Джулия Рати
Пирамида. Тайны карантина

ГЛАВА 1. Друзья бывают разные

Над дверью призывно завибрировала зелёным светом лампочка. Санек снял вирт-очки и небольшим усилием воли вернул себя в реальный мир. Ему нравилась его скромная холостяцкая квартира, но сразу после выхода из вирты второго уровня, она казалась скучноватой. Надев очки, он переключился на первый уровень. Окинул взглядом – так-то лучше. На подоконниках ожили цветы, книжные полки запестрели яркими корешками. Он давно перестал стаскивать из сети все в подряд. Только любимые и проверенные авторы. А вот сувениры слегка запылились. С вводом «домашнего режима», а затем и с приходом «Пирамиды», виртуальные туры быстро набрали популярность. Санек в числе многих поддался искушению повидать мир, не вставая с кресла, и поплатился за это. Прежде всего головной болью – первые путешествия имели много багов. А также обилием дешевых вирт побрякушек. Задержав взгляд на некоторых, уж сильно поднадоевших, Санек вывел меню на экран и не раздумывая тиснул удалить. Остались немногие приятные глазу и памяти вещи. Одна из них – большие потертые часы с павлином на маятнике.

– О сегодня даже вовремя, – вспомнив про зелёный сигнал, воскликнул Санек, – Эй, Арчи, пойдём кости разомнем?

– Да, пора бы, а то ты со своей работой, часами без движения сидишь, – тут же отозвался старый пес и вылез из-под кресла.

С работой Саньку повезло. Не так как многим. С приходом карантина, малый бизнес рухнул, многие заводы стали. Потом появилась программа «Пирамида». Виртуальный мир, предлагающий разные уровни реальности. Первый бытовой. Эдакое дополнение к миру реальному, а по сути пограничный уровень, где пересекаются два мира реальный и виртуальный. Тут и цветы в горшочках и картины на стенах, макияж, прическа, гардероб – выбор приложений безграничен. Но все же на этом уровне нет возможности общения виртуальными аватарами, только в живую. А вот начиная со второго уровня «Пирамида» представляет массу возможностей. Бизнес, школы, неформальное общение – все перекочевало на второй уровень. Глубже шли онлайн игры и сфера развлечений. Согласно рекламной брошюрке, всего разработчики «Пирамиды» предусмотрели 64 уровня, каждый из которых имеет множество модулей и секторов. На самых нижних потоками идут программные коды, а ещё глубже чистая цифра, энергия в изначальном виде. За ней то и следит Санек. Цифра шла в основном сплошным зелёным потоком, но иногда попадались красные непонятные сгустки энергии. Задача Санька была заметить и удалить. Не Бог весть какая интересная работа. Но не каждому дана. Что-то эдакое было в сознании Санька, специалисты из отдела кадров называли это «незашоренностью сознания», – что позволяло видеть эти баги, и удалять их, обеспечивая таким образом бесперебойный поток энергии. Таких как Санек было немного. Да и не каждый выдержит. Поэтому зарплатой он был доволен. В дополнение – щадящий режим, льготы и внутри «Пирамиды», и во внешней реальности.

– Ох, так глядишь, под старость лет и гадить по расписанию научишься, – кряхтя, но все же виляя хвостом, продолжал бурчать Арчи.  И тут же добавил:

– Хорошо выглядишь….

Санек придирчиво разглядывал себя в зеркало. Легкий защитный комбинезон, сегодня белого цвета, на статном Саньке смотрелся неплохо. Образ дополняла маска респиратор.

– А вдруг Анюту встречу. Уже пора бы нам в дом хозяйку привести. Как ты думаешь, Кешка?

Оторвав сонную морду от дивана кот оценивающе глянул на хозяина.

– А зачем нам хозяйка, придёт, нас с Арчибальдом с дивана на коврик переселит…

– У тебя, Иннокентий, профиль морды хоть и породистый, да думать ею ты не научился. Она как котлет с борщом наделает…. Буду спать на коврике, не гавкать. Да и Санек наш сохнет.

– Твоя правда, Арчибальд Бальтозарович, давненько мы с тобой кроме овсянки ничего не едали…. Хорошо выглядишь, хозяин. Только ты поаккуратней, пожалуйста. А то если замараешься, видать будет …как дела нашего Арчибальда на первом снегу…

– Тоже скажешь. Да и неизвестно, дождемся ли снега, – заметил Арчи подставляя морду под намордник-респиратор.

– Может с нами? – скорей по привычке спросил он Иннокентия.

– Не, у меня свое расписание и менять его я не собираюсь, – Кешка лизнул лапу и повернулся на другой бок.

– Ладно, ладно, посмотрим, что скажешь ты, эстет наш, когда лоток переполнится.

Санек всегда с удовольствием слушал перепалки любимцев, но по должности ему надо отдыхать от вирты. Отключив приложение "Умный питомец" – оно формировало беседы с домашними животными, парень снял вирт очки и оставил их на комоде при входе. Хотя ворчание старого пса парень понимал и без слов.

Выйдя на площадку, Санек привычно провел вшитым в руку чипом по датчику. Дверь закрылась, пошёл обратный отсчёт. Лампочки над дверями соседей горели красным. Теперь будь то в магазин или погулять с собакой, все выходили строго по очереди, не перемешиваясь. Соседская дружба перекочевала на второй уровень «Пирамиды». Спускаясь вниз по ступеням – лифт давно отключили, берегли электричество – Санек в который раз подумал, хорошо, что ему по работе положены длительные прогулки. Вместо стандартных сорока пяти минут, полтора часа. А то Ленка с девятого этажа до сих пор подписи собирает, чтоб время подогнали в соответствии с этажом. Оно и верно, с девятого или с первого этажа спуститься – разница есть. Замок подъездной двери мигнул, считав данные с чипа, и двери распахнулись. Теперь перед каждым подъездом стоял дополнительный пропускной пункт. Пройдя и его, Санек вышел на свежий воздух.

Людей было немного, все держались на положенном расстоянии друг от друга. Анюты нигде не было видно. Странно, обычно их время выхода совпадало. Они даже перестали договариваться заранее, просто встречались на улице. Подождав для приличия минут пять, Санек скинул девушке сообщение.

Арчи тщательно обнюхивал кусты. При это он ворчал в респиратор, что тот мешал здраво, по его мнению, оценить ситуацию. Оставив пса разбираться со своими делами, Санек подставил маску под осеннее солнышко, что пока еще давало тепло, и огляделся.

Прогулочная зона была достаточно большая и объединяла несколько жилых кварталов. Тщательно обнесенная заградительной сеткой, на столбах которой ютились гнезда охранных дронов. Сейчас большинство из них пустовало. Один из них подлетел к Саньку, просканировал чип и предложил помощь. Иногда от скуки Санек любил поболтать с ними, но сегодня решил просто побродить. По всей территории виднелись полинявшие разноцветные стрелки. Так были обозначены прогулочные маршруты. В своем белом комбинезоне Санек должен был бы следовать стрелкам того же цвета, но это было раньше, ещё до прихода «Пирамиды». Тогда народ ломился на улицы. Сейчас на это мало кто обращал внимание.

– А ну, стоять, нарушение карантина!

– Ну, вот опять, – предвкушая штраф с внесением в личное дело, Санек обречённо оглянулся.

Патруль уверенно шёл в сторону Арчибальда. Тот обнюхивал малознакомую овчарку из соседнего подъезда. Намордник, понятно дело, он сорвал. Нарушение на лицо, точнее на морду. Собаки, как и люди, должны соблюдать дистанцию.

– Как всегда, во всем виноват прекрасный пол? – начальник патруля поднял забрало и ехидно глянул на Санька.

Увидев знакомое Генкино лицо, Санек облегчённо вздохнул.

– Да, вот задумался, недоглядел. Этот ловелас своего не упустит.

– Что ж значит штраф с внесением в ЛД…

– Может только штраф для начала, а Геннадий Николаевич?

– В дело, в дело, – повторил Генка, беря Санькину руку с чипом и стирая с него запись. Правая нога его при этом отбивала азбукой Морзе. «Сегодня, вечер с тебя пивас»

– Я разберусь, – бросил Генка курсантам, – идите собак погоняйте.

Этих во дворе было достаточно. С вводом карантина, многие завели себе четвероногих «друзей», чтоб был повод выйти. А потом, с приходом «Пирамиды» надобность отпала. Те и бегали, не пришей к дивану хвост. Сначала пытались приструнить електро ошейниками, да Гринпис вмешался. Решили проблему глобально. Теперь каждый под наблюдением и собака, и кот, и человек, а вместо ошейника – чип.

Пока Генка ставил блокирующий экран, чтоб их разговор не видели и не слышали, Санек посмотрел вслед пацанятам в масках.

– Смотрю молодёжь опять набрали.

– Да, сейчас немногие наружку выдерживают. Нас становится все меньше.

Санек понимающие кивнул и огляделся. На детской площадке Ленка с девятого гуляла с двумя своими девчушками. Парень видел, как быстро растут эти два весёлых комбинезончика. Ленка из всех сил старалась выжать лучшее и дать детям здоровое детство. Чуть дальше старый Фёдор, крепкий как железный гвоздь. Вот и сейчас не по погоде легко одет. Комбинезон на легкую тепловку и шорты. Штанины защитного костюма также подвернуты до колен. Лишь тёплые ботинки, да шапка говорят, что осень на дворе. Пенсионер всегда был снаружи. Порой казалось, что он мог спокойно пропустить время возвращения. Дверь заблокируется и надо будет минимум сутки ждать следующего зелёного огонька… Да только тому все не почем. Санек вздохнул и еще раз огляделся, а вот и нужный человек…

– Эй, Митек! Тащи телегу сюда…

Митька один из первых уличных торговцев. С началом карантина магазины переформировались в склады с доставкой, и уличные торговцы выросли как грибы после дождя. Из великов, мотоциклов, машин, да ещё Бог весть чего мастерили тачки и продавали, перепродавали каждый что мог. Оно и понятно, многие потеряли работу, надо было выживать. Митек, был первым, теперь остался последним.

– Подгони-ка мне пивка пару ящиков, – Санек, зная Генкины аппетиты, не мелочился. Торговец кивнул и, радостно улыбнувшись, покатил свою телегу на склад.

Генка, сам начальник при погонах, мог спокойно вирт костюм на секретных уровнях просиживать. Но тянуло его по старинке на улицу.

– А тебя каким ветром к нам занесло, тут вроде все спокойно?

– Да, сейчас, везде «вроде бы» спокойно, – хохотнул Генка, – времена поменялись.

За последние несколько лет времена изменились уже два раза. С приходом вируса, чтобы избежать паники правительство срочно ввело карантин. Сначала все было очень хаотично и была масса беспорядков. Потребовалось дополнительные меры и постепенно сформировалась концепция блок прогулок и домашнего режима. Люди выходили в строго отведённое время. Замки блокировались автоматически и, имея красную лампочку, ты мог выйти лишь в экстренном случае, введя спец код. Территории для прогулок тщательно контролировались и охранными дронами и патрулями. Каждый носил защитную одежду. После прогулки ее сдавали на карантинную обработку при входе в подъезд. Там же выдавался чистый комплект на следующий раз. В соответствии с цветом был и прогулочный маршрут, обозначенный стрелками. Понятно, народ дерзил и работы у Генки было много. Доходило до крупных беспорядков и демонстраций против лишения прав и свободы личности.

Но вопрос был решён с приходом «Пирамиды». Новый улучшенный мир без антисептика и маски.

– Но это внешнее спокойствие. Но ты же знаешь, мне в наружке лучше думается, отдыхаешь мозгами, – уже серьёзно добавил Генка.

– Да, это факт. Мне без выходов крышу точно снесло бы, хотя большинство не жалуется, – Санек ещё раз взглянул на пустынные улицы и помрачнел. Анюты так и не видать.

