Татьяна Васильцова
Время платить по счетам, или Как исполняется мечта

Моему мужу Василию посвящается

Глава 1
Кошмарный сон.

Николая давило и сжимало со всех сторон, тело плавилось от жары, вокруг всё хлюпало, абсолютная тьма, легкие как будто слиплись, какие-то упругие жернова грозили переломать ему все кости, что-то толкало вперёд и … Он закричал и проснулся.

– Что ты кричишь, как потерпевший? – сонно пробормотала Ленка.

– Да, кошмар приснился. – тяжело вздохнув, ответил он жене.

Этот сон снился уже не первый раз и Николаю казалось, будто он умирает, было страшно.

Он потянулся рукой к тумбочке, попытался нащупать сигареты, но их не было. Николай открыл глаза и резко сел, огляделся.

«Где это мы?» – мелькнуло в голове. Высокие потолки были украшены росписью в стиле Сикстинской капеллы, на одной стене комнаты большое панорамное окно, через которое виднелся сад, противоположная стена была стеклянной и за ней был бассейн. Большая кровать с приятным упругим матрацем, картины на стенах, розовые прикроватные тумбочки на которых стояли изящные светильники викторианской эпохи. Розовые прикроватные коврики с высоким ворсом и белые, пушистые тапочки.

Комната была большая – «около 30 квадратов» – прикинул Николай. В молодости он подрабатывал на ремонтах квартир и теперь легко, на глазок, мог определить площадь помещения. Отделана, как номер для новобрачных в отеле. В углу стояло кресло, повёрнутое в сторону сада. Персиковые стены с итальянской декоративной штукатуркой, паркет на полу. Всё было очень дорого и роскошно.

– Лена, где мы?

Николай положил руку на бедро жены и тут же отдёрнул её. Бедро было гладким и упругим, как 15 лет назад, когда они только поженились. Тогда его так восхитила фигура девушки, что он уже на втором свидании сделал ей предложение, упускать такую красоту было нельзя. Однако, после двух родов жена расплылась на 20 килограммов и, хотя пропорции сохранила, но, красивые и упругие формы были покрыты слоем мягкого жира.

Сейчас всё было по-другому. Рядом Николаем лежала та самая Ленка, о первой брачной ночи с которой он мечтал три месяца.

«Я что, переместился в прошлое???» – Николай никак не мог соотнести всё, что он видел каждое утро, с тем, что он видел сейчас. Он вспомнил, как на его просьбу выйти за него замуж, Лена ответила, что она согласна, но при одном условии: они подают заявление в ЗАГС и продолжают встречаться только по выходным дням, ходят в кино, гуляют, а секс будет только после свадьбы. Николая поразило это условие, он-то рассчитывал, что она завтра же или даже сегодня переедет в его квартиру. Но, он был так влюблён, что согласился на её условия.

«Был влюблён» – эхом отозвалось в голове, он и сейчас влюблён в свою жену. Все его опасения, что после свадьбы она может превратиться в медузу-горгону, не оправдались. Лена была замечательной женой, хорошей хозяйкой и любовницей, заботливой матерью их детям.

«Почему была? Вот же она рядом» – по дыханию жены Николай понял, что она уже проснулась и просто нежится, как она любит это делать по выходным, если у неё не было смены в парикмахерской.

«Если я переместился в прошлое, то какой сейчас год? И где мы? Мы никогда в таком месте не отдыхали»

– Ленуся, как спалось?

– М-м-м-м … чудесно. – женщина повернулась к нему и Николай напрягся.

Да, это была его Лена, но какая-то совсем другая. На него смотрела зрелая, сорокалетняя, ухоженная женщина. Тонкая шелковая ночная рубашка подчёркивала все изгибы чувственного, сочного, как наливное яблочко, тела. Это было не прошлое, это было какое-то другое время.

– Лена, где мы?

