Трудно быть человеком. Цикл «Инферно». Книга восьмая
Игнат Черкасов

© Игнат Черкасов, 2024

ISBN 978-5-0056-5407-6 (т. 8)

ISBN 978-5-0055-1438-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 102. Общий сбор

Вихрь наномитов сменился вихрем мрака, что окутал Инферно, защитив его от всего того ментального зверья, что волнами цунами кинулись на него со всех сторон, мечтая впиться подобному в подобное, обострив неутолимый голод до безумия:

– Ну здравствуй, Инферно… Спросила бы, скучал ли по мне, но думаю это не уместно… Учитывая, что ты даже не вспоминал обо мне!!!

– А ты и впрямь рыжая, раньше даже как-то не замечал…

Лилит – А ты и впрямь горазд на комплименты. Ты вообще в курсе, что лишь я стою на пути того бездонного океана, что жаждет поглотить тебя, растерзав навечно?

– Уверен, я ещё не то заслужил…

– А что с тобой?! Затянувшийся отпуск напрочь снёс тебе голову. Где твои инстинкты, протест, ярость? Где мой Инферно?!!!

– Я не твой! Все что между нами было, это разовая сделка ради Рейчел, долга полководца и клятвы, и точка на том.

Лилит явно больно тронули его слова, и она по-женски ему отомстила, злобно прошипев:

– Тогда считай, что ничего не было…

Взмахнув руками, вихрь мрака полностью поглотил Инферно, материализовавшись в чьи-то руки, которые вытянули его из кровавого омута и свалили на землю, простучав по спине:

– Дыши, слышишь, дыши…

Инферно, прохрипев, деактивировал маску, которую дрожащими руками тут же сорвал с себя и наконец, откашлялся кровью, которой поперхнулся. Протиснувшись сквозь толпу его, нежно обняла Рейчел, которую он тут же оттолкнул:

– Отвали от меня!

Подбежав к толпе, Ермак грубо вырвал ошарашенную Рейчел из рук Мартена, который её подхватил и пригрозил Инферно:

– Совсем охренел, щенок!!!

Инферно осмотрелся и не найдя среди своих людей и людей Ермака, Джи, впервые его проигнорировав спросил у Мари:

– Джи выжила?

Мари была явно недовольна его первым вопросом, который ни касался не только ее, но даже их группы, тем не менее, хоть и сухо, но ответила:

– Жива.

Инферно – Где она?

На что Мари лишь кивнула в сторону Ермака, который теперь стал центральной фигурой Инферно. Как только он подошёл к Ермаку, обе стороны, до этого союзники, объединенные общей целью по вызволению одни Инферно, другие Рейчел, теперь напряглись, спустив палец на курок. Выдержав, тяжёлый взгляд друг друга, Инферно, наконец, сказал:

– Если Джи не вернётся, тогда вернусь я, и тогда даже Пацифист тебя не спасет. Ты понял меня?!

– Не ради тебя стараемся, урод!

Обозначив свою позицию и пригрозив, Инферно лишь вскользь посмотрел на Рейчел, которая к своему ужасу не узнала в этой озлобленной глыбе льда своего теплого и нежного мужа:

– Уходим!

Ермак – Куда собрался?! Вместе пришли, вместе и уйдем, их же прорва здесь.

Инферно же даже оборачиваться не стал, лишь выкрикнул:

– Твои проблемы!

Ермак – Вот сука!

Повернувшись к своим людям, Ермак отдал указания с учётом неожиданного дефицита кадров с оружием наперевес, пока Рейчел, мотая головой, пыталась осознать новую реальность, из которой когда-то пропала:

– Что не так? Он будто не узнал меня… Будто прежним стал.

Это мысль, которая полностью вписывалась в произошедшее, ввергла Рейчел в шок, состояние при котором человек начинает задыхаться, будто забыв, как дышать:

– Рейчел, что с тобой?!

Подхватив ее, Ермак тут же вызвал медика из их отряда:

– Медик! Носилки сюда! Берём ее и все на выход. Выдвигаемся!

Тем временем Инферно в сопровождении Мари и Мартена вышел к основным силам, что стерегли вход в главную пещеру:

– Я не понял, а наши где?

Проигнорировав старшего группы спецназа, Инферно подошёл к Афеле:

– Уходим.

Афеле – А русские?

– Сами справятся…

– А мы? Инферно, их там толпы.

– Я сказал, уходим!

Натянув маску и прокричав голосовую команду на активацию боевого режима костюма:

– Понеслась!

Инферно выхватил клинки, испытав странное чувство тоски по костюму, будто давно его не одевал – «Херня какая-то, валить отсюда надо и поскорее». Но поскорее не получилось, так как путь преграждала толпа призванных, что пыталась обступить пламя огня. Охваченный яростью и с непонятно откуда возникшей уверенностью, Инферно с разбега прыгнул в пламя, начав перерезать всех на своем пути.

Ошарашенная Кейт, которая больше заметила резкие смены высот, нежели возможности его костюма сильно удивилась:

– Он и через огонь проходить может?

Усмехнувшись, Мартен уточнил:

– Вообще-то нет, раньше не мог, вроде.

Афела – Ну а теперь может и, если вы закончили, заткнитесь оба. Особенно тебя касается, Кейт.

Выдержав отнюдь не добрый взгляд Афелы, с недавних пор ее командира, девушки поняли друг друга, после чего все выстроились в боевой порядок:

– Мартен, Мустанг, Монк, щиты и вперёд! Покахонтас, подрывай ловушки! Остальные – смотреть в оба!

Выставив щиты, бойцы дождались хлопки от Нумис, которая подорвав гранатами огнеметные ловушки, расчистила им дорогу:

– За ним! Догоняем!

Догнать Инферно у них вышло уже только на выходе из пещеры:

– Да он в ударе прям.

Монк – Может в следующий раз тоже сигануть?

Мустанг – Типа подзарядиться?

Монк – Ну, а я о чем. Гляди, всех ведь раскидал, притом пополам…

Афела – К машинам!

Лишь Мари заметила в голосе Афелы некую тревогу, о чем предпочла умолчать, как и о том, как в действительности нашла это место.

Заехав в ангар Афела сразу жестом приказала – «Всем на борт», что напрягло в первую очередь Мари и Мартена, помятуя о том, чем в прошлый раз их разбирательство кончилось. Когда же Инферно спрыгнул с джипа, он тут же попал под мушку ружья, что Афела направила на него:

– Охренела?

Афела – Глазки покажи и без глупостей, а то убью ведь.

Инферно понял ее опасения, тем не менее, не имея вредной привычки подчиняться, резко выставил щит под выстрел Афелы. С ноги выбив щит со своей руки, он снёс им Афелу, которая опомнилась уже в его руке, что сжимала ее глотку:

– А ну, пустил её.

Даже из числа соратников, мало кто мог сказать, что у Инферно на уме, что им движет, что его тревожит, вынуждая поступать именно так и никак иначе. Исключением и Мари не стала, которая навела на него второе ружье. Инферно усмехнулся, склонив голову, а вот руку поднял, прижав запястьем к голове Афелы, что Мари слишком поздно заметила:

– Твою мать, Инферно!

– Выстрелишь и клинок ей, пол башки срежет… Сказано ведь, на борт… Живо!

С Инферно спорить, себе дороже, особенно при таком раскладе, и Мари отступила. Инферно же деактивировав защиту костюма, стянул маску и посмотрел на Афелу, отнюдь не стеклянным взглядом, как она того ожидала:

– Я думала…

Инферно отпустил её:

– Окажись ты права, Жнец бы вас всех кончил на месте. В следующий раз сначала стреляй, а уж потом спрашивай.

Отдышавшись, Афела не стала оставаться в долгу и сказала то, что увидела по глазам Мари, а именно их связь:

– А если бы Мари вызвала сомнение, ты бы спустил курок?

К ее удивлению Инферно с ходу ответил, притом кардинально противоположное:

– Конечно, нет, но ты стреляй.

– Почему? Думаешь, мне её не жалко?

– Потому что ты не я… Пока ещё нет и в этом проблема.

Только ступив на борт нового самолёта, который Ханс спроектировал и построил, чем и был занят все последнее время, Инферно, наконец, понял, каким именно чудом они так быстро добрались до штатов:

– Ни подъемных кранов, ни всякой побочной херни, которая только раз в жизни может пригодиться, и то не факт…

Ханс – Ты шутишь, это лишь косметика, главная начинка у Зевса под брюхом.

Всплывшие, сумбурные и неразборчивые силуэты далёкого прошлого, в котором Инферно никогда не был, перебили весь ажиотаж каким-то тяжёлым осадком на его душе:

– Как ты сказал?

– Зевс, я сам назвал. Хочешь увидеть почему?

– Потом.

Грубо отрезав одни лишь словом, впрочем, как и всегда, Инферно ушел к себе в комнату, которую нашел по табличке на двери. Но уединиться и устаканить возникший ни с того, ни с сего сумбур в голове ему не дал Мартен, который настойчиво постучал в его дверь, что лишь усилило его негодование. Вскочив с кровати, он нервно дёрнул за ручку двери:

– Что?!

Мартен – Поговорить надо.

– Мне не надо, так что потом.

Но Мартен выставил ногу, не позволив ему захлопнуть дверь. Встретившись с ним взглядом, Мартен не стал рассусоливать и сказал, как есть:

– Ты спал с Мари?

– Как и ты не спас Кэти и Веронику, так что квиты…

– Ах ты, сука!!!

Выбив дверь, Мартен с прыжка ударил Инферно по морде, сходу свалив на пол, после чего тут же сам упал рядом. Подломив его ноги в коленях, Инферно быстро перекатился к нему и вывел на болевой, уже как следует, приложив лицом в пол. Сплюнув сгусток крови, он приподнял голову Мартена за волосы:

– Виноват, так что на первый раз прощаю, но в следующий раз…

Мартен – Следующего раза у тебя не будет, за сестру урою, сука.

– Договорились.

Выпустив волосы и придав ускорение его голове, Инферно вырубил Мартена сильно приложив того лицом об пол. Закинув его себе на плечи, он перенес Мартена в его комнату. Развернувшись чтобы вернуться к себе, Инферно наткнулся на недоумевающую Мари:

– Это не то, чем кажется. Он упал… Сам.

Мари же, не сказав ни слова, закрыла дверь и, подойдя к Инферно, впилась в его губы, сам факт чего его ошарашил, как после и мрак вместо ее глаз. Резко оттолкнув от себя Мари, Инферно прикрыл собой Мартена и натянув маску, активировал костюм, параллельно выхватив АПС на что Лилит лишь посмеялась:

– Ну же, стреляй, Волчонок.

Снова сумбур в голове и жизнь Мари на мушке:

– Отпусти её. Мы же договорились, ты не лезешь ко мне, а я не лезу к тебе.

– Будь это так, Волчонок, твое тело так бы и остался в том омуте, в отличие от твоей души, которая по истечению трёх дней с миром, а скорее не очень, отошла бы в мир иной. Но мы ведь не хотим этого, правда? Да и к тому же, признайся, тебе ведь понравился поцелуй?

– Хочешь сказать, это ты меня вытащила?

– Ну не Мари же. Оккультизм – наука много тоньше, чем биология, так что да. Хотя образец твоей крови именно благодаря Мари в кротчайшие сроки удалось найти. А вообще знаешь, наивных ребят ты вокруг себя собрал, всего-то стоило сказать, что ты сообщил мне заранее как тебя вернуть на случай глупости с твоей стороны, и вот они уже, как зайки, построились и поскакали за мной…

– Нахера тебе все это?

– Все это мне даром не надо, а вот ты, совсем другое дело. Я прям, чувствую, что мы поладим.

– Обойдешься, мой ответ тот же, пошла нахер!

– А чего ты такой нервный? Неужто Ацтека испугался?

Инферно предпочел промолчать о том, что у него и так на лице было написано, Лилит же молчать не стала и добавила дегтя:

– И правильно боишься, ведь он сильнее, быстрее, хладнокровнее и много опаснее тебя или тех, с кем ты до него сталкивался…

– Будь моя судьба предрешенной, как ты говоришь, тебя бы здесь не было.

Лилит коварно улыбнулась:

– Верно, шанс есть, конечно, не победить – куда тебе до него, но пережить, возможно, и удастся, но лишь раз, а после беги, Инферно. Когда сам увидишь и наконец, поверишь, что он тебе не по зубам, беги и прячься… например, ко мне, а иначе умрёшь…

Сделав свое чёрное дело, а именно напугав Инферно до мурашек на спине, Лилит вырвалась из Мари, растворившись в воздухе:

– Что с Мартеном?

Инферно стянув маску с лица, словно приговоренный сущностью, что знает все наверняка, равнодушно ответил:

– Упал… Что ты последнее помнишь, Мари?

– Не поняла.

– Просто ответь.

– Как зашла в комнату и увидела вас…

– А как вернула меня из омута?

– Ты же сам сказал, что делать на случай, если совершишь какую-то…

– Глупость…

– Ну да… Инферно, сними костюм и позволь тебя осмотреть. Ты плавал, бог знает в чем, и что угодно мог подхватить там. Афела, теперь Мартен, с тобой явно что-то не так. Как врач, я требую…

– Идем.

Мари явно не ожидала, что Инферно окажется таким сговорчивым, хотя по-женски ей было приятно, что он ее послушал:

– Ты иди, а я пока приведу в норму Мартена. Что-то мне подсказывает, что вам лучше держаться подальше друг от друга.

– Как и вам всем…

– Что?

– Говорю в мед блоке жду.

– Хорошо.

По пути в мед блок Инферно посещала мысль попросить Си узнать кто такой Ацтек, тем не менее, сняв трубку, он позвонил тому, кого не жалко было подставить:

– Мальчик мой, рад тебя слы…

Инферно – Кто такой Ацтек?

У Рейчел же не столь бурное возвращение было, хотя эмоционального потрясения ей хватило с лихвой. Окончательно она оклемалась лишь на борту вертолета, борт которого сильно встряхнуло после мощного взрыва на земле, что погреб омуты и остатки призванных под толщей камней и земли на веки вечные:

– Где Инферно?

Но из-за гула пропеллеров Ермак ее не услышал, да и не до того ему было. Из-за нехватки сил, что их бросили в пещерах, он потерял троих бойцов и ещё пятеро были сильно ранены, что его в любом случае беспокоило куда больше, чем несбывшаяся любовь Рейчел.

В самолёте она также не получила ответа, лишь мед помощь врача, который её бегло осмотрел по приказу Ермака и тут же вернулся к действительно раненным товарищам. Русские по праву считаются вежливыми людьми, и потому Рейчел никто не грубил, но атмосфера, витавшая на борту, дала ей понять, что ей не стоит лезть под горячую руку, лишний раз, теребя их рану именем того, по чьей вине они снова понесли потери. Уже в их лагере, в санчасти, где она, наконец, увидела Джи и даже Монику, некоторые моменты прояснились, все кроме того, что случилось с Инферно. Умом Рейчел поняла, что Инферно банально не помнил, что с ними произошло, но сердцем отказывалась в это поверить. Она не могла смириться с тем фактом, с тем счастьем, к которому они так долго шли, и которое в один миг растворилось, будто его и не было. Самое обидное было то, что она-то все помнила, знала, что он её не предавал, знала, что ради нее он может стать совершенно другим.

Но, увы, тот мир навсегда остался в прошлом, и, как Инферно сразу захлестнули проблемы, так и Рейчел затянули былые и давно забытые распри:

– Мы до сих пор живы только потому, что у Камалы наши трупы. Джи она не знает, а вот моему и особенно твоему очень даже обрадовалась. Мне об этом твой друг, Вышибала рассказал. Он сейчас с Нельсоном на одном этаже лежит в больнице и говорит, что тот вроде как уже не твой человек, а ее. Уже даже вроде как назначение от нее получил, начальника тюрьмы… Что касается Инферно и тех уродов, ты прости, но я даже копать под эту тему не хочу, учитывая, что там произошло…

Рейчел же, очнувшись, будто от сна, неожиданно переспросила:

– Камала? Ах да, новый мэр, помню.

Что Моника, что Джи, в недоумении переглянулись:

– В смысле «помнишь»? Подруга, что с тобой? Сначала обнимались, будто сто лет не виделись, а теперь твое это «Помню»…

Джи – Рейчел, как ты?

Рейчел – Если честно, как-то хреново… Ты прости, Моника, но мне искренне плевать, кто там радуется нашим трупам. Некрофилия, это не ко мне… Простите, я выйду, воздухом подышу. Тут он какой-то другой.

Желая уединиться и убедившись, что они обе живы, Рейчел направилась к выходу:

– Он ведь прыгнул за тобой. Все-таки прыгнул…

У Рейчел навернулись слезы от осознания того, что былого уже не вернуть, и она обернулась:

– Нет, Джи, считай, что не прыгнул.

Как он говорил – «Утро – вечера, мудренее», а спустя неделю, Рейчел так и вовсе акклиматизировалась, наконец, смирившись с новой данностью, где теперь им придется жить врозь, а главное принять ответственность за своих близких и любому сломать хребет за них.

В отличие от своих союзников Рейчел не верила, что Неприкасаемые готовят для них скотское будущее, она это уже знала наверняка. Объяснить другим, что и как она не могла. Начиная от разницы во времени своего отсутствия, где их три дня поисков для нее обернулись в долгих восемнадцать лет и заканчивая разницей образа будущего. Если в том мире технический прогресс стоял во главе угла, то в этом скорее биоинженерия вырывалась вперёд, ярким примером чего были стаи бешеных. К тому же все, что она описала учёным в лагере Ермака, те сочли за бред, конструктивно ответив, что им неведомы описанные ею технологии. Их ответ, изгоев и маргиналов, для любого ученого сообщества ее, мягко говоря, изумил. Рейчел и вправду считала, что их широкий взгляд на вещи способен будет переварить и перенять хотя бы что-то из описанного ею, но нет. Как оказалось, даже у учёных в шапочках из фольги есть свой предел мысли, за который и они не способны заглянуть, чтобы хотя бы представить, как это может работать, а главное, как может пригодиться им.

Поняв, что делиться с теми, кто не способен это осознать, пустая трата времени, Рейчел, как и всегда, взяла все в свои руки, начиная с себя. Лишившись своего Инферно, она навестила единственного человека, имя которого держала втайне от всех. Человека, который мог ее утешить и который ей так сильно его напоминал, а именно то тепло и радость, что он ей дарил. В этом поезде помимо того, что Рейчел вспомнила ради кого жила до этого, она так же вспомнила ради кого боролась и против чего в лице Камалы и GW. Но если GW был где-то там, то Камала была прямо у нее под носом, бездарно распоряжаясь всем тем, чего Рейчел добилась в непрерывной борьбе сначала с ОПГ на улицах города, а потом и с ЦРУ. Камала ей чем-то напомнила Дементия, как и лично ее роль в его городе. Вспомнив о Вышибале, Рейчел навестила его в больнице в образе девушки с низкой социальной ответственностью, чтобы обсудить важный вопрос с глазу на глаз, чему тот сильно обрадовался:

– Вот это забота корешей, вот это я понимаю. Ну же, крошка…

Рейчел – Милый, ты лучше слюни подбери, а то ведь я тебе тоже сказку могу рассказать, которая херово уже конкретно для тебя кончится. Я теперь их много знаю.

Вышибала – Рейчел? Да не. Быть не мож…

Приподняв парик фиолетового окраса, будто шляпу при приветствии, она мило улыбнулась, убедив его уже окончательно:

– Ну ты и даёшь. В смысле не даёшь, а только так выгляд…

– Расслабься, я и без твоих комментариев знаю, как выгляжу. А вот про макияж послушала бы.

Вышибала откровенно не понял, чего она от него хочет:

– В смысле? Я же не из этих, заднеприводных, я пацан нормальный.

– Ну раз ты пацан, значит проблем не будет.

– Ты, о чем, женщина? Раньше я тебя грузил, теперь ты мне мстишь что ли? Бо я тебя вообще нихера не понимаю.

– Теперь я Босс, так понятно?

– Че-то не очень пока. Если ты Босс, то кто тогда я?

– А ты пацан нормальный или что, за базар не отвечаешь?

– Не, ну нихера себе. Женщина, у тебя вообще совесть есть? Пришла такая, вся такая расфуфыреная, взбудоражила мои, так сказать чресла, а в итоге вместо члена за язык ухватила. Так не годится.

– Слово не воробей, вылетит, не поймаешь. Да и сам подумай, куда тебе тягаться с Камалой, да и не по пацански как-то бабу бить, а вот мне можно и уж я-то точно в асфальт эту суку закатаю. Что касается тебя, мы тебя в отпуск отправим, на курорт в джунгли. Там есть гид, Ермаком кличут, кстати, тоже русский, уверена, вы поладите, а главное он-то точно из тебя человека сделает.

– А вот сейчас не понял. Что за предъява такая? То есть сейчас, по-твоему, я не человек?

– Сейчас, по общему мнению, и специалистов в частности, ты почти инвалид.

– Кто ж знал, что этот грёбаный ниндзя непрошибаем даже гранатами, да и махается знатно, а главное наш он, хоть и враг, но главное не падла. Со мной раз на раз вышел, не зассал, уважуха.

– Это он тебя должен уважать, что не испугался против него выйти.

– Ну, вообще-то у меня тупо патрики кончились, а так я ж не дебил против такого с голыми руками переть…

– Короче, мы договорились? Решим все миром или прям здесь?

– Вообще это не так решается, но твой посыл я понял… Ты не горячись, неужто ты думаешь, что у меня рука подымится на девушку, которую Михаил Степанович считал дочерью родной. Дела делами, а семья, это святое.

– Разберусь с Камалой, и Боссом снова станешь ты, притом на этот раз даже ниндзя тебе ничего не смогут сделать, гарантирую. Ты главное гида во всем слушайся и все у тебя получится.

Рейчел не стала растягивать удовольствие, да и время поджимало, как и тот факт, что Вышибала каким-то дерганым стал и действительно нуждался в лечении, притом и психологическом. Бросив телефон ему в руки, она сказала, что у него сутки предупредить своих о временной замене главы их организации, после чего ее люди его эвакуируют и отправят на курорт. Рейчел не стала портить ему сюрприз и не уточнила, что именно имеет в виду под невинным и даже приятным названием «Курорт», решив, что Ермак на месте лучше, а главное куда доходчивее ему растолкует, куда именно тот попал и что теперь с ним будет – «Так и слышу свое имя в его вопле на все джунгли. Крепись, Вышибала, это для твоего же блага».

Если у Вышибалы можно сказать жизнь только начиналась, то жизнь Инферно сыпалась буквально на глазах. После смены направления шести турбин и ещё шести вспомогательных, Зевс сначала завис, а после совершил вертикальное приземление. На этот раз от гения инженерной мысли Инферно отвлекли две могилы, одна Кэти, другая Хосе, что поразило Инферно, который уже сам кинулся на Мартена:

– Я тебе что велел?!!!

Его тут же сдержали остальные бойцы, а Афела попыталась его образумить:

– Это все Жнец! Он достал их обоих, от него не спрятаться, потому Мартен здесь ни при чем…

– Неужели?! А кто тогда…

Афела – Например, ты, ведь именно в твоём облике он пришел за ней… Я, когда, наконец, вырвалась из этого кошмара, в котором он меня держал, и, не успев прийти в себя, убила Хосе…

Узнав правду Инферно, задрал руки и отступил от греха подальше:

– Си?

Афела – Он в порядке… Когда я поняла, что это уже не кошмар и кого убила… Вообще я больше никого не тронула, а после подбежала Кейт и остальные и…

Инферно – Значит так, браслеты не снимать. С нас уже хватит и Жнецов и тем более потерь… А Спекулянту повезло, как всегда. Вот же ж сука живучая…

Выругавшись в сердцах, Инферно углубился в джунгли, где пробыв пару часов в уединении, снова связался по зашифрованной линии (квантовой связи) с GW, но на этот раз по поводу хорошо знакомого Профи:

– Я так понимаю Жнец у тебя?

GW – Мне просто любопытно, а с чего вы так решили?

– С того, что я до сих пор жив. Ну, так?

– Я посудил так, мне Жнец, так сказать в родную гавань, а вам, защитнику детей, девочку что поет. Наслышан о ее репертуаре, так что искренне советую, не заслушивайтесь, особенно на ночь глядя.

– Ты его убил?

– Вы что, как можно? Такой ценный экземпляр, да и к тому же, что обо мне подумают мои подчинённые, если я, одного из них, хоть и заблудшего, казню, так ведь и без соратников можно остаться.

– Какой он тебе соратник, он же выдернуть нас обоих пытался.

