ. С усилием стянув плащ, бросила его на землю и без сил растянулась сверху. Солнце било в глаза, но шевелиться было лень. Только сейчас я поняла, как сильно устала.

– Милая, – Голдот загородил собой настырный солнечный свет.

– М-м-м-м-м....

– Ты восхитительна… – ради этого я даже приподняла руку и открыла один глаз. Он стоял против солнца, уперев руки в бока и, насколько я понимала, криво улыбался.

– Ага, на пляжу лежит ворона, грязная, вонючая… – я попыталась принять сидячее положение, но получалось плохо, – все равно ее не брошу, все равно замучаю…

– Не жалуйся, – он протянул мне руку, – сама напросилась.

– Может, ты сможешь наколдовать нам ужин? А то я уже и забыла, что мы когда-то завтракали…

– Ну если ты придумаешь что-то с лагерем, я, так и быть, поищу какую-нибудь, съедобную живность.

– По рукам, – согласилась я, присматривая уже подходящие кусты. Исключительно с целью шалаша. Ага.

Ночь незаметно опустилась на поляну. Шашлык, тихо шипя, над ярко рдеющими углями, постепенно приближался к состоянию готовности.

– И какими же еще ценными знаниями ты теперь обладаешь? – неожиданно прервал усталое молчание Голдот.

– История вашего мира, география, основы магии… В том смысле, что могу видеть магические потоки и ломать артефакты. Могу телепортироваться, но и это только потому, что требуется только перенаправить существующие потоки в нужной последовательности. Колдовать по-настоящему, – я с улыбкой развела руками, – по-прежнему, только по твоей части.

– Старый вурдалак решил исправить упущение? – я почувствовала, как в темноте он улыбается.

– Что-то вроде того.

Я уже несколько раз порывалась утащить недожаренный кусок мяса, но некромант был начеку.

– А знаешь, ты здорово изменился, – я обхватила руками колени.

Глядя, как язычки пламени вспыхивают то тут то там среди углей, хотелось говорить о главном или хотя бы важном.

– Да, – он, наконец, снял мясо и протянул мне одну веточку. – эти полгода дались мне нелегко…

– Как ты нашел меня? – задала я вопрос, не дававший покоя.

– Ориентируясь на кольцо, которое я тебе подарил, это не составило труда… Трудно было не сделать это сразу же, – он помолчал, дегустируя мясо. – Я думал, сойду с ума, Марин. Пока ты была рядом, идея отправить тебя в твой мир казалась единственно правильной. Я думал, что руководствуюсь твоим благом, а оказалось… – он помолчал, но все же закончил, – просто боюсь.

– Ты? Боишься? – от его признания я чуть не подавилась. – Чего?

– Хм… Как бы тебе объяснить? Я боялся, что узнав меня с плохой стороны, ты сбежишь раньше, чем я успею что-то объяснить. Поэтому предпочел, так сказать, превентивные меры.

– То есть то, что я видела в ночь битвы с Дираном, было хорошее? – я скептически приподняла бровь.

– Это была лишь часть, – он тяжело вздохнул. – Моя магия страшная, кровавая и совсем не красивая. Но она – часть меня. И я не хочу скрывать это от тебя.

– И не надо, – я расправилась с еще одним куском мяса. – Я люблю тебя именно таким. Со всей твоей страшной магией. И здесь я именно поэтому.

– Знаешь, когда Дан отправил тебя домой, я его чуть не убил… Особенно, когда этот язва начал отпускать свои шуточки…

Я невольно рассмеялась, представляя ржущего Арданиэля, уклоняющегося от лохматых шаровых молний, и при этом, отпускающего колкости, вроде тех, что не пора ли другу успокоится и перестать бегать за выдающимися прелестями молоденьких оборотних, а если уж решил бегать, так чего ж не добежал…

– Не смешно, – буркнул Голдот, пряча улыбку.

– Да что ж тут смешного, – согласилась я с серьезным видом, – перелопатить кучу фолиантов, разобраться с пыльным магическим языком и составить из него новый язык программирования, рискнуть телепортироваться самостоятельно и без страховки, и все это ради чего? Ради того, чтобы вернуться к одному вредному, старому некроманту, который буквально выгнал меня… – договорить я не успела

– Как тебе не стыдно? – он внезапно, каким-то одним невероятным движением оказался совсем рядом, его укоризненный взгляд заставил меня покраснеть и аккуратно отложить недоеденный шашлык.

– Мне… ни капли… – я облизнула губы, хотела сказать, что не стыдно, но сказала другое: – мне все равно…

О Боже, ну зачем он так целуется?.. Это… преступление… против… человечности… Настолько, что даже не почувствовала чужого присутствия у костра…

Глава 4

– Ох-ох-ох, – звонкий насмешливый голос оборвал поцелуй на… ммм… самом интересном месте.

Я вздрогнула, но Голдот уже расслабил плечи и, сожалением приподнялся на руках.

