Ольга Семенова, Наталья Семенова
Время иллюзий. Книга 1. Клуб

Все совпадения с реальными людьми и организациями случайны.

© Ольга Семенова, Наталья Семенова, 2022

© Интернациональный Союз писателей, 2022

Действующие лица

Графитов Анатолий Сергеевич – руководитель экспертной группы Уральского отделения Труворского клуба. Директор Агентства законодательных инициатив. Филолог, преподаватель, автор монографий и книг.

Алексей Андреевич – инженер. Ближайший помощник Графитова. Автор книг.

Геннадий Владимирович – преподаватель философии. «Ученик» Графитова.

Татьяна Фёдоровна – секретарь Уральского отделения Труворского клуба. Мать троих детей.

Михаил Юрьевич – муж Татьяны. Вместе с женой владеет мини-фермой по выращиванию бычков и другой живности. По образованию химик. Помощник Графитова.

Александр Тимофеевич – предприниматель, руководитель успешной производственной фирмы. Занимается общественно-политической деятельностью. Особенно интересуется проблемами малых городов.

Константин Сергеевич – успешный предприниматель, владеет строительным и автобизнесом. Отец троих детей. Хочет участвовать в политической жизни.

Владимир Симеонович – организатор частных школ за рубежом и в России. Живет в Москве.

Дмитрий Николаевич – предприниматель, владелец пасеки. Придерживается идей православия. Отец четверых детей.

Роза Бэровна – исполнительный директор филиала закрытого коммерческого банка.

Елена Александровна – работает в системе образования.

Иногда появляется на заседаниях клуба.

Алексей Николаевич – академик.

Илья Владимирович – официальный руководитель Уральского отделения Труворского клуба. Общественный деятель. Успешный предприниматель, член городской думы одного из созывов.

Троица, жаждущая участвовать в общественной жизни страны или хотя бы своего региона:

Маргарита Сергеевна – филолог, преподаватель гуманитарных дисциплин.

Наталья Наумовна – химик, преподаватель.

Ольга Ивановна – культуролог, дочь Натальи.

Пролог

Женщины, которым повезло, что они просто умудрились родиться за границей, имеют возможность посещать многочисленные клубы по интересам. Так, по крайней мере, написано во многих зарубежных романах и снято в фильмах. Возможно, все это просто выдумка и нам просто дурят голову, но как приятно наслаждаться этой радужной картиной! У женщин и мужчин за границей всегда есть выбор: яхт-клуб, гольф-клуб, загородный клуб или другие.

Да мало ли в какой клуб захочется ходить представительнице прекрасного пола в один из дней нашей однообразной жизни. Это несправедливо, что только мужчины могут посещать свои клубы и наслаждаться возможностью не слышать женского щебетания в течение нескольких часов.

Не зря же женщины угробили сотни лет своего драгоценного времени на справедливую борьбу за свои права. У них, за границей, есть клубы, значит, и у нас тоже они должны быть. Но оглянитесь вокруг: где вы их можете увидеть, тем более посещать?

Да, конечно, наши российские женщины могут отправиться в социальную службу своего района. Сама окружающая обстановка, в которую вы погружаетесь при входе в двухэтажное здание бывшего детского сада, построенного в прошлом веке, навевает четкую мысль: здесь можно только получить пенсионное удостоверение и оформлять многочисленные объявленные льготы.

Тогда, может быть, все по-другому в столице нашей родины? Там у нас постоянно показываются народу положительные образчики. Но где столица и где мы!

В общем, женщины, которым повезло чуть меньше и они родились на российских просторах, даже не помышляют о посещении каких-то там клубов. Им бы справиться со своей основной жизненной задачей – отработать десятки лет, чтобы прокормить себя самостоятельно, вырастить детей, а если очень повезет, сделать все это совместно со своим мужем.

Глава 1

Июль 2018 г. Пенсионная реформа

Двое мужчин еще раз внимательно оглядели приготовленный для заседания «офис». Офисом на самом деле притворялась обычная полуторка (двухкомнатная квартира с большой и крошечной комнатами) на первом этаже стандартной девятиэтажки. Правда, стояла она рядом с метро, а это всегда ценится, особенно в крупном городе.

Руководитель постарался создать деловую обстановку в своем офисе. Из мебели в центре комнаты находился прямоугольный стол, в углу поблескивал большим экраном компьютер, стоящий на специальном столике. У стен расположились два книжных шкафа, заваленных книгами и журналами. Рядом с ними на стене висело зеркало в полный рост. Общий деловой настрой несколько портили стулья вокруг центрального стола. Вообще-то стульями можно было назвать только два из них, остальную мебель для сидения составляли два офисных кресла, по паре деревянных и пластиковых табуреток.

Однако Анатолия Сергеевича Графитова это, очевидно, ничуть не смущало. Он выглядел очень довольным и вдруг воскликнул:

– Самое главное-то мы забыли! Стойку для выступающего!

Мужчина тут же умчался в соседнюю комнату и через минуту появился с кафедрой-стойкой. Обычно за такими устраиваются дирижеры и докладчики. Кафедра – это, конечно, сильно сказано, а вот стойка – в самый раз. Он водрузил это сооружение напротив зеркала, неподалеку от центрального стола.

– Теперь полный порядок!

Геннадий, второй мужчина, еле слышно хмыкнул, но незаметно спрятал улыбку и серьезно посмотрел на шефа.

Внешне они сильно отличались друг от друга, объединяли их только высокий рост и отсутствие растительности на лице, все остальное было полностью противоположным. Анатолий – массивный и круглый, как колобок. Геннадий – высокий и стройный. Анатолий – подвижный и деятельный. Геннадий – спокойный, с неторопливыми движениями. При взгляде на Анатолия казалось, что энергия в нем кипит, а у Геннадия все спрятано глубоко внутри.

Раздался звонок в дверь, и через минуту в комнату вошел еще один мужчина в сопровождении двух детей-подростков.

– Ну что, готовы выступать? – ободряюще обратился к ним хозяин офиса. – Сегодня у нас важная тема – пенсионная реформа, и ваши выступления очень нужны.

– Готовы, – ответил за них отец. – Скоро начнем?

– Сейчас еще несколько человек придет, и начнем.

– Не зря мы столько людей позвали? – осторожно спросил Геннадий. – Мы ведь совсем не знаем тех, кто придет.

– Нам нужна постоянная и работоспособная команда. У нас очень амбициозные цели, ты знаешь, – Графитов оседлал своего конька, и его собеседник пожалел, что задал свой вопрос. – Для этих планов нужна постоянная группа, и желательно большая. У нас столько направлений работы: Госдума, Администрация президента, разные комитеты. Надо, чтобы нас заметили, а там… Ты же сам понимаешь, просто так наверх не попасть. Ну а встроиться в денежные потоки – задача архисложная и важная.

Снова раздался звонок в дверь.

– Отлично! Наши подтягиваются! – с этими словами босс умчался открывать.

Дети уселись за стол и стали с любопытством оглядываться, а их отец тихо спросил у Геннадия:

– Не веришь в наши планы?

– Ну, какие-то они слишком… грандиозные, Алексей.

– А я верю, что…

Но его прервали на середине фразы, в комнату зашли новые люди.

Геннадий, воспользовавшись суматохой, шепнул что-то на ухо Анатолию Сергеевичу и ушел.

* * *

Приглашение участвовать в заседании клуба поступило от хорошей знакомой совершенно неожиданно.

– На ближайшую пятницу ничего не планируй, – говорила она. – Мы с тобой идем на заседание клуба, в который я хожу, – Маргарита поставила Наталью перед фактом.

– Я знаю, что ты ходишь в клуб, но насчет себя я сомневаюсь.

– Никаких «но», просто пошли, и все.

– А можно? Я бы, кстати, и дочь прихватила с собой.

– А что? Это мысль. Из нас трех получится подходящая компания. Я уже была на нескольких заседаниях и чувствую, что там требуется свежая кровь.

– А руководитель как считает? – засомневалась Наталья.

– Я просто с ним поговорю и спрошу, можно ли привести с собой гостей. Договорились?

– Если ваш руководитель будет не против.

Маргарита перезвонила через пару дней и с воодушевлением сообщила, что она передает личное приглашение от руководителя на ближайшее заседание клуба.

– Рита, надеюсь, мы не окажемся сразу в числе выступающих? – слегка обеспокоенно поинтересовалась Наталья.

– Да не напрягайся ты. Там все вполне цивилизованно. Ну скажешь несколько слов в крайнем случае. Что, тебе привыкать, что ли?

– А на какую тему заседание?

– А тебе не все равно?

– Конечно, не все равно. О чем будем говорить-то?

– Тема прекрасная: пенсионная реформа.

– Может, расскажешь мне свою технологию подготовки выступления? – серьезно спросила Наталья.

– Надеюсь, ты шутишь? Неужели ты так серьезно к этому относишься?

– Ну, с мыслями-то собраться надо.

– Так и собирайся. Кто тебе мешает?

– Сама-то, поди, готовишься основательно.

– Да я просто отвечаю на поставленные вопросы, а потом высказываю личное мнение.

– У вас и вопросы у каждого есть?

– Конечно. Ладно, не пугайся. Ваше дело – туда явиться.

Так Наталья и Ольга оказались на заседании Уральского отделения Труворского клуба. Офис разместился в девятиэтажном жилом доме на первом этаже. За три года проживания в новостройке с консьержкой гостьям подъезд показался старым, грязным и каким-то замызганным. Офис оказался двухкомнатной стандартной квартирой, где одна комната – большая, а вторая напоминала кухню-клеть из хрущевки. Все пространство прихожей занимала холодильная камера, на которую все сбрасывали свои сумки.

Хозяин, руководитель семинаров, встречал всех в коридоре, приветливо улыбаясь, и приглашал сразу в большую комнату.

Гости прошли в так называемый зал и стали размещаться вокруг центрального стола на разномастных табуретках, скамеечках, мягких и пластиковых стульях. Женщинам любезно предложили стулья, но Ольге не повезло: ей досталась маленькая пластиковая табуретка.

«И зачем я платье надела? – подумала она. – На этом трамплине лучше в брюках сидеть».

Новички с Маргаритой с увлечением наблюдали за присутствующими и прибывающими гостями. Рита вполголоса называла им тех, кого уже знала, периодически заглядывая в свой блокнот.

Как только все расселись за столом, Анатолий Сергеевич тут же закрыл окна плотными шторами и объявил:

– Не надо, чтобы нас видели снаружи. Мало ли кто может за нами наблюдать.

