М. Кароль
Курьер с другой планеты

Ричард отключил управление кораблем и закрыл глаза. Дыхание тихое, размеренное, медленно поднимало и опускало грудь. Давно он не был так спокоен. Через закрытые веки Ричард видел предупредительно мигающие красные огни. Механический голос призывал к возвращению рассудка пилота корабля, зависшего с выключенными двигателями в открытом космосе. Он щелкнул кнопкой на панели управления, голос оборвался. По корпусу пробежала вибрация, а панель перед пилотом захрустела, заскрежетала. Ричард почувствовал неестественный наклон кабины, не предвещающий ничего хорошего. Включилось автоматическое предупреждение о самоуничтожении корабля ради сохранения возможной жизни вокруг корабля, терпящего бедствие. Ричард отстегнул ремень безопасности с бедер и вынырнул из-под лямок, удерживающих плечи. Корабль неестественно пошатнуло, корпус надломился. Ричард почувствовал удушение из-за уходящего через трещину кислород. Не открывая глаз, он расположился в кресле удобнее, зевнул и… все исчезло. Осталась темнота. Исчезли раздражающее гудение, скрежет, удушение. Он смог вздохнуть свободно, но было противно. Пахло электричеством и сгоревшей проводкой. Размеренный голос, ведущий отсчет до самоуничтожения, замолчал, его сменил нервный и глубокий.

– Пошел ты, Ричард, – что-то громко упало на пол, специально или нет, Ричард собирался разобраться в процессе. – Я больше не продлю твою лицензию! Ты ведешь себя как задница: молчишь и ни черта не делаешь. Свет!

Вокруг Ричарда зажегся белый, холодный свет. Он медленно открыл глаза.

Ричард сидел в красном кресле в пустой белой комнате. Напротив него за большим стеклом стояла женщина в белом облегающем комбинезоне и золотой накидке.

– Угробил корабль, себя и груз.

– Это иллюзия.

– Это симуляция!

– А в чем разница?

– В чем разница? В чем разница, спрашиваешь? Разница в том, что вчера был твой последний полет, ясно тебе? Иллюзия – это то, что ты всем нравишься. Ты бесишь всех. Симуляция – это попытка тебе помочь. Во второй раз, должна заметить.

– Благодарю, Сенрика.

– Замолчи, – фыркнула женщина в накидке и кивнула в сторону. В комнате открылась невидимая дверь в стене, через нее зашла девушка в сером комбинезоне и перчатках.

– Отключай его, на сегодня достаточно… Одевайся, Ричард, – спокойнее сказала женщина. – Жду тебя в кабинете.

2

– Объяснить свое поведение не хочешь? – женщина сидела на черном диване, закинув ногу на ногу. Обтягивающий комбинезон похрустывал от ее движений.

– Не особо, – ответил Ричард, стараясь смотреть Сенрике в глаза.

– А стояло бы хотеть. Понимаешь, ты в компании не на птичьих правах, а на таких же, как и все остальные. Все подтверждают свою квалификацию, в том числе и доказывают нам, что в случае экстренной ситуации корабль и груз не будут повреждены. Ты этого не доказал. Прошу сдать удостоверение и значок, Ричард.

Ричард достал из внутреннего кармана куртки карточку и синий круглый значок с выгравированной золотой ракетой в центре. Протянул документы Сенрике.

Женщина наклонила голову и сузила глаза. Ричард увидел тонкие линии морщинок у глаз Сенрики и отметил, что ей это к лицу.

– Присядь ко мне, – мягко проговорила женщина и похлопала ладошкой по дивану. Ричард понял хитрый трюк, но сел с другой стороны дивана. Напускные эмоции Ричард видел так же четко и ясно, как и поломку в корабле по одному лишь гудению двигателя.

– Ты мне нравишься, Ричард, но мне не нравится твое сопротивление. Ты готов отдать мне всю свою жизнь, но будешь молчать как…

– Задница.

