Алексей Крук (Galer)
История одной любви. Сборник рассказов

История одной любви

Сейчас, когда тебе уже за сорок и проблемы молодости кажутся простой банальностью, ты начинаешь понемногу оценивать свою жизнь и свои поступки. Хорошие или плохие, добрые или злые – они никуда не денутся, но они были. Сколько потрачено времени впустую, а сколько с пользой, вот что становится тем фактором, по которому пытаешься оценить прожитое. Проблема в том, что сейчас некоторые поступки кажутся настолько бесполезными, а ведь тогда, казалось, от них зависела твоя судьба.

Не буду утруждать вас полным рассказом о своих годах юности, скажу только, что они прошли, как у многих ребят, на улице, где были получены первые и самые важные уроки жизни: думай, что говоришь и когда говоришь – думай. У всех слов были последствия и, каждый, кто не смотрел на мир через розовые очки, это знал.

Клубы и дискотеки начались где-то в пятнадцать. Мы выпивали, курили, все что попадется, знакомились с девчонками. Не скажу, что был очень популярным у женского пола, но получал от них сполна всё, что хотел. Но, как и говорил, не буду утруждать рассказами о моментах юности.

Когда мне было двадцать четыре случилось горе – погибли родители. Произошло это на одном из центральных шоссе. Отец, едва, выжимал шестьдесят по правой полосе, когда на встречку вылетел джип под сто пятьдесят. Лобовое столкновение – никто не выжил. Следствие длилось не долго, мне даже перепала какая-то компенсация, так как тот мужик был богат, но разве тогда это имело значение. Пару месяцев я провел в полной прострации, не понимая кто я и где нахожусь, а по их прошествии решил развеяться и прийти в себя, вот тут и начинается моя история одной любви.

От родителей мне досталась трешка в центре, ну почти в центре, а также пару счетов и компенсация от родственников того богатея, что отправил их к праотцам. Некоторое время, а если правда, то до конца жизни, можно было не работать. Мне шел двадцать пятый и, как я тогда считал, было необходимо устраивать свою жизнь, но перед этим надо бы еще немного погулять и попробовать что-то новое. Тогда-то, я в первый и последний раз решил сходить к жрицам любви, даже не подозревая, во что это выльется.

Тесная двушка на окраине столицы с просторной кухней, по правую сторону от входа, и таким же балконом. После, я не раз пытался вспомнить станцию, но помнил лишь, что это был толи стадион, толи вокзал.

– Где желаешь развлекаться? – раздался приятный женский голос.

Брюнетка среднего роста, немного в весе и с острыми чертами лица, приятно мне улыбнулась.

Стоял конец мая и…

– А почему бы не на балконе?

– Есть я. Еще Кэти и новенькая Кристал.

Я так и не увидел тогда Кэти, да и никогда после, но зато судьба свела меня в тот день с блондинкой. Точеная фигурка, грудь, словно две спелые дыньки, очень изящные ножки и невероятная грация в движениях.

Не скажу, что отлично разбирался в людях, но что-то в ней мне показалось не естественным.

– Час назад прибыла. Еще ни разу не работала. Берешь?

Не помню, что тогда ответил, лишь сунул несколько тысячных и поспешил уединиться на балконе.

Я не знал с чего начинать, да и Кристал сидела, поджав под себя ноги и, положив голову, на колени. В ней все было прекрасно и мне опять, всего на миг, показалось, что она не та, за кого себя выдает.

– Ты же никогда не занималась данным ремеслом и явно не собираешься, – кинул я, доставая сигарету с пачки.

Кристал посмотрела на меня широко раскрытыми глазами в которых мне захотелось утонуть в ту же секунду.

Нееет, сказал я себе. Она не проститутка. Она что-то скрывает, но разве мне есть до этого дело? Я заплатил и немало, явно хватит на несколько часов. Я посмотрел на нее с полным желанием и потянул руки. Девушка дернулась и сказала, вогнав меня в ступор:

– Ты же не такой, зачем так поступать? Расскажи о себе.

Ее голос не резал слух, а приятной мелодией разносился по ушной раковине, проникая внутрь.

– С чего бы? – ответил резко я, решив все же закурить.

Время еще было, а поболтать…а почему бы и не с ней? После событий двухмесячной давности ко мне никто не приходил, а выговориться не мешало. Тем более девушке, которую я вижу первый и последний раз.

– Только с одним условием.

– Да?

– Ты расскажешь мне с какой целью тут находишься.

– Неужели раскусил, – чуть слышно произнесла она, сквозь стиснутые зубы.

– Чего?

– Да это я так, – сказала она, улыбаясь.

Если б мне лет пять назад сказали, что я буду сидеть на окраине Москвы на балконе тесной двушки и изливать душу проститутке, то я бы рассмеялся в лицо этому человеку. Но вся загвоздка была в том, что Кристал таковой не являлась, и я узнал об этом, спустя всего несколько минут, как закончил рассказ и потушил очередную сигарету.

– Теперь твоя очередь.

Кристал посмотрела на меня с выражением лица, не выказывающим ничего, кроме замешательства.

– А с чего ты решил, что я не та, кем хочу казаться? -

Сказать честно, вопрос застал меня врасплох. У меня не было конкретного ответа, просто казалось.

Креститься надо! – раздался в голове голос моей первой учительницы.

– Как я и сказал, в таких местах первый и последний раз.

– Да, да. Решил устраивать семью и попробовать перед этим всякое.

Я задумался. Семья – это ответственность и не малая. Я бы еще долго так сидел, но ее следующий вопрос вернул меня к реальности.

– Почему не с мужиком?

Я зашелся кашлем, так как затягивался в этот момент очередной сигаретой.

– Мало ли понравится, – добавила она и рассмеялась.

– Уж увольте…, – начал я, продолжая давиться кашлем и, придвинувшись к ней поближе.