– Как где? Дома. Ты что, заболел? – она протянула руку и пощупала лоб Николая. – Здоров! Собирайся, у тебя конференция сегодня. Нужно выехать пораньше.

Женщина встала, накинула прозрачный пеньюар и подошла к стене, в которой вдруг открылась дверь, совсем незаметная при первом взгляде.

– Я пошла готовить завтрак. Жду тебя через 20 минут. – сказала она и вышла из комнаты. Дверь автоматически закрылась, слившись со стеной.

Николай оглядел себя и присвистнул. Да, он ходил в качалку, но больше для того, чтобы поговорить с мужиками, а не таскать железо. У него была нормальная фигура, хотя брюшко уже начало появляться. Сейчас вместо «брюшка» на животе Николая красовались «кубики».

«Вот это да-а-а-а-а, куда же меня занесло???»

Мужчина встал, ещё раз обвёл взглядом комнату, взял со стула халат и подошел к стеклянной стене, при его приближении распахнулись две створки двери. Он подошел к краю бассейна, скинул халат и нырнул в приятную прохладу. Бассейн небольшой, метров 10 на 3, с прозрачной водой, на дне бассейна была имитация морского дна с камешками, кораллами, рыбками и черепахой. Николай проплыл 3 круга и лёг на воду. Крыша бассейна была прозрачной и можно было наблюдать за облаками, проплывающими в пронзительно голубом небе.

Глава 2

Вчера

.

Николай вспоминал вчерашний день. Всё было как обычно. Нет, не как обычно. Он, наконец-то, высказал Павлу Петровичу всё, что он думал о своей работе в его компании и написал заявление об увольнении. Оставил его у секретаря, а сам собрал свои вещи в пакет и вышел на остановку троллейбуса.

Пока троллейбус полз в пробке, Николай пытался понять, как так получилось, что сейчас, на пороге своего сорокалетия, он оказался никчёмным человеком. Нет, не совсем никчёмным, у него была прекрасная семья, любимая жена, сын-пятиклассник и дочурка-второклашка. У него были друзья, с которым он иногда выбирался на рыбалку. Но в общем жизнь была похожа на день сурка, скучная работа в склочном коллективе, компьютерные игры, 2 раза в неделю поход в «Железный подвал», который давал ему видимость заботы о своем здоровье. А дальше что?

Что дальше? Особенно теперь, когда с работой покончено, а найти новую в наше время не так-то просто.

Он вышел на остановку раньше и зашел в «Салун». Это оригинальное заведение 2 года назад открыл его одноклассник Сашка Березанский. Они не виделись с самого выпускного. Николай подал документы в местный институт, а Сашка подался на севера, «за удачей и запахом тайги». И вот, через двадцать лет вернулся.

Николай, как обычно, прошел к барной стойке, сел на стул и ждал, пока Сашка расставит кружки с пивом на третьем столике справа. Там устроилась весёлая компания, три парня и три девушки. Похоже, что парни только что познакомились с девушками, потому что женские голоса были слишком громкими, нарочитый смех и некоторая дистанция говорили о том, это не близкие друзья.

Николай всегда с удовольствием наблюдал за другими людьми, пытался угадать, чем они занимаются, придумывал им истории жизни. Иногда он знакомился с кем-то из посетителей, завязывалась беседа и … Николай уже не удивлялся, что в процессе разговора выяснялось, что и имя, и род занятий, и даже семейное положение, он угадывал. Но, сейчас ему не хотелось думать об этих молодых людях и тем более знакомится с ними. На душе было паршиво.

Он повёл взглядом по залу. Справа, кроме шумной компании, никого больше не было. В левом углу сидели двое мужчин, возможно деловые партнёры, они явно о чём-то договаривались. А за четвёртым столом сидел седой мужчина, в старом клетчатом пиджаке, как с чужого плеча. Он смотрел в свою кружку и как будто дремал.

Сашка вернулся за стойку, налил Николаю тёмного баварского и подвинул тарелочку с орешками.

