Татьяна Berd
Три грации

Пролог

Посмотрев на часы, я ужаснулась – час ночи, пора бы и в кроватку.

– Опять засиделась, – сняв очки и потянувшись, потерла глаза, закрыла ноутбук и поплелась в ванну. – Надо будильник ставить себе, десять часов за компьютером ни к чему хорошему не приведут, – недовольно пробурчала, включила свет и открыла дверь в свою ванную комнату.

Почему бы мне сразу не закрыть ее обратно, когда почувствовала неладное? Но мое любопытство сыграло против меня. Я стояла, уставившись внутрь. Тут должен быть самый обычный совмещенный санузел, как во многих квартирах моих соотечественников, но вместо него был какой-то длинный темно-серый коридор, из которого подуло прохладой.

Я шагнула внутрь, и дверь за моей спиной захлопнулась. С перепугу начала дергать ручку, но она не поддавалась – была заперта. Но я только что из нее вышла! Как такое может быть?

Покрутив головой по сторонам, заметила, что из глубины этого длинного коридора идет слабое мерцание света, решила идти в том направлении, в надежде найти кого-нибудь и попросить помощи.

Аккуратно двигаясь, держась за холодные каменные стены, осторожно шагала к своей цели. Проходя мимо больших окон, мне захотелось подойти к ним и посмотреть, что же там снаружи. Может тогда станет ясно, куда я попала. Только подойдя ближе, я поняла, что окна не застеклены, поэтому в коридоре так холодно. Высунувшись в проем, с ужасом отпрянула назад – где-то очень далеко внизу бушевало море.

– Батюшки, – прошептала я, пятясь назад, – где же это я?

Только впечатавшись спиной в холодную стену, перестала двигаться и замерла, испуганно таращась в незастекленное окно, из которого сейчас было видно только ночное небо усыпанное мелкими точками разноцветных звезд.

– Быстрее к свету, найти кого-нибудь и попросить о помощи, – сказав сама себе, неуверенно продолжила свой путь.

Через пару шагов достигнув первого факела, закрепленного на стене, в удивлении уставилась на него. Первое, что меня заставило оторопеть, то, что это был не обычный электрический светильник или бра, это был самый настоящий факел, которым когда-то освещали средневековые замки. А второе меня вообще повергло в шок – небольшой шар, приятного желтого цвета, был подвешен в воздухе – это не огонь и не лампа, именно шар непонятной светящейся субстанции.

Протянув руку, хотела дотянуться до него, но круг протестующе взлетел вверх и замерцал.

– Господи, Боже, – ошалело прошептала я, – что это?

Глядя на то, как шар света опускается назад, моя идея найти кого-нибудь и попросить о помощи не казалась мне такой уж хорошей. А вот вернуться и попытаться выбить дверь, из которой я сюда вышла – идеальной.

Метнувшись быстрым бегом назад, к той двери, я оторопело уставилась на абсолютно пустую стену.

– Да что это, черт возьми, такое!? – всхлипнув, я с досады пнула холодные камни и устало поплелась назад, к светящемуся чуду.

Подойдя к шару, встала возле него.

– Отведи меня домой, пожалуйста, – всхлипнув, попросила этот сгусток света больше от отчаяния, нежели действительно надеясь на то, что он меня послушает.

На мое удивление, шар подлетел ко мне, застыл на месте, и медленно поплыл вглубь коридора. Немного потоптавшись на месте в нерешительности, пытаясь справится со своим удивлением, я побрела за ним.

Мы плутали по длинному извилистому коридору, освещенному такими же шарами, как и мой провожатый, каждый раз приветственно мерцающими нам, когда мы проходили мимо. Я в удивлении крутила головой, пытаясь понять – где же очутилась, но ни одной путной мысли в голове не было. Мы медленно проходили мимо плотно закрытых дверей, пока мой шар не застыл около одной из них.

– Мне туда? – слабо пискнула я, в ответ было только тихое мерцание.

Неуверенно взявшись за ручку, толкнула дверь, и она поддалась. Войдя внутрь, не сдержала вздох разочарования – это была не моя ванная комната, это была чья-то спальня.

– Но это не моя комната! – возмущенно повернулась я к своему провожатому, но вместо ответа, дверь захлопнулась, чуть не ударив меня по носу.

Попыталась подергать ручку, уже зная, что дверь не откроется, но надежда, она вроде как последней умирает. Заплакав от досады, пошла вглубь небольшой, уютно обставленной комнаты, освещенной такими же шарами, что и коридор.

Присев на мягкую кровать и посмотрев в окно, не плотно занавешенное темно-бордовой бархатной портьерой, решила лечь спать. Утро вечера мудренее. Пока это непонятное место безлюдно, я ничего сделать не смогу, может с утра мне повезет больше. Если, конечно, меня не примут за ведьму и не сожгут на костре.

Как была в домашнем костюме, откинув покрывало с кровати, плюхнулась в постель, укутавшись по обыкновению в одеяло и, на удивление, быстро, видимо от пережитого, погрузилась в глубокий сон.

Глава 1

Каникулы подошли к концу, и все адепты вернулись в любимую и не очень академию. Второй курс, боевой факультет, мы уже не мелкие сошки, почти бойцы, потому что набрался первый курс, на котором, в отличии от нашего, две девочки. На старших курсах вообще ни одной, у нас только я, а вот новонабранный отличился – две боевые магички, согласившиеся поступить к нам на факультет.

Ректор Магической Академии Сардария был этому, кажется не особо рад. Я помню, когда поступала сюда и меня распределитель, не мало сам удивившись, отправил к боевым магам, ректор Валеус Магиор пристально рассматривал меня, нахмурившись и, как мне казалось, недовольно поджав губы.

В этот раз, когда представляли первокурсников на площади, он также пялился на двух девушек боевого факультета, внимательно, с хмурым прищуром разглядывая каждую.

Вместе с ректором, девушек рассматривала и я. Странно, но они мне казались такими же необычными, как и я сама. И дело было не в том, что я единственная девушка на всем боевом факультете, окруженная вниманием лучших парней академии, и теперь у меня появились конкурентки. Нет, совсем нет! Мне казалось, что они такие же – иномирянки, или, другими словами, попаданки в этот мир.

Тогда, два года назад, так и не очутившись в своей ванной, вместо этого побродив по коридору и уснув в чужой спальне, утром проснулась от хмурого взгляда высокого брюнета. На его вопрос, кто я такая и как тут очутилась, рассказала ему всю правду, и на мое удивление он не вызвал мне санитаров, да их тут и не оказалось, а строго настрого запретил кому-либо еще рассказывать об этом.

Мужчина сочинил легенду о том, что я являюсь его племянницей, мои родители погибли и теперь он, якобы, является моим опекуном. Сам же он представился некромантом Сидиллой Нейрус.

Помню, тогда у меня чуть кукушка не поехала от полученной информации: некромант, другой мир, попаданка. Уточнив у меня сколько мне лет, получив ответ, что на Земле мне было тридцать пять, удовлетворенно кивнул и объяснил, что и здесь мне столько же, но я пока считаюсь несовершеннолетней, и моя самостоятельная жизнь начнется только через год. Я должна буду поступить в Магическую Академию, но прежде, за оставшееся время мы должны понять, какая магия есть во мне.

Определить мою стихию удалось не сразу, и каково же было удивление моего новоиспеченного родственника, когда я создала сначала молнию, потом дождь, а затем настоящую бурю. Он с таким восхищением посмотрел на меня и произнес:

– Стихия, твоя магия стихийная, – радостно выпалил он.

– Это так круто? – недовольно поинтересовалась я.

– Забудь эти слова, и не вздумай тут их упоминать. Это слишком опасно для тебя. Никто не должен знать, что ты из другого мира, – серьезно произнес Сидилла. – Кроме магии ты еще очень сильна физически, что для женщин Сардария достаточно большая редкость, – продолжил объяснять он.

– Я занималась боксом в своем мире, – пояснила ему.

– Я так понимаю, это что-то боевое? – хмыкнул дядя, получив утвердительный кивок, продолжил: – Старайся никому этого не показывать.

– Что мне грозит? В чем таится опасность? – не выдержала я, пытаясь понять, что же такого страшного быть иномирянкой. К тому моменту уже выяснила, что ведьм в этом мире не сжигают на костре, вместо этого их именуют магами и очень почитают.

– Как-нибудь объясню тебе, когда ты будешь готова. Сейчас нам самое главное пробудить твою магию до конца, помочь тебе управлять ею, потом ты пойдешь в академию, там тебя обучат уже более досконально. Плохо то, что скорее всего, тебя определят на боевой факультет, – вздохнул он.

– Опять плохо? – заныла я. – Да почему!?

– Потому, что девушки поступают в основном на бытовой, лечебный, зельеварный факультеты. Боевой – чисто мужской.

– Попахивает шовинизмом, – фыркнула я.

– Чем? – удивленно уставился он, я лишь махнула рукой в ответ. Некромант обреченно покачал головой и продолжил: – Распределитель Флом делает свое дело на отлично, он определяет безошибочно направления будущим адептам, и не почувствовать в тебе твою принадлежность к боевому курсу, он не сможет. Но такое, слава Валху, случается.

– Кто такой Валх? – заинтересовалась я.

– Наш бог, создатель всего живого на Сардарии, а также повелитель магии, – объяснил мне Сидилла.

За занятиями год прошел незаметно, и вот я поступила в академию, произведя фурор, оказавшись единственной девушкой-боевичкой. Поначалу первый курс давался мне не легко, парни пытались меня задирать, шпыняли и грубо шутили надо мной. Но когда я сломала нос одному из шутников прямым, четким, поставленным апперкотом, многие, особенно мои однокурсники, меня зауважали, и шутки в мою сторону прекратились.

Тот, кому я сломала нос, второкурсник, темный эльф, будущий правитель своего царства, Хадарай, проникся ко мне чувствами и принялся, что есть мочи, ухаживать. Он дарил цветы, звал на свидания.

Первое время я игнорировала этого напыщенного идиота, но эльф был очень настойчив, просил прощение и умолял дать ему шанс доказать мне, что не так плох и вел себя как скотина только потому, что я ему безумно нравилась, и его это ужасно раздражало. Парни, даже на Сардарии оказались обычными парнями – нравится девушка, давай дернем за косичку, пообзываем ее, хорошо хоть портфелем по голове не получала, и то из-за того, что этот самый портфель тут напрочь отсутствует.

Сделав скидку на то, что не смотря на свои тридцать восемь лет эльф еще юн и неопытен в правильном обращении с девушками, а также на то, что будучи очень красивым молодым наследником темно-эльфийского престола, не был обделен женским вниманием прекрасной половины академии, особо никогда не заморачивался по завоеванию женских сердец, ибо эти сердца сами прыгали к нему в постель, особо там, конечно, не задерживаясь – я сдалась. Но не до конца. Полгода, до больших каникул, что мы встречались, держала с ним небольшую дистанцию – не позволяла заходить дальше поцелуев. На мое удивление, он отнесся к этому с пониманием и достаточно стоически, чем немало меня удивил.

Я же, будучи уже достаточно взрослой теткой для Земли, тут считалась невинной леди, которая не должна позволять молодым людям лишнего, хотя пуританскими взглядами не отличалась никогда. Но мой дядя был крайне убедителен, наставляя меня по поводу взаимоотношения с парнями, опять же упоминая, что интимные отношения могут быть для меня опасны. К чему они могут привести, конечно же, объяснить не захотел. Но я, как послушная девочка, решила не рисковать своей шкуркой, и пока воздержаться от вступления в полноценные отношения с молодыми людьми.

И вот каникулы закончились, все адепты вернулись к своему месту учебы. Приветствовали первокурсников, как обычно устроив им розыгрыши, каждый факультет свой. Наш был одним из самых жестких, такой же, какой устроили и нам. Когда наши новые адепты и две адептки шли заселятся в общежитие, там их ждали созданные иллюзии орков, которые напали на новеньких, как только те оказались в абсолютно темном холле. Кто-то завизжал, кто-то пытался сбежать, что делали новые адептки, в той суматохе, кроме меня, никто и не заметил. Две новеньких встали в боевые стойки и принялись руками отбиваться от орков, не применяя магию вовсе. Я заметила, что брюнетка применяла приемы, очень похожие на карате, а вторая, рыжая, вроде как даже самбо, чем немало меня обрадовала.

После этого случая, я стала пристально наблюдать за девочками, которые к тому же и сдружились, что в принципе было неизбежно, учитывая, что их всего две на курсе, и то, что с другими факультетами мы мало пересекаемся и по учебе и на отдыхе. Но к брюнетке, которую, как я выяснила, зовут Ингиелла, начал присматриваться и Хадарай. Мне это было не особо приятно, но не смертельно.

Эльф, как бы, между прочим стал чаще пересекаться с девушкой, мило о чем-то беседовать с ней. Но та его пыталась избегать, всячески сторониться и уходить от бесед, чем вызвала у меня уважение. О том, что мы пара знала вся академия, в том числе и эти две новенькие. Как только Хадарай появлялся в поле их зрения, девушки старались изменить свое направление следования.

Я оставила неверного эльфа на потом, сосредоточившись на этих двух боевичках, пытаясь подловить их на чем-то необычном. И именно сегодня мне улыбнулась удача!

После третьей пары, измотанные преподавателем боевой магии темным магом Лимусом, ввалились в столовую всем курсом и, взяв подносы с едой, разместились за столом, молча принялись за трапезу.

Еще войдя в обеденный зал, я заметила двух девиц, сидящих вдвоем за отдельным небольшим столом и поглощавшись свой обед, о чем-то грустно и тихо беседуя. На мою радость, мои сокурсники разместились за соседним с девушками столом, и я постаралась сесть так, чтобы быть рядом с этими двумя и подслушать, о чем они говорят. Но меня ждало разочарование: говорили они очень тихо – разобрать что-либо мне так и не удалось.

Огорченно вздохнув и закончив свой обед, я устало поднялась из-за стола, взяла поднос и побрела относить грязную посуду. Оставив поднос, немного замешкавшись, завязывая шнурок своего тренировочного ботинка, присела возле стола так, что оказалась незаметной для брюнетки и рыжей, также подошедших оставить свои подносы.

– Я так устала тут, – горестно вздохнула Ингиелла.

– Не то слово, Ингрид, – вздохнула рыжая. – Сейчас бы хоть телефон, родителям позвонить.

– Сотовый? – радостно прошептала я, вставая, чем несказанно напугала подруг.

– Да, – от удивления кивнула рыжая. – Сотовый.

– Отлично, – потирая руки, кровожадно улыбнулась я. – Мне кажется нам троим есть, что обсудить, – и видя встревоженный взгляд брюнетки, устремленный на меня, пояснила: – Не дрейфь, это не касается эльфа.

– Ты… – вытаращила на меня глаза Ингиелла.

– Не здесь, – прошептала я. – Поляна у ручья, в полночь, сегодня. Там все и обсудим.

Обе согласно кивнули, а я вышла из столовой, предварительно поймав на себе озабоченный взгляд Хадарая, ответила ему недовольным прищуром.

Я конечно все понимаю, понравилась ему другая, ну будь же мужиком, скажи об этом. Но нет, вместо этого, он начал избегать моего общества, хотя я и не особо-то настаивала. Да и ответила ему только ради того, чтобы никто не заподозрил нас троих. Дядя меня настолько застращал своими опасностями, что у меня началась проявляться мания преследования.

Глава 2

Как только я вышла из столовой, меня догнал мой одногруппник Максимус, довольно милый парнишка-оборотень, не обделенный недюжинной силой, но вот с интеллектом ему не очень повезло. Уставив на меня свои ярко выраженные большие карие глаза, скривив в хитрющей усмешке тонкие вечно обветренные губы и, лукаво сморщив свой нос-пипку, хитро проговорил:

– Я смотрю, ты решила этой показать, что эльф твой?

– Вовсе нет, – надменно фыркнула я. – Ждешь представления, Максимус, я тебя разочарую. Его не будет. Выяснять отношения из-за мужчины – это дурной тон.

– Но она же крутит хвостом перед ним! – удивленно воскликнул оборотень.

– Что-то я не видела, чтобы это делала именно Ингиелла. Насколько я успела заметить, именно Хадарай не дает ей прохода, – парировала я, повергнув тем самым в шок своего одногруппника.

– Постой, – остановил он меня, грубо схватив за руку, так как я намеревалась пойти к аудитории для следующей лекции по истории Сардария. – Ты просто так отдашь ей эльфа?

– Максимус, – зло прошипела я, вырываясь из его хватки. – Не смей меня так хватать! Это раз! Два, я тебе уже все сказала! И три, не твоего ума дела! С этим я как-нибудь сама разберусь! – и гордо прошествовала дальше, оставив оборотня стоять в недоумении, глядя мне вслед.

После лекций, планировала засесть в библиотеке, чтобы подготовить доклад о методах и способах использования магии воздуха, но Хадарай выцепил меня у выхода из академии и потянул за собой в гущу деревьев подальше от посторонних глаз.

– Что ты намереваешься с ней сделать? – серьезно поинтересовался он, сверля меня своими зелеными глазами и недовольно поджав пухлые губы.

– С кем? – я удивленно уставилась на него.

– С Ингиеллой! – его аристократический точеный носик возмущенно задышал, недовольно раздувая ноздри.

– Милый, – промурлыкала я, как можно слаще, положив руки на его широкую, крепкую грудь, – не строй иллюзий на счет того, что я буду с кем-то из-за тебя что-то делать. То, что ты неравнодушен к этой девушке, понятно каждому адепту этой академии. Не надо строить из меня дуру, дорогой эльф, я не слепая и вижу, что ты ей, а не она тебе, не дает прохода.

– Так тебе все равно? – обиженно произнес он.

– Я тебя не пойму, Хад, тебе не нравится, что я не вызвала Ингиеллу на бой из-за тебя? – удивилась я.

– Я не это имел в виду, Лиззи, – начал оправдываться он, – мне обидно, что ты так легко все это отпускаешь.

– Что тебе? – изумленно усмехнулась я. – Обидно? У тебя жар? – приложила ладошку к его высокому и на удивление холодному лбу. – Да нет. Ты ничего не перепутал?

– Лиззи, я … – начал эльф и замолчал, видимо подбирая слова.

– Хадарай, – серьезно глядя ему в глаза, начала я. – Найди в себе мужество и признайся мне, что ты влюбился в другую.

– Я не влюбился, Лиззи, – покачал головой парень, разметав свои черные длинные прямые волосы по широким плечам. – Она мне нравится, безумно нравится. Но с другой стороны это не правильно по отношению к тебе.

– А выяснять сейчас со мной, что я собираюсь с ней сделать, ты считаешь правильным? – в замешательстве воскликнула я.

– Нет, ты права. Но…, – эльф взял мою ладошку, лежащую на его груди в свои руки, и принялся поглаживать ее своими длинными изящными пальцами, вздохнул и попытался продолжить объяснение: – Я не понимаю что со мной, но когда ее вижу, у меня кровь вскипает. У меня ни с кем так никогда не было, чтобы от одного взгляда и вот так, прости, – виновато посмотрел на меня.

– Это называется любовь, милый, – успокоила я его. – Мне, конечно неприятно это все, но не смертельно, поверь.

– Правда? – недоверчиво посмотрел на меня парень.

Я промолчала, и не от того, что мне было тяжело, а от того, что чуть не выпалила: “Вот те крест!”

– Правда, – собравшись, кивнула я. – Мне кажется, ты ей тоже нравишься, но она тебя избегает из-за наших отношений. Я поговорю с ней, скажу, что мы расстались, чтобы она не беспокоилась об этом.

– Правда? – ошалело переспросил он, глядя на меня округлившимся глазами.

– Хад, – опять сдержалась, чтобы не сказать “не беси меня”, обреченно покачала головой, и продолжила. – Если ты воспылал чувствами к этой девушке, что я могу сделать?

Эльф подхватил меня на руки и закружил по небольшой полянке, на которой мы затаились.

– Я не сомневался, что ты мудрая и хорошая девушка, – смеясь проговорил он. – Прости меня, что я трусил. Но мне не хотелось делать тебе больно.

– Мне не больно, Хад, как бы странно это не звучало, но это действительно так. Обидно немножко, досадно, – улыбнулась я, все еще пребывая в его крепких объятиях.

Он опустил меня на землю, счастливо улыбаясь, и преданно посмотрел в глаза:

– Мы же останемся друзьями? – с надеждой поинтересовался Хадарай.

– Попытаемся, – я не стала говорить, что нам придется подружится, если у них сложится с Ингиеллой, так как с ней мы явно станем подругами, это уже чувствовала нутром.

– Я думаю у нас получится, – уверенно произнес парень. – Мне очень не хочется терять тебя, как друга.

– Мне бы тоже не хотелось терять такого друга, как ты. – То, что этот наследник эльфийского престола может мне пригодится, я даже не сомневалась. А также была уверена, что они с брюнеткой пара, как там у эльфов, вечная. – Пойдем уже, новоиспеченный друг, – смеясь предложила я. – Мне еще доклад о методах и способах использования магии воздуха писать.

– Хорошо, – он протянул мне руку и мы вышли из своего убежища.

Я встала на цыпочки, поцеловала его в щеку, эльф обнял в ответ и пошел по своим делам. Постояв немного и посмотрев ему вслед, я грустно вздохнула и побрела в библиотеку – одноэтажное небольшое светлое строение с ярко-зеленой крышей, стоящее в противоположной стороне от основного здания академии.

Не спеша следуя в сторону библиотеки, я не думала о расставании с Хадараем. Оно было неизбежным, рано или поздно мы бы все равно к этому пришли. Парень мне нравился, был симпатичен, в самом начале может и была какая-то влюбленность в него, но совсем немного.

В то время мне все было в новинку: новый мир, новые люди, новые знание. Теперь же, немного обжившись тут, свыкнувшись с тем, что скорее всего тут навсегда, уже не так восторженно воспринимала свое окружение.

На самом деле в данный момент думала о том, что на Земле давно не бывала в библиотеке. Пока училась в институте, курса до третьего захаживала туда, потом интернет широко распространился и стал более доступен, и надобность в частом посещении отпала. Приходила туда только для того, чтобы взять учебники в начале года и сдать их в конце. Как же мне не хватало всемирной паутины! Вот честное слово! Вместо того, чтобы переворачивать пыльные фолианты, выискивая нужное тебе для доклада, забила бы в поисковик свою тему и уже оттуда повыдергивала нужное.

– Ой! – задумавшись, не заметила, как на моем пути кто-то возник, и я в этого кого-то врезалась со всего маху.

Вытряхнув себя окончательно из своих дум, наконец рассмотрела того, кто преградил мне путь. И это был никто иной, как сам ректор – магистр огненной магии Валеус Магиор, скалой возвышающийся надо мной, недовольно поджав свои пухлые алые губы и испепеляя меня своими голубыми глазищами. Он, как обычно, был одет в черный сюртук с воротником стойкой, выгодно подчеркивающий его узкую талию и широкие плечи, светло бежевую сорочку, с небрежно расстегнутыми двумя верхними пуговицами, черные брюки со стрелками, обтягивающими его упругие бедра и длинные стройные ноги.

– О чем вы так задумались, мисс? – строго поинтересовался он и нахмурил свои дугообразные брови, придав тем самым своему лицу еще больше брутальности.

– О докладе, магистр Магиор, – пролепетала я, пытаясь унять свое внезапно затрепетавшее сердце.

– Сдается мне, что ваши мысли были совсем не об этом, Лиззи, – продолжил он уже менее строго, добавив в свой голос насмешки, и запустил ладонь с длинными красивыми пальцами в свои светло-русые коротко стриженные волосы, поправляя выбившиеся на ветру непослушные прядки.

– Вы ошибаетесь, – неотрывно наблюдая за его действия, словно завороженная, ответила ему.

– Я видел, как вы обнимались с мистером Хадараем, – хмыкнул магистр. – Не кажется ли вам, милая леди, что это не позволительно делать на глазах у всей академии?

Я удивленно уставилась на ректора. На мгновение мне показалось, что в его тоне присутствуют ревностные нотки. Он меня ревнует к эльфу? Да ну нет!

– Я вас не понимаю, магистр, – спокойно ответила я. – Что в этом зазорного? Насколько я помню, уставом академии это не запрещено.

– Не кажется ли вам, милая Лиззи, – практически прошипел мужчина, – что это должно быть запрещено правилами хорошего тона? И леди сама должна беспокоиться о своем положении в глазах окружающих.

Мне казалось еще немного и мои глаза вылезут из орбит, я еле держалась, чтобы не выпалить, что это не его собачье дело, и когда кому-то что-то кажется, то надо креститься. Вместо этого, неожиданно для самой себя, я промурлыкала и при чем достаточно сексуально:

– А вам не кажется, уважаемый магистр Магиор, что лезть в чью-то личную жизнь по крайней мере не тактично?

Именно сейчас мне очень не хватало сотового телефона или фотоаппарата, чтобы запечатлеть вытянувшуюся физиономию ректора. Он так на меня смотрел, как будто перед ним явилась сама Свирия – богиня любви, местная покровительница семьи.

– Вы хотите меня обвинить в том, что я проявляю излишнее любопытство по отношению к вам? – удивленно вскинул брови он.

– Да, – лишь кивнула ему в ответ.

– Ну знаете ли, – от возмущения его ноздри заходили ходуном.

– Не знаю, – парировала я, вогнав его в еще больший ступор. – Я не вижу ничего зазорного в том, чтобы друзья иногда себя так вели, – надменно фыркнула я. – От моего легкого дружеского поцелуя в щеку, насколько я успела заметить, никто не упал в обморок. Да и падать было некому, на нас никто не смотрел, кроме, как оказалось, вас, господин ректор.

– Так вы друзья? – слишком уж радостно поинтересовался мужчина, полностью опустив мою остальную тираду.

– Да, – настало мое время удивляться.

– Но я думал, что вас с мистером Хадараем связывает нечто большее, – неопределенно протянул он.

– Связывало, вы застали момент нашего расставания, – недовольно выпалила я. – Насколько мне известно, это не относится к учебному процессу, поэтому мне не понятно ваше любопытство.

– Я не любопытен, Лиззи. Просто слежу за порядком в своей академии, – улыбнувшись ответил магистр.

– Вы сами следите? – удивленно вскинулась я. – А как же мистер Орши? Он в отпуске?

– Нет, наш верный страж на своем посту, как обычно, – с той же улыбкой ответил Магиор. – Не смею вас задерживать, насколько я помню, вы торопились в библиотеку.

Он почтительно поклонился мне и, обойдя меня по стриженой лужайке, опять же сугубо по-моему мнению, слишком довольный, что-то насвистывая себе под нос, отправился по своим магистровским делам.

А я стояла и пялилась ему вслед, пытаясь понять, что это вот сейчас такое было? Он ревнует? Меня к эльфу? То, что он наблюдает за мной периодически, я замечала и не раз. Но это было какое-то другое любопытство, мне иногда казалось, что он подозревает, что я, в буквальном смысле, не от мира сего. Но магистр никогда со мной так не разговаривал, да до этого момента мы не общались с ним вовсе. Так близко не пересекались еще ни разу. Его уроки по огненной магии начинались только с третьего курса, и как говорят те, у кого он сейчас преподает – зверь во плоти.

Что это на него такое нашло? Может и правда ревность? Да ну нет!

Глава 3

В библиотеке провела три часа над материалом к своему докладу. Как все любые студенты, живущие от сессии до сессии весело, я не отличалась собранностью, тем более свое уже отучилась на Земле, поэтому к работе приступила в последний день. Нет, конечно посещала библиотеку, набирая материал, но его еще нужно собрать воедино.

Можно было использовать запоминающие кристаллы, но мне еще защищать то, что написала. Лучше уж сейчас потратить время на изучение материала, чем потом в своей комнате в ночи доставать из кристаллов информацию, которая к тому же может отпечататься не полностью. А вот уже само написание, задав правильное направление, можно поручить самопишущему перу. И пока я буду общаться с девочками, перо напишет мой доклад, а утром бегло пробежавшись по нему, буду готова к защите.

Все сделав, как и запланировала, оставила белоснежное перо местного страуса, которого тут именуют шикайя, пошла готовиться к встрече у ручья.

Выйдя из душевой, которая у меня была своя, в отличии от других адептов боевого факультета, быстро вытеревшись полотенцем и высушив свои белокурые локоны бытовым заклинанием, собрала их в конский хвост, подняв высоко на затылке, облачилась в светло серый комбинезон, используемый для занятий по боевой магии, спустилась из окна своей комнате, по заранее подготовленной веревке. Идти, как обычно через парадный выход, ночью нет возможности – комендант нашего общежития, гном Эрис, чутко следит за порядком после отбоя, не позволяя кому-либо шляться в столь поздний час по территории академии.

Отбой в учебном заведении достаточно рано – в десять вечера, все должны находится в своих комнатах и готовится ко сну. Но кто бы это исполнял! Как только фонари приглушались, и на территории воцарялась легкая темень, начиналась другая жизнь – личная. В основном парочки либо залазили друг к другу в окна, либо убегали на свидания, были и просто компании, собирающиеся для очередной попойки.

