Уголёчки
Светлана Нагибина

© Светлана Нагибина, 2022

ISBN 978-5-0056-5879-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дудка Божия, дыши

Всякое творчество есть по сути своей молитва.

И. Бродский

Дудка Божия¹ не знает
Ни заботы, ни греха.
То в неволе замолкает,
То займётся и растает
В неизбежности стиха.

Осторожно вынет душу
Из залатанных миров
И заполнит, и разрушит,
Раздаваясь глуше, глуше,
Наши сорок сороков².

Не остави, пой смелее
Во спасение души.
Где заблудшее немеет
И не может, и не смеет,
Дудка Божия, дыши.

11.06.2020

ГЛАВА ПЕРВАЯ
ОЖОГИ

Где волен миг

Когда всё обо всём придёт в словах,
Окажется живым небесный купол.
И ты, его смычка незримый взмах,
Неведомый доселе, станешь звуком
И полетишь. Ни крыльев, ни щелчка,
Одно сознание да жажда света —
Ничем не объяснимая пока,
Доселе незнакомая планета,
Твоя душа. И откровений суть,
Ты станешь слух и зрение святыни,
Так многое захочешь зачеркнуть,
Когда исполнится благое имя,
Одно во всём. Ни боли, ни теней
На высоте освобождённой сути.
И ты всё тот же? Легче и верней
Без пригвождённой человечьей ртути.
Продолжишь «я», служения птенец,
Благословишь завещанное царство,
Где волен миг без страха наконец
На торжество вселенское сорваться.

06.05.2020

Опять не то

Я новый день глазами открываю,
На улице горланит шапито.
А я опять ищу дорогу к раю
И понимаю вновь – опять не то.
Опять не то, не так и не об этом
Шипит змеюкой вдовое окно,
Но почему я каждый день с рассветом
Хочу бежать оттуда, где темно?
Мой день настал, единственный у Бога,
Заветный путь сужается в окне.
Ещё чуть-чуть, ещё совсем немного,
И я проснусь на дальней стороне.
И будет день, и будут птичьи стаи,
И будут все влюблённые чисты,
Я из окна по капле вырастаю
И, не читая вслух, несу кресты.
Иду на свет, на правду, до испарин,
Зову пути, что век во мне молчат.
Ты не смотри, что слог высокопарен,
Куда страшнее злобы смертный яд.
Глаза открою:
– Милостив будь, Боже! —
Тебе несу молитвенный порыв.
Другая жизнь молитву подытожит,
В самой себе вселенную открыв.

31.01.2022

Живой пожить

Благослови живой пожить,
Любовь увидеть до межи
Благослови.
Живой, без розовых очков,
Пусть мир тревожен и суров,
Живой яви.
На миг один, но до черты
С Тобою перейти на «ты»
На миг один.
И став слезою наконец,
В ночи шептать: «Прости, Отец,
Среди годин».
Благословением Твоим
Приму растерянности дым,
Веди к любви.
Сердцебиением в крови,
Моим дыханием живи,
На пир зови.
Не покидая, не казни,
Лихую вечность отмени
По милости.
В поблёкшей веренице лет
Спаси животворящий свет
От гнилости.
Роди слова из пустяков,
Снимая тяжести оков
На паперти,
Не прогоняя прочь, брани,
Покуда двери для любви
Не заперты.

14.09.2021

Уголёчки алые

Жар в ладони собираю,
Но обжечься не боюсь.
На любовь благословляю
Пробудившуюся Русь.
Уголёчки-краснотолки
На руках оставят след.
Храмов вятские светёлки —
Заступление от бед.
Мне доверенное чудом,
Раскалилось докрасна
Слово русское под спудом
Кочегарского сукна.
Уголёчки на ладошке,
Долог век – не удержать,
Долгожданный свет в окошке,
За окошком благодать:
Русь суконная, родная
В снег упрятала холсты,
Вышла жалость нутряная
На белёные листы.
Схорони мою сторонку,
Уголёчки в ней чисты,
Одари молитвой звонкой
Верхосунские версты.

04.01.2022

Я деревенской не была

Я деревенской не была,
А сердце тянется к деревне.
У Верхосунского села
Заступник по угорам древний.
В руинах церковь на холме,
Десятки лет глазницы слепы,
Казанской матерью ко мне
Идут поруганные склепы.
Любовью боль обагрена,
Хранит прадедушкины вёрсты.
Прокоп с Прасковьей у окна
Считают фронтовые вёсны,
В них треугольники надежд
И ожиданье, ожиданье.
Верни округе, Благовест,
Бесценное воспоминанье.
Победа ходит по дворам,
Минуло лето, сорок пятый.
Молчит величественный храм
О возвратившихся ребятах.
Родятся у солдат сыны
И сядут в Божий дом за парты,
В советском тереме страны
Поверх икон повесят карты.
Им место предками дано
На кочегаровском угоре,
Покрыто ельником давно
Там человеческое горе.

08.06.2021

Струна

Сказали мне, что правда не одна,
У каждого своя, выходит, правда,
И не для всех натянута струна,
Как лозунги в эпоху авангарда³.