– Спасибо за проницательность. А я ведь знаю, почему ты угробил корабль в симуляторной.  Ты не хочешь признавать очевидное, в этом вся твоя проблема. Ты лучший пилот в компании. Твои перевозки всегда точны, всегда только лучшие отзывы, ты продаешь, как бог… Но в том, что произошло нет твоей вины. Мы бы могли обсудить это… – Сенрика подалась вперед с кожаным скрипом комбинезона и положила руку на колено мужчине.

– Документы забираешь или как?.. – нервно сглотнул Ричард, подняв острый подбородок.

Сенрика грустно улыбнулась и подошла к бесконечно высокому панорамному окну, открывающему манящий вид на бесконечно черный космос.

– Я бы могла уже давно забрать твои документы, облегчить твою жизнь и свою. Отправить тебя на улицы искать способы заработать, но я слишком прикипела к тебе, Ричард. Тем более твои навыки крайне важны компании…

– Я готов выслушать твое предложение.

– Так лучше, люблю твое немногословность. Сразу к делу, – Сенрика повернулась к Ричарду. – Я изымаю у тебя значок пилота космической станции межвселенских сообщений ордена Золотой розы. С этой минуты ты больше не являешься нашим ведущим пилотом, не имеешь права подходить к погрузочно-разгрузочным докам, обязан не приближаться к главным кораблям космического центра.

Ричард глубоко вздохнул, поднялся с дивана и положил синий значок на стол Сенрики.

– Мое предложение: у тебя останется удостоверение, сможешь пилотировать подержанные корабли, находящиеся в очереди на утилизацию.

– Эту рухлядь еще можно завести? Это же чистое самоубийство.

– А тебе нравится подобное, не так ли? В тебе просыпается такая нежная придурковатость в экстренных случаях. Я видела, как ты сможешь избавить орден от затрат на утилизацию, поэтому работка как раз для тебя, – ядовито выплюнула Сенрика. – Но пилотировать ты не будешь, я тебя не допущу до штурвала, пока не сочту нужным. Либо сокращение до помощника пилота во время межпланетных перелетов, либо катись к черту из ордена, – добавила женщина, стальным взглядом смотря в глаза Ричарда. Ричард мысленно грязно выругался. Казалось, выбора у него не было, была только иллюзия выбора, безупречно поданная Сенрикой.

– У тебя был шанс, – продолжала Сенрика, покручивая пальцами значок. – Я тебе его предоставила. Ты соизволил игнорировать его. Достаточно трепни. Ты принимаешь мое предложение, или это наш последний разговор?

– Прощай, Сенрика.

Ричард вышел из кабинета, а Сенрика зажала между пальцами его значок, он вспыхнул полупрозрачным голубоватым огоньком и испарился.

3

– Чего? Чего? Куда тебя она послала? – Чикен разразился звонким смехом, из глаза капнула слеза в стакан разбавленного вишневого ликера. – Матерь божья, межпланетные перевозки, – Чикен залился новой порцией смеха и шлепнул по столу ладонью, согнувшись пополам. – Вот же ты попал, дружище. Вот же старая ведьма, она знает, как тебя приручить. Запомнила, – Чикен, чтобы успокоиться, отпил из стакана.

– Чик, я помощник пилота, – грустно констатировал Ричард. Содержимое стакана, которое не было проглочено оказалось на столе. Чикен не выдержал и заржал, как лошадь, залившись пунцовой краской.

– Ты курьер, парень, никакой ты не помощник пилота, – ржал Чикен. – Пилот тебя доставит на место, а ты передашь заказ. Эй, все слышали новости? – Чикен вытер рукавом рот и встал на стул, чтобы все обедающие в столовой ордена его видели, а не только слышали. – Наш бравый солдат, пилот лучших военных и коммерческих кораблей, награжденный синим значком за навык и верность ордену, разжалован до курьера из-за проигранной любовной схватки с нашей баронессой Сенрикой!

– Да заткнись ты, Чик. Смешно тебе? – Ричард расколол семечку подсолнуха, но не съел ее.

– А почему мне должно быть не смешно? Ты же сам над собой не посмеешься, кому остается это? Твоему верному лучшему другу. Не суетись, Ричард, – Чик сел за стол спокойный, как море в штиль.