После этого он включил люстру.

– Жарко будет, хотя бы форточку откройте, все-таки июль за окном, – попросил кто-то из присутствующих.

– Ничего, потерпим. Вдруг нас увидят?

Графитов выдержал паузу, оглядывая присутствующих. Сразу бросалась в глаза его массивная квадратная фигура, именно такую квадратуру подчеркивало полное отсутствие шеи, казалось, что голова этого человека просто поставлена на плечи, причем сделано это очень основательно и на века. Следующее, на что падал взгляд, – это круглый выпирающий живот. Сегодня многие мужчины, особенно любители пива и не фанаты спорта, обзавелись маленькими и большими животиками, иногда таких размеров, что в голову начинают приходить несуразные мысли: а не собрались ли и они заняться решением демографической проблемы? Справедливости ради надо отметить, что у Анатолия Сергеевича природа фигуру скроила так, что все смотрелось монолитно и крепко, как говорится, ничего лишнего. Внешность дополнял короткий стриженый ежик волос.

Началом заседания послужил момент, когда на середину комнаты Анатолий Сергеевич торжественно водрузил высокую стойку-треногу. Видимо, этот предмет играл особую роль в организации семинара.

Подождав, пока все обратят на него внимание, руководитель открыл заседание, громко зачитав обращение к участникам семинара официального руководителя отделения клуба на Урале. Оно оказалось довольно кратким: сначала прозвучали какие-то общие слова о необходимости пенсионной реформы, а потом пошли пожелания успехов в работе.

Подруга шепнула Наталье на ухо:

– Каждый раз слушаю такие обращения «ни о чем», и у меня сразу же появляется страстное желание повидать этого великого Илью Владимировича.

Графитов строго взглянул на болтушку и продолжил говорить:

– Сейчас только ленивый не упоминает пенсионную реформу. Столько разнообразных материалов печатается в наших СМИ, столько мнений, точек зрения. Какие будут приняты решения – покажет время. Мне хочется высказать свое личное отношение к пенсии: я оформлять пенсию не планирую. – Он несколько раз похлопал себя ладонью по широкой выпуклой груди. – Мне до пенсии остался год, но я не ощущаю себя пенсионером, я сторонник формирования личных накоплений в течение всей жизни для достойной старости. А сейчас я попрошу высказаться каждого из присутствующих.

Возможно, по плану или, вероятно, спонтанно он предоставил слово присутствующему мальчишке. Белобрысый мальчик, очень похожий на своего сидящего рядом отца, начал бойко толковать по бумажке.

– Мне четырнадцать лет, в моей жизни сейчас главное – это школа. Все события связаны только с ней, моя встреча с пенсией произойдет лет через пятьдесят. – Он иногда поднимал глаза от листка с текстом, обращаясь к присутствующим, но тут же возвращался к написанному. – За эти годы столько всего произойдет разного, и, скорее всего, будут новые правила. Для меня пенсия – это непонятное будущее.

Мальчишка с видимой радостью закончил рассуждать по писаному и смотрел на взрослых, ожидая: вот сейчас его отпустят. Наталья попыталась задать вопрос мальчику, но ее резко оборвал Анатолий Сергеевич. Она еще не знала, что здесь не принято задавать вопросы кому-то еще, кроме него самого.

После выступления первого ребенка, по логике развития событий, все стали ждать, что скажет девочка. Ее речь продолжалась в течение еще более краткого отрезка времени – буквально две-три минуты. Она так же, как и ее брат, держа в руках написанный текст, очень волнуясь, сообщила следующее:

– У меня есть две бабушки и два дедушки. Все они получают пенсию один раз в месяц. Для этого каждый из них работал по многу лет. Причем работа была трудной. Сегодня я не думаю про свою пенсию, но, глядя на них, понимаю, что обязательно наступит время, когда придется о ней задуматься.

После выступления предыдущего «оратора» и попытки о чем-то его расспросить присутствующие взрослые вопросов не задавали. Они просто дружелюбно поблагодарили детей за участие.

«Похоже, дети приглашены сегодня неслучайно. Скорее всего, их трогательные мнения составлены взрослыми не только для того, чтобы разогреть аудиторию, а для чего-то еще. Ну, например, продемонстрировать креативность мышления руководителя семинара, опробовать новые формы дискуссии или сделать плавный переход к следующему выступлению», – подумала Наталья.

Наталья попыталась вспомнить себя в этом возрасте и пришла к выводу, что, пожалуй, она тоже не задумывалась о какой-то непонятной пенсии, будучи маленькой девчонкой. Еще ей почему-то вспомнилась одна деталь из детства. У дедки с бабкой на верхней полке в горке в дальнем углу, предназначенной для посуды, всегда стояла красивая железная коробка из-под чая. В ней хранились деньги, которые приносил раз в месяц почтальон. Поначалу сумма казалась астрономической – 550 рублей. После обмена денег в 1961 году сумма автоматически превратилась в 55 рублей, а после смерти деда бабушке назначили пенсию в 27 рублей 50 копеек, ровно половину от пенсии мужа, сама она ее так и не заработала. Очутившись в детстве, Наталья немного отвлеклась, но моментально спустилась с небес на землю.

Тем временем Анатолий Сергеевич предоставил слово следующему выступающему, назвав его Константином. Им оказался невысокий коренастый крепкий мужчина среднего возраста, ближе к сорока, чем к тридцати. Первое впечатление – лысоват, но на самом деле у него просто очень светлые и коротко постриженные волосы с глубокими залысинами. Маргарита тут же шепнула подруге, представив его как человека, занимающегося реальным бизнесом. Пожалуй, так близко настоящего бизнесмена Наталья видела впервые в жизни. Ей стало интересно, что же он скажет. В руках он держал готовый напечатанный текст в файле. Бизнесмен начал выступать.

– Я много лет занимаюсь бизнесом, мне приходится рассчитывать на свои силы, поэтому и с пенсией для меня все ясно: я должен зарабатывать ее самостоятельно, не рассчитывая на государство. – Мужчина заглядывал в свой заранее оформленный текст, иногда останавливался, но все-таки худо-бедно продвигался вперед. – Я как законопослушный гражданин делаю пенсионные отчисления в установленном порядке за себя лично и за моих работников. Но если посмотреть на размер полученных отчислений, то они восторга не вызывают: на них нельзя поддерживать привычный образ жизни, требуются изменения в пенсионной системе.

Хотя мужчина говорил быстро и без запинки, почему-то у присутствующих создалось впечатление, что у выступающего вдруг возникли какие-то проблемы. Он начал останавливаться, чаще заглядывать в текст, зачем-то поднимать поочередно руки вверх, последнее смотрелось особенно странно. Как будто в выступлении он дошел как раз до того места, которое или не понимает, или писал не сам. Несмотря на некоторую театральность и явную постановочность выступления, молодой бизнесмен, и, судя по его виду, успешный, пытался рассуждать о пенсии. Он хотел приравнять пенсию к своеобразной форме кредита, который человек выплачивает всю свою трудовую жизнь. Вскоре представитель бизнеса, несколько запутавшись в тексте, с неприкрытой радостью завершил свое выступление.

Анатолий Сергеевич был в целом доволен выступающим. Он ободрял его улыбкой, поощрительными кивками головы, как будто знал заранее, о чем пойдет речь, и явно переживал за него. Когда выступление закончилось, он был рад не меньше выступающего.

«Ну что ж, мыслит вполне современными категориями. Как же им, современным воротилам, обойтись без этого современного слова “кредит”? – отметила Наталья и тут же засомневалась: – Зачем человеку возвращать государству кредит, которым он может и не воспользоваться? Например, мой отец всю жизнь работал, официально платил налоги, а прожил всего пятьдесят девять лет. Государство явно оказалось в выигрыше. Выходит, папа выплачивал так называемый “кредит”, которым так и не смог воспользоваться. То есть с бизнесменом можно поспорить: пенсия и кредит – не одно и то же. Как там у Ильфа и Петрова? Утром – деньги, вечером – стулья… А у нас получается интересно: деньги на пенсию выкладывай всю жизнь, а “стулья”, возможно, и не предвидятся. Кредит! Это волшебное слово для банков и отвратительное – для человека, которому срочно потребовались деньги, а взять их неоткуда, кроме как в этой “доброй” организации».

Следующей свое место у конторки заняла женщина средних лет.

– Это Татьяна, она совсем недавно родила третьего ребенка, – шепнула Маргарита на ухо.

– Молодец какая, и ведь еще ходит на какие-то семинары, – прошептала ей в ответ подруга.

Руководитель снова строго посмотрел на них, и Ольга воздержалась от своей реплики.

В это время Татьяна доказательно рассуждала о формировании пенсионного детского сознания и необходимости воспитания трудовой идеологии у детей. Ужасные слова: «формирование», «трудовая идеология», «воспитание» – звучали для Натальи педагогическим набатом, они резали слух, хотелось их заменить нормальными, простыми словами. Присутствующие все казались согласными с тезисами: конечно, детей надо воспитывать и что-то там формировать.

Руководитель семинара понял, что надо немного встряхнуть аудиторию, встал и громко сказал:

– Вы не думайте, что все прозвучавшее здесь – это просто так, сотрясание воздуха. Все ваши предложения будут собраны и пакетом проекта закона отправлены в Государственную думу.

Для вновь прибывших это прозвучало дико и нереально, они стали переглядываться и смотреть на остальных. Но остальные делали вид, что это их ничуть не удивляет, не шокирует, а спокойно кивали головами и улыбались.

«Секта, – про себя подумала Ольга. – Что мы здесь делаем?»

Спокойное и гладкое течение заседания прервало появление нового участника. Анатолий Сергеевич искренно ему обрадовался. В комнату зашел мужчина с густыми вьющимися черными волосами, крепкого телосложения, с буйной бородой на массивном подбородке, на его лице особенно выделялись темно-карие глаза. Они оглядывали окружающий мир очень внимательно, строго и с каким-то дальним прицелом. Похоже, он появился здесь первый раз, потому что даже Маргарита с удивлением посмотрела на вновь появившегося и ничего не стала шептать на ухо подруге, значит, скорее всего, сама видела его впервые. Как только ему предоставили слово, всем все стало понятно, куда метит прицел. Вновь прибывший представился директором частной школы, вернее, нескольких школ: за рубежом, в Москве и в родном областном городке. Звали его Владимир Симеонович.