Тихо выбравшись на лужайку под окном, рысцой метнулась в тень кустов, находящихся тут рядом. Пригнувшись побежала дальше по тропке к полянке у ручья, на которой была назначена встреча.

Выйдя на небольшую полянку, полукругом опоясывающую медленно текущий ручеек, сверкающий в приглушенном свете местного ночного светила – Даами, очень похожего на нашу Луну, заметила две девичьи фигуры, сидящие в тени небольшого кустарника лиймы, еще не совсем сбросившего свои листья.

– Привет, – тихо поприветствовала я девушек.

– Доброй ночи, – настороженно протянула рыжая, брюнетка только кивнула и также недоверчиво уставилась на меня.

– Давайте знакомиться? – предложила я, присаживаясь на прохладную землю. Пришлось соорудить себе что-то вроде подушки, так как моя пятая точка почти сразу же замерзла. Да и не мудрено – середина осени уже, скоро совсем похолодает. – Меня зовут Лиза, здесь меня именуют Лиззи, – представилась первой и вопросительно посмотрела на девиц.

– Ингрид, – ответила брюнетка. – Здесь Ингриелла.

– Зоя, – хмыкнула рыжая. – Мне не так повезло, как вам, с именем тут – Оливия.

– Чем тебе не нравится твое имя? – возмутилась Ингрид.

– Очень уж оно далеко от родного, – грустно хмыкнула Зоя.

– Откуда вы девочки? – тихо поинтересовалась я.

– Я из Италии, – невесело проговорила брюнетка. – Зоя из России.

– А я ведь тоже русская, – еле сдерживая свою радость, лукаво улыбнулась я. – Из Тулы. А ты? – посмотрела на рыжую.

– Омск, – также еле скрывая свой восторг, пискнула Зоя.

– А меня даже не спросите про мой город? – обиженно фыркнула брюнетка.

– Ты из Рима? – шутливо поинтересовалась я, в ответ девушка лишь удивленно отрицательно качнула головой. – А я больше и не помню какие в Италии есть города.

Ингрид лишь обиженно сморщила носик и показала язык.

– Пока мы не приступили к рассказам, как тут очутились, хотелось бы коснуться щепетильной темы, – я хитро посмотрела на итальянку.

Девушка возмущенно вскочила на ноги, показывая свою итальянскую вспыльчивость, уткнула изящные руки в стройную талию и злобно посмотрела на меня, сверкая почти черными глазищами и морща прямой носик, кривя в усмешке красивые пухлые губки, нервно притоптывая изящной ступней длинной стройной ножки.

– Да сдался мне твой бледнолицый эльф! – зафырчала она.

– Точно подмечено, что он бледнолицый, – рассмеялась я. – Я когда узнала, что он темный эльф, немного удивилась, всегда думала, что они смуглые. И думается мне, что очень даже тебе сдался!

– Да я! – начала распаляться итальяна, но я ей не дала продолжить, примирительно похлопала по пожухлой траве, приглашая присесть обратно, продолжила:

– Сдался, и очень даже сдался. Между нами нет ничего, мы расстались сегодня. Выяснили все с ним, он наконец-то нашел в себе мужество признаться мне, что ты ему безумно нравишься. Кровь, говорит, кипит, когда на тебя смотрит. Знаешь, что это такое? – я посмотрела на девушку, которая обреченно опустилась на свое место и кивнула головой.

– Так вот, смысла нет мне между вами вставать, – примирительно произнесла я.

– Но как же ты? – виновато поинтересовалась Ингрид.

– А что она? – вмешалась Зоя. – Скорей всего между ними была симпатия. Да и скучно тут взрослой тетке-то без тепла, – хитро улыбнулась рыжая.

– Ну вы как-то выдержали? – спокойно парировала я. – Давно вы тут?

– Чуть больше года, – ответила Зоя. – Обе практически в одно время появились. Я уснула, проснулась тут, – внезапно она рассмеялась. – Представляете проснулась между двумя супругами – светлым эльфами. Я орала как сумасшедшая, когда разлепила глаза и увидела две пары небесно-голубых глаз в изумлении уставленных на меня. Когда их острые уши увидела и белоснежные прямые волосы, думала рехнулась и нахожусь в дурке, и мне сейчас ввели какой-то укол, от которого начались галлюцинации. Принялась им рассказывать кто я и откуда. И они мне поверили! На мое удивление, даже обрадовались моему появлению. Ну затем объяснили, что хоть мне и тридцать пять, тут я несовершеннолетняя, и мне ждать год, а потом академия. Придумали легенду о том, что я их племянница. Теперь у меня есть тетя Нарима и дядя Освирий, – грустно хмыкнула Зоя. – Пробудили во мне магию – как оказалось воды, весь год до поступления упражнялась в ней, а также оттачивала приемчики.

– Самбо? – уточнила я.

– Да, – кивнула она.

– Странный выбор для девушки, – вклинилась Ингрид.

– Карате лучше? – насупилась Зоя.

– Лучше, – парировала та.

– Не ссорьтесь, – рассмеялась я. – Я вообще боксом увлекалась.

– Да ладно!? – хором воскликнули девушки и уставились на меня.

– Ага, – самодовольно кивнула им в ответ. – Мне на первом курсе от мальчиков доставалось будь здоров. Особенно от Хадарая, – увидев удивленный взгляд Ингрил, добавила: – Да! Он доставал меня везде и всюду, в итоге довел до белого каления и я сломала ему нос апперкотом, – уже в голос хохотала я. – Видимо сильно его приложила, потому, как после этого он принялся рьяно за мной ухлестывать. Ну я и сдалась в конце концов.

– Тебя разве не предупреждали об интимных отношения, что это для нас опасно? – удивилась Зоя.

– О, меня мой дядя так застращал, что у меня мания преследования появилась, – продолжала смеяться я. – Да я думаю, они тут пугают всех наивных молодых девиц, дабы те не пустились во все тяжкие. Но с эльфиком у нас все было прилично – только поцелуи и ничего больше.

– Кто твой дядя? – сменила тему, явно ее смущавшую, Ингрид.

– Некромант, – хмыкнула в ответ. – Думала он только зомби может поднимать, еще удивлялась – на фига такая сила нужна? А оказалось не все так просто. Он и убить может этой же магией, запросто запустить ее в тебя – и каюк, а также слушать и видеть через стены. Он когда-то во дворце был личным магом императора, это мне слуги по секрету нашептали, но почему оттуда ушел не знают.

– Как ты тут оказалась? – в нетерпении поинтересовалась Зоя.

– Ой, девочки, – рассмеялась в ответ. – Пошла помыться, а очутилась в замке своего дяди-некроманта Сиддилы Нейруса. – Я поведала им о том, как бродила по замку, ведомая магическим огоньком, как оказалась в спальне своего дяди, который в тот день незаметно уснул в своем кабинете, копаясь в документах, а утром обнаружил меня в своей постели. – Я думала, он меня в психушку отправит, но нет, тоже как и твои, – кинула взгляд на рыжую, – поверил моим словам. Только мне показалось, не очень этому обрадовался. Ну и сочинил легенду о том, что он мой родной дядька, а его сестра погибла вместе с мужем. Как потом все же допыталась у него, сестра была, и правда умерла и совсем недавно. Но вот детей у нее не было, так же как и мужа. Моя мифическая мама, мисс Лирака, была женщина довольно распутных нравов, так что поверить в то, что у нее действительно была дочь, оставленная на попечении какой-нибудь орчихи-няньки, было не сложно, сложнее верили, что у нее все же был муж. Я тут два года. Год у некроманта прошел незаметно за занятиями и обучением нравам этого мира. Во мне открылась стихийная сила. Повелеваю молниями, дождем, ветром и прочее, прочее, прочее.

– М-да уж, – грустно вздохнула Ингрид. – А я пошла в бар у себя. Хотела напиться, с мужем развелась, тяжко было очень. Хотелось в петлю залезть. Застала этого урода со своей лучшей подругой у нас дома, на нашей кровати. Классика жанра! Так вот, толкнула дверь бара, вошла, и, мамочки, в спальне у какого-то мужика, который собирался сексом заняться со своей девушкой, – рассмеялась итальянка. – Представьте их лица в этот момент, да и мое тоже. Встала и стою как вкопанная, смотрю на них, глазками хлоп-хлоп. Ну мужик быстро сообразил, что к чему, выпроводил свою пассию, благо они раздеться еще не до конца успели, а сам давай меня пытать, кто я и откуда. Я как на духу ему все выложила. Мужик репу почесал и выдал мне, что я теперь на Сардарии. Странно, что все они нам поверили.

– Вот мне тоже странно это, – протянула Зоя. – Нам все верят и предостерегают об опасности. Но никто не говорит от кого, ждать эту самую опасность.

– А этот мужик, у которого ты оказалась, он кто? – спросила я у Ингрид.

– Оборотень, – хмыкнула она. – Бета, что ли в своей стае. Он обо мне даже альфе не сказал. Объявил меня своей новой пассией. Блин, девочки, вы бы его видели, – мечтательно вздохнула итальянка. – Метра два ростом, столько же в плечах, мышцы прям, ммм…– она закатила глаза, – брутал вообщем. Я с ним год под одной крышей прожила, в одной комнате! И ничего, вообще. Я слюни по нему пускала, аж захлебывалась. А он с важным видом объяснял, что мне обязательно надо хранить свою девственность, – девушка рассмеялась. – В тридцать пять, девственность! Ух и удивилась я, узнав что у них тут это самая ранняя молодость. Но отражение в зеркале говорило о том, что он прав – я сейчас выгляжу как будто мне опять восемнадцать. Пришлось смириться и пускать слюни по этому оборотню молча. Митас обучал меня также, как и вас ваши не забывая упоминать об опасности. В итоге пробудили во мне магию света, и он, как мне кажется, облегченно выдохнул, отправив меня в академию. Так что для всех, я круглая сиротка, которую обогрел наглый бета и спулил, когда надоела, в академию обучаться. Меня тут оберегать принялся их будущий альфа, он на четвертом курсе уже учится, Фольдар. Мы с ним в стае и не пересекались даже ни разу, пока я там у Митаса жила. Злится очень на своего бету, что он так со мной обошелся, пытался втолковать, что у них там пары какие-то и только так они женятся.

– Истинные у них, у эльфов – вечные, у магов суженные, – отчеканила я.

– Знаю, – хмыкнула Ингрид. – Ты думаешь, что мы с твои Хадараем вечные?

– Во-первых, он уже не мой, – улыбнулась я. – А во-вторых, уверена на сто процентов. Попробуй, замути с ним.

– Попробую, – кивнула она. – А вот Зоя у нас похоже пара Фольдару, – хитро посмотрев на подругу, разулыбалась Ингрид.

– Да ну тебя! – отмахнулась Зоя. – Придумала себе, что он вокруг меня ходит, носом водит.

– Так водит же! – шутливо возмутилась итальянка. – Вот ей Богу, Лиззи! Он как подходит к нам, узнать как у меня дела, а сам с нее глаз не сводит, и все нюхает, нюхает.

– Я что-то ни разу не видела его около вас, – задумчиво произнесла я.

– Ты следила за нами? – удивилась моя соотечественница.

– Конечно, с первой же минуты, как увидела на представлении первокурсников. Чувствуется, что вы не от мира сего, так же, как и я, – рассмеялась в ответ. – Значит вы уже, не успев поступить в академию, нашли себе пары?

– Ой, ну тебя, – нахмурилась Ингрид. – Прям так сразу же и нашли.

– Так сразу, – довольно качнула головой. – Это в нашем мире ходят вокруг да около, а тут у них быстро все как-то: кровь бурлит, мозг кипит, запах с ума сводит – мое, беру!

Мы дружно рассмеялись, но быстро осеклись, чтобы не дай Бог, нас кто не заметил.

– Кем вы были на Земле? – поинтересовалась Ингрид.

– Я была стоматологом, – ответила Зоя. – И вроде как не плохим. Ко мне очередь на недели вперед была.

– Ну не на месяцы же! – шутливо парировала я.

– Ой, ладно! – показала мне язык девушка. – Замужем не была. Ничего интересного: дом-работа-дом. Мои родители все меня сватали то за одного, то за другого сына друзей, а я дура, – всхлипнула девушка.– Я десять лет, вы представляете, десять лет была в отношениях с главврачом клиники. Кобель! Все обещал мне, что вот потерпи, милая Зоюшка, мне надо диссертацию написать, потом докторскую, потом еще что-то, уже и не помню. А тут за неделю до моего попаданства говорит, я женюсь. Извини, милая, но так получилось. Люблю, говорит ее, мочи нет!

– Козел! – выдохнула я. – А я была обычным бухгалтером, проработала пару лет, поняла, что это не мое, тем более в нашем городе таких пруд пруди, отучилась на веб-дизайнера и … пошло. Помню, как мне бывший муж тогда говорил, что я фигней занимаюсь, оставалась бы лучше денежки считать, никогда без куска хлеба не останусь. Поначалу и правда тяжко было, в Туле не особо востребована профессия, но потом как-то пошло-поехало, заказы из других городов посыпались. А так тоже ничего интересного.

– А с мужем почему разошлась? – поинтересовалась Ингрид.

– Козел потому что, – рассмеялась в ответ. – Я пока после обучения, мотылялась в новой профессии, он вместо поддержки, как заезженная пластинка, канючил: “Возвращайся в бухгалтерию”. Ну я и не выдержала, выгнала его взашей из своей квартиры.

– Он сам-то кто по профессии? – хмыкнула Зоя.

– Сантехник, – прыснула я от смеха, – в местном ЖЭКе работал. Пока не поженились, подрабатывал то тут, то там. Даже кому-то водопровод делал в коттедже, а потом уселся на диванчике спокойно, лапки сложил и успокоился. Вот его и пробрало, когда я решилась на перемены, денег-то по-началу немного зарабатывала, а он привык в три часа дня дома быть, куда-то опять идти ему уже не хотелось. Да мы два года всего прожили. Молодая была, глупая, когда замуж за него выходила. Мне всего-то было двадцать три года. Родителям моим он страсть как не нравился. Они у меня хорошие, хоть и приемные. Как они сейчас там? – грустно вздохнула я.

– Приемные? – уставилась на меня Зоя. – Так и мои приемные.

– И мои, – тихо проговорила Ингрид. – Сдается мне, девочки, не зря именно мы тут оказались. Какая-то заварушка тут была когда-то.

– А где этой заварушки не было-то? – покачала головой я. – Да и вечные увещевания наших новых родственников и мнимых бывших возлюбленных как-то само собой намекают на это.

– Значит сами докапываемся до истины, – невесело усмехнулась Зоя.

– А что нам остается? – поддержала ее Ингрид. – Может наши пары как-то помогут в этом.

– У них выбора не будет, – уверенно заявила я.

– У тебя же есть кто-то на примете? – хитро посмотрела на меня брюнетка.

– Нет пока, я ж тебе Хадарая уступила только сегодня, – шутливо хмыкнула я. – Не так же быстро!

Мы дружно рассмеялись и устало поднялись со своих мест. В стороне гномьих гор уже забрезжил рассвет, так похожий на наш земной, означающий, что нам троим осталось спать всего от силы часа два. А мне еще перед занятиями нужно посмотреть доклад, который написало мое безумное перо шикайи.

Глава 4

На следующий день я еле отодрала себя от кровати. После ночного променада удалось поспать всего пару часов. Вообще было чудом, что услышала свой персональный будильник пусть и с противным трезвонящим звуком, но могла его просто отключить и спать дальше. В отличии от других факультетов, где всех будили утренней общей сумасшедшей трелью, напоминающую крик петуха, на боевом у каждого был персональный будильник в виде небольшого желто-зеленого кристалла, вдавленного в спинку кровати. Это было сделано для того, чтобы выработать у боевых адептов привычку к самодисциплине.

Будучи заядлой соней, довольно часто просыпала этот утренний трезвон, и мои сокурсники, проснувшись приходили долбиться в мою дверь, успокаиваясь только тогда, когда я им открывала и заверяла, что уже встала и вовсю собираюсь. Но после одного случая, этот ритуал утреннего пробуждения меня отменили.

Пока я была в ванной, и мои мальчики, не сумев до меня достучаться выломали дверь с изумлением уставились на пустую застеленную кровать. Эти чудо-рыцари устроили переполох в общежитии, подняв на уши старшекурсников, своими воплями, что пропала единственная боевая девушка.

Староста шестого, последнего курса, могучий воин-орк Гегрорик, величественно ворвался в

мою раскуроченную комнату, как раз в тот момент, когда я, напевая, закутанная в полотенце выходила из душа. Мы молча пялились друг на друга минут пять, потом я удивленно уставилась на разгром в комнате и лишилась дара речи окончательно.

Мне конечно было лестно, что мои балбесы одногруппники все же прониклись ко мне пламенной любовью и уважением, но очень уж не хотелось, чтобы это проявлялось именно так.

На шум прибежал и гном Эрис, также застывший в тяжелом недоумении, глядя на бардак у меня в комнатке.

Но все решилось очень даже неплохо. Конечно виновных, разгромивших мою комнату, наказали, но не сильно – заставили убирать снег на тропках к главному входу в академию без применения магия, что для сильных и бравых парней это было сродни обычной легкой утренней гимнастики. Мне и старосте моего курса, некроманту Бриару, во избежание подобных эксцессов, выдали амулеты связи, чтобы он мог дополнительно будить, если вдруг я засплюсь. Гном Эрис сделал уже мне небольшой персональный выговор, чтобы в дальнейшем была внимательна.

Я же в свою очередь старалась больше не мечтать, стоя под душем, ведь именно из-за того, что в своих мыслях я была достаточно далеко, а точнее на родной Земле, не услышала будивших меня сокурсников. Но получалось из ряда вон плохо! Каждый раз, шагая в небольшую овальную чашу, похожую на ракушку, давала себе слово, быстро помыться и в кровать для мечтаний, все равно уносилась в свои думы, натирая себя мочалкой.

Сегодня утром времени на раздумья не было, хоть и не проспала, но в кровати провалялась больше положенного. В итоге быстро вскочив и только умывшись, начала судорожно собираться, так и не изучив доклад, написанный за меня пером шикайи.

Мне повезло, самописец не подвел, написал все так, как ему и было велено. Я с блеском защитила свой доклад, и устало поплелась в столовую обедать. На мое удивление моих новых подружек там не было, но беспокоиться было не о чем – не было всего первого курса.

– Где первокурсники? – присаживаясь за стол рядом с Максимусом и Бриаром, ставя поднос и подавляя зевок, поинтересовалась у них.

– У них зачет какой-то, – равнодушно пожал плечами некромант. – Сдают похоже.

– Интересуешься, где Ингиелла? – не унимался оборотень. Вот не терпелось этому нехорошему человеку увидеть представление, как две магички, охваченные ревностью, мутузят друг друга.

Вместо ответа показала ему язык и принялась за обед, вяло ковыряясь вилкой в ледяжей похлебке.

– Я вижу у кого-то ночка удалась? – шутливо хмыкнул сидящий напротив одногруппник-светлый эльф Корр. Его сиреневые глаза лукаво поглядывали на меня, а наглая ухмылка, пыталась вогнать меня в краску. А вот фиг тебе, дорогой!

– Полночи не спала, – зевая, ответила равнодушно я, – доклад этот писала, потом читала.

– Ну-ну, – покачал он головой и еще больше вперся в меня своими красивыми глазищами. – А я вот видел, как кто-то ночью забирался в свою спальню по веревочке.

– И почему ты так уверен, что это именно я? – спокойно посмотрев на него, парировала в ответ.

– Так фигура-то женская была, – хитро протянул он еле слышно.

– А я не одна теперь с женской фигурой в нашем общежитии, – в тон ответила ему и шутливо оскалилась. – Да и некоторые эльфы, между прочим, очень могут сойти за девушку. Особенно светлые.

Это было не далеко от истины, хотя Корр и не грешил этим, но на четвертом курсе учился такой индивид. Многие были уверены, что это переодетая для чего-то девушка. Но как-то мои мальчики оказались с ним в одной душевой и, были очень разочарованы тем, что эльф оказался обычным парнем. Но вот такая досталась ему фигура, что с этим можно сделать!?

Корр не нашелся, что мне ответить, недовольно поджал губы и принялся есть свою похлебку. А я, наконец заметив, чем же вызвала такое подозрение у эльфа, рассмеявшись, поменяла вилку на ложку и также принялась за свой обед.

Первый курс буквально ввалился в двери столовой, измученный сдачей зачета. Они устало вытянулись в шеренгу перед раздачей блюд, галантно пропустив Ингрид и Зою вперед. Девушки получив свой обед, устало прошли мимо нас, даже не кивнув мне в знак приветствия, и плюхнулись за соседний стол. Я же возмущенно уставилась на эту парочку, сверля их глазами, пытаясь так достучаться до них, чтоб хотя бы услышать “привет”.

– Ой, Лиззи, привет, – утомленно улыбнулась Ингиелла. – Прости, мы так за…замучились, сдавая зачет.

Я еле не рассмеялась в голос, понимая какое именно слово хотела вставить брюнетка, но вовремя спохватилась. Зоя лишь сонно кивнула в знак приветствия и уткнулась в свою тарелку.

– По какому предмету у вас был зачет? – спросила у Ингиеллы, так как вторая подружка похоже совсем была без сил.

– Боевые искусства, – вздохнула брюнетка. – Наг гонял нас сегодня, как никогда.

– О! – сочувственно протянула я. – Мистер Эсса на своих зачетах становится сущим зверем.

– Мы это уже поняли, – ответил мне сокурсник девочек низкорослый коренастый дворф Далар и устало присел напротив моих подруг, закрывая их от меня.

– У нас осталось зелье? – хмуро поинтересовалась я у Бриара. Тот кивнул в ответ, отправляя очередную порцию обеда в рот. – Может поможем первокурсникам? Нам же помогли тогда.

В прошлом году, после сдачи зачета у Эсса, мы буквально вползали в столовую, еле волоча свои ноги.

Когда я первый раз увидела преподавателя-нага, еле сдержалась, чтобы не заорать со страха: огромный змей с человеческим торсом и головой, возвышался над нами, наводя трепет и ужас на своих адептов. Верхняя его часть была достаточно привлекательная, я бы даже сказала красивая, но вот капюшон как у кобры, с изумрудными вставками в виде звезд, будто на погонах, и огромный змеиный чешуйчатый хвост, переливающийся на ярком дневном свете оранжевыми бликами, были притягательно ужасающими. Я стояла с открытым ртом и пялилась на него, округлив глаза:

– Мисс Нейрус, – вывел меня из ступора мистер Эсса, – вы никогда не видели представителя моей расы? – подозрительно уставился на меня своими вполне человеческими желто-зелеными глазами.

– Такого красивого никогда, – выпалила я. Да до того момента, вообще не знала, что подобные существуют.

– Сочту за комплимент, – снисходительно хмыкнул он в ответ и, как ни в чем не бывало, продолжил занятие.

Так как его уроки достаточно часты на всех курсах боевиков, я привыкла к нему и перестала таращится на него, раскрыв рот. Эсса вел свои занятия спокойно и размеренно, не зверствуя над адептами, четко объясняя каждому его недочеты в той или ной стойке. Откуда он знал, как правильно ставить ноги при отражающем ударе, атакующем или любом другом, было для меня так и неразгаданной загадкой, так как спросить кого-то об этом я побаивалась, дабы не вызвать ненужных подозрений.

Но оказалось, что его лояльность к ученикам лишь напускное. Свое истинное лицо наг показал на зачете. Ох он и поиздевался тогда над нами, выпуская одним за другим злобных, невиданных тварей, названия которым, как потом оказалось, не знал никто из моих сокурсников. Не сдержавшись, все же применила некоторые излюбленные удары из бокса: апперкот, хук и свинг – чем вызвала неподдельный интерес преподавателя, внимательно наблюдавшего за нашим учебным боем. Пришлось сочинять на ходу, что этим приемам меня обучал один из ухажеров моей матери – какой-то орк. На мое счастье наг поверил моим россказням и отступил.

После треклятого зачета, обессиленные, еле ковыряя свой обед в тарелках, тихо сидели и молчали за столом в столовой, когда к нам подошел староста тогдашнего третьего курса вампир Ланос и предложил зелье, восстанавливающие силы. Бриар с благодарностью принял напиток, но все же засомневался в искренности Ланоса, изначально попробовал его сам, сделав глоток. Через пару минут он заметно приободрился и протянул колбу нам, предлагая выпить и прийти в чувства.

После того раза, зелье почти всегда было с нами, вернее у старосты, так как без надобности злоупотреблять им не стоило. Иначе при частом употреблении можно бодриться несколько суток, а затем внезапно отрубится в любом месте, уснув на пару дней.

Бриар молча поднялся со своего места и подошел к старосте девочек протянул ему колбу с зельем, объяснил что это и посоветовал выпить. Пока первокурсники недоверчиво смотрели на зелье, я заметила, что Максимус странно пялится на меня.

– Что? – недовольно поинтересовалась у оборотня.

– Вот не пойму, с чего бы такое беспокойство об этих сопляках? – подозрительно ответил он.

– А ты сам давно ли вырос? – пренебрежительно поинтересовался у оборотня Корр.

Тот оскалился, намереваясь затеять ссору, но я решила уже поставить все точки над “и” и строгим голосом, словно отчитывала пятилетку, объяснила Максимусу:

– Послушай меня очень внимательно, – чеканила каждую букву, недовольно раздув свои ноздри, – я тебе еще раз говорю – никакого представления не будет! Мы вчера с Хадараем все выяснили и остались друзьями, нас с ним уже ничего не связывает.

– А с ней тогда почему так мило беседуешь? – не унимался оборотень.

– С ней мы вчера тоже все выяснили, и, как оказалось, она очень милая и приятная девушка, а учитывая, что вокруг меня одни парни, мне очень не хватает общения с женским полом, мы с ними очень неплохо поговорили обо всем, и не только об эльфе! – процедила я.

– А чем мы тебя не устраиваем? – обиженно протянул Максимус, вызвав смешок у Бриара и Корра, молча наблюдающих за нашей перепалкой.

Мне хотелось материться в голос, громко, долго, с чувством, с толком, с расстановкой. Вот как объяснить этому тугодуму, у которого в голове похоже только веревка, соединяющая уши, по которой передвигаются тараканы, дабы их не унесло сквозняком, гуляющим в пустой черепушке? Вместо ответа, пришлось лишь махнуть рукой, внутренне кипя и используя нецензурную брань, встать из-за стола, взяв свой поднос с недоеденным обедом, так как аппетит пропал, и выйти из столовой, чтобы где-то в укромном местечке, выпустить пар.

Хоть до следующего занятия и оставалось пятнадцать минут, я выбежала из здания главного корпуса, быстро добралась до полянки, на которой мы разговаривали с Хадараем, и устроила “бой с тенью”, потихоньку выпуская пар. Меня многое раздражает в этой жизни, но непроходимая глупость, наверное, больше всего. Быстро побоксировав с хвойной веточкой харамы, напоминающее гибрид елки и сосны, вернулась назад и побрела на следующий урок, столкнувшись в коридоре с одиноко стоящей Зоей.

– Зо…Оливия! – удивленно воскликнула ей. – А где Ингиелла?

– Там, – кивнула в сторону незаметной глубокой ниши, в которой стояла брюнетка и Хадарай. Пара о чем-то мило беседовала, не обращая внимания на проходящих мимо адептов. А я, на удивление, почувствовала неприятный легкий укольчик в груди. М-да, не все так просто и легко, как думалось. Мне неприятно, пока, было видеть их вдвоем, но верилось, что это временно.

– Ты же сказала, что тебе все равно, – тихо прошептала Зоя, внимательно наблюдавшая за моей реакцией.

– Как тебе сказать, – вздохнула и повернулась к ней. – Пока мне не очень приятно видеть их вместе. Но это скорее чувство собственничества, – хмыкнула я.

– Уверена? – обеспокоенно поинтересовалась рыжая.

– Да, Оливия, уверена, – кивнула в ответ. – Это ж было мое, а теперь стало чужое! Пройдет. Но лучше пока не видеть их вдвоем.

– Наверное, действительно, пока так будет лучше, – согласно кивнула девушка. – Или найти новое лекарство, – лукаво улыбнулась она.

– Лекарство? – недоуменно уставилась на нее.

– Лиззи, – она еще понизила голос и почти зашептала. – Клин клином вышибают.

Я только тихо рассмеялась в ответ и довольно обняла девушку.

– Передай Ингиелле от меня привет, – собираясь уходить, бросила я Зое.

– Передам, – улыбнулась в ответ она и добавила: – А ты передай спасибо вашему старосте за зелье. Если бы не оно, многие из нас не добрались бы до следующей пары.

Я кивнула и пошла дальше, думая о том, какой странный тут порядок обучения – зачеты могли быть посреди учебного полугодия, и если ты их не сдаешь, приходишь снова и снова до самых экзаменов, которые раз в год, в конце учебного курса. И если так и не получилось сдать, то на экзаменах отдуваешься вдвойне. Либо это облегчало учебный процесс, либо просто какая-то дурь господина ректора.