– Тьфу на тебя, – он досадливо скосил глаза на названную гостью. – Совести у тебя нет…

Без лишней спешки сел, притянул меня к себе, уютно прижав спиной к своей груди, и только тогда обернулся. Мне тоже было интересно, что там за нахалка нам помешала, но из-за плеча некроманта это получалось плохо. Ночная полиция нравов это и сама поняла, поэтому обойдя нас, шагнула к тускло тлеющему кострищу. Мне не понадобился свет, чтобы рассмотреть ее – ночное зрение прекрасно с этим справлялось. Вот это да!.. Я думала такая фигура бывает только у тех, кто не вылазит из спортзала и ест только куриную грудку! Неверного света углей костра и ночного зрения хватило, чтоб у меня от невменяемого чувства собственничества задергалась щека.

Двухметровая фитоняшка с ногами от ушей была ещё и яркой блондинкой. Выгоревшие почти до белизны волосы прикрывали плечи и невероятный бюст, втиснутый в узкий леопардовый топ. Рельефный живот покрывал ровный загар, а на бедрах небрежно болталась леопардовая шкура, ненавязчиво прикрывая самое интересное. Кожаные сандалии-гладиаторы на высоких устойчивых каблуках, подчеркивали накачанные икры и заканчивались под рельефными коленками кокетливыми бантиками. Правильные черты лица немного портили широкие скулы, а вот его ехидное выражение – наоборот, делало ее привлекательной и какой-то своей, что ли.

Она продолжала ухмыляться, покачивая двумя взведенными арбалетами странной конструкции – болты подавались в ложе наподобие пулеметной ленты, очевидно, давая ей возможность стрелять очередями. Ещё по ленте было пристегнуто к бедрам. За спиной, над каждым плечом, холодно поблескивали серебряной отделкой рукояти катан.

Я вопросительно глянула на некроманта, потом на девицу. Но Голдот был скорее, раздосадован тем, что его прервали на самом интересном месте. И, кажется, еще немного смущён. Девица усмехнулась и нечеловечески плавным движением опустилась на траву, скрестив ноги по-турецки и кладя арбалеты по обе стороны от себя.

– Не узнаю тебя, – покачала головой она, прервав молчание первой. – Решил на старости лет с девочками по кустам пообжиматься? – она подмигнула некроманту, – Твой ушастый воспитанник тебе сто раз говорил, что это лучшее средство от хандры…

– Это не девочка, – спокойно возразил Голдот. – Это моя будущая супруга.

Сказать, что я подавилась следующим вдохом – не сказать ничего. Я, конечно, люблю его и все такое, но мне всегда казалось, что если уж мне и предложат когда-нибудь руку, сердце и прочие органы, это будет значительно более торжественно!.. Или согласия спросят… Или предупредят, на худой конец… Хотя, если учесть мой образ жизни, смельчак в моих фантазиях точно был бы довольно древний. Чтоб ему уж точно было терять нечего.

– Ты с ума сошел?! Это же… Аррг'вия! – пока я пыталась справиться с дыханием и призвать к порядку бешено забившееся сердце, незнакомка разглядывала меня разом округлившимися глазами.

– Бывшая, – кое-как выдавила я, незаметно переключившись на мысль, где же это написано, что каждая собака, просто глянув, определяет безошибочно мою родовую принадлежность.

– Ого! – в голосе блондинки прибавилось уважения. – И чья? Кто у нас нынче Хозяин? Я очень давно не была дома, – пояснила она.

– Один вредный остроухий алкоголик… – ехидно начал маг Смерти, которому испортили вечер.

Договорить он не успел – ночная гостья поперхнулась и закашлялась. По лицу некроманта было видно, что он доволен этой маленькой местью.

– Рина, это Вациния, Витис-Идая, лесная нимфа, – представил он ее, пока она ничего не могла возразить в силу объективных причин. – Она периодически испытывает нежные чувства к нашему общему другу.

Так вот в чем дело! Ну Дан, зараза остроухая! Что-то подсказывало мне, что белобрысый прелестник оставил нас так "вовремя" совсем неспроста.

– А в остальное время?

– В какое остальное?

– Ну, когда не испытывает нежных чувств? Ты ж говоришь, это у нее периодически… – я неопределенно покрутила рукой в воздухе.

– А! В остальное время она его разыскивает за очередную выходку, с целью оторвать уши.

– И не только, – буркнула, наконец, откашлявшись, нимфа. – Кстати, можешь называть меня Брусничка.

Я пошевелилась, еще теснее прижимаясь к объекту своих чувств. Невоспитанная же нимфа, широко улыбнулась, демонстрируя крупные ровные зубы, и цапнула палочку шашлыка.

– Как ты тут оказалась, Вациния? – протягивая мне мясо и возвращаясь к своему, едва начатому, ужину уточнил некромант.

– Как тебе сказать, – она разухмылялась, вгрызаясь в шашлык. – Тут повсюду ходят слухи, что за голову одного упыря дают приличное вознаграждение.

– Да ну? – живо заинтересовался Голдот.

– Ага, – с набитым ртом проговорила Брусничка. Тщательно прожевав и проглотив, она продолжила: – Ну я и думаю, один бес, он уже полумертвый, дай попытаю счастья!

– Не скажи, – возразил некромант, непривычно легко посмеиваясь, – если верить одной очаровательной дочке вурдалака, этот тип все еще на половину живой.