Моя рука скользнула по ее правому плечу, тронула лямку легкого фиолетового платья. Кристал вздрогнула, но продолжала сидеть. Мне пришла в голову мысль, которую я поспешил озвучить.

– Ты посмеялась, когда я говорил о семье, но если бы встретил тебя, где угодно, но только не здесь, то сразу бы повел в ЗАГС.

Моя рука скользнула по бархатной коже спины Кристал. Я провел рукой по талии, задев шелковые трусики.

– Прям так сразу?

Я пытался понять, она о свадьбе или о том, чем мы собирались с ней заняться.

В этот момент, в комнате раздался грубый мужской голос.

– Ну что девчата, повеселимся?

Кристал резко повернулась. Тут я заметил, что ее волосы…

Я резко дернул за светлые волосы, сорвав парик, и посмотрел в комнату. Мужчина маленького роста, уже в одних трусах и сигарой в зубах смотрел на нас.

– Ты?

Кристал легла плашмя. Ее каштановые волосу, почти до лопаток, упали, как большой паук, обхвативший жертву. Где-то с улицы раздался голос:

– Входим.

Солнце на секунду исчезло, а после, два бойца спецназа, разбив стекла балкона и комнаты, влетели внутрь на тросах.

– К стене! Руки! Не вижу рук! Буду стрелять!

Послышались выстрелы, два или три. Я поднял взгляд на Кристал. Она лежала на полу, сжимая в руке миниатюрный пистолет. У меня вырвался смешок по поводу того, откуда она могла его достать. Я приподнял ее платье, доходившее почти до колена и увидел черную полоску вокруг правого бедра. Тут до меня дошло, что было в ней не так. Обычно такая одежда прозрачная, дабы распалить страсть мужчины. В этот момент, на балкон вышел один из бойцов и, увидев данную картину, завел руки с автоматом за ухо. Я успел только посмотреть на Кристал, которая попыталась крикнуть ему отбой, но не успела. Темнота в миг встала перед глазами, и я отключился.

Тесная комната с обшарпанными стенами, стол с потертой столешницей и железный стул, местами проржавевший, предстали передо мной в тот момент, как я открыл глаза. Минут через десять открылась зеленая дверь и в комнату вошел боец. Высокие скулы, волевой подбородок, стрижка "ёжик" и маленькие, глубоко посаженные, глаза. Он сверлил меня ими с минуту, после поставил стакан воды и кинул на стол таблетку в бумажной упаковке.

– Выпей. Полегчает.

Он поиграл мускулами, которые, на двухметровом теле, выглядели устрашающе. Глядя на таких ребят, всегда задавался вопросом, чем же их кормят?

– Ну и как она? – резко спросил он, ударив кулаками о стол, который в местах соприкосновения с его костяшками, прогнулся. После боец выпрямился, оставив на столе кровавый след.

– Не успел, – ответил я, запивая таблетку.

Спустя пару минут боль в голове утихла.

Я достал сигарету.

– Не стоит.

Я проигнорировал его. Он вытянул руку, что отобрать зажигалку, а может и заехать мне по лицу, но, в этот момент, дверь открылась и зашла Кристал. Парень выпрямился по стойке смирно и отдал честь.

– Свободен.

– Но майор…, – начал тот, но был прерван, лишь она посмотрела на него.

Боец вышел, кинув на меня косой взгляд, оставив нас наедине.

– Майор? – произнес я, затягиваясь сигаретой.

– Вообще тут не курят.

– Арестуйте, – улыбнулся я.

Наступила пауза. Мы смотрели друг на друга несколько секунд.

– Тебя скоро заберут и высадят недалеко от дома.

– А разве я говорил, где…

Ее взгляд заставил меня замолчать.

– Ты до сих пор не понял, куда попал? Я уже все узнала о тебе.

– А имя у майора есть? Или называть тебя Кристал?

– Мы с тобой больше не увидимся, потому не думаю, что это так важно.

– Почему нет?

Она отвела взгляд и закатила глаза, давая понять, что ее работа не предполагает отношений.

– Как же ты расслабляешься?

– Дрова колю, – резко ответила она, широко улыбаясь.

Я на миг представил ее в своих объятиях и ударил по столу рукой.

– У меня был такой шанс, – произнес я.

Кристал даже не дернулась.

– Может дашь второй?

В дверь постучали. Вошли два бойца в полном обмундировании.

– Мы готовы.

– Высадите его недалеко от места назначения, где-нибудь в переулке.

– Ну Кристал, всего одно свидание, – произнес я, вставая из-за стола, и делая шаг в ее сторону.

Краем глаза увидел, как рука одного из бойцов упала на правый бок, на что Кристал покачала головой в его сторону. Второй боец издал смешок.

– Во парень дает!

– Телефон я твой знаю, может и позвоню.

Боец сразу стих. Он собирался что-то сказать, но, видимо, просто не смел.

Надев черный матерчатый мешок на голову, меня вывели под руки и посадили в машину. Мы ехали минут тридцать, после чего меня высадили в районе Охотного. Бойцы за все время пути сказали только одно, что, если с майора хоть волос упадет, точнее, он сказал с сестры. Видимо, работа сближала их настолько сильно, что они становились, как семья, хотя, если верить слухам, на любой службе было именно так.

В течение всей следующей недели мысли об инциденте не выходили из головы. Я не раз перебирал все произошедшее в голове, даже пару раз, да что там юлить, не один десяток о том, что был слишком терпелив. Деньги мне конечно не вернули, но хоть жив остался и то хорошо. На третий день заехала знакомая подруга, которая, увидев мою напряженность, осталась на пару ночей. В моменты близости с ней я представлял Кристал. Она сидит на мне и ее каштановые волосы, словно лианы, касаются моей груди. Я начал бредить ей, тогда пришлось забыться. Нет, что-то запрещенное я не употреблял, только пару раз в юности. Я напился, выражаясь на жаргоне "в дрова".