– Что ты, Сударь, голову повесил? Аль кручина какая напала? – Сашка любил поюморить.

– Я уволился. Теперь не знаю, что делать.

– Ого! Ну ты смелый парень. А чем тебя твоя IT-стезя не устраивает.

– Да достало всё!!! Что я им, мальчик на побегушках??? Я для чего институт заканчивал, чтобы делать то, что любой школьник может сделать???

– Ну-ну, не кипятись. Тебе же хорошо платили.

– Ну, если это можно назвать «хорошо»! На ипотеку и отдых в Анапе раз в 3 года хватало.

– Может оно и к лучшему. – бармен вдруг сменил тон. – Теперь ты наконец-то сможешь заняться тем, о чём мечтал в детстве.

– О чём мечтал в детстве. – эхом отозвался Николай. – Ты же знаешь о чём я мечтал в детстве.

– Мечты сбываются! – уверенно проговорил Сашка и посмотрел в сторону мужичка в клетчатом пиджаке.

Николай проследил за его взглядом и оцепенел: «Папа» – как обухом шарахнула мысль.

***

Николая растила одна мама. Бабушка и дедушка погибли в автокатастрофе, когда маме было 17 лет. Она очень рано вышла замуж, надеялась, что муж будет о ней заботиться, но он слинял, когда Коле не исполнилось ещё и три года. С тех пор они его не видели. Мама никогда не говорила о папе плохо, несмотря на то, что он даже алиментов не присылал. Мама хорошая швея, у неё всегда было много заказов и её доход позволял им вдвоём хорошо жить, хоть и без излишеств.

Когда Николай поступил в институт, мама вышла замуж второй раз. Опять не очень удачно, через пять лет они расстались. Но это не помешало маме вскоре выйти замуж в третий раз. Этот брак был более удачным, но, увы, закончился смертью маминого мужа от инсульта.

Николай никогда не называл маминых мужей «папа», он уже вырос из того возраста, когда хочется кого-то называть «папа». Однажды Николай спросил маму, почему она не выходила замуж, пока он был маленький. Мама вздохнула, пожала плечами и, смотря в сторону сказала:

– Я не хотела, чтобы у тебя был отчим.

Тогда Николай понял, что мама просто любила его отца и надеялась, что он вернётся.

***

И вот теперь, здесь, в этом прокуренном салуне, сидел человек, которого любила его мама, которого он сам то любил, то ненавидел. Сейчас Николай и сам не понимал, как так получилось, что он узнал его. Да, мама не стала выкидывать папины фотографии, и Николай видел отца, молодого, тридцатилетнего мужчину. Прошло 37 лет.

Мужчина встал, подошел к барной стойке:

– Пришло время платить по счетам! – сказал он, положил на стойку две сторублёвые купюры и вышел из бара.

Николай в оцепенении смотрел ему вслед, потом достал деньги, пожал руку Сашке и побежал за отцом. Но, того на улице уже не было. От остановки отходил автобус, возможно он был в нём, хотя трудно было предположить, что такой пожилой мужчина успеет так быстро пробежать расстояние от двери «Салуна» до остановки.

Николай дошел до ближайшего угла дома, зашел во двор, но отца там не было. В том, что был именно его отец, он даже не сомневался. «Позвонить маме» – мелькнула мысль. – «А нужно ли?» Месяц назад мама вышла замуж за доктора, который лечил её третьего мужа. Доктор был всего на 7 лет старше Николая и на роль «отчима» никак не годился. Вообще, Николаю было не понятно, как его мама притягивала мужчин. Причём только папа был на 7 лет старше, другие мужья были моложе мамы: на 3 года, на 2 года, вот теперь на 13 лет!!! Да, мама была очень красивой и годы почти не оставляли на ней своих следов. Казалось, что в возрасте «ягодки» она законсервировалась.

Николай достал телефон:

– Мама, привет. Как дела?