– Не понимаю, почему я поступил так на симуляции. Я одурел от реальности сегодняшней программы, не мог поверить, что это проверка. Увидел темноту и не смог из нее выбраться. Она затянула меня, а потом я увидел…

– Знаю, друг. То, что они сделали в той экспедиции не достойно ордена.

Ричард напряженно посмотрел по сторонам.

– Расслабься, дружище, никто не подслушивает. Я могу вольно выражать свои мысли касательно всей станции.

– Потише, Чикен. Ты не знаешь с кем и с чем связан. Здесь лучше помалкивать, пойдем лучше в нейтральную зону.

– Черта с два! Не сдвинусь с места. Я это место не зря высиживал в кораблях, как курица яйцо. Слушай, умник, а ты знаешь с чем и кем связан? Курьер, бывший пилот первоклассных лайнеров! Ты же перевозил королев, жриц и императоров! Я не говорю про аудиенции с ними. Я равнялся на тебя и доверял Сенрике, а ты не помял ей сиськи и тебя разжаловали! Что же меня ждет? – сокрушался Чикен, а в голове его мутнело с каждым словом, с каждым глотком розовой жидкости.

– Лучше я буду доставлять ящики контрабандисткой водки, чем снова поступлюсь принципами. Меня не особо волнует моя судьба, я пекусь не о себе.

– Обо мне что-ли? – Чикен покраснел не то от мыслей, не то от ликера.

– Обойдешься. А знаешь… пошло все! Ты прав, Чик. Ты прав! Как всегда, кудрявая ты голова. Давай напьемся и будь что будет! – Ричард поднял стакан.

– Будет веник, банька и девчата! – Чикен ответил встречным жестом. Стаканы столкнулись, и мир погрузился во тьму.

4

– Рик, – неуверенно шептал первый голос.

– Не, не. Чик. – поправлял его второй.

– Чик-чирик, – смеялся третий, держа вверх тормашками рабочее удостоверение Ричарда. Ричард лежал на скамейке в технопарке.

– Пошли вон, стервятники! – замахал руками Чикен, подбегая к перебравшему другу. Бездомные наги разбежались, пища и причитая что-то на языке, понятным только им.

– Дружище, я старался не расплескать, но… расплескалось, – Чик поставил рядом с лицом Ричарда синюю жидкость в прозрачном стаканчике. Густой и вязкий ликер, как синие чернила. Свой стакан он держал при себе. В парке дул кондиционер, гудели шумоподавитили станции.

– Ричард, эй, – Чик толкнул друга в плечо, но тот только хмыкнул и повернулся спиной к Чикену. Чикен улыбнулся, тронутый не беспомощностью друга, а скорее своей сопротивляемости к алкоголю. Усевшись на лавку рядом, Чикен принялся пить синюю жижу, медленно и настойчиво.

– Ричард, она же заходила ко мне перед вашим полетом. Не знаю, зачем она это сделала. Возможно, чувствовала, что у вас там будет жарко. Взяла с меня обещание, мать ее. Выпросила его! Нет, выбила и вытрясла. Я говорил, что ее настойки ее же первую и погубят, но она уперлась, как… – Чикен перевел дух, глотнул. – В общем, Ричард. Должен тебе сказать, что не желаю я быть на твоем месте. Лучше меня орден прикончит, чем я еще раз с ней пообщаюсь. Мне тебя жалко, Ричард. Только тебя. Она сказала, что так велел ей орден, больше ничего не знаю. Хорошо, теперь молчи, спи. Твое здоровье, Ричард.

Ричард лежал с открытыми глазами. Ему не нужен был синий отрезвитель, он хотел отвлечься от навязчивых мыслей о прошедшей ночи. Чикену удалось это.

– Значит, Сенрика была у тебя? – Ричард поднялся и взял в руки стаканчик. – Не думал, что она выказывает такое уважение кому-то.

– Это не уважение, Ричард. Она пытается диктовать свои правила на нашу жизнь. Не дело это, не дело.

– Что она еще тебе сказала? Касательно сегодняшнего дня.

– В каком смысле?

– Что она тебе еще сказала? Вряд ли она зашла на минутку, передала извинения и ушла, – Ричард отхлебнул напиток. Язык и горло обожгло ментолом.