Несколько дней прошли в тумане и, спустя пару недель, я вернулся к своей обычной жизни, пока, в конце июня, не раздался звонок от абонента "неизвестный номер". Я поднял трубку, ожидая услышать:

– Здравствуйте. Мы проводим социальный опрос, – а может:

– Добрый день. Это интернет-магазин. У нас уникальное предложение.

– Привет Ромео, – раздался женский голос и меня в миг накрыло волной страсти, отчего я тут же вспотел.

– Кристал!?

– Встретимся? На работе свободный вечер, а ты, как помню, горел желанием поболтать.

– Ты же сказала, что мы больше не увидимся? – ответил я и, прикрыв трубку рукой, крикнул, что было сил: – Дурак.

Сейчас она повесит трубку, подумал я.

– Молодец, что сам себя наказываешь за глупости.

Я оторопел. Жучок? Потом посмотрел на открытый балкон, прошел и посмотрел вниз. Кристал стояла около черного BMW в строгом черном костюме.

– Зайдешь? – спросил я и, отвернувшись от окна, прикусил губу.

– Мне нужен час, чтобы привести себя в порядок, – ответила она и добавила – а горячая вода есть? -

Наверно все знакомы с этой ситуацией и, хвала всем святым, у меня была.

– Да.

Она видимо задумалась, осматриваясь по сторонам.

– Я не буду приставать, – добавил я и снова пожалел.

– Конечно, если не хочешь пару сломанных рук, – сказала она с усмешкой.

Позже я узнал, что в данную секунду она не шутила.

Кристал взяла из багажника большой черный пакет, я открыл по домофону дверь и стал ждать её появления.

В строгом костюме, но всё с той же грациозностью, она сделала несколько шагов по прихожей и, скинув туфли, упала в стоящее тут кресло.

– Неплохая квартирка, попросторнее той двушки.

– Угу, – промычал я.

От всей ситуации я ужасно нервничал, отчего сильно вспотел и источал неприятный запах. Я не знал, как себя вести и что делать.

– Ого, да тебе бы тоже не мешало принять душ. Хочешь вместе?

Она играла со мной. Она была той птицей со сломанным крылом, которая подпускала к себе поближе настолько, чтобы потом успеть отлететь на безопасное расстояние. И не важно кем был я, она была именно этой птицей.

– Тот парень из комнаты будет не особо доволен, – ответил я, решив поиграть по её правилам.

– А, Радик, да он....

Она осеклась и посмотрела на меня.

– Забудь то, что сейчас услышал и никогда не повторяй.

Через минуту она прошла в ванную. Насколько я знал свою квартиру, дверь она не заперла. Я вышел на балкон.

Радик? Я слышал однажды это сокращение, от полного Родион. Специально или случайно она это произнесла? В тот момент, это не имело никакого значения. Позже, она скажет еще несколько слов о своей работе, случайно.

Она вышла из ванны спустя секунд тридцать и спросила про халат. Я указал на шкаф, стоящий недалеко от балкона.

– Чистые?

– И стиранные, – и добавил:

– Если кто приходит, кидаю в машинку.

Она странно на меня посмотрела, резко развернулась и направилась в коридор.

– Да твою ж, – выругался я и поспешил за ней.

Кристал уже открыла машинку и рассматривала два халата: красный и белый.

– Да ты популярен.

Я вроде смутился, но ничего не ответив, отправился на балкон.

Да и кто она такая, чтобы смущаться перед ней?

В ванной послышался шум воды.

Я наклонил голову влево и представил Кристал. Опущу подробности, только скажу, что все прекрасно должны знать, как обычно на левом плече сидит парень с рожками и подталкивает тебя на всякие непристойности. У меня и правда появилась мысль пойти в ванную и будь что будет. Но парень с нимбом на правом плече твердил обратное, и я выбрал его сторону, рассудив здраво. Ведь Кристал сама позвонила и захотела встретиться, значит не стоит спешить, по крайней мере, пока. Я знал, был просто уверен, чем закончится сегодняшний вечер и оттого испытал очередной приступ возбуждения.

Кристал вышла минут через двадцать и это довольно быстро по сравнению с некоторыми бывшими. Она была в голубом халате, который был ей немного мал в плечах. Наверно, в тот момент я покраснел, отчего решил, как можно быстрее уйти в душ.

– Фен есть?

Я указал на комод рядом со шкафом. Помню купил его давно, но так ни разу не воспользовался. Со временем им стали пользоваться девушки. Наверху стояли различные лаки, помады, гели, а в ящиках можно было найти фен и различные приборы для волос. Я уже прошел порог комнаты, как раздался голос Кристалл:

– Вот это да!

Я повернулся и на этот раз точно покраснел. Кристал, чуть брезгливо, двумя пальцами достала из верхнего ящика женские трусики и бросила их на кровать. Потом вторые, третьи, потом на кровать полетели несколько лифчиков.

Мои уши горели.

Потом она достала прозрачный белый халат медсестры.

– А у меня есть почти такие же, – сказала она, доставая розовые наручники.

Я развернулся и направился в душ, оставив без комментариев увиденное.

Я вышел минут через десять. Кристал уже была в вечернем черном платье. Она успела высушить волосы, которые приобрели тот великолепный каштановый цвет.

– Осталась одна вещь, – сказала она и достала из пакета пару черных туфель на высокой шпильке.

Теперь она не казалось такой низкой рядом со мной. Я уже запирал дверь, когда Кристал вспомнила про ключи от машины, но теперь она отвела взгляд в сторону, прикусывая губу. Перед входом в подъезд, мы столкнулись с Александром Александровичем, которого все называли Алекс. Я несколько раз оказал ему кое-какую помощь, как он считал, хотя если сравнить с тем, что он сделал для меня, то я ничего и не сделал. Но время Алекса еще не настало и о том, как познакомился с ним расскажу позже. Я лишь пару раз мотнул головой, после чего он улыбнулся и кивнул раз.