– Мальчик мой, я вас не узнаю. Уверен не мне вам объяснять все прелести риска, особенно оправданного. К тому же не забывайте, прежде всего, я дипломат и уж потом все остальное. Обожаю искать подход и договариваться.

– Уверен, тебе есть, что предложить безумному призраку прошлого, что меняет оболочки как перчатки.

– Конечно, мальчик мой, ведь каждому из нас, в конечном итоге нужно что-то от другого. Вам, например, как и мне собственно, подставить ножку Ацтеку, который совсем зазнался и перестал считаться с остальными…

– А Жнецу кого предложил? Дай угадаю, хотя чего тут гадать, он ведь только моей смерти жаждет…

– Не беспокойтесь, юноша, его заинтересованность в вашей смерти прямо сопоставима с моей, конечно же, в противоположном смысле и с маленьким нюансом, теперь я его контролирую, а значит и мне решать, чей интерес возобладает в итоге. Нам столько всего ещё предстоит…

– Ага, а пока конец связи.

Инферно оборвал разговор на полуслове, который уже постепенно переходил от Жнеца, к так называемой, поющей девочке, которой оказалась Лилит, и которая уж точно не была под пятой Инферно. Но эту деталь он прагматично решил утаить, сохранив между ним и GW некий баланс.

У Рейчел на повестке дня не значился Ацтек, но и без него у нее хватало противников, а вот с защитниками был большой дефицит. Не то что бы она не доверяла русским бандюкам, которые знали кто она, о ее отношениях с Боссом, с тем, который постатуснее был и который её считал родной, тем не менее, чтобы подчеркнуть этот самый статус, она и обратилась за помощью. Ермак был верным союзником, которого она не хотела подводить и потому сперва решила подготовить почву под так называемый десант с подкреплением. О судьбе Троицы она узнала ещё в Лагере. Ермак не стал вдаваться в подробности, лишь обозначил итог – Бойцы ушли на заслуженный покой, притом бессрочно.

Рейчел уж решила, что пора шапкой ушанкой обзавестись, но Ермак уточнил, что в виду специфики их деятельности, всем членам их группировки возврат на Родину строго-настрого запрещен по причине статьи УК о сепаратизме или кем их там считают местные олигархи. Страной пребывания бывалых стали нейтральные и не приметные Филиппины, а именно пляж, на котором Рейчел и нашла в местном баре, теперь так сказать, свою братву, от чего сразу опешили офицер и два прапорщика:

– Это что, шутка такая?

Скорострел – Да уж получше, чем твои.

Аванс – Бандюки, Карл, бандюки. Да я в жизнь не стану в этом мараться…

Пока Аванс со Скорострелом спорили и искали десять отличий между их международным статусом и предлагаемым Рейчел, Пацифист решил вспомнить былое:

– Лихо ты меня обвела вокруг пальца, могла бы и предупредить.

– Не о чем было предупреждать, я действовала по обстоятельствам. И знаешь, если вспомнить тот расклад и что мне грозило после, мне дико повезло, что меня все же откопали. Жаль только после удача от меня отвернулась…

– Прими наши соболезнования по поводу Наоми…

– Мне не нужны ваши соболезнования, мне нужна ваша помощь. Тогда я не стала вас впутывать в разборки с ЦРУ, но сейчас… Сейчас мне не вернуть город без вашей помощи.

Скорострел – О чем вопрос, Рейчел. Коль взялись, доведем дело до конца.

Хлопнув по плечу недовольного новым амплуа Аванса, Скорострел добавил:

– Правда, ведь?

Аванс – Якут, Фанат, Егерь так и остались там. Так что было бы странно и неправильно, умереть где-нибудь в другом месте.

Пацифист – Как постоянно повторял Ермак – «Нет большей доблести для бойца, нежели той, чтобы положить жизнь свою за други своя»… Мы с тобой.

По возвращению в Централ-сити Рейчел была потрясена увиденным, как и, впрочем, все её недруги во главе с Камалой, которую уже нарекли «Ведьмой», успев оценить разницу между ними. Тысячи людей, действительную численность которых лживые СМРАД после сократят раз в двадцать, а то и больше, собрались со всего города, чтобы почтить память своего прокурора и проводить её в пешем шествии в последний путь. Позже уроды новой нормальности (садомиты, пид*расы, лезб*янки, некогда рабы оков, а теперь амбиций, лживые политики с ценником на заднице, агенты СМРАДа, педофилы из высших кабинетов, лжецы, клеветники, подонки и просто безнравственные инвалиды на голову, что выступают – За свободу и права человека! Забывая упомянуть, что свобода от нравственных ценностей, есть высшая кабала) нарекут всех вышедших маргиналами и меньшинством, что подобно бешеным псам необходимо отстрелять. Но сегодня Камале пришлось отступить и смириться с унизительным поражением. Её указ о сдерживании толпы маргиналов был полностью проигнорирован сотрудниками полиции и спецназа SWAT, которых она лишила всех социальных гарантий в связи с кризисом перепроизводства. Наемников же из Blackwater, которые в виду своей мерзкой репутации сменили название ЧВК на Academi, Камала не рискнула выпускать на улицы во избежание обострения ситуации, к чему она еще не была готова:

– Ладно, Рейчел, будь по-твоему, в этот раз и в этот день, ну а завтра… Завтра я начну карать лишь за одно упоминание о тебе. Покойся с миром, сука.

Задернув штору мэрии с видом на многотысячную толпу, Камала вышла из кабинета той, чья тень и после смерти не перестала давить на неё своим неоспоримым авторитетом в лице большинства горожан, что поддержали её в последний час.

Видя плакаты со своим лицом, слышала выкрики своего имени, Рейчел расчувствовалась и, не выдержав, расплакалась, впервые ощутив единство со своими избирателями, которые, несмотря на все запреты, вышли и выказали ей небывалую поддержку, которой удостаивались лишь «Отцы основатели»:

– А ты даже после смерти популярна.

Скорострел – Если сейчас выйдешь к ним, они тебя до Белого дома донесут.

Рейчел от радости вздрогнула и улыбнулась, вытирая слезы:

– Мне не нужен Белый дом, ведь теперь я точно знаю, что моё место… мой дом именно здесь.

Пацифист – Пора его вернуть.

Рейчел – Да… Да, черт возьми!

Аванс – Не хочется портить момент, но тебе бы сменить прикид, а то как-то непредставительно выглядишь, особенно в фиолетовом парике.

Рейчел, испытав приятную нотку ностальгии из прошлого мира ответила:

– Человека только встречают по одежке, а вот провожают уже по уму.

Скорострел – Ого…

Аванс – Да она наша…

Пацифист – Ну и куда нам тебя проводить?

Переведя коварный взгляд на Аванса, Рейчел подытожила:

– На сходку.

Аванс хлопнул себя по ноге и огрызнулся, шутя:

– Таки и испортила момент со своими бандюками.

В качестве нового Босса «Русской мафии» Рейчел бросила клич всем представителям и кланам преступного мира Централ-сити в расчете на то, чтобы с их поддержкой, если не легально, так криминально снести Камалу. Спустя пару дней Рейчел получила отклик с координатами места сходки:

– Выдвигаемся.

Место встречи как нельзя лучше подходило под причину их собрания. Небоскреб в центре жилого района, который был полностью вычищен от местных жителей под благим предлогом о их заботе в связи с аварийной ситуацией. Хотя эта самая аварийная ситуация ничуть не смутила Камалу, которая и была её инициатором и которая после выдворения людей на улицу, стала продавцом их домов, а вернее земли. Картеж из четырех джипов въехал в подземную стоянку, где их уже ждали:

– Спокойно. Группы сопровождения остаются внизу.

Макар – Че?

Пацифист уточнил:

– Быки остаются у машин.

Макар – Че сказал! Совсем охренел?

Вдова – Он сказал, что ждете нас у машин. Еще вопросы?

Макар – Понял.

Аванс – Смотрите, только не подеритесь.

Макар – Слушай ты, юморист, я тебя…

Вдова – Я тут решаю, кто кого, это ясно?

Макар злобно выругался, а по рации передал свое постоянное:

– Понял.

Выйдя из джипов, бандюки переглянулись с интернационалами своего ремесла и, убедившись, что опасности нет, Макар громко свистнул. Первым из машины вышел Пацифист, и мельком оценив ситуацию, полагаясь больше на чувства, нежели глаза, выпустил Рейчел в новом образе вдовы со шляпкой и вуалью, что скрывала ее лицо. Первым выдвинулся Пацифист, а следом Вдова под прикрытием с двух сторон Аванса и Скорострела. У лифта их встретил Консильери, который попытался обступить телохранителя и подойти к Вдове, тут же слегка отлетев обратно:

– Твое дело лифт вызвать, а не к Вдове лезть.

Консильери поправив пиджак, заметил, сделав замечание:

– Сказано было, встреча с глазу на глаз…

– Так и будет. Мы у двери подождем, но до тех пор, куда Вдова туда и мы. Вызывай.

Подленько улыбнувшись, он вытащил телефон:

– Минуточку.

Получив новые указания, Консильери разблокировал дисплей лифта своим пропуском и вызвал лифт, начав лебезить с подлой ухмылкой уступая дорогу к лифту:

– Прошу.

Пацифист не стал церемониться и втолкнул Консильери первым в лифт, после чего вошел сам с остальными. Пока они ехали до тридцатого этажа из сорока, Пацифист переглянулся с бойцами, беззвучно переговариваясь, читая по губам:

– Что думаете?

Аванс – И чего это они нас пропустили?

Скорострел – Провокация сработала, вот только ради чего.

Пацифист – Либо ради того, чтобы кончить нас на месте, либо…

Вдова – Либо потому что я им нужна.

Её навык сильно удивил бойцов, особенно Аванс:

– Ну вот, теперь даже ничего не сказать за глаза.

Скорострел – Ну даешь.

Пацифист – Да ты полна сюрпризов…

Консильери обернулся:

– Что-что вы сказали?

Пацифист так же обернулся, кинув на него не добрый взгляд:

– Ладно, понял, показалось.

Пацифист – Тебе что велено, следить за нами или все-таки лифтом?

Консильери – Доверие молодой человек, чуточку доверия в эти сложные времена не пов…

– Я тебе не собираюсь вредить, просто убью, если подставишь.

Нервно сглотнув ком в горле, Консильери выставил руку в сторону раскрывшейся двери лифта:

– Про… прошу…

– Веди.

Снова вытолкнув Консильери из лифта, они прошли следом мимо офисных помещений, чьи двери были опечатаны, и что смутило бойцов. Дернув за ручку, Аванс спросил:

– А почему заперто?

Консильери уже успев пропотеть, нервно ответил:

– Так аварийная ситуация ведь.

Кивнув друг другу, Пацифист одёрнул Консильери на себя, прикрыв его спиной Вдову, которую прижали к стене, после чего Аванс выбил дверь и осмотрел помещение:

– Чисто!

Консильери уже заикаясь, пробубнил:

– Я же сказал, авар…

Пацифист – А я сказал, веди.

Снова вытолкнув его вперед себя, они дошли до зала совещания:

– Вам дальше нельзя. Условия для всех равны.

Посмотрев на Вдову, Пацифист предупредил больше Консильери нежели ее:

– Чуть что не так, мы сразу вломимся, так что ложись на пол.

Вдова кивнула и прошла внутрь.

В слабо освещенном помещении ее встретили представитель Якудза, представитель Триады, представитель Итальянской мафии, представители Армянской, Азербайджанской и Индийской диаспор и двух уцелевших уличных банд, Гаитян и объединенная не от хорошей жизни, что всем им устроил Итан Хант Crips and Bloods. По сути уже по контингенту на подземной стоянке, Вдова поняла, с кем ей придется иметь дело:

– Ну, здравствуйте, мальчики.

Цзинсун (Триада) – Вы опоздали.

Вдова – Это продиктовано, что моим полом, что положением.

Такеда (Якудза) усмехнулся и, отойдя от окна, подошел к общему столу переговоров:

– Рейчел Вудс… как погляжу слухи о твоей кончине, сильно преувеличены.

Хоть Рейчел и была удивлена тому факту, что наглый японец двадцати пяти лет в белом облачении и облегающем плаще с пустыми ножнами на поясе скорее не узнал её, а знал заранее с кем встретиться, тем не менее, ответила ему достаточно уверенно:

– Ты лучше не присматривайся, а то ослепнешь… Всех касается.

Нигер (Crips and Bloods) – Ты нам чё, угрожаешь?

Гектор (Гаитяне) – Это после всего, что ты и твой федерал сделали?

Вдова – Вот именно! Советую вам этого не забывать и потому рекомендую сменить тон и тему. Я вас собрала, чтобы обсудить крах Камалы, а не чтобы обсуждать былые распри.

Амар (Индийская диаспора) – Крах? Она наша сторонница, и я не намерен обсуждать её крах.

Плюнув, Амар попытался уйти, но коллектив, ему быстро напомнил из какого именно он мира, преградив ему путь, а после озвучив в лице Такеды:

– Я сюда пришел послушать её… как и все мы, так что будь добр… вернулся на место!

Цзинсун (Триада) – Он прав, ваша, так называемая ставленница, в гробу всех нас видела, включая и вас, так что это общая проблема…

Вдова – Не для меня…

Гектор (Гаитяне) – Кто её первый убьет, тому и все привилегии…

Вдова – Напомни-ка, кто ты?

Гектор (Гаитяне) – Я…

Вдова – Вот именно, парень с улиц. Так что будь добр, заткнись и не перебивай взрослых.

Взглянув на Рейчел взглядом цепного пса, что после всего увиденного вызвало у нее лишь улыбку под вуалью, пес отступил, придерживаясь плана, как и Такеда, который решил уточнить:

– А ты что предлагаешь?

Вдова – Я больше вашего желаю придушить эту суку, но, увы, её смерть ничего не даст. Более того она вынудит тех, кто реально за ней стоит и курирует все её действия, действовать более решительно. Город снова наводнят оперативные группы ЦРУ, и тогда вы снова забьетесь в свои норы, покорно наблюдая как они, будут сносить все, что нажито вашим непосильным трудом. А при поддержке АНБ, все ваши норы будут подсвечены, а после ликвидированы. Вам даже сбежать не позволят… Я предлагаю начать не с неё, а с её проектов, как этот. Обличить и уничтожить, и только потом уже растоптать саму гадину. При вашей поддерж…

Такеда – Очень интересно, но зачем нам верить в то, что ты говоришь? Зачем верить лгунье и лицемерке? Она лишь хочет занять её место, а что после?

Вдова – После…

Такеда – Ты прихлопнешь нас, всех до единого…

Уже по его взгляду, Вдова поняла, что он задумал и не только он. Не отрывая от неё своего змеиного взгляда, от которого разило желанием мести, Такеда добавил:

– Я ведь прав, Цзинсун?

Ответ того красноречиво прозвучал, но не от него лично, а скорее от самой Рейчел из динамика диктофона, что он, положив на стол, включил:

«Агент ФБР – Принято… Ну парни, за дело.

Моника – Что с ним? Он жив?

Агент ФБР – Определенно, мэм. Просто в ступоре.

Моника – Никто не выжил.»

Рейчел аж похолодела, а Цзинсун однозначно подытожил:

– Мистер По, помнишь такого? Кого приказала этой суке убить!

Положив руку Цзинсуну на плечо, Такеда придержал его до поры до времени:

– Тише, друг мой, всему свое время…

Взглянув снова на Рейчел, Такеда добавил:

– Жаль, что одна явилась, это немного осложнит дело… Но мы и Монику найдем. В конце концов, раз ты жива, значит и она где-то неподалеку.

Рейчел хотела бы снять вуаль и принять смерть лицом к лицу, но уверенность в своем тыле её обнадежила и, сохранив тайну своей личности для всех непосвященных, она дала отпор мстительной и поганой змее, что так и не сумела пережить свой яд:

– А вот тут ты ошибаешься, урод. Как и в том, кто из нас вернётся домой.

Такеда лишь посмеялся:

– У тебя нет дома, его у тебя отобрала Камала… А теперь мы отберем у тебя последнее, твою жизнь, чему она несказанно будет благодарна.

Авак (Армянская диаспора) – Кем бы она ни была в прошлом, сейчас она Босс Русской мафии.

Джафар (Азербайджанская диаспора) – Угрожать Русской мафии, я бы не советовал. Дело делом, а соседей не трожь.

Такеда – Тогда сдохните вместе!

Рейчел – Пацифист!!!

Натянув белую маску синоби, Такеда на пять метров подпрыгнул к потолку и ухватился за вонзенную в него катану, остальные же, после подрыва упали на этаж ниже. Последнее, что Рейчел успела заметить, перед тем как, пятясь назад упасть, помимо Такеды на потолке, большое окно, чья тонированная пелена спала и проявила подлинных представителей Якудза, Триады и Итальянской мафии. Остальным же, судя по всему, нужно было еще побороться за свое место под, так называемым, солнцем.

Несчастье никогда не приходит в одиночку. Отскочив от двери на пол после взрывной волны, Пацифист тут же услышал по рации сквозь непрерывные очереди автоматов донесение Макара и остальных, которых застали врасплох, сначала отрубив освещение на парковке, а после расстреляв их, как и остальных, неугодных:

– Засада!!!

Пацифист, выхватив ГШ-18 выполнил обещание данное Консильери и пристрелив его на месте вскочил на ноги:

– К бою!!!

Такеда – Как сказал дикарь, кто её прикончит, тому и все привилегии!!!

Разглядев Рейчел среди осевшей пыли, Такеда оскалился и, вырвав клинок из потолка, кинулся на неё, но тут же отлетел от сильного удара Пацифиста с плеча, который вычислил его по крику. В итоге боец спрыгнул рядом с Рейчел, с которой, свернув шею, скинул бешенного Цзинсуна, который пытался её придушить, а Такеда упал в толпу головорезов из Триады. Что Авак, который колотил по морде Гектора, что Джафар, который просто вмял рожу Нигера, оба почувствовали металлический холодок у уха, что был, сравним лишь с дулом пистолета:

– Чурки, вы за кого?

Авак – Я не чурка, я Авак…

Джафар – А я Джафар, а за чурку я тебе…

Пацифист – Всё потом, а сейчас спина к спине!!!

Признав в бывших соотечественниках прежних союзников, Аванс и Скорострел помогли им подняться, протянув руку, как в старые добрые, когда народы считались братскими, даже среди бандитов.

Прикрыв собой Рейчел и встав спиной к спине против тех, к кому полз Амар, пытаясь спастись от злых русских, бойцы передали беззащитным союзникам своё основное оружие, отдав дань давней традиции, а сами выхватили наградные ножи из прото-металлов. Наивный Амар, вместо руки помощи получил удар катаной, окончательно потеряв голову. Освободив Камалу от держателя её обязательств перед Индийской диаспорой, Такеда вернулся к основной цели:

– Рейчел Вудс… Пришло время склонить свою голову и принять свою судьбу… Всех, кого ты обманула… Кого предала… Кого убила! Все они ждут тебя… И поверь, ни твои последние минуты жизни, ни твои вечные скитания в небытии не будут покойными… Мы везде тебя найдем… Везде настигнем!!! Ты пон…

Стоя спиной к спине с Рейчел, Пацифист почувствовал её дрожь, что леденящей душу волной прокатилась по её спине и, наплевав на благоразумие, прикончил подонка, прострелив ему голову, что тут же спровоцировало более пяти десятков головорезов с топорами наперевес:

– Ааа!!!

Толпа стремительно кинулась на них со всех сторон, сначала в момент, сократив дистанцию в три метра, а после лишив и преимущества в огнестрельном оружии. Успев пристрелить троих, Авак, захлебываясь собственной кровью, тут же пал жертвой троих следующих, чьи топоры вонзились в его грудь, руку и шею. Участь Джафара была менее мучительной. Пристрелив головореза, он схватил его и до последнего прикрывался им как щитом, не позволяя подойти к нему на расстояние выпада. Защитив себя от выпада, он пал от броска топора, что проломил его голову.

Это не была схватка, их просто пытались взять числом и забить как дичь на скотобойне. Получив слишком много ранений и не в силах сдержать настолько интенсивный натиск, Аванс, вырвав кольца, не оставил выбора ни своей боевой двойке, которая тут же его поддержала в его инициативе, ни своему командиру:

– Вытащи её отсюда! Напролом!!!

Скрестив перед собой руки с зажатыми в них гранатами, оба бойца из последних сил, на пределе своей воли, побежали напролом, тараня всю свору на своем пути, освобождая путь Пацифисту. Что превыше для бойца, командира, долг или жизни товарищей? Пацифист лишь отчасти соответствовал своему позывному, решающая же часть, которой он руководствовался в своих действиях, было здравое рассуждение, что ввергало любого гуманиста в припадки гнева – «Как так? Человек превыше всего!». Но бойцы, а прежде них и воины, всегда считали иначе – «Долг превыше всего».

Схватив Рейчел, Пацифист побежал в последний раз вслед за своими бойцами, которые ему расчистили путь до самой двери, перед которой их пути навсегда разошлись. Как и всегда, Аванс был чуть правее на пару метров, а Скорострел левее, но, как и прежде, поровну, на двоих разделили тяготу службы, равнозначно утонув в бешеной своре, что их зарубила топорами, не щадя даже руки друг друга:

– За… будущее…

Скорострел – За… Отечест…

На последнем издыхании, они разжали руки, прикрыв отход своего командира мощными взрывами, которые на куски порвали свору и завалили выход из того зала трупами и кусками стен, что обрушились.

Рейчел последней поняла, что именно произошло, после чего замерла, потеряв дар речи, глядя на руины, что остались позади:

– Ав… А… Ско…

Порвав воротник на шее, она, наконец, смогла отдышаться, но выговорить так ничего и не сумела. Трудно сказать, если вообще возможно оценить, чья боль была сильнее. Пацифиста, который знал, на что идут его бойцы ради шанса для них или Рейчел, на которую это свалилось уже постфактум, неожиданно и бесповоротно. «Ваша жертва не будет напрасной… Не позволю!!!» – схватив Рейчел, он лишь прокричал, распаляясь:

– Бегом к лифту!!!

Но в отличие от верхнего этажа, офисные помещения этого были под завязку забиты гаитянами с мачете наперевес, которые выбив двери, начали кидаться на них со всех сторон. Но их бедой была мнимая победа, что уперлась в пустоту бойца, которую вмиг заполонила ярость, которой гаитяне захлебнулись, как и своей кровью после, судорожно дергаясь на полу. Отстреляв вторую обойму, Пацифист сразу выхватил нож, которым мгновенно обрубал короткими взмахами все их широкие замахи мачете, лишая конечностей и приумножая их крики и вопли. Досталось, конечно, и Рейчел, которую Пацифист швырял по всему коридору, пытаясь уберечь.

Перерезав два десятка гаитян, Пацифист, наконец, остановился, прислушиваясь, что к окружению, что к себе. Он поддался новому для себя чувству, которое устрашило его, что по ощущениям, что по последствиям. В побоище, что он устроил, просматривалась далеко не техника, а скорее свирепость, которая была присуща лишь Инферно. Рейчел, оклемавшись в ходе этой бойни, все увидела по его глазам, которые переполняли то гнев, то страх. Она быстро попыталась обнять его, чтобы отогреть что ли, но Пацифист выставил руку, после чего повернул голову к лифту, где их ждали двое, уже совершенно других противников, каждого из которых, после смерти товарищей, братьев по оружию, он уже не мог воспринимать иначе, как врагов. Разница между противником и врагом существенна. Она кроется в личном отношении, что непозволительно для бойца на поле боя. И если Инферно умудрялся выживать в схватке с подобным отношением, обращая ярость в свою пользу, то для Пацифиста, это было скорее фатальным недостатком, который его уязвлял перед его оппонентами.

Убрав Рейчел за спину, Пацифист тут же снова её отшвырнул к стене, приняв удар на себя. Три сюрикена вонзились в него, отозвавшись острой болью в ноге, плече и руке, которой он успел прикрыть лицо. Никто не мог, пережит тех взрывов, тем более выстрела в голову. Никто кроме Такеды, который подобно мертвецу из склепа, вылез из руин, весь изувеченный и грязный, забыв о былом блеске. Сорвав с себя лохмотья, что не так давно были плащам и рубашкой, он наглядно продемонстрировал свое проклятье, что ветвилось на его теле в виде перетекающих татуировок, что не оставили и следа от прежних увечий на его теле, восстановив первоначальный облик:

– Твоё предательство, породило мое предательство… Вот мои оковы! Вот кара Бестии!!!

Пристрелить его на этот раз не позволила сама Рейчел, упершись спиной в спину Пацифиста, тем самым развернув его к двум другим. Выхватив у него из-за пояса гранату, она велела ему прорываться к лифту:

– Рейчел!