К представителям образования подруги всегда относились с осторожностью и с определенной долей скептицизма. Этому их научило личное знакомство с педагогическим сообществом, особенно с его лучшими представителями – начальством, а этот как раз оказался директором. За свою педагогическую деятельность дамы повидали много директоров и даже подвели под увольнение четырех из них[1].

Гость начал достаточно здраво:

– Учитывая объявленную тему, не могу не высказаться хотя бы кратко по вопросу перспектив будущей пенсионной реформы. Вижу только один реальный путь – формирование личных отчислений с учетом индивидуальной заработной платы. – Мужчина задумался и добавил: – Попытки создания таких счетов, которые делаются за последние годы, являются явно недостаточными. Реальный объем отчислений, конечно, мизерный. И будущая настоящая, а не объявленная инфляция делает этот путь тупиковым.

Да, за последние тридцать лет с личными отчислениями в нашем государстве явная невезуха. Они все время куда-то деваются, все исчезает, причем прямо на середине пути.

Это настроение явно зависло в воздухе и отразилось на внимании слушателей. Выступающий это почувствовал и резко поменял тему:

– Я по образованию математик, мне известно все о том, как правильно преподнести и как научить этой прекрасной науке. В нашей семье я представитель уже очередного поколения, который посвятил свою жизнь образованию. На сегодня мой проект – это русская школа с ее классическим образованием по типу гимназии.

Сначала никто не понял, куда он ведет и при чем здесь то, что он преподаватель математики, но потом все стало ясно:

– Мне сегодня нужны инвесторы, в противном случае мои школы закроются и весь труд пойдет насмарку.

Владимир говорил с напором, эмоционально, и все быстро осознали, зачем он на самом деле пришел на эту встречу: настоятельно просить денег. Поскольку Анатолий Сергеевич незадолго до этого дал ясно понять, что здесь вопросы может задавать только он, все помалкивали и ожидали дальнейшего развития событий. Денег никто давать, конечно, не собирался. Маргарита решила расспросить гостя во время чаепития: так будет спокойнее и интереснее. Наталья, выслушав последний горячий призыв к возможному денежному сотрудничеству, почему-то подумала о том, что этот приглашенный – на особом положении. Похоже, его и руководителя группы связывают какие-то свои договоренности и лично ее они уж точно никак не касаются.

Владелец школ продолжал лить воду на свою мельницу, но опять немного изменил ракурс своего выступления. Да, убалтывание инвесторов требует фантазии и воображения.

– Продвижение русского языка за рубежом должно стать неотъемлемой частью образовательных программ, которые наша страна продвигает по миру. Русский язык с большим интересом изучают и на Западе, и на Востоке. Моя частная школа в Египте – еще один пример практической деятельности в этом направлении.

Все немного заскучали. Чувствовалось, что гость может говорить и говорить на эту тему бесконечно долго, но как человек неглупый он понимал, что совсем не вписывается в тему заседания, поэтому решил все-таки прекратить агитацию за свои школы. Босс также уловил общую атмосферу и решил приостановить выступающего:

– Конечно, здесь чувствуется личная заинтересованность и забота о русском языке, который играет определяющую роль в нашей стране, – примирительно вмешался он в речь гостя с периферии.

– Вклад в образование и в просветительскую культуру русских школ нельзя переоценить, так как это является долгом каждого интеллигентного человека, – продолжал вещать Владимир.

«Начал за здравие о пенсионной реформе, а закончил о своем бизнесе», – подумала Маргарита и изменила свое решение выспрашивать гостя за чаем, а то еще начнет клянчить деньги.

Но все-таки, несмотря на горячее желание получить инвестиции прямо здесь и сейчас, одну здравую мысль он в конце высказал:

– Стоит задуматься о получении безусловного базового дохода каждым человеком от государственных щедрот, – закончил он.

Анатолий Сергеевич снова взял бразды ведения семинара в свои руки и объявил следующего участника. Им оказался внешне приятный мужчина, отец ранее выступивших детей. Около пятидесяти лет, стройная и поджарая фигура, в нем явно чувствовалась мужская основательность. Сразу же бросилось в глаза следующее: ему нравится здесь присутствовать, он готов растолковать аудитории свою точку зрения и хорошо ориентируется в вопросе. Начал он с освещения истории пенсионной реформы в России.

Выслушав цепочку всем известных исторических фактов, аудитория заскучала и отвлеклась. Все проблемы, связанные с пенсией, на самом деле копились годами, даже десятилетиями. Но все это – официоз, а в жизни события разворачиваются совсем по другим законам. Разве заставишь нынешние поколения по сорок-пятьдесят лет работать на государство и платить налоги? Не дождетесь! Офисный планктон живет своей жизнью, ему требуется не слишком затруднительное времяпрепровождение на работе. Они совершенно не собираются заморачиваться на десятилетия вперед. А вообще все про себя думали, что изменения в пенсионной системе, конечно, нужны, но боялись, что все, как обычно, закончится просто тупым повышением пенсионного возраста.

Пока все думали эту тяжелую пенсионную думу, Алексей Андреевич закончил свое выступление, сел на место, и руководитель понял, что пора предъявить аудитории какого-то более живого и не столь теоретически подкованного докладчика. Он предоставил слово Маргарите. Как говорится, «вишенка на торте». Чувствовалось, что Графитов объявляет ее выступление с большим удовольствием. Он просто весь засиял собственным светом и провозгласил:

– А сейчас выступит наша обожаемая Маргарита Сергеевна, которая всегда имеет свою точку зрения и оригинальное видение предмета. Ее выступления обычно доказательны и эмоциональны. Лично я всегда с нетерпением жду ее слов.

Это прозвучало немного приторно и чересчур радужно, что вносило легкий диссонанс в общую деловую атмосферу, зато все проснулись и зашевелились.

Маргарита прошла к «кафедре» и, расположив свои листки бумаги, написанные от руки, оглядела присутствующих. Чувствовалось, что здесь она уже признанный выступающий, эти несколько месяцев для нее даром не прошли. Она казалась уверенной в себе, в приподнятом настроении, заранее настроенная на успех и похвалу. Как говорят, обречена на счастливую жизнь. Сегодня все так и получилось. Маргарита бегло вспомнила коммунистические подходы солидарного пенсионного обеспечения, пенсии своих родителей, прошлась суровой поступью прагматизма по тем, кто смог заработать только очень скудные пенсии, значит, они мало работали. Наконец отправила всех в недалекое будущее – время покажет.

Семинар явно подходил к завершению, близилось самое интересное – чаепитие. Маргарита от щедрот своей дочери-невролога и личного купеческого размаха предъявила сплоченному коллективу банку растворимого кофе и коробку «Коркунов». Анатолий Сергеевич лично угощал самостоятельно высушенным иван-чаем, представленным суперполезным продуктом, но на любителя.

За чаем всегда появляется возможность просто поговорить, задать вопросы – в общем, почувствовать себя думающей и хоть чем-то интересующейся публикой. В этот раз присутствовал дополнительный стимул – двое новеньких. Им предстояло обязательное выступление, хоть очень коротко, но требовалось высказаться.

Пока вокруг стола царила небольшая суета, автор обязательного подушевого базового дохода решил не терять времени даром и обратился лично к Маргарите:

– Я надеюсь, что вас заинтересовала русская школа.

Той захотелось высказаться откровенно и тут же поставить собеседника на место, чтобы денег больше не просил. Но она ответила как воспитанный человек:

– Да, звучит интересно.

– Вот и я все говорю: инвестируйте средства в русскую школу, – сразу же горячо откликнулся гость.

– А на каких условиях?

– Вы о чем это? – с искренним удивлением отозвался собеседник.

– Как о чем? Инвестиции всегда предполагают выигрыш или, как сейчас говорят, дивиденды, – сказала Маргарита.

– Дивиденды по сложившейся традиции направляются на развитие дела.

– Неужели вы думаете, что я просто так отстегну вам свои кровные? – искренне удивилась собеседница и подумала: «Может, он намеренно провоцирует?»

– А почему нет? – убежденно толковал мужчина. – Вы же патриотка своей страны и своего языка.

– Мой патриотизм давно оплачен пятидесятилетним трудом. Пусть молодежь задумается, а я свое уже заплатила в копилку государства, – серьезно произнесла Рита. – Мне непонятно, на что вы надеетесь. Или у вас есть положительные примеры?

– К сожалению, нет. Люди почему-то слишком прагматично вкладывают свои деньги, – посетовал владелец русских школ.

– А я ничуть не удивлена, так и должно быть.

– А я хочу надеяться на то, что все-таки найдутся желающие вложить деньги в такое перспективное предприятие, – настаивал он. – Поверьте, им будет просто приятно.

«Он рассуждает как сумасшедший. Как здорово, что люди не умеют читать мысли других», – решила Маргарита и промолчала.

Наконец все расселись вокруг стола, и главный распорядитель семинара предоставил слово вновь прибывшим. Ольга высказалась осторожно, просто выразила благодарность за возможность присутствовать на таком необычном обсуждении.

– Что касается пенсионной реформы, я не удивлюсь, если до наступления такой далекой для меня пенсии срок выхода на нее еще раз увеличат.

Присутствующие ухмыльнулись, все в душе согласились с ней.

Наталья высказалась более определенно:

– Теоретически я хотела бы не реагировать на вещи, которые от меня не зависят. Пенсионная реформа – как раз такая вещь. Когда я путешествую, особенно за границей, то там я всегда защищаю интересы моей родины, а когда нахожусь дома, у меня более критический взгляд на происходящее. Это тот самый случай. Я против такой пенсионной реформы, где всю тяжесть последствий возложили на плечи пожилых людей и женщин. Скорее всего, нас даже не спросят, хотя предполагаю, что восемь лет для прекрасного пола немного уменьшат. А у вас в клубе мне понравилось.

* * *

Анатолий Сергеевич, проводив последнюю группу гостей – участников семинара, задержался в прихожей. Он посмотрел в зеркало на стене, увидев свое отражение, подмигнул себе. Сегодня заседание прошло на ура: присутствовало много народу, появились новые люди, идея с детьми тоже сработала. Он вернулся в большую комнату и обратился к своему верному помощнику, «Санчо Пансе», как он его иногда про себя называл.

– Алексей, я тебя долго не задержу. Кстати, выступления твоих детей попали в точку. Не зря мы твоих наследников к сегодняшней встрече подготовили и тексты им написали. Но они молодцы, пусть учатся выступать.