После того как он скрылся в подъезде, Кристал рассмеялась.

– Ну и шифры. Даже в нашей "крышке" не разга…

Она снова осеклась и посмотрела на меня.

– Я ничего не слышал.

– Ну и хорошо.

Таксист высадил нас у Старого Арбата, прямо около Праги. Было начало шестого, да еще и суббота. Туристы сновали тут и там, галдели дети, некоторые взрослые рассматривали витрины и глазели на карикатуристов, точнее шаржистов, коих в начале, со стороны Арбатской, было немерено. Мы пошли по одной из старейших улиц Москвы. Я смотрел на Кристал и не мог оторваться. Она же смотрела вокруг, будто в первый раз.

– Никогда здесь не была?

– Давно. Очень давно.

Несколько часов назад, вопрос о её возрасте встал в моей голове и больше двадцати семи я ей не давал.

– Моя работа не позволяет мне таких вольностей. Обычно, пара-тройка выходных в месяц. Тем, кто непосредственно участвует в операциях, не больше тридцати-тридцати пяти. Я же…

Она резко остановилась, дернув меня к себе.

– Ты не думай, что я играю с тобой. Моя работа не позволяет мне вот так со всеми подряд любезничать. Такая информация, может стоить тебе жизни, а мне – работы.

Я испугался. Я и правда в тот момент испугался.

– Но сегодня за нами следит Радик, так что он даст мне поблажку.

Она посмотрела в переулок и мило улыбнулась. Я не увидел там ничего, кроме старенького форда.

– Ладно. О твоей работе я больше не спрошу, но о чем тогда…

– Разберемся.

В этот момент я понял, что стало как-то тихо. Кристал держала меня за грудки и не казалась такой женственной. Её руки напряглись, открыв многим неплохую мускулатуру.

– Ох ты мой хороший, – сказала она и потрепала по волосам, которых уже тогда оставалось не много.

Мы шли по Арбату. Я смотрел на Кристал, а та по сторонам. Остановились около ресторанчика с неброским названием " У Карла". Французская и итальянская кухни, неплохой выбор алкоголя и довольно приятная атмосфера. Я заказал мясо по-французски со стаканом виски.

– Стоило взять вино.

– Не люблю этот суррогат.

Официант даже переспросил.

– Целый стакан?

Я не ответил, только зло посмотрел на него. Тот начал извиняться и даже пару раз на французском. Кристал тоже взяла мясо, а также пасту и заказала бутылку лучшего вина. Официант что-то начал говорить о ценах. Я поднял руку, встал и отошел с ним в сторону. Не имея понятия сколько это будет стоить, я достал из кармана запечатанную пачку пятитысячных и отсчитав шесть купюр, сунул ему, сказав, что в счет аванса. Также добавил, что если он не будет подолгу задерживаться у столика и обсуждать заказы, то после получит одну такую, как чаевые. После этого, появление официанта было сравнимо с порывами ветра.

Мы просидели с Кристал около часа. Я травил какие-то байки, она смеялась и мир вокруг меня сиял уже по-другому. Я не буду вдаваться в подробности своих историй, скажу лишь, что все они из серии "А однажды мы с оркестром". В какой-то момент Кристал встала, села ко мне на колени и, обвив шею руками, поцеловала. Весь мой организм затрепетал. Я был заблудившимся путником в пустыне, которому внезапно дали стакан воды. Я был… Здесь можно привести множество сравнений.

Я обнял Кристал и прижал к себе. Я почувствовал её грудь, набухшие соски и сердце, которое бешено колотилось. Казалось, бери такси и домой, но я хотел побыть с ней еще в одном месте, вообще в двух, но судьба распорядилась иначе. Это было для меня не естественно. Обычно, после такого вечера, я мчался с новой пассией домой, но Кристал была особенной, и я хотел открыть ей частичку своей души, пусть, ей это может быть и не интересным.

Через несколько минут мы стояли перед входом в Третьяковскую галерею. Она уже закрывалась, но там работал Чирик. Это знакомый с моего подъезда. Учился на кафедре какого-то искусства и подрабатывал здесь. Постоянно занимал, правда всегда отдавал прежде, чем занять по новой.

– Чирик ты мне должен, помнишь? Я спишу долг, но мне нужно внутрь, всего минут на двадцать, – сказал я по телефону.

Он что-то промычал в ответ, из чего я разобрал только одно, что нам нужен черный ход. Мы прошли в переулок. Чирик стоял около открытой двери и курил. Он замер, когда увидел Кристал.

– Двадцать минут и можешь забыть про долг, – сказал я и прошел вместе с Кристал внутрь.

Я знал, что он не откажет. Пятерка для студента, пусть и работающего – много. Да и к кому он придет в следующий раз занимать, если откажет сейчас?

Мы шли по опустевшим коридорам галереи. Лица с портретов смотрели на нас по-разному: с улыбкой, угрозой, насмешкой.

– Мы идем смотреть что-то особенное?

В Третьяковке была одна картина, да что там в Третьяковке. Я не был силен в искусстве, но из всех картин, что видел, до ужаса нравилась одна. И не нужны «Мона Лиза» Да Винчи и «Подсолнухи» Ван Гога.

– Да. Ты когда-нибудь здесь была?

Кристал покачала головой.

Атмосфера была немного напряженной, и я испугался одного, что не посмотрел в интернете, не вывезли картину на очередной показ куда-либо. Пройдя знакомый коридор, я увидел включенную подсветку и выдохнул.

– Слышала такого художника Верещагина? -

Кристал мотнула головой.

Пройдя двери, я остановился и посмотрел на левую стену. Картина висела там, где и должна была. Кристал остановилась, как вкопанная, отчего меня дернуло назад.