– Я сказала, иди! Этот фронт мой…

Здравый смысл и трезвая оценка критической ситуации все же перевесили слепое желание защитить и заставили Пацифиста принять ее позицию, четко осознав, что, если он умрет, конец и ей, а значит, время рисковать обоим. Попытка прорыва наглухо упёрлась в доспех самурая, от которого все пули отскакивали, не в силах даже оттолкнуть его назад. Лишь лицо, прикрытое характерной маской, было достаточно уязвимо, но выставленная рука служила щитом до тех пор, пока у Пацифиста не кончились патроны. Перезарядить пистолет Самурай ему уже не позволил, ускорив шаг, он на ходу выхватил катану и вакидзаси, атаковав бойца. Но подлее всего сработала Шан, считавшая себя прямым потомком первой реальной династии Китая. Воительница перекатилась из-за спины Самурая, за спину Пацифиста отработав серию ударов, которую он еле успел отбить, где ножом, а где и рукой, пользуясь своим непробиваемым проклятьем. Причиной его новых порезов на руках было не только то, что он еле успевал защищаться между мощными ударами Самурая и молниеносными сериями Шан, но и ввиду особенности ее клинков. Парные клинки, именуемые Олений рог имели одну смертельно опасную особенность в виду своего уникального вида. Каждый клинок имел семь режущих краев и три острия. Естественно и техника ведения боя таким специфическим оружием сильно отличалась, да так, что боец успевал лишь реагировать, но не контратаковать.

Рейчел же пошла на Такеду, который размахивая катаной, направился ей на встречу, предвкушая привкус мести, которой только и жил. Подойдя, на пять метров, Рейчел кинула в него гранату, что его изрядно позабавило. Поймав гранату без вырванной чеки, он лишь разочаровано усмехнулся:

– Кольцо, мисс Вудс, следовало его вырв…

Рейчел – Да заткнись ты уже!

Резко дёрнув рукой, она натянула струну подобно нити, которую Такеда ощутил только в тот момент, как лишился двух пальцев, а главное примотанного кольца от гранаты. Оставшись в дураках, да ещё и с гранатой в руке, он предвосхитил взрыв яростным криком:

– Ааа!!!

Рейчел тут же запрыгнула в офисное помещение, чтобы укрыться от осколков и прикрыла уши. Пацифиста же, от осколков прикрыла Шан, конечно не по доброте душевной, а по замыслу Рейчел. Боец моментально пригнулся и, закинув уже обмякшее тело тяжело раненой Шан себе на спину, перекинул ее через себя прямо на Самурая. Не успев опомниться, Самурай с Шан на своих клинках отлетел на пять метров по коридору назад от волевого удара Пацифиста, который прямым ударом ноги отбросил обоих. Несмотря на неожиданную контратаку, тем не менее, упали оба. Самурай на спину от удара, а Пацифист на колено от глубоких порезов и обильной кровопотери, которую даже предварительно принятые стимуляторы и бульон (химические добавки) не могли компенсировать. Боец полностью выдохся и был уже на грани. Глядя на поднявшегося врага, на что сам уже не был способен и который тут же кинулся на него, Пацифист готовился и копил силы лишь для одного, для последнего броска. Пара лишних секунд, за которые он снесет врага, втолкнув его в офисное помещение, за которые Самурай окончательно его убьет. Эти пару секунд, все что он мог подарить на прощанье Рейчел, выполнив изначальный приказ Ермака – Спасти любой ценой.

Но произошло непредвиденное, а именно двери лифта открылись и пришли русские:

– А вот и Чарли, сука!!!

Услышав глухой хлопок, который ни с чем не спутать, Пацифист на рефлексе все же запрыгнул в офисное помещение, а Самурай влетел в соседнее и дальше, отлетев уже не от удара, а от выстрела из подствольника Макара:

– Забираем их и валим отсюда! В темпе вальса, пацаны!

Отыскав Рейчел, которая отключилась, получив контузию, её тут же подхватила, теперь уже смешанная, группировка из Русской мафии и двух соседних диаспор. Попав в засаду и потеряв в первые же секунды половину своих людей с каждой из сторон, бандюки, которые ещё минуту назад грызлись по поводу старых обид, оказавшись под плотным огнем, тут же объединились по языковому признаку. Русский язык, а вернее его нецензурный диалект стал прекрасным индикатором в кромешной темноте и отличительной особенностью для распознания свой-чужой. Благодаря некоему подобию переклички, Макару удалось представить фронт боестолкновения, а главное, по памяти вычислить углы для контрнаступления. Головорезы Якудза, полностью положившись на ПНВ явно не ожидали сплоченного отпора, а главное совершенно не были к нему готовы. Набив руку на безвольной дичи в лице головорезов из уличных банд и Индийской диаспоры, они осмелели и спутав мат с паническими воплями уже сами попали в западню. Попав в окружение, последнее, что они услышали:

– Раз*бите их, пацаны!!!

После чего огонь из всех стволов и с разных сторон разорвал их просто в клочья.

Если по поводу Вдовы у бандюков вопросов не возникло, то по поводу еле живого грубияна не только вопрос возник, но и предъява на которую уже Макар ответил:

– Он русский, значит из наших, а мы своих не бросаем. Вот вытащим его, выходим, а уже после может ему фэйс и подправить, если смож… Какого хера?!!!

– Че за мумия, пацаны?!!!

Такеда – Ее на пол, а сами валите, пока…

Бандюки ему так же договорить не дали, шмальнув из подствольника, но теперь уже с перепугу из-за чего сам же стрелок и отлетел, надёжно не зафиксировав предварительно ствол.

Макар – Поднимите это чудо. А этих в лифт.

Подбежав к контуженному, Макар дал ему леща, чтобы привести в чувство, а после спросил, почему шнурки развязаны, чтобы вывести из ступора, чему научился ещё во вторую чеченскую компанию.

Вбежав в лифт с ранеными, помимо мумии, что крутилась по полу, собираясь воедино, бандюки так же услышали и Самурая, который буквально вырвался благодаря стимулирующему отвару из-под обломков:

– Вот это уже херово…

– Пацаны, что за дичь тут творится?!

Макар, не рассуждая закинул в коридор гранату:

– Держи, фашист, гранату!

Двери лифта закрылись, а после их хорошенько тряхнуло от инерции взрыва, а после ещё раз, но уже без возврата. Чувство провала в пропасть не прекратилось до тех пор, пока не сработали аварийные тормозные механизмы, остановив лифт между пятым и четвертым этажами.

Перерезав трос, и не добившись желаемого, Самурай вложил клинки в ножны, глядя в шахту. Его отчаянную попытку спрыгнуть на лифт с такой высоты пресёк Такеда:

– Тебе не пережить такой прыжок, только мне это по силам.

Самурай – Так чего же ты ждёшь?!

– Обострения своей мести. Им плевать на смерть, так пусть помучаются до нее. Вкусят мнимую свободу и познают горечь ее утраты. Пусть бегут, им все равно не сбежать.

Оклемавшись после падения, бандюки тут же кинулись к дверям лифта:

– Вот что за западло.

– Да уж, ни там, ни сям.

Макар снова не стал рассуждать, а лег на пол и выполз на четвертый этаж, приговаривая:

– Ползком, пацаны, ползком.

Вдова – А ну, руки убрали!

– Вот неженка.

– Где мой телохранитель?

– Да тут он родненький, тут. Ща скинем. Ну чё пацаны, на раз два?

– Вы совсем там охренели?!

Макар – Спокуха, Вдова, пацаны так шутят, а сделают все в ажуре.

– Где мы?

Одно Макар усвоил железно за свою почти сорокалетнюю жизнь – Краткость – сестра таланта. Указав на цифру на стене за своей спиной, он тут же принялся поторапливать своих.

– Четвертый значит. Лезем обратно.

Макар – Не понял. Как бы ни принято, но все же спрошу, нахера?

– Да не в лифт, в шахту, а там по тросам и на стоянку.

– А Вдова дело говорит…

Макар – Джигиты, у вас тачки находу?

– У косоглазых подрежем, не проблема.

– Они узкоглазые как твоя жизнь, а не косоглазые как твоя мушка.

– Чего! Да тебе не пох*й.

Макар – Охренели? С нами дама.

Наконец спустив Пацифиста, Рейчел сразу припала к нему:

– Это что за лохмотья на нем?

– Да это перевязки такие…

– Стерильные бинты для этого есть, а не половые тряпки…

Макар – Первые шесть часов любая рана стерильна, так что не переживай, выживет твой архаровец. Сам его в шахту понесу, а ты смотри, сама там не навернись.

Испытав очередное нервное потрясение, усиленное контузией, Рейчел не находила себе место, но непринуждённая обстановка спонтанного коллектива, чуждого ей по духу и культуре и скрытый смысл их поступков, который наконец ей стал ясен, подарил ей, наконец, облегчение.

Спуститься в шахту по тросам не получилось, зато получилось по встроенной лестнице. Попав на стоянку, один из армян, как и обещал, вскрыл машины головорезов из Якудза, на которых они и уехали. Как только они выехали из мрака на улицу, в пустой район у Рейчел прорезался нервный смех:

– Я все поняла, наверное, но какой смысл в незатыкающейся сигнализации?

Макар – Да никакого, просто у кого-то руки из жопы растут.

Гордый армянин тут же отозвался по рации:

– А что я виноват, что у них система не как у людей. Да и вообще, сказали ехать, ну мы и едем…

Передача сигнала прервалась неожиданным взрывом, когда второй джип на полном ходу сбил мусоровоз, который выскочил из закоулка, пробив машину вилами:

– Жми!!!

– Б*я, пацанов жалко…

Макар – В бок протаранил, так что глядите в оба. Нас-то уже жалеть точно некому будет.

Пока они глядели по сторонам, большая часть татуировок Такеды сместились по его телу вниз и обволокли ноги, усилив их потенциал, что позволило ему догнать джип, который несся под 150 км/ч. Запрыгнув на крышу, он так же вонзил катану, которая, пробив крышу, прорезала водителя по грудь:

– Макар, руль держи!!!

Схватившись за руль, Макар потянулся за последним аргументом, крича во все горло:

– Мочите ублюдка!!!

Такеда закрыв глаза, спокойно проговорил:

– Этому не бывать…

Буквально за секунды всю крышу изрешетили до щелчков автоматов, отстреляв полные рожки. Пока они в спешке перезаряжали, Такеда, обвитый татуировками, что буквально стирали раны с его тела, высмотрел через продырявленную крышу страх Рейчел:

– Чувствуешь бессилие? Безысходность?! Вот и я так же… но мгновение мести мое!!!

– Эй, урод!

Возведя оба курка, Макар придавил спуск обреза, дробь которого буквально оторвала Такеду с его катаной от машины, после чего ее тут же сбил уже самосвал.

Протаранив стену, джип кубарем влетел в складское помещение и загорелся, упав на бок. Рейчел в обнимку с Пацифистом меньше всех пострадали, так как бандюки с двух сторон приняли основной и летальный удар на себя. Вытягивая Пацифиста из джипа через дыру в крыше, Рейчел заметила, как Макар пришел в чувство:

– Держись, я вернусь за тобой!

Макар кивнул, а как только она оттащила Пацифиста на десять метров от машины, что были прописаны в инструкции, что так любила Рейчел, проговорил еле слышно и скорее для себя:

– Я такого риска не стою, девочка…

После чего прострелил уже бензобак, моментально ускорив подрыв джипа:

– Макар!!!

Склонившись над телом Пацифиста, который так и не пришел в сознание, Рейчел просто заплакала, пока сквозь слезы не прорезался яркий свет фонарей самосвала, что косился с улицы прямо на них. От нервного потрясения и не в силах бросить Пацифиста, Рейчел просто заорала:

– Ааа!!!

Такеда – Самурай! Придави эту суку!!!

Не мешкая, Самурай сперва придавил педаль газа и окончательно протаранив стену на полном ходу словил эффект бумеранга, что в виде незамедлительной кармы отшвырнул его к стене, на этот раз заблокировав его в деформированной кабине.

Не веря своим глазам, Рейчел лишь произнесла:

– Инферно…

Влетевший в окно, и ударом щита отшвырнув самосвал, Инферно убрал щит и, посмотрев на Рейчел с раненым Пацифистом, велел забрать их обоих. После чего перевел взгляд уже в противоположную сторону, где стоял Такеда:

– Ты мне не враг. Насколько я знаю, хотим мы одного и того же. Убей её, а мне хватит и её головы…

Инферно – Она моя! Так что пошел нахер… Такеда. Был неудачником и сдохнешь таковым.

– Твоя жадность погубит тебя… Помяни моё слово.

– Я же говорю, баба. Не словом, а делом, придурок ты недоразвитый.

Выхватив клинки, Инферно пошел на Такеду, которому показался знакомый его голос, но откуда, он так и не успел вспомнить.

Рейчел же вздрогнула от холода металлических щупалец, которые не так давно уже видела, а именно перед смертью. Они обхватили тело Пацифиста, после чего она резко обернулась и увидела Кнута, который протянул ей руку:

– За мной, мэм, и быстро.

– Кто ты?

– Не мне вам это объяснять, а теперь тихо.

Боевики Якудза, Триады, Мафии и уличных банд получив точный адрес, снялись с оцепления и начали стягиваться со всех окраин района к складскому помещению цеха. Подъехав и бросив машины, боевики вбежали в здание со стороны цеха. Перейдя в складское помещение, что начиналось с высоких стеллажей, они тут же начали рыскать между ними в поисках своей жертвы. К их удивлению, вместо Вдовы, они все чаще начали наталкиваться на своих предшественников с пробитыми насквозь головами и грудными клетками, будто ломами. Получив очередное озарение от Буддиста, Кнут воткнул пять щупалец в соседний ряд, пробив очередную пятерку насквозь:

– Чисто, за мной.

Либо по привычке, либо из вежливости, как Инферно, Кнут после каждой остановки что-то приговаривал Рейчел, у которой, по сути, не было выбора, так как одна из щупалец, обхватила намертво ее руку, а шесть других волокли за собой тело Пацифиста. Услышав жуткий грохот на улице, Кнут ускорился. Оказавшись на улице, Рейчел потрясло увиденное. Очередной Профи лишь топнув ногой, выпускал почти невидимую волну, которая буквально раскидала по сторонам три машины ещё на подъезде к зданию:

– Хлестани-ка.

Кнут – С радостью.

Это явно послужило подпиткой, так как после очередного топота следующую партию машин не просто раскидало кубарем, а скорее покинуло и размазало об соседние здания.

Лишь один микроавтобус стоял нетронутым, к которому и подвели Рейчел. Открыв дверь щупальцем, та увидела GW:

– Уверен, милочка, что вы рады меня видеть, но зная вас, насколько вы эмансипированы, считаю должным, как джентльмен, предложить вам выбор. Вы можете поехать со мной, выслушать моё предложение и умереть чуть-чуть попозже, либо прямо здесь и сейчас. Уверен претензии к вашей персоне этой дворовой шпаны весьма обоснованы и заслуживают удовлетворения… Сатисфакции, так сказать.

Несмотря на ситуацию, а скорее именно благодаря ей, растягивая время, что мог позволить себе только он, GW наслаждался подлинной властью над всем окружающим, мня себя богом сложившейся действительности, которая как бы ни разворачивалась, абсолютно никак на него не влияла, он же, напротив, влиял на все. Пока он смаковал каждое слово, испытывая эстетическое удовольствие от безвыходного положения Рейчел, которая, приняв его предложение, вынуждена будет сыграть с ним, став его марионеткой, Резонанс не переставал размазывать подкрепления боевиков, Кнут прикрывал тыл, а именно выход из здания, а Буддист мутил разум всех в округе.

Тут не о чем было думать и как бы Рейчел ни хотелось его удавить собственными руками за все, что он сделал и ещё больше за то, что только планировал сделать, отчасти испытав на собственной шкуре плоды одного из возможных сценариев проектируемого им будущего, она все же согласилась:

– Разовая сделка.

GW – Я, конечно, надеялся, что вы проживете несколько подольше, но воля ваша. Прошу на борт.

Его намек, что жить дозволено лишь под его пятой, Рейчел хорошо поняла еще в первый раз, когда он ее протащил в Комиссию Организации, а после отвернулся, когда она отказалась, что принять, что тем более участвовать в реализации их изуверского виденья будущего для всех.

Так как сиденья под лежащего не были оборудованы, Кнут щупальцами обхватил их, чтобы вырвать, чего GW попросил не делать:

– Любезный, нам ещё ехать на этом транспорте… Смерч.

Командир группы покорно кивнул и не поднимаясь, выпустил из рук наномитов, который сожрали все лишнее, от чего Рейчел уже побледнела ни то от того, что Инферно связался с их убийцами из прежней, счастливой жизни, ни то от того, что, по сути, сама его оттолкнула к ним – «Инферно, с кем же ты связался».

Как только тело Пацифиста Кнут втащил в микроавтобус и выпустил из щупалец, к осмотру раненного тут же приступил Монах, выхватив иглы, чем напряг Рейчел:

– Уйди от него!

GW не стал вмешиваться в вопрос, который не стоил его внимания, и Монаху пришлось самому выкручиваться:

– Если я не восстановлю кровообращение, он может умереть от анафилактического шока, уверен для тебя, как и для Инферно, такой исход неприемлем.

Рейчел уже мало, что понимала и еще меньше контролировала, а её выпады, что были обусловлены не формированием действительности вокруг себя, а реакцией на чужую, дали ей четкое понимание, что ей необходимо успокоиться, особенно в присутствии GW. Выдохнув она кивнула, уточнив важный момент:

– Сознание не трожь, только раны.

Монах кивнул в сторону индуса, который сидел сзади с закатанными зрачками:

– Сознание по его части, по моей же, физическая оболочка человека…

GW – Думаю нам больше ни к чему задерживаться. Буддист, в аэропорт, пожалуйста.

Профи не ответил, а вот зомбированный водитель мягко тронулся с места, наперед зная путь до самого трапа к самолету. Если Кнут и Резонанс сели в машину еще до начала движения, то тот, который был ей дорог, даже после не присоединился к ним:

– А Инферно?

Глядя в окно при выезде из района, куда уже стянулись полицейские, которые ожидали лишь приказа выдвинуться к месту боестолкновения уличных банд и которые их микроавтобус в упор не заметили, GW невзначай ответил:

– У нас своя задача, а у одиночки своя.

Если у группы GW была задача незримо для всех эвакуировать Рейчел, благодаря Буддисту, что туманил разум окружающих, то задачей Инферно было привлечь все внимание на себя. Напав на Такеду, Инферно очень скоро оказался в многократном меньшинстве, в силу подоспевших боевиков и особенно Самурая, который прорезав кабину, вырвался из неё:

– Тебе всегда было неведомо понятие о чести.

Контратаковав Инферно, Такеда тут же отпрыгнул от него и, увидев склад, который стремительно заполняли боевики из уже смешанных группировок, коварно оскалился, переглянувшись с Самураем:

– Мир изменился, понятия и принципы канули в прошлое… Теперь выживает сильнейший!

Инферно – Тогда ты точно обречен, придурок!!!

Такеда – Огонь!!!

Выхватив щит, Инферно мгновенно присел, вонзив клинок в бетонный пол, чтобы его не свалили под градом обстрела, а щитом прикрыл голову, чтобы не отключиться от сотрясений. Как и львов до него, стая шакалов пыталась забить бойца, не жалея ни патронов, ни гранат из подствольников, осколки которых даже через броню костюма секли Инферно по спине до крови:

– Ааа!!!

Накопив достаточно ярости, Инферно буквально расколол бетон под собой, высоко подпрыгнув, и с размаха обрушил крышу, пробив ее щитом, заживо погребя боевиков под её обломками.

Закованный в доспех Самурай, в отличие от Такеды, отделался лишь ушибами и сразу кинулся на Инферно, который свалился вслед за крышей:

– Пора с тобой кончать!

Инферно не стал четвертовать его еще на подходе и принял вызов, перехватив клинки за рукояти:

– Ну, попробуй!

Внешний вид громадного самурая отозвался эхом в сознании Инферно, напомнив о схватке из прошлого, в которой он точно не участвовал – «Да что за хрень со мной!». Его первоначальное замешательство, Самурай воспринял за свое превосходство и по тщеславию усилил натиск в попытке перерезать его пополам катаной, что была выкована из прото-металла, как и его доспех. Если мощь Инферно была выражена в волевых рывках, то мощь Самурая была постоянной, что вынудило бойца уворачиваться. Но как только он приноровился к новому стилю, выработав на практике защиту от него, тут же перешел к атаке, скрестив клинки с Самураем:

– Хочешь, фокус покажу?

Не дожидаясь ответа, Инферно выпустил клинки в разные стороны, выбив ими катану и вакидзаси из рук Самурая, по сути, обезоружив обоих. Но если Самурай не был готов к такому повороту, то Инферно напротив, только его и ждал. Выбив клинки, он тут же набил рожу Самураю. Схватив одной рукой за доспех, второй Инферно провел серию непрерывных ударов, пока не сбил с головы Самурая его шлем. Перехватив урода за волосы, Инферно оторвал его полумаску от окровавленной рожи ошарашенного японца, после чего помахал рукой перед его глазами:

– Бывай!

Выставить руки Самурай уже не успел. Инферно с рывка вцепился в его кадык, заметив, благодаря линзам Хосе, что стало его последним подарком перед смертью, взмах катаны за своей спиной, по отражению лезвия в альтернативном спектре. Не сумев пробить щит на спине Инферно, Такеда тут же получил по морде с локтя. Наглядно увидев траекторию удара, Инферно дождался его, а после, вырвав кадык Самурая, по инерции ударил с локтя Такеду, который, принеся в жертву своего напарника, рассчитывал поразить их противника.

Повернувшись к отлетевшему синоби, Инферно оценил его проклятье очередной шуткой:

– Ниче так змейки, даже нос вправили…

Такеда – Это драконы!

– Скорее черви, как и ты сам! Тебе, что было велено?! Убить, а не поклониться!

– Отку… Да кто ты такой?!

Отчасти Инферно был удивлен его вопросу, ведь он открыл всему миру лицо, которое скрывала маска его костюма. Допустить мысль, что Такеда не смотрит новости, даже экстренные, Инферно еще мог, а вот, что он ограничен до такой степени, чтобы упустить информацию такого рода, уже нет. Но вспомнив о корне проблемы под позывным Бестия, за интересы которой так радел GW, картина понемногу стала вырисовываться:

– Зачем тебе Рейчел?

По взгляду Такеда, глаза которого при одном лишь упоминании этого имени тут же налились кровью, Инферно понял, что имеет дело с человеком, чье представление о былом в корне отличается от реальности, что тот и подтвердил свои ответом:

– Она уничтожила мой клан! Она убила Киоко!!!

– Неужели?

Сняв маску, Инферно посмотрел на Такеду и спросил:

– Тогда кто я такой?

Такеда явно был ошарашен:

– Ро… Я помню тебя, ты…

– Ну же, смелее.

При непосредственном контакте, чары Бестии дрогнули и Такеда вспомнил подлинного своего врага, всякое упоминание о котором было скрыто в виду того, что Инферно был человеком делового партнера Бестии:

– Ты Ронин!

Голова Такеды не только налилась кровью от ненависти, но и обвилась татуировками, что пытались промыть ему мозги в очередной раз, но было уже поздно. Полоснув себя по груди, Такеда внес путаницу в чары, которые были сотворены в первую очередь для усиления и восстановления тканей, на что и отозвались, лишив Бестию контроля извне.

Восстановив рассудок, Такеда кинулся на Ронина в яростным криком:

– Предатель!

– Да, но главное… Я-Инферно!!!

Притянув клинки, Инферно отразил атаку синоби и контратаковал его, что оказалось тщетно в виду его неординарной особенности, стремительного восстановления. Но главное, задумка Инферно полностью оправдала себя. Не сумев обуздать свою ярость и находясь лицом к лицу с тем, кто на самом деле разрушил его мир, каким бы кровавым он ни был, Такеда был не в состоянии переключиться на что-либо другое, кроме лица Ронина, что их предал. Все его атаки были направлены в голову, которую он пуще прежнего жаждал срубить или пронзить. Инферно же, пользуясь моментом, сражаясь с по сути бессмертным противником, пытался нащупать его уязвимости, готовясь к схватке с уже своим подлинным противником в лице Ацтека. Как выяснилось на практике, вспоротые раны оказались самыми эффективными, которые максимально замедляли противника.