– Да, получилось нормально. Жалко, мне надо идти, а то надо обсудить важный момент, не хотелось бы это делать впопыхах.

– Ты о чем?

– Во время выступлений мне пришло в голову: может, настало время подумать о другом клубе?

– Это ты про какие клубы? Чем они тебя привлекают? Неужели на Валдайский замахиваешься?

– Валдайский – недостижимая мечта, хотя у него масса преимуществ: он международный, по-настоящему дискуссионный.

– И добавь самое главное – элитарный. Но ты должен понимать, там такие участники… Нас туда не примут.

– Поэтому я и говорю: недостижимая мечта.

– Так что Валдайский отпадает. И что остается?

– Почему бы не рассмотреть Зиновьевский клуб? – нерешительно спросил Алексей.

– Да кто спорит? Конечно, хорошо бы. Но ты не забывай: он достаточно закрытый, и там эксперты очень высокого уровня… А наша с тобой команда только формируется, и она не очень сильна.

– У вас столько монографий, Анатолий Сергеевич…

– Один или даже два автора за всех не смогут писать и соответствовать уровню.

– Так другие подтянутся.

– Это не быстрый процесс. И еще, самое главное – наш клуб силен регионами, в нем много региональных отделений. Заметь, наше, Уральское, среди них – одно из лучших. Один сайт чего стоит.

– Да знаю я это все.

– Жаль, что ты торопишься к детям. Надо бы все подробно обсудить.

Алексей поспешил в коридор, Анатолий Сергеевич пошел за ним закрывать дверь и спросил у него:

– Как тебе новенькие?

– Да ничего. Но, думаю, дочь ходить не будет, а ее мать заинтересовалась.

Глава 2

Февраль 2018 г. Аукционный бизнес

Маргарита, попав на просторы Труворского клуба, решила: вот это то самое, что ей нужно. Ей просто повезло: у нее появилась возможность окунуться в обсуждение каких-то еще вопросов, кроме стоимости продуктов, величины назначенных пенсий, кто и сколько лет отработал на государство или что сказали в последней программе по Первому каналу. Самой же Маргарите хотелось обсуждать курс рубля по отношению к доллару и евро, тенденции на рынке недвижимости, сменяемость политических партий, сферы влияния элит, относится ли она к среднему классу и прочие другие интересные вопросы. Теперь она наконец-то оказалась среди интеллигентных людей, которые сами любят рассуждать на эти и другие отвлеченные темы. Все это показалось Маргарите делом перспективным и интересным.

Маргарита всегда выделялась в любом обществе. Внешность она имела очень яркую: черные вьющиеся волосы, выразительные темно-карие глаза, она любила носить очки в золотой оправе, которые подчеркивали ее резковатые черты лица. В ее лице, кстати, иногда проскальзывало что-то цыганское, и рост она имела соответствующий – выше среднего. Одевалась Рита всегда стильно и любила постоянно менять наряды, стараясь придерживаться правила: не появляться в одном и том же обществе в одной и той же одежде дважды подряд. Кроме того, ее всегда отличала хорошая осанка, будто когда-то она училась в институте благородных девиц.

Маргарита Сергеевна по праву относила себя к везучим людям. Стоило ей чего-то захотеть, а иногда только подумать об этом, случай не забывал ее, и возможность тут же представлялась. Некоторые изучат вдоль и поперек всего Зеланда, смогут даже понять его теоретические выкладки, почти разберутся в полуфантастических аксиомах, а движухи по жизни как не наблюдалось, так и нет. Чего только стоит его утверждение о пространстве вариантов! Понимай, насколько ума хватит, применяй в своей повседневной невезучей жизни, надейся на перемены, насколько терпения хватит. А Рита Зеланда не читала и не собирается, она всегда действовала практически. Она просто «открывала все двери», которые попадались ей на пути, и одна из них привела ее в Труворский клуб. Дело оказалось явно перспективным.

До своего похода совместно с Натальей она приняла участие в трех заседаниях. Они были посвящены вопросам праздников, образования и аукционному бизнесу. Больше всего ей запомнился последний, аукционный. Сначала тема ей совсем не понравилась, она же ничего не понимала в аукционах, предметах искусства, картинах и т. д.

«Неужели этим сейчас кто-то занимается? – задумалась она. – Причем не просто интересуется, а всерьез?»

Она понимала, что ее муж Пётр, физик по образованию и технарь по профессии, не очень-то разбирается в искусстве, но решила именно с ним обговорить тему встречи. Она часто обсуждала с ним абстрактные вещи и любила послушать его точку зрения. Мнения технаря и препода русского языка и литературы частенько расходились. Но это как раз и оказывалось самым интересным и приносило неожиданные результаты.

И в этот раз супруг высказался вполне определенно:

– Аукционный бизнес, моя дорогая, – это прежде всего деньги, инвестиции, перепродажа, оценка, а значит, прибыль и возможный заработок.

– Неужели кто-то сегодня будет вкладываться в какие-то картины неизвестных авторов?

– А ты думаешь, что можно только в недвижимость помещать свои кровно заработанные?

– Недвижимость дает всегда хорошие результаты. Здесь ты со мной не поспоришь.

– Никто и не будет с тобой спорить, просто у некоторых ограниченные денежные возможности, и они занимаются тем, чем могут. А могут они, например, рисовать. Вот у тебя призвание учить, а у людей – отображать действительность, как они ее воспринимают.

– Хотела бы я посмотреть на эти картинки.

– Вот и приобщишься к прекрасному через свой клуб.

– Клуб не мой, это явно «чужой монастырь».

– Возможно, так и есть, но почему-то я думаю, что именно сейчас ты его из своих цепких пальчиков не выпустишь. Или я тебя совсем не знаю.

Маргарита решила особенно не заморачиваться своим вопросом, а просто отправиться на очередное заседание, тем более что место для него руководитель выбрал необычное – банк.

Банк – учреждение непростое. Денежная масса, которая по всему миру стекается золотыми ручейками в банки, делает их особенно интригующими для большинства людей. Многие думают, что там могут работать только удачливые люди или по меньшей мере отмеченные каким-то особым знаком судьбы. Очень продолжительное время банки выполняли сберегающие функции, но среди них уже давненько появились «собратья», которые занимаются явным вымогательством с элементами разбоя на «большой дороге». Что бы вышло, если бы банки брали деньги у своих клиентов на таких же условиях, которые они диктуют тем, кто просит у них денежной помощи? Можно смело предположить, что все банки непременно разорились бы.

Маргарита по жизни пользовалась только сберегательной функцией банков. Они принципиально не брала кредитов и не увлекалась многочисленными новомодными карточками с завуалированными функциями. Поэтому, отправляясь в банк на семинар, Рита определенно испытывала приятные ожидания.

У входа ее встречали работники банка, которым поручили отправлять участников заседания клуба в переговорную. Маргарита любила приходить на такие встречи пораньше, это позволяло ей сориентироваться, привести себя в порядок, занять удобное и лучшее место, рассмотреть внимательно прибывающих – вдруг окажутся новые лица, – сделать кое-какие записи. Все вышло так, как она запланировала. Ей любезно предложили на выбор кофе или чай и набор каких-то печенюшек. Видимо, управляющей банком доложили о прибытии первой гостьи и та решила продемонстрировать ей максимум внимания. Управляющая зашла в переговорную и представилась.

Рита первый раз в жизни видела рядом реального управляющего банком, причем женщину. Та оказалась значительно моложе самой Маргариты, лет сорока с хвостиком, полноватой, но полнота ее не портила, а, наоборот, подчеркивала миловидность. Внешность брюнетки с темно-коричневыми бархатными глазами, пышными вьющимися густыми волосами говорила сама за себя. Маргарита, конечно, не ошиблась в своих предположениях.

– Да, наш директор банка проживает в Израиле, – с улыбкой сказала управляющая, – а я только помогаю ему по мере своих возможностей. Прежде всего четко выполняю его указания.

Гостье тут же захотелось продолжить еврейско-банковскую тему и задать ряд интересовавших ее вопросов, но в переговорную вошли сразу несколько человек во главе с Анатолием Сергеевичем.

Он явно опекал одного из мужчин, вошедшего вместе с ним. Похоже, сегодняшнюю встречу он организовал ради него. Маргарита тут же окрестила его про себя «заказчиком». Этот человек назвался предпринимателем из небольшого областного городка – малого города, как сейчас говорят.

Печать милой провинциальности почти всегда заметна на каждом из жителей, которые приезжают из глубинки. Проявляется это в какой-то особой манере сдержанного поведения: отсутствии лишних вопросов, не исчезающей с лица улыбке, явном желании не привлекать всеобщее внимание. Можно возразить, что это в первую очередь зависит от характера человека. Конечно, характер определяет многое в поведении, но среда обитания, ежедневная обстановка вокруг тебя, местный уклад все равно возьмут верх.

Анатолий Сергеевич чувствовал себя почти уверенно. Для исключения этого маленького «почти» ему не хватало приличного счета в этом банке, а может, и нескольких вкладов здесь или в каком-то другом, а еще лучше зарубежном. Предприниматель из глубинки, наоборот, похоже, имел достаточные денежные средства, но они в основном были вложены в реальные проекты, находились в деле. Только желание помочь своему родному брату, художнику, продать картины привело его сюда.

Руководитель здесь выступал в роли посредника, вероятно, не за «спасибо».

– Прошу всех рассаживаться поудобнее, – раздался голос управляющей, – заявочки на кофе, чай и воду лучше сделать сейчас, чтобы мы потом спокойно работали.

Все приглашенные слегка удивились, но виду не подали. По русскому обычаю угощение обычно следует после завершения дела. И угощение обильное, а здесь, невзирая на возможности банка, похоже, придется ограничиться исключительно «водопоем». Правда, все это выглядело вполне современно и прилично. Гости, несмотря на эмоции, которые они старались не демонстрировать, чувствовали себя немного скованно. Тут вам и место встречи – банк, и какие-то картины.

Управляющая все это очень хорошо понимала, поэтому взяла инициативу в свои руки. Видимо, по предварительной договоренности она предоставила слово Графитову.

– Господа, мы присутствуем при важном, можно сказать, историческом моменте, – начал вещать руководитель семинара. – У нашего клуба наконец-то появилась возможность обратиться к обсуждению и, смею надеяться, решению злободневного вопроса о культурных ценностях, которые создаются каждый день разными творческими коллективами и личностями и которым нужен рачительный хозяин, так сказать, интеллектуальная элита нашего общества…

«Понеслась душа в рай, но меня-то он не обманет. Ясно, что у него здесь личный интерес, – тут же подумала Маргарита. – Просто хочет свести покупателя и продавца, ну и заработать на этом, конечно».