– А где подружка твоя, – Генка будто мысли прочитал.

– Да запропастилось куда-то, жду…, – Санек втянул в себя сухой воздух биомаски и чтоб не разозлиться, сменил тему, – а про вирус что слышно, отменят этот маскарад? – молодой человек показал на свой костюм и респиратор.

– Пока нет, ждут как зима войдёт в права. Вакцину новую вводить будут. Да и «Пирамида» еще молодая, всего год прошел с массового подключения. Вдруг что случится, боятся, что народ опять наружу ломанётся. Так что терпим пока. Хотя, возможно есть варианты…, – Генка прислушался к звукам, доносившимся со стороны переезда. Через патрульную броню он мог слышать значительно лучше.

Санек напряг слух. По началу был слышен лишь монотонный бубнеж дронов, те периодически читали инструкции. Но, постепенно, он начал прятаться в приятных звуках пения.

– Неужто Харе Кришна*¹? Я их с докарантиновских времен не видел в наружке? – Санек удивился. Ребят давно уже было не слышно, не видно на реальных просторах.

– Ага, – Генка гоготнул, – сверху добро дали на эксперимент ихний, даже биозащиту разрешили снять. Хотя, как по мне, – начальник понизил голос, – надеются, что слягут экспериментаторы эти. В общем решили, пусть ребята лучше снаружи активничают, в «Пирамиде» меньше светиться будут. Народ начал на них внимание обращать, да и слушок пошел, что их из "Пирамиды" выкидывает. А на улицах народу мало, да и те ненормальные… Вон глянь профессор наш ими заинтересовался. Ходит, все приборами звенит. Их мантры некий уровень вибрации поднимает и с вирусом что-то происходит. Что…, пока неизвестно, но он вроде слабеет.

– Ого, вот это новость…

– Да, никто, только, в серьез не воспринимает и как оружие массового действия не предлагает, но нам то можно попробовать?

Щелкнули клапана, воздух лёгким шипением возвестил о разгерметизации…. Генка отстегнул респиратор от своей легкой уличной брони.

Из-за поворота наконец-то появились ребята. Кто-то играл на барабанах, кто-то на гармошке, были и музыкальные тарелочки. Мелодия набирала обороты. Главный зычным голосом задавал темп, а остальные задорно вторили ему.

– О, а вот и пропажа твоя нашлась, – тело Генки затряслось от хохота.

Вслед за ребятами танцуя шли девушки. Среди них Санек заметил и Анюту.

– Вот те нааа, – словарный запас куда-то подевался, хохотать Саньку, правда не очень-то хотелось. Было немного странно смотреть на девушку. И ещё немного страшно. Она тоже была без защиты…

За ребятами шла бригада из НИИ – научного инфекционного института – все в желтых защитных костюмах и масках. Кроме одного. Профессор Компотиков, обвешанный приборами, постоянно трепал свои и без того взъерошенные волосы и что-то записывал на диктофон.

Санек с удивлением смотрел на всю эту процессию переводя глаза с Анютиных покрасневших щек на общего друга Компотикова. Руки действовали автоматом, и он вслед за Генкой стянул респиратор. Девушка застенчиво отвела слегка виноватый взгляд… и плавно двигаясь в такт музыке прошла мимо.

– Ребята не поверите, работает, – профессор остановился около друзей, – это духовные вибрации, они и впрямь очищают материю.

Санек не понял ни слова, голова слегка кружилась от потока забытых запахов. Но Компотиков не ждал ответа.

– Ладно, я побежал, – профессор устремился вслед затихающей мелодии.

– Беги, беги, – Генка устало улыбнулся, – тем более тебе к гражданам по инструкции приближаться не положено.

– Ну что, Санек, держи, думаю, как раз вовремя, – Начальник патруля протянул разрешение на свидание, – Только учти, у них ограничение на живое общение две недели после выхода.

– Ладно, погуляем на улице, под защитой, нам так даже больше нравится, – ничуть не расстроившись сказал Санек.

За долгое время он был на воздухе без маски. Небритые, широкие скулы приятно холодил ветерок. Обилие запахов, казалось сняло пыльную плёнку с восприятия, как первый, так и второй уровень вирты померкли. Голова слегка кружилась.

– Сань, Сань, а Сань! – кто-то настойчиво толкал его в ногу. Такое мог себе позволить только Арчи. По его довольной морде можно было понять, что знакомство было удачным.

– Мы Иннокентию нашему котлет от Анюты обещали. А они ж, преданные**² – вегетарианцы. Как гурмана нашего уговаривать будем хозяйку принять?

Пёс так настойчиво, хотел донести свою мысль до хозяина, что чип Санька автоматом активировал «умного питомца». Генка скривился.

– Ох, уж эти новомодные штуки. Все никак не привыкну, что твой пес болтает. Без пива жуть берет, – начальник патруля потрепал собаку по холке, – лады, пора мне уже, натягивай респиратор, сейчас купол сниму.

Крепкий высокий Генка активировал броню.

– Смотри, Арчи не проболтайся…, – мигнул он напоследок собаке, – Спасибо за содействие, уважаемые граждане, – Генка козырнул и вновь спрятался за забралом.

Глядя вслед патрулю Санек спросил своего верного помощника.

–Так, так, что ещё ты про этих ребят знаешь? Преданных?

– Ну, да. В общем то немного. Поют они священные мантры. Звуки это духовные, и человека и все вокруг чистят. Но главное – все мы – живые существа, не тело, а духовная душа, частичка Бога.

– И откуда ты такой у меня умный? – Санек все ещё был в прострации, то ли от увиденного, то ли от свежего воздуха.

– Книжки читаю… И ихние тоже…

– Да ты ж давно глаза свои посадил на службе, врешь ты все…

– Мой чип не глупее твоего будет…, – обиженно пробурчал пес. Санек лишь хмыкнул и продолжил допрос.

– И что ещё пишут там?

– Что Бога Кришна зовут…

– Кришна? А ну как же иначе…

– Что, раз все живые существа частички Господа, то ко всем надо равным образом относиться…

– Это как?

– Ну ты меня и Кешку одинаково любишь? Ага… а надо еще так чтоб и Генку одинаково и Анюту тоже…

– Тебя, старый потертый хвост, и Анюту? – Санек попытался поскрести подбородок, да наткнулся на респиратор, – ладно, пошли, заодно и почитаем. Что за духовные вибрации и как это мне в вас равные частицы Кришны, рассмотреть:)

…

Где-то в глубине "Пирамиды", на самых нижних её уровнях плавными зелёным потомкам текла энергия, что питала её и поддерживала в ней жизнь. Неожиданно произошёл скачок. Небольшая красная точка влилась в поток. Хаотично двигаясь, она нарушила стройный ход потока. Зелёные линии, безобразно искривились, но затем обволокли точку и продолжили свое мерное движение.

ГЛАВА 2. Сюрпризы «Лабиринта»

Глеб погружался в «Пирамиду» все глубже. Головоломка никак не поддавалась. Она привлекла Глеба неким изяществом и не показалась сложной. Но стоило напрячь мозг чтобы разобраться, как головоломка будто ожила. Она то подпускала, маня разгадкой, то отворачивалась и решение ускользало. Глеб рискнул и углубился на уровень ниже. Он знал, это серьезная игра и много наблюдающих, но время пошло на минуты. Боевые отряды команды чуть удерживали точку. Его задачей было открыть проход «Лабиринта». И головоломка была ключом.

…

Глеб от природы высокий пока ещё сухощавый парнишка, мозгами был наделён недюжими. Работу в «Пирамиде» ему искать не пришлось. Его отец с приходом перемен организовал небольшой бизнес по сдаче приложений в аренду, и Глеб с удовольствием помогал отцу с отчётами, таблицами и прочей цифрой. Цифру он любил, и она отвечала взаимностью. Как-то засидевшись допоздна и немного потеряв ориентацию, Глеб устало откинулся на спинку кресла. Что-то не сходилось в последних данных, ошибка никак не проявлялась. Не отдавая себе отчёта, желая посмотреть на проблему с другой стороны, Глеб усилием воли развернул таблиц, перед глазами стали трёхмерные потоки цифр и графики. Работать стало легче, Глеб быстро нашёл несостыковку. С тех пор он часто так работал, понимая, что возможно и вторгся в некие рабочие зоны «Пирамиды», но ничего незаконного в этом не видел. Работать стало легче и интересней. И не только работать.

После работы Глеб не спешил покидать «Пирамиду». Закончил школу он уже во время карантина, но ни продолжать официальную учёбу, ни вить собственное гнездо пока не собирался. Он с лёгкостью освоился в мире цифры и, помогая отцу, чувствовал себя комфортно. Большинство времени он проводил в своей комнате, но в сложившихся условиях это было более чем достаточно.

Обычно, насидевшись с отчётами, Глеб зависал в «Пирамиде» на игровых уровнях. Со старыми школьными друзьями они устраивали командные баталии, но все же Глеб больше любил в одиночестве побродить по мирам ходилкам. Пропуская даже положенные прогулки в наружке. Мама слегка расстраивалась. Но понимала, со сменой мира это неизбежно и радовалась недолгим его выходам.

Синим колокольчиком мигнул мессенджер. Глеб глянул на друга. Его круглая физиономия расплылась в улыбке. В отличие от Глеба, Витька был очень общительный и всегда в курсе событий. Где какие поединки, кто на каком уровне подвис, кто какой подвиг совершил… Их школьный учитель пророчил Витьку будущее хорошего букмекера. Сам же Витек сводил компании вместе и с охотой участвовал в схватках.

– Пойдём, пройдёмся по «воздуху», – так ребята в шутку окрестили второй прогулочный уровень «Пирамиды». На него был допуск у каждого гражданина. Для входа и ощущения реальности было достаточно вирт очков, а теперь уже и чипа последней модели. А вот для игровых уровней высокой сложности требовалось дополнительные игровые модули.

– Встретимся, как обычно, порт 19?

– Добро, – ответил Глеб, открывая список доступных портов «Пирамиды». Они были подсвечены зелёным, не многочисленные оранжевые означали «запрос на допуск» в обработке. Девятнадцатый выводил на уютную площадь в окружении кафешек и небольших магазинчиков. Пройдя контроль – второй уровень общественный и здесь не допускаются искусственные аватары, все строго в соответствии с фото в паспорте – они вышли на вечернее солнце.

– Слышал последние новости? Наши в «Лабиринте» в полуфинал вышли. Капитан тебя опять в команду зовет. Следующие поединки будут сложными, а ты лучший отмычник. Может вернёшься? Призовой фонд хороший, да и уровень престижа на чипе отметят.

Это было неплохо. Высокий уровень давал больше свободы передвижения. Азарт приятно защекотал спину.

Глеб мысленно вернулся в «Лабиринт». Командная игра. Поединки сочетали в себе бои и головоломки. Те были ключами или отмычками, которые открывали очередной лаз лабиринта. Команда состояла из бойцов, они отвоевывали или удерживали точку. Ищеек, которые вынюхивали ход и отмычников, что этот ход и открывали.

Задумавшись, Глеб непроизвольно окунулся в рабочие зоны второго уровня. Он так часто проделывал этот трюк на работе, что соскальзывал уже автоматом. Витька расписывал ему преимущества участия, только стал прозрачным, видны были разноцветные потоки цифр. Красок было много. Они переливались и менялись, отражая эмоции. Неживые объекты: здания, окружавшие фонтан с распустившимися в нем каменными лотосами и скамейки вокруг, аккумулировали эмоциональный фон людей, но все же сохраняли свой нейтральный окрас. Глебу резко стало интересно, применить свой новый навык в игре.

– Да, я присоединюсь. Брось маячок Митяю, я с Вами.