Выяснив и отработав технику, Инферно с ноги вышиб Такеду из близкого контакта и, вонзив клинок в пол, зафиксировал его и с разворота срубил голову, в которую тут же вонзил второй клинок, который с размаха ударил об пол, разбив голову на ошметки:

– Новую отрастишь…

Но глядя на судороги его обезглавленного тела, которое нелепо махало руками, так и не успев понять, что произошло, Инферно, не без иронии, добавил:

– Хотя вряд ли.

Он никогда не видел в Такеде ни воина, ни синоби, ни тем более своего противника и изначально не верил в его миссию по ликвидации Бестии, но это были люди Киоко и потому он тогда не стал оспаривать её решение, которое теперь аукнулось утратой Аванса и Скорострела, которых он так и не увидел.

Притянув и встряхнув клинки, что от крови, что от ошметков, Инферно удивился, разглядев черную пыль на клинках:

– Что за…

Не сумев пробиться через электромагнитное поле костюма, пыль моментально легла краской на лицо бойца той самой татуировкой в попытке поработить извне. Инферно даже не успел потянуться за маской, что висела за спиной, как тут же упал на колено, задыхаясь и ощущая сумбур в голове пуще прежнего. Реальное окружение тут же скрылось за пеленой, что покрыла его глаза, явив Бестию во всей красе, в прямом смысле этого слова. Полуобнажённая японка, чьи прелести едва прикрывал традиционный халат, предстала перед его очами. Особенно Инферно поразила её красота, когда она посмотрела на него не пустым взглядом, на который боец даже и внимания никогда не обращал, ссылаясь на то, что столько не выпьет, чтобы лечь с пустышкой, а переполняемым всем тем, что его всегда в женщинах привлекало. Взгляд строптивой кошки, знающей себе цену.

Испытав бурю противоположных схватке эмоций, Инферно был сражён и покорён. Забыв про все на свете, он готов был тут же отправиться на край этого самого света, только чтобы добраться до нее и наконец, познать, реализовав всю свою похоть и страсть:

– Вот ведь кабель…

Уже зная Инферно как саму себя, у Лилит и сомнений не было, что он сможет устоять перед своей самой главной уязвимостью. Тем не менее, она не стала сразу вмешиваться, позволив своей ревности вызреть, а главное впервые испытать это, без сомнения, сильное чувство:

– Ну, всё, поглазел и хватит с тебя.

Окутав его мраком, Лилит вторглась в примитивные чары и уже Бестии явила себя, чем та ровно так же была очарована и с придыханием воскликнула:

– Демон…

Рыжая в ответ лишь коварно усмехнулась, мгновенно окружив ее мраком:

– Нет… Много хуже… Человек.

Выпустив свои коготки, Лилит нежно провела руками по лицу Бестии, тем самым порезав ей лицо и изуродовав поистине редкую красавицу:

– Ааа!!!

– Так-то… Впредь будешь знать, как на чужое посягать.

Скрывшись в вихре мрака, Лилит разорвала чары, прервав их порочную связь во всех смыслах этого слова:

– Инферно? Как слышишь меня, Инферно?

Словно выйдя из оцепенения, Инферно резко откашлялся, судорожно стряхивая с себя черную пыль:

– Что за хрень?

В награду за измену, хоть и ментальную, Лилит стерла приятные воспоминания последних трех минут, наградив его очередным беспамятством и приступом тревоги:

– Да что со мной происходит?!

– Инферно, ответь.

Похлопав себя по лицу, Инферно окончательно пришел в себя и наконец, ответил:

– На связи.

– Тебя где черти носят?

– Я закончил.

– Тогда вали оттуда! Копы уже на подходе.

Ментальную связь обеспечивал Буддист, который, почувствовав смену энергий, сначала доложил GW об ушлом ходе Бестии, которая, несмотря на их партнерство, получив возможность, все же осмелилась ею воспользоваться и переманить Профи на свою сторону, а вот после он доложил совсем уже о другом. Ощутив третью сторону, что истощала невиданную доселе мощь, Буддист не смог даже описать то, до чего так и не осмелился коснуться. GW же расценил это как их паритет, решив, что, так называемая «Поющая девочка» все же у Инферно и улыбнувшись Рейчел, которая не слышала их мыслей, велел Монаху лучше приглядывать за Пацифистом, чья, хоть и возможная по естественным причинам смерть, могла все же нарушить хрупкий и такой необходимый паритет.

Красно-синие мерцания и звуки стремительно приближающихся сирен лишний раз дали понять, что приманка сработала и пора сваливать. Одев маску, Инферно активировал защиту:

– Понеслась! (рус)

После чего выбежал на главную дорогу, чтобы показаться тем, кто остался в дураках, тем не менее, в безопасности, что, зная Инферно, было фатальным заблуждением. Выставив средний палец в сторону небоскреба, послав нахер всех тех, кто так и не понял посыл Итана Ханта и все же посмел явиться в Централ сити, Инферно с нескрываемым удовольствием произнес ключевую фразу:

– Скатертью дорожка, уроды!

Пока представители преступных синдикатов боролись за биноколь, чтобы лично убедиться в полном крахе их предприятия, следующий Мистер По, которому больше импонировало имя Дядюшка По, резко побледнел и выронив челюсть, так и не смог описать увиденное. Зато Фабрицио смог, завопив от ужаса и указав в небо:

– Самолет!!!

Услышав ключевую фразу, Буддист направил круживший над городом очередной командный центр Пентагона, воздушного типа с полностью зомбированным экипажем на борту, включая и пилотов, которые по команде направили огромный боинг-747 практически в пике. Неминуемое столкновение снесло не только небоскреб, но и разрушило половину района. Если GW решал свои задачи таким способом, давая понять Пентагону его действительное место в мире, то Инферно просто хотел уйти красиво, раз и навсегда завершив начатое Итаном Хантом. Конечно, мир стремительно меняется и как посыл Ханта, так же и посыл Инферно со временем забудется, но что-то подсказывало, что в этот раз, это произойдет куда как позже.

Снеся под корень ОПГ, Инферно с чувством выполненного долга, и с разбега, выпустил клинки в стену соседнего здания на уровне третьего этажа и, притянув себя, влетел в него с окна. Выхватив щит, он сносил любые стену на своем пути, прекрасно представляя его благодаря озарениям от Буддиста.

Разминувшись с основными силами полиции, Инферно, пробежав насквозь три здания, выпрыгнул в окно, что привлекло уже журналистов, а главное операторов, что снимали происходящее с вертолетов по приказу Камалы:

– Это точно он?

Советник – Костюм, бойня, очередной небоскреб в руинах – факты, как говорится, на лицо.

Камала – Патрульных в район происшествия, пусть торгую лицом, и держат там ситуацию под контролем. Карл, случившееся необходимо использовать по полной в нашу пользу. Не прямым текстом, но намекни, что это была одна из причин объявленной мной экстренной эвакуации.

Карл – Думаете, поверят? Такого никто не ожидал, да и Пентагон…

Камала – Карл, это не для Пентагона. Они пусть сами разбираются, твоя задача использовать это дерьмо, что свалилось на нас и выставить меня в выгодном свете, так что иди, работай!

– Да, мэм.

– Командира Academy ко мне!

Уже через минуту Профи с позывным Коготь, грубо растолкав всякого рода советников, аналитиков и не пойми, кого еще, подошел к Камале, которая взяв его под руку, отвела к окну своего кабинета:

– Достань мне его.

Коготь – Он не прост даже для Профи. Боюсь, цена за его голову не ограничится шестью нулями…

– Любая сумма. Живым или мертвым…

– Допустимые жертвы среди гражд…

– Плевать мне на гражданских, меня волнует только он… Любой ценой.

– Будет исполнено, мэм.

Коготь еще не успел покинуть ее кабинет, как Камала уже поспешила объявить о немедленной пресс-конференции.

Пресс-секретарь – С каким заголовком, мэм?

– Что-то вроде – «Она смогла то, что даже Вудс не смогла»… Думаю самое то.

Вскочив на свой байк, Инферно тут же сорвался с места, вскочив на заднее колесо по направлению в аэропорт, с которого уже взлетела в воздух основная его группа. Несмотря на желание Камалы запечатлеть свой успех, вертолеты средств СМРАДа не могли угнаться за Инферно, который на полном ходу несся, чтобы не попасть в оцепление. Наемникам его удалось перехватить только уже на въезде на трассу, которую тут же накрыли шквальным огнем, попутно подбивая гражданский транспорт, который вынудил Инферно резко маневрировать после волны прилетевших снарядов:

– Совсем охренели!!!

Но наемников не волновали жертвы среди гражданских, особенно после уточнения их задачи, без каких-либо ограничений. Единственное, что их волновало, это калибр, которым вообще возможно пробить броню его костюма и поразить тем самым цель, которая стоила миллионы:

– Крупнокалиберным по нему!!!

Его глазные линзы не только подсвечивали патроны и снаряды, пролетавшие мимо, но с каждым разом все ближе, но так же по их следу, Инферно наглядно видел траекторию их полета, а главное, откуда в него все это прилетало. Не реагируя до поры до времени, Инферно первым делом съехал с трассы переполненной гражданскими, не в силу каких-либо гуманистических взглядов, а потому что был убежден в том, что не пристало воину прятаться за спинами гражданских.

Свернув в тоннель, Инферно съехал с моста и выехал уже из-под него, продолжив нестись параллельно трассе, по водосточному магистральному туннелю под открытым небом, став идеальной мишенью для пулеметчиков. Как только первая группа на трех Хаммерах, свернула вслед за целью, стрелки на пулеметах тут же словили по короткой очереди в голову из АПС, после чего Инферно тут же ушел в отрыв. Сбросив тела прямо на ходу и встав за пулемет, ни один из наемников уже не мог достать до цели, которая оторвалась:

– Жми, мать твою!!! Пока наши бабки не свалили!

Водитель – Уже свалили! У нас-то джипы, а у него-то скоростной байк.

Но Инферно не стал разочаровывать бывших соратников и, въехав на пустую взлетную полосу, подождал их, облокотившись на байк. Наемники не заставили себя долго ждать и уже через пару минут в составе двух десятков Хаммеров и четырех броневиков, окружили его:

– Не стрелять! Пока что.

Выйдя из броневика, Коготь направился к Инферно и остановился в пяти метрах от него, убедившись, что кобура на АПСе застегнута, он убедился в особенности Профи, о котором уже был неслышен и которому не счел нужным подыгрывать:

– Даже не надейся на честную драку или как ты это дерьмо называешь. Мы либо прям здесь и сейчас тебя пристрелим, либо ты сдашься, что будет самым разумным с твоей стороны… Профи с твоими навыками и опытом как у тебя используют, а не ликвидируют, так что подумай…

– А я не могу, подумать. Я же идиот… А вы трупы.

Его абсолютно невозмутимый тон слегка смутил Когтя, а вот термос, что он вытащил из-за пояса со спины с циферблатом, уже привел в полное оцепенение, в отличие от Инферно, который помахал ему, и не успев сказать своё, уже фирменное «Бывай», резко подлетел вверх, уронив термос, с обратным отсчетом в пять секунд:

– Черт…

Мощный взрыв стер с лица земли не только мини-армию Камалы, но взрывной волной даже выбило все стекла в аэропорту, что был в двух километрах от эпицентра. Теперь Камала попала совершенно в другую реальность, в которой почувствовала себя беззащитной и с совершенно иной повесткой своей пресс-конференции, на которой всех жертв среди гражданских на трассе списала на террориста и нерадивых наемников, что ей мало помогло. Даже казавшийся козырь в виде эвакуации, которая в наглядной перспективе полностью оправдала себя, так и не сумел оправдать Камалу в глазах общества в виду её крысиной репутации, которая перевешивала всё, включая и пафосную ложь.

Инферно же, ощутив мощное магнитное притяжение, по совету Ханса, вместо того, чтобы сгруппироваться, наоборот развел руки и ноги в разные стороны, чтобы увеличить площадь опоры и соприкосновения, что, по его словам, должно было смягчить удар. Но никакого удара Инферно даже не почувствовал. Его притянуло к пластине днища истребителя, после чего оно прокрутилось внутрь, где Инферно уже ожидала очередная сидушку, максимально похожая на сидушку байка. Схватившись за руль, который по факту был штурвалом, Инферно снова прокрутился, уже на сидушке, и уже в кабину пилота. Глядя на приборную панель, Инферно терялся в догадках:

– Эээ, Ханс, а на что вообще нажимать?

Ханс – Вот как раз для этого и нужен тренажёр, с твоей надписью – Для слабаков.

– Сколько раз можно повторять, я понятия не имею, кто это написал…

– Судя по записи с камеры, это все-таки ты.

– Ну, спасибо, Си. Ладно, поймал, а теперь…

– А теперь почувствуй самолет…

Си – Нет, не так. Цифровой шлем и управление это по моей части. В общем, слушай, тебе нужно почувствовать самолет.

Инферно усмехнулся:

– Называется, найди три отличия.

Си – Ты вообще в курсе, с какой ты скоростью несешься, а ведь там и горы есть, так что думай быстрее.

– Понял.

Тем не менее, зная, что СИ, что Ханс за ним следят, как раз-таки, чтобы он не влетел в гору, на испуг Инферно не купился, но подумал, правда, не о самолете, а о Мари, по которой истосковался, после чего самолет резко направился ввысь:

– Ты, о чем подумал, тебе в диаметрально противоположное направление…

Ханс – Чего? В землю что ли?

Си – Да нет, я имел ввиду…

– Вот что имел ввиду, то и говори.

– Но он-то меня понимает.

– А я нет.

– Но не ты ведь за штурвалом, а он.

– Железная логика…

Инферно – Нет, китайская, а теперь помолчите оба.

Испытывая Пегаса, которого тут же переименовал в Ареса, Инферно нисколько не ощущал перегрузок, благодаря электромагнитному полю костюма, которое ограждало его тело от внешних воздействий и сил. Похоть похотью, но голос GW, оказался той ложкой дегтя, которая спустила Инферно с небес на землю, образно выражаясь и взять общий курс. Сменив вертикальный взлет на горизонтальный полет, Инферно, как всегда, походу приноравливался к упрощенной и смоделированной под него системе управления, доверив большую часть рутинных действий ИИ, оставив себе лишь управление и воздушный бой:

– Ханс, а что у Ареса на вооружении?

– Импульсная пушка, но имей ввиду, уже с трехсот метров волна начинает стремительно рассеиваться, так что…

– Ближний бой, мне подходит. Вот только красной кнопки не вижу. Как стрелять-то?

– Мысленно…

Си – Это уже по моей части. Сейчас объясн…

Не желая слушать очередной спор двух знатоков, Инферно прервал связь и решил попрактиковаться, взяв курс не на место встречи, а на самолет с GW, Рейчел и к их счастью, Пацифистом.

Будто предчувствуя и исходно не доверяя Инферно, Смерч прервал тишину и в голос спросил GW:

– Не сочтите за наглость, но не опрометчиво ли довериться ему? Как-никак у него боевой самолет, а на борту она. Не собьёт ли он нас, наплевав на все обязательства?

GW ничуть не возмутился ни вопросу, ни мнимой угрозе и, посмотрев на Рейчел, спокойно ответил:

– Сейчас не то время, чтобы мы могли позволить себе игнорировать общую угрозу. Мы нужны друг другу…

Переведя взгляд на Смерча, GW продолжил:

– И поверь, Инферно это осознает даже лучше, чем она.

Рейчел слегка возмутилась:

– Может, это потому что «она» вообще не понимает, что здесь происходит.

GW – Прости дорогая, вот это уже моё упущение… ты ведь помнишь, кто такой Ацтек, а главное на что он способен?

Рейчел – Мне достаточно знать последнее, чтобы не лезть к нему.

– Увы, но придется. Времени уже совсем не осталось…

Не выдержав, Рейчел вскочила с сиденья:

– Его вообще не будет у того, кто к нему сунется. Ты вообще понимаешь, кто он такое, что он такое?

– Конечно и получше вас, милочка, тем и вызваны мои опасения…

– Опасения?! Нет, он ходячая смерть. В те редкие разы, что он вылезает из своих лабораторий и прилетает куда-то. В тех местах люди целыми городами либо исчезают, либо вымирают. Ты меня в это дерьмо не втянешь.

– Присядьте, пожалуйста… Рейчел, сядьте… Вы преувеличиваете, что угрозу, что лично его значение. Будь оно так, как вы говорите и вмешиваться бы, не стоило, но нет, шанс есть предотвратить катастрофу…

– Скорее убрать конкурента.

– Не без этого, но не конкурента. Делового партнера, что зазнался… Высадка целой группы, хорошо подготовленных спецов во главе с Инферно на месте и под вашим кураторством и вот, блестящий пример того, чтобы случается с тем, кто забыл свое место в общем деле… И я просто уверен, специалисту ваших дарований и талантов, потом, непременно какая-то часть непременно достанется. Возможно даже генетический отдел, который вас всегда интересовал.

Рейчел не стала уточнять, что её интерес более не актуален в виду исцеления Аннабель благодаря оказанной услуге Дядюшке Сэму, но добавила:

– Да как ты не поймешь, не будет никого из нас никакого потом!

– Ну, это как справитесь.

– А это еще как понимать?

– Понимаете, милочка, я человек мира и мне претит любое насилие…

– И потому ты нас бросаешь в пекло.

– Рейчел, вы утрируете. Мое неучастие в вашем предприятии…

– То есть теперь в моем.

Сделав тактичную паузу и позволив Рейчел успокоиться GW продолжил:

– Мое отсутствие в вашем предприятии вполне компенсируется моей поддержкой. Под вашу операцию я вам выделю специальное судно. Под высадку вашего десанта, группу примут на любой базе НАТО без вопросов и с полным содействием, включая, конечно же, борт для заброски группы. И, самое главное, я вам вверяю самого эффективного Профи наших дней, который не знает поражения. Плюсом ко всему, вы только подумайте, как в случае успеха вы поднимитесь в глазах людей, которые раньше вас даже не замечали. Какие перспективы перед вами откроются. Вам ли не знать, насколько щедро эти люди платят за оказанную им услугу.

Рейчел не стала увлекаться описанной им реальностью, помня о той, в которую попала и задала простой вопрос о том, с чего собственно их встреча началась:

– Ты ведь знал где я? С самого начала знал.

По взгляду GW, Рейчел все и так поняла, а вот про Инферно спросила:

– Ну, с тобой все понятно, но как он мог так рисковать нами?

– Вами? Ну что за наивность. Я, конечно, удивлен, что этот раненный боец ему дорог, но не вы точно… Вы допустили фатальную ошибку, Рейчел, которую в нашем мире не прощают. Вы сами отказались от Инферно, а после так и вообще предали своего Профи, наведя торпеды на тот корабль. Между прочим, там и моя дочь была. В этом то и вся прелесть Рейчел, если Инферно вас не простит никогда, я же готов с вами договориться в любой момент. Только бы игра стоила свеч.

– Пошел к черту.

GW усмехнулся:

– Я как раз от него, вас вытаскивал из его когтей, помните?

– Как и то, что Инферно появился в последний момент и ни секундой раньше.

– Конечно, а иначе как бы вы согласились? Милая моя, так в этом то и вся изюминка. Сначала довести человека до полного отчаяния и уже только после предложить руку помощ…

Рейчел не выдержала и кинулась на GW:

– Убью скотина!!!

Но Кнут ее тут же перехватил и усадил обратно:

– Успокойтесь. Этим делу не поможешь.

GW же искренне рассмеялся:

– Какая импульсивность. Вот теперь я точно спокоен за наше предприятие.

– Ты ведь знаешь, кого я там потеряла?

– Каждого и поименно.

– Хорошо, запомни эти имена. Именно за этих людей я тебе когда ни будь, вскрою глотку.

GW тут же сменил взгляд, сняв наигранную улыбку:

– Не переоценивайте себя Рейчел, ведь в следующий раз, может так случиться, что за вами никто не придет… И вы умрёте в луже собственной крови, чего я вам собственно искренне и желаю.

Оставив Рейчел наедине с горьким осознанием, что Инферно ей не вернуть, GW вернулся к своим мыслям, просчитывая все варианты их предприятия и, главным образом, все возможные выгоды от него для него лично. Инферно же, тем временем, испытывал Ареса наполную, на все десять махов (12250 км/ч):

– 6 махов…

Инферно – Быстрее!

ИИ (Пятница-проказница) – 7 махов. Достигнута критич…

– Быстрее!

Даже подумав о Мари, Инферно так и не смог отделаться от неприятного чувства тревоги, которым его наградила Лилит. Единственным приемлемым для него способом избавиться от этого чувства, было вышибить его из себя переизбытком адреналина, по принципу – «Клин клином»:

– Я сказал быстрее!

ИИ (Пятница-проказница) – Допустимый предел в 9 махов. Поведение пилота противоречит заданным проток…

Инферно – Да насрать мне на протоколы! Выжми всё!!!

Достигнув скорости полета в 10 махов, Инферно был вынужден снизить, что скорость, что высоту, чтобы сблизиться с самолетом основной группы:

– Он прямо над нами.

Передав свои мысли Клиенту, Буддист сверился с пилотом об их местоположении и времени прибытии. GW в свою очередь в очередной раз вторгся в сознание Инферно и попросил расчистить дорогу, выказав добрые намеренья. Инферно шутку оценил и, прибавив скорости, вырвался вперед, уничтожая все системы ПВО, зайдя на них с минимальной высоты:

– Ты перехватил сигнал?

Си – Еще на подлете. У них система аналогичная нашей, только на пару поколений древнее…

Инферно – Очень интересно, но я уже захожу на цель…

Си – Вижу. Что ж, данные перехвачены, огонь разре…

Инферно – Поздно!

Си уже пошутить не успел, так как Инферно, убедившись во взломе РЭБ (Радиоэлектронная борьба), открыл огонь по системам противовоздушной обороны, разнося их в клочья импульсными залпами из оружия, основанного на уже иных принципах физического воздействия на свою цель:

– В ружье!!!

Но, не смотря на поспешные действия спецназовцев во главе с Ермаком, прибыть к взлетной полосе они успели лишь к пепелищу, что оставил за собой Инферно, который не стал разносить только ангары, в которых, судя по сканерам, находились бойцы. Всю же остальную технику, в основном вертолеты, смыло, будто волной с взлётно-посадочной полосы, превратив в кучу сгорающей рухляди на обочине. Сменив вектор полета, и перейдя в режим геомагнитного левитирования, Инферно резко подлетел к Ермаку и завис прямо перед ним, сняв сначала маску, а после тонировку кабины пилота:

– Ну, здравствуй…

Как бы случайно, подумать о том, чтобы импульсной волной стереть Ермака с лица земли, Инферно не позволили снайперы, чьи блики прицелов уловили его линзы, а после и лазерные точки на его теле. Инферно усмехнулся от патовости их ситуации, Ермак же напротив, удивил всех, а Инферно напряг:

– Огонь!!!

Инферно – Совсем маразму отдался, оба же подохнем!

Ермак – Приемлемый ущерб. Я сказал, огонь!!!

Тем не менее, никто из бойцов спустить курок так и не решился, растянув секунды до предела. Пределом оказался GW, чей самолет приземлился неподалеку. Покинув борт, он помахал рукой в знак приветствия, а после направился к Ермаку в сопровождении Рейчел и Кнута, который нес тело еле живого Пацифиста. Лишь эта встреча смогла отвлечь Ермака от визуальной перепалки с осточертевшим ему Инферно:

– Рейчел? Пацифист! Медиков сюда!!!

GW – Не беспокой…

Ермак – Тебя забыл спросить!

GW – Ну что ж…

Отстранившись, GW с Кнутом, у которого глаза разбегались между бойцами в костюмах, что их окружили, отошли в сторону в ожидании, так сказать, своей очереди. Ермак, как командир, места себе не находил, пока полевой медик обнадеживающе не кивнул, заверив тем самым, что жить будет:

– Ну, слава Богу… а где… Аванс… Скорострел…

Тут уже Рейчел, но, увы, не кивнула, а лишь помотала головой, чем сразила Ермака, который снова прибавил в седине:

– Где их тела?

Рейчел не стала уточнять, что после взрывов и, уж тем более, самолета, что обрушился с неба на небоскреб, снеся его, от его бойцов мало что осталось, потому просто промолчала, опустив взгляд.

Взяв своего рода минуту паузы, Ермак молча отошел в сторону, жестом велев всем возвращаться в лагерь. Помянув павших скорбной молитвой, во время которой обычно вспоминал всех тех, кого потерял, Ермак, наконец, повернулся к тому, кто был повинен в большей части из них, и чьи игры мирового масштаба, стоили слишком дорого:

– Ермак, нет!

Встав между Ермаком и GW, Рейчел попыталась образумить старого волка:

– Есть похуже тварь, поверь.