Струна одна – порядочность и честь.
Она насквозь пронзает наши души,
Ей ни к чему злословие и лесть,
Её одну, как Бога, буду слушать.
Струна поёт, горластым не слышна,
Не разобрать мелодию калекам.
Пускай опять мне скажут: не одна,
Но только с ней останусь человеком.

31.01.2022

Не поспевшая

Отвращение к прожитой жизни
До восхода ей не унять.
На листы покаянием брызнет
Не поспевшая рыжей прядь.
Юным августом зелень холит
Да рыжьё на рябине хранит,
Не поспевшая не бахорит⁴,
Не хоронится от обид.
Поспевает в глухие ночи
Откровенья снести до звёзд,
Ничего, что терпеть нет мочи,
Напитает дождями слёз
Всю планету свою чудную.
До испарины сходит в медь,
Отгоревшую да сквозную,
От которой бывает смерть.
Ни управить никак, ни сладить,
Что отмерено, то сбылось.
Всё, что Бог повелел оставить,
Слёзным августом пролилось.

04.08.2021

Мужество быть добрым

Богу

Опять удар, опять под рёбра.
Отверзи первые века
И дай мне мужество быть добрым⁵
И полюбить клеветника.
Когда оскал прикрыт улыбкой,
Когда невидимы клыки,
Дай силы мне в надежде зыбкой
Поднять суровые штыки.
Поставь заслон вралям искусным,
Накинь железную узду.
Сыщи по весям захолустным
Оброка праведную мзду —
Любви, ведущей к покаянью
Во все эпохи и века,
Напутствуй смелых на скитанье,
Покуда теплится строка.

01.02.2022

Атлант

Последнее время настало,
В нём связками злоба хрипит.
Ребячество, жизни начала
Согреет седой Айболит
Да школа, обитель надежды,
Святой просвещения дух.
Ужель ты не будешь, как прежде,
Добру и согласию друг?
Беспомощна в лапах химеры,
Невидную участь влачишь,
Унижена словом без веры
И попрана, школьная тишь.
А славный хранитель, твой гуру,
Молчит под ударом хлыста
И тешит напористых сдуру,
Которых удел клевета.
Но сколько, учитель, о сколько
Напраслину будешь терпеть?
Доколе нелепо и горько
Топтать словомудрую медь
Позволишь? Выносят за скобки
Твой образ, и такт, и талант.
Подобно картонной коробке,
Ты брошен на свалку, Атлант.
Посеяли скверну в народе
Бесславных годин времена,
Густым несогласием всходят
Разрухи людской семена.

23.01.2022

Нет чужих

Учителю

Мы говорим, что нет чужих,
Мы так живём, мы в это верим.
Без наставлений даровых
Мы открывали эти двери.
Смирение ища в душе,
Росли из прожитых ошибок.
За гранью тягостных клише
Учитель – сеятель улыбок.
Ему вести жестокий мир
На эталонные высоты,
Средь терний электронных игр
Духовно-нравственные соты
Искать в оплавленных сердцах
И быть собой, и знать, и верить —
Одной любовью без конца
Он открывает эти двери.

14.01.2022

Я открываюсь

Вы прожиты и спеты до меня:
Простые образы, густые краски.
Зачем опять идёте без опаски
На перекрестье ветреного дня?
Ужели слог несовершенных дней
Пытливостью своей ветра меняет?
Нас не словами Бог одушевляет,
Но кротостью, и вера рядом с ней.
Я открываюсь. Что же за окном?
Без перемен: ветра, всё та же осень.
Уж мы огня у Пушкина не просим,
Дни пеленая стареньким сукном.
А под сукном! – бушует благодать,
На волю сердце вырваться готово
И воспевать единственное слово,
Такое, что ни спрятать, ни солгать.
Одно во всём, ему внимает взор,
Чтоб славить день, невозмутимо вечен.
Что авторство? Мой слог небезупречен
И на восторги ветреные скор.
От чистоты промытого стекла,
От немоты стареющего ока
Дыши, строка, наследие пророка,
Когда ты мир любовью назвала.

01.09.2021

Расчеловечение

Над заповеданной землёю
Давно стоит истошный крик,
Бедой ли, мздой немогутною
Источник бедствия возник.
Горят и тлеют неугодья,
Живую выжигают Русь,
Слов раскалённые уголья
Оплакать вдовьи не боюсь.
В пожарах онемели души,
Забыли жалость и добро,
Когда ребёнок хочет кушать,
Не время плавить серебро.
Кому сказать, что жизнь без крова
Не так страшна, как мёртвый дух?
Из боли вынутого слова
Огарканных не внемлет слух.
На нём личины недовольства
От раздражения хрипят.
Победный миг лихого свойства —
Упрямый закоснелый взгляд.
Мои седеющие кудри
Придутся в пору палашу,
Пока бездушье не обуглит,
У Бога милости прошу.
Для брата, свата, для чужого
И незнакомого совсем
Прошу прозрения земного
И жажду к жизни перемен.

11.01.2022

Где нет Христа

Где нет Христа, куражится разврат,
Там день угрюм и сер без перемены,
Народ несётся прочь от вечных врат,
В церквах без веры сотрясая стены.
Где нет Христа, безличье красоты —
Без образа бездарны подражанья.
Крестом держу пред чашею персты
И милости прошу на покаянье.