…

Время было на исходе, но загадка никак не поддавалась. Боевой отряд плотным кольцом окружил точку прохода, все охранные уровни были сданы. Перебранки бойцов стали ближе и грубее. Глеб мысленно отключился от происходящего и вернулся к головоломке. Она была другая. Она будто хотела вытянуть ответ из глубины сознания. Логика пасовала.

Глеб посмотрел на лежащие перед ним предметы. Пять плоских дисков с отверстиями посередине. Пропорционально один меньше другого. Если сложить друг на друга, получится детская пирамида. Рядом стояли песочные часы в виде цилиндра и три точеных фигурки животных. Картину завершало жемчужное ожерелье. Оно и притягивало взор более всего. Но казалось абсолютно неуместным. Глубоко вздохнув, Глеб обошёл предметы по подуровням пирамиды, смотря как они переливаются разным цветом и как потоки цифр танцуют свой танец. Где-то они текли ровным строем, где-то сплетались в узоры, закручиваясь в спирали и петли. Глеб примерял, сверял, но никак не мог найти логики. Решение надо было искать внутри. Закрыв глаза, он полностью абстрагировался от внешнего мира и посмотрел на элементы головоломки мысленным взором. Часы. Он знал, что, если перевернёт их не и успеет собрать головоломку больше шанса не будет. Но его не будет и так, силы команды были на исходе. Глубоко вздохнув он перевернул часы и ещё глубже ушёл в себя. Глеб сидел в полной тишине. Ничего вокруг, чувства перестали воспринимать реальность, а ум наконец то успокоился. Поток времени в песочные часах, сейчас только на этом надо сосредоточиться. Время не только забирает, но и даёт. Даёт начало жизни. Казалось эта мысль активировала что-то, и Глеб отчётливо услышал слабый, но нарастающий звук, песчинки плавно шурша друг о друга опускались на дно часов. Звук дал начало процессу, Глеб представил перед собой диски, взял самый крупный и одел на цилиндр песочных часов. Звук изменился, чувство звенящей пустоты ушло, пришло чувство опоры и надёжности. Глеб плавно вдохнул. Он и не заметил, что так долго не дышал. Коснувшись следующего по размеру диска, Глеб ощутил какой он удивительно гладкий, лёгкий и прохладный. Диск плавно, будто перышко по ветру опустился на первый. И коснувшись его вызвал толчок воздуха. Глеб вздрогнул и открыл глаза. Верхняя полость часов все ещё была хорошо видна, песок медленно вытекал, но осталось ещё больше половины. От первого диска исходило молочное свечение, второй светил прозрачным голубым. Следующий по размеру мягко пульсировал оранжевым. Остальные два лежали беззвучным серым камнем. Шёпот песка обволакивал, лёгкий ветер шевелил черные гладкие волосы, чёлка упрямо падала на глаза. Не раздумывая больше Глеб взял третий диск. По телу разлилось тепло, наполнило его энергией, краски обрели небывалую яркость. Диск не хотелось выпускать из рук, до такой степени приятны были метаморфозы. Но от прикосновения диск стал нагреваться, накаляясь красным цветом, стало нестерпимо жарко. Глеб положил его на голубой. От соприкосновения полыхнула молния и послышалось раскаты грома, запахло озоном. Следующий диск ожил отражая, словно маленькая лужица, грозовые облака. Потоки дождя смыли жар. Глеб облизал пересохшие губы. Приятный вкус воды принёс облегчение. Диск застыл, переливаясь оттенками бирюзового. Но по-прежнему притягивал взгляд. Взору открылись картины сражений вперемешку с потоками цифр. Не давая себе увлечься Глеб опустил диск на часы.

Времени оставалось меньше половины. Хотя было невозможно сказать сколько его уже прошло. Вокруг разлилась приятная свежесть, в теле появилась мягкость, захотелось прилечь. Растянувшись на земле Глеб прижался к ней щекой вдыхая её аромат. Казалось он слышал, как в недрах зарождается жизнь и, прорываясь сквозь толщу, стремится наружу. Самый маленький диск нежно вибрировал, переливаясь будто первая трава на ветру. Опустившись на огненный, он закрыл собой часы, оставив небольшой стеклянный купол, и теперь лишь по еле слышному шороху песка можно было понять, что время ещё есть, хотя и бежит неумолимо.

Глеб на секунду расслабился и закрыл глаза, огромное напряжение покинуло тело. Казалось, Глеб впервые в жизни испытал настоящие ощущения, они были не сравнимо ярче, тех, что «Пирамида» дарила посетителям обычно.

Громкий звук вырвал Глеба из размышлений. Открыв глаза, парень увидел, как пробудились к жизни три фигурки. Огромный слон мягкой неспешной походкой прошёл мимо, на его матовой коже топорщились небольшие щетинки. Остановив мудрый взгляд на Глебе, слон, казалось, был готов ответить на любой вопрос. Но не дождавшись его, поднял хобот и издал громкий трубный звук. Пирамидка завибрировала и начала расти в размерах. На дисках начали прорисовываться узоры и уже можно было разглядеть множество фигурок людей, животных, растений.

За слоном последовал лев. Глеб сжался, когда глаза цвета расплавленного золота остановились на нем. Из открытой пасти по острым клыкам стекала слюна. Мышцы перекатывались под лоснящейся шерстью. Махнув хвостом, лев протяжно зарычал. От рыка повеяло такой силой, что все вокруг будто наполнилось его энергией. Диски пирамиды начали вращаться вокруг оси времени. Изображения пришли в движение.

Гигантская обезьяна, ловкими прыжками запрыгнула на верх пирамиды. Она скорчила гримасу, напоминая уродливого человечка и пронзительно закричала. Крик был наполнен такой тоской и безысходностью, что купол песочных часов лопнул. Диски пирамиды завращались быстрее перемалывая песок будто жернова. В песочной буре можно было ещё разглядеть безумный танец фигурок.

Песок застилал глаза, Глеб уже почти ничего не видел и понял – время на исходе. Он начал судорожно шарить руками в поисках последней части головоломки. Пальцы ощутили прохладу жемчужин. Он достал из песка ожерелье. Не зная, что делать, Глеб просто считал жемчужины, пытаясь что-то придумать. Но страх и неумолимое чувство безысходности сковали ум.

Вдруг все остановилось. Диски встали. Слон, присев на задних ногах, задрал хобот. Лев, оскалив пасть, смотрел на обезьяну. А та с безумной гримасой повисла на обломках стекла. Песок застыл в воздухе.

Глеб посмотрел на ожерелье в руке, на отсчитанные сто восемь бусин. Они дали ему эту передышку. Песок словно вата, не давал дышать и думать. Сосчитав последние Глеб усмехнулся. Шестьдесят четыре. Ровно как количество уровней в «Пирамиде». Это было слишком логично. Головоломка не примет его ответ. Он даже почувствовал её усмешку. Повинуясь внутреннему порыву Глеб выложил оставшиеся бусины в перевернутую восьмёрку знака бесконечности.

Песок мягко осел. Слон, лев и обезьяна подошли к пирамиде и с трех сторон поставили на неё гигантские лапы. Вращение прекратилось. Диски плавно въезжали один в другой. Пирамида постепенно вбирала в себя остатки песка и осколки битого стекла. Когда пирамида стала одним большим диском животные встали на него и посмотрели на Глеба. Каждый из них чего-то хотел. Глеб посмотрел на жемчужины, гладкие и прохладные они уютно лежали в его ладонях. Было чувство, что если он их отдаст, то потеряет что-то важное, но надо идти до конца. Сто восемь бусин он протянул слону. Шестьдесят четыре льву. Получив их одобрение, Глеб поднял взгляд на обезьяну. Та смотрела на него с лёгкой иронией, в руках ничего не осталось… Тут Глеба осенило, он же тоже часть головоломки, не задумываясь о последствиях он протянул обезьяне руку. На мгновение время замерло и потом опять с бешеной скоростью все закрутилось вокруг, застилая глаза и отупляя остальные чувства. Глеб терпеливо ждал, больше ему нечего было сделать. Внезапно все оборвалось. Громко перебранивались бойцы, в дымовой завесе витал запах гари. Глеба вернуло на игровой уровень.

Разжав ладонь Глеб посмотрел на ключ. Большая монета мягко вибрировала и светила золотом. На одной стороне Глеб рассмотрел цепочку животных и растений, что по жемчужной спирали шли к центру, её венчала фигурка человека. На другой пять кругов образовывали необычные узоры вязи.

Глеб поднял глаза. Митяй, грозный великан, капитан команды «Проныр» пристально смотрел на худощавого, покрытого испариной парня. Глеб даже в игре таскал свои старые потертые джинсы и любимую футболку. Это выглядело нелепо на фоне капитанской самоходной брони, но он знал Глеба со школьной скамьи и ценил за внутренние качества. Время шло на секунды, но Митяй ни разу не побеспокоил Глеба. В этом была его командирская сила. Он ценил каждого и вкладывал в него свое доверие, давая свободу. И ни разу не пожалел об этом. Как и на этот раз. Глеб протянул ему монету. Митяй, хлопнув Глеба по плечу зычно прорычал:

– Илья, открывай ход!

Илья, главная ищейка команды, просунул монету в щель на стене и лабиринт ожил. Стены пришли в движение и закрыли их от противника. Потоки свежего воздуха и шум дождя возвестили об открытии прохода на следующий уровень. К Глебу подошёл Витек. Его установка, что генерировала защитное поле дребезжала на каменном полу, из неё валил пар и казалось она вот-вот развалится. Выкатив её на землю, Витька протянул Глебу руку. Тот поднялся и принял улыбку друга.

– Да, мы запомним эту битву. Опять на последних секундах. Наши чуть отбились.

Боевой отряд прогромыхал мимо. Кого-то несли на руках. От брони шёл запах гари, большие капли зарождающегося дождя с шипением испарялись на горячей поверхности. Отдельно топали девчонки. Округлые формы их брони даже сейчас притягивали взгляд. Они были отличными бойцами. Но Глеба не покидало ощущение, что Митяй держал их в команде во многом из-за форм. Девочки-бойцы обычно держались в стороне. Но в критический момент капитан выпускал их в ближний бой и команда противника нет-нет, да теряла драгоценные секунды.

Глеб посмотрел куда их забросило. Они стояли на большом горном плато. Спереди откос круто уходил вниз, мелкие брызги и шум воды говорили о том, что там водопад. Все было покрыто буйной растительностью. Воздух пах влагой. Высоко в небе летали огромные птицы. А возможно и драконы. Если их занесло на Земли Драконов, надо вести себя аккуратно. С ними чрезвычайно трудно договориться. Их мышление невозможно понять, потому и убедить весьма сложно.

– Вы, ребята, на разведку, – прогудел капитан, – остальные отдыхать. Ждём вестника.

По приказу Митяя четыре фигуры отделились от группы. Осмотр периметра был скорее символичным. При выходе на новый уровень, игрокам давалась передышка. Вестник сообщал о результатах поединка и давал короткую вводную.

От небольшой стаи отделились крылатая фигура и направилась в их сторону. Нет. Это были не драконы, драгнары – существа, имеющие кровь общую как с драконом, так и с человеком. Это уже лучше, с ними проще договориться. Глеб смотрел как грациозно движется в воздухе гибкое тело. По изумрудным чешуйкам ручейками стекала вода. Драгнар явно резвился в грозовом облаке.

– Приветствую Вас в мире Свергнутых Небес, – язык у драгнаров был шипящий, отчего он немного зловеще тянул «с», – что привело Вас сюда?

Странно, это был не вестник. Такое случалось, но редко. Надо было импровизировать.

– Мы слышали, что мир ваш настигли проблемы, – Митяй обожал импровизацию, это игра и здесь по-любому должны были быть проблемы, – возможно мы сможем помочь.