– А как…

– Апофеоз войны.

Кристал смотрела с широко открытыми глазами, как и тогда на балконе.

Выжженная земля без какого-либо намека на растительность, обгорелые деревья, стая падальщиков и на переднем плане огромная гора человеческих черепов. Все это было грустно, но картина мне очень нравилась, так как имела очень глубокий смысл. Кристал посмотрела на меня.

– Я как та земля, которой нужна влага, – сказал я.

Кристал улыбнулась, подошла ближе, и мы уже, не помню в которой раз за вечер, целовались. Я хотел показать ей еще одно место, один памятник, но было уже поздновато и я решил, что в следующий раз. В коридоре появился Чирик, быстро-быстро тыча правой рукой по запястью левой. Я посмотрел на часы. Мы были в галерее уже больше часа.

– Буду должен, – кинул я, когда Чирик закрывал за нами дверь.

– Да не стоит. Чего не сделаешь для хорошего человека, – ответил он.

Мы приехали домой около девяти вечера и набросились друг на друга, словно, животные.

Это был первый, но не последний раз, когда я узнал, что настоящий вечер заканчивается в пять утра.

Было начало одиннадцатого, когда я открыл глаза и улыбнулся, сквозь открытый балкон, новому дню. Кристал уже не было, чему я не удивился, как и не было её машины. Я прошел на кухню, включил чайник. Я был бодр и свеж, но привычка есть привычка. Я налил кофе, сделал пару бутербродов и, быстро их сжевав, закурил. Минут через пятнадцать раздался стук в дверь. Я не поверил и правильно сделал – на пороге стоял Чирик.

– Тут такое дело…

– Сколько?

– Чирик, – ответил Чирик.

Я гоготнул. Я всегда так делал, правда не всегда он просил десятку. Открыл верхний ящик под зеркалом и выудил пару пятерок.

– Одна за вчерашнюю задержку, вторую будешь должен.

Я давно не видел Чирика таким сияющим.

– А ты я смотрю неплохо после галереи провел время.

Я, наверно, как-то не естественно посмотрел на него, отчего Чирик весь сжался.

– Свободен. Не до тебя сейчас, – и закрыл дверь.

Закрыв ящик, я прошел в комнату и взял телефон.

Кстати, насчет денег. Я ими не сорил, ведь их было не так много, но на жизнь, если не работать, должно было хватить. В ящике всегда лежала десятка и, думаю, уже понятно для кого. А насчет пачки в ресторане, то таких у меня было две. Даже три, но та была в долларах и на черный день. Я порой вспоминал о ней, но редко. Спросите откуда? От Алекса, но об этом чуть позже. И да, я давно ждал такого момента, как на кануне вечером в ресторане.

На экране телефона отображалось одно новое сообщение от неизвестного абонента.

"Это было волшебно. Надеюсь, скоро повторим. Чмок"

Я улыбнулся. Я еще и еще раз перебирал вчерашний день, и улыбка не исчезала до самого вечера. Я решил, что сегодня останусь дома.

На следующее утро я проснулся рано, но все таким же бодрым. Прошел на кухню, окинув взглядом спящего на уголке Алекса, и принялся готовить завтрак. Почему я не удивился? Так это уже было …даже и не припомню в который раз. Алекс открыл глаза и виновато посмотрел на меня.

– Сосед, я это…

– Хватит постоянно извиняться, мы решили этот вопрос уже…, – я задумался…лет пять назад. Лучше иди в зал или мою спальню и поспи нормально.

– В комнату хозяина квартиры ни ногой, – сказал он в нашу первую встречу и потому отправился в зал.

Наверно, теперь настало время рассказать об Алексе.

Я слышал об этом человеке довольно много. О его ревнивой жене, несметных сокровищах, красотках-любовницах, но никогда не здоровался и не был знаком лично. Лишь знал, что все называют его Алексом.

Мне было девятнадцать или двадцать. Я возвращался около двух ночи с очередной вечеринки и, что удивительно, один. Я постоял на площадке первого этажа, в размышлениях, а может подняться на лифте? Но я их не любил, боялся застрять, да и четвертый этаж не был Олимпом. Я ступил на площадку третьего этажа и увидел Алекса, сидящего в одних семейках на ступеньках. Несметные сокровища? Я чуть не рассмеялся. На нем также была белая майка и протертые, в районе пальцев, тапочки. Он испуганно посмотрел на меня, отчего я протрезвел на месте.

– Сосед, ну что за дела. Вставай, – сказал я и продолжил подниматься.

Алекс настороженно посмотрел, но встал и направился за мной, благо идти не далеко.

– Не знаю, что стряслось, но разве я могу оставить соседа в холодном подъезде посреди ночи? – сказал я, и указал на кухню, как только мы зашли в квартиру.

Было лето, но в подъезде, в это время, всегда было прохладно.

– Чай, кофе или что покрепче?

Алекс смотрел на меня оценивающе, видимо, пытался понять друг перед ним или враг.

– Алекс. Да я знаю, что тебя так все называют, возможно, кроме тебя. Я слышал невероятные истории о тебе, но бывает всякое. Я твой сосед и помогаю без какой-либо корысти. Кофе, чай здесь. Что покрепче и еда в холодильнике. Чувствуй себя как дома.

– А ворчать на меня будешь?

– Тебе смотрю этого очень не хватает.

Мы рассмеялись. Алекс был низкого роста с довольно большим животом. Майка растянулась на нем, как девичий топ на тяжелоатлете. Его маленькие, глубоко посаженные, глаза смотрели на меня сквозь линзы круглых очков. Он напоминал мне мышонка-переростка.

– Спать можно здесь, в зале или могу уступить комнату.

– В комнату хозяина квартиры ни ногой.