26.09.2021

Помни о смерти

Несуетливо осеннее солнце
Дарит тепло и покой.
Праздник воскресный в любовь завернётся
Листьями на мостовой.
Ветер ли жалует: «Помни о смерти» —
Радости не передать.
Только два слова любимым доверьте,
Божия в них благодать.
Капелька веры – и мыслью смиренной
Осени выпорхнет тишь,
Чем совершается суд сокровенный,
Помни и не согрешишь.
Свет незапамятный «Помни о смерти»
Животворит без конца,
Кроткому шелесту, правде поверьте —
Короток век без отца.
Праздник воскресный любовью пропитан,
Солнечным сквером иду.
Вывела осень к янтарным орбитам
Тихим шуршаньем в саду.

17.10.2021

В хоромине моей

Бесснежье и безлистье,
На кронах дня лоскут.
Украденною высью
Деревья вечность ткут.
Из полотна рубахи
Я выкрою часок,
И белоствольной пряхи
Чуть дрогнет голосок:
«Тонка моя работа,
Безделица моя.
Неси, коли охота,
В родимые края.
Там день, ни бел, ни чёрен,
Под сетками ветвей
Сбирает в Лето зёрен
Для суженой своей.
Льёт горькими дождями
В рябиновую сласть,
Заходится кистями
Из осени украсть».
Затих негромкий голос
Под гулом фонарей,
Рубаха распоролась
В хоромине моей.

30.10.2021

Задожжёвело

Убиенным во чреве детям

Задожжёвело вокруг, задожжёвело,
Извело на Покрова́, избуровило.
Оживаем от кровей, Богородице,
Люд на паперти церквей Богу молится.
Ты не плачь в осенний день, Мать-заступнице,
Ветра лютого страшней дум распутица.
Ро́дных деток заступи, Непорочная,
Наши раны исцели кровоточные.
Задожжёвело восеть⁶, задожжёвело.
Сеткой хмурых облаков обескровило.

10.10.2021

До замети

Сердцу

Живёхонько, бастёхонько⁷,
Под розгами целёхонько,
До кладбища покаялось,
Отмучилось, отмаялось.
Стучало вживе тризною,
Вздыхало укоризною,
И кляло грех неистово,
И дня не знало чистого.
Сносило и корёжилось,
Мельчало – и скукожилось.
Но билось, мне неведомо,
Чудно, кем заповедано.
Больное, запредельное,
Отчаянно-метельное,
Сорвало время с памяти
До сущего, до замети.

01.01.2022

Уголёчки Христовой веры

Я люблю без усилий, без меры,
Благодарна своей судьбе.
Уголёчки Христовой веры
Я протягиваю тебе.
На пороге каких событий
Душу в чистое заверну?
Что смогу на земле открыть я,
По любви тебе протяну.
Мелкий дождик грибной под осень
Да на санках с горы гурьбой —
Мы друг друга о том не спросим,
Становясь на ходу судьбой.
Ты да я – нас отныне двое,
Я молитвой тебе несу
Непонятное, озорное,
Отыскавшее дом в лесу.
Уголёчки горят в ладони,
Обжигая родным «прости».
До тебя я была на троне,
Так, пожалуйста, отпусти.
Мне б с рассветом в лесную чащу
До монашеского скита,
Тихой верой Христа обрящу,
Непутёвая сирота.
И когда городские скверы
Аналоем любви приму,
Уголёчки Христовой веры
Я любовью тебе верну.

04.01.2022

Молчали воды

У берега тотальной нелюбви
Молчали воды чистого потока.
Помилуй, Господи Иисус, останови,
Не дай мне воли поступать жестоко.
Но нет конца войне на берегу,
Опять в дыму и копоти знамёна.
О, милый Боже, как же я могу
От суеты земной читать каноны?
Всё на бегу: оглохла тишина,
До хрипоты исседалась⁸ надсада.
Но жизнь, как прежде, радостью полна,
Чего же мне ещё, чего мне надо?
И я взываю с берега греха
В немую бездну вечного потока:
Не отнимай наивного стиха
И не открой мне истины до срока.

29.01.2022

Уголёчки

Ноябрём хожу я мимо,
Останавливаю взгляд.
Ты гори, моя рябина,
Много-много дней подряд.
Кружева ветвей ажурных
Ты на плечи мне накинь,
Позови гостей пурпурных
В обжигающую синь.
Тонкоствольная рябина,
Разговаривай огнём.
Божий дар в тебе для сына,
Уголёчки все о нём.
Не потухшие, живые,
Обжигают, голосят.
Будь рябиною, Россия,
Много-много дней подряд.

04.11.2021

Люди стояли

Добровольцам «Службы милосердия»

Люди стояли,
Безропотно ждали людей.
Первые ждали,
Вторые спешили на помощь.
Первым бы хлеба
Ржаного краюху скорей.
Ну а вторым —
Одолеть равнодушия пропасть.

Люди стояли на улице,
Вера в глазах.
Вера детей,
Что горячий обед будет к сроку.
Люди молчали,
А рядом любовь на часах
Сопровождала их души к живому потоку.

Люди стояли,
Голодные пряча глаза,
Ссадины жизни
На лицах усталых не скроешь.
Те и другие молитвой идут в небеса,
Всякую немощь
Словами любви обескровишь.