– Любой мир полон проблем, – зеленое существо чуть было не обломало капитана, но принюхавшись драгнар продолжил, – хотя… я чую в тебе чистую кровь человека, возможно ты и вправду сможешь помочь.

Глеб старался прислушаться к диалогу, но понял, что голоса становиться все глуше. «Пирамида» опять его выталкивала. В последнее время это случалось все чаще. Глеб не стал сопротивляется, он слишком устал. Послав Митяю сигнал о выходе, Глеб один за другим миновал уровни «Пирамиды» и открыл глаза в своей комнате. Расстегнув вирт костюм, парень растянулся на матрасе. Глеб убрал с глаз чёлку и прислушался к звукам квартиры. Доносился звон посуды и приятные ароматы. Он вспомнил, сегодня гости. В условиях карантина люди практически перестали посещать друг друга в живую. Но мама с папой обожали общение и старались вытягивать детей из виртуалки. Поэтому постоянно выбивали разрешения на гостей. Сейчас Глебу показалось, что это очень хорошая идея.

…

– Он выходит, Петр Николаевич, «Пирамида» не может его больше удерживать. Задержать его?

– Не надо, все прошло хорошо. Это и так была большая нагрузка. Что это была за головоломка, логическая или живая, а Петя?

Два друга Пётр Николаевич и Петя, так уж получилось, были учредителями игры «Лабиринт». Постарше, отвечал за внешний менеджмент, крупный мужчина внешне выглядел очень спокойно, но цепкий взгляд выдавал колоссальную работу, что происходила внутри. Младший был на десяток другой лет моложе, ещё тот гулена, но с упоением погружался в работу и знал все внутренние детали.

– Живая конечно. На этом уровне со статичными загадками не интересно. Там или логика, или набор знаний, скучно… а за этими наблюдать одно удовольствие, открывается внутренний мир человека.

Ребятам также принадлежала разработка приложения «Умный питомец». И в основу живой головоломки был взят тот же принцип. Программа просматривала виртуальную историю человека, его интересы, случайно просмотренные статьи, видео и на основе этих данных создавала ребус. При этом здесь не было никакой логики. Человеку надо расслабиться и погрузиться во внутренний мир. Вытянуть из тёмных уголков памяти нужные клочки информации. И интерактивная головоломка подстраивала события под ход мыслей человека.

– А что с его межуровневыми походами? Анитта, солнышко, ты держала его хорошо?

– А то как же, – Худенькая девушка лет тринадцати, четырнадцати, сняла свой виртуальный шлем. Дочка Петра Николаевича обладала потрясающей стойкостью к воздействию на мозг «Пирамидой» и могла оказывать защиту другим, – я держала его все время, никто из «Пирамидчиков» не заметил его скачки, ручаюсь, – она довольно улыбнулась

Глебу несказанно повезло, что его несанкционированные походы по уровням и подуровням «Пирамиды» первой заметила команда «Лабиринта». Они взяли его под колпак и пока наблюдали. Будь это служба безопасности самой «Пирамиды», парня вполне вероятно ожидала чистка мозга.

– Он так долго не протянет – станет слишком заметным. Он так активно шарится по рабочим уровням, что ему все трудней воспринимать виртуальность реальной, мозг не принимает «Пирамиду» и она выбрасывает его, – подал голос младший Петя, – а до уровня нашей Анитты ему не хватает ни опыта, ни подготовки, – он ласково глянул на девочку, та была ему как младшая сестра, – хотя потенциал хороший.

– Пап, ну давай возьмём его, – Анитта поправила локоны. Из-за долгой работы в шлеме те выбились из тугой косы. Тёмные волосы отлично смотрелась на милом голубом платьице чуть ниже колен. В отличие от вирт шлема, который казался несколько неуместным. Но девочка была столь обаятельна, что этот гигантский атрибут только придавал ей очарования.

– Да, я уже думал об этом, – отец мог бы поддаться на чары дочери, да сам был того же мнения, – хороший парень.

– Присматривай за ним, если что, бери под колпак, докладывай обо всех перемещениях, особенно если выйдет в наружку, – сказал Пётр Николаевич Володе, их помощнику, – я на связи и подумаю пока как к нему подойти.

Петя довольно подмигнул Анитте. Их команда росла, а вместе с этим и силы. С появлением «Пирамиды» они сразу подключились к её жизни. Но в начале произошёл непонятный скачок. Петя был отличным аналитиком, он понял, что ход развития грубо поменяли и его пугала растущая власть «Пирамиды». Разобраться во всем стало его целью.

ГЛАВА 3. В поисках любви

На день раньше, до полуфинала в «Лабиринте»

Санек смотрел на мир за окном. Тот обрёл новые цвета, всё казалось невероятно насыщенным. Толи дождь, что недавно прошёл, был тому причиной, толи недавний глоток свежего воздуха. Потрескавшиеся краски на детской площадке ярко переливались в лужах, качели мелодично поскрипывали. Потускневшие рекламные щиты играли с ветром обрывками плакатов. Тот трепал листву деревьев, что окрасилась в нарядные осенние цвета. Голуби и дрозды облюбовали насесты охранных дорнов. Людей на улицах можно сосчитать на пальцах, а вот крылатых меньше не стало. Даже дворовые коты умудрились выжить. Санек повернулся к Иннокентию:

– А ты не хочешь пойти прогуляться, Кеша?

Кот ловко запрыгнула на подоконник:

– Да, можно, погодка то хорошая… А ты что такой задумчивый, хозяин?

– Да, мир нынче сложный…

– Мир, он простой, – кот ухмыльнулся, – это Вы, люди испокон веков все усложняете. Сердце свое не слушаете, на зов не идёте.

– А ты, штоль, на зов сердца идёшь, а Иннокентий? – Арчи не упустил шанс поворчать, – иль по весне за сердцем следуешь. А когда на кашу ворчишь, тоже сердце слушаешь?

– Ах, Арчибальд, пища она разная бывает, есть и для пользы тела и души. Вот приедет к нам Анюта начнёт нас пищей духовной кормить.

– Вот те на, а мы то думали тебя котлетами соблазнять, а ты по духовной значит пище соскучился, – Арчибальд вильнул хвостом, – знаешь, я тоже в собачьем теле засиделся… стану человеком, собаку себе заведу – Арчибальд мечтательно разинул пасть, вывалив язык наружу.

Вольная интерпретация только что прочитанных статей немного насмешила Санька. Но на долго погрузиться в чтение он не смог. Душа требовала деятельности. Санек решил полазить по своим старым тусовкам. Там возможно и узнает больше об Анютином новом увлечении.

Первым делом он направился в любимый «Т. Р. Ю. М», кафешку на четвёртом уровне. Войдя Санек кивнул, приветствуя старых приятелей. Здесь тусили музыканты, писатели, мелкие кино продуценты. Люди творческие, да или те, кто хотел глянуть на мир под другим углом. Сев за барную стойку и заказав себе стакан холодной «Лимки», молодой мужчина оглянулся по сторонам. Взгляд остановился на долговязой фигуре в тонких драных джинсах. Джинсы по последней моде кое где светились неоновыми нитями. Антон, хотя все его звали Кордом, оживленно жестикулировал болтая в вирте, но увидев Санька подскочил к нему.

– Привет, Богатый, давненько, тебя не видел. Скучаю по твоим вечеринкам, – широко улыбаясь Корд распахнул цифровые объятья.

Санек, хоть лидер по натуре, не усидел ни в одном директорском кресле и нашёл себя в организации разного рода мероприятий. В том числе и андеграундских тусовок. Кто-то однажды ляпнул, «богатый на идеи». Идеи где-то затерялось, а Богатый прилипло. Молодые ребята тянулись к нему, он легко находил язык между поколениями. Конфликты, что были частью такой работы, быстро им разрешались. Видимо причиной служила все та же пресловутая «незашоренность сознания».

Корд, рок музыкант нового поколения, не представлял жизни без музыки и тусовки. Даже в «Пирамиде». Санька же вирус и последовавший за ним карантин поймал за размышлениями о смысле жизни. Рутинная работа в «Пирамиде» дала ему долгожданную передышку, возможность погрузиться в мысли под монотонный поток цифры.

Кровь вновь забурлила после встречи с Анютой.

– Да, вечеринки были славные, только душа большего хочет, – улыбнулся в ответ Санек и обнял приятеля, – ты все тусишь? Как муза? «Пирамиду» терпит?

– Да, что ей музе, она что в вирте, что в наружке, все здесь сидит, – длинноволосый парень похлопал себя в области сердца, – ей любовь нужна, тогда и творить можно.

– Да я тут тоже в поисках любви одной темой заинтересовался. «Харе Кришна», слыхал?

– Ого, Богатый нашёл кому сердце отдать, – глаза Корда блеснули в неоновых огнях. Закулисная, как, впрочем, и кулисная жизнь была щедра на представительниц прекрасного пола. Но ни одна не коснулась сердца Санька.

– А этих ребят…, да, слышал …люблю их. Пару раз совместные концерты проводили. Тусовки небольшие, но заряд позитива взрывной.

– В ближайшее время будет что? – Санек решил, что познакомиться поближе будет не лишним, – Кинь мне проход, как еще соберётесь.

– Считай сделано, хотя ты и сам мог такую тусовочку организовать, было бы клево…

– Хорошая мысль…, – Санек был доволен, что закинул удочку, – Что ещё слышно на наших просторах?

– Да затишье с тусовками. Всё только и обсуждают, что "Каплю БЕССМЕРТИЯ", многие повелись, меня, правда, туда не загонишь. Мне овации настоящих людей нужны, а не моих фантазий…, – Корд отхлебнул некой фиолетовой жидкости отчего в глазах тут же заплясали огоньки того же цвета.

– Что за проект? Мне реклама приходила, да пес брошюру сожрал, – отчасти это была правда. С той лишь разницей, что он сам скормил Арчи надоедливую рекламу. Санек слышал о проекте, но хотел послушать, версию тусовщика.

– Углубленное погружение в "Пирамиду". Ты вот, когда виртишь, понимаешь, пусть и задним мозгом, что на деле на диване пятую точку греешь. А там полное отождествление с виртой. Причём мир сотворят тебе под стать. Будешь там хоть звездой богемной, хоть Богом. Тело погружают в саркофаг. Оно там чуть ли не вечность храниться может. Вот так в грезах и витаешь. Там ещё алгоритм разумный. Мир в соответствии с желаниями меняется, – музыкант сделал ещё глоток, – в общем жуть полная… Да и стоит уйму денжищ. Но почти вся наша золотая молодёжь туда слилась и многих своих приживал за собой утянула… – Корд покачал головой, – такие дела, Богатый. Я рад, что ты зашёл, сейчас нормальных ребят мало осталось, – грусть проступила в глазах парня, руки бессильно опустились на колени…

Санек минуту молчал, много в жизни поменялось, но родство душ на то и есть родство, чтоб друг друга чувствовать.

– Слушай, Корд, а может ты сегодня выступишь, сто лет тебя уже не слышал, – Санек похлопал приятеля по плечу, отчего столп неоновых искр взвился в воздух. Он на самом деле соскучился по его песням.

Глаза музыканта опять полыхнули фиолетовым.

–Эй, Капитан, дайка нам два фирменных и запиши меня на следующее выступление! – бармен, он же хозяин заведения радостно зазвенел бутылками. Если Корд выйдет на сцену… Эх, шоу, а значит и прибыль обеспечены.

Толстые стенки стаканов глухо стукнулись друг о друга. Ледяной напиток обжег горло.

– Ну, специально для тебя, – серая с серебром шкура легла на плечи артиста, на глазах от уха до уха появилась чёрная полоса. Мягкими шагами Корд подошёл к микрофону, струны гитары зазвенели, глубокий хриплый голос сквозь уши проник в самое сердце.