Обмениваясь ничего не значащими шуточками, мы заканчивали нашу сумбурную трапезу. В какой-то момент я заметила, что Брусничка уж очень пристально смотрит на мои руки:

– Фто не так? – дожевывая последний кусок поинтересовалась я.

– Это же… кольцо Четырех Стихий, – она скорее утверждала, чем спрашивала.

– Да, – подтвердил некромант с раздраженными нотками в голосе и прожег нимфу укоризненным взглядом.

Сначала название показалось мне смутно знакомым, где-то на краешке сознания пытался сложиться, но никак не складывался паззл.

Я читала об этом артефакте, правда, в источниках создатель именовался просто "великий выпускник магической Академии", а сам артефакт считался не более чем легендой, призванной вселять в души простых людей трепет перед силой магов. Но не нужно иметь выдающиеся аналитические способности, чтобы сложить два и два. Я шевельнулось, отстраняясь от мужчины и… вспомнила! Артефакт считался вымыслом по той причине, что мог защищать свою хозяйку от абсолютно любого вреда ветра, огня, воды или земли. Почему именно хозяйку? Потому что кольцо, так его, предназначалось для женщины и было обручальным!

– Голдот! – взвыла я, вскакивая на ноги, – что за?.. Ты все уже решил? А меня спросить не надо было?!

– Но ты же все равно согласилась бы, – его неподдельное недоумение и абсолютная уверенность в своей правоте взбесила меня еще больше.

Мне становилось смешно. Вот ведь, ерунда какая… Хотелось его придушить. Нормальное такое женское желание. А что поделать, самостоятельная я, не люблю, когда за меня принимают решения, особенно те, которые я собиралась принять сама.

– Да я, может, вообще никогда не хотела замуж! Мне там делать нечего! – от волнения меня забила крупная дрожь. – Моя жизнь – только моя, пусть даже такая короткая и бестолковая! И… ты меня совсем не знаешь!

– Вряд ли у тебя больше недостатков, чем у меня, – он все ещё не понимал, что значит женщина, оставшаяся без официального предложения.

– Ты вообще ничего не понимаешь! Что это вообще за "без меня меня женили"? Зачем ты нацепил его на меня? Других "маячков" не нашлось?!

– Рина, прекрати! – голос некроманта был властным, глаза сузились. Брусничка настойчиво делала вид, что внезапно ослепла и оглохла.

– Что я должна прекратить? Кто тебе дал право распоряжаться моей жизнью?!

– Ты сама так решила!

– Да мало ли что я нарешаю?!

В таком духе я орала еще минут пятнадцать. А потом попыталась снять кольцо:

– И вообще! Сколько раз ты его уже использовал? Я не желаю донашивать это за поколениями наивных дурочек! Как и становиться твоей очередной женой!

Кольцо сниматься не желало, кажется, намертво вцепившись в мой палец. Меня уже несло куда-то явно не туда, но робкая мысль об этом потопталась на краю сознания и сгинула. Все это могло зайти неизвестно куда, если бы неожиданно на плечо не легла тонкая рука, костлявые пальцы слегка сжались.

– Еще раз это услышу – сверну тебе шею, поняла? – голос его был холодным и чужим. Похоже, в этот раз я разозлила его по-настоящему. Весь мой пыл мгновенно куда-то испарился. Я растерянно подняла голову и наткнулась на совершенно черные пустые глаза. Вдоль позвоночника противно заструился пот – вырываться было бесполезно. Шутки кончились. Нервно обернувшись, я увидела, что лесная нимфа благополучно куда-то ретировалась. Эх, мне бы ее благоразумие!

Покусав губы, я снова посмотрела на некроманта, угрожающе возвышающегося надо мной, потом на кольцо. Потом снова на некроманта. Он все так же стоял, держа меня за плечо и ждал ответа.

Если честно, у меня перед глазами пронеслась если и не вся моя жизнь, то, по крайней мере, большая ее часть. Начиная с бестолковых попыток юности нравиться мальчикам и заканчивая высокомерной радостью от осознания, что если ты умнее и круче большинства людей, тебе никто и не нужен. Тут на душе разом полегчало. Нужен. Очень нужен. И что-то в груди разжалось, как тогда, в эльфийском Домике-на-дереве. Я все поняла. Словно уже прыгнула с вышки и лечу в синеватую прохладную воду бассейна, и бояться уже поздно. Страх сменился бесшабашным: «А! Будь, что будет!» и снова посмотрела ему в лицо. На этот раз твердо и без страха. И как в первый раз увидела, какие красивые у него глаза, какой тонкий у него нос, как завораживающе изогнуты губы и…

– Я поняла… – сипло начала я. – Но не про шею, а про тебя. Ты же тогда ещё мог любить и надеялся встретить ту самую… Которую нужно будет защитить. Но его так никто никогда и не носил, – с каждым словом моя догадка крепла, а с ней и голос. – Его даже не видел практически никто, поэтому сочли не более чем легендой! Ведь это ты его создал… Зачем?

Он все продолжал молча смотреть на меня. Пристально, не отрываясь, и, в какой-то момент, эта темнота стала приближаться. Или это я ныряла в нее? На глазах выступили слезы:

– О, Голдот!.. Ну не молчи! – голос сорвался на всхлип, сдали нервы, а в глазах начало темнеть уже по-настоящему.