Подумав об этом, плавно переключилась на мистера Валеуса Магиора, пытаясь выстроить логическую цепочку, оправдывающую его вчерашнее поведение. Вообще, как-то очень часто стала задумываться об этом маге, больше размышляя о нем, как о мужчине, нежели о его поведении.

Я с ужасом начала понимать, что он мне нравится, задел какие-то потаенные струнки в моей душе своим голубым лучезарным взглядом.

Или же это сказывается мое долгое пребывание на Сардарии, как выразилась Зоя, скучно тут взрослой тетке без тепла?

Глава 5

Время бежало своим чередом, занятия шли по расписанию, зачеты и написания докладов тоже. Но неумолимо приближался любимый мой праздник – Новый год, который тут, к сожалению, не отмечался.

Как я выяснила еще в первый год своего пребывания на Сардарии, смена очередного времяисчисления не считается тут чем-то таинственным и волшебным. Хотя, какому волшебству могут удивляться в магическом мире? Поэтому празднеств никто не устраивает, предновогодних вакханалий по поиску подарков тоже, все проходит тихо и мирно.

Когда Сидилла мне об этом поведал, на свое удивление, я разревелась, повергнув своего новоиспеченного дядюшку в шок. В этом мире мужчины также не переносят женских слез, об этом сделала себе мысленную пометочку у себя в голове.

Объяснив ему свое горе по поводу отсутствия празднования Нового года, еще больше ввела некроманта в ступор. В итоге попросив объяснить, как отмечается этот праздник на Земле, он, на мое удивление, притащил небольшое деревце, внешне напоминающую елку, под названием харама, попытался ее украсить при помощи магии, но я остановила, попросив наколдовать игрушек и переливающуюся гирлянду, и уже вместе развесили украшения, соблюдая земной ритуал. Я настругала салатик, похожий на оливье, из местных овощей, по вкусу не отличающихся от земных, куриные яйца оказались куриными и здесь, по памяти приготовила майонез, заправила им смесь и ровно в полночь, под изображаемый мной бой курантов, поднимая бокал игристого эльфийского вина, угостила дядю произведением своего кулинарного искусства.

Некромант был приятно удивлен вкусом “непонятной смеси”, как он выразился, подчистую смел ее со своей тарелки и попросил добавки.

Прошлый Новый год у меня прошел в гордом одиночестве, так как каникул тут не было в это время, и отметить его с дядей не получилось. Но он прислал мне заснеженную открытку с изображением настоящего Деда Мороза, как потом объяснил, нашел его в моей памяти. Оказывается он умел и погружаться в мозг другого, выуживая оттуда нужные воспоминания.

Но в этот раз землян в академии стало больше, значит можно отметить праздник как подобает, тем более этот день выпал на пятницу.

Еле дождавшись окончания занятий, выцепила своих подруг, и поведала им о своем плане.

– Круто! – захлопала в ладоши Зоя, вызвав своим возгласом у нас с Ингиеллой неодобрительной шиканье. – Ой! – она зажала ладошкой рот и пугливо посмотрела по сторонам.

– Предлагаю через час сходить в город по магазинам, побаловать себя новогодними подарками и прикупить орочьего пива, – заговорчески протянула я.

– Почему именно его? – поинтересовалась Зоя.

– Потому что оно больше всего похоже на шампусик, – довольно потирая ладошки, ответила за меня Ингиелла.

Ровно в назначенное время мы стояли у ворот, в ожидании своей очереди на проход за территорию академии. Выйти на свободу за ворота учебного заведения могли только те ученики, у которых не было взысканий и хвостов. У нас их не было, и нетерпеливо пританцовывая и кутаясь в свои меховые шубки, мы стояли в ожидании своего череда на выход.

Мистер Орши – грозный и внимательный страж академии, орк-воитель, внимательно осмотрел нас своим цепким колючим взглядом, наказав вернуться не позже половины десятого вечера, так как в общежитии должны быть ровно в десять, выпустил нас за ворота.

Радостно взвизгнув, мы припустили к повозке, ожидающей адептов, намеревающихся побывать по своим делам в местном небольшом городке Мавкэ.

Усевшись в карете, рассчитанной на четыре персоны, мы радостно обсуждали наше дальнейшие планы. Зое хотелось купить местных сладостей, славящихся неземным вкусом ягод паражи, отдаленно похожие на манго, больше напоминающее воздушный бисквит, буквально тающий во рту. Из чего они были приготовлены не знал никто, это был секрет местного кулинара – гидры Калифы, добродушной тетушки, ничем не напоминающей тех гидр, о которых привыкли читать на Земле. Вместо трехглавого дракона – это была женщина лет пятидесяти, слегка полноватая, круглолицая, только вместо волос у нее на голове были шипящие змейки, радостно кивавшие каждому посетителю, входящему в ее кулинарную лавку.

Ингиелла мечтала о местных духах, пахнущих розами в перемежку с хвоей. Я тоже выбрала себе вполне девчачий подарок – высокие сапоги из прочной кожи амфры – огромного водного червя, специально выращиваемого из-за его ценного кожного покрова, способного растягиваться во всех направлениях, не обрываясь.

Раскудахтавшись сидя в теплой карете, мы не сразу поняли, что так и стоим на месте никуда не двигаясь. Только Ингиелла хотела посмотреть, в чем причина этой заминки, как мы почувствовали, что наша повозка слегка накренилась на бок, затем дверь открылась и явила нам Фольдара.

– Приветствую, – пробасил он и тут же вперся взглядом в Зою.

– Привет, – хмыкнула в ответ Ингиелла и шутливо покосилась на меня, я ответила ей тем же, смотря, как оборотень смешно заводил ноздрями, вдыхая воздух вокруг.

Зоя же сидела, вжавшись в спинку диванчика напротив Фольдара и также, не отрываясь, смотрела на него, широко распахнув свои зеленые глаза.

Наконец наша повозка тронулась, и плавно качаясь из стороны в сторону двинулась в путь.

– Фольдар, ты прогуляться или по делам? – решила нарушить молчание Ингиелла, сидящая рядом с парнем.

Тот медленно оторвал свой взор от нашей рыженькой подружки и повернул голову к брюнетке, явно пытаясь сообразить, о чем его только что спросили.

– По делам, – наконец ответил он и, тяжело вздохнув, упер свой взгляд в окно.

– По каким? – неожиданно пискнула Зоя, вызвав у нас с итальянкой неподдельное удивление.

Я застыла с приоткрытым в ухмылке ртом, подняв одну бровь, Ингиелла же изумленно улыбнулась, широко раскрыв глаза и многозначительно посмотрела на меня.

– У меня свидание, – буркнул Фольдар.

Брюнетка, сидящая рядом с ним раздраженно выдохнула, издав возмущенный звук губами “бррр”, я же еле сдержалась, чтобы не воскликнуть “Ой, дибилушка!”, вместо этого поджала сердито губы, оставив бровь на том же слегка приподнятом месте. И только Зоя, дабы не упасть в грязь лицом перед этим, не совсем умным молодым человеком, равнодушно пожала плечами и спокойно протянула:

– Понятно. А мы решили по магазинам пройтись, – насмешливо смотря в глаза оборотню, посвятила в наши планы.

Я видела, как Ингиелла мстительно тихо захихикала, повернула голову в сторону своего соседа по диванчику и состроила ему гримасу, пока он виновато смотрел на нашу подругу. Опустив голову вниз, я пыталась скрыть свою язвительную улыбку.

Дальше мы уже не пытались втянуть Фольдара в наш разговор, весело щебеча и строя планы в какой первый магазинчик посетим.

– Может сначала за сапогами? – предложила я, украдкой поглядывая на оборотня, делающего вид, что ему все равно на девичьи щебетания, на самом деле очень внимательно слушающего нас, напрягая свои большие, но красивые, ушные раковины.

– Думаю это было бы правильным, – поддержала меня Ингиелла.

– Девочки, – шутливо проныла Зоя. – Пирожные могут и разобрать.

– Зо…лотая ты моя! – вывернулась я, чуть не назвав подругу ее земным именем. – Ты права, сначала к Калифе.

Ингиелла только слабо пискнула в ответ, так как зажав ладошкой рот, пыталась сейчас не заржать из-за моей оплошности. Я кинула грозный взгляд на нее и продолжила разговор:

– Потом мне за сапогами, а дальше уже по делам Ингиеллы.

– Какие у тебя дела в городе? – неожиданно вклинился, молчавший до этого Фольдар.

– Духи хочу купить, – изумленно ответила брюнетка. – Вроде не запрещено.

– Нет, – серьезно ответил он. – Беспокоюсь о тебе, чтобы ты не попала в какую-нибудь еще неприятную ситуацию.

– Слушай, – возмущенно воскликнула Ингиелла, демонстрируя всю прелесть неизвестного ему доселе итальянского темперамента. – Я уже большая девочка! Хватит меня оберегать! Сама разберусь попадать мне в неприятную или приятную ситуацию.

– Ингиелла, – строгим голосом проговорил Фольдар. – Я отвечаю тут за тебя головой!

– Перед кем? – удивленно уставилась на него девушка.

– Перед самим собой и своей совестью, – пафосно произнес он.

– Слушай, вот ты сейчас едешь на свидание, – спокойно ответила она, – с девушкой надеюсь. Наверняка попытаешься поставить ее в неприятную ситуацию, так как думаю предложение ей делать не собираешься. И где твоя совесть сейчас?

– Это разные вещи, – фыркнул оборотень.

– Почему? – озадаченно выпалила Ингиелла.

– Потому, что с тобой довольно плохо поступил Митас, – раздув ноздри, сердито ответил Фольдар.

– Это был мой выбор. И Митас со мной не плохо поступил. Наоборот, он помог мне прийти в себя, поступить в академию. Да он обращался со мной, как с сестрой! – выпалила брюнетка.

– Тогда почему же вы вели себя так, как будто вы… ну как будто у вас отношения? – изумленно пролепетал оборотень.

– Там где он меня нашел, – явно сочиняла на ходу подруга, так как только что сболтнула лишнего, к чертям сметя всю их с Митасом легенду, – и не спрашивай меня где именно, не скажу, пришлось изображать влюбленных. А потом в вашей стае, чтобы никто ко мне не приставал с лишними вопросами тоже. Прошу тебя, хватит меня оберегать. У меня теперь есть Хадарай!

– Мне не нравится твой темный эльф, – поджав губы, ответил парень.

– Услышь же меня! – в отчаянии воскликнула Ингиелла. – Мне все равно, нравится ли тебе или нет молодой человек, с которым у меня сейчас завязываются отношения. Я устала от твоей опеки! Посмотри лучше на себя, и разберись в себе, сердцеед хренов!

Я испуганно посмотрела на подругу, только что произнесшую слово из нашего мира, к тому же значение которого, ей должно было быть самой неизвестно, и перевела взгляд на Фольдара, слава всем богам, не заметившего этого.

– Хорошо, – вместо ожидаемого мною уточнения, недовольно вздохнув, ответил парень. – Больше не буду оберегать тебя, раз у тебя появился молодой человек.

– Фольдар, – тихо произнесла девушка. – Не говори никому про нас с Митасом.

– Конечно, – удивленно поднял брови он. – Зачем мне это?

– Ну я так, для успокоения себя попросила, – пожала плечами Ингиелла.

Тем временем за разговорами не заметили, как въехали на центральную площадь Мавкэ. Наша повозка остановилась, и Фольдар, первым вышедший из кареты, поочередно подал нам руку, помогая каждой выбраться наружу. Распрощавшись с нами, он пошел в противоположную сторону, а мы остались стоять и смотреть ему вслед.

– Боже! – тихо произнесла я, глядя как удаляется на свое свидание молодой человек. – Вот что за идиот!

– Ой ладно, Лиззи! – махнула рукой Зоя. – Меня больше беспокоит, что ты чуть не назвала меня настоящим именем, – она рассмеялась и, передразнив меня, напомнила: – “Золотая моя”

– Вот это было бы чудно, – хохотнула я. – Давйте с сегодняшнего дня никаких прошлых имен, только: Лиззи, Ингиелла и Оливия.

– Договорились, – дружно поддержали меня подружки.

– По магазинам! – весело скомандовала я, и втроем, взявшись за руки, вприпрыжку, поскакали по вымощенной гладким, немного заснеженным камнем площади в сторону кулинарной лавочки Калифы, гулко цокая своими квадратными невысокими каблучками зимних теплых сапожек.

У гидры мы пробыли почти час. Добродушная женщина усадила нас за небольшой столик, попросила попробовать ее новый кулинарный шедевр, оказавшимся невероятно вкусной меренгой, внутри которой была плотная мягкая масса, похожая на таящий маршмеллоу. Сверху десерт был украшен воздушным кремом на сливках и ягодами, напоминающими малину.

– Девочки, – ошеломленно прошептала Ингиелла. – Это ж самая настоящая Павлова.

– Я никогда не ела это пирожное, – растворяя очередной божественный кусочек у себя во рту, ответила я. – Но это что-то невероятное. Калифа, – обратилась я к кулинару. – Заверните нам это с собой и побольше.

– Вам понравилось? – с надеждой спросила она.

– Мы чуть языки не проглотили, – заверила Оливия. – А можно еще одно?

– Девочки, конечно! – восторженно воскликнула гидра и быстро посеменила за добавкой.

Вышли мы из кулинарной лавки с огромным пакетом, полностью наполненным пирожными Павлова и бисквитом с ягодами паражи. В обувном магазинчике, мы, на удивление, справились достаточно быстро, в отличии от парфюмерной лавочки миссис Лакерью, которая нахваливала свои новые поступления косметики и душистой воды, как тут назывались духи. Понавыбирав разнообразных помад, теней, румян мы вывалились на свежий воздух, жадно вдыхая его чистоту, так не хватающую нам в небольшом помещении, наполненном разнообразными ароматами.

Времени до возвращение в академию было еще предостаточно и мы отправились гулять по небольшому, но уютному городку.

– Мавкэ напоминает мне мой родной Альберобелло, – задумчиво произнесла Ингиелла, когда мы гуляли по небольшому немного заснеженному проулку между одноэтажных причудливых домов, напоминающих юрты, только с каменным крышами и чисто выбеленными стенами. – Эти домики так напоминают наши трулли.

– Что напоминают? – удивленно спросила Оливия.

– Трулли, – улыбнулась подруга. – Достопримечательность нашего городка. Говорят, разобрать такой домик можно за секунды, просто вынув из крыши один камень. В средние века, местный граф, дабы не платить дань королю, приказал разрушить все дома в городке, чтобы прибывшие проверяющие увидели, что города нет и платить не с чего. А когда те уехали, разрешил заново отстроить дома, но приказал сделать их такими, чтобы при возможности можно их легко снести. Вот и придумали такую хитрую технологию – вытащил камешек с крышы – домик и рассыпался. Ой, девочки, – тяжело вздохнула она. – Как же я соскучилась по своему родному дому.

– Да мы все скучаем, подруга, – с тоской отозвалась я. – По Туле, по Омску. По Земле в целом. Хотя мне тут тоже нравится, но и домой тянет.

– Точно, – поддержала нашу ностальгию Оливия.

Мы молча брели по окрестностям городишки, разглядывая местных жителей и строения, не заметив, как время неумолимо стало поджимать.

– Блин, – достаточно громко выпалила Ингиелла, посмотрев на свой временной амулет. – Девочки у нас времени час остался. Быстро за пивом и в общежитие.

Мы метнулись в местный трактир орка Заваля, но к нашей досаде там было многолюдно, из-за чего образовалась очередь из желающих выпить.

– Твою мать, – тихо ругнулась Оливия, мы даже не обратили на это внимание, так как полностью были с ней солидарны. – Мы не успеем!

– Сейчас, – уверенно произнесла Ингиелла и выцепила помощницу трактирщика – милую молоденькую орчиху Сираю.

– Сирая, – взмолились мы почти хором. – Помоги нам. Продай нам пива без очереди. Мы опоздаем в общежитите.

– Хорошо, – рассмеялась та и, развернувшись, ушла в подсобку.

Нам казалось, что ее не было целую вечность, на самом деле девушка отсутствовала минут пятнадцать. Наконец Сирая вышла с большой коробкой, в которой было пиво, надежно упакованное в невесомые пузыри энхи, произведенные из коры дубевельного дерева.

Поблагодарив орчиху и расплатившись, мы вдвоем с Оливией ухватились за коробку и быстрым шагом направились к ожидающей нас повозке.

Немолодой гоблин, увидев нас, недовольно сморщил свой огромный нос, похожий на семенной огурец, затряс большими ушами, очень напоминающие ослиные, и поджал губы.

– Мирт, прости нас, пожалуйста, – быстро принялась извиняться Ингиелла, когда мы подбежали к повозке. – Мы загулялись.

– Мне то что, – проскрипел в ответ извозчик. – Не меня отчитывать будут за опоздание.

Не пререкаясь с противным гоблиным, быстро погрузили в карету свои покупки и залезли сами. Хотя извозчик был и ворчун, но он старался гнать изо всех сил, чтобы мы не получили нагоняй. Он успел к воротам за пять минут до отбоя. Но уложится в срок, чтобы добраться за это время до своего общежития, как бы нам этого не хотелось, не смоги, за что получили недобрый взгляд коменданта, означающий только одно – взбучки нам завтра не избежать.

Глава 6

Расположившись в моей комнате, убрав свои покупки, мы принялись накрывать праздничный стол, тихо радуясь, что позаботились о провианте для этого еще вчера на ужине в столовой, упросив нашего повара мистера Дирза, бытового мага, приготовить двойные порции, сказав, что собираемся на следующий день в город прогуляться и вряд ли поспеем к ужину. Маг с не особой охотой, все же согласился приготовить нам еды с собой, объяснив, как правильно ее сохранить.

Когда все приготовления были закончены, и мы расселись вокруг моего письменного стола, предварительно выдвинутого на середину комнаты, Ингиелла разлила по кружкам орочьего шипящего пива, я подняла тост за уходящий год:

– Давайте, подружки, по старой русской традиции, проводим этот уходящий год, подаривший нам нашу дружбу. Он был хорошим, хоть и немного грустным.

Мы чокнулись, сделали глоток и принялись обсуждать события сегодняшнего дня, вспомнив Фольдара.

– Этот безмозглый чурбан нравится мне, – призналась Оливия. – Очень нравится. А он, – всхлипнула она. – На свидание поперся. И это в такой день.

– Ну для него этот день обычный, как и для всего населения Сардария, – ответила Ингиелла. – Не вешай нос, подруга, он это сказал, не подумавши.

– Надеюсь у него есть, чем думать, – недовольно фырнула Оливия.

– Поверь мне, он не так глуп, каким мог показаться тебе сегодня. Да я думаю, он сморозил эту глупость от неожиданности, растерялся, когда ты задала ему этот вопрос, – ответила брюнетка.

– Ничего себе растерялся! – поддержала я Оливию. – “У меня свидание”, – скривившись, изображая оборотня, передразнила его. – Мог бы просто ответить – по личным.

– Заставил поревновать нашу рыженькую, – тихо рассмеялась Ингиелла. – И ведь у него получилось!

– Получилось, – грустно подтвердила та. – И что теперь с этим делать?

– Теть, – удивленно взглянула я на Оливию. – Тебе лет-то сколько? Да, тут ты молода и неопытна, но вспомни, что ты делала в Омске.

– Десять лет ждала предложения руки и сердца, – невесело хмыкнула она в ответ. – У меня не так много опыта, Лиззи, как хотелось бы.

– Значит разрабатываем план, как нам охмурить альфу, – радостно потерла ладошки Ингиелла.

– Мы уже разработали план, как докопаться до истины, – рассмеялась я. – И план так и остался планом.

– А вот кстати да, – согласно протянула она. – Пора нам уже что-то делать в этом направлении.

– Нам бы для начала понять это самое направление, – отхлебывая пиво, произнесла Оливия и посмотрела на свой временной амулет. – Ой, девочки, через минуту Новый год. Ингиелла, наливай!

Брюнетка послушно принялась исполнять приказ подруги, пока та, глядя на время, отсчитывала секунды.

– С Новым годом! – шепотом воскликнула я, поднимая свою кружку.

– С новым счастьем! – поддержала меня Оливия.

– Felice anno nuovo!¹ – на родном языке отозвалась Ингиелла.

Чокнувшись, мы, опять же по русской традиции, выпили до дна, немного пожалев после об этом, так как пузырьки шипящего напитка сильно вдарили в нос, а потом уже, быстро пробежав по крови, достигли и головы.

– Надо же, – радостно проговорила Ингиелла. – Я не забыла родной язык.

– Как переводится то, что ты сейчас сказала? – поинтересовалась Оливия.

– Счастливого нового года! – ответила та. – Надеюсь мы привыкнем тут жить.

– Тоже думаешь, что мы тут навсегда? – тихо поинтересовалась я.

– Уверена, – кивнула она.

– Да уж, – тяжело вздохнула Оливия. – Мне так хотелось уехать из Омска куда-нибудь в Москву или Питер, а сейчас так хочу обратно и никогда больше оттуда не уезжать. Раньше мне казалось, что там нет ничего интересного, ну подумаешь крепость, Тарские ворота и многое другое, но сейчас мне этого всего очень не хватает.

– Вот и мне моей Тулы тоже не хватает, – ответила я. – Терпеть не могла пряники, вот ей Богу. А теперь мне кажется, это самое лучшее лакомство на свете, лучше даже чем эти Павловы.

– Чем интересны ваши города? – спросила Ингиелла, подливая пива нам всем троим в бокалы.

– Ну Омск, – начала Оливия, – это сибирский город-миллионник. Может кому-то и покажется невзрачным и не стоящим внимания, на самом деле там много интересного. У нас даже есть памятник Дон Кихоту, – рассмеялась она. – Его не опишешь, надо видеть воочию. В истории, – задумчиво продолжила девушка, – также оставил свой неизгладимый след. После строительства здесь оборонительной крепости, защищал южные границы от кочевников. Был столицей Белой России в годы Гражданской войны под предводительством самого Колчака. Да многим чем.

– А твой? – устремила свой захмелевший взгляд Ингиелла на меня.

– Город-оружейников, – улыбнувшись, ответила ей. – Не миллионник, но все же. Пряники, самовары, Левша, подковавший блоху, Лев Толстой, также оттуда родом. Вот мне, как и Оливии, хотелось свинтить оттуда в столицу, а теперь все бы отдала, чтобы погулять по кремлю и заглянуть в музей оружия, чтобы еще раз попытаться рассмотреть подкованную Левшой блоху. Его могила находится недалеко от дома моих родителей.

Мы грустно замолчали, прихлебывая пиво, каждая уносясь в своих мыслях далеко-далеко на родную Землю.

– Да, девочки, – усмехнулась Оливия, – грустный праздник какой-то.

– Точно, – поддержала я. – Это потому, что мы дома сидим. Айда гулять!

– А пошли, – радостно встрепенулась Ингиелла.

Быстро собравшись и тихо хихикая под действием выпитого, мы спустились по веревке со второго этажа, не забыв сотворить заклинание, стирающие наши следы на свежевыпавшем снегу, побрели в сторону полянки у ручья, не забыв прихватив с собой пузырики с пивом, проткнув аккуратно наколдованными соломинками.

– Нет, девочки, – встала, как вкопанная, впереди идущая Оливия, из-за чего мы, не успев остановится, врезались в нее с Ингиеллой, завалились все трое в небольшой сугроб, так как на ногах стояли уже не достаточно уверенно.

– Ты чего так резко тормозишь? – смеясь, спросила у подруги Ингиелла.

– А вы чего не смотрите куда идете? – также весело ответила лежащая в сугробе Оливия.

Весело хохоча, мы валялись в пушистом снегу, закидывая им друг друга. Наконец поднявшись, мы с Ингиеллой хотели продолжить свой путь, но Оливия нас остановила.

– Девочки, – протестующе заныла она, – что мы там у этого ручья делать будем? Опять предаваться воспоминаниям?

– А что ты предлагаешь? – заплетающимся языком спросила я. – Тут клубов нет, пойти некуда.

– Тут есть место, – зашептала она, – куда никто никогда не ходит. Пойдемте посмотрим, что там такого страшного.

– Пошли, – пьяно улыбнувшись, проговорила Ингиелла. – Чего мы теряем.

Она подняла свой пузырь с пивом, предлагая нам чокнуться, что мы и сделали, выпили и побрели следом за Оливией, уверенно держащую путь к таинственному месту.

Выйдя на небольшую полянку, рыжеволосая застыла в недоумении, вертя головой из стороны в стороны.

– И что тут такого таинственного? – оторопело произнесла она.

Втроем стояли на залитой серебристым светом полной Даами небольшой полянки, огороженной высокими стройными харами, на которой кроме небольшой кочки, расположенной практически посередине, не было ничего особенного.

– Может мы чего не видим? – шатаясь покрутилась вокруг себя Ингиелла.

– Ну их, этих шизанутых магов, – я наколдовала себе невидимое мягкое кресло, плюхнулась в него, положа ногу на ногу, и деловито продолжила: – Тут красиво. Предлагаю продолжить веселье здесь!

– Поддерживаю, – согласилась со мной Оливия, также соорудив себе сидячее место, удобно расположилась рядом со мной, сложила ноги. – Хоть поржать можно спокойно.

– Но не сильно, – плюхнулась рядом с нами рядом Ингиелла в свое колдовское кресло. – Ну что, подружайки, за нас?

Тяжело вздохнув мы молча чокнулись, сделали пару глотков и мечтательно уставились в небо, разглядывая россыпь разноцветных звездочек.

– Что это? – удивленно воскликнула Оливия, смотря в сторону небольшой тропки между густо растущих харам.

Я и Ингиелла посмотрели в ту же сторону, что и подруга и застыли в удивлении. Там, в глубине еле заметной тропинки слабо мерцал фонарик. Наш воспаленный алкоголем мозг подсказал, как нам казалось, идеальную идею – пойти и посмотреть, что же там такое. Не сговариваясь, мы поднялись со своих невидимых кресел и крадучись побрели в сторону слабого света.

Все также осторожно ступая, вышли к небольшому деревянному строению, напоминающему конюшню с тремя большими стойлами, из которых на нас смотрели шесть кровавых шаров.

– Кто это? – ахнула Ингиелла, не отрываясь смотря на эти красные свечения.

– Не знаю, – ошеломленно прошептала Оливия.

Я же вместо ответа, подошла к центральному стойлу, и по мере моего приближения к нему, глаза неведомых зверей плавно из кроваво-красных превращались в приветливые, теплые ярко-желтые. Остановившись за шаг до калитки, закрывающей проход к зверю, я пыталась рассмотреть, кто же там притаился в темноте своего жилища.

Неожиданно, из непроглядной гущи, мне навстречу шагнуло нечто, напоминающее варана. Вытаращив глаза, смотрела на неведомую зверушку, с интересом разглядывающую меня.

– Химера? – закричала Оливия и зажала рот рукой.

– Тише ты, – шикнула Ингиелла и осторожно подошла ко второму стойлу, из которого ей навстречу вышло такое же существо, как и ко мне. – Это аспиды – летающие змеи.

– Откуда ты про них знаешь? – с любопытством поинтересовалась я.

– Митас мне про них вскользь упоминал, когда рассказывал про местных существ. Но он, как обычно, тарахтел, что они опасны, – вглядываясь в своего змея, пояснила подруга. – Но что-то не чувствую от них какой-то враждебности.

– Вот и я не чувствую, – кивнула в ответ и протянула руку, чтобы потрогать аспида.

На мое удивление змей, будто котенок, уперся в мою руку и потерся о нее, ласкаясь, довольно заурчал.

– Ах, ты мой хороший, – ласково проговорила я, поглаживая его подбородок, словно домашнего холеного котика. – Какой же ты классный. Ты умеешь летать?

В ответ змей утвердительно качнул своей вараньей головой, повергнув нас всех троих в неописуемый восторг.

– Малыш, да ты меня понимаешь! – радостно воскликнула я. В ответ мне было радостное фырканье и нетерпеливое перетаптывание с ноги на ногу. – Тогда как нам тебя отсюда вывести? – отойдя на шаг стала рассматривать запертую калитку, не понимая как ее открыть, потому что видимого замка на ней не было.

– Лиззи, – осторожно позвала меня Оливия, – может не стоит?

– Да ладно тебе, – отмахнулась я от подруги. – Когда мы еще покатаемся на аспидах. Да и когда, в конце концов, совершать безумства, как не в молодости, Оливия! А нам подарили ее еще раз!

На самом деле, не будь во мне орочьего бурлящего напитка, вряд ли бы отважилась на столь безумный поступок. Но сейчас алкоголь кружил в моей голове, подкидывая одну безумную идею за другой.

– А я согласна с Лиззи, – поддержала меня Ингиелла, поглаживая своего змея. – Смотри, какие они милые. Подойди к третьему, Оливия, погладь его. Ты посмотри, как он на тебя смотрит.

Необласканный подругой аспид подошел к своей калитке, положил на дверцу голову и с тоской смотрел на рыжеволосую, грустно вздыхая.

Наконец, решившись, Оливия с опаской подошла к своему змею и осторожно провела по его чешуйчатой голове ладошкой. Аспид, чувствуя, что девушка его боится, смирно держал свою голову, не поднимая с дверцы. Немного осмелев, подруга слегка потрепала его по щекам, аспид явно немного опешив от такого, приподнял голову и вопросительно посмотрел на девушку.