За кровавою нитью, что судьба оставляет

По осколкам иллюзий я тебя настигаю…

Миллионы столетий все иду я по следу,

Я ищу твою душу, нахожу я лишь тело…

Санек закрыл глаза, события сегодняшнего утра пролетели перед глазами и смешались с текстом песни. Ничего не понимая, Санек видел странные образы, что звали его куда-то. Неожиданно холодный порыв ветра коснулся лица, щеки защипало будто он оказался на жутком морозе. Санек открыл глаза, вокруг лежал снег, он покрывал маленькую поляну и скалы, что её окружали. Свет луны, отчего то того же фиолетового оттенка плясал бликами на ровной без единого следа поверхности. В конце поляны виднелась расщелина, из которой и веяло стужей. Оттуда же доносился лёгкий скрип. Санек не сразу понял, что это чьи-то шаги по снегу. Настолько они были легки …

Через боль наслаждений, что сплелась в паутину

Увязая в столетьях вновь покажешь мне спину

И в песках возрождений ты погряз уж навеки,

Я опять не успею, опущу я лишь веки…

Жар зародился где-то в груди, снег вокруг Санька начал таять, шаги были все ближе…. Саньку даже почудилась здоровая волчья морда, что выглянула из расщелины.

Вдруг видение пошло цифровыми помехами и пропало. В верхнем левом углу замигал оранжевый позывной – срочное сообщение от Генки: «Волки молчат, но воют на луну». И тут волки… С трудом до Санька дошёл смысл послания. Сегодня Генка не придёт, о случившемся лучше молчать. Чёртов коктейль, да ещё под громовое пение Корда. Глюки были на редкость реальными. Да, давненько он не злоупотреблял.

Постепенно сознание вернулось, хоть и необычно легкое. Алкоголь в вирте обладал несколько иными свойствами. К этому времени зал заполнился. Выступления старого приятеля и впрямь славились.

Но на сегодня Саньку хватит впечатлений. Свежий воздух, глюки. Хотя… Вечер освободился, разрешение на свидание жгло руку. Санек быстро написал Анюте. Не хочет ли она выйти в наружу. За день второй раз. И в этом они с Анютой сходились. Она тоже обожала реальный мир с его неподдельной красотой. «Да» пришло через пару минут.

– Был рад встрече, – Санек мысленно помахал музыканту.

– Давай, удачи, – пришло в ответ, музыкант мотнул шевелюрой и с новой силой ударил по струнам.

Сквозь разбитое сердце ты ушёл в свои грёзы,

Не сумел попрощаться и оставил лишь слезы…

Жизнь за жизнью скитаясь не теряя надежды,

В глупых поисках счастья тел меняешь одежды

Слова напоследок обожгли нутро, Санек вышел из «Т. Р. Ю. М»а и быстро прошёлся по порталам до нулевого уровня. Снял очки, яркость красок по-прежнему поражала. Действие коктейля должно было закончиться. Значит все же свежий воздух. Санек вздохнул стерильной запах своей квартиры. Да, не то.

Арчи и Кеша тихо спали, Санек, стараясь их не будить, принял душ и быстро оделся. С выбором не заморачивался, все едино под комбинезоном, будь он неладен. Но все же придирчиво оглядел себя в зеркало. Молодой хорошо сложенный парень. Взгляд необычных янтарного цвета глаз, вновь обрёл былой задор. Живя по ту сторону тусовок, видный молодой человек мог бы сполна насладиться женским вниманием, но разочаровавшись, оставил поиски. Теперь сердце вновь бешено стучало и глаза невольно выдавали волнение.

Санек выслал Анюте код разрешения на свидание. Сам ввёл его, замок щёлкнул, выпуская в тихий сумрак подъезда. Санек знал, что Анюту придётся подождать, но сил сидеть дома не было. Глядишь, ещё эти два оболтуса проснуться.

– Уж лучше глотнуть воздуха, – ухмыльнулся Санек, натягивая респиратор.

Вечерело, окна домов горели разноцветными огнями. Санек задумчиво представил всю массу страстей, что скрывается за этим тихим беззвучным светом. Вереница окон напомнила ему поток цифры, что преобразуясь в «Пирамиде», дарит людям то радости, то печали. Санек глянул в сторону анютиных окон, там ещё горел свет. Он двинулся в её сторону.

– Никак на свидание идёшь? – звеня бутылками на тележке подкатил Митя, – пивасик когда заберёшь?

– Ах, да. Вот после и заберу, – Генка не сегодня, так на днях заскочит. Хороший запас не помешает. – Как ты, Митек, лицензию продлили?

– Продлили, ещё на полгода. Так что из карантина точно столько же не выйдем. А барышню свою не хочешь порадовать?

Митя открыл некую дверцу сбоку тележки и достал огромный букет красных роз.

– Немного шаблонно, конечно, но в нашем случае, будет неожиданно.

Неожиданно, это мягко сказано. Санек года два не видел живых цветов. Всё нынче цифрой стало.

– А где ж ты раздобыл? – Санек был бы рад одарить Митька щедрой улыбкой, да респиратор мешал. Хотя аромату роз это было не помехой, – Сколько с меня? – продолжил он.

– А это мне Фёдор помог. Ты хороший парень, Саша. Болеешь за мир, все думаешь, как его лучше сделать. Сочтемся, не переживай. Анюте привет.

– Спасибо! Дайка мне ещё пару баночек «Лимки», да орешков этих, Анютиных любимых.

Над ухом приятно звякнул колокольчик. Посмотрев в сторону Анютиного подъезда, Санек увидел знакомую невысокую фигурку. Респиратор и защитные комбинезоны обезличивали людей. Издалека лишь слегка угадывалась стройный силуэт. Анютино лицо до сегодняшнего утра Санек знал лишь по аватаркам, но вот глаза, глубокие бездонные. Он утонул в них при первой встрече.

– А что это у тебя за спиной? – он услышал знакомый мелодичный голосок. Анюта была болтушкой, но Саньку нравилось. Он отдыхал под её милые рассказы.

– Это тебе, – Санек протянул Анюте букет роз.

– Ух ты, настоящие, – Анюта округлила от удивления глаза, – уже только ради этого стоило выйти…. Не говоря о встрече с тобой, – после небольшой паузы добавила девушка, – куда пойдём?

Кафешки, бары, рестораны давно перекочевали в «Пирамиду». Но молодой паре они были ни к чему. Ребята вдоль и поперёк исходили периметр для прогулок. Им не было скучно на этом небольшом кусочке земли. Мечты уносили их далеко.

Анюта шла, обняв букет и рассуждала о том, что хотела бы сама научиться выращивать настоящие цветы.

– Ты знаешь, настоящее никак не сравнится с тем, что нам «Пирамида» предлагает. Вот мы с тобой из «Пирамиды» сбегаем, а она таких не любит. Я уже чувствую какое-то давление. Слышала, как людей из вирты выкидывает. Просто «Пирамида» отторгает. Я исследовала этот феномен. Вроде для тех, кто хорошо понимает, что это не настоящая действительность, создаётся как бы эффект привыкания и ум уже не ведётся на виртуальную картинку.

– Интересно, меня пока не выкидывало. Слышал твои новые знакомые тоже не могут в «Пирамиде» задержаться.

– Кто может, кто нет, от уровня восприятия зависит. Я так на них и наткнулась, когда про этот эффект читала. А потом вспомнила, как они по кварталу ходили. Взяла их книгу, почитала, открывается удивительное понимание. Я вот принесла. Тебе понравиться.

Анюта протянула Саньку книгу, завернутую в герметичный пакет. Милый подарочный бантик с бабочкой весело, хоть и немного неуместно, пристроился в верхнем углу. И глянула на Санька. Глаза светились озорством.

– Я бы вздохнула их настоящий аромат, – Анюта поднесла букет роз к респиратору, – слушай дронов не видать, мы с тобой люди неприметные, давай попробуем, – глаза заблестели ещё больше, – тем более, что мантра действительно работает, и вирус слабеет.

Санек мысленно нащупал чип и усилием воли отключил его. Анюта слегка подняла глаза вправо, он понял – она тоже вышла из зоны наблюдения. Они и раньше отключали чипы, не на долго можно, не привлекая к себе внимание. К парочкам относились снисходительно. Но можно и на патруль нарваться.

Взгляд Анюты стал серьёзным.

– Ты знаешь, в последнее время появились случаи и их количество растёт. Когда человека выкидывает и у него сразу же проявляются симптомы заражения, есть даже летальным исходы. Такое возможно и с нами, пожалуйста, запомни эту мантру и повторяй её если почуешь неладное.

Анюта произнесла несколько повторяющиеся в разной последовательности слов.

– В книге лежит записка, – Анюта улыбнулась и в глазах вновь заплясали весёлые огоньки, – А теперь я вдохну настоящий аромат.

Один за другим девушка расстегнула ремешки, сняла респиратор и зарылась носом в букет.

Санек же просто стянул маску, сердце стучало все чаще, свежий воздух снял плёнку с чувств. Он подтянул Анюту за руку, та протянула ему букет, открыв лицо и улыбнулась настоящей, не виртуальной улыбкой.

– У тебя глаза цвета весеннего неба, – Саньку казалось, что Он вот-вот утонет.

–А у тебя цвета солнца. Небо и солнце встретились, – Анюта позволила привлечь себя немного ближе.

Слова остались где-то позади, что никакой вирус ему не страшен, что собирается для неё концерт организовать. Эх, ладно, сюрприз будет… Парень прижал девушку вплотную. Тепло тела, пробившись сквозь защитную одежду, заполнило сердце, он заглянул еще глубже в глаза невесты – да, уже можно признать этот факт. И без труда нашел ее губы.

…

Прохладный осенний воздух щекотал ноздри, заполняя лёгкие и выгоняя спертый запах карантина. Парочка пристроилась на детских качелях. С лёгким шипением открылась банка газировки. Обычно они расставались и устроившись каждый в своём кресле, выходили на первый уровень. Так пили напиток и болтали на прощание. Сегодня они не спешили включать чипы.

– Эта мантра волшебная, она убирает не только вирус, но и страх из сердца, – Анюта весело улыбалась, – как ты себя ощущаешь?

Санек не был так уверен, что именно мантра придала ему бесстрашия, он лишь иронично улыбнулся, но не стал спорить. Глаза Анюты немного сузились, выдав, что она заметила иронию парня на ее слова. Но промолчала.

– А как ты думаешь, существует в мире бескорыстная любовь? – решила сменить тему девушка.

– Конечно, – Санек будто понял к чему ведет невеста и опять прижал ее к себе.

Но девушка отстранившись продолжила.

– А знаешь, я прочитала, что бескорыстная любовь может быть только к Богу, а между людьми обычно все сложнее и всегда есть мотивы, пусть порой и не явные.

Саньку не совсем понравилось куда это клонит девушка. Она же просто рассуждала:

– Примером самой бескорыстной любви служит чувство матери к ребенку, но даже здесь мне часто приходилось сталкиваться с другим отношением, – Анюта была автором детских книг, часто общалась детьми и родителями, – Зачастую там и не пахнет бескорыстием. Родители слишком много ждут и требуют от детей, – Анюта грустно посмотрела на небо. Его потиху начали затягивать тучи.

– Да ладно тебе, Анюта, – Санек не совсем понял, чего девушка так расстроилась, – ну нет бескорыстия, и ладно. Да, это правда, мы все чего-то ждем взамен, и даже переводя бабушку через светофор, ожидаем ощутить себя благородным чуваком. Это нормально.

Санек немного отвлекся. Почему он вспомнил как помогал старушкам переходить дорогу? Видимо хотел ощутить то самое чувство. Но как-то резко пришло понимание, что с приходом карантина, бабушек на улицах не стало.

– Да не хочу я так, – Анюту явно расстраивал этот факт, – не хочу жить в корысти. Всегда считала себя доброй, а теперь понимаешь, что делаешь добро только чтоб себя такой исключительной чувствовать.