– Всё хорошо, сынок. Вы придёте в субботу на ужин? Я звонила Елене, но она сказала, что ты куда-то собирался.

Мама всегда называла Ленку – Елена, и, несмотря на то, что отношения между свекровью и снохой были хорошими, мама почему-то держала дистанцию и не стремилась признать в ней дочь. Хотя Лена и называла её мамой, и часто советовалась с ней особенно в первые годы их семейной жизни.

– Мама, я планировал поехать с друзьями на рыбалку. А что у вас за мероприятие? – мама редко так официально приглашала их в гости, обычно она приезжала к ним сама.

– У Эдуарда Анатольевича день рождения. Он хочет, чтобы мы собрались всей семьёй.

«Ах, у Эдуарда Анатольевича день рождения, и он хочет!!!» – Николай почему-то разозлился.

– Мама, я сейчас папу видел. – резко сказал он.

– Папу? – мама растерянно замолчала. – Где ты его видел?

– Я был у друга в баре. Мам, прости, я наверно обознался. Мы приедем в субботу на день рождения Эдуарда Анатольевича.

Николаю стало стыдно. Мама отдала ему всю свою молодость, много работала, чтобы он ни в чём не нуждался, и, конечно, она заслужила семейное счастье. В конце концов Эдуард Анатольевич действительно любил маму, иначе зачем бы он женился на женщине значительно старше себя. Мама не была богата, и даже квартира, в которой она жила, уже давно была переписана на Николая. Ведь только под залог этой квартиры они смогли получить кредит на ремонт квартиры, взятой в ипотеку. Абсурд, чтобы переехать в свою квартиру, они заложили мамину квартиру. Кредит давно выплатили, но Николай так и остался собственником маминой квартиры, чтобы не платить налог на переоформление.

– Хорошо. Я вас жду. – тихо сказала мама и прервала звонок.

Николай разозлился на себя. «Вот придурок – ругал он себя, – с работы уволился, какой-то бред с отцом придумал, маму расстроил, ещё и на ужин опаздываю, Лена волнуется». В этот момент зазвонил телефон:

– Ты где? Ужин стынет.

– Бегу, любимая, бегу.

И Николай действительно побежал. Побежал с такой скоростью, на которую только был способен: «Пришло время платить по счетам!» – стучала в голове мысль. Добежав до своего подъезда, он остановился, чтобы замедлить дыхание, сердце билось в горле, пот стекал по лбу, ноги дрожали. «И чего бежал, как оглашенный?» – «Отстань!» – Николай часто разговаривал со своим внутренним голосом, прислушивался к его рекомендациям, извинялся, когда делал наперекор и попадал впросак. Сейчас совсем не хотелось выслушивать мораль, на душе и так было скребли кошки.

Николай медленно зашел в подъезд, поднялся на лифте на 7-й этаж и вставил ключ в замочную скважину. Дверь резко распахнулась. На пороге стояла взволнованная Лена:

– Что-то случилось? Ты чего так бежал? Я в окно видела.

– К тебе спешил, родная моя, – Николай хотел подхватить жену и покружить, как пятнадцать лет назад, но, вовремя вспомнил, что с годами она прибавила в весе: год за полтора кг. Он чмокнул её в нос, поставил пакет на тумбочку, снял кроссовки и пошел в ванную мыть руки.

Глава 3

Завтрак

– Коленька, ты замечтался? Я просила тебя прийти через 20 минут, а уже прошло 25! – Лена стояла у кромки бассейна и укоризненно смотрела на Николая.

– Ой, прости, да-да, что-то я замечтался.

– Давай бегом. – Лена повернулась, чтобы уйти, и тут Николая пронзила мысль «А где здесь кухня???»

– Ленусик, подожди, пойдём вместе. – Николай ухватился за край бортика и вылез из воды.

– Ленусик, – правая бровь жены вопросительно выгнулась.