Рита присутствовала уже не на первом заседании клуба, но по-прежнему с интересом наблюдала за происходящим. Она продолжала ходить пока в качестве приглашенной и сама не являлась членом экспертной группы, как объявлял Графитов. На собеседовании они оговаривали этот вопрос. Тот сразу сказал, что ей придется пройти условный испытательный срок и сначала проявить себя.

Она так много раз это делала за свою жизнь, что отнеслась к этому предложению вполне лояльно. Анатолий Сергеевич озвучил, что ей придется выступить на трех-пяти заседаниях, а там – как пойдет. Тема сегодняшнего заседания ее совсем не вдохновляла, особо в ней она и не разбиралась, поэтому решила просто поприсутствовать и, если уж очень попросят, высказаться на эту тему. Правда, когда она направлялась на первую встречу, ей думалось, что она в перспективе станет членом Труворского клуба, хотя бы его Уральского отделения. Не тут-то было – в члены принимали не всех. Поэтому максимально, что ей светило, – стать экспертом.

Пока Маргарита вспоминала свои разговоры с Графитовым по поводу вероятной перспективы стать хотя бы экспертом клуба, инициативу в свои руки взяла управляющая банком. Руководитель выполнил свою задачу – он представил человека, который желает продать свои картины, теперь пришел черед покупателя, имеющего денежные средства.

– Мы не просто банк, куда каждый из вас много раз в жизни приходил. Мы являемся тем местом, где каждый из вас сможет решить любые проблемы, – вещала Роза Бэровна. – Среди наших клиентов множество прекрасных, квалифицированных врачей. Обращайтесь к нам, и вы получите квалифицированную медицинскую помощь.

– Между прочим, в Израиле – лучшая медицина, – поддакивал глава экспертной группы.

«Во как спелись. Поют дуэтом, – подумала Маргарита. – Что-то мне это напоминает. Ильфа и Петрова, что ли? Просто заманивают к себе клиентов с хорошими финансовыми возможностями. А с медицины начали тоже неслучайно. После “великих” оптимизаций россияне поневоле рванут за помощью за три моря».

В это время Роза Бэровна с большим воодушевлением и подъемом продолжала:

– У нашего банка широкий круг интересов и достаточно большие возможности. Мы всегда интересуемся перспективными проектами. Среди них, конечно, выделяется собирание произведений искусства. Мы рады, что сегодня на встрече присутствует представитель бизнеса, который занят не только делами жизненной прозы, но и еще чем-то возвышенным и духовным.

«Да, духовность, бизнес и финансовые “акулы” – вещи очень взаимосвязанные», – промелькнуло в голове.

Однако рамки семинара предусматривали выступления и других участников.

«Интересно, кому же сейчас, после такой явной рекламы столь необычного банка, дадут слово? Надеюсь, что не мне. Я бы этого хотела меньше всего. Конечно, это буду не я, ведь мне даже в плане не прописано конкретного вопроса», – успокаивала себя Рита.

Ее прогноз действительно оправдался: руководитель экспертной группы предоставил слово главному гостю – бизнесмену. Тот встал и совершенно честно объявил о том, что сам достаточно далек от искусства, но имеет желание помочь своему родному брату, художнику, продвинуть его работы и даже как-то реализовать их. В ходе выступления выяснилась интересная подробность. Два брата оказались не так просты. Им явно от кого-то по наследству досталась купеческая жилка – они держали картинную галерею в своем «Урюпинске».

Вернее сказать, братья имели в собственности несколько помещений, которые благоразумно оформили как нежилые. Большая часть из них сдавалась в аренду и приносила хорошую прибыль. А самая презентабельная по местным меркам использовалась по мере необходимости: для проведения многочисленных ярмарок, выставок, свадеб или других мероприятий. Числа меценатов местного розлива явно не хватало для приобретения предметов искусства, поэтому пришлось отправиться за помощью в областной центр.

Маргарите стало абсолютно ясно, что почти все они здесь присутствуют в качестве декораций: «Зачем нас вообще сюда пригласили? Договаривались бы между собой. Мы-то здесь при чем?»

Анатолий Сергеевич как будто прочитал ее мысли и жизнерадостно объявил:

– А вот сейчас я предоставлю слово человеку, мнение которого, поверьте мне, всем будет интересно услышать. Маргарита Сергеевна, а что вы думаете по этому поводу?

Она, конечно, не предполагала, что все этим и закончится – такой «подставой».

«Решил меня проверить, смогу ли я выкрутиться из такой ситуации, – подумала она, усмехнувшись про себя. – Лучше бы он этого не делал, но придется тряхнуть стариной».

Ей сразу же вспомнились времена, когда директор Института бизнеса, где она когда-то работала, приглашал на умные тусовки с ценными гостями из столицы или с кем-то из «местных воротил» не весь педагогический коллектив, а только так называемых избранных. Там, за круглым столом, требовалось задать какой-нибудь заковыристый вопросик, поддержать беседу, невозмутимо выслушать любую столичную дурь. Затем за гостеприимным уральским застольем произнести хороший тост, вовремя процитировать какого-нибудь писателя, ну и, конечно, прочитать по памяти и с большим эмоциональным подъемом пару-тройку четверостиший. Маргарита всегда прекрасно справлялась с такими поручениями директора, за что он ее и ценил.

Сегодня говорить что-то конкретное Маргарита явно не могла, поэтому начала издалека:

– Я очень довольна, что мне представилась возможность оказаться среди вас сегодня и быть причастной к обсуждению такого важного вопроса, как предметы искусства.

Далее она, конечно, не преминула вспомнить о том, что когда-то читала лекции по этике и эстетике, но именно сейчас ей больше всего пригодились рекомендации по риторике. Рита «плела кружева» своего выступления со знанием дела и с воодушевлением. Положительные эмоции, душевный порыв, явная заинтересованность в обсуждаемом вопросе – все это как раз и требовалось присутствующей аудитории, которая решила приобщиться к искусству, вернее, к произведениям искусства – картинам. Кстати, всех не покидала мысль о том, что как раз картин-то почти никто из присутствующих и не видел. Об этом и решила напомнить Маргарита:

– Кстати, хотелось бы взглянуть хотя бы на примеры предлагаемых предметов искусства.

– Я подготовил видеоматериалы, на которых представлены работы моего брата, – тут же откликнулся приглашенный бизнесмен.

– Но у нас, к сожалению, случились некоторые технические неувязки, – вступила Роза Бэровна, – поэтому продемонстрировать видео вам мы сейчас не сможем.

«Бухгалтеры, черт их побери, счетоводы. Что с них возьмешь? Какими были, такими и остались. Одно название – банк. Технические возможности безграничны…» – пронеслось в голове у Риты.

Удивление отразилось и на лицах остальных присутствующих.

«Неужели там такие произведения, которые и демонстрировать не имеет смысла? Интересно, почему? Не стоит внимания или совсем наоборот, решили засекретить?»

– Я думаю, что вопрос будет решаться в рабочем порядке, – взял ситуацию под контроль руководитель. – Маргарита Сергеевна, как вы считаете, есть ли у творческих людей возможность опереться на финансовую поддержку таких учреждений, как банки?

– Безусловно, она существует, – согласилась та, а про себя утвердилась во мнении: не хочет банковское сообщество раскрывать всех карт на переговорах, которые, конечно, пройдут за закрытыми дверями и без участия большинства присутствующих.

– Опираться на денежную помощь банка – это лучшее, чего может желать любой человек, а тем более – предприниматель, – вновь взял инициативу в свои руки руководитель экспертной группы. – Как прекрасно, что вы разрешили собраться нам на площадке вашего замечательного банка и проникнуться этой атмосферой деловой жизни. Почувствовать пульс бизнеса, осознать, что такое взаимовыгодные услуги, словом, окунуться в современную бизнес-жизнь.

«Все закончилось, они постараются договориться, но уже без нас. Ну а все мы поучаствовали в рекламной кампании банка. Хорошо бы узнать, под какие проценты этот банк берет деньги, открывая вклад? А вдруг выгодно? Хотя сомневаюсь», – подумала Рита и слегка отстранилась от происходящего: скорее всего, Анатолий Сергеевич больше ничего спрашивать у нее не будет.

Все, что происходило дальше, в принципе перестало ее интересовать. Участвовать в очередной рекламной акции «еврейского» банка ей больше не хотелось. Но она, конечно, понимала, что придется сделать «хорошую мину»: положение приглашенной обязывало.

Маргарита еще раз оглядела присутствующих. Обычно в первую очередь она обращала внимание на мужчин. Будем откровенны: Рита предпочитала присутствовать в компаниях, где представителей сильной половины человечества значительно больше. Для этого ей приходилось, безусловно, предпринимать определенные усилия. Но это всегда удавалось. Нет, к женщинам Маргарита относилась совсем не плохо, она по жизни дружила с некоторыми из них, но посещать компании предпочитала мужские. А где еще можно предъявить себя и продемонстрировать свои наряды? А как себя вести и что сказать – здесь ей помощь никогда не требовалась: ума, обаяния, чувства меры и такта ей от природы досталось вполне достаточно.

За большим овальным полированным столом в переговорной и на этот раз находилось больше мужчин, чем женщин. Из прекрасной половины человечества присутствовали всего три, включая Розу Бэровну. Сегодня впервые на заседании клуба появилась новая участница, вот она-то и заинтересовала Риту.

Миловидная, худенькая, остроносенькая блондинка, которой уже хорошо за сорок. Сразу бросалось в глаза, что одежде она большого значения не придает. На ней скромно смотрелись обыкновенная юбка и кофта каких-то неброских коричневых оттенков.

«Явно покупает в простых магазинах, а то еще и на рынках, – оценивающе подумала Маргарита и сразу же успокоилась. – Конкуренции она не составит никому, это в ее жизненное кредо и не входит».

Во время обсуждения Графитов представил ее как Елену Александровну, члена экспертной группы. Маргарита решила с ней познакомиться поближе, когда сегодня все закончится.

Это заседание, пожалуй, явно отличалось от предыдущих тем, что получилось каким-то неконкретным, размытым. Все как обычно, вроде бы выступали, но ни о чем – заседание явно притянули «за уши» к клубу.