– Я не знаю, дружище. Больше ничего не сказала, так… Просто попросила меня зайти к ней сегодня, – Чикен не смотрел в глаза Ричарду.

– Чудно. Ты зайди, обязательно. Как раз и мне непременно нужно к ней заглянуть. Вчера мы неважно поговорили. Мне нужно дать ей ответ, касательно моей судьбы в ордене.

– Да, ты уж не затягивай. Она ждать не любит, – Чикен допил напиток и сжал в ладони стакан. – Бр-р-р, отличное зелье. Как будто ночи и не бывало. Ты как? Дойдешь до дома?

– Тут не далеко, – Ричард ухмыльнулся и кивнул на высотку напротив.

– Лады, ну, я пошел. Не буду оттягивать неизбежное. Кстати, Ричард, если она меня…

– Я же сам напросился на понижение. А ты подумай десять раз перед тем, как соглашаться.

Чикен кивнул, хлопнул по спине Ричарда, шмыгнул носом и пошел прямиком к зданию командного центра. Ричард смотрел в след другу и диву давался: как низенький, плотного телосложения, с длинными руками и маленькой шеей мог быть грозой всех дам на станции и наследником его места первого пилота. Чем дальше уходил Чикен, тем ниже он становился, а вскоре и вовсе скрылся за автоматическими дверями пикообразной высотки. Ричард прижался спиной к лавке и поднял голову. Вместо неба – космос, глазеющий на станцию внутри купола, вместо ветра – кондиционеры, только редкие деревья были настоящие. Так ему говорили перед полетом с Земли. Ричард допил синюю жижу и выбросил стаканчик в урну. За спиной послышался шепот. Он доносился из подземного перехода, ведущего на другой конец станции, на восточный причал. Ходили легенды, что там разорившиеся жители станции, которым затратно возвращать на Землю по нескольким причинам. Во-первых, их никто не ждет на Земле, в этом случае Коллегии Империи Земли придется содержать их. Во-вторых, ходят слухи, что им и на другом конце станции живется недурно. Ричард оглянулся. В тени перехода, перекрытого сетчатым забором с надписью: “Вход запрещен”, “Опасно” горели четыре огонька, словно бусинки, и копошились, смотря на Ричарда. Вздохнув поглубже отфильтрованный воздух, Ричард отвернулся, встал и пошел, от греха подальше, в высотку напротив, там был его дом.

5

Жить на 63 этаже было прикольно. Он был поближе к космосу и полетам. Из душевой он направился прямиком на балкон, раскинул руки, закрыл глаза, покачнулся вперед… Сиреной разразился дверной звонок.

– Матерь божья! – вздрогнул Ричард, взаправду чуть не свалившись с балкона от неожиданности. Придерживая рукой полотенце у бедер, он открыл дверь нежданным гостям.

– Обучение.

На пороге стоял робот с человеческим лицом. Отвратительные модели раздражали чуть ли не каждого, кому довелось видеть этот смертельный ужас человеческой фантазии. Робот вкатил в квартиру, встал в зале и сделал оборот головой на 360 градусов.

– Мерзкая халупа, – проговорил робот-учитель механическим голосом. – Есть мнение, что в таком сральнике могут жить только свиньи. Ты – свинья?

Ричард, уставившись перед собой разъяренным взглядом, захлопнул дверь.

– А ты свиней приехала учить? – Ричард кипел как чайник.

– Если это необходимо, то буду учить свиней. Назовись.

– Черта с два!

– Назовись.

– Нет, и не подумаю.

– Ты Ричард Арвен, стажер межпланетных перевозок, курьер без права пилотирования космическим судном. Проживающий в башне Мира, 63 этаж, А-95864. Серийным номер… – робот издал звук перематывающийся пленки.

Ричард усмехнулся и плюхнулся на диван, раскинув руки. Ему доставляло удовольствие, когда подобные создания не справлялись с объемом информации.

– Серийный номер… – повторила машина, – …засекречен. Назовись.

– Да, я Ричард Арвен. Башня Мира, А-95864.