Почему он оказался на коленях, исступленно целуя мои руки, я не поняла, но опустилась рядом, пытаясь заглянуть ему в лицо, чтобы хоть немного разобраться в происходящем. Запутавшись пальцами в седых волосах, я подняла его голову, заставляя посмотреть на меня:

– Прости меня, ну, пожалуйста, – я чувствовала себя виноватой, слезы текли по щекам. – Я ведь тоже очень-очень боюсь… Своих чувств, того, что ты меня разлюбишь, что все это закончится. Со мной такого никогда не было… Я же не думаю, что ты… Я люблю тебя…

– Я знаю, – прошептал он, прижимая меня к себе, – и мне непростительно так психовать. Мы оба боимся того, что происходит между нами, и оба оказались совершенно к этому не готовы. Но знаешь, что я думаю?

– Что? – я шмыгнула носом и поцеловала его в уже шершавый подбородок.

– Думаю, это стоит того, чтобы пройти этот путь вместе. Но ты и святого выведешь, – попытался улыбнуться он, заглядывая мне в глаза.

– Я знаю, – вернуть улыбку почти удалось.

Взгляд снова упал на руку – редкие отсветы почти прогоревшего костра отразились в кровавой глубине рубинов.

Притихшие, напуганные глубиной своих чувств, мы сидели в обнимку у оживающего костра, подбрасывая туда тонкие веточки. Было похоже, мы оба не ожидали, что все так серьезно, и настолько далеко зашло.

– М-да… – выдохнула Брусничка, тихо выходя из-за деревьев, хотя еще секунду назад ее там точно не было. – Вы друг друга стоите…

В ответ мы смущённо похмыкали. А что тут скажешь? Да, я давно уже избегала серьезных отношений, а уж о браке и думать не думала. Мне казалось это придурью – жить с другим человеком. Зачем? Чтобы – что? Мне и одной было прекрасно. Конечно, я встречалась, влюблялась, и даже крышу мне сносило, но всегда на задворках сознания оставалась мысль "это не надолго". В конце концов я даже пришла к мысли, что, наверное, просто не способна любить кого-то, кроме себя. И отлично с ней жила. А тут – такое открытие!

Когда разговор начал клеиться, Брусничка призналась:

– Если честно, не ожидала застать тебя в живых…

Мне очень хотелось уточнить, не было ли прецедентов, но, помня обещание некроманта, я, хоть и с великим трудом, придержала язык. Впрочем, потом он шепнул мне, что предпочтет чучело – у него, по крайней мере, менее выразительное лицо.

– Брусничка, ты говорила, что давно не была в родных краях, – сменила я тему. – А что так?

– Долгая история, – вздохнула блондинка. – Не знаю как, но белорукие прознали про мои отношения с одним… гм… высокопоставленным остроухим субъектом. Поэтому мне пришлось экстренно делать ноги из Хелла-полиса. Но, к счастью, моя профессиональная деятельность везде находит поклонников, даже за Мертвыми землями.

– Моя тоже, – усмехнулся некромант. – Но, видимо, у нас разные поклонники.

– Конечно! – фыркнула Брусничка. – Я же симпатичная наемница, а ты – старый и страшный некромант!

Я захихикала. Стоит ли говорить, что такие подколки существенно снижают градус напряжённости в компании?

– И давно это было? Мы с Риной как раз туда направляемся, по моим делам.

– Голдот, очнись! – она нахально помотала рукой перед лицом некроманта. – Какие у тебя дела в городе, где находится одна из крупнейших резиденций Белой Руки? Не знаю, что ты там с ними не поделил, но сдается, меня они искали не для того, чтобы нанять на работу… За твою голову назначена награда! Но, кстати, весьма недурственная, – подмигнула нимфа.

– Я бы и сам не отказался выяснить, чем именно вызвал у братьев такие пылкие чувства, – покачал головой некромант. – Но пока только получил сообщение от их главы со стандартным набором эпитетов и не менее стандартным перечнем прегрешений.

– Типа того, какой ты упыриный выродок и кровопийца? – глумливо уточнила блондинка. – Так это и на каждом столбе под надписью "Разыскивается" есть… Не новость совсем!

– Там ещё было приглашение прибыть на эшафот, – дотошно добавила я, зевая.

– А! Так ты все же решил его принять! – язвительно уточнила Брусничка.

– Нет, – не давая сбить себя с серьезного тона, возразил Голдот. – Мне нужна информация, которую я могу получить только там.

Нимфа присвистнула:

– Да-а… Тяжёлый случай… Видимо, придется тебе помочь в этой истории.

Некромант неожиданно расхохотался. Очень заразительно, так, что мне даже спать расхотелось. Мы с Брусничкой недоуменно уставились сначала на мужчину, потом друг на друга.

– С ним все в порядке? – одними губами спросила она. Я пожала плечами и уже с тревогой посмотрела на закрывшего лицо ладонями ржущего мага Смерти.

– С тобой все в порядке? – повторила я вопрос нимфы погромче.

– Нет, – выдавил он сквозь смех, откидывая с лица длинные волосы. – Как со мной может быть все в порядке, если первый раз в жизни в решение моих проблем так активно включаются две потрясающие женщины?! О-о-о… Тьма! Я, конечно, не в восторге от тех эпитетов, которыми награждает меня неуважаемый Капеллан, но вы в курсе вообще, что я их честно заслужил? – с притворным возмущением вопросил некромант.