– А ты действительно классный, – пьяно хихикнула Оливия и уже намного смелее почесала ему подбородок. Зверь довольно заурчал, словно пушистый котенок и одобрительно ткнулся своим носом ей в ладошку. – На тебе можно полетать? – спросила у него совсем расхрабрившаяся подруга, и получила от аспида утвердительный кивок.

– Осталось дело за малым, – хихикнула Ингиелла, – понять как их оттуда выпустить.

– Нам на уроках бытовой магии объясняли одно заклинание, отпирающие замки, – задумчиво произнесла я и, вытянув руки, не особо надеясь на успех, произнесла: – Савайя апериам.

Что-то еле слышно щелкнуло и калитка с едва заметным скрипом открылась, выпуская наружу огромного змея, медленно вышедшего из своего загона и представшего перед оторопевшими нами во всей красе.

– Ух ты! – восхищенно воскликнула Ингиелла, разглядывая большущего радужного змея, с красивой вараньей головой, распушившего свой перепончатый колючий красный воротник, опоясывающий длинную изящную шею животного, расправившего огромные черные крылья, похожие на крылья змея Горыныча, который описывался в русских народных сказках.

Он гордо вытянул свое змеиное туловище, переваливая головой с боку на бок, рассматривая нас, неуклюже посеменил на середину полянки, забавно передвигая своими шестью конечностями. Лапы у него были смешные – мощные, на удивление мохнатые, но очень уж короткие, отчего создавалось впечатление, будто змей ползет по земле.

– Как же нам на них полетать? – выпустив своего из стойла, задумчиво произнесла Оливия, обходя змея вокруг, пытаясь разглядеть, как зацепиться у него на спине. Ей явно не терпелось уже в воздух.

Первый зверь, прилег на землю, повернул голову в мою сторону, приглашая к нему на спину. Я послушно подошла к нему, взобралась верхом и с удивлением заметила два небольших отверстия в его крыльях, позволяющие крепко держаться наезднику.

– Девочки, – крикнула я подругам, – в крыльях отверстия, за них можно держаться. – И нежно погладив своего зверя, тихо скомандовала ему: – Полетели, мой хороший.

Аспид, удовлетворенно хмыкнул, привстал на ножки и взмахнул своими могучими крыльями, тут же оторвался от земли. Могучие крылья подняли нас высоко над деревьями, представив моему восхищенному взору залитую серебром долину. Упоенно крутя головой, пыталась рассмотреть все вокруг – настолько все было красиво и сказочно, но жутко холодно. Я почувствовала, как мороз начал пробирать до костей, зябко поежилась и прильнула к теплому туловищу змея. Тот почувствовав, видимо, что наездница озябла, повернул ко мне свою мордочку и пыхнул в меня теплом, погружая меня в своеобразный кокон, дабы я больше не мерзла.

Согревшись, повернула голову в сторону и увидела своих довольных подруг, летящих на своих аспидах, восторженно крутитившими головами по сторонам. Я помахала им рукой и весело закричала в воздух “Еху”, помчалась дальше, попросив своего зверя немного увеличить скорость.

Подняв руки вверх, уверенно держась на спине аспида, чувствуя как решительно перекатываются упругие мышцы змея, при каждом взмахе его крыльев, я подставила лицо ветру, не обмораживающему, а нежно ласкающего, благодаря теплому кокону, заботливо созданному моим зверем.

Аспид, развернувшись, полетел в сторону гномьих гор, соблюдая дистанцию, дабы быть не замеченным их дозорм. Я успела разглядеть огоньки в долине, освещающие их плавильни, в которых производился металл для огнепрочного оружия, кроме них, все остальное было погружено в сонную темень.

Змей летел дальше, уверенно размахивая своими черными крыльями, проплывая мимо горных гномов – дворфов, славящихся своими илливомыми рудниками, в которых добывались кристаллы для всего Сардария, используемые для изготовления амулетов, оберегов и прочей утвари. Наши будильники, встроенные в кровати боевого общежития также были изготовлены из них.

Тем временем, пролетев горы, аспид немного снизился, и полетел вдоль небольшой речушки, направляясь в сторону академии. Территорию нашей альма-матер зверь облетел немного стороной, не дав мне разглядеть все строения, плавно опускаясь вертикально, приземлился возле своего пристанища, присел на землю, немного наклонившись вбок, чтобы я могла спуститься.

Спешившись, я благодарно обняла змея и проводила его в стойло, закрыла дверь. Следом также опустились подруги, каждая обняв своих аспидов, проводили их к себе, и втроем помахав им ручками на прощание, подхватив свои полупустые энхи, довольные двинулись домой.

Ни одной из нас не пришло в голову, что калитки наших аспидов мы так и не заперли.

Глава 7

Утро добрым не бывает, а это воскресное утро, после вчерашнего путешествия на аспидах, оно было злым. И этому вдобавок поспособствовало раннее пробуждение.

Я разлепила глаза от пронзительного звука сирены, гулко отозвавшегося в моем мозгу. Подпрыгнув на кровати, непонимающе закрутила головой, пытаясь сообразить, что происходит. Неожиданно раздался громогласный голос нашего коменданта, приказывающий каждому адепту явиться немедленно на первый этаж в холл.

Тяжело вздохнув и взглянув на себя в зеркало, немного ужаснувшись своего малость опухшего отражения, привела себя слегка в порядок, накинула легкую куртку прямо на пижаму, обула тренировочные ботинки и бегло спустилась вниз.

В холле собрались уже все парни нашего факультета, не доставало только меня и девочек. Не успев окончательно спуститься вниз, застыла на последней ступеньке широкой лестницы, почти споткнувшись о взгляд голубых холодных глаз ректора, цепко уставившегося на меня.

– Наконец-то все в сборе, – раздраженно фыркнул гном Эрис, гневно посмотрев на нас с подругами и почтительно перевел взгляд на магистра.

– Уважаемые адепты, – степенно принялся вещать мистер Магиор, обводя суровым взглядом собравшихся, периодически останавливаясь на мне, недовольно раздувая свои изящные ноздри, – сегодня ночью произошел вопиющий случай – кто-то пробрался к аспидам и пытался их выпустить простеньким заклинанием, забыв закрыть обратно их стойла. Наглому шутнику или шутникам несказанно повезло, что змеи не выбрались наружу и не сожрали их. Хотелось бы поинтересоваться, кто из вас свершил сие деяние?

Проговорив свою пламенную речь, Валеус пристально уперся в мою скромную персону своим колючим взглядом, явно подозревая меня в содеянном. Я же силилась что есть мочи, чтобы не выдать себя чем-нибудь. Мои подруги, притаившиеся рядом, также, как и я, пытались не спалить всю “нашу контору”.

– Мистер Магиор, – почтительно обратился к нему Фольдар, – почему вы решили, что это сделал именно кто-то из нашего факультета?

– Потому что ни один другой адепт на это не отважится, – спокойно пояснил Валеус.

– Ну из наших тоже вряд ли найдется такой, кто ради пустой забавы приблизится к этим тварям, зная насколько они кровожадны, – не унимался оборотень.

– Уважаемый Фольдар, – вместо ректора ответил комендант, – позволю себе заметить, что ни первый, ни второй курс пока досконально не изучали этих змей. Об их опасности они скорее всего мало, что знают. Я так же, как и господин ректор, уверен, что это кто-то из вас, молодые люди.

Эрис даже не смотрел в нашу с девочками сторону, он нас не брал в расчет вовсе. И это очень обнадежило, но видя пристальный, изучающий взгляд Валеуса, расслабляться было рано.

– Я даю последний шанс признаться виновнику, в обмен на это, даю обещание, что отчисления не будет. В противном случае, когда мы сами найдем провинившегося адепта – исключение будет неизбежно, – спокойно изрек ректор и опять вперся в меня ледяными глазюками.

В холле повисла гробовая тишина, гнетущая и тяжелая. Никто брать чужую вину на себя не собирался, да и незачем было. Мы с подругами тоже молчали, как и все адепты, опустив глазки в пол.

– Пусть будет так, – нарушил тишину мистер Магиор. – Значит мы начинаем расследование этого вопиющего случая. – В холле пробежало приглушенное перешептывание, которое, подняв руку, пресек господин ректор. – Это еще не все. Вчера была нарушена дисциплина. Три адептки опоздали к отбою после прогулки по городу, грубо поправ устав академии. – Он пристально посмотрел на нас и надменно добавил: – Жду вас троих, девушки, после завтрака у себя в кабинете для серьезного разговора. – И вышел, гордо держа спину, из общежития.

– Ну держитесь, девочки, – ободряюще похлопал меня по плечу, проходящий мимо один из третьекурсников.

Фольдар, проходя мимо, покачал головой и вздохнул. Зато Хадарай подошел к нам и, приобняв Ингиеллу, на удивление не вызвав у меня тем самым какого-либо недовольства, успокаивающе проговорил:

– Ничего страшного он вам не сделает. Ну погрозится немного, нахмурившись. Да даже если и придумает какое-либо наказание, мы вас не оставим, будем помогать.

– Спасибо тебе, – чмокнула в щеку своего молодого человека Ингиелла и нежно взглянула на него.

– Пойдемте собираться на завтрак, – грустно произнесла Оливия и понуро побрела на третий этаж, где располагалась их с Ингиеллой общая комната.

Я же пошла в свою, мысленно кляня себя за то, что мы забыли закрыть эти стойла. Хорошо хоть заклинание заметающее следы не забыли наколдовать. Иначе нам бы всыпали по первое число. И судя по недоброму взгляду ректора, досталось бы больше мне. И чего он так ко мне прицепился?

Позавтракав, поплелись с подругами получать свой нагоняй от ректора. Понуро брели по направлению к учительскому корпусу, по дороге получая вслед неодобрительные взгляды адепток других факультетов. Все их пренебрежение сводилось к тому, что мы втроем были одеты в брючными костюмы и короткие тренировочные куртки, а не в кринолиновые пышные платья, с юбками в пол, наглухо застегнутыми воротниками. Это были не платья, а издевательства какие-то. Летние еще куда не шло, в них ноги хотя бы не путались под слоем нижних юбок, а вот зимние – тяжелый бархатистый верх одежды и так давил своим весом, а еще нижнее одеяние, сделанное из теплой грубой шерсти заметно утяжеляло весь наряд – ходить в таком нужно было учиться годами. У нас с подругами опыта было недостаточно, поэтому мы грубо пренебрегали здешней женской модой. И честно говоря, нам троим было на это глубоко наплевать. Ни с кем из университетских девушек мы так и не завели дружбы, да и не очень-то и стремились к этому.

Гордо прошествовав мимо презрительно поджимающих губы адепток, прошли в здание учительского корпуса, поднялись на этаж и, остановившись в нерешительности около ректорской двери, тяжело вздохнули.

– Пойдемте получать свою порцию ректорского гнева, – невесело хмыкнув, я решительно постучалась в дверь, которая тут же распахнулась.

– Входите, адептки, я не кусаюсь, – хмыкнул ректор, восседающий за своим большим темно-коричневым лакированным столом, уютно расположившись в высоком черном кресле.

Облокотившись локтями о стол, он сцепил свои руки в замок и, опустив на них подбородок, хитро посмотрел на нас троих.

Мы же стояли молча, переминаясь с ноги на ногу, стараясь не смотреть на Валеуса. Тот также не торопился облегчить нашу участь, сидел и глядел, не отрываясь, на каждую из нас разом. Вот как у него так получается?

– Неужели вам нечего мне сказать? – хмыкнув, нарушил молчание мистер Магиор.

– Мы загулялись вчера по Мавкэ, и забыли о времени, – тихо пролепетала Оливия, виновато опустив глазки в пол.

– Чем же вас так увлек город? – лукаво улыбаясь, поинтересовался мужчина.

– Мы давно нигде не были, мистер Магиор, вот и загулялись, – попыталась оправдаться Ингиелла.

– Ну да, – как-то слишком издевательски протянул он, – три бедные сиротки, которых жизнь особо не радовала, наконец-то нашли радость в жизни, гуляя по небольшому провинциальному городку. И так этому возрадовались, что забыли о времени.

От такой тирады ректора, мы впали в немой ступор, очень хотелось нагрубить этому хаму, объяснить на чисто русском и итальянском, как он не прав, но все трое стойко держались.

– Вижу, что сказать вам нечего, – надменно подытожил Валеус, видимо приняв наше дружное молчание за раскаяние. – Похвально, что вы хотя бы осознаете, всю низость своего поступка…

Я нагло перебила ректора, рассмеявшись в голос. Ну не удержалась от этой пафосной речи. “Низость поступка” – это опоздать на две минуты на отбой?

– Что вас так развеселило, мисс Нейрус? – вопросительно вскинул свои брови Валеус.

– Простите меня, господин ректор, – не переставая смеяться, проговорила я, – но мы опоздали всего на две минуты.

– На три, – поправил он меня.

– Ой, прошу прощения, – издевательски вскинула я руками. – Аж на целых три минуты! Ну размечтались три девушки, гуляя по зимнему уютному городку. Это первый раз всего лишь! Не такой уж и низкий поступок.

– И какой же, по вашему, милая леди, можно считать низким поступком? – вальяжно развалившись в своем кресле, шутливо поинтересовался мужчина.

– Ваше упоминание о нашей не столь уж радостной жизни, мистер Магиор, – сквозь зубы протянула я.

Маг враз изменился в лице, раздраженно заиграл желваками и, сосредоточив свой взгляд на моих подругах, обратился к ним:

– Я прошу у вас прощения, адептки, за свою бестактность. Учитывая, что вы обе первый год обучаетесь в академии, можете быть свободны. И впредь попрошу больше не опаздывать. Считайте это первым и последним предупреждением.

Оливия и Ингиелла, испуганно молчавшие все время нашей небольшой перепалки с ректором, оторопело посмотрели на меня, и получив одобрительный еле заметный кивок, ретировались из кабинета.

– А с вами, мисс Нейрус, мы продолжим разговор уже более серьёзно, раз за второй год вы так и не поняли насколько серьёзно соблюдать дисциплину, тем более адепту боевого факультета, – Его выражение лица не предвещало ничего хорошего. – Присаживайтесь, милая Лиззи, – он кивком указал на пустое кресло возле стола, напротив него.

Послушно села и с вызовом посмотрела на мужчину.

– Я закрыл глаза на то, милая леди, – начал пренебрежительно он, – что вы позволяли просыпать занятия, из-за чего в итоге пострадала ваша комната, и ваши однокурсники, опять же из-за вас, были за это наказаны. Я также опустил момент, когда вы сломали нос мистеру Хадараю, посчитав, что он виноват в этом сам. Закрыл глаза и на то, как вы неприлично тискались с ним после, также посчитав, что ваш дядя сам с этим разберётся. И оставил без внимания то, как совсем недавно, вы имели наглость дерзить мне. И это я опустил кое-какие моменты из ваших шалостей здесь. Но сейчас, рассмеявшись мне в лицо и поправ устав академии, пытаясь высмеять свое опоздания, не кажется ли вам, дорогая Лиззи, что вы перешли все границы?

Я молчала, слушая всю его пламенную речь, сидела, хлопая глазами, и тихо шалела от того, что этот красивый, голубоглазый мужчина так пристально следил за мной, а я и не заметила этого.

– Неужели вам нечего ответить мне, мисс? – с издевкой поинтересовался он.

– Честно говоря, господин ректор, – ошеломленно произнесла я, – не знаю, что и сказать. Меня крайне удивила ваша осведомленность о моей жизни.

– Чем вас это удивляет? – заинтересовано спросил он.

– Тем, что в академии, кроме меня, ещё учится столько адептов. И я никак не могу взять в толк такого пристального внимания от вас к моей скромной персоне, – сквозь зубы процедила я.

– Может это от того, что другие адепты не доставляет мне столько хлопот, сколько это делаете вы? – недовольно поинтересовался он.

– Да неужели? – нагло хмыкнула я, повергнув ректора в ступор. – Из всех моих, так называемых провинностей, можно выделить две и то не стоящие вашего многоуважаемого внимания: моя любовь поспать по утрам и вчерашнее опоздание. Я сломала нос эльфу, только потому, что мне пришлось отстаивать свое право находится среди парней на факультете, и вам это хорошо известно, иначе вы бы вышвырнули меня из академии, как и положено по уставу. Что касается наших с ним, как вы выразились тисканий, то мы с ним, в отличии от многих других местных пар, к которым вы, почему-то, так не присматривались строго, не выставляли все напоказ и не заходили за рамки приличия! И мне интересно, что вы имели в виду, намекая на кое-какие моменты моей жизни?

– Сдается мне, мисс Нейрус, вы не так уж просты как кажется, – в итоге прошипел он и изучающе уставился на меня.

– Что вы имеете в виду, господин ректор? – стараясь сохранить спокойствие, выдержав его тяжелый, прожигающий взгляд, как можно более равнодушно поинтересовалась я.

– Вы дерзите мне, не страшась быть отчисленной. Неужели вам действительно все равно на то, что вас исключат? – с интересом посмотрел на меня.

– Я не сделала ничего такого, за что вы можете меня отчислить! – с вызовом произнесла я.

– А я вот почему-то уверен, что сделали, милая леди, – с намёком ухмыльнулся он.

– У вас есть, что мне предъявить? – раздула в недовольстве ноздри.

На моё удивление, магистр, лишь лукаво прищурясь и слишком мило улыбаясь, смотрел на меня, ни говоря ни слова, отчего мне становилось уже слегка не по себе. Он явно намекал на происшествие с аспидами.

– Вы знаете, Лиззи, я считаю не просто совпадением то, что три девушки-сироты, оказались в одной академии, на боевом факультете и так неистово сдружились, – не переставая разглядывать меня, улыбаясь пояснил ректор.

– А с кем нам еще дружить на факультете, где учатся одни мальчики? – недоуменно пожала плечами в ответ.

– Действительно не с кем, – шутливо развел руками Валеус.

Он сверлил меня непонятным взглядом, я отвечала ему ровно тем же. Мы молча сидели минут пять, почти не шелохнувшись, разглядывая друг друга, но я еще пыталась унять непонятную дрожь внутри, возникшую во время наших с ним гляделок.

– Кто вы, милая Лиззи? – неожиданно задал вопрос Валеус и слегка подался вперед ко мне.

– Странный вопрос, – непонимающе произнесла я. – Я, Лиззи Нейрус, дочь мисс Лираки, родной сестры некроманта Сидиллы Нейрус, маг-стихийник, знающая небольшие приемы боя, которому меня научил мамин ухажер-орк.

– На самом деле? – насмешливо хмыкнул он в ответ.

– На самом деле, – спокойно ответила я, недовольно поджав губы.

– Верится с трудом, – его ответ был таким же спокойным, как и мой, а вот глаза очень недоверчиво продолжали сканировать меня, буравя насквозь.

– Я вас не совсем понимаю, господин ректор, – не выдержав столь пристального взгляда мужчины, практически взбесилась я. – Как это может быть связано с нашим опозданием?

– Прямо, – неопределенно ответил он. – Странное стечение обстоятельств: вы с подругами опаздываете, совсем на немного, недостаточно для того, чтобы понести весомое наказание, вам грозит только выговор, и то в устной форме лично от меня, а ночью кто-то пробирается к моим аспидам.

– Я не понимаю ваших намеков, господин ректор, – аккуратно возмутилась в ответ. – Мне не понятен ваш интерес к моей скромной персоне. Вы пристально следите за моей личной жизнью, вас не устраивают мои подруги, сомневаетесь в моем происхождении, пытаетесь намекнуть, что мы специально опоздали. Что вам от меня надо? Или вы меня в чем-то хотите уличить?

– Именно, – по слогам произнес Валеус и хмыкнул. – Я хочу вас уличить, мисс Нейрус, в том, что вы и ваши подруги сегодня ночью пробрались к аспидам. И не просто пробрались, вы летали на них.

– Вы с ума сошли! – воскликнула я. – Как бы мы это сделали? – слишком наигранно и неубедительно у меня получилось изобразить возмущение, что не ускользнуло от ректора. Он подозрительно прищурился и продолжил:

– Вот и мне интересно, как вы это втроем сделали. – Я молчала и сверлила его своим гневным взглядом, а он как ни в чем не бывало продолжал: – Я уверен, что вы знаете, что эти змеи не подпустят к себе ни одного чужого наездника, кроме своего хозяина.

– Не надо намеков, мистер Магиор, – тихо ответила я. – Ни я, ни подруги даже не знали, что эти существа находятся здесь в академии. И как бы мы на них летали, по-вашему, если они не подпускают никого к себе, кроме хозяина? – спокойно проговорила я.

Ректор ничего не ответил, лишь еще внимательнее изучал меня, бегая своими голубыми глазами по моему лицо, явно приостанавливаясь на моих припухших губах, которые я искусала, пока разговаривала с ним.

– Мистер Магиор, – отвлекла его от разглядывания моей физиономии, – у вас есть что-то еще ко мне?

– Есть, – кивнул он. – Вы знаете, мисс Нейрус, очень легко почувствовать чью-либо магию. У каждого она уникальна, имеет свой неповторимый запах и вкус, – магистр помолчал, глядя куда-то в сторону, перевел взгляд на меня и продолжил: – стойла аспидов открыли магией.

– Зачем? – как можно более убедительно изобразила удивление на своем лице.

– Иначе их было не открыть, – спокойно ответил он.

– Я так понимаю, господин ректор, вы почувствовали эту самую магию, и подумали что она моя, – самонадеянно хмыкнула я.

– Не совсем, – хитро улыбнулся мужчина. – Там был не один маг, и каждый открывал по одной калитке. В итоге следы их магии смешались, и определить конкретных взломщиков достаточно проблематично.

Я еле удержала облегченный вздох, заметно расслабившись, пристально посмотрела на ректора:

– Магистр Магиор, – уверенно и твердо проговорила я. – Мы с подругам вчера опоздали не намеренно, поверьте мне, если была бы возможность избежать неприятного общения с вами, мы бы приложили к этому максимум усилий. – Я сначала выговорила это, а потом подумала, насколько же это обидно звучит, и, увидев потемневший взгляд Валеуса поняла – мне каюк, я его рассердила своим “неприятного общения”.

Быстро справившись со своим негодованием, Магиор растянулся в хитрющей улыбке и практически промурлыкал:

– Вам так неприятно мое общество, Лиззи?

– Я не это хотела сказать, – виновато начала оправдываться, потупив взор. – Не думаю, что кому-либо понравится, когда его отчитывают, а тем более еще и подозревают, – пробурчала я.

– Я вас не отчитываю, Лиззи. Это выговор за опоздание, дальше уже последует наказание, – он сказал это таким тоном, как будто это самое наказание ожидалось у него в спальне. Я оторопело взглянула на него, хлопая глазами, думая про себя: “Полегче, господин ректор, так я могу и специально опоздать!” Про свои подозрения Валеус промолчал.

– Мы постараемся больше не опаздывать, – послушно заверила его.

– Знаете, Лиззи, раз вы старшая из подруг, я буду считать вас заводилой. За все ваши шалости, будете отвечать передо мной вы, – лукаво улыбнулся ректор.

– Но они же уже взрослые и самостоятельные, я не могу следить за каждым их шагом! – От возмущения мои ноздри заходили ходуном, вызвав смешок у ректора.

– Если не хотите дальше “неприятного общения” со мной, то приложите “максимум усилий” – передразнил меня ректор. “Ах ты!” – мстительно про себя подумала я и приторно-сладко уже добавила:

– Мистер Магиор, вы не боитесь, что мы станем с вами очень часто встречаться?

– Мне в отличии от вас, Лиззи, – поддержал мою игру ректор, – наше с вами общение не доставляет неприязни.

Он лыбился, как мартовский кот, приводя меня в смущение. Это было что-то новенькое – взрослая тетя засмущалась. Ну и пусть мне тут еще мало лет, но на Земле-то многое повидала! Пора заканчивать эту игру. Ясно, что ректора я не переиграю – уж слишком опытен этот мужчина в таких играх. Но вместо того, чтобы заткнуться и промолчать, прежде чем подумать, я выпалила:

– Вам так необходимо, чтобы наше общение было мне приятно? – а это уже было похоже на заигрывание с магистром.

– Очень бы мне этого хотелось бы, мисс Нейрус, – немного наклонившись ко мне, приторно-сладко ответил он.

– Могу узнать почему? – Вот что мне неймется? Потупь свой взгляд, как наивная гимназистка, покрасней до кончиков волос, вспыхни от возмущения и свали отсюда в закат, с гордо поднятой головой, негодуя от фривольного поведения мужчины. Нет же, сижу и мило улыбаюсь. Хотя какое там мило!!! Флиртую с этим самым наглым образом.

– Нет, – мило ухмыляясь, покачал головой ректор, – Это будет мой маленький секрет. – И не дав мне вставить ни слова, изменил свое выражения лица на серьезное, вполне себе ректорское, строго произнес: – Можете идти, мисс Лиззи.

Не дожидаясь, когда он повторит это еще раз, слишком резво подскочила со своего кресла и ринулась к двери, дабы не сморозить еще чего-нибудь неподобающего.

– Лиззи, – остановил он меня, когда я уже ухватилась за ручку. – Странно, что вы не знаете о том, что есть ещё одни, кто, кроме хозяина, спокойно может подходить к аспидам.

Я повернулась к нему и вопросительно посмотрела на Валеуса, который лишь слабо усмехнулся в ответ, дернула дверь на себя и вышла, пытаясь справится с охватившим меня волнением.

Глава 8

Оставшееся время, после посещения кабинета ректора, я провела у себя в комнате, размышляя над нашим с ним разговором. Как только вышла от него в воскресенье, уткнулась в своих встревоженных подруг, оставшихся поджидать меня, сидя на скамеечке перед ректорской дверью.

Я не рассказала им о нашем флирте с Валеусом, но поведала о его подозрениях на счет аспидов. Он прямо намекал на то, что считает нас причастным к этому происшествию. Договорившись с девочками затаиться некоторое время, пока все не поутихнет, и расследование ректора не зайдет в тупик, мы разошлись по своим комнатам готовиться к понедельнику. Но вместо того, чтобы засесть за уроки, я раз за разом прокручивала наш с мистером Магиором разговор. Его тон, его поведение явственно говорили о том, что он меня провоцировал. Но я никак не могла понять на что.

Я не наивная маленькая девочка, чтобы поддаться его чарам, хотя, буду честной, на какое-то время была уверена, что нравлюсь этому мужчине. Без лишней скромности могу отметить, во внезапно возникшем интересе ко мне ректора не было бы ничего удивительного. Дома я не страдала от отсутствия мужского внимание, наоборот оно было даже немного в избытке: мой рост – метр семьдесят восемь, что считается достаточно высоким для земных женщин, стройная, всегда поддерживала свою фигуру, и занятия боксом мне в этом очень помогали, натуральная блондинка с большими серо-голубыми наивными глазками, обрамленными светлыми пушистыми ресничками, небольшой чуть вздернутый носик, с горбинкой, приобретенной благодаря пропущенному хуку на одной из тренировок, красивый рот с неособо пухлыми, но четко очерченными губами. Я сводила с ума мужчин, обворожительно улыбаясь и невинно хлопая глазками – этакая смесь невинности и порока, приводила моих поклонников в восхищенный ступор. Они силились понять, кто же я на самом деле – невинная овечка или роковая обольстительница, не понимая, что все зависело только от моего переменчивого настроения. Но такой я стала только после развода, до этого же ощущала себя дылдой, угловатым и неказистым кузнечиком, как называл меня бывший муж.

Но какой бы привлекательной я не была бы на земле, тут не вписывалась в местные каноны женской красоты. Да мы все втроем не вписывались, хотя я и была самая высокая из нашей троицы, но мои подруги не намного отстали от меня в росте, да и в красоте тоже. Ингиелла и Оливия, теперь я старалась называть ее даже в мыслях новым именем, были примерно одинаковыми, но внешне отличались как день и ночь: первая была смуглая, жгучая брюнетка с черными цепкими глазюками, тогда как вторая была рыжая бестия, с фарфоровой кожей, зелеными широко распахнутыми глазищами, вздернутым носиком, усыпанным веснушками и пухлыми губками-бантиками.

Придя куда-нибудь втроем в бар у себя на родине, мы бы произвели фурор, здесь же…Да и здесь мы произвели фурор у мужской половины и вызывали черную зависть у женской.

Но не смотря на все это, я была уверена, что ректор не поддался моим чарам, а играл со мной в игру, пытаясь разгадать мою тайну, явно подозревая, что я что-то скрываю. Не так прост был этот Валеус Магиор, как хотел нам казаться, да и ректором одной из лучших академий Сардария, думаю, просто так не становятся. Мне ничего не оставалось делать, как быть с ним настороже, не поддаваясь на его провокации. Дав себе слово, впредь при дальнейших встречах с господином ректором держать дистанцию и не включать свои соблазняющие флюиды, наконец-то приступила к выполнению домашнего задания.

Учебные будни плавно вошли в свое русло и потекли в привычном направлении, заполняя жизнь адептов новыми знаниями и заданиями.