Маргарита решила закрыть на это глаза и просто посмотреть, что будет происходить дальше. Пока она ничего не понимала в делах клуба. Правда, и времени прошло совсем мало. Она неслучайно рассказывала своей приятельнице Наталье о своих посещениях клуба, ей хотелось, чтобы она ходила туда не одна, а вместе с кем-то: так проще разобраться да и просто интереснее.

Маргариту не оставляла мысль привести в эту компанию своего хорошо знакомого человека, с которым она могла бы обсудить все события на заседаниях изнутри. Кандидатуры определялись требованиями к ним. Во-первых, этому человеку придется писать ответы на вопросы, оформлять их в виде сообщений и выступать перед аудиторией. Во-вторых, человек должен быть своим, надежным и не бросить это все на полдороге со словами: «Мне это все надоело!». И, в-третьих, человек должен соответствовать статусу этого клуба и тех мест, куда его приглашают. Особенно она это поняла после посещения банка.

Знакомых, которые соответствовали бы этим требованиям, она имела не так много, а точнее, всего двух: ближайшую подругу, которая прошла с ней «огонь и воду», Анну Ивановну, и серьезную Наталью Наумовну, с которой много лет назад она вместе работала.

Конечно, сначала она подумала про Анну. Они знали друг друга уже почти пятьдесят лет, и Рита совершенно точно понимала, что ее подругу в жизни всегда интересовали только ее красота – а она была действительно настоящей красавицей – и то, какое впечатление она производит на окружающих, в первую очередь, конечно, мужчин. В клубе мужчины водились. В отличие от среднестатистической России, мужчины встречались там даже чаще, чем женщины, но собирались они явно не для того, чтобы восхищаться женской красотой. И, потом, как уже знала Маргарита, все мужчины, которые посещали заседания, имели уже по второму браку и по трое детей. Поэтому ее подруга-красавица не совсем подходила к данному обществу. И, самое главное, там обязательно требовались выступления на заданную тему, причем на общественно-политическую. А ожидать от нее написания текстов выступлений было бы большой ошибкой. Потом, Анна – человек настроения, она в любой момент могла не явиться на встречу под любым предлогом. Поэтому ее кандидатуру пришлось вычеркнуть из столь небольшого списка.

Маргарита мучительно думала, кого бы еще включить в этот список. Работая в институте бизнеса, она установила очень хорошие отношения с главным бухгалтером, которая смогла бы разобраться во всех хитросплетениях и странностях Труворского клуба, особенно его финансовой части. В бумагах она ориентировалась как рыба в воде, по одному названию организации могла точно сказать, кто ее финансирует, чьи денежные потоки – федеральные или региональные – там крутятся. В отличие от Анны, она могла бы написать текст на любую тему, но, к сожалению, ее совершенно не интересовала общественная жизнь – только финансовая.

На участие в клубе еще подходили преподаватели, среди которых Маргарита, конечно, имела много знакомых. Но, если честно, ей уже не хотелось иметь с ними общих дел, общения с учителями ей хватило на работе. Как ни крути, все указывало на Наталью. Она, конечно, тоже раньше преподавала, но обучала она химии, а чтобы выучить этот предмет, нужен системный ум, значит, тексты она сможет писать, а выступить – тем более. Кроме того, Наталья сейчас сидела на пенсии, и ей явно было нечем заняться, она бы с удовольствием походила раз в месяц на всякие заседания и совещания. Конечно, ее отличали повышенная серьезность и чрезмерная ответственность, но это даже хорошо, для клуба вполне подходяще.

Чем дольше Маргарита перебирала в уме своих хороших знакомых и просто приятельниц на «звание» будущих участниц сборищ клуба, тем чаще она останавливалась на кандидатуре Натальи. Безусловно, та обладала некоторыми качествами, подходящими для этого интересного и перспективного дела. Однако Наталья имела одну особенность характера – эмоциональность, и не просто, а чрезмерную. И это, конечно, оказывало влияние на принятие ею решений, на ее манеру поведения и на что-то еще, что немного снижало ее преимущества. Маргарита решила особо не заморачиваться по этому поводу, ведь все люди неидеальны, она это поняла уже очень давно. Выбор кандидатур и так в какой-то степени напоминал ей небезызвестный всем «анализ Штирлица». Да, Наталья не обладала нордическим характером, но по всем остальным статьям явно подходила.

До этого Рита, рассказывая Наталье кое-какие подробности заседания клуба, конечно, делала это совсем не случайно. Она как бы подспудно заманивала знакомую в сети чего-то нового, неизвестного, а значит, привлекательного. Лучше уж где-то рассуждать на различные злободневные темы политики, экономики и общества в присутствии мужчин, чем слушать бесконечные рассказы знакомых женщин о своих многочисленных внуках и болезнях или сравнивать вместе с ними стоимость и качество творога в разных торговых точках необъятной родины.

Так Маргарита окончательно определилась с выбором кандидатуры для совместного посещения клуба, который все-таки ее успел заинтересовать.

Побывав на заседании Труворского клуба, Наталья осознала для себя одну важную вещь: лично ей интересно присутствовать на обсуждении вопросов, которые выходят за рамки ее повседневной жизни. Причем это не простой интерес, оказывается, у нее уже давно возникла потребность участвовать хоть как-то в социальной жизни. Чтение газет, просмотр телепередач, обсуждение происходящих событий со знакомыми не заменят личного участия. И вот неожиданно судьба предоставляет ей такую возможность. Да и что скрывать: магические слова «Труворский клуб» словно завораживали. Даже приложение «Уральское отделение» и какое-то непонятное «Агентство законодательных инициатив», которое пару раз упомянул Графитов, не смущали.

Настоящий клуб, конечно, собирается в Москве, там мелькают лица из телевизора, там происходят события, касающиеся всей страны, где кипит жизнь, где принимаются решения, от которых делается и грустно, и весело, в общем, хочется возражать, не соглашаться и задавать неожиданные вопросы. Просто одно присутствие на таком сборище возвращало интерес к жизни.

Наталье захотелось позвонить подруге и обсудить возможность участия в этом необычном и новом для нее мероприятии.

– Маргарита, привет! Чем занимаешься?

– Перевариваю вчерашнее.

– Ну и как тебе?

– Это, пожалуй, надо спросить у вас с Ольгой, – засмеялась она.

– Почему это у нас?

– Вы ведь туда со стороны пришли, вам виднее.

– Знаешь, одно дело – я слушала тебя и воспринимала людей и выступления в твоем пересказе, и совсем другое – увидеть собственными глазами. Все оказалось гораздо экзотичнее. Я и не думала, что рядом со мной, на соседней улице могут происходить бурные обсуждения, причем по таким серьезным вопросам. Не понимаю, зачем и кому это надо.

– А вот это главный вопрос и для меня. Конечно, это гораздо больше интересует, чем то, о чем они там толкуют в меру своих способностей.

– Маргарита, не поверю, что у тебя нет даже каких-то предположений.

– Представь себе, нет. Я надеюсь, что мы с вами вместе быстрее разберемся.

– Что-то я в себе сомневаюсь. Ты же меня знаешь, хитрости – это не мое амплуа. Это ты мастак строить версии на пустом месте.

– Так уж и на пустом?

– Фактов, которые можно было бы рассматривать, просто нет.

– Не скажи, главный факт – это сам Анатолий Сергеевич.

– Кстати, Маргарита, кто он вообще такой? Он похож на препода.

– Сильно в подробности своей биографии он не вдавался. Просто как-то упомянул о том, что сейчас уже не преподает. Кстати, он очень любит подчеркнуть тот факт, что всегда пользовался необыкновенной популярностью и даже любовью как в школе, так и в институте, когда преподавал.

– И сколько же лет он отстоял у доски? – спросила Наталья.

– Думаю, лет пять, не больше.

– Хм, на фоне наших сорока как-то не впечатляет. А сколько ему лет?

– Ну, наверно, под шестьдесят. Помнишь, он еще бил себя в грудь и говорил, что не будет обращаться за пенсией?

– Я ему не поверила. А ты?

– Да оформит, конечно. Я это заявление даже всерьез не восприняла. Будет пенсией хотя бы за квартиру платить. Так что у него много времени ушло на диссертации. А вообще меня больше всего интересует не его образование, а совсем другое.

– Что ты имеешь в виду?

– Наташа, все очень просто. Надо ответить на главный вопрос: на какие деньги живут он и его организация? Какие у них статьи дохода?

– Это, скорее, по твоей части. Я в этих вопросах все-таки не эксперт.

– Брось, это так интересно – пораскинуть мозгами, анализируя деятельность человека и организации. Кстати, по поводу экспертов, – рассуждала Рита. – Ты должна была от меня слышать, я тебе несколько раз говорила, что Анатолий Сергеевич – руководитель экспертной группы клуба.

– Конечно, слышала, помню.

– Так вот, из этого вытекает очень важная вещь – за руководство экспертами он определенно получает оплату, и, думаю, вполне ощутимую. Последние двадцать лет у нас эксперты – не бедные люди.

– Это смотря какие. Из-за рубежа, наверно, не бедные. А местные… Ты заметила, как ему важно зафиксировать фотографией факт выступления эксперта на семинаре. Как думаешь, почему?

– Возможно, для отчетности перед кем-то, – с уверенностью предположила Маргарита. – И еще он имеет много знакомых среди владельцев банков, художественных галерей. Ведь он не зря приглашает людей искусства на свои семинары. Не часто, но я их там встречала. О чем это говорит?

– Значит, имеет процент от продаж, – высказалась Наталья.

– Вот видишь, уже второй источник дохода. На подходе – третий. Анатолий Сергеевич дал мне почитать его брошюру. Я тебе говорила?

– Да, припоминаю, кажется, что-то о прагматизме. По правде говоря, мне это ни о чем не говорит.

– Потому что ты не читала ее. Кстати, я тебе ее дам почитать, получишь удовольствие. Я лично ознакомилась с большим интересом. Там он рассказывает о тренинге.

– Подожди. Когда я слышу это современное слово, у меня сразу же возникает в голове «тренинг личностного роста».

– Да, и главными результатами этого «роста» являются хорошие заработки для организаторов тренинга, заметь, очень хорошие, – с удовольствием подхватила подруга.

– Хорошие деньги – то, что нужно в наше время. Но я почему-то, когда слышу о тренингах, всегда вспоминаю психолога Лабковского, который не только тюкает денежки на этих тренингах, но и книги об этом пишет.

– Могу себе представить, чего там только нет.