– Эммм… – протянула я. – Поправь меня, если я ошибаюсь, ты недоволен тем, что мы, как бы это сказать по-тактичней, не достаточно прониклись твоей ужасностью?

Брусничка солидарно приподняла бровь, присоединяясь к вопросу. Голдот кивнул, пытаясь вернуть себе серьезность.

– Голдот, я не страдаю альтруизмом, – блондинка криво улыбнулась. – Ты, может, и решишь в конце концов свои проблемы, Дана они теперь вообще не достанут, а вот я чувствую себя впервые за мою долгую жизнь очень беззащитной… И это ощущение мне совсем не нравится. Поэтому давайте действовать сообща.

Предложение нимфы мы приняли. И обсуждали дальнейший план действий едва ли не до утра.

Глава 5

Вчера, точнее уже сегодня, мы решили скорректировать планы. В город соваться было опасно, но попытки вычислить в уме, кто же скрывается под личностью Капеллана, успехом не увенчались.

– У кого могло хватить силы и наглости столь откровенно вторгнуться в мою жизнь? – продолжал недоумевать некромант.

Кажется, он даже не ложился, проведя остаток ночи в бесплодных размышлениях. Он остался вживых после катастрофы, по сути, благодаря совершенной случайности. Большая часть магов была уничтожена, потому что каким бы сильным ни был маг, люди брали числом и зверской жестокостью. Те, кому удалось скрыться, на протяжении долгих лет жили уединенно, не демонстрируя своих способностей, пока это не установился хоть какой-то порядок. Но так как в годы буйства и народных волнений, в первую очередь, преследовали именно обладающих властью над смертью, их остались считанные единицы. С тех времен некромантов считали самыми страшными черными магами, умершими и вновь восставшими, людям внушали, что их души не принял ад. Их ненавидели и боялись, не понимая и не принимая той стихии, что давала им силу. А на сегодняшний день, по словам Голдота, многие из его коллег ушли в Вечность либо рассеялись по другим мирам. Чтобы устроить погром в замке такого существа, нужно было быть или психом, или, как минимум, равным. И проблема была именно в этом – здесь просто не осталось ни одного такого, равного блестящему выпускнику Академии, сидящему сейчас у потухшего кострища с помятым лицом и хмуро взирающем на двух умытых и достаточно бодрых девиц.

Скривившись, он поднялся и пошел к роднику последовать нашему примеру.

– Так значит, ты бывшая Аррг'вия Арданиэля… – протянула нимфа, глядя вслед удаляющемуся мужчине.

– Где-то как-то, – неопределенно кивнула я, присоединяясь к ней.

– Но ты выбрала некроманта, – разговор начал явно походить на дружеский. Точнее, подружеский.

Я недоверчиво посмотрела на Брусничку, помня, что залог женской дружбы разные вкусы в выборе мужчин и одинаковые – в выпивке. Хм…

– Ну, оно само как-то… выбралось, – слегка смутилась я. Голдот стянул рубашку и жилистая спина, с четко прорисованными мышцами завораживала.

– А как ты думаешь, может мы… ну немного поищем Дана? Не отвлекаясь от основного маршрута?

– Почему бы и да, – одобрила я ее мысль. – Хозяин Леса – не тот союзник, которым стоит пренебрегать.

Когда некромант покончил с водными процедурами и вернулся, мы уже свернули лагерь и были готовы двигаться дальше. Идти молча было скучно, посему мы занимали себя разговорами. Тем более, что мы с трудом представляли сколько времени займет дорога пешим ходом, а телепортацией пользоваться было небезопасно. Если наши предположения о магической природе сил недостопочтенного Капеллана верны, он мог попробовать нас отследить. Не факт, что получилось бы, но рисковать не хотелось. Нимфа рассказывала забавные случаи из своей жизни, но больше расспрашивала про Дана, все укрепляя меня в мысли о ее нежных чувствах к остроухому алкоголику.

– Впрочем, наш главный враг, к сожалению, не дурак. Он быстро поймет, что ты здесь – твои способности, конечно, не отследить, но байку про оборотня с телепатическими способностями я слышала в двух тавернах. Не думаю, что в ней много правды, но все-таки будь настороже, – посоветовала Брусничка.

– Ну вообще-то в ней даже и не вся правда, – хмыкнула я, приподнимая бровь.

– Серьезно? Оборотень-телепат? Ты?

– За время своего отсутствия я и еще кое-каким штукам научилась.

– Тогда понятно, как вы и Дирана угрохали и сами целы остались… Кстати, я догадываюсь, куда вы планировали идти… – Голдот обернулся к ней, вопросительно вздернув бровь. – В Хелла-полисе живет один милый такой старичок, на самой окраине города.

Некромант неожиданно оказался рядом с нами, хотя еще секунду назад шел метрах в трех впереди.

– Что тебе известно? Брусничка, это очень важно! – она ухмыльнулась, разглядывая идеально ухоженные ногти. – Нимфа, не зли меня! Развоплощу – глазом моргнуть не успеешь, так и будешь являться своему ушастому приятелю в эротических снах!..