Первые две пары я витала в облаках, все возвращаясь к вчерашней беседе в кабинете ректора, но вот третья пара вызвала у меня неподдельный интерес.

Вирга Опис, местный зоолог, друид черного леса Ларспа, небольшого государства к югу, населенное в основном дриадами, магическим пером написала на доске тему занятия – аспиды.

– Итак, уважаемые адепты, тему нашего урока я написала. Кто что может поведать мне об этих потрясающих животных? – она облокотилась пятой точкой об учительский стол и провела взором по аудитории.

На мое удивление был лес рук, почти все присутствующие что-либо знали об этих змеях. Дабы не отставать от своей группы, также потянула руку, даже не представляя, что могу сказать об этих тварях. И конечно же, миссис Опис, первой подняла меня:

– Да, Лиззи, поведай, что ты знаешь о них.

– Могу сказать только, что они кровожадные и не подпустят к себе кого-то, кроме своего хозяина, – растерянно ответила я.

– Ты не совсем права, – кивнула она, вызвав удивленный возглас по аудитории. – Эти красивые летающие змеи действительно очень кровожадны, они питаются живой плотью, и им абсолютно все равно кто это: мелкий грызун милкус или грозный воин-орк. Аспиды достаточно сильны и справится с ними очень нелегко, приручить еще тяжелее. Их нельзя приманить едой, они не восприимчивы к магии, но, на удивление, эти змеи очень привязываются к тому, кто когда-то спас им жизнь. На самом деле они не столь агрессивны, как многие считают, но почувствовав исходящую опасность для себя или для своего близкого, змей разорвет противника, не раздумывая.

– Так почему же такой переполох из-за того, что кто-то пытался их выпустить? – непонимающе поинтересовался кто-то с первых рядов.

– Потому, – спокойно ответила ему миссис Опис, – что не важно какие у кого помыслы на самом деле, каждый из нас в глубине души будет испытывать страх, и они это очень чувствуют. Но воспринимают наш страх, как опасность для себя. Ну и плюс, если зверь будет голодным, он просто вами пообедает, – мило улыбнулась женщина. – Вы знаете, что меня больше всего нравится в этих великолепнейших созданиях?

Видно было, что преподаватель повергла в шок своих адептов, произнеся “великолепнейших созданиях”, по аудитории пронесся возмущенный возглас, миссис Опис хитро улыбаясь, посмотрела на нас.

– Да, – довольная произведенным эффектом, кивнула она. – Великолепнейшие создания и прекрасные семьянины. Они горой встают на защиту своих родных: жен, мужей, детей, матерей, отцов, сестер и братьев – нам бы поучится у них этому. И своего спасителя, так называемого хозяина, они считают членом своей семьи и также яростно будут защищать и его ценой собственной жизни.

В этот раз аудитория ахнула восхищенно, включая и меня. То, что эти создания действительно великолепны, я была согласна с преподавателем, но вот их семейственность действительно вызвала неподдельный восторг. Но был один вопрос, который мне очень хотелось задать, но так, чтобы не вызвать подозрения у миссис Опис: почему они подпустили нас к себе с подругам, да еще и покатали, показывая окрестности. Но как бы это сделать?

– Аспиды, находящиеся на территории академии они ректора? – задал вопрос Бриар.

– Да, – кивнула в ответ преподаватель. – Но как он их приручил мне неизвестно, – улыбнулась она.

– Ясно, – вздохнул староста. – Еще вопрос, – продолжил он. – Вы сказали Лиззи, что она не совсем права в том, что эти твари кровожадны. Но это же действительно так!

– Говоря, мисс Нейрус, что она не совсем права, я имела в виду не это, – с улыбкой ответила миссис Опис. – Она не права в том, что аспиды, кроме своего хозяина, не подпускают к себе никого. Это не так. Когда-то в нашем мире существовали те, кто беспрепятственно мог к ним подойти, и аспиды были им всегда рады, слушаясь и повинуясь их во всем.

В аудитории воцарилась тишина, тягостная и гнетущая, что подсказывало мне о том, что эти кто-то не совсем хорошие редиски, и все мои сокурсники знают о них, в отличии от меня. А еще меня пугало, что мы с подругами похоже эти редиски и есть.

– Лиззи, – обратилась ко мне преподаватель, вырвав меня из раздумий, – я вижу, что вы очень впечатлились моим рассказом об этих зверях. Поэтому поручаю вам к следующему занятию подготовить доклад о них.

“Ну вот оно мне надо было? – мысленно простонала я. – Некогда мне заниматься докладами.”

– Хорошо, – обреченно вздохнула я.

– Всем остальным, – продолжила миссис Опис, – к следующему уроку задание другое: найти мифы и легенды об этих существах. На сим закончим наше занятие, – она попрощалась с нами и вышла из аудитории

Я коварно разулыбалась. Есть же справедливость на свете, ни одной мне пыхтеть в библиотеке! Гадко хихикая, я сложила свои учебники в чпаг, напоминающий холщовый военный рюкзак, только меньшего размера, и вышла вслед за преподавателем, торопясь на обед.

Мне не терпелось увидеться с девочками и поведать только что полученную информацию. Столкнувшись с ними у двери в столовой, я чуть на завизжала от радости.

– Девочки, – вместо этого тихо проговорила я. – Что я вам сейчас расскажу!

– Что? – вдвоем одновременно воскликнули они.

– Пойдемте кушать, присядем за стол и я вам все-все поведаю, – хитро улыбнулась им.

Как только мы поставили свои подносы с едой и расселись за столом, девушки молча уставились на меня, ожидая сенсации.

– Ну что, – вздохнула, и шутливо посмотрела на них. – Сегодня на лекциях о фауне Сардария, мы проходили аспидов, – игриво качая головой, прошептала я.

– Так, – протянула Оливия.

– Не буду пересказывать вам всю лекцию, а то потом не так интересно вам будет через год, скажу самую суть. Эти змеи подпускают к себе хозяина и еще кого-то, о ком все, кроме нас, знают, но молчат. Эти кто-то когда-то жил в этом мире, но почему-то исчез. И судя по тому, насколько серьезны были мои мальчики, – я кинула взгляд в сторону, где, обедая за столом, собрались мои сокурсники, изредка поглядывающие на нас, – они были, мягко говоря, не очень хорошими.

– И это все? – разочарованно вздохнула Ингиелла, когда я замолчала и многозначительно посмотрела на подружек.

– Нет не все, – спокойно ответила ей. – У тебя теперь миссия, милая моя. Так как ты сейчас у нас единственная, кто тесно спелась с местным аборигеном, тебе придется выпытать у него про этих таинственных “кто-то”.

– А почему ты сама у своих аборигенов не спросишь? – обиженно насупилась подруга, взглядом указав в сторону моего курса.

– Потому что, они все знают про них, все кроме меня. И могут что-то заподозрить, если я задам такой вопрос, – вздохнула в ответ.

– Хадарай значит не заподозрит? – фыркнула она в ответ.

– Даже если и так, он тебя не сдаст, – вступилась за меня Оливия.

– Ладно, – хмыкнула Ингиелла. – Уговорили. Сегодня с ним увижусь и обязательно спрошу, между делом.

Вечером, сидя в комнате у девочек, мы с Оливией не могли никак дождаться, когда вернется со своего свидания наша итальянка. И как только она вошла в дверь, мы накинулись на нее с вопросами:

– Ну что, узнала? – первая налетела на подругу Оливия.

– Нет бы поинтересоваться, как прошло свидание? – весело хмыкнула девушка. – А они сразу “узнала”! – скривившись передразнила она нас.

– Ну не томи, – заныла я. – Видим же по твоей довольной моське, что узнала.

– Да, – кивнула она головой и присела на свою кровать, мило улыбаясь, выдержала театральную паузу, рассматривая нас с лукавым прищуром и произнесла лишь: – Валькирии.

– Что? – непонимающе нахмурилась Оливия. – При чем здесь скандинавская мифология?

– Дурында ты, – весело хохотнула Ингиелла. – Валькирии беспрепятственно могли приближаться к аспидам.

– Уже лучше, не кикиморы, и то хорошо, – удовлетворенно кивнула я. – Женщины-воительницы мне нравятся больше.

– А вот кто его знает, хорошо ли это? – задумчиво вздохнула итальянка. – Я расспрашивать его толком не стала, чтобы не вызвать ненужных вопросов, но поняла одно – что-то эти валькирии тут натворили, за что впали в немилость у местных народов.

– Ну это я выясню в библиотеке, когда буду делать доклад об аспидах, – протянула я.

– Это что ж получается, – уставившись перед собой, прошептала Оливия. – Мы валькирии что ли?

Мы с Ингиеллой посмотрели на нее и тягостно вздохнули, молча соглашаясь с подругой. По всему выходило, что мы действительно женщины-воительницы, так как хозяйками этих змеюк быть не могли.

– Не нравится мне все это, – нахмурилась Ингиелла, нарушив молчание. – Что же эти тетки тут натворили? В нашем мире они вроде очень дажи хорошие по преданиям.

– Будем выяснять. – невесело хмыкнула я.

И мы опять замолчали, погрузившись в тягостные раздумья о своей действительной сущности.

– Ну нет, девочки! – воскликнула Оливия. – Вот у меня желания убивать и предавать кого-то ни разу не возникло, даже когда, этот козел сказал, что женится на другой, ну обидно было. Да и Фольдар, со своим “на свидание” тоже желание “замочить” его не вызвал. Значит, нас, ой то есть этих самых валькирий, кто-то просто сделал крайним. Вот и все! – мы согласившись с доводами подруги, закивали, пока она не ввела нас в ступор очередным неожиданным вопросом, возникшим в ее прелестной рыженькой голове. Вот у кого тараканчики зря время не теряют, фонтанируя идеями: – Знаете, что меня еще поражает тут, так это то, что Ингиелла понимает все наши с тобой, Лиззи, жаргонные словечки. Вот откуда ты, – она посмотрела на итальянку, – можешь знать значение слова “замочить”?

Подруга уставилась на нее, покрутила пальцем у виска и, рассмеявшись сказала:

– А то, что мы тут всех понимаем, тебя не смутило? Или то, что я ни капли не зная русского, а вы итальянского, так бегло общаемся? Между прочим, я тоже вставляю эти самые жаргонные словечки, и вы меня, между прочим, понимаете!

– Но ты же с Новым годом поздравляла на своем родном? – возмутилась Оливия.

– Ну да, но говорим мы с вами на местном языке, – протянула ей Ингиелла.

– Охренеть! – выдохнула та.

– А ты думала, что все тут говорят по-русски? – расхохоталась я. – Ты серьезно?

– Да я как-то не задумывалась раньше об этом, – и она начала смеяться.

Ингиелла подошла к подруге, легонечко постучала ей по лбу и тихо-тихо проговорила:

– Ау, тараканчики, вы там совсем поехали?

Вот теперь мы ржали в голос, держась за животы и плача от смеха.

Глава 9

Сидя в библиотеке, обложившись книгами, я еле скрывала своего раздражения – информации об аспидах было вагон и маленькая тележка, но что-то нового, кроме устройства в их семействах ничего не почерпнула. Терпеливо записав полученный материал о семейных ценностях этих существ, повергших меня в изумление уже от того, что у этих милых змеюк вообще есть семейные ценности, многие из которых очень не хватает обычным человеческим семьям на Земле – верность, преданность, поддержка и полное равноправие. Семейная пара аспидов одинаково ухаживают за своим потомством, поддерживают престарелых родственников, заводят дружбу в основном с представителями своего вида, бывают исключения, когда змеи могут подружиться с кем-то еще, но это редкость. Что касается так называемого хозяина, то тут все не просто – аспид никогда не посадит себе на спину кого-то, не будет его слушать, тем более куда-то летать по делам своего наездника, за исключением того, кто связан с ним кровью. Но что удивительно, поддерживать с ним дружбу будет только тот, кого этот самый хозяин спас от смерти, остальные будут относится уважительно, но не более того.

Это все было безумно интересно, но то, что мне нужно ни в одном источнике не было. Странность заключалась еще в том, что о валькириях не было вообще ничего, как будто их не было в истории этого мира вовсе.

– И что мне теперь делать? – под нос сама себе пробубнила я.

– Может помочь тебе? – возникший как будто из ниоткуда, Фольдар присел напротив меня и участливо заглянул в глаза.

– А сможешь? – плаксиво поинтересовалась я.

– Ты скажи, что ты ищешь, я попробую помочь, – дружелюбно отозвался он.

– Понимаешь, делаю доклад об аспидах, об их семьях очень много написано, о друзьях и недругах, а вот о тех, которые могут на них беспрепятственно ездить – ни слова, – грустно пояснила я.

– В обычном зале не найдешь, – спокойно ответил парень, – о них только в специальном читальном зале, – он мотнул головой в сторону неприметной двери. – Но ход туда только для преподавателей.

– Ну вот же! – заныла я.

– А зачем тебе? – поинтересовался он.

– Хотела сделать полный доклад о них, а без этого никак, – пояснила ему.

– Странно, – сузив глаза, он подозрительно посмотрел на меня. – Неужели ты не знаешь, что всадницы под запретом в этом мире?

– Да знаю, конечно, но все же интересно, почему именно их подпускали к себе аспиды, – не моргнув глазом, соврала я.

– Ну тут все просто, – пожал плечами Фольдар, – они были великими наездницами, находили общий язык со всякой тварью. Но в какой-то день что-то у них пошло не так… – он замолчал.

Я не стала дальше расспрашивать его, понимая, что это может показаться подозрительным. Вместо этого, лишь понимающе кивнула, закрыла книги и хотела было уже собрать их со стола и отнести библиотекарю, миссис Оливерс, не очень доброжелательной темной эльфийке, которая недовольно фыркала каждый раз, когда кто-то из адептов подходил к ней со списком книг – никогда не понимала людей, которые не любят свою профессию, но по каким-то причинам все же в ней работают, а отрываются за это на других – как Фольдар подхватил мою стопку и сам прошествовал к столу эльфийки, воодрузив всю кипу разом.

– Спасибо, – улыбнувшись, искренне поблагодарила оборотня, в ответ он лишь пожал плечами.

Мы вместе вышли с ним из здания библиотеки и молча побрели в сторону нашего общего общежития. Молодой человек, как истинный джентльмен, тащил мой чпаг, в котором лежали конспекты доклада об аспидах, и тягостно молчал.

– Фольдар, – остановившись, посмотрела на него, – ты что-то хочешь спросить у меня об Оливии?

– Как ты догадалась? – неподдельно удивился он.

– Так это не сложно, – хмыкнула я. – Ты не сводишь с нее глаз, вдыхаешь воздух рядом с ней – не сложно догадаться, что моя подруга тебе нравится.

– Ты права, Лиззи, – горько усмехнулся оборотень. – Она мне действительно очень нравится, но я…, – вздохнул и замолчал.

– Сморозил глупость в повозке, оповестив нас, что едешь на свидание, – закончила за него. – Но так исправь свою оплошность! – воскликнула я, и ободрительно похлопала его по плечу. – Все мы ошибаемся!

Парень удивленно на меня посмотрел, счастливо просиял, и неожиданно подхватил меня на руки закружил на месте, от чего я начала не сильно повизгивать.

– Спасибо тебе, Лиззи, – но он вдруг стал серьезным и, опустив голову, проговорил. – Я не знаю, как к ней подступить после этого, понимаешь? Как ее расположить к себе?

– Странный ты, – рассмеялась я. – Как любую другую девушку. Понимаю, для тебя Оливия особенная, и тебе кажется, что она не примет обычные ухаживания. А ты попробуй. Вдруг подействует? – лукаво подмигнула ему. – Она тоже девушка, Фольдар, такая же как любые другие девушки, и она очень любит комплименты, романтические свидания, цветы в конце концов. Начни хотя бы с того, чтобы не просто пялиться на нее и вздыхать, а поговорить о чем-то отвлеченном, позови прогуляться после занятий.

– Я попробую. Лиззи, – счастливо разулыбался он.

– Вот прям сейчас и начни, – кивнула в сторону Оливии, задумчиво бредущей по направлению к библиотеке.

Так смешно было наблюдать, как этот большой и сильный мужчина, оборотень, будущий альфа, оторопел при виде моей подруги, вытянулся в струнку, но послушно пошел в сторону девушки, практически не сгибая свои ноги в коленях.

Я смотрела ему вслед, тихо смеясь над ним и его несмелой походкой.

– Что же вас так развеселило, милая леди? – промурлыкал почти мне в ухо знакомый ректорский голос. Я испуганно вздрогнула и уставилась на незаметно подошедшего мужчину вылезающими из орбит глазами.

– А вы время зря не теряете. Одной подруге подсобили с молодым человеком, и не абы с кем, а с наследником престола, второй – альфу стаи Вольных Ветров. Кого вы выберете себе?

Прежде чем подумать своей головой, пошевелить внутри всеми шестеренками и напрячь извилины, я выпалила:

– Вас.

Валеус Магиор явно не ожидал такого ответа. Он удивленно уставился на меня, вытянув свое красивое лицо, смешно захлопал глазами и приоткрыл рот. Я не смогла сдержать и расхохоталась в голос.

– Мистер Магиор, – смеясь, еле выговорила я. – Вы бы видели свое лицо. Не пугайтесь вы так, господин ректор, вы будет последним магом в академии, на кого я положу глаз. – Мне б опять подумать, прежде чем сказать, но это вот прям не мое сегодня.

– И чем же я вас не устроил, позвольте спросить, – пытаясь не засмеяться, поинтересовался он.

– Так вы ректор академии! – удивленно выпалила я.

– А правилами нашей академии не запрещаются отношения между адептами и преподавателями, не поощряются – это да, но и не являются чем-то из ряда вон выходящим, – поверг меня в легкий шок своими словами Валеус. Правилами этой академии, скорее всего нет, я как-то не интересовалась этим, но у меня в крови было табу на отношения с преподавателями, а тем более ректорами. Хотя мой земной руководитель университета был достаточно пожилой пузатый мужчина, не то, что этот умопомрачительный красавец, стоящий сейчас передо мной и лукаво улыбающийся во все тридцать два зуба, ну или сколько у него их там.

– И много у вас было отношений с адептками? – поджав губы, слишком уж ревностно, даже для самой себя, произнесла я.

– Ни одного, – самодовольно хмыкнул он.

– Я все меньше и меньше вас понимаю, господин ректор, – насупилась я. – Вы мне что-то хотите предложить?

– Нет, Лиззи, не обольщайтесь, – отплатил мне той же монетой ректор.

– Да я даже и не думала, – возмущенно воскликнула в ответ. – Извините, мистер Магиор, мне пора идти, надо еще доклад писать.

– Вас можно только похвалить за рвение к учебе, милая леди, – шутливо усмехнулся мужчина. – И о чем ваш доклад на сей раз?

– Об аспидах, – мило улыбнулась я и, развернувшись, пошла в общежитие.

Конечно это было невежливо с моей стороны, не попрощавшись с ректором, молча развернуться и уйти, но мне уже совсем не нравились с ним беседы, начинающие все больше и больше напоминать не легкий флирт, а что-то более серьезное и интимное.

Быстро вбежав на второй этаж, кинула свой чпаг на кровать и в ярости пнула небольшой пуфик у двери.

– Вот что ему надо? – в бессильной злобе произнесла я. – Неужели и правда решил обворожить меня и таким бесцеремонным образом выведать все секреты. А вот дудки, господин ректор, ничего у вас не выйдет!

И довольная своим словам, посланными в воздух, плюхнулась не раздеваясь на кровать и раскинула руки в стороны, почему-то весело рассмеялась.

– Лиззи, ты на месте? – постучав в дверь, позвала меня Ингиелла.

– Да, заходи, – откликнулась я.

Подруга зашла в мою комнату и пристально посмотрела на меня.

– Что это с тобой? Тоже влюбилась? – пристально посмотрев на меня, поинтересовалась она.

– Скажешь тоже, – отмахнулась я. – Опять с ректором столкнулась.

– И из-за этого ты лыбишься как влюбленная дурочка? – весело хмыкнула итальянка.

– Ингиелла, – насупилась я. – Не говори ерунды. Это ж ректор!

– И что? – равнодушно пожала она плечами. – Они тут помешаны на истинной любви, поэтому правилами академии это не возбраняется.

– Вот он мне тоже самое сказал, – покачав головой, улыбнулась я.

– Что он тебе сказал? – оторопело уставилась на меня подруга и, присев рядом, скомандовала: – Выкладывай.

– Ой, Ингиелла, что выкладывать. Мне уже тридцать семь годков, а я так и не научилась думать, прежде, чем говорить, – рассмеялась я.

– Тебе всего лишь тридцать семь, милая моя, тут это совсем зеленый возраст, – протянула она и уже более настойчиво приказала: – А ну, рассказывай!

– Хорошо, хорошо, – засмеялась я, подняв руки вверх, как бы сдаваясь, поведала ей о том, как ректор поинтересовался, кого я для себя присмотрела, отметив, что мои подруги нашли себе в ухажеры наследника престола и будущего альфу.

– Ты ему так и заявила “вас”? – округлив глаза, посмотрела на меня.

– Да, – хихикая, кивнула в ответ. – Ингиелла, я так пожалела, что под рукой нет фото, чтобы заснять его вытянувшуюся физиономию. Это не передать словами! Глазками хлопает, аж рот открыл, – продолжала хохотать я. – И это взрослый дядька. Интересно, сколько ему лет?

– О, – лукаво протянула подруга. – Тебя уже интересует наш магистр?

– Нет, конечно, это он следит за нами, – уже более серьезно добавила я. – А это, по видимому, включил свои чары, чтобы выведать наши секреты.

– Ты его в Бонды не записывай, – хмыкнула Ингиелла. – Может и правда запал? А? – она поддеда меня плечом, улыбаясь.

– Не думаю, – отрицательно покачала в ответ головой.

– Мне кажется, или ты это с сожалением ответила? – хитро прищурилась она.

– Кажется, – я показала ей язык в ответ. – Меня больше беспокоит, что нужной информации я не нашла в библиотеке, – сменила я тему.

– Совсем нет? – хмуро спросила подруга.

– Есть, но под семью замками, – посмотрев на нее, добавила: – Нам придется эти замки сломать. – Эта идея только что возникла в моей нездоровой головушке.

– И где эта семизамочная дверь? – уже практически поддержав мою идею, поинтересовалась Ингиелла.

– В библиотеке, – невесело хмыкнула я.

– Значит будем брать библиотеку, – хищно улыбнулась подруга, и двумя пальцами провела у себя поочередно на лбу, и щеках, явно изображая героя какого-то боевика, рисующего у себя на лице маскирующие полоски.

Мы весело расхохотались в голос.

– Осталось Оливию посвятить в наши планы, – смеясь, проговорила Ингиелла.

– Конечно, но думаю это будет не скоро, – ответила я.

– Не думаю, что она в библиотеке задержится долго, – пытаясь остановить смех, проговорила подруга.

– Как тебе сказать, – хитро поиграми бровями я.

– Она с ним? – поняв к чему я бровирую, ошеломленно воскликнула девушка. – Неужели Фольдар решился?

– Да, правда предварительно получив от меня ласкового пинка, в принципе наш разговор с ректором с этого и начался, – опять рассмеялась я.

– Значит хочешь не хочешь, подруга, а мы с Оливией должны захомутать для тебя самого ректора академии, – изображая всю тяжесть возложенного на саму себя ответственность, вздохнула Ингиелла.

– Даже не думайте, – угрожающе прошипела я. – Не нужен он мне.

– Посмотрим, – подмигнула мне она и взвизгнула, так я принялась ее щекотать.

Глава 10

Приступили к осуществлению своего плана – пробраться в библиотеку в читательский зал для преподавателей. Мы с Оливией готовили свои доклады, пропадая каждый день там и наблюдая за распорядком, засиживаясь до самого закрытия, доводя бедную миссис Оливерс до исступления.

Нам нужен моцион, который совершает эльфийка перед закрытием библиотеки, а главное куда прячет ключ от нужной нам дверцы, как закрывает входную дверь: ставит защитное заклинание или просто запирает на ключ.

Именно сегодня нам неслыханно повезло, с одной стороны, но с другой… Раньше чем обычно, библиотекарь принялась собираться, закрыла таинственную дверь простым ключом, положив его себе в карман и наложила сверху запирающее заклинание, которое мы не знали и как открыть его тоже, и принялась торопить нас заканчивать, сдавать книги и уходить.

Препираться мы не стали, послушно собрались, поинтересовавшись у женщины, почему сегодня так рано, и получили поистине чарующий ответ:

– Сегодня День Рождения у мистера Эсса, и он решил отпраздновать это событие, собрав всех преподавателей у себя.

– Ух ты! – всплеснула руками Оливия. – Поздравьте его от нас тоже, пожалуйста!

Я отвернулась, зажмурившись, дабы не видеть удивленный взгляд эльфийки – ну не принято было в этом мире кого-то просить поздравить с праздником за тебя! И подруженция об этом знала, но естественно забыла. Да она даже не думала! Тихая, но импульсивная, вечно летающая где-то в облаках, Оливия, очень часто попадала своими внезапными “Вау”, “Ок”, а уж при упоминании о чьем-то Дне Рождении, вообще похоже забыла обо всем, радуясь, словно ребенок. Тут не принято кого-то поздравлять, не будучи приглашенным! Дикость конечно, но что делать!

Теперь главное, сделать вид, что ничего такого сказано не было и не пытаться что-то невнятно объяснить, дабы не вызвать еще больше подозрений у библиотекаря. Вот с этим Оливия справилась на отлично, никак не отреагировав на удивленный возглас миссис Оливерс.

Распрощавшись с эльфийкой, мы пошли в сторону общежития, медленно вышагивая по тропинке для того, чтобы рассмотреть, как библиотекарь закрывает здание на обычный ключ, не ставя никаких заклинаний.

– Хоть тут без магии, – буркнула я тихо, чтобы слышала меня только Оливия.

Подруга виновато посмотрела на меня и кивнула. Мы побрели в общежитие, каждая в свою комнату, договорившись, что через час приду к девочкам.

Раскладывая свои конспекты, я размышляла о том, как нам пробраться в эту библиотеку и взломать таинственную дверь. Была уверена, что сделать это нужно именно сегодня, пока весь преподавательский состав будет праздновать День Рождения нага, мы можем незаметно провернуть это дельце. Вскрыть само здание большого труда не составит, а вот нужное нам помещение… Пыталась в памяти произвести то заклинание, которым запечатала миссис Оливер преподавательский читальный зал и никак не могла его вспомнить. Что ж придется действовать по наитию. Ждать еще одного такого счастливого случая можно долго.

Закончив переодеваться, кинула взгляд на свое отражение и поспешила к девочкам в комнату на третий этаж. Войдя к ним, обнаружила недовольную Оливию.

– Ты чего такая злая? – поинтересовалась у нее.

– Ингиеллы до сих пор нет, – насупилась она. – Я хотела ей рассказать, что мы сегодня выяснили, а ее нет. Шляется со своим эльфиком где-то.

– Давай подождем, – спокойно ответила я. – Может она скоро явится.

И словно услышав мои слова, в комнату вошла третья наша подружка.

– Ну и чего ты так долго? – сразу же недовольно накинулась на нее Оливия.

– Ой, девочки, – мечтательно произнесла Ингиелла, не замечая нападки. – Я увязла по самые бакенбарды, – и, вздохнув, добавила. – Может ему все рассказать?

– Даже не думай! – накинулись мы хором на нее.

– Мне не по себе от того, что я обманываю Хадарая, – проныла подруга.

– Допустим не обманываешь, а не договариваешь, – приобняв ее, объяснила Оливия. – Не уверена, что сейчас самое подходящее время для всей правды. Мы еще не знаем, на самом ли деле мы, – она перешла на шепот, – валькирии.

– Ты права, подружка, тысячу раз права. Но мое сердце кровью обливается от того, что перед ним не честна, – опусив глаза, печально произнесла она.

– Давай так, – подключилась я к успокаиванию Ингиеллы, – сходим в библиотеку, попробуем проникнуть в комнатку, и уже от того, что там найдем об этих женщинах, будем действовать дальше.

– Уговорили, – обняв нас двоих одновременно, улыбнулась итальянка. – Когда идем на дело?

– Сегодня, – выпалила я и посмотрела на вытянувшиеся лица подруг.

– Почему именно… – начала было Оливия и осеклась, пронзенная своей догадкой, восторженно продолжила: – День Рождения мистера Эсса! Все преподаватели, включая ректора, будут там.

– Вот кстати Оливерс ничего не говорила про магистра, – задумчиво произнесла я. – А вдруг его там не будет?

– Будет, – включилась в обсуждение Ингиелла. – Все преподы приглашены, а его обошли стороной? Нет, – протянула она, улыбнулась и покачала головой. – Вы правы, сегодня идеальное время для нашего маленького преступления.

– Время может и идеально, – протянула я. – Только как туда попасть? Саму библиотеку заперли только на ключ, а вот нужную нам дверь… эльфийка навесила на нее какое-то заклинание, и какое я не знаю.

– Будем наугад идти, больше ничего не остается, – произнесла Оливия.

– Согласна, – кивнула Ингиелла. – Ну в конце концов вышибем дверь ногой, по итальянской традиции, – рассмеялась она.