Из бампера квадратного робота вылезла ракетница. Ричард перепугался, подскочил, перевалился через спинку дивана на пол, потеряв полотенце. Накрыл голову руками и стал ждать. Мысленно попрощавшись со всем мыслимым и немыслимым, он стал ждать удара. Тишина. Он приподнялся, выглянул из-за дивана и тут же робот выстрелил вверх конфетти, засияла светомузыка в сопровождении рождественской мелодии.

– Подтверждено, – подтвердил робот и убрал ракету. – Обучение начинается… сейчас.

Ричард прижал лоб к руке, мечтая, чтобы робот выстрелил не конфетти.

– Сколько будет длиться обучение?

– Месяц.

– Сколько? Рехнулись?

– Месяц.

– Обучение на курьера?! Месяц? – Ричард вскочил, но высокая спинка дивана послужила вместо одеяла. – Перестань шутить! На гайки разберу.

– Есть мнение, что люди понимают шутки, а свиньи – нет. Тест пройден, ты не свинья. Обучение займет 2 недели.

Ричарду было совсем не смешно, он знал, кто стоит за этим цирком. Схватив с пола полотенце, он вернул его на бедра и сел на диван, скрестив руки.

– Вещай. Что я должен знать? Сокращая программу до одного дня.

– Невозможно.

– По гаечке сейчас разберу и в космос отправлю.

– Исключено. Первое правило курьера! Запрещено приближаться к штурвалу и к кабине пилота!  За-пре-ще-но.

– А последнее правило? – Ричард смотрел в естественное лицо робота, прямо в глаза тем, кто управлял машиной и наблюдал.

– Курьер никогда не прав, – ответила машина, – курьер обязан сделать все, чтобы покупатель взял груз, заплатил и остался довольным.

– Зарплата?

– Отсутствует.

– В каком это смысле?

– Жизнь с чаевых и процентов.

– Твою ж мать, – Ричард печально взглянул в окно, жалея, что не рухнул с балкона. – Еще что?

– Экзамен каждые две недели, осмотр перед каждым полетом. Время вышло. Следующий сеанс завтра, в это же время. Изучите материал. Будет аттестация.

– Какой материал? – Ричард пожалел о вопросе, как только он слетел с тонких губ. У робота открылось впереди прямоугольное отверстие, машина загудела, затряслась и в Ричарда полетели листы бумаги, пахнущие свежей краской. Они летели в его лицо, бились тело, царапали острыми углами обнаженную грудь. Ричард, жалея о своем вопросе, прикрывался подушкой. Несколько минут машина выплевывала листы, когда извержение остановилось, выдала:

– По этому материалу завтра аттестация. Если не сдадите, вы будете отсеяны из-за профнепригодности. До свидания.

Робот дал задний ход – застрял, двинулся вперед – чуть не врезался в диван. Кое-как развернулся, выехал из гостевого уголка и врезался в дверь. Ричард подошел к двери и выпустил несчастное создание на волю. Робот пискнул и уехал, оставив Ричарда в комнате, заспанной разноцветным конфетти и листами с теорией.

6

Следующее утро началось рано. Ричард подскочил с кровати от стука в дверь. Никого он не ждал и из-за этого удивления и волнения было слишком много на маленькое утро четверга. Сомневаясь, Ричард посмотрел в глазок, уперся лбом в дверь и открыл ее.

– Дзынь дон! – раскричался Чикен, размахивая бутылками водки на пороге. – Встречай нового пилота, первого пилота, дружище! Отметим-с? – парень лунной походкой проскользнул в квартиру и рухнул на диван.

Ричард захлопнул дверь и обернулся. Его руки были скрещены на груди, губы изогнулись в ухмылку.

– Эй, эй, а что за претензия, Ричард? Мы договорись, что ты не возражаешь, если я займу твое место.

– Дело не в этом…

Чикен громко поставил бутылки на кофейный столик, встал и скопировал физиономию Ричарда.

– Ты так на меня смотришь. Видишь? По-твоему, эта физиономия означает “дружище, я так рад за тебя, долбаный бездельник, где стаканы”? Нет, она означает “придурок получил то, чего не достоин”.