Девушка, видимо, решила, что превращение в бесплотный дух – это уж слишком для той, кого считают духом леса (не совсем, правда, понятно почему). Но некромант совсем не был настроен шутить, и она быстро заговорила:

– Короче, были мы там с этим прохвостом, ну, то есть, с Арданиэлем, – ей явно трудно было представлять Дана, как безраздельного властелина лесных насаждений, – мне, конечно, никто ничего не говорил, но… по некоторым признакам, я распознала в нем умело скрывающего свою сущность лича. Причем, судя по тому, как он это делал, несложно было догадаться, что личем он стал не двести лет назад…

– Да, Хизариус был главным смотрителем библиотеки Академии и ее летописцем задолго до того, как я начал свою историю, – усмехнулся Голдот.

– Был, – пробормотала Брусничка, опустив глаза. – Он вообще… был.

– Что?! – лицо некроманта окаменело.

– Белые братья нашли его. После того, как Дан спешно сбежал от меня в одних… гм… нет, ну штаны и меч он все же нацепил… В дом вломились служители Белой Руки и схватили старика. На меня, по счастью, они особого внимания тогда не обратили, – она выразительно посмотрела на Голдота, но прокомментировала я:

– Не знаешь, что делать – раздевайся, пусть другие не знают, что делать!

– Именно! – девушка усмехнулась. –  А лича сожгли на главной площади… Я видела все, и на следующий день покинула город. Конечно, можно было бы потолкаться среди наемников, пособирать сплетни, но не вышло. За завтраком в любимой таверне, на доске объявлений я обнаружила свой очень зверски намалеванный, но вполне узнаваемый, портрет с надписью "Разыскивается". Искушать судьбу дальше я не стала.

– Та-а-ак, – Голдот задумчиво потер глаза. – Тогда наши планы меняются. Нужно искать Хозяина. Если не ошибаюсь, нам нужно немного взять к югу…

К вечеру, когда мы уже почти приблизились к какому-то лесу, мне было уже без разницы, тот он или мы благополучно заблудились. Весь день мы шли через какие-то необозримые поля, один раз наткнувшись на полуразвалившуюся кибитку, по виду пастушью, но рядом не было ни людей, ни зверей. Ничего съедобного мы там ожидаемо не нашли, но после практически бессонной ночи, и возможность поспать мы посчитали везением. Голдот порывался сторожить, но, видимо, и его прочности был отмерен предел. Когда я проснулась, он сидел у входа с закрытыми глазами.

Жара начала спадать, но вместо нее поднялся ветер и небо начало затягивать тучами. Дождь коварно влил, когда до леса оставались считанные шаги. Он хлынул резко, закрыв плотной стеной вековые деревья, под которыми мы надеялись хоть немного укрыться. Первый раз попав под дождь в этом мире, я была в восторге. По крайней мере, сначала. Мы моментально промокли насквозь. Особенно весело было мне в мокрых холодных джинсах и тонкой футболке. Некромант было предложил мне свой плащ, но я гордо выпятила грудь, заявляя, что не теряю надежды выиграть конкурс мокрых маек. Брусничка на это только скептически хмыкнула, смерив меня полным превосходства взглядом. С ее двух метров (если она и была ниже, то не намного) над бюстом размера этак четвертого, получилось убедительно, но я не сдалась – мокрее я все равно стать уже не могла.

– Кстати, я чувствую недалеко деревню, только нужно свернуть немного влево, – сказала она и показала направо.

Голдот в недоумении подвис, а я повернула направо, уже машинально переставляя ноги в новеньких "камелотах". Я их купила в память о тех, что сослужили мне хорошую службу в памятной битве с Дираном. Поэтому-то ноги оставались моим единственным сухим органом.

– Так налево или направо? – недоуменно уточнил мужчина у наших спин.

– У нас "лево" там, куда показывают, – проклацала зубами я.

– И неплохо было бы попробовать добраться до тепла поскорее, – добавила Брусничка. – Нам-то с тобой дождь до одного места, а вот твоя будущая супруга может простудиться!

– Не простудится, – уверенно возразил он, бросив взгляд на мои руки, – но согреться и нам не помешает.

Где-то через час мы вышли к ветхому деревянному забору. Он охватывал пять дворов, людей, разумеется, видно не было. От домов веяло теплом жилья, а у меня уже зуб на зуб не попадал. Поэтому я сходу перемахнула забор, едва не поскользнувшись на мокрой траве. И пока мои спутники следовали дурному примеру, который, как известно, весьма заразителен, уже стучала в ближайший дом.

Что удивительно, открыли мне сразу же. Здоровый мужик, закрывший собой весь дверной проем, недружелюбно поинтересовался:

– Чего надо?

– Мы проводим соцопрос, – отрапортовала я, отчаянно пытаясь контролировать дикцию.

– Нам бы переночевать, – пояснила подошедшая Брусничка, ласково улыбаясь мужику. Она лишь немного уступала ему в росте, что явно смущало последнего.

– Мы заплатим, – пояснил некромант. Я вздернула окоченевшую бровь – какой, однако, запасливый мужчина.