– В России такая традиция тоже существует, – подхватила ее веселье Оливия.

– Ну раз так, значит точно выдвигаемся сегодня, – веселилась и я. – Думаю после полуночи, час или два ночи?

– В час самое то, – ответила Ингиелла. – Отбой в десять, завтра занятия, в час все уже будут спать. И преподы тоже, после праздника-то.

– То что они любят выпить я знаю, но вот любит ли выпить Магиор? – засомневалась я в нашем плане.

– Ой, – махнула на меня рукой Оливия и нахмурилась, – да все мужики любят выпить. Чем твой-то отличается?

– А почему он мой? – опешила я.

– Ну а чей же, – поддержала ее Ингиелла. – Он ни с одной адепткой так не разговаривает провокационно, как с тобой. Заигрывает, намекает. Твой, даже не сомневайся, – щелкнула меня по носу она.

Я насупилась. Не то, чтобы он мне не нравился, нравился, мужчина он конечно красивый, но уж очень вредный и напыщенный. И я никак не могла опустить, что он ректор!

Ближе к отбою я ушла к себе, на случай внезапной проверки, легла в кровать. Спать не хотелось совсем, сон отгоняло ожидание нашего сегодняшнего променада до библиотеки и, очень на это надеюсь, обратно. Чем нам грозило, если нас схватят? Отчисление не так страшно, больше пугало, что мы можем реально подставить тех, кто нас приютил и помогал обустроится в этом мире. И все же интересно, почему они это делали? Неужели знали, кто мы на самом деле? Тогда почему не сказали сразу? Чтобы дров не наломали?

Хорошо, пусть так. Но почему никто из них не рассказывал о валькириях? Ни мне мой некромант, ни Оливии ее эльфы, ни Ингиелле Митас – ни словом не обмолвились об этих женщинах-воительницах. Последний подруге даже поведал об аспидах, не то, что мой дядюшка. Сидилла Нейрус вообще меня очень опекал, да и опекает до сих пор, постоянно интересуется, как у меня дела, как дается учеба , не обижает ли кто. Мне иногда становится смешно от этого. У себя дома на Земле, судя по его моложавой внешности, у нас мог бы случится роман. Но некромант никогда на меня не смотрел, как на женщину, в его взгляде была забота и беспокойство обо мне, будто я правда дочь его беспутной сестры.

О своем новоиспеченном родственнике я не знала ничего, он был скрытен, что касалось его личности. От слуг, живущих в его замке, знала, что у него была жена, которая будучи беременной исчезла много лет назад. Куда она делась не знал никто.

Отвлекшись от воспоминаний о дяде, взглянула на временной амулет, показывающий, что скоро полночь. Вернула свои мысли к валькириям.

А что я о них знаю? Кроме того, что это из скандинавских мифов, ничего не знала вообще: ни их предназначение, ни их деятельность. Знала только одно, эти девы подчинялись Одину. И это все мои познания.

Поднявшись с кровати, прошлась по своей комнате, ожидая своих подруг. Чем ближе приближалось время к нашей вылазке, тем больше ощущала нервозность. Самое страшное, наверное, в нашей намечающейся ночной прогулке – это то, как открыть эту дверь! То, что мы легко пройдем в библиотеку, не сомневался никто из нас. А что дальше? Конечно, очень не хватало помощи от местных жителей, знающих больше заклинаний, нежели наша троица. Но мы довериться кому-то не могли. Меры предосторожности никто не отменял.

В дверь поскреблись, выведя меня из размышлений. Почему-то подкравшись к ней, я открыла ее и увидела подруг, которые на цыпочках вошли в мою комнату.

– В общежитии тишина, – уведомила меня Ингиелла.

– Отлично! – довольно кивнула я. – Если наши спят, значит спят все.

Девушки согласно хихикнули. Действительно, самые заводилы были именно адепты боевого факультета, и если наше общежитие было погружено в сон, значит все остальные тоже. Но спят ли преподаватели и господин ректор? Надеюсь, они весело отметили День Рождения мистера Эсса. Нам оставалось только дождаться часа ночи и верить, что все действительно спят.

– Готовы? – спросила нас с Оливией Ингиелла, когда ее временной амулет показал ровно час ночи.

– Нет, – вздохнула я, – но идти надо.

– Надо, – поддержала меня Оливия. – Запоминающие кристаллы я собрала, – она закинула через плечо свой кисет и похлопала по нему, для пущей убедительности.

– Отлично, – кивнула я. – Тогда вперед!

Открыв свое окно, высунулась наружу, покрутив головой по сторонам и прислушиваясь к тишине ночи, кинула веревку вниз и спустилась. За мной последовала Ингиелла, за ней уже осторожно сползла Оливия. Пригнувшись, мы припустили к ближайшим кустам, чтобы быстрее скрыться от света тусклого фонаря.

Дальше уже молча, крадучись, аккуратно ступая, внимательно следя под ноги, двинулись в сторону библиотеки.

Мы уже почти подошли к цели своего похода, когда внезапно за спиной услышала слабое подвывание:

– “Как-то шли на дело, выпить захотелось, Мы зашли в шикарный ресторан”, – фальшивила Оливия, идущая у меня за спиной.

С Ингиеллой встали, как вкопанные, переглянулись и удивленно уставились на подругу, которая даже не поняла причину нашей остановки. Она уставилась на нас недоуменно, не понимая, что же произошло. Я молча покрутила у виска пальцем и постучала себе по лбу, передразнивая, изобразила ее пение. Когда же до нее дошло, сколь глупо было исполнение “Мурки” в момент, когда требовалась полная тишина, Оливия округлила глаза и показала рукой, что больше так не будет, изобразив закрывающую рот молнию.

Покачав головой и хмыкнув, отвернулась от нее и мы продолжили свой путь. Добравшись до здания библиотеки, мы с Оливией спрятались в его тени, тогда как Ингиелла демонстрировала приобретенные навыки взлома дверного замка шпилькой. Надо сказать, она нас поразила, справившись со своим задание за пару минут, вызвав у нас одновременно и восторг и недоумение, откуда у нее такое умение для нас пока было загадкой.

Проникнув внутрь, осторожно в темноте прошли к нужной двери и встали в раздумьях.

– Попробую то заклинание, – прошептала я и уже начала его произносить, когда за нашими спинами раздался приглушенный голос:

– Не стоит этого делать, так вас быстро поймают. – Вздрогнув, мы все трое обернулись. Фольдар вышел к нам из тени книжного шкафа, пристально рассматривая каждую.

– Фольдар, – зашептала я. – Ты хочешь нам помочь?

– Могу, – усмехнулся он.

– Ну так помоги, – продолжила я.

– Хорошо, но у меня вопрос: зачем вам это нужно? – проговорил он.

– Просто помоги без лишних вопросов, – вместо ответа, вклинилась Ингиелла.

– Сначала ответьте на вопрос, – хмыкнул парень.

– Нет! – твердо ответила я.

– Ну тогда я пойду, – пытался напугать нас оборотень.

– Иди, – спокойно ответила я.

Он пристально посмотрел на меня, сверля своими светящимися в темноте глазами, постоял в раздумьях какое-то время и наконец изрек:

– Тогда вас поймают.

– Вместе с нами поймают и Оливию, – спокойно ответила я.

Его белые ровные зубы мелькнули в темноте, а глаза одобрительно сверкнули.

– Умеешь ты убеждать, Лиззи, – тихо рассмеялся он. – Отойдите, – скомандовал он, раскинул руки и что-то еле слышно зашептал. – Все, – через пару мгновений произнес он. – Но дверь закрыта еще на ключ.

– Это уже моя забота, – хищно улыбнулась Ингиелла, подошла к двери и в свете уличного фонаря, проникающего сквозь небольшое окно, принялась ковырять замочную скважину шпилькой.

Дверь поддалась быстро, немало удивив нашего невольного помощника.

Войдя внутрь, прикрыли дверь, чтобы никто не видел наши магические светящиеся шары, приступили к поискам литературы о валькириях.

– Что вы ищите? – посмотрев на наши растерянные лица, пока мы стояли и крутили головами, скользя безумными глазами по большим стеллажам с огромным количеством разноцветных корешков книг, не зная с чего начать.

– Валькирий, – отозвалась Оливия.

Вместо ответа, Фольдар, махнул нам рукой, приглашая следовать за ним. Спорить мы не стали, послушно посеменили вдоль стеллажей, пытаясь поспеть за оборотнем. Он остановился резко возле еле заметной небольшой тумбы.

– Все здесь, – тихо пояснил оборотень на наши недоуменные взгляды.

Я несмело подошла к тумбе, постучала по ней, вызвав смешок у парня, и открыла дверцу. Моему взору предстало ровно пять небольших книг в невзрачном переплете. Я озадаченно посмотрела на Фольдара и прошептала:

– Это все, что о них есть?

– Остальное в имперской библиотеке, – хмыкнул он.

– Доставай кристаллы, хотя бы что есть запечатлим, – скомандовала я Оливии, вытащила книги и положила их на верх тумбочки.

– Не густо, – прошептала подруга, вызвав этим настороженный взгляд своего ухажера и наши с Ингиеллой поджатые в недовольстве губы.

– Ой, девочки, – отмахнулась она от нас. – Он и так нас спалил.

– Это не значит, что надо закапываться дальше, – прошипела ей Ингиелла.

– Может расскажете? – шутливо вклинился Фольдар.

– Если мы тебе расскажет, то придется тебе убить, как ненужного свидетеля, – серьезно ответила я, открывая книгу, оказавшуюся обычным учебником по истории, и, посмотрев на опешившего парня, лукаво ему подмигнула. – Фольдар, – все же решила внести немного ясности, – нам троим надо самим сначала во всем разобраться. Как мы более менее разберемся с этим, Оливия тебе все-все расскажет. Идет?

– Не понял кто и куда идет, – улыбнулся парень. – Но я согласен.

– Вот и договорились, – мило проговорила Оливия, – Помоги нам все это запомнить, – она протянула ему кристалл и мило захлопала глазками.

Каждый взял по одной книге и кристаллу, и принялся водить им по страницам, считывая информацию.

– На ксерокс похоже, – неожиданно произнесла Ингиелла, затем вытаращив глаза настороженно взглянула на Фольдара, посмотрела пристально, в конце концов махнув рукой, продолжила молча.

Парень водил кристаллом молча, лишь периодически ухмыляясь и посматривая на нас. Его явно разбирало любопытство, но он держался, и даже не из последних сил.

Закончив со своим учебником, полезла за оставшимся, немного сильнее надавив на дверцу. К моему изумлению, в глубине тумбы, что-то щелкнуло и верх приподнялся, явив взору небольшую нишу, в которой лежала еще одна книга.

– Посмотрите, – потрясенно прошептала я. – Тут еще одна есть, в потаенном месте.

Девочки и Фольдар подошли ко мне и уставились на книгу в моих руках. Я раскрыла ее и ахнула – это была не книга, это был чей-то дневник, написанный на непонятном языке.

– Фольдар, – обратилась я к парню. – Ты сможешь прочесть?

Молодой человек лишь пораженно отрицательно покачал головой.

– Как так? – недоуменно спросила у него Оливия.

– Я не знаю этого языка, – пояснил он. – Я даже не знаю, что это за язык.

– Вот те раз! – всплеснула руками подруга.

– Я думаю это шифр, – разглядывая рукописные закорючки, задумчиво произнесла я.

– Как у шпионов? – наивно зашептала Оливия.

– Слушай, – не выдержала я. – Ты всегда такая была наивная, или здесь такой стала?

– Ну тебя! – обиделась она и насупилась.

– Не обижайся, но ты действительно, как маленькая девочка, – поддержала меня Ингиелла. – Что вот с этим нам делать? – кивнув на дневник поинтересовалась она.

– С собой заберем, и будем искать ключ к шифру, – ответила я.

– Думаете, что никто не заметит, что вы что-то взяли? – хмыкнул Фольдар.

– Ну во-первых, не вы, а мы, – усмехнулась в ответ. – А во-вторых, этот дневник весь в пыли, думаю про него никто не знает.

– Не боитесь, что я расскажу? – хмыкнул оборотень.

– Нет, – хохотнула Оливия. – Иначе я на тебя обижусь, не буду с тобой разговаривать и уеду обратно к эльфам, – показала ему язык.

– Тогда буду молчать, – улыбнулся он и наконец-то обнял девушку.

– Давайте телячьи нежности потом, пора отсюда выбираться, – скомандовала я и пошла в сторону выхода, предварительно сложив все учебники на место, кроме дневника, закрыла дверь тумбочки.

– Какие нежности? – переспросил Фольдар.

– Это просто вам завидую так, – фыркнула я в ответ.

– Не завидуй, ректор немного пофырчит и отойдет, – ввел меня в крайнее изумление парень.

– Чего он? – оторопело воскликнула я.

– А ты разве не замечала? – удивленно вскинул брови молодой человек. – Да он следит за тобой неотрывно!

– Мать честная! – зажала рукой рот, чтоб не выругаться. – И давно следит?

– С момента твоего поступления, – смеясь, ответил Фольдар. – Вы пока с Хадараем были, глядя на вас, недовольно хмурился, ревновал. Это было видно. Да и я видел, как вы с ним разговаривали в прошлый раз.

– Кто еще это заметил? – недовольно пробурчала я.

– Не знаю, – непринужденно пожал плечами он. – Ни с кем не обсуждал это.

– Блин, – вырвалось у меня, с опаской посмотрев на молодого человек, пославшего мне снисходительную улыбку, махнула рукой и поплелась на выход.

В этот раз мы не забыли вернуть все как было и со спокойной душой ушли досыпать остаток ночи. Фольдар также проник в общежитие через мое окно и, попрощавшись со мной, ушел провожать девушек до их комнаты.

Полистав прихваченный дневник, поняла, что прочитать у меня его не получится, положила его под подушку и попыталась уснуть.

Глава 11

На удивление наша ночная вылазка осталась незамеченной. Мы неделю ходили на занятия, с опаской оглядываясь. Но все было гладко. Спустя еще две недели, расслабились и выдохнули с облегчением, поняв, что действительно никто ничего не заметил, и все прошло без сучка и задоринки.

Но было и пугающее обстоятельство – полная тишина и о происшествии с аспидами. Складывалось впечатление, что скоро грянет буря. Но пока все было спокойно. Махнув на свои опасения рукой, я погрузилась в учебу, пытаясь все выкинуть из головы, включая и ректора, который как будто забыл о моем существовании, и это на удивление выводило меня из себя.

Дневник валькирии, почему-то была уверена, что это именно ее, периодически перелистывала, пытаясь сама разобраться в шифре, но ничего не выходило. Время от времени доставала его из-под подушки, открывала где-то посередине, тупо пялилась на неизвестные письмена, закрывала и клала обратно. Что-то в нем было притягивающее и знакомое, что-то такое обыденное для меня, что я не придавала значению, пытаясь разгадать его тайну.

Сегодня вместо того, чтобы уже почти традиционно взять дневник и полистать, придя после учебы в свою комнату, решила пойти позаниматься пока не стемнело.

Зимой на Сардарии, так же как и на родной Земле, темнело раньше, чем летом. Вообще смена времен года тут такая же, как и на родине: четыре сезона идут друг за другом, каждый своим чередом. И так же как и дома, тут продолжительность светового дня уменьшается от весны к зиме.

Около четырех, пока их солнце – Самос – не село окончательно, вышла из общежития и двинулась по направлению к своему тайному тренировочному пункту. Я старалась хотя бы два, а лучше три дня в неделю побоксировать, пока никто не видел. Конечно очень не хватало перчаток, бинта или хотя бы груши, о лапах даже и не мечтала.

Нашла эту незаметную полянку чисто случайно, бредя как-то в начале учебного года, погруженная в свои раздумья, увидела практически заросшую узкую тропинку между густых кустарников и ради любопытства побрела по ней. Она вывела меня на округлый луг, надежно спрятанный от посторонних глаз низкими деревьями, заросшими мелкими пушистыми листьями. Понаблюдав за этим местом какое-то время, удостоверилась, что сюда никто не приходит. Теперь оно было моим тренировочным пунктом, где я могла вспоминать свои занятия боксом. Дико не хватало нужного снаряжения, но это лучше, чем вообще ничего. Те боевые занятие, которые у нас преподавались в академии, были очень познавательны, но мне не хватало этой боксерской резкости, уверенности и силы.

Прибежав на свой тайный ринг, приступила к тренировке, выкинув все мысли из головы. Как учил меня тренер – голова должна быть занята только тем, что ты сейчас в конкретный момент делаешь на занятиях. Ни думать больше ни о чем, иначе пропущенный удар в спарринге тебе обеспечен. Один раз не послушав его, я заработала небольшую горбинку на носу. Больше такой оплошности не допускала, даже в этих условиях.

Как следует разогревшись, наколдовала себе перчатки и бинты, и подвесила мифическую грушу прямо в воздухе. Может, если бы я знала технологию производства амуниции, получалось бы и вполне реалистично, но такие сведения в моей голове отсутствовали, и я колдовала так, как представляла. Выходило всегда не очень хорошо, не совсем так, как должно быть: не та мягкость, упругость, жесткость – все как-то не так, как должно быть в действительности, но вполне терпимо.

Закончив тренировку, направилась в сторону общежития: принять душ и переодеться. На улице хоть и морозно, но я с душой отдалась занятию. Выйдя по тропинке на дорожку, ведущую к дому, только собралась легкой трусцой отправится в путь, как услышала приглушенный стон. Остановившись и прислушавшись внимательно, ничего не услышала. Решив, что мне показалось, почти уже пустилась в бег, как опять донеслось чье-то стонание.

Повернув голову в сторону звука, в сумерках уже не смогла разобрать, что там в кустах происходит. Подошла ближе и увидела кого-то лежащим на снегу лицом вниз.

– Боже! – прошептала я и подошла еще ближе. – Максимус! – на снегу лежал и стонал мой одногруппник, тот самый оборотень, не обремененный интеллектом.

Присев возле него, попыталась перевернуть его на спину, ну куда там, здоровый детина, у меня сил не хватает, чтобы хоть как-то пошевелить его.

– Максимус! – тихо позвала сокурсника, но в ответ лишь приглушенный стон. Я провела рукой по голове и с ужасом увидела на ней кровь. Нормально его кто-то приложил! – Ты полежи тут, я сбегаю за помощью, – увещевала я.

Быстро поднявшись и спустившись почти в галоп, выбежала на широкую площадку перед входом в общежитие. На мою досаду не было никого, хотя совсем еще не поздно. Вот когда не надо народу тут пруд пруди, а сейчас… Заметавшись из стороны в сторону, пытаясь хоть кого-то обнаружить, наконец, догадалась зайти в свое общежитие и там уже помощь точно будет. Резко развернувшись, чтобы ринуться ко входу, как тут же впечаталась в чью-то мощную грудь. Вот даже не сомневалась, что это именно ректор. Но сейчас мне было не до пререканий.

– Господин ректор, там … – я указала в ту сторону, где оставила оборотня. – Так Максимус, его кто-то ударил по голове.

– Пошли, – тут же сменив свою саркастическую усмешку на серьезное выражение лица, скомандовал он.

Мы почти бежали к месту, где лежал молодой человек.

– Темно-то как, – прошептала я, пытаясь найти, где оставила раненного. – Максимус, – на всякий случай позвала его, но в ответ была тишина, которая начинала пугать. Я почти всхлипнула от досады, повернулась и жалобно посмотрела на Валеуса. – Я не могу его найти.

Магиор создал шар света и поднял над головой, и на границе с темнотой я увидела лежащего неподвижно оборотня.

– Вон он, мы не дошли немного, – я чуть не запрыгала от радости.

Ректор поспешил следом, подойдя к Максимусу, он приглушил немного свой шар.

– Лиззи, отойди, не надо так близко, – остановил меня ректор, когда я порывалась присесть рядом с бесчувственным парнем.

Я послушалась не прекословя. Встала и смотрела за действиями этого уверенного мужчины. Он не перевернул Максимуса на спину, лишь пощупал пульс, удовлетворенно кивнул и что-то зашептал, как я поняла заклинание, чтобы остановить кровь.

– Лиззи, сходи за лекарем. Она еще не ушла, – попросил меня Валеус.

Я было ринулась в сторону лазарета, но он окликнул меня, покачал головой и сотворил портал. Я лишь нервно хихикнула и шагнула в зеркальную арку, тут же представ перед изумленной мисс Лирой, магом-целителем.

– Лиззи? – удивленно воскликнула она, как только я появилась из арки.

– Мисс Лира, там Максимус, на него напал кто-то, с ним сейчас мистер Магиор, он велел мне вас позвать, – на одном дыхании выпалила я.

– О святой Валх! – воскликнула женщина, вскочила со своего стула, на котором сидела в момент моего появления, схватила свой пузатый ридикюль, верным отточенным движением смела туда с нижней полки какие-то пузырьки и уверенно шагнула в незакрытый портал. Я не стала ждать у моря погоды, последовала за ней.

– Эсфи, я не трогал его, только остановил кровь, – увидев лекаря, практически отрапортовал ректор.

– Остановил кровь? – удивилась женщина. – Странно.

Она присела возле Максимуса, порылась в своей сумочке, достала ярко-синий пузырек и вылила его содержимое на парня. В ответ тот простонал, чем вызвал у меня вздох облегчения.

– Живой, – прошептала я. Валеус, не глядя на меня, удовлетворенно кивнул.

– Валеус! – только сейчас я заметила Орши, который также был тут. Орк взглянул на меня, перевел вопросительный взгляд на ректора, тот в ответ лишь отрицательно покачал головой.

– Орши, помогите с Терами доставить раненого в лазарет, – попросила мисс Лира.

Орк утвердительно кивнул и позвал своего помощника. Как оказалось, его помощник, тоже орк Терами, лазил рядом в кустах, выискивая что-то. И судя по выражению лиц обоих, они нашли то, что искали.

Лекарь наколдовала носилки, Орши и Терами ловко подхватили их и шагнули в сотворенный ректором портал.

– Кто это сделал, мистер Магиор? – тихо спросила я у ректора, когда мы остались вдвоем.

– Не знаю, Лиззи. Слишком много всего стало происходить в академии, – он тяжело вздохнул, не глядя на меня.

– О чем вы? – заинтересовалась я.

– Взять хотя бы аспидов, Лиззи. Кто-то же летал на них. А мы до сих пор не знаем кто именно, – Валеус взглянул меня, прямо в глаза, проникая своим серьезным взглядом внутрь.

– Ну это же не так много, – беспечно произнесла я.

– Много, – усмехнулся он.

– А может это не имеет никакого отношения к нападению на Максимуса? – с надеждой спросила я.

– Оно имеет прямое отношение, – твердо ответил Магиор.

– Вы считаете это сделали те, кто летал на них? – осторожно поинтересовалась у него.

– Не знаю, Лиззи, – покачал головой мужчина, стиснув зубы.

Закончить ему не дали, два орка вернулись из лазарета и пристально посмотрели на ректора.

– Вы тут продолжайте, Орши, – вздохнув, ответил им Валеус. – Я успокою Лиззи и вернусь.

– Чем тут так пахнет? – недовольно повела я носом. Мне в нос ударил приторно-сладкий, тошнотворный аромат, похожий на запах тухлых яиц вперемежку с малиной.

Мой возглас вызвал неподдельное удивление и у орков и у Магиора, они настороженно переглянулись и посмотрели на меня.

– Орши, – перевел взгляд на орка ректор. Тот кивнул и исчез в темноте кустарников. – Пойдемте, Лиззи.

Валеус, сотворив портал, пропустил меня вперед и шагнул следом. На мое удивление мы оказались у него в кабинете.

– Присаживайтесь, – устало проговорил он. – Я пока приготовлю успокоительный чай, вам надо прийти в себя.

– Я в полном порядке, господин ректор, – заверила его.

– Я вижу, – хмыкнул он. – Но чай не помешает.

Он подошел к небольшому столику, стоящему в углу его кабинета, достал из шкафа рядом две чашки, магией вскипятил воду в заварочном чайнике, немного подождал разлил из него по приготовленным кружкам светло бордовую жидкость с ароматом, напоминающим бергамот, который я терпеть не могу. Протянув мне чашку, взял свою, сделал глоток и пристально серьезно посмотрел на меня. Я последовала его примеру. Мы пили чай молча, я изредка поднимала глаза на ректора, встречаясь с его суровым взглядом, внимательно изучающим меня. Мне стало неловко, не знала куда себя деть, пыталась рассматривать книги в шкафах, расположенных позади кресла ректора, люстру, зашторенное бежевой портьерой окно. Наконец чай в моей чашке закончился и я с надеждой посмотрела на ректора, хотелось уже в свою комнату.

– Я вижу вам не терпиться к себе, – улыбнулся Валеус. – Я вас понимаю, вы устали. У меня к вам один вопрос: что вы там делали?

– Бегала, – спокойно ответила ему. – Я там часто бегаю, пока светло. В том месте мало кто ходит.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнул Магиор. – Лиззи, вам придется бегать в другом месте, лучше всего там, где кто-то ходит. Вы можете заниматься и на полигоне. Он под защитой. Чужой туда не проникнет.

– Это кто-то чужой сделал? – воскликнула я и удивленно уставилась на мужчину.

– Да, – коротко кивнул он

– Что это за запах был? – вполголоса спросила у него. От меня не ускользнуло, как заиграли его желваки, но его ответ не внес ясности:

– Вам показалось, мисс Нейрус. Вы устали. Идите к себе, – он сотворил портал и молча кивнул мне, практически приказывая идти в свою комнату.

Я недовольно выдохнула и шагнула в арку. Оказавшись у себя, присела на край кровати и призадумалась. То, что тошнотворный запах там был, я уверена на все сто. Но была одна странность, вернее несколько. Этот аромат я почувствовала гораздо позже, как будто был какой-то купол и он развеялся, выпуская наружу зловоние. Еще, Максимус – оборотень, у них регенерация одна из лучших в этом мире, а он лежал, истекая кровью из раны, которая, на мой взгляд, была не такой серьезной.

Посидев еще немного, я побрела в душ. В это раз я мылась с абсолютно пустой головой, либо это чай так действует, либо события вечера так влияют на меня.

Выйдя из душа, вытеревшись полотенцем и высушив волосы, решила наведаться к девочкам и поведать им о происшествии. Надев пижаму и накинув поверх халат, поднялась к ним на этаж и, постучав в дверь, вошла и удивленно уставилась на Фольдара и Хадарая, по-хозяйски расположившихся на кроватях моих подруг.

– Не ожидала? – хмыкнул эльф.

– Нет, – справившись с изумлением, шагнула в комнату и вопросительно посмотрела на девочек.

– Мы гуляли, а тут переполох какой-то начался, вот решили у нас посидеть, – пояснила Оливия, уютно расположившись в крепких объятиях оборотня. – Не знаешь, что там случилось?

– Знаю, – тяжело вздохнув, присела на ее стул. – Кто-то напал на Максимуса, ударил его по голове.

Фольдар нахмурился и недоверчиво посмотрел на меня.

– Не смотри на меня так, – попросила его. – Ты думаешь, что это невозможно? Однако, он лежал вниз лицом на снегу, а из головы текла кровь.

– Лиззи, это невозможно! – наконец воскликнул он. – Оборотень никого к себе чужого не подпустит, да и рана затянется в считанные минуты.

– Я знаю Фольдар, – тихо ответила ему. – Но говорю то, что видела. Там Орши и его помощник сейчас исследуют, и ректор думаю тоже вернулся к ним.

– А кто магистра позвал? – нахмурился Хадарай.

– Я, – ответила ему. – Я наткнулась на однокурсника, побежала кого-нибудь позвать на помощь, и встретила Валеуса. – Я вздохнула. – Он думает, что это кто-то чужой сделал. Но кто может проникнуть на территорию академии? Она же хорошо защищена!

– Ну можно создать брешь, – протянул эльф. – Только зачем это кому-то нужно?

– А еще там был тошнотворный запах, – продолжила я. – Как будто кто-то разбил тухлые яйца и полил их малиновым соком.

– Что такое малина? – поинтересовался Фольдар, подозрительно прищурясь.

– Ягода такая, – пискнула Оливия.

– Не кажется ли вам, девочки, что нам с Хадараем пора кое-что о вас узнать? – серьезно поинтересовался оборотень, переводя пристальный взгляд с одной, на другую. – Ваше опоздание, той же ночью кто-то пробирается к аспидам – странное совпадение, ваша вылазка в библиотеку, странные слова в обиходе. Кто вы?

Мы с девочками посмотрели друг на друга. Наверное, действительно настало время выложить им правду о нас. Втроем нам сложно будет решить головоломку, а наши мнимые родственники и бывшие не особо стремятся нам помочь.