05.08.2021

В дефиците любви

Вятским добровольцам,

сёстрам Службы милосердия

Анне Береговой, Светлане Токтеевой

Людям недостаёт любви. В этом всё дело.

Светлана Анатольевна открыла сообщения в группе «Педсовет». Директор писал, что с понедельника вся школа переводится на дистанционное обучение. Так уже было весной девятнадцатого, когда многие организации временно не работали.

Тогда, в девятнадцатом, она, как и все, впервые узнала о беде, охватившей весь мир. С пандемией в жизнь вошли новые слова: коронавирусная инфекция, COVID-19, локдаун, удалёнка, дельта, и вот теперь – омикрон.

Мир переживал новый всплеск болезни. Прочитав новости с работы, женщина задумалась о многочисленных болезнях и смертях последнего времени.

«Вовушка умер в восемнадцатом, не застал всего этого кошмара», – промелькнуло в голове учительницы.

На календаре бушевал январь двадцать второго, врачи снова говорили о росте заболеваемости, многочисленных случаях заражения.

Теперь болели не только взрослые, но и дети, никого не щадила «корона». Люди привыкли носить маски, мыть руки, соблюдать социальную дистанцию.

Эти слова, как маркеры времени, звучали с экранов, уверенно меняя жизнь. Мир пребывал в смертельной опасности, которая давно превысила рамки сезонной эпидемии.

Третий год все жили в страхе и тревоге. Умирали старики и дети. Чудом выжившие переносили тяжёлые последствия болезни, долго не могли восстановиться.

– Что с нами происходит? – цепочка мыслей, как всегда, вела к Богу.

Ничего не бывает случайного у Господа. Человечество сильно поражено, его лихорадит, как от «испанки» в восемнадцатом году прошлого века.

Эта пандемия – большой урок человечеству, по-другому – наказ или наказание. Ограничено общение здоровых, осложнено дыхание больных. Без дыхания, как и без общения, жизнь невозможна или сильно затруднена.

С экранов всё чаще звучит правильный вопрос: не за что, но зачем пришла в мир новая болезнь?

Фотиния так увлеклась мыслями о ситуации с пандемией, что не заметила, как сбежал от неё короткий зимний день.

В доме напротив зажглись огни, и её давний приятель фонарь уже приступил к своей обычной работе. Вечерами он освещал её маленький мир: подъезд, берёзы, снег.

Сегодня он приветливо снял шляпу, немного наклонился вперёд, заметив приветливый взгляд.

«Как летит жизнь, как торопятся мои минуты. Только бы успеть всё», – Фотиния вздохнула легко, её мысли были не о новой болезни и не о пандемии. Она думала о дефиците любви.

Светлана Анатольевна верила, что скоро вся эта история с пандемией закончится и людям останется только вспоминать, что они жили в опасное время CОVID-19, что были свидетелями особенной войны.

Да, именно войны. Признаки времени напоминали ей Великую Отечественную: вести с полей, опасность. По радио только и слышно, что о новых случаях заражения. Новости с работы о заболевших, а иногда и погибших, коллегах и школьниках.

Страшное время. Мир замер в ожидании будущего.

Когда открыли вакцину, с прививками стало происходить что-то невероятное. Люди рассорились, разладились, стали спорить, обвинять друг друга, настаивать на своём, будто их рассудок повредился.

Мира, согласия не стало. Закровоточила главная беда человечества.

В тревожное время, оставшись без поддержки, вдова пыталась самостоятельно отвечать на возникающие вопросы, реагировать на внутренние перемены, разбираться в новых вызовах жизни.

О векторе души она впервые задумалась в десятых, когда судьба определила ей местом работы общежитие колледжа промышленности и автомобильного транспорта.

Весной пятнадцатого в поле её зрения попало модное слово «добровольцы».

Тогда начинающий воспитатель изучила материал с усердием. Рассказала ребятами о волонтёрском молодёжном движении на Вятке. Говорила искренне, горячо.

Её поразили судьбы людей, бескорыстно совершающих общественно полезные, добрые дела. Уже тогда она спрашивала себя: «А ты? Ты можешь, как они?»

Но ответа не было. В то время примеры добровольчества принимались только умом. Сердце молчало, поэтому и не встречались люди, и не приходили обстоятельства.

Правда, время уже начало свою работу в просыпающейся душе. Разными событиями, словами и людьми оно стало отсекать всё лишнее от совершенного, спрятанного под слоем грязи образа. Оно лепило другую сущность, выкраивая душу по новым лекалам.

Возвращение в педагогику Светлана Анатольевна восприняла началом серьёзных изменений. В школе тема добровольчества зазвучала отчётливей и громче.

Теперь, пытаясь понять сердце, она вслушивалась в его тихий, приметный желанием служить голос.

Август раскинул красоту по кронам, город растянулся в неге тёплых торопливых дней, радуясь яркой зелени, как дитя. Будним днём по дороге в сторону дома матери отпускница уткнулась в телефон, привычным движением листая новостную ленту.

Прямо посреди улицы её остановило сообщение: в пятнадцать часов кормление бездомных в таком-то месте. Фотиния словно ждала это объявление, слова предназначались ей.