На мое счастье, хозяин дома оказался достаточно человеко- и не только, любив, посему, для дальнейших расспросов пропустил нас в сени. С одежды сразу натекло маленькое озеро.

– Ну-у-у… э-э-э… – проинформировал нас мужик. Судя, по паутине в углах и прочем мусоре в виде засохших листьев на полу сеней, обитал он один. Я из последних сил прислушалась к его мыслям, и чуть не села прямо на пол… Мыслей у него не было. Вдоль позвоночника пробежал холодок, но делиться своими соображениями с друзьями сходу я не стала – вроде бы пока ситуация под контролем. Мужик отчего-то вздрогнул и отодвинулся от меня подальше. Нимфа вежливо прикрыла дверь. Некромант подбросил в воздух какую-то монету, а хозяин дома ловко поймал ее, сразу став более общительным:

– Тут разденьтесь, я сухое принесу. В комнате постели будут и еда, – лаконично обрисовал он ситуацию, скрываясь за внутренней дверью. Оттуда дохнуло теплом печки и обещанным ужином.

В сенях зверствовал сквозняк и в мокрой одежде стало совсем противно. Я быстро стянула холодную футболку и кружевное безобразие, считавшееся в моём мире бельем. Голое тело тут же покрылось мурашками, пришлось обнять его за плечи, пытаясь согреться. Хозяин дома выглянул и, бросив на лавку кучу каких-то тряпок, снова скрылся в тепле. Каких трудов стоило расцепить руки и продолжить внеплановый стриптиз!

Размокшие шнурки ботинок поддавались закоченевшим пальцам с трудом. Кое-как расставшись с обувью, я принялась стягивать джинсы. Видимо, они пригрелись и расставаться со мной совсем не собирались, настойчиво прилипая к ж… коже. Но я была полна решимости и, сломав всего один ноготь и чуть не вывихнув палец от чрезмерных стараний, довольно быстро избавилась от мокрой одежды. Стоять на холодном сквозняке в одних трусах было не интересно, поэтому я нырнула головой в первую попавшуюся рубаху. Одежда прикрыла ноги почти до колен. Меня это порадовало, я подхватила свою одежку и спутники оглянуться не успели, как дверь, ведущая в вожделенное тепло, захлопнулась за моей спиной.

В просторной кухне не было сквозняков, на столе был оставлен хлеб, куски жареного мяса и что-то похожее на тушёную капусту. У меня возникли сомнения в происхождении этого мяса, но голод был не тетка, и я села дегустировать. Не успела прожевать первую порцию, как мои боевые товарищи вломились в помещение, застав там идиллическую картину: я с набитым ртом старательно пережевываю… нечто.

Некромант сейчас больше всего походил на труженика могил и склепов – небритый помятый мужик в тряпье сомнительной свежести, волосы мокрыми патлами падали на лицо и плечи. Нимфа же, в силу своей природы, выглядела как обычно, то есть идеально. Несмотря на влажные волосы и брючный костюм местного жителя. В этом они с эльфом были отличной парочкой. Владельца дома не было ни видно, ни слышно. Мы решили пользоваться его гостеприимством без лишней скромности и обстоятельно развесили мокрые вещи по веревке, натянутой вдоль печки. Я вздохнула, заметив, что футболка уже далеко не такая чистая, как хотелось бы, а светлые джинсы – вообще неудачный вариант для пеших путешествий. Надо будет при случае раздобыть что-то более практичное. Мужик не обманул и со спальными местами – на полу были расстелены одеяла, явно для троих промокших путников.

Меня не отпускала загадка отсутствия каких-либо мыслей у пустившего нас на ночлег мужика, в подобную тупизну мне не верилось.

– Рина, прекрати так старательно прислушиваться, у тебя уши вот-вот трансформируются. Некрасиво, охотник же чувствует твой повышенный интерес, – посмеивался Голдот, присоединяясь к трапезе.

– Я не слышу его, – страшным шепотом пояснила я.

– Ну и что? – он явно что-то знал, и сейчас просто подшучивал, – меня ты тоже не слышишь.

– Ну и то, – решила обидеться в воспитательных целях я, отворачиваясь к Брусничке. – Странно это, вот и все. И, к твоему сведению, тебя я слышу!

– Как?! – удивился маг.

– Как ватную пустоту, – пояснила я, улыбаясь ему, – и сейчас меня, как ни странно, это совсем не раздражает.

На ночь я расположилась между некромантом и нимфой. И мои собственнические инстинкты, обострившиеся в последнее время, тут не причем. Совсем. Помолчав минут десять, честно пытаясь уснуть, я не выдержала. Брусничка спала, или делала вид, что спит, а просто лежать было неинтересно. Я перевернулась на живот и покосилась на хитро улыбающегося мужчину. Он лежал на спине, закинув руки за голову, его глаза отсвечивали в темноте голубым светом.

– Давай, признавайся. Почему я его не чувствую, ты ведь знаешь!

– Конечно, – я обожала эту самодовольную улыбку, – у него и не должно быть мыслей, он охотник. При этом он остро чувствует мысленные прикосновения. Их клан утратил человеческую душу, став гораздо ближе к тем, на которого охотятся. Но человеческий облик дает много возможностей, делая их еще более опасными. Они живут здесь не первую сотню лет очень закрытой общиной. И это все, что мне известно об охотниках.