Ермак – Худшей твари, чем англосакс для русских нет! Ни тогда, ни тем более, сегодня.

Ермак был прав, но лишь отчасти. В данной ситуации, правда, была на стороне Рейчел, которая видела большую угрозу в делах GW, нежели в нем самом. Ацтек, подобно Наполеону, что вышел из французской революции, которую профинансировали англосаксы, Гитлеру, которого привели к власти и отдали пол Европы, был так же их детищем, вскормленным и вышедшим из-под контроля орудием:

– Ацтек, полчищам биооружия которого уже под силу снести половину мира и за считанные дни изменить облик мира раз и навсегда. Я видела нечто подобное… никто не захочет оказаться в таком мире, но именно его мы и получим, если не объединимся…

GW – Послушай её, Командир, и вспомни – Что бы ни противостояло привычному нам миру, мы всегда встречали эту угрозу плечом к плечу…

Ермак – Я помню, план «Немыслимое»… Я все помню, особенно так полюбившийся вам прием удара в спину…

GW усмехнулся:

– Так не поворачивайтесь спиной и, как говорится – Дело в шляпе. К тому же в этот раз, так как с нас причитается, все расходы я взял на себя, с вас лишь требуется содействие, не более.

Ермак скептическим взглядом оценил подлую крысу, которая косилась на него исподлобья с хитрой ухмылкой на лице:

– Расходы? Скорее организацию, ты хотел сказать.

GW – Не без этого. Ведь кто как не я владеет всей необходимой для нашего успеха информацией, которой делиться, сам понимаешь, не этично. Как у вас говорится – «Горе тому, кто выносит сор из избы»?

Ермак – Скорее тому, кто вытряхивает свой мусор на общую лужайку.

GW – Увы, но этого уже не избежать. Ацтек из обычного инструмента стал слишком быстро тем, кто осознал себя единоличным вершителем судьбы этого мира. Нашего мира! Частью которого, хоть и не значительной, но весьма полезной, являетесь и вы. Конечно, я мог бы обратиться к вашим гонителям, как-никак силы у целого государства неизмеримо больше, но и утечек ровно столько же. Нам же, для успешного удара, необходима полная конфиденциальность. Как вы могли уже догадаться, вы изначально должны мне, так как я, уже достаточно давно знаю об этой базе, в отличие от всех остальных, с кем не стал делиться подобной информацией. Вы мне можете не верить, но прислушаться к логике обязаны. Командир, пока наши интересы совпадают, вам не о чем беспокоиться на мой счет, и Рейчел Вудс тому яркое подтверждение. Сколько раз она мне угрожала, но все это лишь эмоции, детские капризы на которые я не привык обращать внимание. Я человек дела, потому лично пришел к вам с весьма разумным предложением, а главное своевременным, так что будьте добры, обдумайте его как следует, на что у вас не больше недели.

Лебезить и строить гримасы перед Ермаком, человеком иного уровня, GW себе не позволил, и потому договорив серьезным тоном с проницательным взглядом, он откланялся и направился обратно к самолету. Но по пути резко остановился, сделав вид, будто вспомнил что-то важное и невзначай добавил:

– Чуть не забыл! Если мой человек по тем или иным причинам не может покинуть ваш лагерь в добром здравии и твердой памяти, этот самый лагерь перестанет существовать. Говорят, у вас на исторической родине потупили на вооружение ракеты, которым нет равных в мире… не вынуждайте их испытывать на ваших шкурах. Думаю, мы поняли друг друга.

Как только самолет с GW на борту взлетел, стало ясно молчание Ермака:

– Думаю мою руку можно уже разжать, милая.

Рейчел – Прости. Мне важно было, чтобы ты ему не стал перечить.

Ермак – Думаю ему и так ясно, что мы скорее сдохнем, чем будем работать с такой крысой. Похоже, засиделись мы тут, пора…

Рейчел – Нет! Не говори, я не хочу знать… не должна.

Переведя взгляд на Инферно, который спрыгнул со своего зависшего на высоте пяти метров самолета, Рейчел продолжила:

– Я, как и ты не верю GW и уверена, что вам нельзя участвовать и втягиваться в это, но угроза есть, и она реальна, а значит, я и Инферно ответим на неё.

Ермак – Да он же подонок, такой же, как и этот бриташка.

Рейчел не стала озвучивать свою догадку, которая была, не вполне уместна, да и некстати. Слишком уж непредсказуемые последствия могла она повлечь за собой и потому Рейчел, тяжело вздохнув, ответила:

– При всем моем уважении к тебе, но я с Инферно прошла через огонь и воду и будь он подонком, я бы даже Африку покинуть не смогла бы, где вдоволь насмотрелась на этих самых подонков. Так что…

– Как рука? Не болит?

Еще на подходе, Ермак жестко пресёк шуточки Инферно, выстрелив в него этой самой рукой, прямо в глотку, которую тут же сдавил металлической клешней:

– Зря костюм снял.

Инферно корчась от боли, пытаясь разжать клешню, впопыхах ответил:

– Я и без него тебя уделаю, старый ты калич.

Притянув к себе Инферно, Ермак его предостерег:

– Чувствуй себя как дома, но не вздумай забывать, что ты в гостях. Иначе шею сверну.

Инферно сквозь боль улыбнулся:

– Даже хлебом с солью не угостишь…?

Глава 103. Демонстрация силы

Вернувшись в лагерь, Ермаку с трудом удалось объяснить своим бойцам, что Инферно их временный союзник, во что сам не верил, тем не менее, приказ был отдан и бывшего врага допустили на территорию лагеря. Инферно не стал располагаться в нем, а сразу пошел, по старой памяти в госпиталь, где уже Моника, по своей старой памяти вздрогнула от ужаса при виде его, в отличие от Джи, которая даже оживилась. По старой дружбе подмигнув Монике, которая никак не могла забыть тот ужас, что пережила наедине с как бы ним во тьме бункера, Инферно подошел и обнял Джи, которая, даже не уточняя всех обстоятельств, была уверена, что Инферно никогда не причинит ей вреда:

– Как ты?

Инферно – Это я у тебя должен спросить, как ты. Ты же у нас потерпевшая.

Но Джи лишь отмахнулась, пытаясь разглядеть в его глазах целую жизнь, которую увидела в глазах Рейчел при первой встрече. Но, увы, взгляд Инферно был все тем же и, как и до этого, тяжелел при одном лишь упоминании имени Рейчел:

– Я тут ради тебя, ради рандеву с очередным показушником, но не ради неё уж точно…

Джи – Ну ты же все-таки прыгнул за ней.

Инферно наспех состряпал ироничную гримасу:

– Ну как сказать. Ты сказала, вот я и прыгнул…

Джи – Инферно.

Её удар хрупким кулачком по его плечу лишь рассмешил его, она же погрустнела:

– Меньше всего мне хочется огорчать тебя, но по поводу нее, самое меньшее, что я могу, это лишь шутить. Так что давай оставим это…

Моника – О да, оставлять ты мастак.

Переведя на Монику ни разу не добрый взгляд, Инферно ей напомнил важный нюанс их последней встречи:

– Говорит та, по чьей претензии все ещё дышит, притом дважды. Если ты не в курсе, Майк бы вас там обеих похоронил не оставь я Джи выбор, который она сделала в пользу вас, а не меня.

Моника – Как бы там ни было, для нас все равно кончилось все одинаково хреново. Мы потеряли все…

Инферно – Вот тут ты ошибаешься. Вы ещё живы и это самое главное. Так что добро пожаловать в наш мир, в котором нет места карьере, и в котором твой успех напрямую зависит от того, жива ты или нет.

Поняв, что по соседству с Моникой вряд ли удастся толком поговорить с Джи, которую вдобавок явно волновали не их отношения, а его с Рейчел, Инферно снял с себя медальон и передал его ей:

– Похож…

Инферно – Надеюсь. Я ведь по памяти медальон искал, без оглядки на культурные различия между ними в которых, признаться, не силен.

Джи украдкой улыбнулась:

– Медальон носят мужчины, а кулон женщины.

– Ну я искал главное, символику инь-янь. Баланс.

Джи усмехнулась:

– Вообще-то этот кулон имеет несколько иное значение. Видишь жемчуг? Это Золотой Сфинкс, наличие которого слегка меняет тематику с жизненного пути, так сказать в семейное русло. Конкретно этот кулон означает не баланс в жизни, а гармонию в семейной жизни.

Инферно – О как. Выходит, все-таки иногда полезно послушать, что там мелет торгаш. В любом случае, случись что, зажми эти два камня, и я тебя найду где угодно…

Моника – Ничего себе. А мне подарить такой не хочешь?

Инферно не без злорадства улыбнулся:

– Нет, ведь ты хочешь жить, а значит, нам лучше не пересекаться…

Джи – Вообще-то она моя подруга.

Инферно – Умеешь же ты друзей выбирать. А с Ацтеком случаем дружбу не водишь?

Джи искренне изумилась:

– Нет, а кто это?

Инферно, поняв, что сдуру ляпнул, отмахнулся:

– Да так, старый знакомый. Ладно, пойду я. Ещё обживаться, но завтра зайду.

Джи – Обещаешь?

Инферно, обняв ее, кивнул, а Монику предостерёг:

– Надеюсь, тебя выпишут, уже сегодня.

Моника – Охренел – куда? Я вся в гипсе.

Инферно – Ну не знаю, хотя бы в соседнюю палатку.

Моника – Там вообще-то для мужиков.

Инферно – Так воспользуйся моментом, не отходя от кассы, так сказать и смени пол…

Джи – Инферно, перестань.

Инферно – А что, у них эта хрень сейчас в тренде…

Моника с трудом выставила средний палец на закатанной в гипс руке в его сторону, однозначно дав понять, куда он может этот тренд себе засунуть.

Обменявшись любезностями, Инферно вышел из палатки, где его уже поджидала Рейчел:

– Нужно обсудить некоторые детали…

Даже не посмотрев на нее, а скорее ориентируясь на местности, Инферно невзначай ответил:

– Тебе же сказали, группа пятнадцать-двадцать человек…

– Инферно, русские не пойдут с тобой.

Это хоть и привлекло бойца, но ненадолго:

– Ты куратор, тебе и готовить операцию, а значит это твоя проблема, а не моя. Бывай.

Дав понять, что не намерен с ней взаимодействовать ни на грош больше, чем это необходимо, Инферно устремился в джунгли, где быстро затерялся:

– Группа наблюдения?

Наблюдатель в паре со снайпером – Не боись, не потеряем.

Снайпер – Палец так и чешется.

Придавив кнопку рации, Рейчел уточнила:

– Так, парни, я не сильна в вашем специфическом юморе, так что объясню предельно ясно – Убивать его нельзя. Ни специально, ни случайно, ни по воле судьбы, ни по откровению из какой-то книги, ни по озарению свыше, ни по тому, как карта ляжет, никак нельзя. Это ясно?

Снайпер с Наблюдателем переглянулись, после чего робко ответили:

– Рейчел, ты чего? Мы ж пошутили.

Рейчел – Да нервы ни к черту уже, так что давайте…

Наблюдатель – Принял, бдим дальше, внимательно и строго на предохранителе.

Рейчел – Хорошо… Что бы это ни значило.

Инферно же был далек от такого рода переживаний. Его скорее охватило чувство ностальгии, особенно когда он добежал до знакомых ему мест, с которых, по сути, и начался его путь Профи – «Грех на закате жизни не посетить места ее рассвета». И хоть за пару лет джунгли, что кардинально менялись, после каждого сезона было трудно узнать, тем не менее, предыдущие маркеры его быстро сориентировали на местности. Определившись с направлением, Инферно побежал навстречу своей судьбе без всякого оружия, лишь в маскхалате, который испачкал практически сразу. Обрыв, с которого он набегу спрыгнул, оказался несколько выше, чем он на то рассчитывал. И хоть линзы в кромешной тьме ночи и подсвечивали в инфракрасном спектре местность, но о том насколько гибки ветки, Инферно уже узнал после того, как с нее сорвался, упав лицом в грязь:

– Тфу, надеюсь, этого никто не видел… Да уж, это не с клинками летать. Ну, ничего, дело практики.

Инферно, ступив на тропу войны против Ацтека, не только оставил в глубоком тылу свою команду, но также оставил и костюм на борту Ареса, который на автопилоте сопроводив самолёт GW до границы, приземлился на Острове. Чувство внушенной Лилит неуверенности, Инферно решил перебороть, выйдя против Ацтека на равных. Этот поступок трудно оценить с любой из сторон, будь то эффективность или хотя бы доля успеха, с любой из сторон он отдавал несусветной глупостью. Инферно же, как и всегда, имел свой взгляд на вещи и свою собственную жизнь. Это был вызов, приняв который, он раз и навсегда хотел себе доказать, что костюм, это всего лишь костюм, а не сам Инферно. Что именно костюм является его частью, а не он костюма. Для бойца, чей боевой клич – «Я – Инферно!!!» нёс смерть тем, кто содрогался от него, это было важно, как окончательная уверенность в себе. С другой стороны, если довериться Лилит, которая предрекла ему смерть от когтей Ацтека, прекрасно зная о его костюме, который судя по всему не в состоянии его защитить в данном противостоянии, Инферно решил так же и подстраховаться. Си заверил его, что костюм уникален и сугубо для индивидуального пользования, момент, который им уже удалось обойти, и потому Инферно не собирался награждать своего убийцу своим же костюмом.

Наконец взяв свежий след, Инферно решил попрактиковаться с противником, чья, что свирепость, что когти, были не менее опасны. Выбрав удобное для себя место на берегу реки, Инферно с волевых рывков сломал ствол сухого бамбука. Вооружившись самодельными наручами, которые одел на руки, он расстегнул маскхалат и провел по груди колючкой до крови, чтобы вызвать того, кто, вкусив раз человечину, уже был не в силах отказаться от этой сладкой дичи. Устремив взгляд, усиленный линзами сквозь дебри джунглей, он в течение получаса сначала ощутил, а после и увидел свирепый взгляд хищника, который тут же кинулся на него, утробно прорычав:

– Ну же, киса, давай!!!

Перехватив хищника за длинные усы в его прыжке, Инферно резко откинулся назад, потянув за собой и тигра, который по инерции прыжка полетел вслед. Скатившись по грязи вниз, тощий Инферно проскочил меж корней, в отличие от тигра, который в них с разгона врезался и в них же застрял. Вскочив на ноги, Инферно не упустил возможность подшутить над неуклюжим здоровым котом:

– Ну что, толстожопый… Твою мать!

Судя по умеренной свирепости, которая не затуманила его разум, и которая была связана скорее с вырванной частью усов, нежели со вкусовыми предпочтениями хищника, тигр не был людоедом, но теперь был на грани им стать. Выпутавшись, он снова кинулся в прыжке на Инферно, который подставил под его пасть, вместо своей головы, кусок бамбука на руке. Не сумев сразу прокусить наручь из-за моментального удара по морде в ответ, тигр все равно, сильно придавил руку бойцу, который сморщился от боли, снова недооценив своего противника. Не желая оказаться на соседней койке с Пацифистом, Инферно быстро включил голову, моментально подавив в себе все чувства, особенно мнимое превосходство перед хищником. Хлестко шлепнув по носу, Инферно заставил уже тигра сморщиться и отскочить назад. Очередной проблемой стало так же то, что тигр оказался совсем не людоедом, которого теперь выходило, что убивать нельзя:

– Что, просто мимо проходил?! Так и шел бы дальше! Нахера вообще приперся вегетарианец хренов!

Тигр же в ответ лишь рычал и бросался на бойца в попытке разорвать его когтями. Сколько мог, Инферно крутился, уворачивался и перекатывался между узкими корневищами, пока не вполз в прогнивший полый ствол давно упавшего дерева:

– И чё теперь с тобой делать таким неуемным?!

Судя по всему, за вырванные усы, тигр решил мстить до конца и, набросившись на бревно, принялся рвать его на щепки своими острыми когтями в поиске, так сказать, его начинки:

– Вот неугомонный! Новые отрастишь, падла ты усатая! Жизнь дороже, придурок!!!

Но тигр лишь ещё больше зарычал, а в итоге доигрались оба:

– Какого?!!!

Под тяжестью тигра, который то и дело шатал бревно, сгнивший ствол раскололся, после чего они оба покатились вниз, прямо в реку:

– Ааа!!!

Сильно течение реки заставило прежних хищников не только дружно кричать и рычать, попутно захлебываясь, но и вцепиться в гнилое бревно, один с одной стороны, второй с другой:

– Доигрался, скотина!!!

Тигр тоже же попался с характером, либо ранимый, и сквозь скулеж то и дело рычал, реагируя на голос обидчика, что вырвал у него усы.

Все попытки выбраться либо договориться с тигром, жёстко пресекались вторым его мощной лапой, которая не позволяла Инферно вылезти из перевёрнутого бревна:

– Скотина упрямая!!! Из всех тигров, мне попался придурок какой-то!

– Ррр!!!

– Да заткнись уже!

Их перепалка продлилась, очередные полчаса пока течение реки не утихло, и тигр не осмелился выплыть на берег, на берегу которого Инферно его догнал, выдав сильный шлепок по заднице, который тигр озвучил жалобным скулежом. Расчет Инферно оправдался и тигр, поджав хвост убежал. Если лев не умел отступать, имея в тылу целый прайд, который мог о нем даже раненом позаботиться, то тигр был лишён подобных привилегий и о борьбе насмерть, даже не помышлял.

Оценив пройденный путь со склона сверху вниз, Инферно снова выругался, уже предвкушая обратный путь снизу-вверх:

– Усатая скотина!!!

Благодаря особо размытой местности у берега реки, Инферно мало того, что с ног до головы извалялся в грязи, так ещё был вынужден эту самую реку ни один десяток раз перейти с одного берега на другой, каждый раз все сильнее поминая скотину крепким словцом. В итоге до своего лагеря, где сам и начинал, он смог добраться лишь к вечеру – «Потренировался, так потренировался, ничего не скажешь». Услышав свист, равнозначный вопросу – Стой. Кто идёт? Инферно ответил наотвали и в схожей для себя манере:

– Конь в пальто.

Бойцы лагеря, укомплектованного иностранцами, его юмор не поняли и в ответ пошутили уже в своей манере, передернув затворы. Щелканья из-за кустов Инферно быстро привели в чувства, и хоть он их уже увидел, тем не менее, на этот раз выделываться не стал:

– Стоп-стоп-стоп… Как же там… Дональд46… Или 52…

Из кустов послышалось:

– 46. Ты кто такой?

Инферно – Гость Ермака.

Выйдя на тропинку, боец откинул ПНВ и, осмотрев Инферно спросил:

– А чё тогда с русского съехал? Вы же там только на своем трепитесь, патриоты и все такое.

Инферно – Так вы ж меня чуть не пристрелили.

– Не, это мы так здороваемся, на их манер кстати.

Инферно – Как-то не по-людски так здороваться.

– А по-людски нас сначала прикладами укладывать, а после оставлять связанными в кустах?

Инферно невольно усмехнулся и, вспомнив наряд по караулу в Академии, прокомментировал, как учили:

– Так нехер спать на посту.

– Не, ну ты точно от них. Ладно, проходи. Палатки по центр…

– Да знаю я.

Испытав ностальгию по тяжёлой, но беззаботной поре своей жизни, Инферно все же поддался чувству усталости и завалился в пустую палатку на раскладушку – «Вот я и дома».

Сквозь сон, ощутив лёгкий сквозняк, Инферно испытал очередной приступ ностальгии, но тут же опомнился, вспомнив, что именно это значит:

– Твою…

Не то местные порядки, не то сильный напор ледяной воды из-под шланга, но договорить свою излюбленную фразу он так и не решился, вылетев из палатки:

– Бодрит, наверно?

Вытерев лицо от воды, Инферно искренне рассмеялся:

– Как ты там говорил – «Не попробуешь, не узнаешь»?

Вскочив на ноги, он, наконец, увидел Батю со шрамом на пол лица, на подобии его, только на сердце, после их последней встречи. Тяжёлая волна воспоминаний не самых приятных накрыла Инферно, который попытался встряхнуться и спросил первое, что пришло ему в голову:

– А где же собачки?

Судя по всему, уже постаревшему Инструктору так же было, что вспомнить и потому он не сразу ответил, да и невпопад:

– Вымахал, однако, а вот в шрамах не прибавил, не ошибаешься что ли?

Инферно усмехнулся:

– Ты меня не ошибаться учил.

Батя – Нашел, кому льстить, да и к тому же, будь оно так, ещё бы хотя бы один из моих выжил, но, увы.

Инферно уже не был тем балагуром, каким начинал под его началом, и реакция Бати убедила его не прикидываться:

– Ошибаюсь, конечно, но косметический ремонт в виде лазерной хирургии творит чудеса.

– Неужели? А клеймо на груди тогда почему не свёл или ты так под японца косишь? Ронин.

– Это напоминание…

– О чем?

– Не важно…

– Будь оно так, свёл бы уже.

– Не твое дело! Так яснее?

В очередной раз всковырнув Инферно, Батя улыбнулся:

– Смотрю характер не просрал, это хорошо. Пройдемся, покажу тебе твоих собачек, заодно погуляем с ними, а то бедные, все в клетках сидят.

– А как же «Доброе утро»?

– Оно теперь слегка кибернетическое, что у меня, что у испытуемых. Я за пультом перед экраном сижу, отстреливая электрошокерами ленивые задницы, а они уносят свои ленивые задницы от дрона, так и живём, в ногу со временем, так сказать. Но для тебя я готов сделать исключение, поностальгировать, так сказать.

– Нет уж, я уж прошёлся…

Батя искренне удивился:

– А чего тут идти-то? Пять километров от лагеря до лагеря.

Инферно хотел было уточнить, но быстро осекся, не желая слышать очередную оценку Бати его схватки с тигром – «Ты дебил что ли?»:

– Чего лыбешься-то? Я б на твоём месте горевал, с такой-то формой, особенно накануне дела.

– Так значит ты уже в курсе?

– А ты, похоже, нет. Снимаемся мы отсюда и, как я понял, благодаря тебе.

– А ты больше этого креатина безрукова слушай и тогда ещё не то обо мне узнаешь.

– А про англосакса тоже врет? Сколько говорил, сколько объяснял и все без толку, один хрен в это болото вляпался.

– У меня выбора не осталось, Бать. Я враг этому миру, его системе, притом номер один. Меня обложили со всех сторон и во всех странах, так что без GW мне теперь не обойтись…

– Да кинет он тебя! Притом при первой же возможности.

– У меня выбора нет… Хочешь жить, умей вертеться.

Махнув рукой, Инструктор сменил тему, вернувшись к Ермаку:

– Я б на его месте тоже на тебя в обиде был. Как-никак, он из-за тебя руки лишился. Радует, что хоть тогда ты был в форме.

– Да в форме я.

– А чего нервничаешь, раз в форме?

Батя был единственным, кто видел насквозь Инферно и который помимо безграничного уважения, вызывал все ещё доверия, даже после того раза. Возможно, именно поэтому Инферно и открылся ему:

– У меня такое чувство, что мне не пережить встречу с этим типом.

– Чувство говоришь? Серьезно завернул. Ну, так бросай все и беги. Подвигов на твой век хватит, тем более с таким хвостом, где тебя почти в каждой стране ищут.

– Бежать? Ты что-то путаешь…

– Ты разве меня не слушал? Из всех Профи кого я тренировал, все уже на том свете, так что лучше беги. Хрен с этим Ацтеком, уродом больше, уродом меньше, этот мир уже не изменить, а так хоть результативность мою повысишь.

– Ты это серьезно сейчас?

– Если ты и дальше продолжишь ныть как баба и делиться чувствами и своими глубокими переживаниями, то да, я могу подыграть тебе и спровадить на пенсию. Ну, или же, ты все-таки найдешь свои яйца, стряхнешь с них пыл и объяснишь, какого хрена ты вырвал усы у моего тигра.

– Твою дивизию, а об этом-то ты как узнал?

– То, что ты редкостный дебил, это не новость для меня, а вот что испугался какого-то туземца, тут ты меня парень удивил. Где тот безбашенный наемник, который свои оковы превратил в оружие и уничтожил всю группировку Скаута, подытожив все схваткой с тигром. Не ты ли вырвал Рейчел из лап целой армии. Не ты ли чуть Третью мировую ни развязал на «Борту номер Один» ради своей подружки. Клан синоби, чешские изверги, гребанные нацики, уличные банды, спецподразделения разных стран и хрен знает, кого ещё ты упокоил, когда был в форме, когда знал, ради чего живёшь и готов был даже жизнью рискнуть ради этого. А сейчас что с тобой? Где сила твоего убеждения? Ацтек возможно и сильнее тебя… Возможно, даже и сумеет тебя убить, но разве Инферно не ради этого живёт? Не ради того, чтобы, наконец, узнать свой предел, даже ценой собственной жизни…

– Меня не интересует мой предел, лишь предназначение в этой жизни.