– Да, он обучает всему. Но у него есть кое-что интересное – его шесть принципов общения.

– Давай хотя бы один, шесть я не выдержу.

– Пожалуйста. Выясняя отношения, говори только о себе.

– Он явно не дурак, но попробуй это воплотить во время ругачки, – засмеялась Маргарита.

– Спорить не буду, лично я его совет точно не смогу применить. Давай лучше вернемся к нашим подсчетам. Я насчитала у нашего Анатолия Сергеевича три источника дохода.

– Да, я тоже. Смотри, что получается. За поддержание сайта и сопровождение экспертов – один; за так называемую деятельность с авторами произведений искусства – два; и за тренинговые сборища – три.

– Думаю, для начала неплохо, но мы чего-то не учли.

– Да-а?.. – в своей неповторимой манере произнесла Рита. Она делала это так непринужденно, растягивая коротенькое слово, что создавалось впечатление о длинном и вполне содержательном комментарии. Возможно, здесь все дело в вопросительной интонации в конце, которая завершала глубокомысленное высказывание. – А по-моему, мы все перечислили.

– Просто у меня вызывает удивление выступление некоторых участников семинара.

– Ты о чем?

– Такое впечатление, что текст им дается с трудом, иногда кажется, что выступающий не сам его составлял.

– Ты была всего на одном семинаре, а уже делаешь такие выводы. Хотя в этом что-то есть.

– Рита, вроде мы с тобой обо всем правильно рассуждаем, но время для выводов еще не пришло, – Наталья решила переключить разговор в другое русло. – Я лично с интересом жду следующего заседания и собираюсь не просто присутствовать, а выступать.

– Понимаю. Тем более что, когда мы уходили, Анатолий Сергеевич вполне ясно высказался и пригласил вас с Ольгой на следующий семинар.

Это обсуждение показало, что она сделала правильный выбор: подруге явно понравилось, и она выразила свое желание продолжать эти заседания. Будет ли ходить ее дочь, Ольга, Маргариту сильно не занимало, дальше видно будет.

Глава 3

Август 2018 г. Лингвистическая экспертиза

Время пролетело незаметно, примерно через месяц Анатолий Сергеевич назначил очередное заседание клуба. В плане, который он выслал участникам, оказалось несколько вопросов без конкретных фамилий, Наталья выбрала один из них и начала всерьез готовиться. Он звучал так: «Нужен ли новый комитет в Госдуме по лингвистической экспертизе?». А сам семинар будет посвящен управлению языком как одной из задач законодательной власти.

Конечно, тема звучала странно, особенно относительно задач клуба. Все-таки это слишком узкоспециальные вопросы, но выбора у нее не было, приходилось брать, что есть.

Для Натальи «всерьез» прежде всего означало ознакомиться с имеющимися документами. Да, конечно, серьезный подход ко всему сильно осложнял ее жизнь, но от себя не уйдешь. Пришлось раскопать методические рекомендации Государственной думы по лингвистической экспертизе законопроектов. Оказывается, наша прекрасная дума озаботилась этим вопросом еще несколько лет назад. В выпущенных документах она учла практически все, поэтому сразу же возникали простые вопросы. Зачем снова ворошить эту проблему? Почему законы Госдумы нас так сильно удивляют? Обеспечит ли эта так необходимая и долгожданная лингвистическая экспертиза качественный и непрерывный законотворческий процесс? Похоже, что нет… Неужели все эти разговоры на семинаре – только повод обратиться к законодателям и привлечь к себе внимание?

Наталье не хотелось так думать, поэтому она решила составить личное мнение и послушать умных, опытных и искушенных участников семинара.

Все снова собрались на этой же квартире, превращенной в офис. В этот раз участников, на взгляд Натальи, пришло столько же, как и в прошлый раз.

Как только Анатолий Сергеевич, как обычно, закончил читать приветственное слово от руководителя регионального отделения, Маргарита, конечно, не утерпела:

– Да когда я уже смогу познакомиться с этим загадочным Ильёй Владимировичем? Я почти год слушаю его приветственные речи из ваших уст, Анатолий Сергеевич, но его так своими глазами и не видела и поэтому уже сомневаюсь в его существовании.

Сказала она это с улыбкой, и все поняли, что она шутит, но все-таки глава экспертной группы поспешил успокоить свою любимицу:

– Маргарита Сергеевна, вы обязательно с ним познакомитесь, я вам обещаю.

Она наклонилась к Наталье и вполголоса ей прошептала:

– Я все равно своего добьюсь, хочу лично с ним познакомиться.

– Зачем он тебе сдался? – удивилась Наталья.

– Ему принадлежит торговый дом «Мегаполис». Ты как раз живешь рядом с ним. Может, он нас туда пригласит?

– Да ты что? Весь «Мегаполис»? – поразилась та.

Тут руководитель строго взглянул на шепчущихся подружек, болтающих неизвестно о чем, и разговор пришлось прекратить.

Все развивалось по заранее отлаженному сценарию. Первым, как всегда, выступал бизнесмен Константин. Видимо, Анатолий Сергеевич специально всегда ставил его выступление в самое начало, чтобы тот не волновался и отмучивался первым.

Наталья и сама находилась немного не в своей тарелке, поэтому отлично его понимала. Она сосредоточилась на его выступлении, и ей снова показалось, что Костя говорит какими-то немного странными фразами, иногда подкрепляя свои слова жестами, которые ему совсем не идут.

«Дело даже не в том, что жесты плохие, – подумала она, – просто это не его жесты, искусственные какие-то, ненастоящие».

Она отвлеклась от выступления и посмотрела вокруг. Несколько человек она уже видела здесь в прошлый раз. Это хорошо, потому что выступать можно будет почти перед знакомыми людьми, правда с большой натяжкой. Наталья решила выбрать человека из присутствующих, к которому она и обратит свое выступление. Она всегда так делала, если ей приходилось держать речь на публике.

«Однозначно это будет не руководитель семинара и не Маргарита», – пронеслось у нее в голове.

Не успела она об этом подумать, как руководитель предоставил ей слово, видимо, решив долго не мурыжить новую участницу семинара.

Наталья не любила, когда выступающие не отрывались от своих заранее приготовленных записей: их просто неинтересно слушать – и всегда хотелось попросить высказаться своими словами. Но одно дело – чего-то ожидать от других, и совсем другое – поступать так самой. К счастью, Наталья относилась к тем людям, которых выступление вдохновляло и настраивало на кураж.

Присутствующие еще не знали, что бо́льшую часть своей трудовой жизни Наталья отдала методической работе, а это накладывает на любого человека определенный отпечаток. Она прекрасно умела вставлять в свои речи разные умные слова, причем к месту, умела выстраивать логические цепочки и могла дать фору руководителю по части построения и наукообразности своего выступления.

В общем, Наталья не зря шерстила уже выпущенные бумажки Государственной думы по лингвистической экспертизе. Опираясь на них, она выделила цели, задачи, требования к экспертам в процессе трех чтений законов. Как раз здесь все обстояло совсем не плохо. Самое время обратиться к результатам, к тому, что направлялось в общество. Наталья критически прошлась по ожиданиям гражданского общества, по необходимости соблюдения лингвистического закона, к месту вспомнила о квалиметрии.

«Для первого раза совсем не плохо, даже немного заумно, – подумала она, внимательно оглядев заинтересованных слушателей. – Пожалуй, и главный эксперт удовлетворен. Похоже, он не ожидал от меня такой прыти».

Она удовлетворенно села на место и стала уже с удовольствием слушать остальных.

Анатолий Сергеевич плавно повел свой «корабль» заседания дальше. Он явно получал удовольствие от своей деятельности, от всего происходящего, а главное – у него сегодня появилась возможность очень часто произносить эти магические слова: Государственная дума, депутаты, законодательный процесс.

Видимо, когда он употреблял все эти словосочетания, ему представлялась всем известная лестница Государственной думы, на которой он стоит своими крепкими ногами.

Скорее всего, тема семинара вдохновляла Анатолия Сергеевича на постоянное упоминание Госдумы. Возможно, это завораживало и всех присутствующих. Графитов постоянно рисовал перспективы что-то изменить в деятельности всенародно избранного органа власти, для начала – на этапе выборов. Например, ввести языковое тестирование депутатов с обязательным обнародованием результатов. Но этому мешало действующее законодательство. Получался замкнутый круг, но он не отступал и настаивал, чтобы нормами русского языка занялась Госдума.

Другие выступающие высказывали разные предложения, от внедрения эффективных образовательных языковых программ до доработки существующих законов. Дискуссия подходила к концу, собравшиеся договорились о необходимости управления языком на уровне Госдумы, которая жила и работала по своим планам, не подозревая о нависшей над ней «угрозе».

Анатолий Сергеевич действовал по отработанному сценарию. А именно: собирался писать в думу официальное письмо от имени какого-то Агентства законодательных инициатив. Наталья уже несколько раз слышала это странное словосочетание. Оно еще в первый раз резануло ее слух, но поскольку она приходила на заседания Труворского клуба и именно в эту организацию она хотела вступить, то это название пока проходило мимо нее, однако уже осело в подсознании. Так называемая законодательная деятельность и заседания клуба вместе не соединялись.

Женщина хотела спросить об этом агентстве у руководителя, но тут неожиданно в комнату зашел новый участник, прервав Графитова буквально на полуслове. Тот совершенно не обиделся, а, наоборот, очень обрадовался. Видимо, этого участника он и ждал. Согласитесь, появление незнакомого человека в любом обществе всегда приятно возбуждает присутствующих, причем как мужчин, так и женщин. Обе половины человечества неодинаково реагируют на вновь прибывших. Реакция мужчин всегда более сдержанна, они просто здороваются с ним за руку и как будто забывают о его присутствии. У женщин реакция совсем другая. Они исподтишка поглядывают на незнакомца, смотрят, как он одет, как держит себя, некоторые даже прикидывают возможную историю его жизни.

Графитов тут же очень воодушевленно проговорил:

– Как хорошо, что вы успели хотя бы к концу вашего заседания! Мы обязательно вас послушаем. Нам так интересно ваше мнение по вопросу, который мы сегодня обсуждаем!

Мужчине было лет за пятьдесят. Первое, что бросалось в глаза, – его высокий рост и какая-то трогательная худощавость. Руководитель представил его как Александра Тимофеевича, очередного гостя из уральского города, и сразу же предоставил ему слово.

Александр стал говорить о проблемах своего родного малого города. Чувствовалось, что он действительно переживает за него.