Женщина посмотрела на часы и поняла, что успевает по времени. Решение, принятое сразу, придало осмысленной радости добежавшему уже до середины дню.

Уверенной походкой окрылённая мгновенной переменой планов и новым своим состоянием направилась к месту раздачи еды.

Автобуса милосердия ещё не было, но люди, пришедшие за обедом, уже стояли и ждали. Учительница ещё не раз будет вспоминать этот августовский день, первые шаги добровольчества.

А тогда, немного стесняясь, она стояла в сторонке, молча глядя на людей. Потом всё-таки решилась подойти и спросила про автобус. Люди оказались добрыми.

– Не было ещё автобуса, ждём вот, – услышала она спокойный голос стоявших поодаль женщин.

Ждут. Это ожидание было в глазах, в позах, в тишине, объединившей всех. Они с надеждой ждали помощи, они верили тем, которые не бросят, не забудут, не предадут. Те, кого они ждали, обязательно придут к ним, в любую погоду, и накормят, и помогут.

– Девчата, здравствуйте, помощь нужна? – обратилась новенькая к волонтёрам автобуса милосердия.

– Помощь всегда нужна, – радушно отозвались добрые, совершенно незнакомые люди. – Хлеба сегодня положили маловато, может не хватить.

Долго не раздумывая, Фотиния отправилась в ближайшую продуктовую лавку за хлебом. Через десять минут она уже читала вместе с сёстрами Службы милосердия «Отче наш».

Ей дали фартук, маску и перчатки и поставили на раздачу. Первый раз Светлана Анатольевна кормила бездомных. Она раздавала хлеб и пряники к чаю. В тот день на кормление пришло человек двадцать.

Мать увидела в ожидавших детей. Лица были разные, одежда тоже. Мощная волна обычной жалости накрыла чувства отчуждённости, брезгливости, унесла их куда-то.

В самих фигурах подопечных читалась просьба о помощи. Новенькая тоже была одета очень просто и едва ли чем-то отличалась от нуждающихся. Скорее всего, они и приняли её за свою.

Тем летом женское сердце узнало радость кормления бездомных. Тогда же кировчанка познакомилась с добровольцами: Светой Токтеевой, Анечкой Береговой.

Зимой возможности помогать сёстрам не стало, но в душе сохранилось тёплое воспоминание о добровольцах Службы милосердия.

В их бескорыстном труде Фотиния видела другую, ранее неизвестную ей Вятку, жертвенную, способную на подвиг милосердия.

В сёстрах Светлана Анатольевна увидела настоящих подвижниц, героев своего времени.

Учительница оставалась с ними на связи, она с радостью читала сообщения, что служение продолжается, что девчата выезжают к бездомным и оказывают им ежедневную посильную помощь в еде, одежде, медикаментах и даже помогают выправить документы тем, кто нуждается.

В автобусе милосердия говорили по-простому, о жизни, о проблемах. Было видно, кто чем дышит.

«Редкие люди, – думала новенькая о добровольцах в августе двадцать первого, направляясь к остановке ОДНТ после волонтёрской поездки, – скромные, кроткие, с большой верой и настоящей любовью, без громких слов».

Что слова говорить, дело надо делать, понимала православная, читая переписку сестёр в ленте сообщений.

«Сердце растягивать» – она вспомнила слова, обращённые когда-то к себе. Этим людям не надо растягивать сердце, оно и так вместило огромную меру любви.

Девчата выезжают на кормление в любую погоду, в холод и в дождь, каждый божий день. Такая жизнь.

Зимой, уже под Новый год, Господь послал Фотинии новую встречу. В один из дней декабря, когда уже предновогодняя суета охватила всех, ей на почту пришло письмо от незнакомого человека.

«Здравствуйте, вы меня не знаете. Я Роман, доброволец. Мы организуем рождественский конкурс на приходе восстанавливаемой церкви Рождества Христова в селе Покровском Котельнического района. Не могли бы вы предоставить свои книги на призы нашим участникам?»

Светлана Анатольевна улыбнулась. В этом сообщении было любо всё: и восстанавливающийся храм, и добровольческие труды, и возможность подарить людям своё творчество.

«Конечно, Роман, я с удовольствием подарю мои книжки прихожанам».

Вечер смотрел темнотой с улицы. Женщина сложила книги в пакет.

Через минуту она уже бежала по заснеженным тротуарам на встречу со своими новыми знакомыми: молодым православным добровольцем Романом и активной прихожанкой Наталией, которая взяла на себя труды по освещению в интернете жизни прихода и восстановления церкви Рождества Христова в селе Покровском.

С детской радостью несла православная свои нехитрые книжки тем, кому они сгодились, за всё благодарила Бога, который всегда там, где его ждут.

Глаза ещё раз пробежали по названию – «В дефиците любви». Закивала.

«В этом всё дело», – улыбаясь собственным мыслям, с убеждённостью ребёнка думала Фотиния. Она уже знала, что любовь – не слова, не эмоции и даже не дела, но особое состояние сердца, в котором оно способно служить, быть полезным кому-то.

29.01.2022

Уголёчки для Фотинии

Душа по природе своей христианка.