– Если оно у тебя есть, если ты его все же нашел, то поверь в него, в себя парень, изо всех сил поверь, что только в тебе есть и тогда ты точно проскочишь… Но если позволишь себе хоть на секунду усомниться, она тут же станет для тебя последней.

Батя всегда умел найти подход к Инферно и правильно настроить его перед лицом любой угрозы, как и подготовить. Далеко закинув палку собакам, он следом вытащил свёрток замотанной ткани с чем-то увесистым и передал его Инферно:

– Держи. Ты как всегда без говна и ложки, так что точно пригодится.

Размотав ткань, Инферно пришел в неописуемый восторг, что от содержимого, что тем более от жеста Бати:

– Кусаригама…

– По мне херня, но ты вроде приноровился.

Инферно усмехнулся:

– Я бы показал, какая это херня, но собачек жалко.

– Послушай, живодер, хватит животных мучить или ты из этих, изысканных пе*рил с ружьями на перевес, что по уточкам без нужды шмаляют.

– Ты про охотников что ли?

– Не хули это ремесло всякими дегенератами. Если бы они ещё отстреливали лишних волков или одичавшие стаи псин, тогда ладно, а так обожравшаяся стыдоба, да и только.

– А ты все в своем репертуаре. Спортсмены лохи, охотники чмошники, про кого ещё расскажешь?

– Про Инферно, которому пора собраться, если он хочет пережить следующую неделю…

Резкие перескоки Инструктора всегда были, что по тону, что по тени, словно удар поддых, после чего давление лишь нарастало:

– Ты должен убить Ацтека и не потому что так кто-то сказал, а потому что это твоя судьба. Вам обоим нет места в этом мире, как и всем нам, если он победит. За свою жизнь я многих подготовил и каждый из них был вдвое лучше тебя, когда пришел ко мне, и втрое лучше тебя стал, когда ушел, но твои противники, которых ты победил, этим парням и не снились. Я не могу тебя назвать спецназовцем от бога, но в тебе определенно есть какая-то искра, неукротимое пламя сродни твоему позывному. Так соберись и направь его куда нужно. Поверь в себя и замочи этого урода. Плевать на предчувствия и сомнения, я твой инструктор, я тренировал и готовил тебя, я видел тебя в деле и поверь, он тебе по зубам. Я верю в тебя, слышишь? Ты упорно готовился, бился и держал удар, и я верю, что если кто и сможет сломать хребет этому выродку и покончить со всем тем дерьмом, что он начал в Фукусиме, то это ты. Ты единственный, кто тогда сумел пережить тот ад, обычный наемник и, если не хочешь, чтобы этот кошмар повторился, забудь про чувства и вспомни, наконец, что ты Профи… что ты Инферно.

Слова бывшего инструктора и наставника, Бати, глубоко тронули Инферно и напрочь выжгли все сомнения, посеянные Лилит. Прочитав личное дело Ацтека, наемника старой закалки, Профи, что стал куратором, человека, что путем генной инженерии стал сверхом, Инферно, наконец, понял, с кем именно ему придётся столкнуться и из-за чего были вызваны его опасения. И хоть предсказание Лилит теперь имело серьезные основание, Инферно волновала уже не его жизнь, а только Ацтека, вернее его смерть, о которой она ничего не сказала, а значит, был шанс забрать его с собой.

Спустя неделю подготовки к спецоперации, боевая группа была собрана, основным силовым костяком которой стали наемники из ЧВК RSB-Group, бывшие офицеры из ГРУ и ФСБ. Так же к их команде присоединился Пацифист, которому Инферно был крайне рад, в отличие от Рейчел, которая понимала, что для него это в любом случае последняя операция, в виду обострения его болезни. В отличие от Ермака, который как боец бойца понимал Пацифиста, Рейчел все же попыталась его отпустить на покой, на что получила однозначный ответ, который как всегда был либо ни о чем, либо с глубоким смыслом, который она не понимала:

– Покой нам только снится.

Если Пацифисту перед отправкой Ермак пожал руку, как офицер офицеру, то Инферно достался лишь волчий взгляд исподлобья, на что он ответил в той же манере, хотя за выданную экипировку кивнул. Чтобы, хоть и у бывших, но все же офицеров силовых ведомств не возникло вопросов по поводу наличия террориста в группе, Инферно пришлось прикрыть лицо, хотя бы наполовину. Одев костюм синоби, Инферно вспорол маску, сделав из неё привычную для себя, полумаску Ронина. Поверх костюма бойцы одели разгрузочные жилеты, укомплектованные снаряженными магазинами под автомат и обоймами под пистолет, гранатами, фальшфейерами, аптечкой, набором стимуляторов и всяким по мелочи. Основным оружием, Инферно взял привычный АК-105 Буллпап, вспомогательным АПС, а вот клинки сменил, отдав предпочтение керамбитам, помня, как эффективно такого рода раны замедляли Такеду. Его выбор удивил Пацифиста, который и клинками-то их не считал, тем не менее, опыта у Инферно хватало более чем, чтобы самому решать, да и к тому же не покидающий привкус крови во рту его больше волновал, чем выбор его нового напарника.

На борту вертолета Пацифист предложил Инферно сменить его больно приметный позывной:

– Сначала позывной, а потом что, кусаригаму заберешь?

Пацифист – Ну ладно, давай так… Либо мы выдвигаемся с хорошо подготовленной группой из пятнадцати бойцов, чей совокупный боевой опыт потянет так на пару веков, либо наедине с твоим позывным, который имеет значение только для тебя. Выбирай.

Инферно – Напомни-ка, зачем конкретно мы тебя с собой взяли?

Пацифист – Для твоего взаимодействия с группой. Проще говоря, чтобы тебя свои же не кончили на месте.

Инферно – Что ни спроси, ты прям, умеешь обнадежить, ну ладно. Ну и какой позывной мне подойдет?

Пацифист – Приехали.

Инферно – Да куда там, еще лететь час, вот и пообщаемся.

Пацифист – А, так тебе скучно. Ну, давай поговорим. Тебе кто из героев нравится?

Инферно – А тебе?

Пацифист – Еврей что ли, на вопрос вопросом отвечать?

Инферно – А ты антисемит что ли?

Пацифист – Приехали…

Инферно – Да нет же, во…

Пацифист – Пересвет.

Инферно – Кто?

Пацифист – Пересвет, богатырь такой.

Инферно – Не богатырь, а монах.

Пацифист – Так значит, все-таки понял про кого я и все равно переспросил.

Инферно – Ну да, нужно ведь понять, насколько ты психологически устойчив.

Пацифист – Знаешь, многие сомневаются, что ты стольких Профи положил, но вот я, думаю через час, буду абсолютно уверен, что ты своим трепом способен доконать кого угодно.

Инферно – Ладно, Печорин, альтер эго Лермонтова.

Пацифист – А у вас много общего, особенно в общении.

Инферно – А у тебя с монахом?

Пацифист – Он был богатырем. Только богатырь мог бы выйти против Челубея, лучшего воина хана и сразить непобедимого.

Инферно – Все равно плохо кончил.

Пацифист – Достойнее, чем лучше, чем твой Печорин.

Инферно – Да, тут мне крыть нечем. Уговорил, Ронином буду.

Пока Инферно во время полета доставал Пацифиста, своеобразным способом проявляя свое расположение к нему, Рейчел пыталась достать любую информацию о коллегах или сотрудниках ключевого специалиста Ацтека по генной инженерии, доктора Франца Пфайффера. Но все её поиски по всем каналам информации, оканчивались одинаково, убит (а) или погиб (ла) при невыясненных обстоятельствах. След всегда обрывался трагедией, после которой не оставалось ни свидетелей, ни материалов или исследований, по которым он работал. Завершив очередные тщетные потуги что-либо выяснить, хотя бы направление их изысканий в той или иной области, Рейчел закрыла ноутбук, ощутив дрожь в руках – «Как же я устала в этой жизни бояться, всего и всех».

Посмотрев со стороны на очередную перепалку между Инферно и Пацифистом, которые как мальчишки спорили, каждый отстаивая своё, ей как-то полегчало, но ровно до того момента, пока она не поняла, каково Инферно будет, когда он узнать, что сродни ему товарищ уже обречен на смерть – «Как ни крути, а выходит, что именно я отнимаю всех близких тебе людей… Что сеешь, то и пожнешь… Как же там было все просто, в моем кошмаре, что теперь стал явью. Лучше бы я не знала жизни с тобой, чем теперь жить врозь, зная, что ты меня ненавидишь, что я не могу исправить и что вот-вот усугублю…».

Пилот – Пять минут до высадки.

Пацифист, указав Рейчел, канал связи, проинструктировал обоих о взаимодействии, являясь неким мерилом между ними:

– Приготовились. Рейчел на тебе общий курс операции, на мне работа с группой и зачистка лаборатории, на тебе, Ронин, ликвидация Ацтека. Важный момент, при нашей поддержки, один к нему не лезь, запомнил?

Ронин – Ну да. Ронин, одному не лезть, проще простого.

Пацифист – Я серьезно. Мы ведь даже не знаем, что он такое.

Пилот – Минута!

Добившись от Ронина согласия, Пацифист перевел взгляд на Рейчел:

– Поняла. Ронин, а про Инферно забыли.

Проверив экипировку, бойцы и Рейчел высадились на базе НАТО, где и соединились с боевой группой под командованием бывшего майора ГРУ с позывным – Мангуст:

– Здравия желаю.

Пацифист – Здорово, мужики. Пацифист.

Следом за ним пожав крепкую руку, представился и Инферно:

– Ронин.

Мангуст – В курсе. По поводу задачи, есть дополнения?

Пацифист тактично перевел взгляд на Рейчел, которая как-то затерялась за их спинами, но быстро вошла в колею:

– Задача прежняя, без изменений. Десантирование с последующей зачисткой лаборатории. Ликвидация основной цели, а после отхода подрыв объекта. По завершению операции подаете коротковолновый радиосигнал, после чего вас эвакуируют местные ЧВК…

Мангуст – Простите, дамочка, я конечно Ермака сто лет знаю, а вот вас впервые вижу, и меня как-то смущает эти ваши «местные ЧВК».

Рейчел – Бойцов на борту не будет, за вами прилетят только пилоты вертолетов…

Мангуст – Боюсь я в этом смогу убедиться только после их посадки. А если нас еще на подлете шлепнут, как ненужных свидетелей?

Сменив тон Рейчел ответила:

– У вас на руках вся информация по объекту, проще говоря, нихрена. Я сама не знаю, что там, сколько помещений, кого кроме цели вы можете там встретить, так что свидетели из вас так себе. А чтобы вам было спокойнее, не забывайте, что мои люди с вами и идти они будут впереди.

Мангуст – На счет ваших людей. Краткое описание ваших сотрудников для взаимодействия в группе вызвало у меня двоякое чувство. С одной стороны, Пацифист, по описанию, да и по взгляду сразу видно, наш человек, а вот этот, мутный какой-то, что по описанию, что по лицу. Он что киллер какой-то?

Ронина достали все эти уточнения, и он вмешался:

– Типа того.

Мангуст – Что? Не слышно. Ты масочку бы снял.

Ронин – Я тебя ща сниму.

Пацифист – Ронин, будь другом, покури пока в сторонке.

Инферно явно не вписался в коллектив и, судя по всему, не горел желанием, так как не привык работать на вспомогательных ролях, где-то с краю, по востребованию. Несмотря на разногласия, а скорее проверку на вшивость, которой Инферно не понял, все вопросы были урегулированы, и они отправились к борту грузового самолета в полном составе. Рейчел же, проводив их взглядом, села в вертолет, который её доставил до судна в нейтральных водах, чтобы никто не отвлекал, так сказать.

Прослушав по пути краткий инструктаж помощника капитана судна, который Рейчел мало волновал, она, наконец, попала в командный центр:

– Время подлета?

Оператор – Двадцать минут.

Осмотрев небольшое помещение и пятерых сотрудников, Рейчел уточнила задачу и роль каждого из них и лишний раз убедилась в том, что её присутствие ничем не обосновано. Спецоперация была полностью автономной, а центр от боевой группы, по сути, изолирован в виду секретности и радиомолчания – «Инферно понятно, но нахрена тебе я?».

От раздумий Рейчел отвлек звонок, притом по скайпу от человека, которого она считала погибшей:

– Где я могу поговорить?

Оператор – Мэм, у нас вот-вот…

Рейчел – Где?!

Помощник – Ваша каюта в той стороне. После выхода сразу направо.

Рейчел – Поняла. О всех изменениях докладываешь лично, понял?

Помощник – Да, мэм.

Включив запись экрана, Рейчел ответила на звонок, увидев на экране явно дерганую женщину с подглазинами от бессонницы. Она еле узнала некогда однокурсницу доктора Франца Пфайффера:

– Ама…

Аманда – Нет! Никаких имен или я сразу сброшу звонок.

Рейчел – Хорошо, мэм…

– Вы меня искали, зачем?

– Как минимум, потому что вы считаетесь погибшей.

– Я нет, как видите, а Джон, которому вы также предложили помощь, увы, уже да… Он не выдержал и покончил с собой.

– Не выдержал? Мэм, расскажите, что произошло, и я постараюсь хотя бы вам помочь…

– Да не знаю я что произошло! Мой дом взорвали, и это точно не была утечка газа. Джон, мой коллега по институту, помог мне в тот вечер с машиной и только поэтому мы оба задержались и остались в живых.

– Его дом тоже взорвали?

– Нет, к нему в квартиру просто ворвались грабители, так нам сказали офицеры полиции. Но что это за грабители, которые ничего не украли? Он меня приютил в ту же ночь, но уже через час мы сбежали из города, когда узнали, что из всех наших коллег, только мы пережили тот вечер… Их всех убили, я точно знаю, но я никак не могу понять за что. За что нас убивать?!

Рейчел – Успокойтесь и соберитесь. Расскажите от кого вы бежали?

– Да не знаю я кто они такие! Одно могу сказать точно, они не люди. Я только одного вблизи видела. Нас практически сразу настигли, как только мы остановились купить еды и там появился он. Я никогда его не видела прежде, но по совершенно пустому взгляду сразу поняла, что он по нашу душу. Я просто упала, задыхаясь от страха. Кассир пытался его остановить, требовал, а спустив курок пистолета, мы все ахнули. Кассир выстрелил ему прямо в спину, а этот отморозок даже не поморщился. Он отреагировал и кинулся на него только после третьего или пятого выстрела… Джон вынес меня из того магазина под жуткие крики того бедняги. Я вас уверяю, я биолог, та тварь… что она сделала… это не человек, это животное и оно, они до сих пор меня преследуют, и я до сих пор не понимаю почему!

– Мэм, мэм…

– Вы написали, что можете помочь, но как? Нельзя стольких людей убить и не числиться в розыске. Почему ищут нас, а не этих зверей? Это правительство, власти убили моих коллег и довели до отчаяния Джона? Кто за это ответит?!

– Мэм, я вас прошу, успокойтесь. Правительство здесь не причём…

– Всех моих друзей убили эти животные, а они их покрывают, рассказывают о несчастных случаях и постоянно спрашивают, где я…

– Мэм, я не смогу вам помочь, если вы мне не поможете.

– Я? Чем я могу вам помочь? Я рассказала все что знала. Я понятия не имею, кто они и за что пытаются нас убить.

– Франц Пфайффер, помните его?

– Франц, конечно. Он был моим одно… Нет, он бы никогда, он всег…

– Чем он занимался? Было что-то на подобии этого?

Рейчел отправила видеозапись с нашлемной камеры командира высланной ею группы в Фукусиму:

– Бог мой, это невероятно, они же практические одинаковые, разве что все еще в обличие лю…

– Мэм, сосредоточьтесь и попытайтесь вспомнить, Франц Пфайффер делился когда-то своими планами на будущее, может проектами или идеями, может что-то его вдохновляло на сверш…

– Он обожал роман «Остров доктора Моро»…еще «Франкенштейн, или Современный Прометей». Да, можно сказать, что они его вдохновляли, но это…

– Мэм, у него была идея? К чему он стремился?

– Скорее мечта… все лучшее отобрать у природы, тем самым компенсировать недостатки человека. Но это невозможно воплотить в реаль…

– Что лучшее? Как можно у природы что-либо отобрать?

– Гены и не у природы, а у её обитателей, животных… бог мой, он всегда восхищался… почему вы выключили камеру?

– Простите, мне очень жаль.

Почувствовав на себе чей-то взгляд, Аманда не осмелилась обернуться, не желая вновь испытать этот страх, а лишь попросила:

– Я не хочу умереть ни за что. Мы этого не заслужили! Заставьте их ответить!!!

Тот, кто уже стоял за её спиной, действительно оказался животным и убил её соответственно, как хищник задирают свою дичь.

Засняв все до потери сигнала, Рейчел тут же вернулась в командный центр:

– Немедленно свяжите меня с Рониным, по закрытому каналу.

Оператор – Связь по третьей линии.

Помощник – Мэм, гарнитура.

Рейчел – Ронин?

Ронин – Слушаю.

Рейчел – Я отменяю операцию, возвращайтесь.

Ронин – Не понял. Пять минут до десантирования, ты в своем уме?!

Рейчел – Инферно, Пацифист прав, мы понятия не имеем, что вас там ждет. GW нам нихера не дал, мы даже не знаем что это за объект.

Пацифист – Готовность три минуты!

Ронин – Мне насрать на объект, я иду за Ацтеком, а не за лабор…

Пацифист – Всем проверить связь!

Рейчел – Поверь мне…

Ронин – Чего ради, мне тебе верить Рейчел?! Хочешь, вали, а у меня дело, конец связи.

Рейчел – Инферно? Инферно!

Прервав вызов и перейдя на локальную связь, Ронин занял свое место в строю, ведущим слева, а Пацифист ведущим справа:

– Готов?

Проверив кислородную маску, Ронин кивнул и, сняв очки, подмигнул Пацифисту:

– Ну, началось.

Ронин – Сильному не надо, слабому не поможет!

Махнув рукой на очередные его фокусы, Пацифист отдал общую команду:

– Приготовились!

Хлопнув по рукам, они кивнули друг другу, а после Ронин ощутил какой-то предмет у себя в руке. Разжав ладонь, он увидел цепочку с крестом:

– На удачу! Потом отдашь!

Ронин усмехнулся:

– Ты не Пацифист, Ты Пессимист, но я тебя понял.

Как только грузовой отсек открылся, все шутки кончились, и внимание всех переключилось лишь на зелёный сигнал, всех, кроме Ронина, чей взор устремился вдаль, за горизонт, в поиске лучика надежды. Но даже его линзы её не зафиксировали, лишь кромешную тьму ночи – «Насрать, и так справлюсь». Сигнал загорелся, и бойцы один за другим прыгнули двумя группами, каждая за своим ведущим по общей команде:

– На выход!!!

Ночной прыжок с 10 000 метров с конечной целью десантирования на дне пещеры, глубиной в 800 метров осложнялось еще тем фактом, что нужно было попасть в расщелину, шириной не более пятнадцати метров. Примерно за километр до расщелины, Ронин неожиданно ускорился:

– Живо тяните запаску, внизу струны!!!

Мангуст – Какие нах…?!

Ронин – Тяни мать твою, иначе винегретом приземлитесь!!!

Пацифист не заметил того, что Инферно смог разглядеть, тем не менее, по закону «Боевой двойки», доверился напарнику как себе:

– Делайте, как сказал!!!

Сам же, ускорился за Рониным, что еще больше смутило бойцов:

– Кидало какое-то!

Мангуст, вспомнив слово Ермака, что было «железным» всегда, отдал окончательный приказ:

– Тянем запаску!!!

Раскрыв запаску на высоте примерно 600 метров до расщелины, они выиграли себе чуть больше 40 секунд.

Заметив Пацифиста, летящего следом, Ронин не стал спорить, а лишь перелетел немного левее:

– Ты справа, я слева! Нужно перерезать хотя бы половину, чтобы их не перерезало на куски!

Пацифист – Я все равно не вижу!

Ронин – Сейчас увидишь! Тянем запаску!!!

Инферно в очередной раз обманул и раскрыл парашют на пару секунд позже, по сути уже в последний момент, чтобы пролететь первым. Выпустив запасной парашют, бойцы замедлили свое падение, а Пацифист, наконец, увидел еле заметный металлический отблеск от струн, который линзы Инферно подсветили на куда большем расстоянии до них. Падая спиной вниз, Ронин развел руками стропы парашюта, торчащие на уровне живота, и перевернулся между ними, падая теперь лицом вниз. Выхватив кусаригама, он начал размахивать ею, перерезая струны из жутко неудобного положения, которое расшатывалось после каждого замаха. Лишь наличие линз, которые подсветили струны и помогли рассчитать траекторию замахов во время достаточно быстрого падения, спасло Инферно от неминуемой гибели, как и всех тех, кто пошел за ним. Зацепившись куполом запасного парашюта за оставшиеся струны, Ронин тут же перевернулся обратно и срезал стропы. Падая в пропасть, он снова дернул кольцо уже основного парашюта в последний момент, за 400 метров, на этот раз, чтобы падающий следом Пацифист не погасил его купол.

Падающий следом Пацифист, только влетал в расщелину и, поняв, что половину им не расчистить, он натянул стропы, чтобы взять чуть левее, ближе к маршруту Ронина. Схватив бляху ремня и вытащив его, он пустил электрический импульс по нему, после чего прото-металл принял форму по памяти, а именно лезвия меча, которым теперь он принялся перерезать струны, расширяя коридор для остальных. Его купол так же зацепился за оставшиеся струны, что полностью обозначило контур коридора.

По приземлению Ронин уже более конкретно уточнил задачу, которая дополнила инструктаж секундами раньше:

– Видите купола?! Строго по расчету! С разрывом в три секунды!

Мангуст – Узко-то как…

Ронин – Первый пошел! Второй пошел! Третий пошел!

Строго по порядку расчета, бойцы срезали стропы запаски и, проскакивая сквозь узкий коридор, тут же открывали основной парашют, уходя сразу, кто влево, кто вправо. Избежать трагедии было невозможно, так как времени на всех не хватало, да и промежуток в три секунды приемлем на скорости, но никак не при прямом падении, где бойцы, по сути, падали друг на друга. Тем не менее, нехватку времени бойцы вполне компенсировали боевой выучкой, опытом и дисциплиной, что зиждились на железном принципе – Своих не бросать. Падая кто как, никто не посмел бросить товарища и наперекор страху, гася ногами купол соратника, руками его хватал и не отпускал до самого своего приземления. И если Ронину нечего было вспомнить, то Инферно уже видел подобное, когда объединившись, люди выстояли даже против неукротимой стихии, что была сильнее их, но не их духа:

– А я-то думал, что это я безбашенный…

Окинув командирским взглядом всех своих, Мангуст повернулся к Ронину и гордо усмехнулся:

– Знай наших, салага… но за фишку спасибо. Должен буду.

Скинув парашюты, бойцы выхватили оружие и, переговариваясь лишь жестами, углубились в пещеру, активировав ПНВ. Услышав запах тухлятины, Ронин поднял кулак и обе группы тут же замерли, заняв круговую оборону, а сам он присел на колено. Он и без ПНВ видел кровь на скалах и на песке, но зачерпнул горсть, чтобы уточнить, насколько много её тут пролилось. Поняв, что более предостаточно, он так же понял где именно они и нарушил молчание:

– Это определенно не парадный вход…

– Питомник, если быть точнее…

Не пойми, откуда появившийся Ацтек тут же поймал очередь в грудь, в голову и тут же растворился в воздухе, появившись уже с другой стороны, снова тут же попав уже под шквальный огонь:

– Прекратить огонь!!!

Лишь один на него никак не отреагировал и даже не обернулся, именно перед ним Ацтек и появился:

– Слух не глаза, его не обманешь, так ведь?

Ронин – Слабо повторить, стоя лицом к лицу, без голограмм?

Ацтек – Лишний риск, слышал о таком… Инферно.

Услышанное определенно взбудоражило бойцов, которые, судя по их реакции, определенно уже слышали этот позывной, как и о том кровавом шлейфе, что за ним тянулся. Момент истины наступил, когда Мангуст, вспомнив о своем недавнем долге уже Инферно, сам убрал палец со спуска и остальным велел сделать тоже самое, помотав головой:

– Обломись, урод. Мы вместе пришли, вместе и уйдем…

Ацтек – А вот это навряд ли. Я тебе давал шанс, который ты заслужил в Фукусиме. Даже за кровь своего друга не стал мстить, ведь это была схватка двоих, и третьему там нет места. Но ты все равно пришел за мной, гребанная марионетка, ну что ж… сам напросился.