– Кстати, – не утерпел Графитов, – Александр готовится баллотироваться в мэры.

Присутствующие сразу же оживились, почувствовав энергетику надвигающихся предвыборных событий. Все понимали, что это трудное дело, но ощутили свою некоторую причастность к этому. Лингвистические проблемы слегка отошли вдаль, но никто не расстроился по этому поводу. И только Анатолий Сергеевич вновь призвал всех к порядку:

– Господа, у нас еще будет возможность поговорить о депутатстве. А сейчас мы вернемся к нашей теме – лингвистической экспертизе. Ваши предложения, которые мы могли бы внести в Госдуму.

Как ни странно, предложения поступили: ввести языковое тестирование депутатов на стадии выборов, предложить депутатам заняться нормами русского языка, рассматривать русский язык как явление федерального и мирового уровня, эффективнее заниматься образовательными программами.

Руководитель записывал эти предложения и просто сиял собственным светом. Он уже видел себя с докладом в одном из комитетов Госдумы.

На этой оптимистической ноте заседание закончилось.

Конечно, Наталья и Маргарита стали обсуждать между собой это необычное заседание сразу же, как только оказались на улице.

– Маргарита, как ты относишься к этим проискам Анатолия Сергеевича в отношении думы?

– Мне они по меньшей мере непонятны.

– Ты в них веришь? – допытывалась Наталья. – Это реально возможно?

– Отправить письмо, конечно, реально. Другой вопрос: зачем это ему нужно? И будет ли на это реагировать Москва?

– А на меня произвело сильное впечатление, что он действительно может обратиться с нашими предложениями в Госдуму. Я ему поверила. Как это здорово – не просто куда-то ходить и что-то обсуждать, а может так получиться, что твои мысли и соображения рассмотрят серьезные люди, например наши депутаты. Все-таки для меня Государственная дума – это серьезная организация…

– Знаешь, я уже год слушаю эту песню про обращение в Госдуму. Он обращался туда по государственным праздникам, по образованию, по пенсионной реформе, но что-то никакого реального отклика я не наблюдаю.

– Ты известный прагматик.

– Кстати, Графитов написал книгу про прагматизм. Надо попросить почитать.

– Получается, – вернулась к теме подруга, – нам он просто дурит голову думой и Москвой, а сам просто ищет повод туда обратиться и устанавливает личные связи.

– Это же тоже хорошо. А вообще, пока я сама не побываю в Москве и не увижу их встреч в думе, всерьез к этому относиться не буду.

– Для меня поездка в Москву, в думу, совершенно нереальна. Что, мы с Ольгой вдвоем на свои деньги туда отправимся?

– А я бы отправилась. Только чтобы мои затраты были частичными.

– А что, кстати, тут делают его бизнесмены? Мы-то понятно, зачем туда ходим – интеллектуально развлечься. А они зачем? Ведь у него на заседания почти каждый раз новые люди приходят. Сегодня, например, был Василий из моего родного города Касли. А это больше ста километров от Екатеринбурга. Он что, тоже приехал развлечься?

– Конечно, нет, – глубокомысленно заметила Маргарита. – У них тут какие-то интересы. Я буду не я, если не разберусь, в чем тут дело.

– Вместе разберемся.

– Кстати, Графитов обещал устраивать заседания в разных местах, а сводил нас только в банк, хотя та встреча мне понравилась. Жалко, что там вас с Ольгой не было. Мы бы вдвоем с тобой больше всего разузнали. И еще я все-таки хочу встретиться с этим Ильёй Владимировичем, нашим формальным руководителем, мне недостаточно его постных пожеланий и обращений, которые, скорее всего, за него пишет сам Графитов.

– Ну, – засмеялась Наталья, – я не могу чего-то от него требовать, я пока еще тут на птичьих правах. Это ты – уже эксперт и член клуба.

– Ничего, ты тоже скоро будешь. Главное – если я начну задавать вопросы, ты меня поддерживай.

– Это-то обязательно!

Октябрь 2018 г. Депутат и законодатель

Желание подруг присутствовать на заседании не в офисе, а в каком-то другом месте очень быстро исполнилось. Тут все случилось по Зеланду: только объявили о своем намерении, забыли о нем, и оно сразу же воплотилось. Правда, честно сказать, Наталья отправилась бы на заседание куда угодно, даже снова в офис. Ее дочь спасала работа, а вот Наталье объявленное заседание Труворского клуба пришлось очень кстати. Она готова отправиться в любое место и рассуждать на любую тему.

Место руководитель выбрал достаточно необычное – горный университет, институт экономики. И Наталья, и Ольга ходили мимо него на работу несколько лет и даже не задумывались о его существовании. Они просто наблюдали толпы студентов, заходящих и выходящих в какое-то солидное учебное заведение. И вот представился случай в нем побывать. Правда, объявленная тема вдохновляла не очень: что-то насчет разницы между депутатами и законодателями, – но выбирать не приходилось. Для простого обывателя тема звучала немного оторванной от жизни. Что простым людям, как их любят называть по телевизору, приходит в голову, когда они слышат слово «депутат»? Большие зарплаты, никакой ответственности, видимость бурной общественной деятельности. Хотя, в принципе, всем понятно, что депутаты нужны и без Госдумы не обойтись. Конечно, хотелось бы, чтобы они были другими: выполняли свои обещания, заботились о народе, который их выбрал, но тут уж – какие есть.

Графитов разработал с десяток вопросов, связанных с деятельностью депутатов разного уровня, Анатолий Сергеевич явно к ним неровно дышал. От имени руководителя клуба на Урале он выдвинул лозунг: «Надо начать процесс профессионализации Госдумы!». По сути, он предлагал ответить на вопрос: кем должен быть депутат – лоббистом интересов избирателей или просто законодателем?

Слово «законодатель» навевало юридические соображения: депутаты должны писать законы. Дело это, конечно, непростое, и тут же возникал вопрос: а могут ли артисты, спортсмены, космонавты, которые появлялись в Госдуме с завидной регулярностью, сочинять и писать эти законы? Наверно, для этого нужно иметь по меньшей мере юридическое образование. Конечно, там имелись юристы, но они явно терялись среди этой массы новых и старых депутатов. Так что вопрос, вообще говоря, на обсуждение выдвигался интересный.

– Слушай, как ты считаешь, откуда ветер дует? Почему нашего Анатолия Сергеевича все время так и притягивает деятельность Госдумы? – решила обсудить Маргарита во время очередного звонка Наталье.

– Так дума-то в Москве, – хмыкнула подруга, – будет повод снова туда поехать. Ведь там сосредоточены все финансовые ресурсы.

– А может, там у него и находятся разные заинтересованные люди? Как думаешь?

– Люди, которые позволяют ему заработать? Не знаю. Вообще об этом не задумывалась. Он же руководитель экспертов клуба.

Наверно, ему за это и платят. Только при чем здесь Москва? Эксперты-то у него местные.

– А меня всегда интересует денежный вопрос. Мне интересно, на какие средства существует человек. Я и не скрываю этого. Помнишь, мы с тобой уже пытались определить его источники дохода?

– Помню, но мы с тобой так ни до чего и не договорились.

– Конечно, это трудно. Попробуй узнай про человека всю его подноготную. Кстати, мне уже давно хочется обсудить с ним еще один вопрос.

– Ты о чем?

– Хочу не просто выступать на заседаниях клуба, но и что-то заработать.

– Например?

– Ну, лекции где-то у него читать, я же преподаватель.

– Интересно, что у тебя получится. Но в этом что-то есть, – поддакнула Наталья.

– Знаешь, я даже договорилась с ним о встрече в офисе. Надеюсь, обсудим что-то конкретное.

Маргарита переключилась на предстоящий семинар:

– Вы собираетесь?

– Ольга – нет, а я пойду. Хотя там остался вопрос, который мне не нравится.

– Это большого значения не имеет. Главное – присутствовать и участвовать. Кстати, ты знаешь, где этот институт экономики?

– Знаю. Мы там рядом долго жили и мимо него ходили.

– Тогда встретимся около метро, не хочу одна плутать по незнакомому району.

– Хорошо, там недалеко от метро.

Стояла золотая осень, хотя наступил уже октябрь. Опавшие за день разноцветные листья шуршали под ногами и расцвечивали все дорожки. Маргарита с Натальей пришли раньше и оказались первыми, они стали ждать своих в вестибюле института экономики. Сначала вахтер не хотела их пускать, но потом по паспорту Натальи они прошли. Они устроились на креслах в большой рекреации и с любопытством поглядывали вокруг. К вечеру студентов, конечно, и след простыл, но вокруг чувствовалась особая институтская атмосфера: гулкие коридоры, особая тишина, портреты ученых и профессоров по стенам.

Первой к подругам подошла Татьяна Фёдоровна – «мать-героиня». Так ее мысленно про себя окрестила Наталья. Для нее иметь троих детей являлось по-настоящему героическим поступком. Таня казалась приветливой и любезно улыбалась, но, похоже, за этим скрывалась простая вежливость. Наталья часто говорила: «Я не знаю, я чувствую», когда встречалась с незнакомыми людьми.

Маргарита решила не терять зря времени и завела разговор с ней о том, чем она занимается помимо воспитания детей. Женщина отвечала с улыбкой, но без подробностей. Например, на настойчивые расспросы она кратко сообщила, что занимается бычками, содержит ферму.

Слово «бычки» в стенах института экономики прозвучало неожиданно. До этого Таня присутствовала на всех заседаниях клуба, даже когда находилась в положении. Как рассудили подружки, она работала в офисе и вела весь документооборот, отвечала на звонки по телефону. Еще она, кажется, писала диссертацию на тему детской мультипликации. При чем здесь какие-то бычки и ферма? Сразу захотелось узнать подробности: кто хозяин фермы? Сколько бычков? Кто их разводит, ухаживает за ними? Неужели она сама? Она не производила впечатления деревенской трудяги, для которой крестьянский труд – любимое дело. И, конечно, главный вопрос: есть ли прибыль? У Маргариты сразу же загорелись глаза, и она уже приготовилась задать первый вопрос. Но тут пришли другие участники семинара, и общение пришлось прервать.

– Наташа, напомни мне потом это слово – «бычки», – шепнула Рита. – Думаю, об этом надо еще поспрашивать.

– Ладно, напомню. – Однако сейчас ее интересовало совсем другое – предстоящее выступление. Новое место и новые люди настраивали на деловой лад.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

См. роман «Черная дыра».

Вернуться