Николай стал энергично растираться полотенцем, лихорадочно соображая: «Блин, что же это такое? Куда я попал? А вдруг она вообще не Лена? Нет, я называл её Ленуся и Лена, и она нормально реагировала. Вот попал как кур в ощип!!!».

– Леночка, любимая моя, – Николай широко улыбнулся и потянулся губами к губам жены.

Она чмокнула его в губы, потом легонько ладошкой хлопнула по губам и проговорила, капризно оттопырив губку:

– Не смей меня так называть! – она повернулась к двери, а Николай быстро подхватил халат и, завязывая его на ходу, побежал за женой.

По дороге он успел немного оглядеться: большой холл, в котором было четыре двери и лестница на второй этаж. Из первой двери они вышли, это была дверь в спальню. Вот как, изнутри её было не видно, а здесь это была обычная дверь. Ну, не совсем обычная, а большая, двухстворчатая, резная, из натурального дерева. Напротив, вторая, такая же резная и ещё шире. Третья дверь вела на улицу, рядом с ней была полка для обуви, подставка для зонтов и большой шкаф. А за четвёртой дверью уже скрывалась Лена.

Николай прибавил шаг и оказался в просторной столовой совмещённой с кухней. У него аж дух захватило: «Она сказала, что это наш дом?!? Вот это мы кучеряво живём!» Кухня была как с картинки дорогого глянцевого журнала, резная, из массива дуба, со встроенной бытовой техникой, оригинальная подсветка рассеивала тёплый свет, барная стойка отделяла кухню от столовой, в середине которой стоял овальный стол и шесть стульев. «Почему шесть стульев?» – мелькнуло в голове Николая и тут же он получил ответ.

По лестнице, со второго этажа спускались: Антон, да это был Антон, но на несколько килограммов стройнее того, Антона, которому Николай вчера помогал делать доклад по информатике, за ним Настя, Настюша, дочурочка любимая и … девчушка лет 3-х, которую вела за руку пожилая женщина. «Мама? Нет, не может быть, все выглядят похоже, только быть может чуть улучшенные версии, а эта женщина совсем не похожа на маму».

– Папа, привет. – Антон хлопнул отца по руке в привычном жесте приветствия. «Так, тут всё по-прежнему» – выдохнул Николай.

– Папочка, доброе утро. – повисла на отце девочка.

– Доброе утро, моя рыбка, – Николай потормошил девочку.

– Доблое утло, папоська. – прелестное создание протянуло к Николаю ручки. Он подхватил малышку на руки.

– Доброе утро, Николай Андреевич. – женщина остановилась рядом. «Так, это не мама, это няня, это уже хорошо». Николай пошёл к столу, а няня шла рядом, пытаясь поправить сбившийся бантик на голове девочки.

Антон и Настя уже заняли свои места, по подставке на одном стуле было понятно, что это место малышки, а рядом няни. «Во как, мы сидим на противоположных концах стола, прям как графья какие-то!» – Николаю стало смешно, в ответ на его смех, рассмеялись и дети. Лена принесла большое блюдо, накрытое крышкой:

– Что смеёмся? – строго спросила она.

– Просто хорошо и весело. – ответил за всех Николай и ещё громче расхохотался, дети не отставали, тогда к их смеху присоединились и Лена, и няня.

«О! Так мы тут весело живём.» – подумал Николай, и в его груди растеклось приятное тепло.

На блюде были куски омлета с ветчиной и сыром, каждый взял себе сколько хотел, за малышкой ухаживала няня. Николаю очень хотелось говорить, но он боялся ляпнуть что-нибудь лишнее и просто наблюдал за детьми. Да, наличие ножей его поначалу смутило, он конечно умел пользоваться приборами, когда они бывали в ресторанах или в гостях, но дома они обходились вилками. Глядя, как ловко управляются с ножами Антон и Настя, Николай опять напрягся, сколько же ещё сюрпризов ждёт его: как долго он здесь пробудет; что вообще происходит; может он спит? Николай тихонько ущипнул себя за бедро. Нет, не спит. А, ладно, меньше говори и больше слушай – этот принцип помогал ему выживать в серпентарии, который он называл работой. Будь что будет.