Десятки развешанных фонарей зажглись в определенном порядке по всей пещере, осветив в конце задний фон с сотнями тоннелей во всю высоту сколы:

– Знаешь, какая между нами разница, помимо прочего? За мной армия!

На крик вожака отозвались сотни рыков, которые тут же всполошились и вырвались из мрака тоннелей неудержимой толпой, черными волнами схлынув со скалы. Обернувшись, Мангуст опешил от увиденного:

– Мать честная…

Пацифист – Огонь!!!

Снова услышав давно забытый ужас, Инферно сам впал в бешенство и заорал от бессилия, глядя в хладнокровные глаза Ацтека:

– Ааа!!!

Казалось, он был так близок, а оказалось, что не пойми где. Бросив тщетную попытку достать того, кого даже не смог найти, Инферно обернулся и на запале ярости побежал навстречу рвущейся к ним толпе бешенных, которые отличались большей мышечной массой, нежели первые прототипы. На бегу скинув автомат и боеприпасы к нему для остальных, Инферно выхватил кусаригаму и добежав до толпы, встретил её широким замахом косы. Волевым ударом, что откликнулся на лезвии, боец провел по ногам уродам, которые тут же повалились, как и следующие, что запнулись за них. Но в отражении натиска Инферно был не один. Перехватив косу за рукоять, Пацифист натянул цепь и прокричал:

– Напролом!!!

Что бы это не значило в данной ситуации, но Инферно его понял и побежал на толпу ровно столько, сколько хватило сил, замыкая её натиск на себе, что позволило бойцам спецназа рассредоточиться и открыть уже перекрестный огонь. Так же огонь открыл и Инферно из Стечкина (АПС), чтобы ослабить хватку на себе уродов, что теперь рвались к нему со всех сторон. Кого, растолкав, кого пристрелив, Инферно с волевого рывка дернул за цепь, надеясь, что Пацифист не выпустил рукоять. Так и оказалось, рукоять Пацифист не выпустил, в отличие от гранаты, которую оставил уродам вместо себя:

– Спина к спине!!!

Инферно не привык получать команды и уж тем более их исполнять, но тут подчинился, надеясь после взять реванш. По примеру Инферно, Пацифист так же скинул свои боеприпасы бойцам спецназа, а сам с мечом наперевес и товарищем за спиной сдерживал основной натиск толпы бешенных.

Бойцы спецназа же, откровенно не понимали противника, который им противостоял:

– Что за уроды?!

– Не дохнут твари!

Инферно – Мушка на сердце!

Мангуст – Проредите эту кучу!!!

Будто прочитав мысли командира, бойцы тут же ответили хлопками из подствольников по основной массе толпы, а остальных положили по наводке Инферно, прицельными очередями в грудь:

– На стенах, суки!!!

Инферно – Бейте с флангов!

Пацифист – Они уязвимы с переферии!

Уничтожив основную массу толпы бешенных, бойцам спецназа пришлось изрядно попотеть, чтобы словить в прицел рассекающих по скалам уродов, что, перепрыгивая, подбирались к ним все ближе. Мангуст быстро разделил своих бойцов на две группы, одна из которых прикрывала Инферно с Пацифистом, а вторая отстреливала уродов сверху. Но уже через пять минут интенсивного боестолкновения, боезапас кончился, что у тех, что у других. Оставив боезапас боевой двойки для тех, кто отстреливал уродов сверху, не позволяя тем посеять хаос в их рядах, бойцы, выхватив ножи, кинулись уже врукопашную.

Очень скоро, помимо Инферно, который в основном по массе бил с широких замахов и Пацифиста, который его прикрывал, бойцы спецназа, отстреляв весь боезапас, с ножами в руках пошли толпой на толпу единым фронтом:

– Держись, мужики!

– Стоим!

Мангуст – Режь скотов!

Сражаясь плечом к плечу и умереть, было не жалко, а вот терять товарищей, всегда больно. Выступив против пяти сотен бешеных, Мангуст по итогу потерял семерых из своих бойцов. Теряя на глазах людей, которые стали уже родными, Мангуст все же не позволил себе расчувствоваться и, вспомнив долг командира – «В первую очередь думать о живых», лишь усилил натиск:

– Давай, мужики! Давай!!!

Прирезав последнего урода лично, командир тут же осмотрелся и сразу понял скольких и кого потерял:

– Я лично выпотрошу этого латиноса!!!

Инферно так же осмотрелся, но в основном наперед:

– В очередь, он мой! Ацтек!!!

Его вызов был услышан и более того, тут же принят в оглушительном рыке, что раздался по всей пещере с одного из туннелей:

– Это что вообще было?

Инферно с нетерпением и явным предвкушением констатировал, очевидны для себя факт:

– Ацтек…

На этот раз из мрака туннеля под тяжёлый рык показался не бешеный, а тварь раза в два больше, напоминающая волка, вот только прямоходящего. Если бойцы потеряли дар речи от ужаса при виде трёхметровой бестии, то Инферно замер от восхищения, при виде воплощения своей детской мечты. То, о чем он и помыслить не мог, теперь предстало перед ним во всей своей убийственной красе. Хищник, доведенный до совершенства, с которым лишь сойтись в схватке уже было подвигом:

– Он мой!!!

Пацифист – Стой!

Но Инферно было не остановить, как и Волка, который процарапав выступ на скале когтями, так же кинулся на него.

Вонзив клинок в землю перед собой, Инферно перебежал через него, после чего с волевого рывка вырвал его, усилив тем самым замах, направив его прямо в разверзнувшуюся пасть Волка. Реакции бестии вполне хватило, чтобы перехватить клинок и с размаха его отшвырнуть, натянув цепь, вслед за которой полетел и Инферно:

– Твою…!

Оставив бойца на десерт, Волк тут же переключился на его соратников, бешеным рыком прорычав на них, на что Пацифист ответил общей командой:

– К бою!!!

Сплочённым отрядом кинуться на тварь не получилось, так как Волк с мощного прыжка перепрыгнул через первую линию бойцов, по сути, влетев в середину, теперь уже толпы:

– Какого…?!

Застав врасплох бойцов, Волк начал рвать и метать, пробивая своими когтями, что пластины их бронежилетов, что стальные шлемы. Но страшнее всего оказался укус, итогом которого была ни смерть, а нечто гораздо хуже.

Вонзая ножи в тварь, бойцы тут же получали удар мощной лапой в ответ, которая их либо откидывала на метров пять, либо хватала и, выпуская в них когти, швыряла уже тяжелоранеными в остальных, сбивая с ног. Сбив Волка в прыжке, волевым ударом с плеча, Пацифист пригвоздил ее к земле, проткнув увесистую лапу. Заметив замах, он тут же вытащил меч и с разворота подставил лезвие под удар, срубив лапу Волка:

– Ааа!!!

Утробный вопль твари чуть не окончился падением ее головы с плеч, но восстановившись от раны на задней конечности, она резко вырвалась вперед, прямо на Пацифиста, который лишь клинок успел выставить под ее пасть. Сбив бойца с ног, Волк навис над ним смертельной угрозой, что брызжа слюной словно ядом, пытался клыками перегрызть лезвие меча:

– Пацифист!!!

Несмотря на попытку оклемавшегося Инферно, Мангуст оказался банально ближе и в отчаянном прыжке попытался вонзить нож в голову твари. Но тварь, наделённая мгновенной реакцией, не была лишена так же и разума, который ей будто выделял приоритетные цели в каждый момент времени. В поведении Волка четко прослеживался не дикий инстинкт, а скорее холодный расчет. Придавив Пацифиста нижней лапой и пустив в него когти, Волк отцепился от лезвия его меча, и в момент, выпрямившись, не глядя поймал оставшейся верхней лапой Мангуста, который скорее сам упёрся в нее. Когда же зверь повернулся мордой к командиру, для того было уже все кончено, но не для его тела. Прокусив шлем и голову Мангуста, Волк тут же отшвырнул его, сбив им в прыжке уже Инферно. В порыве мести за своего командира, оставшиеся пять бойцов кинулись на Волка не щадя себя. Тем не менее, все, что они смогли, это лишь сбросить тварь с Пацифиста, который захлебываясь своей же кровью, уже не смог подняться. Сами же бойцы отправились вслед за своим командиром, физически пополнив армию волка:

– Да что с тобой, Мангуст?!

Попытка Инферно, поднять на ноги раненого командира затянулась неожиданным образом, как и его физические метаморфозы. Жар его руки, боец даже сквозь перчатки костюма синоби смог ощутить, а быстро почерневшая кожа не оставила сомнений в том, что перед ним теперь хрустел костями изгибаясь не Мангуст, а бешеный:

– Покойся с миром.

Схватив за голову уже бывшего соратника, Инферно свернул ему шею, упокоив его не только душой, но и телом.

На бегу срывая с себя шлем и нагрудную экипировку от жара тела, бывшие бойцы спецназа, а теперь уже бешенные кинулись на Инферно, который покончил с их мучениями с двух замахов:

– Где ты тварь?!!! Покажись!!!

Не желая, чтобы тварь воспользовалась Пацифистом как приманкой, Инферно сделал вид, что не замечает его и, забалтывая тварь, позволил ей и без приманки подобраться к нему со спины. Свирепый рык зверя в прыжке и очередной выпад кусаригама в его морду от резко обернувшегося Инферно. Снова перехватив цепь, на этот раз Волк с рывка притянул ее к себе, не в силах больше медлить с десертом, но получил булыжником по морде, который сам же и протянул. Впав в свирепость, тварь не заметила, что в этот раз на конце цепи была рукоять, а вот уже клинок Инферно с размаха вонзил в булыжник перед собой. Как только Волк дёрнул за цепь, Инферно тут же пригнулся, пропустив булыжник, что пролетел над его головой, вперёд себя. Выхватив керамбиты, боец тут же кинулся на Волка, в первую очередь, перерезав ему сухожилия на нижних конечностях, тем самым лишив мобильности и приковав к одному месту. Но после, потроша тварь, он увлекся и не успел оценить, как быстро затягиваются ее раны, за что тут же и поплатился, влетев в скалу. Волк тут же на него накинулся, прижав всей своей массой к скале, не позволив вырваться. Выставив керамбиты, Инферно успел одной рукой вывернуть верхнюю лапу подальше от своего лица, а второй поддеть пасть, которую развернул уже в другую сторону:

– Хрен тебе, сука!!!

Но Волк, как и Ацтек, был иного мнения и усиленно настаивал на нем, медленно, но верно поворачивая истекающую кровью пасть к его лицу. Наконец сорвавшись с клинка, как с крючка, Волк разинул пасть, но снова упёрся, на этот раз кадыком в колено бойца:

– В глаза смотри сука! Я твоя смерть! Я-Инферно!!!

Глядя в глаза бойцу, Волк упустил важный момент, что в отличие от него, у Инферно было все ещё две руки и если с крючка одной ему удалось сорваться, то вторую он явно проглядел. Как только Инферно понял, что Волк хочет не задрать его когтями, а загрызть клыками, он тут же сменил руку ногой, а вторую упёр ему в кадык. Освободив руку, он без зазрения совести выхватил Стечкин и, подставив его ствол под пасть твари прижал спуск, до щелчка затвора, изрешетив Волку всю морду.

Практически полностью потеряв над собой контроль, Волк выпустил Инферно, отшатнувшись назад. Упав на землю, рыча и вопя, пытаясь осознать происходящее, восстановиться, а главное подняться, Волк снова упал от мощного удара булыжника, который Инферно расколол об его морду, не позволив опомниться. Высвободив клинок, Инферно последний раз взглянул на того, от чьих когтей ему было предначертано пасть:

– Обломись, Сучка!!!

Прокричав протест, Инферно с волевого размаха срубил голову Волку, став тем самым единственным Альфой среди себе подобных, среди Профи.

Но каждая новая его победа давалась труднее, чем предыдущая, что по возможностям, что по трагедии. Обмотав цепь кусаригама вокруг себя через плечо, он подбежал к тяжелораненому Пацифиста:

– Я бы тебя бросил, но думаю, Ермака больше позлит твое присутствие в моей команде, нежели твое отсутствие в этой жиз…

Выхватив стимулятор из разгрузки Инферно, Пацифист вколол себе двойную дозу, после чего уже не удивил, а просто ошарашил его:

– Я все равно не жилец, а ты беги отсюда, я Рейчел обещал…

Инферно – Плевать на Рейчел, я тебя вытащу!

Очередные крики бешеных, что донеслись из туннелей, отвлекли Инферно, но не Пацифиста, который поставил точку в их очередном споре:

– Ты что сделал, дурак?!

Держа в руке только что активированную бомбу, Пацифист улыбнулся ему в последний раз:

– Ты выполнил свой долг, теперь мой черед исполнить свой…

– Паци…

– Я сказал, беги!

Вскочив на ноги, Пацифист сломя голову забежал в один из туннелей, в надежде успеть добежать до лаборатории, Инферно же начал метаться:

– Твою мать! Твою мать!

Шок от произошедшего и полное его непонимание буквально выворачивало Инферно наизнанку:

– Твою мать!!!

Но в итоге, если не разум, то инстинкт сработал и Инферно сорвался с места в противоположную сторону. Даже уже убегая, его все продолжал мучить единственный вопрос:

– Почему? Ну как же так, Пацифист…?

Добежав до места их высадки, он тут же забыл обо всем, когда сверху, вместо струн, заметил инверсионный след от двигателя ракеты, что зафиксировали его линзы:

– Ну уж нет!

На пике эмоционального потрясения, Инферно с волевого рывка запрыгнул на скалу, выхватив керамбиты, которыми сразу и зацепился. Прыгая и цепляясь, он рвался к вершине так быстро, как только мог, но этого было недостаточно, так как счёт шел даже не на минуту, а на считанные секунды. Влетев в расщелину, ракета достигла ее дна, где и взорвалась, спалив испепеляющим пламенем весь полигон, которое с одной стороны вырвалось из расщелины:

– Нееет!!!

а с другой, заполонило все тоннели. Прорываясь сквозь бешенных в тоннеле, Пацифист лишь успел заметить за их спинами огромный комплекс, увешанный многотысячными капсулами на всех стенах с инкубаторами, в сторону которого и кинул в волевом замахе бомбу, прежде чем обратиться в прах от жара пламени, что его испепелил со спины – «За мир людей…». Те, кто наблюдали за происходящим со стороны, были сначала крайне удивлены, увидев бомбу, а после весьма озадачены последствиями её взрыва, что уничтожила весь комплекс, обвалив и похоронив все под толщей земли и каменных глыб. Наблюдая за уничтожением лаборатории Ацтека на видео со спутника, как в радиусе трёх миль все ушло под землю, GW среди прочих, лишь сухо прокомментировал про себя – «Ну вот и всё… Горько все же ошибаться».

Глава 104. Сделка

Еще до эвакуации Рейчел, хорошо зная Инферно, его любовь к трудностям и о его догадках, что за Киборгом, который убил Жизель стоит именно он, GW лишний раз подстраховался, известив бойца не о сути своего плана, а лишь о намереньях:

– Не хочу, и не буду портить вам сюрприз, которые вы так любите испытывать на собственной шкуре. Надеюсь вы понимаете, о чем я. Но и промолчать в силу нашей дружбы не имею права, потому скажу одно… В этот раз я не намерен отсиживаться в стороне, слишком уж многое стоит на кону, тем не менее… действовать мы будем порознь… и лишь окончательный удар наш будет един… Потому, будьте готовы ко всему.

Натравив, прежде всего Инферно на Ацтека и усилив его куратором в лице Рейчел и силовым блоком в лице Ермака и его групп, GW не постеснялся тут же связаться и с самим Ацтеком, не успев даже лишиться Ареса, что сопровождал его самолет в автономном режиме до границы:

– Здравствуй, друг мой. До меня дошли тревожные слухи, что с каждым днем обрастают все большим количеством косвенных подтверждений.

Ацтек – Слушаю…

Благодаря сведеньям GW и его просьбе, Ацтек не только узнал о нападении, но и подготовился к нему, обставив все для членов Комиссии как демонстрацию силы, якобы их армии. GW же в свою очередь получил редкую возможность наглядно оценить успехи своего делового партнера, а вернее угрозу, что тот представлял для остальных и его мира в частности.

Несмотря на прибытие всех членов Комиссии и начала спецоперации, презентация, тем не менее, началась не с трансляции, а с сомнений Ацтека и его разговора с GW в кулуарах за час до высадки вражеского десанта:

– Почему меня не покидает ощущение, что это твоя игра?

GW – Потому что человеку свойственно по себе мерить остальных, но, увы, вы, друг мой, как всегда переоцениваете меня, как и впрочем, наших врагов. Пять сотен на отряд, не обессудьте, но, по-моему, это слишком. Боюсь, мало, кто успеет что-либо разглядеть, а значит, и оценить эффективность ваших особей.

– Возможно ты не в курсе, в чем я сильно сомневаюсь, но за их Профи с позывным Инферно, мои люди следили с самой Фукусимы… И знаешь, что самое смешное? Они поговаривают, что он теперь твой Профи.

Несмотря на все свои навыки, а теперь и инстинкты, Ацтеку так и не удалось за переломную паузу, просчитать по взгляду и мимике лица старого лиса, в отличие от Смерча. Волнение GW, хоть и не со сто процентной вероятностью, но все же уловили и зафиксировали датчики, о чем тут же узнал Смерч, который, будучи извещенный о возможном нюансе, полностью проигнорировал его, оставшись за дверью.

Выдержав взгляд Ацтека, GW неожиданно усмехнулся:

– Вы меня все же раскусили. Да, это правда, лукавить не буду. Я действительно пытался завербовать в свои ряды, так называемого Инферно. И он даже успел поработать у меня, будучи моим телохранителем, но, увы. Как говорится – «Сколько волка не корми, он все равно в лес смотрит». После первого же дела, вероятно набив тем самым себе цену в глазах Рейчел Вудс, он вернулся к ней на службу. Не знаю, как ваши люди, друг мой, но мои склоны считать, что их отношения, скажем так, не ограничиваются профессиональной деятельностью, а значит, вербовка не имеет никакого смысла. Хитрая лиса крепко его держит, и отпускать уж точно не намерена.

– А не ты ли вытащил из низов эту самую лису, сделав членом совета в обход всех наших норм?

– В чем до сих пор не перестаю винить себя, но еще больше её. Такой потенциал и такое разочарование по итогу…

– А знаешь, что я вижу… Спеца и Профи, у которых есть только одна причина прийти за моей головой…

– Спецоперация на Фукусиме…

– И после неё… Но также, сотни других причин и проблем, притом у каждого из них, не делать этого. И если её цепному псу плевать на кого лезть, то сама Рейчел железно уяснила, что со мной связываться не стоит.

– Так вы считаете, что всё дело в вас? Нет, друг мой, скорее во мне. Что-что, а даже ваши люди должны знать, что моей смерти она желает куда больше, чем вашей. Если у вас с ней случилось легкое недопонимание на почве её сотрудников, то у меня с ней конфликт и прямое противостояние с тех самых пор, когда она меня нагло предала, покинув кресло члена Комиссии. А насчет причин и проблем, спешу вас уведомить, их действительно у нее много, даже слишком, чтобы пытаться что-то сделать. Наглых и своенравных никто не терпит, особенно в штатах, откуда её уже давно пытаются выдавить. И хоть она мне враг, тем не менее, я не могу ни признать её степень упорства и изобретательности. Как я и говорил, её потенциал внушал большие надежды, но, увы. Уверен, она теперь испытывает то же самое разочарование в себе, что и я, когда она не оправдала возложенных на неё надежд. И, как нам хорошо известно, следующим после разочарования идет полное отчаяние, вот девочка и решилась дерзнуть в последний раз, решив убить одним ударом двух зайцев: вас физически, а меня морально, уничтожив дело всей моей жизни… Я считаю, что это отличная возможность для нас, показательно расправиться с наглецами, чтобы остальным неповадно было.

– Будем считать, что я тебе поверил. Я продемонстрирую членам Комиссии эффективность своих особей на враждебной спецгруппе, но о показательной расправе не мечтай. Секретность проекта превыше всего, а твоя вражда, это твои личные трудности. Что касается Рейчел Вудс, уверен, оставшись без Профи и в изгнании, она станет куда как сговорчивее и покладистее тебе. Не хотела добровольно начать проект, так насильно его закончит.

– Мне нравится ход ваших мыслей, непременно опробую их на ней после.

– Приступим.

Пройдя в изолированное помещение со столом в полумесяц на двенадцать мест и большим экраном во всю стену напротив, GW занял свое место за столом, а Ацтек подошел к экрану, чтобы комментировать происходящее.

Имя некие представления о подготовке Профи, Ацтек допускал мысль, что ему удастся проскочить ловушку, но никак, что всей группе и главное без потерь:

– Степень взаимодействия и вправду впечатляет…

Герцог – При всем уважении, но мы тут собрались не людьми впечатляться, а вашими результатами.

Ацтек – Терпение.

Кивнув оператору, тот с КПК активировал пять сотен инкубаторов, подготовив их к разгерметизации, а особей к бою, накачивая гормонами и добавками.

Встретив Инферно, в некотором роде, лично, Ацтек испытал двоякое чувство. С одной стороны, он был наслышан о боевых качествах, а главное успехах Профи, но с другой, Ацтека всегда сильно смущал его достаточно молодой возраст для подобных свершений. Хоть он и считал, что в редких докладах его люди допускали некую эмоциональность, приукрашивая спецоперации Профи, тем не менее, он с самого начала приметил парня, увидев лично по записям с Фукусимы его в деле. После прочтения преимущественно по диагонали докладов о Профи, Ацтека посещала мысль завербовать его, но опять-таки, не раньше, чем тот станет мужчиной, в его понимании – «Выживет, непременно, а пока пусть руку набивает».

Но в этот раз было все иначе, пустив бешенных, Ацтек получил небывалый отпор, что от наемника, ставшим Профи, что от бойцов, которые в отличие от выживших в Фукусиме, приняли к сведенью все поправки Инферно по поводу уязвимостей их противника. Сплоченное взаимодействие, решительные меры и самоотдача каждого бойца группы за считанные минуты в лоскуты порвали хваленую армию, что внушала страх даже в сердца её поводырей:

– Позвольте, но что происходит?

Герцог – Это ведь всего лишь прототипы?

Барон – Да какая к черту разница, почему они до сих пор дышат?!

Граф – Судя по всему, спецподразделения по-прежнему не знают себе равных… Ни по силе, ни по затратам.

GW – Господа, не стоит делать поспешных выводов. Я уверен наши затраты еще окупятся…

Барон – Неужели? Я это пятый год слышу.

Епископ – Действительно, результат и вправду не обнадёживающий, а время-то уходит.

GW – Вот именно. Время работает против нас, и его просто нет на наши метания между теми или иными проектами. Мы собрались ради эксперимента, так давайте досмотрим, чем он в итоге завершится. Учитывая, сколь грозный противник нам противостоит, думаю, будет уместно повысить ставки.

Давление аудитории лишь усилило хитрость GW, завуалировав её в намек на демонстрацию того, чего Ацтек не планировал показывать, но пришлось:

– Выпускай Альфу.

Выполнив команду, Оператор переключился на экран в предвкушении невиданной схватки между их главным детищем и закаленными бойцам спецназа.

GW был поражен увиденным. Старания Инферно по ту сторону экрана в полной мере оправдались, вынудив Ацтека достать туза. GW внимательно пытался оценить доселе невиданную особь, но его глазу просто не за что было зацепиться. Если предыдущие особи были генно модифицированными людьми, то это существо было совершенно иным. Наблюдая за каждым движением твари, GW тщательно фиксировал все повадки существа, пытаясь просчитать, сможет ли его команда противостоять ему при худшем сценарии развития событий, в котором Ацтек окончательно перехватит у них, а главное у него, контроль. Опасения GW были вполне обоснованы, ведь в отличие от своих соратников, его всегда больше заботило не то, что демонстрировалось на экране, а тот, кто стоял перед этим экраном, контролируя процесс. GW прекрасно знал, что они не в состоянии будут контролировать то, что не понимают, в отличие от Ацтека, который помимо понимания, также сам являлся частью проекта.

Срубив голову вершине генно-инженерной мысли, сам того не ведая, Инферно с кристальной ясностью обозначил ключевой дефект их эксперимента:

– Это вообще кто такой?

Ацтек – Щенок, возомнивший себя воином… Покрасовался и хватит. Ракету наизготовку.