В ту ночь он лег в зале. За следующий месяц он ночевал у меня раз пять. Самое интересное было то, что каждое утро в дверь стучала его жена. Блондинка лет сорока, стрижка каре, впалые щеки и невероятно большие глаза. Она всегда была в бледно-фиолетовом халате и потертых тапочках. В первый раз я сказал, что она ошиблась, но во второй, Алекс сам вышел к ней. Она взяла его под руку и, эта счастливая пара, пошла домой. В один раз я не выдержал и спросил:

– Алекс, да что происходит? Вечером ты сидишь, как провинившийся мышонок…Да, да. Я сказал именно так…а утром, как ни в чем не бывало, идешь домой.

– Понимаешь. Сначала это было игрой, но со временем переросло в реальность. Раньше я спал на кухне, а теперь в подъезде. Но каждое утро, приходя домой мы вспоминаем и смеемся. Мы были у многих психологов, но…

– Так это болезнь?

– Что-то в этом роде. Жанна начинает скандалить, истерить и грозиться покончить с собой. Раз я не послушал её и остался. Она полоснула ножом по руке…еле спасли.

Я хотел было спросить, почему он с ней не расстанется, но он опередил меня.

– Оттого, отчего многие сходят с ума. Любовь.

– Тогда у меня лишь один вопрос, что это за игра?

Алекс отпил из стакана виски, достал сигарету и, как-то странно на меня посмотрев, сказал:

– Ты же понимаешь, что в каждой семье свои секреты и не думаю, что правильно рассказать свой.

Я правильно догадался, что игра эта происходит в постели, но меня распирало любопытство.

– Этот секрет останется в стенах этой кухни, и я никогда не подам вида при твоей жене, что знаю о нем.

– Это очень личное, – резко ответил он и добавил, – как-нибудь в другой раз.

Обычно это означает никогда, но забегу вперед и скажу, что он все же рассказал мне, спустя пару месяцев после смерти жены. Ей было около шестидесяти и бедный Алекс. Я редко был на похоронах, наверно в силу возраста, но на Алекса страшно было смотреть. Бледный, губы дрожали, хотя на улице был июль. И все же в дань уважения к его жене, я не буду рассказывать об этой игре

Стоит только добавить об одном случае, когда мне перепали те пачки денег и то, когда я понял, что один из слухов об Алексе был правдой.

Стояла поздняя осень. Я возвращался, не помню уже откуда и, подойдя к подъезду увидел стоящего там Алекса. Он смотрел испуганными глазами, сжимая в руках пакет с изображением весенних цветов.

– Можно к тебе? – спросил он.

– Ты же знаешь где ключ, чего ждешь-то?

– Я забыл свои ключи, а код и не помню и, как на зло, уже полчаса никто не выходит.

Алекс уселся на кухонный уголок, не выпуская из рук пакета и еще сильнее прижимая его к себе.

– Да ты не бойся, если там деньги. Мне чужого не надо.

Я знал Алекса на тот момент уже года три, но не понимал его поведения. Он приходил ночевать после очередной игры с женой раз по пять-семь в месяц. У меня не было миллионов, но я никогда и не подумал бы, что Алекс на такое способен.

– Ты уверен? – спросил он.

Я закатил глаза и снял чайник с плиты.

– Тогда смотри.

Он поставил пакет на стол, сдвинув в сторону графин со стаканами. Обычный пакет с непонятным содержимым сверху закрытым другий пакетом. Я его снял и…

Вы когда-нибудь срывали джек.пот в казино? Или может перепадало хорошее наследство? Мне нет и потому мне сложно описать свои эмоции.

…пакет был забит пачками денег. Нет.нет, не одними рублями. Были пачки евро, долларов, также разобрал дойчмарки, фунты и еще мне неизвестные.

– Алекс откуда!?

– Это мой бизнес.

Сказать по правде, мне сейчас за сорок, есть двое детей в возрасте восемь и десять лет, но я до сих пор не знаю, что за бизнес ведет Алекс. Спрашивать бесполезно, а сам он навряд ли расскажет.

В момент, когда я смотрел на деньги, то припомнил что видел Алекса с пакетом не раз. Попытался припомнить сколько раз видел, и подумал о том, сколько не видел, но перед глазами стояли его протертые тапочки. Я хихикнул.

– Я давно хотел отблагодарить тебя за возможность переночевать…начал Алекс, но я тут же его перебил.

– Алекс не вздумай. У меня хватает средств на жизнь, а закончатся – пойду работать.

– Но…

– Почему ты не купишь себе квартиру в этом подъезде? – спросил я.

Раздался звонок, оставив мой вопрос без ответа. На пороге стояла Жанна. Алекс подошел через пару секунд, и они удалились. На кухне меня ждал подарок: две пачки пятитысячных и одна сто долларовых купюр. Здесь сыграла моя, может жадность, а может, я посчитал это правильным. Рублями я позже воспользуюсь, а валюту спрятал надежно и практически забыл о ней.

Прошло около двух недель, как я виделся с Кристал. Каждую минуту я сидел в ожидании ее звонка, но она, словно, забыла обо мне. Я ходил по квартире и, казалось, она была тут совсем недавно. Я вспомнил прогулку по Арбату, ресторан, Третьяковку и ночь, которую мы подарили друг другу. Было около четырех дня. Я сидел на балконе, развалившись в кресле, которое всегда мечтал тут поставить, попивал холодное пиво, курил и вспоминал Кристал. Спустя несколько минут прошел в комнату, взял подушку и зарылся в ней. Я ощутил слабый, но явственный запах Кристал и понял, что начинаю сходить с ума. Мне вспомнился рассказ одного из писателей, когда парень ждал любимую, а она не приезжала. В итоге он стал бредить ей, вышел в сад и застрелился. Оружия в доме я не держал, но ведь способов уйти из жизни не мало. Может с ней что случилось? подумал я, как вдруг раздался глухой удар. Я выглянул на балкон. Средних размеров ворон бился в стекло. Удар, еще удар, еще. Стекло треснуло, покрывшись кровью. Птица ударилась еще пару раз и улетела. Я стоял в оцепенении. То, что это плохая примета – известно всем и потому я стоял неподвижно минут пять. Я вылетел за дверь и спустился на третий этаж, постучав в квартиру Алекса. Открыла жена все в том же выцветшем халате под которым я заметил край кожаной одежды.