Тертуллиан

Святочная радость одарила белыми днями, в которых хруст мороза легко сменялся сероватой взвесью искрящейся и будто висящей в воздухе снежной мелочи.

В такие дни, часы и минуты Фотинии казалось, будто белёная воздушная стена, словно живая, показывается людям неслучайно, являя собой особую милость Бога.

Женщина стояла у окна в учительской. Для коллег она всё ещё была Светланой Анатольевной, учителем русского языка и литературы, но по внутреннему своему ощущению давно стала Фотинией. Учительница смотрела в новое пластиковое окно именно в такой искрящийся святочный день.

– Дарья Андреевна, вы видите эту серебристую переливающуюся стену за окном?

– Да, Светлана Анатольевна, она необыкновенная!

Дарья Андреевна, Дашенька, в её глазах была продолжением этой волшебной серебристой материи своим юным возрастом, прекрасным нежным образом учительницы изобразительного искусства.

Спокойная, тихая, несовременно добрая, милая лицом и характером, Дашенька была любима детьми и учителями. В глазах молоденькой учительницы Фотиния часто замечала милость и всегда первая заводила разговор.

Учительская работа началась стремительно, будто и не было промелькнувших в один миг зимних каникул. Светлана Анатольевна окунулась в круговорот обыденных школьных дел, будни вернули её в привычный ритм жизни.

Работа, как всегда, подкинула вопросов пятнице, но, сдавшись раньше обычного, отправила уставшую Фотинию домой.

До крещенского сочельника оставалось всего несколько дней. Суббота растянулась в блаженном покое, дала время побыть наедине с собой, привести в порядок мысли, прибраться в душе.

Внешняя жизнь учительницы не была насыщена событиями, ограничивалась школьными уроками и немногочисленными литературными мероприятиями.

Жизнь плавно перетекла из двадцать первого в двадцать второй год, пребывая в терпеливом ожидании перемен.

– Здравствуй, сынок! Проходи, ты на службе? Минутка есть? Кофейку налить?

– Что у тебя? У меня мало времени, служба.

– Не могу сама разобраться, – протягивая телефон, просияла мать.

Сын забежал по пути и решил все её проблемы. Уже через минуту Фотиния смотрела в окно своей крохотной кухоньки, с молитвой крестила взрослого ребёнка, провожая его слёзными глазами.

– На всё воля Твоя, Господи! – только и повторяла она, благодаря Бога за всё. И верила, и видела милость Его во любой мелочи, происходящей вокруг.

День вошёл в силу, казалось, в своей нетронутой белизне он затаил дыхание, желая хоть как-нибудь отсрочить торопливые зимние сумерки. Наскоро собравшись, Фотиния отправилась в город.

Святочные дни такие белые, такие особенные. Она не спеша вышла на родную улицу, ставшую особенно дорогой после смерти мужа. Вдова всегда перемещалась по городу, продолжая внутренний диалог с любимым.

– Сейчас купим очки в «Антее», а потом пройдёмся до парка Победы?

– День-то какой белый сегодня! Конечно, прогуляемся.

Супруг всегда отвечал ей, потому что был в её сердце. Он жил там, ему там было тепло и уютно. Такое положение вещей устраивало обоих, жизнь продолжалась.

Очки купить в тот день не удалось.

– Сегодня уже все разобрали. Завтра отложу вам на плюс один семьдесят пять, – добрым словом отозвалась продавщица.

– Благодарю сердечно! В понедельник зайти не смогу, родительское собрание. Забегу во вторник.

Дорога до парка стягивала мысли в тугой пучок. Северный ветер вперемешку со снегом старался забраться в её тепло, охладить сердце, посеять тревогу о возвращении домой без порции свежих размышлений. Шаги, как мысли, не думай о холоде. – И вот уже берёзки. Сестрички дорогие, они всегда ждали её, всегда приветливо встречали.

Фотиния перешла дорогу и зашла в парк. Она дома. С некоторых пор ощущение дома появлялось здесь, рядом с храмом Веры, Надежды, Любови и матери их Софии. Только прихожанка ступала на парковую дорожку, как мысли сами собой обращались к Богу, а глаза поднимались в небо, словно ища родительской заботы. Молитва шла из сердца, свободная и чистая, похожая на неповторимо белый святочный день.

– Здравствуйте, мои хорошие. Соскучились? Я по вам – очень. Красавицы мои, берёзоньки, в любое время года я с вами. Вы и есть моя родина, островки правды, покоя, простоты. Ей казалось, она знает каждую, что у каждой свой характер, своя судьба, своя песня. Песня была, но Фотиния слышала её только в особые дни, когда душа затихала, наполняясь светом.

Сегодня её размышления были об уголёчках. Фотиния напряжённо искала образ будущей книги. Итак, уголёчки. Что-то горячее, раскалённое докрасна, какое-то открытие, пришедшее в душу с верой. То, что в одних руках долго не удержишь, потому что дано для всех. То, что нужно отдать, непременно отдать другим для тепла, для радости, а может быть, для спасения?