– Ты слишком загоняешься, это не самый страшный порок, – тон молодого человека стал серьезней, – откуда вообще такие мысли в твоей прекрасной голове.

– Читала, в книгах, что мне преданные дали, – в глазах Анюты явно читалась надежда.

– Это твои новые знакомые? Не бери близко к сердцу, Малыш, ты все еще слишком наивная и неопытная, да мир так устроен и это нормально, – тон Санька явно говорил, что уже пора и закончить эту тему.

– А ты вот опытный уже? Да? – лицо девушки залила краска, Санек тут же понял, зря он сболтнул про горячих девчонок, что прохода не давали на работе.

– Послушай, это другая история, а? – неожиданно для себя он разозлился, – и тебя не касается. Ты чего так повелась то на их истории? Ведь знакома не больше недели.

Анюта не проронила в ответ ни слова. Санек понял – это было провалом. Он попытался схватить девушку за руку. Но та легко вырвалась и развернувшись поспешила в сторону своего подъезда. Сенек успел заметить, как заблестели от слез глаза.

…

Санек злился. Их первая ссора. Зайдя домой услышал знакомую болтовню.

– Ох и вкусные ж у них пирожки, – Арчи и Кешка еще не поевшие, развивали тему, поднятую накануне.

– Это точно, – Арчибальд тоже был голоден, – Они, в «Харе Кришна» молодцы. Кормят много и вкусно. Помнишь, ещё до карантина ездил один. Как он себя…? Бхакта*³ называл. Фургончик свой припаркует, разложиться и готов бар на колёсах. Как крышки с кастрюль поднимет, даже голуби слетались. Нас тоже кормил, да приговаривал: ешьте, мои хорошие, в следующей жизни человеком родитесь, говорить научитесь, Кришну прославлять будете, – Арчи рассмеялся, – Вот мы с тобой, Иннокентий, так наелись, что и следующей жизни не дождались. Заговорили. Осталось только про Кришну узнать. За что Его прославлять то…

– Эх, мне бы просто покушать да про Кришну послушать…, – котяра сладко зевнул и вытянул лапы вперёд.

И эти туда же. Мрачные мысли не отпускали. С чего это он так завелся. Анюта посчитала кого-то умнее чем он. Да мало ли кто умнее. Умников хватает. Нет, будоражило то, с каким восторгом она говорила. Санек прошел на кухню, взгляд остановился на ящиках с пивом, но все же заварил себе чаю. Хорошего ароматного. Это Ленка, соседка с девятого подогнала. Они любят в деревню ездить, травы собирать. Эх, а он ведь хотел Анюте день на природе предложить.

Чашка остыла и опустела, нервы успокоились. Вот же вспылил, может от свежего воздуха и переизбытка эмоций? «Там, где есть двое, всегда будут трения…» Всплыла фраза, что прочитал накануне молодой человек, изучая преданных. Жаль он упустил продолжение. Санек решил кинуть сообщение Анюте, да не мог найти слов. Вроде и ничего неправильного не сказал, но как-то неправильно сказал…

Санек наложил каши питомцам. Заварил вместе с чаем. Они покрутили носами, но начали есть. Санек искренне надеялся, что не далек тот день, когда они дождутся хозяйку дома. Все дальше тянуть нельзя. Он нацарапал Анюте, что зря он так и что ждет следующей встречи. Затем блаженно откинул голову на подушку. Надо встать пораньше. До работы он хотел заглянуть к Генке.

ГЛАВА 4. Тайны «Пирамиды»

Геннадий Николаевич сидел, закусив губу, пальцы неслышно отбивают простой ритм на столешнице. Ситуация усложнялась, как внутри «Пирамиды», так и снаружи.

Его ребята, что патрулировали город, докладывали о растущем недовольстве людей. Граждан, что устали от карантина было меньшинство – основная часть населения с радостью зависала в вирте, но этот небольшой процент был весьма активным. Множество протестов и призывов как в реальном, так в виртуальном мире. Поэтому на фоне внутренних проблем «Пирамиды» это могло послужить катализатором для роста уже глобальных неприятностей.

Набирала обороты и пропаганда поголовной вакцинации. Так верхи надеялись успокоить народ. Но и тут все было не просто. Сторонники кричали – что так долго. С другой стороны, противников было не мало. Они считали задуманное надувательством и покушением на свободу человека. Их обращения игнорировать вакцинацию заполнили вирт просторы. Да и на улицах города листовок и актов протеста хватало.

А вот в «Пирамиде» созрел реальный фурункул. Новый баг – головная боль разработчиков. Как ни старались программисты, «эффект привыкания» набирал обороты. Со временем мозг человека адаптировался к вирте и обмануть чувства становилось сложнее. Изначально это касалось лишь мизерной части населения. Нравственно и духовно богатые люди не погружались на все сто, понимали, что мир цифры – это иллюзия и могли контролировать процесс погружения. А основной люд отдавал чувства без остатка, проваливаясь в цифру человек жил в вирте, не осознавая ее нереальность. Но физиология дала о себе знать и людей начало выносить против их воли. Вводили новые технические средства, сверхчувствительные костюмы, чипы высокой проводимости. Но это лишь борьба со следствиями. Устранить причину не получалось.

Левое запястье завибрировало. «До работы заскочу…». Лицо немного расслабилось, визит друга – это весьма кстати.

…

Оторвав голову от подушки чуть раньше обычного, Санек глянул за окно. Серые низкие тучи спрятали солнце. Выведя сводку погоды перед глазами, парень понял, что начавшийся вчера дождь затянулся надолго. Ну, это еще ничего, на душе было паршиво так, что погода показалась просто сказочной. Молодой мужчина проверил входящие, от Анюты ничего не было. Зная, что ответа не будет, Санек все же набрал ее номер еще раз. Досаждать не будет, но настойчивость проявить надо. Сбросив на восьмом гудке, Санек глянул на непривычно молчаливых питомцев. Оба взобравшись на диван осуждающе смотрели на хозяина.

– Да, знаю я, – бросил им Санек и прошел на кухню. Время поджимало, заварив привычный набор из кофе и каши, молодой человек сбегал в душ и плюхнулся в уютное вирт кресло. Стоп! Уютное? Удобное несомненно, но вот чтоб уютное. За мыслями об Анюте, Санек совсем пропустил свои ощущения. Его холостяцкая квартира, обычно вызывающая у него скуку, выглядела вполне сносно и даже приятно. А вот первый уровень наоборот удивил. Вирт вещи, что разбавляли обстановку, наоборот казались уж больно искусственными и неуместными. Да уж, это явно не к добру… Ладно, потом разберёмся. Он прилег в вирт кресло, работать надо долго, на диване кости замлеют. Тело приятно погрузилось в мягкую, теплую, слегка вибрирующая поверхность. Санек был немного консерватором и отдавал в работе предпочтение очкам, хотя чипы уже позволяли виртить и без них, выводя информацию на сетчатку глаза.

Привычно пройдя авторизацию через общественный портал молодой человек зашел на второй уровень. Сюда перекочевала практически вся людская жизнь. Это и работа, и покупки, и развлечения. При этом многие из «зданий» были лишь стойкой регистрации. Как и бизнес, так и развлечения уходили порой на многие уровни вниз, располагая собственной системой порталов. Были и общественные, что предоставляли доступ в прогулочные зоны нижних уровней. Хотя проход предоставлялся туда не каждому.

Санек смотрел на окружающий его цифровой мир и не мог избавиться от ощущения, что надо бы протереть очки. На периферии зрения постоянно мозолил глаз эффект глитча. Картинка шла помехами и немного двоилась. Да уж, надышался свежего воздуха. Гляди, сейчас выкинет. Беспокойство слегка зашевелилось, поднимаясь к горлу. Он быстро набрал Анюте. Беспристрастные гудки монотонно отмеряли время, что стремительно уходило. Один, два, три звонка… Черт бы побрал эту ссору… «в «Пирамиду» не входи!» – зло скинул сообщение. Санек сделал пару глубоких вдохов, но ожидаемого успокоения не наступило. Понимание, того, что легкие наполняет стерильный воздух квартиры никак не могло вытесняться картинкой иллюзорного мира. Такой сладкой, что аж противно стало. Молодой человек пристально всмотрелся: улыбчивые прохожие, улицы благоухают свежестью, дома только-только покрашены. Вывески и витрины призывно сверкают в утреннем солнце. Солнце… да за окном дождь и погода противнющая. Санек зажмурился, пытаясь успокоится и, открыв глаза, уставился на серые тучи за окном. Стремительно пришло осознание. Его выкинуло. Обычно, чтоб выйти из «Пирамиды» надо идти порталами до первого уровня, а оттуда уже на выход. Так вот оно как, получается на прямую можно.

Кешка и Арчи смотрели в окно. Кот лениво водил глазам вслед голубям. Пес же что-то тщательно рассматривал внизу. Ага, нечем противозаконным в его отсутствие не занимаются. Саньку даже грустно стало, что не зачем таким не застукал. Он гоготнул про себя. Это, что у него на стресс реакция такая?

Еще раз втянув воздух поглубже, парень задумался. Времени мало. Надо возвращаться. Интересно, как быстро обнаружат его отторжение «Пирамидой» и что за этим последует. Это еще одна гирька на чаше визита к Генке. Пора бы уже Саньку парочкой липовых событий обзавестись. Чтоб не надо было на поклон каждый раз к товарищу бегать, когда историю подчистить надо. Он же собственно и предлагал…

Надев очки, Санек мысленно вошел в «Пирамиду», и, вот черт, оказался сразу на втором уровне. Без портала и авторизации. Да, тут уж было чему боятся со стороны властей. А значит и случаи эти хорошо отслеживаются и принимаются меры Холодок пробежал по спине… Не давая себе подумать Санек опять вышел из вирты, встал с кресла и прошелся в коридор. На комоде лежал Анютин подарок. Парень стянул пакет и прочитал «Бхагавад Гита, как она есть», автор Его Божественная Милость А.Ч. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Ого! Вот это заявление. Санька в принципе всегда тянуло в темы повыше мирских. Но до этого реально не зацепило ничего.

Сегодня же мир настолько изменился. Вирус, карантин, вирта… Теперь вот и «Сознание Кришны». Анюте он все же доверял. Они были с ней на одной волне. Если поверила она, то возможно что-то откроемся и ему.

Санек вернулся к креслу, погладил обложку. Заглянув внутрь увидел несколько ярких необычных изображений. Они притягивали, будто окна в другой не такой мрачный мир. Жаль время уже хлестало по пяткам. Санек положил книгу на столик рядом и не давая себе даже мгновения на раздумья погрузился сразу на второй уровень. Ох, а это может и понравится. Усмешка прошила лицо, и парень направился в сторону овчарки в бронежилете. Та призывно ухмылялась с вывески над бюро Генки.

…

– Заходи, – пригласил полковник друга.

Санек прошел в небольшой кабинет. Стол был завален папками. Стены пестрели разного рода сводками. В рабочей зоне плавно двигались мигающие огоньки патрулей.

Генка и Санек познакомились во время тура, что тот организовывал для Корда, и сразу стали друзьями. В молодые годы Генка состоял на службе Родины. Но не нашел себя и открыл охранное агентство. С приходом карантина Генка утратил независимость. Большинство частников «призвали» патрулировать города от самих же горожан и их «злых» собак. Работы в кабинете у Генки хватало, но он не упускал случая влезть в патрульную броню. Так что звёздочки полковника быстро осели на его погонах, а вместе с ними и масса возможностей.

– Ну и погода после дождя, вчера весь в грязи домой пришёл. Между прочим, нам за пивком ходил, – Санек хотел побыстрее перейти к делу.

Генка понимающие ухмыльнулся, – зато красиво после дождя, – кивнул он головой, открывая проход на более глубокие уровни.