– Алекс дома? С ним все в порядке?

– Он сейчас не может говорить. Он…

– Пожалуйста.

Жанна прикрыла дверь и прошла в дальнюю комнату. Через несколько секунд послышался крик Алекса:

– Со мной все в порядке, а что случилось?

– Все нормально. Больше не смею отвлекать, – крикнул я сквозь щель приоткрытой двери и рванул в свою квартиру.

Неужели с Кристал что-то случилось? Я стал широкими шагами мерить квартиру. Мысли в голове сменялись со скоростью света. Одна, десятая, двадцатая и одна хуже другой. Я выдохнул и закурил. Нужно было что-то делать, но что я мог? Кристал была каким-то провидением в жизни, появившись на миг и исчезнув навсегда.

Теперь стоит упомянуть о моих друзьях. Нас было четверо, которых судьба свела однажды вместе. Вскоре один из друзей для меня умер в переносном смысле. Я знал, Андрей и Женька общаются с Сашкой, но меня это не волновало. Они даже раз спросили, не против ли я, на что получили мое безразличие.

Общайтесь, только без меня, ответил я тогда.

Это случилось, когда мне было восемнадцать. Я промотался год после школы, в армию не забрали и, решив взяться за ум, поступил на заочное в один из столичных институтов. Мотаться, хоть и всего две недели, на другой конец города было лень, и я решил найти жилище рядом. Своего общежития у института не было, но зато рядом с гардеробом висела доска с различными объявлениями о совместном проживании. Мысль о том, чтобы поселиться с какой-нибудь девушкой была заманчива, но тогда меня привлекло одно объявление.

"Соображать на троих становится все сложнее. Ищем четвертого компаньона для распития всякой дряни" и ниже телефон. Я позвонил не колеблясь.

Мы жили вчетвером в огромной сталинской трёшке. Четыре парня, которые в последствии стали лучшими друзьями, ну почти все. Мы постоянно зависали в клубах и учебы я практически не помню. Помню лишь, что отдал немало денег во время каждой сессии. Андрей был старше меня на три года. Учился в военной академии, желая стать следователем или вообще попасть в убойный отдел, в чем очень вскоре преуспел. Женька учился на врача. На какого именно было не понятно, но он всегда говорил, что главное диплом, а мама его потом устроит. Сашка просто учился то ли на экономиста, то ли на бухгалтера. Я жил по пару месяцев с ними, потом дома, но раза пару-тройку раз в неделю мы постоянно выбирались на шумные вечеринки. Квартира принадлежала родителям Женьки и плата была чисто символическая. Как-то раз я спросил, зачем нужен был четвертый, на что получил ответ, что им нужен был заводила и когда они открыли мне дверь, то поняли, что я именно тот, кто нужен. Мы гуляли, как могли, и после каждой вечеринки редко возвращались вместе. Но на утро собирались вместе и рассказывали: кто, где, с кем и как. Шло время, и мы начали все реже видеться. Женька днями и ночами стал пропадать в частной клинике, куда его устроила мать. Как он говорил, это была клиника для важных персон, звезд и работников различных государственных структур. Он обещал нам как-нибудь рассказать. Я даже думал, что никогда и не узнаю этого, но судьба вела свою игру. Андрей уже вовсю проходил практику в убойном. Несколько раз был на операциях. Получил пару ранений, а с ними благодарности и повышения. Это была редкость, но в свои двадцать восемь он имел звание подполковника и был руководителем одного из отделов по специальным операциям. Сашка умер для меня, когда мне было двадцать два. Не буду описывать подробностей, но ох уж эта любовь.

Я взял телефон и, после некоторых раздумий, нажал кнопку вызова.

– Чувак, чем могу быть полезен? – раздался бодрый голос Андрея.

– Нужно срочно встретиться и желательно у тебя на работе.

– Что-то мне не нравится твой голос. Всё нормально?

Недавно, я был немного обижен на ребят. Я не мог простить им того, что они не поддержали меня после потери родителей, но в мае, перед поездкой в тесную двушку, приехал Андрей и вправил мне мозги.

– Ты че такое говоришь?! А кто помогал с поминками? Кто заказывал автобус и организовывал всё?

– Вроде родственники того мужика.

–......, – выругался Андрей.

Он тогда не обиделся, понимая моё состояние, но осадок похоже остался.

Через час я сидел в его кабинете, который располагался в центре. Обычное здание с неброской вывеской "Государственный научный институт". Что именно там изучали не указано, но никто и не обращал внимания. Таких зданий не мало в столице, и кто его знает, чем эти институты являются на самом деле.

Было около шести, но работа в отделе только начиналась.

– Итак, чем могу помочь?

Андрею я доверял всецело и полностью и потому рассказал всё, начав с похода в двушку и окончив ночью с Кристал. Андрей слушал внимательно, впитывая каждое слово и изучая попутно мою реакцию. Надо сказать, это было его главным оружием в успехах. Он был не просто хорошим психологом, он читал людей, как открытые книги. Он знал, когда врут, когда приукрашивают, когда говорят правду, а когда просто не договаривают.

– А фото её есть? – это был первый вопрос, который он задал, выслушав меня.

Я ударил себя по лбу ладонью. В наше время, когда фотографировать можно на телефон, я этого не сделал.

– А она тебя крепко зацепила, прям как…

Он замолчал. Он хотел сказать Настя, но не стал.