– Чик, у меня экзамен через два часа.

– Дерьмо, – Чикен перестал дурачиться и потер щетинистый подбородок. – Напомни-ка мне, на кого тестируешься?..

Ричард кинул в сторону друга молнию взглядом и поплелся на кухню.

– Ты шаркаешь, кстати. На твоем месте я бы обратился к врачу. Тебя слышно за милю, Рики. Не быть тебе шпионом.

– И пилотом тоже…

– Чего ты там бубнишь? – Чикен сел на диван и повернул бутылки этикеткой к себе.

– Кофе будешь, говорю?..

Ричард принес две чашечки кофе и сел рядом на кресло. Он медленно помешивал сахар в кофе, смотря окно. Чикен подозрительно молчал.

– Сдам экзамен, выпьем. До этого ни капли. Ты же знаешь, Чик. Ну, да, не сверли меня взглядом. Я плохо спал, была длинная и нудная ночь. Но я все равно рад за тебя, лучше ты займешь мое кресло, чем паршивец Глейн.

– Он как кошка с течкой крутился у двери Сенрики. Противно было смотреть на это. Сенрика, я принес то, я принес это, я побрил задницу, тьфу, – Чикен уставился на кофе в кашке.

– Слизняк бы угробил мой корабль в два счета.

– Ага, я на третий, – усмехнулся Чикен и в два глотка осушил маленькую кофейную чашку.

– Сплюнь, дурак. Ты так не шути. Такие шутки в нашем деле не к месту, сам знаешь, ляпнешь тут – отзовется там.

– Шпаришь с утра серьезно. Точно не спал, теперь поверил. А то ты как-то метко описал все, что на нашей станции происходит. Теперь мне доведется узнать станцию изнутри. Как я ждал этого, Ричард, не представляешь. Не то чтобы я ждал, когда ты уйдешь на пенсию, нет, я бы никогда… Но когда это случилось, я прямо-таки расцвел. У меня волосы стали лучше расти, цель появилась. Никудышная, но я понял, что пошлю в жопу всех, кто мне помешает. Глейн, дери его черти, будет пакостничать, но ничего, я его как муху шлепну.

– Чикен, мой тебе совет. Держи себя в руках и язык под присмотром своей головы желательно, а не Совета Ордена. Они будут тебя посылать в экспедиции к другим планетам не с миссиями доброй воли. Помалкивай, не дерзи и не болтай лишнего о тех, от кого зависишь. Тебя не пожалеют.

– Я понял, Ричард. Спасибо, дружище. Меня заносит, я знаю. Просто не согласен я с тем, что они делают по большей части.

Ричард обвел глазами пустоту обеспокоенным взглядом. Наклонился к Чикену, Чикен подался вперед.

– Не здесь, Чик. У меня есть подозрение, что мою квартиру прослушивают, – шептал Ричард на ухо другу. – Теперь ты на очень высокой должности, если не хочешь в лучшем случае оказаться на восточном причале, не высказывай своего недовольства. Не забудь, ты служишь Ордену Золотой Розы, действуй всегда в их интересах, и ты будешь мил.

Ричард сел ровно и сделал глоток. Чикен не пошевелился.

– Так значит… Ценой жертвы, – Чикен глубоко вздохнул, откинулся на спинку дивана, потер колени широкими ладонями. – Так ты говоришь экзамен у тебя через три часа? Пойду с тобой. Не помешает тебе поддержка в новом начинании.

Чикен грустно улыбнулся. Ричард знал, что за этой улыбкой кроется досада.

– Через два часа стану курьером. Завтра в первую поездка. Привезу тебе подарок. Медальку в кабину.

– Ты в своем уме? Привези лучше добротных стаканов, а то не из чего пить. Кофейные чашки, да и только.

– Пойду приму душ и можем идти, сдам раньше, чтобы поскорее обмыть назначение моего друга, – Ричард искренне улыбнулся.

– И за новую жизнь моего друга. Курьер – это новизна. Поверь, я общался с курьерами, когда ты еще младшим пилотом был. Тебе повезло, отчасти, – Чикен сдерживал смех.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.