– Всё, можешь говорить спокойно. Всё-таки сбежал на свидание…, – Генка, держа друга за левую руку, ловко почистил историю на его чипе.

– Да не только, как видишь, выкинула меня система, – Санек поморщился.

– Это хорошо, что ко мне зашёл. В «Пирамиде» повышают уровень безопасности. Тебя бы засекли. Подруга твоя серьёзные темы подняла, ее хоть не выбрасывало? Ей бы тоже историю почистить, – серьезное лицо Генки говорило о многом.

– Да мы поссорились. Не могу с ней связаться, – Санек зло стукнул по подлокотникам, – Что на самом деле так серьёзно?

– Да, проблема реальная и «Пирамида» боится, что, если вылезет наружу, зелёные воспользуются и начнут антирекламную компанию. Ладно беги, я постараюсь найти и почистить Анюту, – Генка отдал распоряжение одному из патрулей.

– Спасибо! Жду тебя вечером, много обсудить надо, – Санек поблагодарил друга.

– Обязательно зайду. Не светись пока. Работа твоя доступ даёт богатый. Терять нельзя. Если что включай экстренный канал.

– Договорились, до вечера, – Санек поднялся с кресла. Приёмная второго уровня вновь ожила.

Выйдя от друга, он кинул Анюте еще новое сообщение, предупредив о Генке. Опять молчание. Солнечное сплетение немного сдавило ощущением злости. Нет, ну надо быть такой упрямой. Она, что просто вообще его сообщения не читает?

Вдохнув поглубже Санек успокоился. Надо было спешить, нельзя опозданием привлекать к себе лишнее внимание. Меню быстрых порталов было одним из бонусов его работы. Выбрав нужный уровень, он как на лифте сгустился на нижний этаж «Пирамиды». В полумраке коридоров лёгким светом голубели двери. Санек на автомате поднёс чип к своему замку и вошёл в помещение. В центре круглой, а точнее шестигранной комнаты стояло единственное кресло. Стены-мониторы монотонно мерцали, ожидая сигнала. Санек по привычке отодвинул кресло, сел на пол и мысленно авторизировал себя. Как раз вовремя. Цифра медленной патокой полилась по стенам, Санек, расфокусировав взгляд, расслабился.

…

– Геннадий Николаевич, к Вам по особому каналу, – приятным голосом доложила Элла, секретарь Генки.

– Спасибо, пропусти ко мне, – Генка поднял взгляд на крепкую мужскую фигуру.

– День добрый, Петр Николаевич, опять игроки досаждают?

– Да, нет. На этот раз болельщики, – владелец «Лабиринта» мягко опустился в кресло, – не поможешь?

Стены со сводками потускнели, мягко опустилась виртуальная завеса.

– У тебя в застенках чувствуешь себя как в стальной коробке, – Пётр Николаевич расслаблено откинулся на спинку кресла.

– О, чувствуй себя как дома, – улыбнулся Генка, – как семья, растут девчонки?

– Уже почти невесты. Эх, с женихами только вот нынче напряжёнка. Но да ладно, даст Бог встретим на пути подходящих парней. Что с вирусом, какие новости? – перешел к делу гость.

– В последнее время произошёл скачек. Сначала вверх поползла статистика выталкивания из вирты. А затем и вирус пошел вверх, – Генка по привычке глянул на экраны, – я провел расследование, не официально. Подавляющее большинство заражений – это, те кого выкидывает «Пирамидой» и при этом нет разницы в соблюдении карантинного режима.

– Думаешь «Пирамида» как-то причастна?

– Думаю ответ очевиден. Надо лишь понять, как. Это побочный эффект типа ослабления иммунитета или что-то похуже. В любом случае «Пирамида» старается умалчивать эти факты. Надо лезть глубже.

– Мы пролистали архивы профессора Авановского. Изначального разработчика «Пирамиды». Малоизвестный факт, что он разрабатывал и вёл проект первое время, как помощь в коммуникации людей на карантине. Но потом что-то произошло. Официально, двинулся мозгами. И проект переняли нынешние владельцы. Добавив туда массу развлечений.

– А как ты без этого народ в вирте удержишь? – Генка грустно улыбнулся, – ну, что надо копать, тянуть время нет смысла…

– Да, нужен хороший спринтер, что в «Пирамиде» по уровням пробежаться может и зарыться где надо. У нас есть один на примете. Ведём его последнее время. Сегодня в «Лабиринте» полуфинал. Он играет за сильную команду. Отмычник. Посмотрим, как себя проявит.

– Отлично… Тут еще можно товарища моего подключить. Его сердце коробит ситуация в мире, да сделать ничего не может. Сегодня с ним поговорю. У него хороший рейтинг в «Пирамиде» и доступ до самой глубины. Сможет провести на уровни, где отмычник твой двери взломать должен, – Генка улыбнулся, – только возьми его под колпак, пока не засветился. И невесту его. Она кстати из Ваших.

– О, значит знаю наверняка, скинь мне их матрицы, – договорившись о главном мужчины расслабились, – а сам то как, не выкидывало пока?

– Держусь, – Генка опять улыбнулся, – мой технический отдел много штук мастерит…, да и твоими молитвами жив ещё. Я, кстати, закончил расследование по регионам, да по деревням. Как ты и говорил во всех поселениях, монастырях, где Богу молятся о вирусе почти и не слышали. Толи не дошёл, толи и в правду духовные вибрации помогают.

– Конечно помогают, Фома ты не верующий, – Петр Николаевич похлопал товарища по плечу, – не веришь мне, спроси у Компотикова. Он тебе с научной точки зрения объяснит.

– Да, верю я тебе, а скоро все и так проясниться, – Генка уверенно поднялся на ноги.

– Хорошей Вам игры сегодня, Петр Николаевич, – расплылся в широко улыбке полковник, – мы позаботимся о болельщиках.

Завеса поднялась.

– Отлично! – мужчина уверено поднялся.

Выйдя на улицу, он пошёл к своему автомобилю. По сути ненужный атрибут в «Пирамиде» служил идентификатором престижа. Или защитой, как в случае владельца «Лабиринта». Он мягко хлопнул дверью и повернулся к младшей дочери:

– Ну, что наш выход, а точнее твой, Анитта.

–Да, папа. Я постараюсь, – девочка уверенно качнула головой так что тёмная коса ожила на плече, – я смогу провести его.

…

Санек привычно глядел на монотонный цифровой ряд. Что-то буравило его. Парень сосредоточился на потоке цифр. Они текли плавными зелёными линиями. Красных вкраплений пока не было. Задача Санька – при выявлении красных точек изъять их и переместить в хранилище. В последнее время красные цифры встречались все чаще. Но пока все было спокойно. Санек расслабился, взгляд потерял фокус и тут в потоке что-то поменялось. Линии, как и прежде текли ровным ходом. Только из обычного зелёного, они стали переливаются разными цветами. В лентах плясало великое множество точек, они и давали это разнообразие цветов. Санек сфокусировал взгляд. Опять ровный зелёный поток. Но стоило убрать фокус как поток рассыпался на миллионы разноцветных частиц.

– Ещё один эффект свежего воздуха, – подумал Санек, очень правильно было зайти почиститься к Генке. Расслабившись, молодой человек приблизился к потоку, ему понравилось наблюдать за маленькими точками. Они казались живыми, будто люди, что попрятались в своих коробках за вереницей светящиеся окон. Всё частички ровно двигались в одном направлении, образуя ровный поток. Кроме одной. Она недавно появилась на горизонте. Чуть больше остальных, переливалась от синего цвета к фиолетовому. Она шла в общем потоке, но при этом постоянно ходила по сторонам. Движения не были хаотичными, но все же приводили к столкновению с другим. При соприкосновении частички немного искрили. Санек сосредоточил взгляд. Его догадка подтвердилась. Среди зелёного потока шёл красный нарушитель. Неожиданно он исчез. Санек не удивился, такое случалось. Расслабившись, он заглянул внутрь потока. Нарушитель шёл так же, с отклонениями от общего хода. Только теперь его окутала прозрачная сфера. Она переливались будто мыльный пузырь на солнце и вбирала в себя энергию столкновений, не давая тем самым нарушать ход потока. Санек вошёл глубже. Напряжение коснулось ума, оно исходило от частиц. Казалось все они двигаются объединённые общим желанием. Как комар жужжит над ухом, движимый лишь желанием напиться крови, так и частицы монотонно двигались в поиске насаждений. Приблизившись к нарушителю Санек понял откуда искры и красный цвет. Он ощутил жар эмоций. Они были очень сильны и лишь благодаря мыльному пузырю можно было находиться рядом. Санек будто окунулся в чужую жизнь. Проживая сначала уверенность и легкое любопытство. Затем неуверенность, страх неудачи и отчаяние, принесшее с собой безмолвную пустоту. В ней пророс росток надежды. Он рос и сражался с невидимым врагом. Чувства одно за другим наполнялись и дойдя до пика ощущений дали временную передышку. Пока на вершине не распустился голубым цветок победы.

Санька будто приковало к переживаниям. Это было так явно. Это не могли быть искусственные эмоции. «Пирамида» могла лишь вызвать эмоции. Сами же чувства проявлял человек. Усилием воли Санек сдал назад. Перед глазами встала вчерашняя картина. За вереницей светящихся окон прячутся чьи-то жизни. Так и здесь. За зелёными символами цифры то плавно текли, то стремительно обрушивались человеческие желания и судьбы. Лента по-прежнему струилась мягким зелёным потоком. Яркие красные всполохи, что были раньше рутинной частью работы, теперь живо двигались, стараясь найти свое место в непривычном мире. Лишь нескольким удалось погаснуть. Но Санек не спешил убирать оставшихся. Просто не мог. Пелена чужих эмоций, что перекрыла собственные, постепенно уходила. Смена подошла к концу. За сегодня он не убрал ни одной красной точки.

Вот и не засветился… Нулевой результат отметят сразу же. Ироничная ухмылка скользнула по лицу, легкая злость придавала сил. Он активировал подаренный Генкой модификатор истории. Пусть попробуют. Молодой человек встал с пола, передвинул кресло на место и вышел за дверь. Мурашки все еще бегали вдоль позвоночника. Не желая заточать себя в лифте, парень пошел по длинной лестнице рабочей зоны. Проход за походом через маленькие окошки мелькали то стерильные помещения, то уголки чьих-то миров. Открыв тяжёлую дверь третьего уровня, Санек глянул прозрачным взглядом на людской поток. Здесь их было значительно больше чем в наружке. Мысли об Анюте не отпускали. Он хотел было зайти к Генке, но почувствовал, что не может сделать и шага. Всё вокруг зарябило, в голове противно заскрипели мозги. Открыв глаза Санек посмотрел на своих питомцев. Кеша, наглец, скрутился на подушке, Арчи шевеля лапами кого-то гонял во сне. Голова кружилась. Его опять выкинуло, возвращаться в «Пирамиду» было неразумно. Анюте он решил не писать. Генка свое дело знает. А вот он мог привлечь ненужное внимание.

– А вот это хорошая идея!

На столе стоял обычный бумажный календарь. Сегодняшняя дата была обведена красным и светилась надписью «Ленка». Соседка с девятого этажа приглашала на днях на обед. Они с мужем обожали общение и всячески старались дать детям живой контакт. Замок автоматически щёлкнул. Сработало приглашение. Санек задержался не на долго, наложив Арчи с Кешей холодной каши.

– Хозяин, ты с гостей принеси чего-нибудь, – Кеша зевнул. Звук открывающегося холодильника он услышит и из другой вселенной.

– Конечно принесу, – пообещал Санек коту. А себе, что отключит авто запуск «Умного питомца». Что давно бы пора сделать.