– Мы сами не знаем, – тихо ответила Ингиелла. – Девочки, – обратилась она к нам, – думаю нам нужны помощники. Вспомните хотя бы библиотеку, мы без Фольдара попались бы сразу же, – не сговариваясь, я и Оливия утвердительно кивнули почти одновременно. – Тогда я поведаю. Мы все трое из другого мира, Лиззи оказалась тут раньше нас на целый год, а вот я и Оливия практически в одно время, только все в разных местах и у разных магов. Я зашла в бар, а вышла у Митаса в спальне, – подруга сдержала смех, видимо вспомнив в какой пикантный момент оказалась в комнате у оборотня, но парням об этом не сказала. – Оливия уснула дома в Омске, проснулась между супружеской парой эльфов. Лиззи мыться пошла, только вместо ванной оказалась у Сидиллы в замке. Никто из них толком ничего не рассказал нам об этом мире. Магию пробудили, в академию отправили, не переставая упоминать об опасности.

– Что-то такое я и подозревал, – задумчиво произнес Фольдар. – И теперь вы пытаетесь узнать что-то о себе? – он почему-то пристально посмотрел на эльфа, тот же отвел взгляд и уставился в окно.

– Что-то не так? – спросила у Хадарая Ингиелла.

– Да, – кивнул тот. – Вы же подходили к змеям? – Его тяжелый взгляд сверлил свою девушку.

– Да, милый! – итальянка включала свой темперамент. – И не просто подходили, мы летали на них.

– Валькирии! – восторженно произнес Фольдар.

Но эльф меня пугал и не только меня, он тяжело молчал, играя желваками.

– Хадарай, – позвала я его. – Вык…говори, что не так в том, что мы можем быть валькириями?

– Они предали нас, пустили сюда Тени! – слишком громко воскликнул он.

– А ты уверен в этом? Ты уверен, что это именно они сделали? – зло поинтересовалась я.

– Тому есть свидетели, – в тон ответил эльф.

– Свидетели!? – вмешалась Ингиелла. – Их можно запугать! Подкупить! – Она вскочила со своей кровати, уперла руки в бока и яростно смотрела на своего молодого человека. – Ты сам видел, как они запускали эти тени??? Да кто они вообще такие?

– Вы не знаете? – искренне изумился Хадарай.

– Уж просвяти нас, темных, – фыркнула итальянка.

– Темных? – настороженно переспросил эльф.

– Это значит, что мы не грамотные в этом вопросе, – тихо объяснила Оливия.

– Давайте лучше я, – усмехнулся Фольдар. – Темные эльфы поверили всему, что было тогда сказано беспрекословно.

– Можно подумать оборотни не поверили, – съязвил Хадарай.

– Сразу после битвы поверили все, но кто-то умеет мыслить, – съехидничал в ответ оборотень.

– Не ссортесь, пожалуйста, – остановила их разгорающуюся перепалку Ингиелла. – Пусть Хадарай поведает, – она все также стояла и сверлила его своими потемневшими от гнева глазами. – А то нам вечность с ним вроде как, а я не знаю все его страхи.

– Ингиелла, не перегибай, – остановила я ее.

Вместо ответа, девушка подошла к столу, выдвинула стул и плюхнулась на него, свирепо смотря на эльфа.

– Лучше все же я, – произнес Фольдар. – Тогда, двести лет назад произошло столкновение двух миров: Сардария и Харса. Во втором мире проживают Тени, мы их так называем – бесплотные существа, черные сгустки какой-то магии, которая не поддается воздействию нашей, они питаются энергией, силой населения Сардария. Наши два мира, по неведомой причине, соприкасаются в одной единственной точке, образуя тонкую грань между. И вот иногда эта грань стирается и Тени проникают сюда. До войны это были единичные случаи, но тогда произошло что-то непонятное – грань исчезла полностью, впустив в наш мир целые полчища этих тварей. Ворвавшись в наш мир, они сметали все на своем пути, сжирая целые поселения. Империи объединились против общего врага, но, как я уже упоминал, наша магия на них не действовала. Все усилия были тщетны, мы проигрывали. Правитель магической империи пал в бою, сражаясь с одним из полководцев Теней, его место должен был занять сын. Но произошло нечто, повергшее в шок всех – имперский главнокомандующий, после гибели императора, выступил против предводителя Теней и победил.

Это было невероятно! Он объяснил всем, что увидел прореху в бесплотном духе, куда и запустил магию. В итоге императором стал победитель, и не просто владыкой магов, его стали почитать другие расы.

– Единичные случаи проникновения пресекали валькирии? – поинтересовалась я у оборотня, когда он замолчал. Тот в ответ лишь кивнул. – И где они были в момент эпического сражения?

– Никто не знает, – пожал плечами парень. – Валькирии охраняли грань, они чувствовали прорывы всегда, когда те случались. Когда страсти после сражения улеглись, стали появляться вопросы – где были всадницы? Не почувствовать столь мощное вторжение они не могли! Ответ нашелся быстро – нам предъявили доказательства того, что валькирии предали нас, впустив Тени, вступили с ними в сговор, дабы захватить всю власть в Сардарии.

– Бред! – выдохнула Ингиелла. – Да их просто подставили!

– Я тоже так думаю, – я уверенно кивнула головой. – Очень странно все это. Нашел прореху…Хм…что-то тут не то.

– Что тебя смущает? – вклинился Хадарай.

– А то, милый эльф, – сжав зубы, процедила я. – Если было сражение, и в этих Тенях есть прорехи, то в них бы кто-то случайно попадал, и убитых и раненных врагов было бы больше. А в итоге всего лишь один! Вам не кажется это странным?

– Вот мой отец считает также, – удовлетворенно кивнул Фольдар.

– Мой отец верит императору, – тихо произнес Хадарай. – Был же свидетель, один из плененных. Вернее, единственный из взятых в плен, – он помолчал и добавил. – Действительно странно. Ты права, Лиззи! Но почему мой отец верит?

– Хадарай, – тихо начала я, но парень покачав головой, остановил меня.

– Лиззи, я даже думать не хочу об этом.

Молчали все. Фольдар сочувственно смотрел на эльфа, глаза которого напряженно бегали, смотря куда-то перед собой. Он явно пытался убедить себя в том, что его отец, владыка темных эльфов, не может быть предателем. Не имеет права!

– Если это действительно так, – наконец проговорил Хадарай, – мне придется…

– Слушай, – остановил его оборотень. – Давай не будем бежать впереди паровоза.

После его последней фразы, я и Ингиелла удивленно посмотрели на Оливию, которая подняла голову вверх, старательно рассматривая потолок.

– Она тебе хоть рассказала, что такое паровоз? – рассмеялась Ингиелла.

– Да, – подхватил ее смех и Фольдар. – Но о том, что вы иномирянки узнал только что.

– Вот не надо! – весело хмыкнула я. – Ты хочешь сказать, у тебя не возникло вопросов откуда она знает про этот паровоз?

В ответ оборотень лишь махнул рукой. А я посмотрела на Хадарая, который вроде как и слушал нас, но был очень далеко.

– Хад, – подошла к нему и присела рядом. – Правда, не делай поспешных выводов. Давай будем решать проблемы по мере их поступления. И сейчас главная – прочитать дневник. Может там будут ответы.

– Надо еще выяснить кто так припечатал Максимуса, – оживился парень.

– Вы мне про запах не ответили, – напомнила я.

– Магия Теней может так пахнуть, – ответил эльф. – Но кроме валькирий их никто не чувствует.

– Зашибись! – выдохнула я.

– Согласен, – наконец-то улыбнулся он. – Не знаю, что это значит, но предполагаю, это какой-то негодующий возглас.

– Ты прав, – засмеялась в ответ. – Но все зависит от интонации.

– Лиззи, – вклинилась Оливия, – может ректору тоже поведать?

– Не знаю, – с сомнением покачала я головой. – Мальчики, что вы думаете?

– Ты думаешь, он все же интересуется Лиззи? – лукаво хмыкнув, Фольдар поинтересовался у своей девушки.

– Да к гадалке не ходи! – вклинилась Ингиелла. – Даже сейчас, когда Лиззи кинулась на помощь, наткнулась на него. Не думаю, что это случайность, – она игриво посмотрела на меня.

– Все хватит! – не выдержала я. – Не будем ему ничего рассказывать!

– Я согласен с Лиззи, – поддержал меня Хадарай. – Я отцу сейчас не доверяю, что можно говорить о чужом маге.

– Думаю, ты прав, – согласился и Фольдар.

– Ну раз так, – встала я со стула. – Пошла я спать. Устала за сегодня очень.

Глава 12

После нападения на Максимуса прошла неделя. Сегодня вместе с группой решили проведать его в лазарете. Никто из нас не мог понять, почему он так долго там находится? Он же оборотень, должен быстро поправится! Это оставалось загадкой для нас всех.

Поприставав к преподавателям с этим вопросом, поняли, что они или не знают, или не хотят говорить. К ректору с этим никто не рискнул подойти. Да его и не видно было всю эту неделю, что вызвало у меня легкую грусть.

Ввалившись всей толпой в лазарет, столкнулись с преградой в лице мисс Лиры, вставшей на нашем пути непробиваемой стеной.

– Вы куда? – запротестовала она, только завидев нас у входа.

– К Максимусу, – ответила староста Бриар.

– Всей толпой??? – возмущенно воскликнула женщина. – Вы в своем уме!? Тут лазарет, а не проходной двор!

– Можно мне одной к нему? – вклинилась я.

– Лиззи? – лекарь посмотрела на меня и кивнула. – Но только ты!

– Тогда я одна пойду, – сказала своим мальчикам. – Посмотрю, как он там.

Однокурсники недовольно насупились, но согласно кивнули. Я проследовала вслед за мисс Лирой, которая проводила меня к Максимусу.

Оборотень лежал на кровати и спал.

– Максимус, – позвала его лекарь, – к тебе посетитель.

Парень открыл глаза и слабо улыбнулся при виде меня. А я не ожидала увидеть его в таком состоянии.

– Ты как? – справившись со своим удивлением и улыбнувшись, поинтересовалась у него.

– Нормально, – еле слышно проговорил он. – Жить буду. Не слабо меня ударили!

– Это точно, – кивнула в ответ.

– Лиззи, я вас оставлю, но ненадолго. Максимус еще слаб, поэтому немного поговорите и хватит, – выходя из палаты, уведомила мисс Лира.

– Хорошо, – согласилась с ней и переключилась на оборотня. – Ты не знаешь, кто это сделал?

– Нет, Орши и мистер Магиор спрашивали у меня об этом. Я его даже не чувствовал.

– А что ты там делал? – поинтересовалась у него.

– Я видел, как ты туда часто ходишь, – смущенно произнес он. – Решил подсмотреть за тобой.

– Подсмотрел? – не удержавшись, съехидничала я.

– Прости, – виновато прошептал Максимус. – Мне было интересно, думал ты на свидание с кем бегаешь.

– Я просто там бегаю, – пояснила ему. – Почему регенерации нет?

– Меня магией какой-то особенной ударили, так ректор сказал. Только не пояснил, какой именно, – ответил он.

– А ты сам как думаешь? – продолжала допытываться у него.

– Знаешь, у меня вышел спор с одним вампиром со старшего курса из-за эльфийки Мигги, но мистер Магиор отверг эту версию, – устало хмыкнул парень.

– Слушай, в академии вампиров можно по пальцем пересчитать, а ты умудрился с одним из них в конфликт вступить? – негромко рассмеялась я.

– Ну что поделаешь, если нам понравилась одна девушка, – слабо улыбнулся он.

– Тут уж точно ничего не поделаешь, – кивнула ему и сменила тему. А то пришла узнать, как у него дела, а сама целый допрос устроила. – Что мисс Лира говорит, когда выпишут?

– Она говорит, что выздоровление тяжело идет. Слишком сильная магия была, – Максимус тяжело вздохнул. – Поят меня какими-то отварами, которые пить невозможно. Но после них лучше себя чувствую, поэтому стойко их пью, – похвалился парень, словно маленький ребенок.

Мне стало его так жалко, что поддавшись порыву, подошла к нему и приобняла. Я почувствовала, как мое тепло, медленно потекло к парню, вызвав у того легкий румянец на щеках.

– Лиззи! – уже не так сипло проговорил он. – От твоих объятий мне стало легче.

– Это отвары мисс Лиры действовать начали, – улыбнулась в ответ.

– Все, Лиззи! – к нам вошла лекарь. – Пора, ему нельзя переутомляться.

Я согласно кивнула, послала парню воздушный поцелуй и вышла. Мой курс ждал меня на улице перед входом в лазарет.

– Ну как он там? – только я показалась в дверях, как они тут же накинулись с расспросами.

– Слаб еще, – грустно ответила им. – Но уже лучше. Вы не видели в каком состоянии он был, когда его нашли.

– Почему он до сих пор в не выздоровел? – возмущенно воскликнул Бриар. – Он же оборотень!

– Его магией какой-то ударили, – тихо пояснила я. – Но никто не знает, чем именно.

– Это Замощ, – сквозь зубы процедил Корр.

– Он рассказал о вампире ректору и об их с ним конфликте. Магистр отверг его, как подозреваемого, – отрицательно покачав головой, ответила ему. – Да и вампирская магия – ее же легко обнаружить, да и не действует так сильно на оборотней.

– Согласен, – вздохнул эльф. – Тогда кто же это сделал?

– Слушайте, пусть с этим разбираются те, кто должен. Мы все равно ничего не выясним, – остановил порыв своих однокурсников Бриар.

Мы молча потоптались около лазарета, каждый обдумывая слова старосты, скрипя зубами, соглашаясь с его доводом. Меня же немного потряхивало, как будто мне не хватало сил, совсем чуть-чуть, капельку.

Мы все еще стояли всем курсом около входа, когда из дверей вылетела озадаченная мисс Лира.

– Мальчик? Лиззи? – увидев нас удивленно воскликнула она. – Вы еще тут?

– Что-то случилось? – настороженно спросил ее Бриар.

– Да, – задумчиво кивнула она. – Бриар, сходи за ректором, пожалуйста. Пусть срочно придет в лазарет.

– Что случилось? – уже нетерпеливо воскликнула я.

– Маскимус, – тяжело дыша, ответила женщина. – Ему стало намного лучше!

– Так это же хорошо! – воскликнул кто-то из однокурсников.

– Конечно, – кивнула лекарь. – Но это как-то быстро, внезапно. – Она не договорила, вбежала обратно в лазарет.

Бриар тем временем побежал в сторону учительского корпуса. Мне не очень хотелось бы встречаться сейчас с Валеусом, сама не знаю почему, но чутье подсказывало, надо как можно быстрее ретироваться отсюда.

– Пойдемте, мальчики, – тихо скомандовала я своим однокурсникам. – Не будет тут стоять и мешаться.

Парни согласившись со мной, молча побрели в общежитие.

Очутившись в своей комнате, присела на кровать. Почему-то была уверена, что внезапное улучшение состояние Максимуса связано с нашими дружескими объятиями. Я же чувствовала, как мое тепло передалось ему. Только вот тепло ли это было? Похоже, что причина улучшения – это я, вернее моя магия.

Поднявшись с кровати, походила по комнате из угла в угол. Наконец успокоившись, достала дневник валькирии, надеясь узнать что-то там, но проклятые загогулины никак не хотели поддаваться и выстраиваться в читаемый текст. Убрала таинственную книженцию обратно под подушку, легла на кровать и, заложив руки за голову, принялась размышлять. Если валькирии единственные, кто мог справится с Тенями, дать отпор их магии, то скорей всего они могли и вылечить тех, кто был ей отравлен. И похоже Максимуса именно отравили! Самое страшное, что это, значит, сделали Тени! И как они проникли в академию? Кто-то им помог? Но кто? Хадарай?

Очень не хотелось бы, чтобы это был именно эльф. Это означало, что Ингиелла в опасности. Но то, что его отец может быть предателем, хотя и не факт, это всего лишь наше предположение, не делало предателем и его сына. Ну и кроме Хадарая здесь много адептов, родители которых также верят императору. Да тут магов сотни! А они чтут своего владыку!

Пролежав так больше часа, решила подняться к девочкам, надеясь, что они окажутся у себя. Но, открыв дверь, нос к носу столкнулась с гномом Эрисом, поднявшим свою руку, намереваясь постучаться ко мне. Вскрикнула от неожиданности и испуганно уставилась на коменданта.

– Мистер Эрис! – воскликнула я. – Вы меня напугали.

– Прошу прощения, мисс Нейрус, не имел такого намерения, – хмыкнул гном. – Я не успел постучаться, а вы уже распахнули дверь.

– Да, – улыбнулась ему, – собиралась прогуляться.

– Боюсь, что ваша прогулка откладывается, – ответил он. – Мистер Магиор просит вас явится к нему.

– Зачем? – удивилась я.

– Он не посвятил меня в это, – хмыкнул комендант.

– Я поняла, – вздохнула в ответ. – Я так понимаю явиться следует незамедлительно?

– Да, – коротко ответил он и, развернувшись, ушел.

Я вошла обратно в свою комнату, тяжело вздохнула, попыталась справится с нервным напряжением Неизвестность того, зачем меня вызывает ректор, меня пугала, но еще я безумно была рада его увидеть. И это тоже выводило из себя. Уж слишком трепетало мое сердце, предвкушая встречу с этим мужчиной. И что сие трепыхание означало, мне хорошо было известно.

Мое предчувствие и хваленая женская интуиция молчали, как в рот воды набравши. Полная неизвестность причины вызова. Делать нечего, я взяла куртку, опять тяжело вздохнула, выйдя и заперев дверь своей комнаты, поплелась в преподавательский корпус.

Поднявшись по лестнице, подошла к ректорской двери и решительно постучала.

– Войдите, – пригласил меня строгий голос Валеуса.

Открыв дверь застыла вначале в изумлении, затем счастливо улыбнулась и, взвизгнув, кинулась на шею своему дяде.

– Сидилла! – восторженно вопила я, не обращая внимания на хмурый взгляд господина ректора. – Как же я рада тебя видеть! Как же я соскучилась!

– Лиззи! – улыбаясь, ответил некромант. – Ты так похорошела! – он отстранился, рассматривая меня. – Мы не виделись всего полгода, милая, а ты так изменилась.

– Ой, дядя, – покраснев, неожиданно для себя самой, стыдливо отмахнулась.

– Кхм, – привлек мое внимание к себе, стоящий с недовольным лицом Валеус.

– Ой! – виновато воскликнула я. – Прошу прощения, мистер Магиор. Но я так соскучилась по дяде, что забыла с вами поздороваться. Добрый вечер! – я склонила голову, почему-то с легкой издевкой.

– Ничего страшного, мисс Нейрус, – как-то не слишком весело ответил магистр. – Я не сержусь. Мне сказали вы сегодня ходили проведать Максимуса? – подозрительно посмотрел на меня и перевел взгляд на дядю.

– Да, мы ходили к нему всем курсом, но мисс Лира пустила только меня, – как можно спокойнее ответила я. – Ему ведь стало лучше? Вы же были там? – с надеждой спросила у него.

– Действительно, – хмыкнул ректор. – После вашего визита ему действительно стало лучше, – он не смотрел на меня, смотрел на некроманта недовольно играя желваками. Тот же делал вид, что ничего не понимает. – Ваш визит, милая леди, очень благотворно на него повлиял.

– Что у вас тут произошло? – Дядя подозрительно посмотрел на меня, перевел взгляд на Валеуса.

– На одного из адептов, однокурсника твоей племянницы, напали, пока он пытался за ней проследить, – ответил ректор, странно смотря в глаза Сидилле.

– Ты считаешь, что это сделала Лиззи? – сдвинув брови к переносице, процедил некромант.

– Нет, Сидилла, – спокойно ответил магистр. – Напали на оборотня, который уже неделю лежит в лазарете и не может прийти в себя. – Ректор пристально следил за реакцией дяди, у которого в глазах я заметила небольшую напряженность. – И сегодня, после посещения твоей племянницы, Максимусу резко стало лучше, даже больше, он практически здоров.

Валеус не отрываясь смотрел на дядю, и я с удивлением увидела, как недовольно заиграли желваки некроманта. Дядя знал, что это значит! Но вместо того, чтобы объяснить, только раздул ноздри и уставился куда-то в стену.

– Валеус, – наконец тихо изрек он. – Я надеюсь…

– Можешь не беспокоится, – перебил его ректор. – Я не сделаю ничего такого, что может навредить Лиззи.

Я изумленно заметила, как мой дядя пристально вперился глазами в магистра, сверля его совсем не добрым взглядом. То что это не ревность, видно было невооруженным глазом, ему по-отечески не нравились последние слова ректора.

– Надеюсь, что твое “не сделаю” касается абсолютно всего, – тихо произнес некромант, продолжая впиваться глазами в собеседника

– Сидилла, – тихим голосом обратился к некроманту мистер Магиор. – То, что произошло между нами много лет назад, не отменяет того, что было до этого. Не смотря ни на что, я все также тебя уважаю, но ты сам знаешь, что есть вещи, которые рано или поздно случаются, и мы не всегда этому может противостоять.

– Это опасно, – тихо ответил дядя.

– Знаю, – кивнул Валеус. – Сидилла, – уже более дружелюбно продолжил он. – Я понимаю твою тревогу за эту девушку, знаю насколько она тебе дорога.

Я непонимающе смотрела на обоих, переводя изумленный взгляд с одного на другого. Они что, когда-то были друзьями? И о чем это они сейчас? И опять опасно! И слова ректора, о том, что он не сделает ничего такого, что мне навредит… О чем он вообще?

– Объясни своей племяннице, – видя мое непонимание происходящего, проговорил ректор, сделав упор на последнем слове, – цель своего приезда.

– Да, ты прав, – вздохнул дядя и посмотрел на меня: – Лиззи, приближается годовщина, нас пригласили во дворец на бал, устроенный по этому поводу.

Я удивленно уставилась на Сидиллу. Он серьезно хочет везти меня к императору?

Я знала, что через неделю грядет праздник – победа в войне. Какой я уже вкратце знала от Фольдара и Хадарая, но они упоминали битву, а тут целая война была. В академии по истории Сардария это проходят только на третьем курсе, но учась второй год тут, поняла, что все в курсе какая война была и с кем. Поэтому молчала в тряпочку, не пытаясь даже разузнать об этом. И почему сама не попыталась выяснить? Ведь в прошлом году был целый бал по этому поводу, на котором я с Хадарем даже танцевала танец, очень похожий на вальс. Ох и удивился эльф, когда узнал, что я не умею танцевать их вилису! Месяц учил меня всем движениям, а я изо всех сил пыталась изображать неуклюжесть, так как вальс танцевать все же умею.

– Дядя, – плаксиво начала я, – мне обязательно надо быть?

– Да, милая, – притянул меня к себе некромант и чмокнул в макушку, – прислали приглашение на нас двоих. Мы не можем отказаться, это будет неучтиво. Так что тебе придется одеть платье, – ободряюще улыбнулся он.

Я недовольно фыркнула. И дело было не в том, что мне придется влезть в эти платья, больше похожие на торт со взбитым жирным кремом, а в том, что действительно не понимала – для чего император пригласил и меня во дворец.

– Сидилла, ты думаешь, это хорошая идея? – серьезно глядя на дядю, поинтересовался ректор.

– Валеус, мы не можем игнорировать приглашение, – спокойно ответил некромант.

В ответ мистер Магиор согласно покивал головой и в задумчивости уставился на меня, барабаня своими длинными пальцами по лакированной столешнице стола.

А я смотрела на этих двух, уже догадываясь, что так, как общаются они, понимая намеки друг друга с полуслова, с полувзгляда, могут общаться только два старых друга. Но что за черная кошка между ними пробежала? Интересненько, что же встало между друзьями? Женщина? Исчезнувшая жена некроманта? Не уверена. В их взглядах, брошенных украдкой друг на друга была тоска, как будто поссорившись, оба неистово желали помириться, но не делали первого шага ни один, ни другой. Смешно! Как дети, честное слово!

– Хорошо, – нарушив наше молчание, ректор встал из-за стола и, склонив голову слегка на бок, посмотрев с сомнением на меня, изрек: – тогда идите собираться. Я открою возможность построить портал в замок.

– Спасибо, – благодарно улыбнувшись, дядя почтительно поклонился Валеусу, взял меня за руку и вывел из кабинета.

Только мы вышли из кабинета, как я открыла было рот, чтобы задать кучу вопросов, но некромант, покачав головой, остановил мой порыв. Вздохнув, повиновалась. Уж до комнаты как-то дойду, не лопну от любопытства.

И только когда мы шли уже по тропинке в сторону общежития, Сидилла взял мою руку и вложил ее в свой сложенный локоть, тихо проговорил, слегка усмехнувшись:

– Спрашивай.

– У меня столько вопросов, – рассмеялась в ответ. – Думаю с какого начать, – вздохнула и выдала самый для меня животрепещущий: – Вы с ректором были друзьями?

Остановившись, дядя пристально посмотрел на меня, покачал головой и ответил:

– Да, – невесело хмыкнул он. – Ты очень проницательна, Лиззи, для своего возраста.

– Дядя, ты же сам знаешь почему, – улыбнулась ему. – Не такая уж я и молодая, как кажется, – некромант лишь согласно кивнул. – Почему вы перестали общаться?

Сидилла вздохнул, собираясь с мыслями и принялся рассказывать:

– Когда-то я обвинил его в бездействии и трусости, но спустя время, понял, что тогда нельзя было поступить по-другому. Понимаешь, Лиззи, в те времена мы все были немного не в себе, только закончилась война, наш император, которого мы все уважали и любили, погиб, вместо него на престол взошел другой, якобы победивший врага. Я считал, что Валеус должен был вмешаться, тогда не пострадали бы невинные, но он отмалчивался. Сейчас, спустя двести лет, понимаю, что это ни к чему бы хорошему не привело…

– Сколько лет? – пораженно воскликнула я. – Двести? – ухмыльнувшись, некромант кивнул. – Тогда сколько вам обоим лет?

– Триста восемьдесят мне и триста семьдесят восемь ему, – тихо ответил дядя.

А я встала, удивленно хлопая глазами, пытаясь поднять свою упавшую челюсть. Я таращилась на дядю, как на мамонта. Да он и был мамонтом! Триста восемьдесят! Охренеть! Так и магистр не маленький мальчик! Вот это номер!

– Почему ты не сказал мне об этом раньше? – все еще не до конца придя в себя, поинтересовалась я.

– Так ты не спрашивала, – рассмеялся Сидилла. А я ведь действительно не спрашивала, как-то, до знакомства с подругами, плыла по течению, только наша дружба меня расшевелила, дала пинка моему любопытству.

– Охренеть! – выпалила я и испуганно зажала рот рукой, хихикнула и продолжила: – Это какая же у вас тут продолжительность жизни?

– У всех по-разному, – пожал плечами он в ответ. – Маги около тысячи живут, оборотни, вампиры также, а, эльфы еще. Остальные немного меньше. Так что я тоже еще молод и полон сил. Да и твой ректор тоже, – между делом произнес некромант и вопросительно уставился на меня.

– Что? – не совсем поняла его взгляд.

– Что вас с ним связывает? – задал он вопрос в лоб, повергнув меня в очередной шок.

– С кем? – непонимающе уставилась на него.

– С ректором, – подозрительно посмотрел на меня некромант, уточняя.

– Ничего, – вполне искренне ответила я.

– Я же вижу, Лиззи, – вздохнул он. – Валеус тебе очень нравится, и ты ему тоже.

– Что? – возмущенно воскликнула я слишком громко, привлекая внимание одиноко гуляющих адептов. Они удивленно смотрели на нашу пару, узнавали моего дядю, и потрясенно, слегка кланяясь, спешили скрыться из поля нашего зрения.

– Опустим этот разговор, Лиззи, – довольно произнес дядя, не обращая внимания на испуганных адептов, спокойно, небрежно отвечая им на их поклоны.

– Почему они тебя бояться? – посматривая на спешивших ретироваться молодых людей и барышень, лукаво поинтересовалась у Сидиллы.

– Та я же некромант, Лиззи! – воскликнул он. – А таких как я побаиваются.

– Почему? – вполне искренне удивилась я.

– Ты же знаешь, на что мы способны, – довольно хмыкнул он. – Вот и бояться! – чтобы видимо закончить разговор, скомандовал: – Пошли уже собираться. Заодно покажешь, куда ректор тебя поселил.

Рассмеявшись, мы прибавили шаг и достигли входной двери нашего общежития. Увидев меня под руку с некромантом, комендант вытянулся по струнке, смешно выпятив грудь, только что не козырнул почтительно, и смущенно выпалил:

– Мистер Нейрус!? Неожиданно, что вы решили посетить это скромное общежитие, – начал лебезить он, вызвав у меня недоумение, вперемешку с неприязнью. Не люблю, когда начинают заискивать перед кем-то, кем бы он ни был.

– Я не ради посещения здесь, – надменно ответил дядя, вызвав у меня новую порцию удивления: – Я забираю свою племянницу.

– Совсем? – слишком уж радостно поинтересовался гном.

Я вопросительно посмотрела на мистера Эриса, не понимая, чем вызвано такое отношение ко мне. Вроде не дебоширила никогда. Ну опоздали мы с подругами один раз, и это за два года моего тут проживания!

– Нет, – пренебрежительно ответил некромант.– Только на эту и следующую неделю каникул. Мы отправляемся во дворец на бал по случаю празднования.

– О! – только и смог протянуть комендант.

Дядя почтительно поклонился ему и прошел к лестнице, я лишь недовольно нахмурилась, глядя на гнома и последовала за некромантом.