– А на кого они охотятся?

– В этом лесу много потусторонних сущностей, многие из которых опасны для разумных рас. Охотники сокращают их поголовье, поддерживая баланс.

– А для нас?

– Что – для нас? Не думаю, что хотя бы одна сущность попытается присосаться к такой компании, как наша! И наш знакомый прекрасно увидел, что мы те, кто мы есть. Впрочем, как и то, что если нас не пустить, мы все равно войдем, но в существенно худшем настроении.

Я задумалась. А стала бы я ломиться в дом с применением силы, возникни в действительности такая ситуация…

– Стала бы, даже не думай, – Голдот повернулся на бок и подпер голову рукой. – Ты настолько трогательная эгоистка, что даже не сомневайся! Промокшая, продрогшая, ты бы смела этого бедолагу, попробуй он только заикнуться, что не пустит тебя в тепло!

Я тихонько рассмеялась. Его слова были правдой – от первого до последнего, я действительно наплевала бы на все. Оказывается, он знал меня не так уж и плохо! За редким исключением, я не давала себе труда скрывать эту черту характера, но некроманта, похоже, это не только не напрягало, но и забавляло.

– Ладно, давай спать. Испытывать его терпение даже за деньги – все равно не самая удачная идея, поэтому завтра выйдем на рассвете.

– Угу, – пробормотала я, послушно закрывая глаза и прижимаясь к его теплому боку.

Дождь тихо шуршал по крыше, баюкая нашу действительно странную компанию.

Глава 6

Дождь шел всю ночь, не кончился он и утром. Немилосердно потирая глаза, я, с трудом понимая, что происходит вокруг, села. Некромант вполне дружелюбно беседовал с нашим немногословным, но заметно успокоившимся, хозяином дома. Из чего я сделала вывод, что вопросы улажены к всеобщему удовольствию. Несмотря на то, что в комнате было тепло, пол встретил недружелюбной прохладой, но я мужественно прошлепала к умывальнику. Плеснув в лицо ледяной водой, я окончательно проснулась. Удивительно, но одежда действительно высохла и даже производила впечатление чистой. С удовольствием влезла в футболку и джинсы, теплые, но со странным душком, обулась и теперь выжидательно смотрела на спутников.

Брусничка, хозяйственно упаковывая в сумку сухой паек, улыбнулась мне:

– Готова?

– Вряд ли, но какое это имеет значение? – усмехнулась я.

– Значит, выдвигаемся. Бери плащ, – она кивнула на лавку рядом с собой.

К тому времени, когда мы покинули жилище охотника, дождь превратился в марево, неподвижно висевшее в воздухе. Самая отвратительная, на мой взгляд, погода – замечаешь, что идет дождь, только окончательно промокнув. Плащи, которые нам любезно предоставил лесной мужик немного спасали ситуацию, но холодный сырой воздух пробирал до костей.

Домики быстро скрылись из виду, но ароматный дым ещё какое-то время щекотал ноздри уютом. Ну вот почему так? Я тащусь по этому чужому мокрому лесу, под дождем, а эти… гм… местные жители сидят в тепле? Внутренний голос ехидно напоминал, что я сама напросилась, и никто меня силой не тащил. Нимфа особых неудобств явно не испытывала, хотя загорелая кожа уже была вся в мурашках. Небрежно распахнутый плащ и капюшон, откинутый на плечи, наводили на мысль о том, что теплообмен в ее организме происходит иначе, чем у меня. А вот Голдот, кажется, промок до нитки – ткань плотно облепила плечи с переброшенной лямкой торбы, а из-под капюшона выглядывали мокрые пряди пепельных волос. Он шел молча, не оглядываясь, чуть впереди, прикрывая меня плечом, Брусничка прикрывала тыл.

Меня не оставляли размышления о тщетности сущего, бренности бытия и прочих высоких материях. Проще говоря, дождь – это хорошо, только когда ты дома в тепле. Я потеряла счёт времени и шла, не поднимая головы, все ожидая, когда же в глазах зарябит от мокрой слежавшейся хвои. Запахи промокшего насквозь леса меня не радовали уже давно. Да и хвою я рассматривала лишь потому, что разглядывать плечо некроманта мне надоело еще раньше, а так хоть можно нахохлиться и поглубже закутаться в плащ.

Два дня прошли в непрерывном упорном марш-броске через этот бесконечный лес. Мы останавливались на ночь, даже не ища подходящей полянки. Какие там полянки! Мы даже подходящую звериную тропу не всегда могли найти… Так и шли в одному некроманту известном направлении, мокрые, перекусывая на ходу. Когда усталость валила с ног, молча садились рядом с ближайшим деревом и проваливались в сон без сновидений. По началу мне ещё было интересно, как нимфа не валится со своих каблуков на этом бездорожье, но спустя каких-то пару часов меня перестало интересовать и это.

В самом начале этой гонки, я попыталась выяснить, будет ли ей конец и если да, то когда и какой. И не совпадет ли он с моим собственным.

– Милая, я сделаю все возможное и даже больше, чтобы это закончилось быстрее, – он провел рукой по моей щеке. – Но только так мы сможем существенно сократить наш путь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.