Санек вышел в полумрак площадки, шаги вторили эхом по стерильным ступеням. Огонёк соседей светился зелёным, приглашая зайти в гости. Парень нажал на звонок и тот ответил доисторическим треском окончательно выдернув Санька из «Пирамиды».

ГЛАВА 5. Заражение

Лёжа на матрасе Глеб разглядывал свою комнату. Его детская кровать на втором этаже и игровым уголком снизу не спешила переезжать. Парень давно из неё вырос и старый отцовский матрас был вроде временным решением. Но как-то прирос к Глебу. А детский уголок остался. Сестрички частенько заходили в комнату Глеба под предлогом поиграть на его морском корабле. Видимо поэтому игровой уголок и задержался здесь. Стал поводом для общения. В нынешнюю эпоху «Пирамиды», многие, находясь в одной квартире, жили разными жизнями. Даже совместные обеды и ужины в реалии стали большой редкостью.

Всё большую популярность набирали питательные смеси в тюбиках. По-быстрому перекусив народ опять прятался за красивой картинкой. Несмотря на иллюзорность съеденной пищи кафешки и рестораны были очень популярны в вирте. Человек все же получал удовольствие от еды, память тела работала идеально. В связи с этим получили распространение питательные смеси с замедленным эффектом. Приняв такую перед визитом в ресторан человек все еще ощущал чувство голода, которое проходило через какое время. Разработчики даже утверждали, что после такого приема вкус еды в ресторане был намного насыщенней. Что же касалось алкоголя, то тут уж проблем не было. Обмануть мозг человека было очень просто, но стоило выйти, как опьянение проходило. Что в принципе было только на руку.

Звонкие голосочки вырвали Глеба из мыслей. Две девчушки Даша и Софи наперебой стучались, чтоб попасть в комнату.

– Открыто, – пробурчал старший брат и они наперегонки полезли на вверх корабля.

– Скоро гости придут, пахнет так вкусно, мама опять вкусняшек наготовила. Мы с Дашкой помогали, – Софи спешила все рассказать брату, – Вот вырасту тоже буду вкусно готовить и всех угощать. Всех буду в гости звать. Мама говорит, что когда мы вырастим, то уже карантина не будет и можно в гости ходить хоть каждый день. Обожаю гостей, – Софи широко улыбнулась и поправила ленточку в волосах.

Сестрички хоть и с разницей в несколько лет были удивительно похоже друг на друга. Только Даша чуть более серьёзная и молчаливая, а Софи болтушка каких поискать. Обе в нарядных платьишках. Ленточки в волосах безуспешно пытались сдержать непослушные кудри. Здесь девочки пошли в папу.

– А кто придёт?

– Дядя Саша с четвёртого, дядя Митя с пацанами, и дед Федор. Интересно, что они принесут?

– Вот сейчас и узнаем, – подала голос Даша, треск звонка возвестил о приходе гостей, – Пойдём Софи, встретим. А ты идёшь? – спросила она брата.

– Да, я сейчас, – Глеб встал и обнял сестренок, – помогайте встречать гостей, я подойду через несколько минут.

Взмахнув кудряшками обе девчушки приняли серьёзный вид, хотя глаза светились любопытством и побежали к двери.

– Олег, Лена привет. Спасибо, что вытягиваете. А где девчушки? – Санек держал в руке обещанную книгу юного исследователя. Девочки с нетерпением ждали запланированного выезда на природу и тщательно к нему готовились.

– Спасибо дядя Саша, – хором пропели тоненькие голосочки, – А Вы были на природе?

– Давненько уже, тоже хочу получить разрешение на выезд.

– Ой, а возьмите нас собой, ну пожалуйста, – Софи аж застучала ножкой от нетерпения.

– Софи, мы обязательно съездим на природу, – Даша старалась сдержать сестру, – Может с дядей Сашей, мы кстати хорошие помощницы, – повернулась она к Саньку, – а может и с Глебом. Ему тоже свежий воздух нужен. Говорят, правда, что после таких поездок надо более строгий карантин держать… аж целых две недели!

– Да, нужно, – тон Санька не вызывал сомнений, – но оно того стоит.

– Скоро поедем, – мама переключила разговор на себя, – а пока проходите в гостиную.

Санек пришёл в большую светлую комнату. Мягко гудел кондиционер создавая иллюзию сквозняка. Старого Федора сразу облепили дети – хозяйские девчушки и пацаны дворового торговца. Сухой голос деда трещал, открывая небылицы. Эмоции, отображавшиеся на иссушенной солнцем коже, морщинами складывались в замысловатые узоры. Дед явно наслаждался общением с детьми. Перед ними стояла корзина свежих овощей и те наперебой расспрашивали откуда такие берутся. Вот жешь, а его в их возрасте интересовало откуда дети берутся… с огурцами, да морковкой было все понятно. Тут и Саньку стало любопытно. Сначала розы, теперь вот овощи… Свежие продукты были нынче скорее редкостью, чем правилом. Митек в сторонке с чистой совестью потягивал пивас. Он уже надарил детям всякой мелочевки, которая могла сгодиться на выезде.

–Да, они-то точно выедут на природу, – подумал парень.

– Всё к столу, – Олег, звеня тарелками басовито пригласил гостей.

Санек немного абстрагировавшись смотрел на безмятежную картину. Она напоминала ему сцену из фильма. Идиллия перед концом света. Вот-вот бахнет бомба или толчок земли сотрясет мир. Но они уже жили в конце света, только ещё надеялись, что он пройдёт. «Пирамида» погрузила всех в иллюзию, что все неприятности временные и скоро все будет как раньше.

Долговязый парнишка, старший сын Олега и Ленки, присоединился к гостям. Он много времени проводил в вирте и мать уповала на выезд на природу, чтоб вытащить того из цифры. Взрослый парень явно стеснялся открытой опеки матери, но старался принимать её. Санек присмотрелся к Глебу. Бедность лица ярким контрастом выделялась на фоне прямой чёрной чёлки, усталости придавали и небольшие синяки под глазами. И лишь взгляд – живой и сосредоточенный – говорил об обмане. Парень был в хорошей форме, просто немного недоспал.

Санек прислушался. Глеб рассказывал о полуфинале «Лабиринта», очень популярной нынче игры. Да так живо рассказывал, что казалось Санек начал чувствовать его эмоции. Стоп… Санек тряхнул головой. Нет, он по-настоящему ЧУВСТВОВАЛ. Те самые эмоции, что он пережил рядом с красной точкой. Они вновь захлестнули его. Санька охватила дрожь, это ведь могло быть правдой. Не взирая на безрассудность своего поступка, Санек прикрыл глаза и зашёл на первый уровень. Из специального хранилища он достал Генкин подарок и активировал защитный купол, Теперь Санек стал невидимым для глаз «Пирамиды». Пользуясь своим положением, он прошёл в рабочую зону шестнадцатого уровня и глянул на собравшуюся компанию. Цифровые ауры переливались одна краше другой. Среди них парень разглядел Глеба. Его фигура переливались знакомыми сине-фиолетовым оттенками. Санек шагнул ещё глубже, остановился на тридцать втором. Фигуры потеряли свои человеческие очертания и размытыми пятнами уже образовывали ячейки. Санек решил опустится на самый низ. Портал перенёс его на знакомый шестьдесят четвёртый. Заглянув в свой рабочий кабинет, Санек из-за всех сил старался не потерять из вида собравшуюся компанию. На месте Глеба он увидел знакомую фиолетово синюю частицу. Только теперь она уже спокойно шла в потоке, а мыльный пузырь, что окружал её исчез без следа.

Санька начало трясти. Его простые рассуждения о том, что за точками скрываются жизни оказались правдой. Что там делал Глеб, что его идентифицировали как нарушителя, Санек не знал. По рассказу парень лишь играл в игру. Пусть очень активно, но все же игру. И что это за мыльный пузырь, что его оберегал? Сколько таких точек отправил Санек в контейнер и что с ними стало? Голову резко защемило, картина посыпалась перед глазами больно раня сознание. Колпак начал трещать. Туман застилал глаза, Санек с трудом нащупал экстренный портал и вышел на нулевой уровень. Квартира сияла чистотой, со стен на Санька весело улыбаясь смотрело все семейство. Вот они на фоне башни в Париже. Вот спускаются где-то на лодке. А вот и Глеб лезет по отвесной скале. Никогда бы не подумал, что у Глеба может быть такое увлечение. Эта мысль оказалась спасительной для Санька и окончательно выдернула его из «Пирамиды». Гости по-прежнему весело болтали. На Санька никто не обратил внимания. Кроме Даши. Девочка пристально смотрела на мужчину.

– Всё в порядке? – спросила она, – Вы побледнели, принести воды?

–Да, пожалуй, что-то мне нехорошо стало.

Отойдя в сторону, Санек постарался прийти в себя. Но головная боль не унималась. Его начало пошатывать.

– Я что-то устал сегодня на работе, пойду. Скажи маме с папой спасибо. Надеюсь в следующий раз смогу с Вами остаться до конца.

– Хорошо, я передам. Или на природе увидимся, – Даша провела Санька и закрыла за ним дверь.

Санек переставлял ватные ноги. Все тело начало ломить. Ступени как сговорились и не хотели заканчиваться, лестница казалась бесконечной. Полумрак подъезда коварно шептал: «ляг, отдохни, здесь так хорошо». Лампочка над дверью мигнула и поменяла цвет на зелёный. Замок автоматически отреагировал на приближение хозяина квартиры.

Санек ввалился в квартиру.

– О, спасибо, хозяин, про нас не забыл, – кот замурлыкал, и Санёк с удивлением обнаружил в руке пакет с няшками. Видимо Даша сложила, – а что это с тобой? Ты ж вроде давно уже не употребляешь. Только если с Генкой пивка немного.

– Да что-то приложило, после работы видать, – горло сдавило, воздух чуть выходил из лёгких.

– Да нет, это посерьёзнее будет, – Арчи подскочил к хозяину, – Видать вирус подцепил. Где у нас лекарство, Кеша?

– Да, какое лекарство. Нет его. Скорую надо вызывать.

– Нет, – из последних сил пробормотал Санек, – нельзя. Не знаю кому верить. Тащи книгу что Анюта подарила читай мантру.

Остатками сознания Санек понимал, что надо бы отключить «питомца» и не светится. Но это был его единственный шанс вспомнить слова мантры. Пелена все застилала, буквы плыли, а программа могла вытащить их из подсознания.

– Читай ты! – сказал Арчи коту.

– Да ты что, у меня благочестия не хватает, – откуда он только такие слова знает, надежда таяла.

– Давай лучше их авторитета включим, – выкрутился кошара, – ищи, ты же собака.

–Ага, тоже мне ищейку нашёл дигитальную… вот есть, – Санек почувствовал, как пошла загрузка аудио файла.

Ниточка сознания становилась все тоньше. Воздух толчками выходил из лёгких, тело горело, кости крутило так будто кто-то гигантский принял его за рубашку и отжимал после стирки.

Санек закрыл глаза, силы ушли. Он чувствовал, как жгучие нити паутиной стянули сознание и готовы утащить его в отстойник, будто красную точку. И точкой на этот раз был он. И лишь ровный густой голос, что повторял и повторял незнакомые слова будто горячим мёдом расстилался по телу, унимая озноб и давая надежду.

…

– Петя, «Умный питомец» выявил ещё один случай заражения, – Володя проследил нить на экране, что вела к источнику, – требуется немедленное вмешательство.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

      * Харе Кришна – первые слова главной ведической мантры или махамантры. Так как ее постоянно воспевают члены Международного Общества Сознания Кришны, то в народе их также именуют «Харе Кришна»

Вернуться

2

** Преданные – так называют себя участники Международного Общества Сознания Кришны, сокращенно от «преданные Кришны»

Вернуться

3

* Бхакта – преданный, человек поклоняющийся Богу (санскрит)

Вернуться