Войдя ко мне в комнату, Сидилла присел на краешек кровати, вызвав у меня волнение. Я боялась, что он обнаружит мой тайник, который был обычной подушкой.

– Неплохо, – обведя взглядом мои скромные хоромы, изрек он.

– Учитывая, что я живу одна и у меня личный санузел, я бы сказала – замечательно, – довольно хмыкнула я.

– Лиззи, мне же не надо объяснять, что слово “санузел” в этом мире не существует, – усмехнувшись, покачал головой дядя.

– Так тут все свои! – разведя руками, шутливо сказала в ответ.

– Надеюсь, что ты общаешься так только “со своими”, – рассмеялся он.

– Только с подружками, – утвердительно кивнула я.

– Познакомь меня с ними? – попросил Сидилла.

– Не уверена, что они дома, но пойдем, – позвала его подняться со мной к девочкам. – Заодно попрощаюсь с ними на целых две недели. Надо “цу” дать еще.

– Что такое “цу”? – полюбопытствовал дядя.

– Ценные указания, – рассмеялась я. – Мне за них головой отвечать. Мистер Магиор сделал меня старшей, сказав, что за все их проступки, головы лишусь я.

– Он собрался отрубить тебе голову!? – вполне реально удивился некромант, широко раскрыв глаза.

– Нет, конечно! – рассмеялась в ответ. – Ой, дядя. Это же шутка. Но за них я и правда буду отвечать и нести наказания.

– Не нравится мне ваше общение, – недовольно пробурчал он.

– Ты ему не доверяешь? – настороженно уточнила у него.

– Не в этом дело, Лиззи, в наше время я не доверяю никому, – уклончиво ответила Сидилла.

– Даже бывшему другу, – продолжила я гнуть свое.

– Никому, – не уклонился от курса таинственности он.

– Почему вы не помиритесь? – выпалила я.

– Гордость не позволяет, – рассмеялся некромант.

– Дядя, вы же взрослые мальчики, – покачала головой. – Я конечно понимаю, что вам еще жить да жить, но зачем тратить время на никому не нужные обиды? Тем более ты сам признал, что был не прав.

– Умеешь ты убеждать, Лиззи, – смеясь, ответил Сидилла. – Но мне все равно не нравится его внимание к тебе.

– Я взрослая девочка, – недовольно подняв бровь, напомнила я. – Сама разберусь.

– Ты же помнишь, что я тебе говорил, по поводу отношений с мужчинами, – серьезно ответил он.

– Ты же понимаешь, что это рано или поздно случится? – ответила ему тем же. Вместо ответа некромант тяжело выдохнул и недовольно посмотрел на меня. – Сидилла, я была замужем там, в том мире. Я знаю про взаимоотношения противоположных полов, более того, не знаю есть у вас такое или нет, я даже знаю про взаимоотношения не противоположных полов.

Дядя ошарашенно уставился на меня, открыв рот, и практически прошептал:

– У вас там такое есть?

– Да, – кивнула я.

– И как к этому относятся местные власти? – все также широко раскрыв глаза, поинтересовался он.

– Ну каждые по-разному, кто-то, я бы сказала приветствует, кто-то осуждает, а кому-то все равно, – пожав плечами ответила я.

– Лиззи, ты шутишь так? – недоверчиво посмотрел дядя.

– Нет, – улыбнулась в ответ. – Это чистая правда.

Не ожидала, что эта информация повергнет его в ступор, иначе молчала бы в тряпочку. Чтобы вывести его из состояние шока, предложила подняться к подругам. Он согласно закивал, и слишком уж быстро вышел из моей комнаты, резво поднялся на третий этаж.

Из девочек дома была только Ингиелла, Оливия утопала на свидание с Фольдаром. После нашей вылазки, они стали теснее общаться.

Познакомив итальянку с некромантом, немного пообщались с ней, и сообщив, что меня не будет две недели, распрощавшись, вернулись ко мне в комнату и через портал ушли в замок дяди.

На следующий день, сидя в мягком кресле, расположенном в уютной небольшой комнате для гостей дядиного замка, попивала обжигающий кофе со сливками, называемый тут кофичо.

– Давай на чистоту, Сидилла, – сделав глоток и поставив свою чашку на столик, серьезно заговорила я. – Зачем ты действительно вытащил меня из академии за неделю до каникул и этого пресловутого бала?

– От тебя ничего не скроешь,– ухмыльнулся он.

– Ну мы уже не раз обсуждали, что я уже взрослая и самостоятельная девочка, – строго напомнила я и добавила: – Не уходи от ответа, Сидилла. Ты, эльфы Оливии, мнимый возлюбленный Ингиеллы очень многое скрываете от нас. Не боитесь тем самым навредить?

– Лиззи, – слишком по-отечески заговорил некромант. – Там ты была взрослой женщиной, тут ты маленький ребенок, чуть меньше трех лет от роду. Ни ты, ни твои подруги не понимаете, что твориться в нашем мире, насколько все запутано и опасно, тем более для вас.

– Может стоит рассказать нам об этих опасностях? – он отрицательно покачал головой. – Да пойми же! – вскричала я, не выдержав. – Взять хотя бы вашу войну, которая была двести лет назад. Все, абсолютно все про нее знают: что были некие Тени, которые проникли в ваш мир, которых внезапно победил полководец империи, ставший впоследствии во главе ее. Во всем Сардарии есть только три человека, которые не знают об этом! Это подозрительно, ты не находишь? Возникнут ненужные вопросы.

– Откуда ты знаешь про Теней? – ужаснулся некромант.

– Фольдар и Хадарай поведали, – удивленно выпалила я.

– Вы им рассказали? – воскликнул он. – Против оборотня ничего не имею, скорей всего он вам будет во всем помогать. Он поставил метку на твоей подруге? – я в ответ лишь пожала плечами. – Ладно, – вздохнул дядя. – Но вот темный эльф!

– Его отец во всем поддерживает императора, – тихо произнесла я. – Мы знаем это, Сидилла. Фольдар упомянул. Ты тоже думаешь, что владыка может быть предателем?

– Подозреваю, – серьезно ответил он. – Что еще они вам поведали?

– О валькириях, – почти прошептала я.

Некромант встал со своего кресла с чашкой в руках и подошел к окну, постояв так пару минут, повернулся ко мне и очень серьезно проговорил:

– Лиззи, не верь тому, что о них говорят. Это все ложь!

– Дядя, я…– он жестом прервал меня, сел обратно в кресло и устало продолжил:

– Милая, есть вещи, которые я не готов тебе пока рассказать, для твоей же безопасности, – я собралась уже было возмутиться, но дядя опять жестом заставил молчать: – Не надо, Лиззи, прошу тебя. Я обещаю тебе все рассказать, когда сам во всем разберусь. – Он поднял голову наверх и прикрыл глаза, вздохнул и продолжил: – Забудь все то, что я говорил тебе о Валеусе, если что-то случится, Лиззи, почувствуешь опасность, а меня не будет рядом – ты можешь ему доверять. Он один из самых мудрых в этом мире, а также самый лучший и преданный друг.

Я потрясенно смотрела на некроманта. Его тревожность и беспокойство начали передаваться и мне, и чтобы это как-то сгладить решила немного изменить русло нашего разговора.

– Хорошо, Сидилла, – тихо произнесла я. – Расскажи тогда о той войне. Парни только вскользь упомянули об этом.

– А что они могут о ней знать, – улыбнулся он. – Тогда, двести лет назад мы с Валеусом были еще молоды, а их вовсе не существовало. Мы не участвовали в сражениях. Вместе с магистром пытались найти всадниц, но так и не смогли этого сделать. Когда вернулись назад к императорскому дворцу, в столице Илейсе уже вовсю шла битва. Домар еще был в строю, сражался наравне со всеми. Он нас и послал на поиски валькирий. Получив от нас известие о том, что мы их так и не нашли, мне кажется, пал духом, за что и поплатился жизнью. В какой момент его полководец Зорид вступил в бой с главным Теней, я не видел. Но момент, когда он поверг его, был как бы это тебе пояснить…

– Театральным, – попыталась подсказать я, но увидев вопросительный взгляд дяди, поправила: Наигранным, ненастоящим.

– Точно, – воскликнул он. – Понимаешь, многие кинулись на помощь к умирающему Домару, и как будто выждав подходящий момент, когда все сильнейшие соберутся вокруг поверженного повелителя, Зорид бросил вызов Тени. Уже много после, прокручивая этот момент у себя в голове, пришел к выводу, что вызов был сделан специально в этот момент. Он был как будто не настоящим – воткнул свой магический меч из света вроде как в Тень – и тот погиб.

– Что касается валькирий, – тяжело вздохнул Сидилла. – Они сейчас под строжайшем запретом тут, никому никогда не говори про них. Даже не упоминай о них вскользь. – Он пристально посмотрел на меня, вздохнув, кивнула ему в знак согласия.

– Их подставили, – без сомнения невесело хмыкнула я.

– Я уверен в этом, – тихо проговорил он. – Но доказать не могу.

– И теперь ты ищешь что-то, что может указать на невиновность валькирий и обелить их в лице населения? – тихо спросила у него.

– Да, – сухо ответил Сидилла.

– Зачем тебе это? – тихо спросила я.

– Я не готов пока тебе это рассказать, Лиззи. Не время еще, – почти прошептал он. – Что на счет твоего вопроса, зачем забрал тебя из академии раньше на неделю – нам надо подготовиться к балу. Во-первых, придется шить тебе платье, так как в магазинах на тебя скорее всего ничего не найдешь, во-вторых, обучить тебя дворцовому этикету, в-третьих, научить танцевать.

– Вот как раз третье я умею, – самодовольно заверила его. – Хадарай научил.

– Ты не жалеешь, что рассталась с ним? – заботливо поинтересовался он.

– Нет, – пожала плечами в ответ. – Они с Ингиеллой прекрасная пара, вечная.

– Надеюсь, что вы все же не опрометчиво поступили, введя этих двух молодых людей в курс дела, – произнес некромант.

– Фольдар даже и не удивился, – пожала плечами я. – Хадарай же, – я вспомнила как он гонял в своей голове мысли, по поводу возможного предательства отца. – Он пытался обдумать: может ли его отец быть предателем или нет?

– Все может быть, – протянул Сидилла. – Но, он был другом Домара, может поэтому так ревностно выступал против валькирий? Не знаю. Найду доказательства невиновности всадниц, отвечу на все остальные вопросы.

– Ты не думал, что предателем может быть Зорид? – почти прошептала я.

Вместо ответа дядя приложил указательный палец к губам, показывая мне, что такое даже произносить нельзя. Я обреченно закивала головой в знак согласия.

– Пойдем уже спать, – громко скомандовал он. – Завтра у нас тяжелый день! Придет модистка, снять мерки, и еще обучение этикету.

– Эх, мне бы маленькое черное платье, а не ваши эти воздушные приторные торты, – вздохнула я и поднялась со своего кресла.

Оказавшись в своей спальне, в той именно, в которой уснула, очутившись тут впервые, переоделась в приготовленное горничной нечто невозможное с рюшами, бантиками, служившее для благородных леди пижамой, откинула нелепый чепец, плюхнулась в кровать, укутавшись в одеяло, мгновенно уснула.

Глава 13

Вся неделя была в делах и хлопотах. Сначала мы три дня выбирали мне фасон платья, модистка уже под конец третьего дня была пунцовая от раздражения и злости, так как я не могла выбрать ни цвет, ни фасон. То, что она предлагала, мне не нравилось категорически – пышная слоенная юбка и тугой лиф с глубоким декольте – отличался только цвет и количество дурацких рюшечек.

Дядя достал даже модный каталог – сьюм, и я там нашла то, что очень понравилось. Но меня ждало разочарование – в таких костюмах ходят только вампирши. Я аж всплакнула с досады, уже практически облачилась в этот умопомрачительный брючный комбинезон с широким длинным плащом, а нельзя!

– Сидилла, – заныла я, – как стать вампиром?

Некромант, выучивший меня за эти два с лишним года, шутку не особо оценил, в ответ лишь покачал головой.

– Ну остальное ужас же, – обреченно фырчала я. – Прям мадам Помпадур какая-то.

– Это кто? – весело хмыкнул дядя.

– Если я правильно помню, фаворитка французского короля, но какого, – я развела руками.

– Лиззи, времени уже мало осталось. Надо определятся с нарядом, – поторопил меня некромант. – Эльниз еще его надо будет сшить по твоим меркам.

– Она прям на машинке будет строчить? – вытаращилась я от удивления.

– Что делать? – ответил мне тем же дядя.

– Шить, без магии? – пояснила ему.

– С магией конечно, – улыбнулся он. – Нет у нас тут никаких машинок. Лиззи, я очень тебя прошу, выбери уже это чертово платье.

Я в ответ ехидно улыбнулась, дядя принял в обиход вполне земное словечко, значит степень его раздражения зашкаливает. Зачем мне это надо? Просто так, из вредности. Он стоит на своем, не раскрывает все тайны, и я на своем – не хочу идти в этих воздушных пирожных.

В конце концов, сжалившись над некромантом. загадав про себя страницу, открыла ее и посмотрела на вполне приличное бирюзовое платье, с небольшим количеством золотистых рюш, симпатичными длинными рукавами-фонариками и не слишком глубоким декольте. Насколько бы опытна не была, все же не очень хотелось выставлять все свои прелести напоказ, пусть их видят только достойные. Например, ректор!

Сама же и ужаснулась этой мысли. И почему он всплыл в моей голове? От меня не ускользнуло, как невесело хмыкнул дядя.

– Ты у меня в голове роешься? – прищурилась я.

– Нет конечно, – слишком уж поспешно ответил некромант, вызвав у меня подозрение.

На самом деле вся моя бравада по поводу платьев была напускной. Не такие уж ужасными они были, наоборот – великолепны, платья принцессы, о которых хоть раз мечтала каждая из нас. Я, смотря мультфильм “Золушка” или “Спящая красавица” в детстве, всегда представляла себя в таком платье рядом с красивым принцем. И вот мечты сбылись, вместо принца названный дядя, но он же красавец, хоть и некромант. И наряд выбрала один из лучших. Так чего же артачусь? А того, что боюсь! До одури боюсь оказаться в замке, предстать перед императором Зоридом.

И Сидилла почувствовал мое истинное настроение. Он, привстав с кресла, подошел ко мне, присел рядом на подлокотник и приобнял.

– Боишься? – участливо поинтересовался дядя.

– Честно? – жалостливо посмотрела на него. – До одури, до дрожи в коленях, – призналась ему.

– Не бойся, милая. Я буду рядом, Валеус там будет. Мы тебя в обиду не дадим, – улыбаясь и все еще приобнимая, попытался успокоить меня.

– Почему? – заинтересованно глядя на него, произнесла свой вопрос.

– Почему мы не дадим тебя в обиду? – искренне удивился он. – Ты моя племянница, Лиззи! – увидев мой недоверчивый взгляд. – Милая, у меня из родных не осталось никого, только ты. И не важно – настоящая или нет, но ты моя племянница.

– Хорошо, – согласно кивнула я. – А Валеус?

– Валеус, – некромант вздохнул и поднялся с моего подлокотника. – Мы с ним хоть и в ссоре, но все же нас когда-то много связывало…

– Не пойдет, – покачала я головой, не принимая его ответ.

– Пойдет! – рассмеялся некромант. – Лиззи, ты везде ищешь подвох!

– Я не понимаю, Сидилла, его интерес ко мне! – воскликнула я.

– Думаю скоро поймешь, – как-то грустно улыбнулся он.

– Не поняла! – уставилась на него.

– И не надо пока, – дядя подошел к двери. – Пойду за модисткой. Надо уже платье тебе шить.

И сбежал, в прямом смысле этого слова. Взял и слинял от ответа, оставив меня в полном смятении. Взрослая девочка, думала? А вот ни разу! Тут я похоже ребенок! Особенно в отношениях с этими мамонтами!

К моему сожалению, эта неделя подходила к концу, неумолимо приближая наш визит во дворец. Чем ближе был день празднования, тем сильнее меня начала накрывать паника. Я уже не замечала теплой весенней погоды, проснувшихся летающих разноцветных насекомых, похожих на бабочек, только с разноцветными тельцами и радужными полупрозрачными крылышками. Вместо созерцания весенней природы, меня начинало потряхивать.

И вот этот день настал, и я была близка к обмороку.

– Лиззи! – обратился за завтраком ко мне дядя. – Не бойся! Помни, я всегда буду рядом.

– Никогда не ощущала такого страха, – прошептала я. – Даже в кабинете у стоматолога.

– Это еще кто? – рассмеялся некромант.

– Зубной лекарь, – глядя в одну точку перед собой, почти не моргая, ответила ему.

Сидилла захохотал еще сильнее.

– Поверь мне, дядя, – посмотрев на него, произнесла я. – Оказаться у него в кресле на Земле было самое страшное для меня, даже страшнее защиты диплома!

Глядя на веселящегося некроманта, неволько тоже стала смеяться, сначала несильно, потом все громче и громче. Сказывалось мое нервное напряжение.

– Не беспокойся, милая, – успокоившись, приободрил он. – На празднике все пройдет хорошо, да и после тоже.

– Зачем он и меня пригласил? – посмотрев жалостливо на Сидиллу, проныла я.

– Ну во-первых, круглая дата – двести лет, во-вторых, я все же не последний маг в империи. Он знал мою сестру..кхм…достаточно близко. Зориду любопытно на тебя взглянуть.

– Достаточно близко? – опешила я.

– Да, ты все правильно поняла, – поиграл желваками дядя. – Они были любовниками.

– Ничего себе! – воскликнула я.

– Да, – кивнул он и обрубил резко тему. – Нам пора собираться. Портал в сам дворец не построить, но в гостиницу, где я забронировал два номера для нас, получится, – Сидилла вздохнул и серьезно добавил. – Лиззи! Хоть нас там ждут две комнаты, ночевать мы будем в твоей. Одну я тебя не оставлю.

– Опасно? – попыталась пошутить в ответ.

– Да, – хмыкнул он.– Но не так как ты думаешь. Ты слишком красива, а придворные господа не слишком заботятся о чести дамы.

– Вот козлы! – вырвалось у меня.

– Согласен, – улыбнулся Сидилла.

– Их не остановит даже то, что ты некромант? – недоверчиво спросила у него.

– Поверь мне, милая, когда они выпьют их не остановит сам Валх, – недобро оскалился он.

– Вот это змеиное логово, – выдохнула я.

– Да! – дядя тяжело вздохнул и поднялся со своего стула, подал мне руку, помогая подняться и задвинул стул за мной.

Не понимаю я феминисток, которым не нравится такое галантное поведение мужчины. Они же не хотят тебя этим унизить, затащить в постель – это дань уважения к женщине! Что в этом плохого? Хорошо, что в этом мире такие поступки в порядке вещей. Еще бы с этими придворными редисками не встречаться!

Немного позже вместе с некромантом вышли во двор, где нас ожидала моя горничная Аза, простая добродушная девушка, обладающая небольшим даром бытовой магии. Она была слабым магом, у нее получалось только вытереть пыль, помыть полы, постирать и выгладить мою одежду, макияж и прическу приходилось делать самой. Мне это нравилось, хотя девушка расстраивалась, когда вместо хвоста, она путала мои волосы так, что не будь магии, мне пришлось бы сбривать их под ноль. Дядя предлагал ее заменить, но мне было жалко Азу – ну не умеет человек делать, как говорила моя покойная земная бабушка Нина, мамина мама, кандебабры на голове, что в этом такого? Не смертельно же. Зато пылюку вытирает на отлично!

Рядом с Азой был помощник дяди, его верный слуга, тоже слабый маг, но очень дотошный и скрупулезный, что касается внешнего вида некроманта, Берлу. На Земле-то не могла определить возраст мужчины, тут это было вообще мне не подвластно. Я впала в ступор, когда узнала, что верному слуге уже пятьсот лет, хотя он выглядел ему ровесником.

Некромант соорудил портал, подхватил мой небольшой скарб с платьем и ненавистной пижамой, надо будет попробовать как-то самой научиться делать себе одежду, шагнул в арку, жестом позвав меня за собой.

Мы очутились в большом светлом холле, в котором было достаточно многолюдно и шумно. Немного оглядевшись, я заметила, что основной источник шума – наг, стоящий у стойки перед миловидной девушкой и что-то возмущенно ей доказывающий.

Нахмурившись, Сидилла уверенным шагом подошел к смутьяну.

– Мистер Эшхи, – строго позвал нага дядя. – Вам не кажется, что невежливо так разговаривать с дамой?

– Мистер Нейрус, – стушевался возмутитель спокойствия. – Но мне не дают номер!

– Так потому что их нет, – жестко резюмировал Сидилла. – Вы же знаете, что сегодня празднование двухсотлетия нашей победы, его величество пригласил на это мероприятие достаточно много гостей, гораздо больше, чем обычно.

– Но…, – начал оправдываться наг, но под пристальным, суровым взглядом дяди, стушевался.

– О комнате нужно было позаботиться заранее, – ответил Сидилла и обратился к притихшей девушке. – Милая леди, я забронировал два номера: для себя и своей племянницы.

– Да, мистер Нейрус, – робко кивнула она.

– Один из них, насколько я помню, может разместить двоих вполне спокойно. Правильно? – улыбнулся некромант.

– Да, это так, – непонимающе кивнула девушка.

– Давайте, тот, что поменьше, мы с племянницей уступим мистеру Эшхи, – дружелюбно попросил ее дядя. – Если вы конечно не против?

– Я? – удивленно воскликнула девушка и на удивление покраснела. – Нет, конечно. Я распоряжусь, чтобы во второй номер подали еще комплект белья.

– Да и хочу напомнить, милая леди, – как бы между прочим продолжил дядя. – Наши слуги также ночуют в нашем номере.

– Я это помню, – улыбнулась она, скромно потупив взгляд.

Ба! Да он флиртует с девушкой!!! Мой дядя, суровый маг-некромант, наводящий ужас на адептов моей академии, сейчас и впрямь флиртует с этой молодой девушкой!!! Я удивленно уставилась на Сидиллу, улыбаясь лишь глазами. Он же сделал вид, что не заметил этого.

– Мистер Нейрус, – вмешался наг. – Не знаю, как вас и благодарить!

– Не надо благодарностей, – хмыкнул тот в ответ. – Просто извинитесь перед этой милой леди.

– Да, я действительно был не прав, – виновато закивал головой Эшхи и, посмотрев на девушку, растерянно произнес: – Я прошу меня извинить, мисс Ойвис.

Девушка лишь смущенно кивнула и опять покраснела. Это было так мило, когда ее бледные пухлые щечки покрыл румянец, что мне захотелось протянуть приторно-сладкое “ой”.

Взяв ключи у мисс Ойвис, Сидилла предложил мне свой локоть, собрался проводить меня и слуг в наш номер, когда я услышала неприятный медовый писклявый голосок.

– Сидилла! – воскликнула какая-то дама, стоящая у нас за спиной. – Вижу ты заводишь романы с девицами все моложе и моложе.

Я увидела, как дядя стиснул зубы и раздул ноздри.

– Досчитай до десяти, – прошептала ему, еле сдерживая смех.

– Поможет? – также тихо поинтересовался он.

– Должно, – все же захихикала я.

Сидилла прикрыл глаза и, видимо, принялся считать. Меня же этот неприятный голос не вывел из равновесия, и повернувшись, я остолбенела от легкого недоумения. Рядом с нашими слугами стояла невысокого роста темная эльфийка, недобро сверлящая меня своими темными, огромными глазами. Ее нос недовольно раздувался, а губы были искривлены в подобие вежливой улыбки.

– Позвольте, милочка, поинтересоваться, кто вы такая? – нагло спросила у меня эта ревнивица.

– Не позволю, милочка, – мило улыбаясь, парировала я.

– Да как ты смеешь! – зашипела она, враз скинув с себя весь лоск. – Ты знаешь, кто я такая?

– Не знаю и знать не хочу, – фыркнула ей в ответ.

– Поаккуратней, Драфа, – возник из ниоткуда Валеус. – Мисс Нейрус остра на язык. Вам с ней не тягаться.

– Мисс Нейрус? – оторопело переспросила дамочка, а я в который раз пожалела, что тут нет ни телефонов, ни фотоаппаратов. Ее вытянувшееся лицо достойно было того, чтобы запечатлеть его для потомков.

– Вас что-то смущает? – надменно поинтересовалась у нее, даже не взглянув на ректора.

– Но…, – растерянно произнесла эта Драфа. Блин, вот это имечко ей досталось!

– Драфа, – сурово обратился к ней некромант. – Тебя не учили изначально здороваться?

– Сидилла, я – начала оправдываться она.

– Извини, дорогая, но мы немного устали с дороги, – невежливо перебил ее дядя и посмотрел на иронично улыбающегося ректора. – Валеус, – поклонился ему, – рад тебя тут видеть.

– И я рад, Сидилла,– ответил также поклоном Магиор и перевел взгляд на меня. – Мисс Нейрус, вы замечательно выглядите, неделя у дяди пошла вам на пользу.

– Спасибо, – слабо пискнула в ответ, не отрывая взгляда от его безумно-красивых голубых глаз.

– Не буду вас задерживать, – учтиво произнес Валеус. – Мне еще надо взять ключи от своего номера и расположится.

Он раскланялся с нами и прошел к Ойвис, нацепив предварительно обворожительную улыбку, вызвав у меня тем самым приступ ревности. Ох ничего себе!

Мы же с дядей, попрощавшись кивком головы с Драфой, прошли к себе, чтобы распаковать вещи и начать уже собираться на бал.

Номер оказался большим, двухкомнатным, с вместительной ванной и отдельной гардеробной. Спальня была огромной, в ней располагалась двуспальная шикарная кровать с бесячим розовым балдахином. Не то, чтобы мне не нравился этот цвет, но этот был прям ядовитым, как у наших земных “барби” в свое время.

– Берлу и Аза, вы располагайтесь во второй комнате, там есть ширма, можете отгородить свои кровати, – кинул дядя слугам.

На удивление те послушно кивнули и вышли. Я проследила за ними и вопросительно посмотрела на некроманту.

– Так они пара, Лиззи! – воскликнул дядя. – Ты не знала?

– Даже не подозревала, – округлила я глаза.

– Так ты спишь на кровати, а я вот на этой софе, – он ткнул на небольшой диванчик, расположенный в углу комнаты.

Я с сомнением покосилась на мебель, перевела взгляд на Сидиллу.

– Ты там не поместишься, – усмехнулась я. – Кровать огромная, вдвоем вполне можем поместиться.

– Лиззи, – вздохнул он. – Нас могут заподозрить…

– Откуда кто-то может об этом узнать? – недоуменно пожала плечами.

– Даже у стен есть уши и глаза, – невесело хмыкнул дядя.

– Ну ты можешь переночевать у Драфы, – сделав невинное лицо, заметила я.

– Лиззи! – рассмеялся некромант. – Эльфийка – мое мимолетное увлечение.

– Ну тогда у мисс Ойвис, – пожала плечами я.

– Ты хочешь сплавить меня на ночь? – с лукавой улыбкой поинтересовался он.

– Зачем мне это? – недоуменно уставилась на него.

– Ну может потому что тут Валеус? – наигранно равнодушно спросил он.

А я вспыхнула, чувствовала как даже мои белокурые волосы сами собой краснеют. Нет, таких мыслей у меня не было, хотела пошутить над дядей, в итоге он подшутил надо мной!

– Лиззи! Я попал в точку! – смеялся в голос некромант. – Ты вся пунцовая.

– Дядя! – возмущенно воскликнула я. – Позови мне лучше Азу, пора собираться на бал.

Я демонстративно отвернулась от него, прижав ладошки к пылающим щекам. Некромант, посмеиваясь, вышел из комнаты, и через пару мгновений вошла молчаливая горничная.

Глава 14

Я была почти готова к выходу, осталось сделать только прическу. Интересно какую только? Я беспомощно посмотрела на горничную.

– Аза, – жалостливо протянув, сказала ей, – я не знаю какие прически уместны во дворце.

– Мисс, – она испуганно взглянула на меня, – вы же знаете, что я не очень могу справиться с волосами.

– Знаю, – обреченно вздохнула я. – Позови дядю. Думаю, он точно знает здешнюю моду.

Улыбнувшись, девушка поклонилась и вышла из комнаты.

– У тебя возникли трудности, племянница? – шутливо поинтересовался Сидилла, входя в комнату.

– Да, – слегка обиженно ответила ему. – Я не знаю какую прическу сделать.

– А как ты думаешь, какая под это платье подойдет? – лукаво спросил он.

Я пристально посмотрела на себя в зеркало, сидя возле него. Затем встала, покрутилась, рассматривая со всех сторон, как лежит мягкий струящийся голубой шелк, переливаются золотистые невесомые рюши по пышной юбке. Глядя на свою длинную изящную шею, поняла, что обязательно надо ее открыть. Собрала свои волосы в ракушку, немного подняв на затылке, и выпустила игривые локоны.

– Так? – задумчиво поинтересовалась у дяди и повернулась к нему, встретившись с его восхищенным взглядом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Фелисе Ано Нуово

Вернуться