– Посиди пару минут. Я сейчас.

Спустя минут пять, Андрей появился вместе с мужчиной лет пятидесяти: строгий костюм, лысоват, гладко выбрит и очень резкий запах одеколона.

– Это Дмитрий Павлович – глава нашего управления. Думаю, он сможет помочь. Я рассказал ему основные моменты о тех ребятах и у него пара вопросов.

Я протянул руку и поздоровался.

– У неё точно звание майор?

– Так к ней обратился один из ребят.

– Кстати о них, форму помнишь и что за машина?

– Машина черный мини автобус, форма как форма, но вот нашивка. Орел с расправленными крыльями на приподнятой каске под которой пусто.

Брови Дмитрия Павловича дернулись вверх.

– Извините господа, но я не смогу Вам помочь.

Он знал, но, видимо, боялся.

– Дмитрий Павлович…, – начал я.

– Оставьте это. Вы даже не представляете кто они. С ними не то, что не стоит связываться, о них даже говорить не следует.

Он собрался уходить.

– Дмитрий Павлович вы верите в приметы? – спросил я.

Он остановился.

– У тебя десять секунд.

– Я не хочу знать кто они и чем занимаются. Я предполагаю, что настоящие имена они, возможно, и сами уже не помнят. Я лишь хочу знать одно, что Кристал в порядке. Вы работаете в данной структуре давно и знаете многих людей. Не в обиду, но если вопрос в деньгах…

Он поднял руку, прервав меня.

– Выйдите.

Сложно сказать, что именно заставило его помочь, но как только мы вышли, Дмитрий Павлович достал телефон. Он говорил около минуты, после чего махнул нам.

– Посиди минут десять. За тобой приедут.

У меня, как говорят, всё опустилось. Я понял, ведь почувствовал уже давно, что с Кристал приключилась беда. Мы сидели в полном молчании минут семь, как в комнату вошли двое крепких парней. Строгие костюмы, белоснежные рубашки, галстуки, блестящие черные ботинки, этакие люди в чёрном. Я присмотрелся к одному и чуть не свалился со стула – это был Радик. Хотел было поздороваться, но тот, едва заметно, мотнул головой.

– Ну что Казанова, – сказал второй, – Поехали.

Андрей с Дмитрий Павловичем не успели и слова сказать, как мы уже вышли с кабинета. Я лишь успел посмотреть на Андрея и приложить руку, с оттопыренными мизинцем и большим пальцем, к уху. Я сел в уже знакомую машину и, спустя каких-то минут двадцать, мы остановились у современного здания в двадцать этажей.

– Я не знаю тебя и не знаю почему она так поступила, но ты есть в списке разрешенных посетителей.

– Видимо особенный, – ответил я и улыбнулся.

Но Радик не улыбнулся и, готов поклясться, на его глазах выступили слезы. Он быстро одел очки, чтобы скрыть это.

Я вышел из машины. Бонды продолжали сидеть.

– А вы?

– Я же говорю, не понимаю почему ты, а не я!

Я был и тронут, и ошарашен. Как рассказал мне Радик в машине, Кристал, через неделю после нашего свидания, изменила имя человека, который в сложных ситуациях, может принимать за неё решения, но была одна загвоздка…

На крыльце стояла симпатичная девушка лет двадцати пяти. В белом халате, неплохой фигурой и улыбкой в пол-лица.

– Пройдёмте.

Мы поднялись на одиннадцатый.

– Сюда.

Мы проходили палату за палатой. Было тихо, лишь негромкие всхлипывания доносились из палат. Мы остановились у одной из них.

– Здесь, и до самого последнего этажа, лежат пациенты с…

Её слова растворились в воздухе. Кристал лежала прямо передо мной за стеклом. С носа, рта торчали трубки, которые тянулись к приборам, стоявшим по обе стороны кровати. Я понял, что всё плохо, затем прижался к стеклу и заплакал. Я смотрел на Кристал, а она лежала неподвижно с закрытыми глазами, лишь пиканье приборов нарушало тишину, да очередные всхлипывания.

– Что с ней?

– К вам сейчас подойдет…

Помните я говорил про судьбу?

– Женька?

Повисла тишина. С одной из палат вышел мужчина, посмотрел по сторонам и, увидев нас, приставил палец к губам.

– А Вы знакомы?

– Помнишь моего друга, с которым ты хотела познакомиться?

Девушка удивленно посмотрела на меня, но сейчас было не до знакомств.

– У меня дела, – сказала она и удалилась.

– И что ты обо мне рассказывал?

– Только лучшее и, кстати, кто она тебе?

Я продолжал смотреть на Кристал, прислонившись к окну и рассказал все, что недавно поведал Андрею, а также встречу с ним и поездку до клиники. Женьку редко можно было удивить, но я это сделал.

– Что с ней?

– Пуля попала в позвоночник, задеты…он начал приводить свои медицинские термины.

– По-человечески можно?

– Всё плохо. Она в коме.

– Как давно её привезли?

Ответ меня не удивил.

– Около четырех дня.

– А пулю вытащить пробовали?

– Нужно согласие родственников, а у нее ни мужа, ни родителей, даже точных данных не указано.

– Все настолько плохо?

– Во время операции может произойти все, что угодно, а в таком случае велик риск…

Он не договорил, но я и так все прекрасно понимал.

Многие, а может единицы, в данной ситуации смирились бы с неизбежным, но я был молод и совершать необдуманные, но, по-моему, мнению тогда, правильные поступки, было обыденным делом.

Я взял себя в руки, протер глаза и, сказав Женьке до встречи, вышел на улицу. Машина агентов все еще стояла на улице, дверь открыта, а под ней гора окурков. Они чего-то ждали, может кого-то. Радик выронил сигарету, когда увидел меня. Он никогда не говорил, а я и не спрашивал, что могло испугать в тот момент такого профессионала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.