Шаги-мысли привели её на главную аллею парка, взгляд скользнул по привычному виду, и вдруг она замерла. С обеих сторон на стелах «горели» списки кировчан, героев Великой Отечественной войны. Здесь были имена Героев Советского Союза и полных кавалеров Ордена Славы, всего более двухсот имён героев, её земляков. Она поняла сразу, что все сейчас были с ней, на этой парковой дорожке. Ощущение пришло к ней не страхом или тревогой, но тихой радостью.

Фотиния смотрела на заиндевелые каменные плиты с выгравированными фамилиями и званиями и понимала, что все эти люди отдали жизни «за други своя», за Родину, что все они святые перед Богом. Тепло шло от их светлой памяти, имён, крепких корней, от великой правды народа, который всё сдюжит в любые времена. Уголёчками памяти стали для Фотинии святые имена героев-земляков.

– Как же нам надо жить, родные, чтобы не подвести вас, чтобы не осквернить ваш бессмертный подвиг?

Вопрос попал в мягкую глубь выходящей из долгой спячки души, он и раньше бывал там, сейчас же вернулся на своё законное место.

Субботний день долгим взглядом наблюдал за одинокой женской фигурой. Она медленно шла по рыхлому снегу, по знакомым тропинкам парка, то разглядывая ветки с комьями снега, то поднимая глаза наверх, туда, где осиротелые с осени кроны ловили уходящую радость белого святочного волшебства.

Сумерки уже показались из-за соседних девятиэтажек и были готовы обнять всё: и парк, и берёзки, и аллею героев, и маленькую женщину, что-то беспокойно ищущую то ли в себе, то ли в этом засыпающем парке.

От чёрной чугунной решётки начиналась дорога домой. Сколько сказано и спето о ней. Знакомыми дорожками бежалось быстро. На ходу думалось легко, учительница искала ответ на вопрос, который уже несколько дней не давал покоя.

– Как новость о духовном мире изменила её жизнь? Что удалось понять о себе?

Вопросы, вопросы. Они могли остаться без ответа долгое время или исчезнуть в одночасье. Только у Бога всё вовремя, всё полезное человеку. И ответ был дан ей.

«Я увидела людей, – легко подумала Фотиния. – Других людей. Не хороших и плохих, но только хороших, как малых деток».

Сравнение людей с детьми казалось понятным и очевидным. Малые дети. Они такие разные. И всё же есть существенное отличие между ними: послушные и непослушные.

Так и люди: все любимы Богом, все Его дети. Все созданы по образу и подобию. Господь даёт свободу каждому по большой отеческой любви. Человеку остаётся лишь выбрать, с кем быть, каким быть, послушным и благодарным или своенравным, горделивым.

Светлане Анатольевне стало по-настоящему жалко людей. Пронзительное чувство искренней, какой-то незнакомой доныне жалости согрело её сердце. Верующая была грешна, как все, и признавала это. Она понимала, что человеческие страсти – страдание, которое может исцелить только Бог.

На память пришёл известный афоризм Тертуллиана: «Душа по природе своей христианка». Да, все добрые у Бога. Это уже потом, после своего выбора, человек найдёт в земной жизни столько грязи, что тошно будет, если однажды увидит себя в истинном свете.

Уголёчки снова обожгли ладошку Фотинии. На этот раз калёным углем стали люди. Всякие: чужие и знакомые, верующие и не очень, совсем не верующие и сомневающиеся. Видение человеческой немощи, сочувствие любому отогрело женское сердце, изменило его.

Первый раз пытливой душе все окружающие казались добрыми, правда, с «болячками» греха. Так в ещё одной жизни появился новый опыт, тот самый другой мир, о котором узналось только теперь. Жалостью к беспомощным людям-детям отозвалась в душе любовь и молитва. Фотиния молилась о всех.

Чувства и мысли Светланы Анатольевны бурлили, обретая новое, доселе неведомое качество, делая дорогу домой короче. Зайдя в комнату и включив свет, вдова подняла глаза на календарь с изображением иконы Троицы Рублёва, что висел на стене.

Бог слышал её молитвы.

15.01.2022

Удивительный родник

Сбился человек с дороги
И от жажды изнемог,
Подкосились босы ноги
На заиленный песок.
И откуда знали руки,
Где к земле родной припасть,
Где целительные звуки
И живительная сласть?
Крепко верил человече,
В битве руки не берёг.
День и ночь, живот⁹ калеча,
Расчищал любви исток.
Он терпел, наивно веря,
И по вере той возник
Из песка и суеверий
Удивительный родник.
Поначалу еле влажным
Бисером блестел у ног,
Неизведанный овражный
Божьей милости росток.
А потом, увидев раны
Человека, во всю стать
Вдруг поднялся и багряным
Пожелал для сына стать.

22.11.2020

Во дни Илии и Еноха

Не вылечить язвы страдальца
Во дни Илии и Еноха.
Покайся Иисусу, покайся,
Рыдай до последнего вздоха.
С рассветом исполнится время,
Грядущий пребудет во славе,
Он терния пышное семя
На вечные муки отправит.
Грохочут гремящие трубы
В чаду непристойного смеха.
Седьмая лобзанием в губы
Карает потомков Ламеха.
И вот уже ночь без просвета,
И явны оскалы чудовищ.
Не будет иного Завета,
Не будет срамнее позорищ.
Сегодня, до судного часа,
Пред Богом пади на колени.
С раскатами трубного гласа
Увидишь растления тени.
Последнее время – сегодня,
Покайся пред образом Бога.
Разинута пасть преисподней,
Но есть ещё к свету дорога.