Дети говорили о планах на день, Лена комментировала и добавляла, что им ещё нужно будет сделать. Выяснилось., что малышку зовут Аглая, а няню Валентина Петровна. Николай улыбался, кивал и с аппетитом уплетал омлет, оказалось, что и в этой жизни Лена прекрасно готовила.

– Папа, ты заберёшь меня из музыкальной школы? – вдруг обратилась к нему Настя.

– Музыкальной? А балетная студия? – поторопился он с ответом.

– Папа, я уже два года не хожу на балет, у меня нет данных и нет смысла развивать в себе то, что не пригодится в будущем. – назидательно ответила дочь.

– Ах да, прости, забылся. Конечно заберу. – Николай лихорадочно соображал, как бы ему выяснить, где эта школа находится, но тут на помощь пришла жена.

– Настя, мы с папой уедем на конференцию. Приедешь на школьном автобусе.

Девочка недовольно сморщила носик.

«Школьный автобус? Мы что, живём за городом? Что за конференция, про которую Лена говорит уже второй раз? Ладно, разберусь по ходу пьесы!»

Лена принесла чайник и поднос с булочками, а дети поставили на стол чашки и креманки с вареньем.

– Папа, ты помнишь, что завтра выставка? – вдруг спросил Антон.

– Какая выставка? – осторожно переспросил Николай.

– Па-а-а-а-па, ты же сам помогал мне делать модель гидроплана для выставки!

– А, да-да, конечно-конечно!

– Не отвлекай папу, ему нужно готовиться к выступлению. Мы же сказали, что обязательно придём.

«Час от часу не легче, с выставкой прояснилось, теперь – выступление!!! Где? На какую тему? Ёлки-палки, что же мне предстоит???» – «Без паники!» – внутренний голос всегда был на страже душевного равновесия своего хозяина, за что Николай был ему очень благодарен.

– Леночка, напомни мне, какая тема конференции?

– Художники-импрессионисты в современном искусстве!

Николай поперхнулся, Валентина Петровна осторожно похлопала его по спине.

– Что случилось, дорогой? Ты сегодня какой-то странный. Ты поел? Пойди, почитай наброски своего доклада.

– Да, спасибо, любимая, очень вкусно. Я пойду.

Николай вытер рот салфеткой, встал из-за стола и направился к выходу.

– Не вздумай пойти рисовать!!! Я сейчас поднимусь к тебе.

«РИСОВАТЬ!!!» – Николай остановился на пороге кухне и замер с поднятой левой ногой. «РИСОВАТЬ!!! ХУДОЖНИКИ-ИМПРЕССИОНИСТЫ!!!» У него потемнело в глазах, чтобы не упасть, он ухватился за косяк двери, сделал шаг за порог и привалился к стене. Дверь автоматически закрылась. Он постоял, собираясь с мыслями, потом решительно выдохнул и стал подниматься по лестнице. Фраза жены «Я сейчас поднимусь к тебе» помогла сориентироваться в направлении движения.

На втором этаже было шесть дверей. В трёх комнатах были детские, за четвёртой дверью – ванная, в пятой комнате большая игровая со спортивным уголком и бассейном с шариками, а за шестой дверью скрывалась лестница на 3-й этаж. Николай поднялся и ахнул. Здесь была огромная мастерская, заставленная мольбертами и картинами, пройдя по мастерской он подошел к стеклянной стене, в которой открылась дверь, и Николай вышел на террасу, опоясывающую весь дом. Вид захватил его: вокруг дома был сад, за забором лес, поднимавшийся в горы. С другой стороны дома шла дорога, которая спускалась вниз и терялась за поворотом. Были видны крыши домов, но все они были на некотором расстоянии друг от друга.

Николай вернулся в мастерскую и увидел слева стол с компьютером, кожаное директорское кресло и диван, вся мебель была белоснежной. Мужчина присел в кресло, на столе лежала папка с надписью: Художники-импрессионисты в современном искусстве. 20 апреля 2035 года.

«Ёлки-палки, так он в параллельной реальности!!! Ведь вчера было 19 апреля 2035 года»

– Коленька, что ты делаешь? – послышался голос Лены.

– Читаю, Леночка. Во сколько мы выезжаем?

– В 12:30. Пообедаем в «Пабло». Я хочу зайти в «Валентино». Помнишь, я там кофточку присмотрела? Я решила, что всё-таки куплю её и поищу к ней юбку.

– Да, конечно покупай, она тебе очень к лицу.

– Ты как себя чувствуешь? Какой-то ты сегодня странный. Волнуешься из-за конференции. – жена села на подлокотник кресла и Николай с наслаждением погладил её по бедру. Кровь запульсировала во всех пульсирующих органах. – Ну-ну, шалун, сегодня у нас пауза … так что не заводись … – Лена игриво погрозила ему пальцем и обняла за плечи. – Всё будет хорошо. Что ты волнуешься, как будто первый раз выступаешь?

– В таком обществе – первый раз.

– Да ладно, подумаешь общество!!! – она фыркнула и с жаром приникла к его губам.

«Боже, я в Раю!» – подумал Николай, отвечая на поцелуй жены.

– Ну, не буду тебе мешать. – жена отстранилась, встала и пошла к выходу, соблазнительно покачивая бёдрами. – Я приготовила тебе костюм, – Елена обернулась, послала ему воздушный поцелуй и скрылась за дверью.

Николай включил ноутбук. «Опс! Пароль!!!» Он закрыл глаза и вслепую набрал слово. Открыл глаза. «Ура!!! ОНО!!!». Часы на ноуте показывали 9:05, значит у него есть почти 3 часа, чтобы подготовиться к докладу.

Глава 4
Конференция

Николай быстро читал, делал какие-то пометки на полях. В общем, тема была ему знакома. В детстве он мечтал стать художником, лет с трёх он с удовольствием рисовал, мама постоянно покупала ему карандаши, а когда он стал старше, то в доме появились краски. Однако, в художественную школу мама его не отдала. Учёба стоила дорого, плюс нужно было покупать дорогую бумагу и профессиональные краски. А маминых доходов хватало на то, чтобы покупать хорошую одежду и путёвки на всё лето в лагерь на море. Мама считала, что это самое важное: ребёнок должен быть хорошо одет, чтобы не чувствовал себя ущербным среди одноклассников; и лето на море, где ребёнок находил новый круг общения и закалялся, чтобы без простуд прожить непредсказуемую и влажную зиму.

Однако, Николаю удалось поучиться в художественной школе, дистанционно, так сказать. Его друг Сашка учился в художке, которую люто ненавидел.

– Как можно ненавидеть рисовать? – спрашивал его Коля.

– Да, тебе в кайф, когда хочешь, тогда и рисуешь, а мне кучу домашек задают: нарисуйте это – нарисуйте то! – ныл Сашка.

– А давай я буду за тебя рисовать, а ты будешь пересказывать мне то, чему тебя учат? – предложил он другу.

Вот так они и учились, Сашке очень понравилось учить друга, домашнее задание они делали вместе, иногда выходили в парк и рисовали одну картину вдвоём, или Коля рисовал, а Сашка рассказывал что-то о художниках или читал вслух их биографии. После окончания школы родители хотели отправить Сашку в Строгановку, но он наотрез отказался куда-либо поступать и ушел в армию. После которой уехал в Сибирь. А потом они встретились в «Салуне». Николай погрузился было в воспоминания, но, встрепенувшись, углубился в чтение доклада.