23.03.2022

ГЛАВА ВТОРАЯ
ТЕПЛО

Не в городах

Не в городах узнаю правду,
Не терпит шума глубина.
Лесов осиротелых жажду,
На вечный плен обречена.
Не в городах закаты алы,
Но в ликах ласковых полей.
Цветут без роздыха увалы
Багряной паперти моей.
Не в городах, не пересудам
Меня откроет тишина,
Несовременная, под спудом
Родной земли обретена.
Не в городах моя свобода,
Теснят несовершенства грудь.
Мне надо радостью народа
Травы ухватистой вдохнуть.
Пусть налилась густа по пояс,
Найду я силы вровень встать.
Не в городах родится голос
И дум серебряная стать.
Не в городах узнаю правду,
На поле буду – поклонюсь.
И от неверия не стражду,
И пустословить не берусь.

26.01.2022

Тропой родительского дома

Тихо. Бродит дрёма.

Золотые дни.

Не набудусь дома.

Отче, не гони.

Какое счастье – чувство дома
И августа парные дни.
Едва знакомая истома,
С тобой у печки мы одни.
Не дай душе охолодиться,
Года щемящие забыть,
Когда колодезя водица
Поможет истины испить.
Казалось бы, едва знакомы,
Но полон до краёв сосуд.
Тропой родительского дома,
Дитя, иду на Божий суд.

14.12.2021

Без отсрочки на любовь

Маме Рае

Складываю время в строчки
Неумело, как-нибудь.
Понимаю, без отсрочки
До стихов не дотянуть.
Без отсрочки не управить.
Помню мамушку-свекровь —
Без отсрочки век не сладить,
Без отсрочки на любовь.
Погожу до звездопада,
До тумана потерплю¹⁰
И крыльцо родного сада¹¹
Спелой рифмой окроплю.

03.08.2021

Исуповское¹² лето

Я в раю.
Пою ветру,
Километру родня.
Петого дня
Спину выгну,
Хоромину души моей
Выну в лето.
В травы одета,
По полю в магазин,
В руке авоська,
Шагаю,
Бедовая¹³.
Слушай, Коська¹⁴,
Песню мою.
С ветром с веток
Брызну светом
До облак,
Облик меняя в окрик,
Паляю куплеты
В лето,
Богом согрета,
Воспета каждым
Попутным цветочком.
Кивочком
Встречаю радость
Мятных,
Жадных,
Спелых мигов,
Сдвигов полюсов,
Ветров изгибов.
Невесомая,
Ступаю в вечность.
Бесконечность
В маминой авоське¹⁵
Несу.
Красу
Белым по белому крою
В раю.

24.07.2021

Зовётся сердцем

Дорогому дому¹⁶

Пахнет домом и облепихой,
Тихой-тихой
Трусихой радостью
Отзывается во мне
Солнце.
Смеётся,
Зовётся сердцем
И всё рвётся, рвётся куда-то,
В закаты,
Где всё другое,
Родное,
Святое.
В ослепительном завтра
Августа великого,
Ясноликого,
Яркобликого
Увидеть себя
Спешит.
Мятным заревом клубя,
Пристать к другому миру
Пёрышком
Скорышко.
До самого горлышка
Пахнуть облепихой-
Соловьихой,
Притулившейся к родному
Крылечку,
И, папину печку дразня,
Просто быть
Любовью,
Потерявшимся временем,
Домом,
С комом радости
В сердце.
И греться, греться
На опушке
Бесконечного
Вечного дня.

16.08.2021

На Исуповской

На Исуповской¹⁷ ходят рассветы
Высоко, не достану, боюсь.
Майским солнышком рано согреты,
Выкликают исконную Русь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Здесь – всякое творчество, в том числе поэзия.

Вернуться

2

Здесь – большое количество чего-либо.

Вернуться

3

Авангард – совокупность наименований

новаторских художественных тенденций и направлений начала XX века.

Вернуться

4

Бахорить – говорить (вят.).

Вернуться

5

Стихотворение написано от мужского лица.

Вернуться

6

Восеть – ранее, в недавнем прошлом (вят.).

Вернуться

7

Бастёхонько (от бастенько, баско) – хорошо.

Вернуться

8

Исседалась – обл. устала (вят.).

Вернуться

9

Здесь – себя.

Вернуться

10

Здесь – об августе, любимом дачном месяце, месяце рождения автора.

Вернуться

11

Здесь – о родительской даче в Исуповской. Мама-свекровь всё делала с любовью.

Вернуться

12

По названию деревни Исуповской, дачного пригорода Кирова.

Вернуться

13

Здесь – ничего не боящаяся, смелая.

Вернуться

14

Кот автора Космос.

Вернуться

15

Свекрови давно нет на этом свете, а видавшая виды тканевая сумка, сшитая её руками, греет душу, словно родительское благословение.

Вернуться

16

Здесь – о даче родителей в Исуповской, родовом гнезде.

Вернуться

17

Деревня Исуповская, пригород Кирова, родительская дача. Вечная память супругу, родителям.

Вернуться