Прочитав подготовленный доклад, он просмотрел содержимое ноутбука. Да-а-а-а, ноут был из последних моделей, с хорошей начинкой и лицензионным программным обеспечением. В документах было много информации, связанной с выставками. В почте – переписка с галерейщиками, в последнем письме некто Аполлон Илларьевич сообщал ему, что картина «Другая реальность» продана. Сумма сделки ошеломила Николая, да ему два месяца нужно было париться на работе, да ещё и с премией, а тут … за картину … которую он мог нарисовать за полдня. Нет, конечно, за полдня он бы такую картину не нарисовал. И вообще, он уже забыл, когда брал в руки кисть.

Николай подошел к ближайшему мольберту, на нём стоял портрет пожилой женщины. Картина на следующем мольберте передавала вид из окна. На следующем – парусник на фоне восходящего солнца. На четвёртом – портрет его детей. На пятом – … мама … Николай остановился … мама … чем-то очень грустным повеяло от картины.

Он скорей почувствовал, чем услышал, что кто-то подошел. Резко обернувшись, он чуть не сбил с ног жену. На её глазах были слёзы:

– Она не успела увидеть свой портрет …

Сердце Николая сдавили железные тиски:

– Не-е-е-еттттт – застонал он и упал бы, но Лена подхватила его под мышки и стала целовать в голову, приговаривая:

– Поплачь, поплачь, родной мой, нам всем её очень не хватает.

Николай зарыдал. «Мама, мама, мама» – его как будто били прутьями, страшная боль скрутила всё тело. Он сидел на полу и, как маленький, размазывал слёзы по щекам. Лена сидела рядом и гладила его по голове. Рыдания стихли.

– Вот и хорошо, а то ходишь, как будто из тебя душу вынули. Все там будем. Царствие ей небесное.

Страшная новость ошеломила Николая, он никогда не задумывался о том, что мама может умереть. Ведь они собирались в субботу в гости к ней, а её оказывается уже нет. Его мозг отказывался сопоставить информацию: как же так, он же только вчера с ней разговаривал, наговорил ей глупостей, расстроил её. «Мама, мама, мамочка!!! Я хочу вернуться туда, где мама жива!!! Не хочу этот дом!!! Не хочу эту холёную Ленку, пусть будет толстая, но только бы мама была жива!!!»

Он почувствовал на плече руку жены.

– Пошли одеваться. Если хочешь, мы не поедем в «Валентино», а заедем на кладбище.

– Да, давай заедем. – он никак не мог поверить в то, что мамы нет.

Они спустились на первый этаж, под лестницей была ещё одна дверь, которую утром Николай не заметил, она вела в просторную гардеробную. Быстро переоделись, оказалось, что Лена уже сделала макияж и сейчас лишь подкрасила губы и провела расчёской по роскошным волосам.

Чтобы попасть в гараж, нужно было пройти через столовую, в которой сейчас Валентина Петровна кормила Аглаю. Малышка захлопала в ладоши:

– Мамоська, папоська, какие вы класивые.

– Спасибо, солнышко моё, – Николай чмокнул малышку в носик, а Лена в макушку.

– Мы поедем с папой на конференцию, а ты ложись баиньки, договорились?

– Договолились, мамоська. – девочка послала им воздушный поцелуй и отправила в рот вареничку.

В гараже Николай растерялся, там стояли две машины, и он не знал, на какой они поедут и где ключи и документы. Его спасла Елена.

– Давай я сяду за руль? Ты как?

– Хорошо, давай.

Лена подошла к двери Мерседеса и вопросительно посмотрела на Николая. «Дверь открой!» – на помощь пришел внутренний голос. Николай поспешил открыть дверь, помог жене сесть в машину, а сам устроился на пассажирском сидении. Лена уверенно вела машину по серпантину, а Николай рассматривал окрестности. Странно, пейзаж был знакомым, ну да, это был Зеленогорский, Лена говорила, что мечтает о домике здесь. Значит её мечта сбылась. И его мечта сбылась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.