Барон усмехнулся:

– Столько затрат, а в итоге пришли к тому с чего начинали…

Ацтек, было, хотел ответить, но Герцог его перебил:

– Это что у него такое?!

Заметив бомбу в руках напарника Инферно, Ацтек тут же приказал:

– Выпускай вторую партию. Живо!

Оператор выполнил команду и пробежался кончиками пальцев по клавиатуре КПК, но было уже поздно, так как боец стремительно вбежал в тоннель. Не обращая внимание на глупые вопросы за спиной, Ацтек попытался сориентироваться и принять меры по предотвращению подрыва, но их не было, во всяком случае, наготове. Ничего, кроме ракеты:

– Время подлета?

Оператор – Меньше минуты. Да он не добежит. Даже через пустой тоннель не упе…

Ацтек, переключившись на экран, сухо отрезал:

– Заткнись.

Уже смирившись с непоправимым, Ацтек сменил изображение с камер наблюдения на того, кого он явно недооценил и в чьей смерти теперь хотел быть окончательно уверен. Успев вскарабкаться лишь на треть, гибель Инферно, которого в итоге поглотило пламя, стала для Ацтека очевидна, как и уничтожение его комплекса. Несмотря на расчеты Оператора, напарник Инферно все же успел добежать и подорвал весь комплекс изнутри.

После всеобщего удивления и недоумения, Барон первым нарушил гробовую тишину:

– Да это пи*дец какой-то, а не эффективность.

Граф – С прискорбием вынужден согласиться…

Ацтек, не оборачиваясь, озвучил последний комментарий и вышел:

– Эксперимент окончен.

GW же, среди прочих, лишь сухо прокомментировал про себя – «Ну вот и всё… Горько все же ошибаться». Инферно, в отличие от Рейчел, полностью раскрыл свой потенциал и оправдал все надежды GW, все, кроме ключевой, на пути к которой все же погиб.

В отличие от GW, Рейчел не хватало ни данных, ни решимости признать очевидное:

– Условный сигнал?

Операторы, недоумевая, переглянулись между собой, а Помощник попытался прояснить ситуацию:

– Мэм, мы уже трижды проверили во всех диапазонах…

Рейчел – Да хоть сто раз! Мне и одного ответа хватит.

Помощник – Мэм, все сроки вышли, пора сворачивать операцию…

Рейчел – Неужели? И с каким результатом? Разве он приемлем для нас?

Оператор – Они все погибли, тут уже ничего не попишешь…

Рейчел – А ну заткнись, мать твою!

Поняв, что теряет контроль, что над собой, что над ситуацией, Рейчел попыталась взять себя в руки, а команду заставила буквально рыть землю в поисках любых сведений, которые бы пролили свет на случившееся. Увы, но и её время явно подошло к концу. Все освещение на корабле приняло красный оттенок, извещая экипаж о тревоге. Наемники тут же выбежали из свою кают и вооружившись побежали на палубу, где тут же попали под свет ярких прожекторов с вертолетом, а после и под когти десанта с них. Раздалась оглушительная стрельба, но судя по её быстро спадающей интенсивности, как минимум для Рейчел стало очевидно, что бой складывается не в их пользу.

Паника, страх и полное отчаяние охватило оставшийся экипаж, но не Рейчел, которая изначально догадывалась, что игра с GW для нее ничем хорошим не закончится. Наличие Инферно в ее команде, а после и Пацифиста отвлекли ее от трезвой оценки возможного исхода, но оно было и понятно. Многократно взаимодействуя с Инферно и столько же противостоя ему, Рейчел была не в состоянии просчитать его действия, слепо веря, что он способен найти выход из любой ситуации. Но теперь, потеряв Инферно, Рейчел потеряла и всякую надежду.

Положив гарнитуру на стол, под которыми уже пряталась вся ее команда, Рейчел просто ушла обратно в свою каюту:

– Это не поможет…

Как Рейчел и сказала, ни блокировка всего шлюза, ни блокировка двери, ни тем более прятки под столом не помогли. Вырвав двери, в командный центр ворвались звери в человеческом обличии и черной экипировке с уже окровавленными заостренными костями в руках. Перевернув все помещение вверх дном, звери накинулись на людей и растерзали их в клочья.

Их крики, что утопали в звериных рыках, вызвали у Рейчел дрожь по всему телу и ком в горле. Как и сказала Аманда, помимо того, что кровь стыла в венах, парализуя все тело, жуткий страх так же душил, не позволяя опомниться. Вздрогнув из-за оглушительного скрежета от вырванной двери, Рейчел, наконец, увидела лично одного из тех, кто охотился на Аманду и её коллег. На неё смотрел, совершенно пустим взглядом здоровый мужик с явно учащенным дыханием, лицо которого не выражало ни одной эмоции, лишь дикие инстинкты.

Тем не менее, зверь не кинулся на неё, а застыл на месте, не спуская с неё глаз. Через пару минут ситуация прояснилась, когда из-за его спины показался тот, кого Рейчел с первой встречи запомнила, как самодовольного выскочку, понятия не имевшего ни что несет, ни о чем мелет. Хлопнув в ладоши и растерев их с выражением на лице большого мастака, Выскочка начал:

– И кто же тут у нас? Надо же, сама Рейчел Вудс, а я-то всегда считал, что у тебя достаточно мозгов, чтобы забыть о нас… Видимо ошибся, ну ничего, бывает…

Рейчел – С тобой, так постоянно.

– Ах да, эти твои гребанные подколы. Ты себе и представить не можешь, как долго я мечтал на них ответить…

Скинув Рейчел с кровати хлесткой пощечиной, Выскочка не удержался и продолжил её избивать, но теперь уже ногами:

– Ну как, нравится?! Знай свое место, сука!

Избив Рейчел до крови и потери сознания, обессиленный истерикой Выскочка, жестом велел зверю подобрать её с пола:

– На борт её.

Перебив весь экипаж и забрав с собой Рейчел, налетчики улетели на вертолетах, подобрав за собой судно и пустив его ко дну.

Доставив Рейчел до ближайшего аэропорта, Выскочка передал её Ацтеку, который ожидал их перед грузовым самолетом и у которого тут же возникли вопросы к своему исполнителю, как только он почуял кровь и услышал слабый пульс Рейчел. Пройдя мимо Выскочки и подойдя к одичалому, что нес Рейчел, увидев её разбитое лицо, Ацтек кинул волчий взгляд на Выскочку и спросил с него:

– Это что такое?

Выскочка растерялся, в момент, забыв о былой уверенности, искренне не понимая, что не так:

– Как что? Рейчел Вудс…

Кивнув одичалому в сторону самолета, чтобы тот доставил избитую девушку на борт, Ацтек не глядя схватил Выскочку за глотку и придушив поднял над землей, а сам прижал кнопку рации:

– Док, прими раненую.

Док – Принял.

Как только пульс Выскочки сравнял с пульсом Рейчел, Ацтек, наконец, посмотрел на него и, разглядев ужас в его глазах, как и кровоподтеки, выпустил из захвата, бросив на землю:

– Твоя неуместная инициатива более недопустима. На нас напали, одну из лабораторий и вовсе уничтожили, а что ты сделал? Избил женщину?

– Она враг…

– Ты сам себе враг. Нам нужны ответы, а не слепая месть. Рейчел не дура, и раз напала, значит на то была веская причина, притом извне. Чешутся кулаки?

– Не то слово как…

– Так найди того, кто её вынудил.

Пустив дурака первым на минное поле, Ацтек вернулся на главный объект, ожидая первой зацепки, что лишит Выскочку бренного существования, а ему укажет направление удара. В конце концов, зачем самому стучаться в каждую дверь, наверняка не зная, чем ответят по ту сторону, приглашением или выстрелом в упор.

Нельзя сказал, что Джи почувствовала, как за один вечер лишилась двух самых близких людей на этом свете, но, так и не дождавшись условного звонка от Рейчел, она поняла, что что-то не так. Рейчел полностью доверяла Ермаку, тем не менее, Джи велела, во время инструктажа на подобный случай, отпасть от его группы и перевезти родных ей людей туда, где их сама никогда не найдет. Рейчел больше всего на свете не смерти боялась, а выдать под пытками, что испытывала уже неоднократно, местоположение тех, ради кого была готова на все. Как раз чтобы исключить подобный рычаг давления на Рейчел, Джи и сбежала ото всех, перепрятав её близких, а после и сама скрылась в одной из арабских стран, подальше от камер наблюдения, которые могли её опознать по лицу.

И снова дилемма между Рейчел и Инферно, между их секретами друг от друга, из-за которых Джи смогла, включила маяк, когда уже осталась одна, как ей казалось. Потеряв два дня на переселение близких Рейчел, Джи активировала маяк на кулоне только на утро третьего дня, не посмев активировать его даже в дороге на автобусе, чтобы скрыть от Инферно направление своего приезда в город. Тем не менее, даже чрезмерная конспирация не позволила ей скрыться от тех, кто выследил её по запаху, обнаружив на местном рынке. Ощутив на себе холоднокровные взгляды хищников, Джи сначала замерла от неприятного ощущения, но пересилив себя, все же обернулась. Среди разномастной толпы она сразу заметила двоих парней, что, не сводя с нее своего пустого взгляда, постепенно к ней подбирались, проталкиваясь через толпу. Бросив все, Джи тут же направилась в противоположную сторону, где сразу наткнулась уже на третьего, в которого запустила сумочкой, бросившись бежать через ближайшую палатку с развешенными коврами. Пробежав палатку насквозь и скидывая все за собой под ноги уродам, что погнались за ней, Джи выбежала с рынка и попыталась скрыться в узких переулках, но тщетно. Ведомые её запахом, звери безошибочно сворачивали в нужном направлении, сбивая всех на своем пути, продолжая загонять её как дичь. Поняв, что люди вокруг их ничуть не смущают, Джи забежала в первую же открытую дверь в трехэтажном доме, вместо большой площади, набитой толпой людей, где её бы и убили у всех на глазах. Заблокировав все двери за собой, она перебежала на второй этаж и попыталась скинуть шкаф на лестницу, но услышав с какой легкостью, а главное насколько быстро уроды выбили все двери, Джи перестала зря тратить время и сразу побежала дальше. Но ни перепрыгнуть на соседнюю крышу, ни даже дотянуться до лестницы на крышу Джи уже не смогла и резко обернулась, когда услышала мощный удар по последней двери, что буквально вылетела. Не желая стать тем самым рычагом давления на Рейчел, и лично испытав уровень угрозы, Джи сделала, что должно, так и не дождавшись помощи от Инферно, о чьей участи теперь только начала догадываться.

Но помимо Инферно, Джи совсем забыла о его бойцах, который перенеся операцию по вживлению линз, только приноровились к ним и их дополненной реальности с необходимыми для боя данными и поправками. Один из них с разбега перепрыгнул с соседней крыши и, проломив окно, с размаха вспорол глотку зверю лезвием керамбиты, тут же уйдя в ноги остальным. Успев перерезать артерии одному, удар второго боец в маске отбил ударом головы, сломав запястье зверю, которого тут же подцепил керамбитом за подбородок и с волевого размаха в развороте размазал его об стену. Ударом ноги, сломав шею истекающему кровью зверю, боец переключился на Джи, которая, уже бледнея, смогла лишь показать, в протянутой руке пустую ампулу с ядом, которую только что приняла:

– Твою…

Вырвав проводку из стены, боец применил уже проверенное средство и ударил током Джи, остановив ее сердце, тем самым замедлив распространение яда по ее организму. Сзади подхватив девушку, боец тут же надавил руками на ее живот, заставив вырвать яд, что не успел впитаться в стенки желудка.

Помимо проблем с Джи, двое из зверей начали подниматься, оправившись от смертельных ран, в отличие от третьего, чья голова разлетелась от удара об стену на ошмётки:

– Афела…

Афела – На подходе!

– Шевели задницей!

Прибавив ходу, Афела с Кейт влетели следом в окно, одна сразу открыв огонь из пистолета, а вторая мощными ударами протезов с ходу сломала, что выставленный блок, что кости зверя, после чего проломила ему голову. Боец же, подхватив Джи, пробежав мимо, выпрыгнул в окно, на этот раз на улицу:

– Найди ближайшую больницу!

Си – Больницу? Зачем? На самоле…

– Не дотянет она до самолёта!

Си – Понял. Высылаю координаты.

Дополненная реальность линз тут же подсветила нужное направление, выстроив кратчайший путь до самого порога больницы с расчетным временем в две минуты из четырех допустимых для Джи:

– Мари, выдвигайся сразу к больнице.

Мари – А как же Кейт и Афела?

– Сами справятся. Выполняй!

Очередной выбор приоритетов, который казался несправедливым для каждого из членов команды, лишний раз лишь обострил отношения всех членов этой самой команды к их новоявленному лидеру.

Влетев в больницу, боец тут же уложил Джи на заранее приготовленную койку по просьбе якобы премьера США, что позвонил из своего посольства с подробным описанием состояния потерпевшей из своей команды, вернее из членов посольства. Доверив Джи врачам низкой квалификации в виду страны третьего мира, боец обернулся, но вместо Мари, которая не подчинилась приказу, увидел, как к больнице со всех сторон подъехали джипы, из которых вышло зверье. Ни один из них не посмотрел на бойца, все они устремили свой волчий взгляд за него, даже будто сквозь него, прямо на Джи, которую врачи увозили на койке.

Их нападение теперь стало лишь вопросом времени, которого точно бы не хватило, чтобы остановить более двадцати зверей, что уже подходили к больнице, не пропустив ни одного из них к Джи. Осознав с кристальной ясностью, что самому ему точно не управиться, боец снял маску, чтобы стать приоритетной целью для зверья. Распознав в нем Инферно, зверье тут же оскалилось и участило свое дыхание, готовясь теперь не просто к ликвидации, а к ожесточенной схватке, приняв во внимание статус цели – Особо опасен.

Но прежде чем разобраться со зверьем, Инферно решил в первую очередь разобраться со своей командой:

– Каждый из вас мне жизнью обязан, как и я вам… Но если вас такой расклад не устраивает, выбранный мной курс… Если кто-то из вас мечтает о демократии и равноправии, вы вольны уйти прямо сейчас, держать не стану… А те, кто все же пойдут за мной, раз и навсегда забудьте об этом дерьме! Я командир и мне виднее! Я-Инферно!!!

В своем боевом кличе Инферно выхватил Стечкин и встретил первую волну зверья непрерывной очередью, откинув уродов назад, посеяв тут же панику во всей больнице и по всему району. Перезарядив обойму и убедившись, что Джи уже увезли из коридора, он прострелил все огнетушители, что висели на стенах, пытаясь сбить ищеек со следа, смешав запахи концентрированной химией. Выбив ближайшие две двери, что были напротив друг друга, чтобы увеличить просматриваемую область, Инферно занял оборону, встав по центру коридора. Но уже через секунду ошарашенно увернулся и, встав за стену, он, наконец, понял, почему его противник больше похож на безоружного гражданского, нежели на вооруженного солдата.

Боевым применением отрядов из зверья было не открытое противостояние, а скорее скрытное наблюдение и диверсионные операции. Они не были вооружены в привычном смысле этого слова, что им позволяло без труда пройти через любой металлодетектор и без подозрений проникнуть на любой объект. Но при зрительном обнаружении своей цели, зверь мгновенно переходил в боевой режим, многократно ускоряя тем самым все функции своего организма. Зверье было полностью лишено, что страха, что всякого рода морали, а вооружено, помимо звериной свирепости и животных инстинктов заостренной костью в виде кола, что по рефлексу вылезали из их запястий. Над их костями так же была проведена углублённая работа во многих направлениях, начиная от их состава и заканчивая ускоренным делением клеток с дополнением химических веществ, которые уплотняли органику до окостенения. Нерушимую же сцепку клеток осуществлял прото-метал в жидком состоянии, который, не обладая своей достаточной массой и воздействий на себя определенных физический явлений не мог затвердеть. Эта тонкая грань между достаточной и недостаточной массой прото-металла и разгоняла измененный организм, вырабатывая при этом энергию и форматируя клетки под нужды своего носителя. Ресурс же для деления клеток, зверье получало из окружающей среды, поглощая все под нужды изменённого организма, путем разгона всего организма, который пытался восполнить массу прото-металла для естественного затвердевания. Это был главный принцип работы измененного организма, что был, достигнут ценной бесчисленных жертв испытуемых.

Получив сильный отпор и кол в плечо, Инферно успел пожалеть о том, что открыл двери, тем самым открыв свою позицию с трёх сторон. Метая колья, зверью удалось подавить противника и заставить его спрятаться за угол, что позволило пятерым из них ворваться в больницу. Влетев через главный вход три зверя тут же разделились, а Инферно, услышав разбитое окно в палате с одной стороны, тут же направил ствол пистолета в противоположную и придавил спуск, отправив короткую очередь в зверье, что показалось в окне палаты, напротив. Вышибив мозги одному, он вырвал кол из плеча и метнув его в голову на встречу второму, прибив того на месте, он попытался высунуться в коридор, чтобы перестрелять оставшихся, но неожиданно был сбит. Ощутив очередные потери стаи, зверь прорычал, с разбега вышиб стену и Инферно, который стоя за ней. Упав на спину, Инферно сразу выставил АПС и вышиб уроду мозги, но всего одному. Двое других же вышли на бойца с флангов:

– Твою!

Перекатившись назад и ответив беспорядочными очередями, Инферно уворачиваясь от кольев перепрыгнул через койку, которую сходу запустил в зверье, прикрыв свой отход. Выбив дверь в соседнюю через стену палату, Инферно сразу обернулся и взял на мушку дверной проем, но зверье в очередной раз достало его, проломив себе путь напрямую. Со второго раза Инферно уже запомнил особую манеру сближения зверья, чья мощь позволяла проламывать стены, а к рукопашной схватке с ними приноровился уже с первого раза.

Чтобы отлетая, не свалиться на пол, Инферно ухватился за зверя и ударом с головы откинул уже его назад, но прострелить голову уже не успел. Увернувшись от двух колов, Инферно развернулся и принял удар, после которого отлетели уже оба, один от прямого удара в грудь, другой от короткой очереди в грудь. Спиной, проломив стену после мощного удара зверя, Инферно вылетел из палаты и влетел уже в следующую стену. Оказавшись в коридоре, он тут же выдохнул, испытав на себе всю силу удара:

– Нихера себе…

Но оклематься ему не позволили и тут же на него напали, притом те, двоих из которых он уже пристрелил, а третьему проломил голову его же колом. Помимо Инферно, который пытался приноровиться к новому манеру схватки со зверьем, те в свою очередь также изучали его. Выхватив по колу из запястий в каждую из рук, зверье, вместо того, чтобы, как и ранее метнуть их, с прыжка резко сократили дистанцию и попытались забить ими свою дичь. Ударом наотмашь Инферно отбил атаку первого, заодно выставив дуло пистолета по направлению к двум остальным. Расстреляв обоих в упор, он все же проломил следующую стену и снова собой. Оставшийся в палате зверь не остался в стороне и с рывка кинулся в него, и, снеся бойца с ног, проломил им стену, завалившись кубарем в палату, напротив. Ударом ноги по морде, Инферно перебил следующую атаку зверя и, перекатившись назад, вскочил на ноги, сразу контратаковав второго, которого не успел пристрелить в коридоре. Вооруженный в каждой руке кольями, изворотливый зверь ловко уворачивался от линии огня, а когда не успевал, сбивал ударом кола пистолет, меняя его угол обстрела. Выхватив свободной рукой керамбит, Инферно подставил его лезвие под удар, но не кола, а руки. Срезав руку зверя, боец понадеялся, что тот растеряется от болевого шока и попытался его пристрелить в упор, но тот снова отбил дуло пистолета колом и тут же замахнулся им.

Прямым ударом ноги по туше, Инферно оттолкнул от себя зверя, который отлетев, тут же лишился головы, которая разлетелась на ошметки от короткой очереди. Поняв, что как минимум Афела вернулась, признав его расклад их отношений, что выразила своим согласием, прикрыв его с крыши соседнего здания, Инферно, забыв о втором звере в палате, тут же выбежал в коридор. Зверь же лишь только рыпнуться успел, после чего сразу отлетел в сторону, ровно так же лишившись головы. Окончательно пристрелив двоих в коридоре, разорвав их головы очередями из АПС, Инферно прислушался, пытаясь выследить последнего, но вместо него услышал интенсивную стрельбу снаружи больницы. Узнав очереди из ПП СР-2 «Вереск», командир, наконец, выдохнул с облегчением, поняв, что под его начало вернулись либо все, либо как минимум большинство его бойцов. Но оценить их поступок по достоинству критичность ситуации не позволила, так как помимо криков людей с улицы, он также услышал крики персонала больницы сверху.

За время схватки концентрация химикатов из огнетушителей выветрилась, и одному из зверей удалось учуять первоочередную цель, за которой он и бросился:

– Второй этаж! Срочно!!!

Афеле не удалось в окнах обнаружить цель:

– Не вижу! Меняю позицию!

Кивнув брату, Мари побежала на прорыв:

– Выдвигаюсь!

На пару с Мартеном они привлекли зверье, что выпрыгнуло из-за машин, за которыми укрывались от стрельбы, но тут же отлетели от прицельных очередей третьей группы. Несмотря на уплату своего долга, Нумис все же не смогла уйти и если ни ради Инферно, то ради команды, людей, которые её приютили и обучили всему, она все же осталась:

– Мы прикроем!

Пока Монк на пару с Мустангом заливали джипы свинцом, не позволяя зверью высунуться, Нумис короткими очередями срезала каждого, кто все же осмеливался. С наскока, Мари и Мартен запрыгнули на крыши джипов и с волевого рывка сразу влетели на второй этаж в поисках той, которую изначально было велено сберечь, но они опоздали. Проломив стену из палаты, зверь кубарем покатился по коридору, после чего Кейт с прыжка разбила его голову ударом своего протеза:

– Она там.

Через пролом в стене, Мари тут же вбежала в палату. Схватив врача за шкирку, она его на бегу подняла на ноги и, проведя визуальный осмотр Джи, попутно уточнила, какие процедуры тот успел провести, чтобы выяснить, что теперь уже ей делать, как помочь, чтобы не навредить. Мартен же, пробежав мимо Кейт, попросил её прикрыть сестру:

– А ты куда?

Мартен – Решить вопрос с Инферно.

Кейт – Какой еще вопрос? Мартен!

Очередной десант, залетевший в окна, снова напугал до криков, что пациентов, что персонал больницы, которые как упали от звуков стрельбы еще в самом начале, так и продолжали лежать на полу:

– Все от окон! Кроме нас, парни. Огонь!

Влетев на второй этаж по примеру второй группы, третья группа тут же шквальным огнем из окон пресекла попытку уже зверей запрыгнуть схожим способом:

– Живучие уроды!

Поняв, что толку от её позиции мало, Афела отбежала немного, а после с разбега перепрыгнула с крыши соседнего здания на второй этаж больницы:

– Голову в труху еще никто из них не пережил.

Нумис – Поняла!

Дав годный совет по связи, Афела выбежала из палаты в коридор и побежала им на выручку. Заметив ее, Кейт попыталась предупредить по поводу Мартена, но Афела её перебила:

– Слышала. Не беспокойся, сами разберутся. А ты от Мари не на шаг.

Когда Афела добежала до третьей группы, те, не оставшись в долгу, так же её просветили своим наблюдением, кивнув на потолок, усыпанный кольями:

– Что за хрень?

Монк – Огрызаются так. Даже нашу броню пробивают этим костяным дерьмом.

В отличие от соратников, которые продолжали отстреливаться, Монк сидел под окном с двумя кольями в плече и руке.

Мустанг – Держись, ща мы им по самые гланды вставим свинца.

Подбежав к раненному, Афела аккуратно распахнула его рубашку, что была разновидностью их брони, имитирующую гражданские вещи, чтобы проверить истекает ли он кровью. Но как оказалось, если броня не выдержала, то футболка из спец-ткани сработала как надо, склеив рану, чем предотвратила кровопотерю:

– Артерии не зацепило?

Монк – Да все нормаль…

– Как в тебя вообще попали? Забыл на что линзы?

– Это световое шоу в глазах, просто пипец какой-то.

– Тише, привыкнешь еще…

Нумис – Лежи и не дергайся, это приказ. Афела, патроны на исходе.

Быстро оценив ситуацию, Афела перевернув Монка на спину, и потащила его по полу ближе к Мари:

– Отходим! В узком коридоре больше шансов их поразить.

Прекратив обстрел зверья, и не являясь их основной целью, те переключились снова на приоритетную цель, на которую уже всей стаей накинулись. Перестав практиковаться и просчитывать все комбинации редкого противника с целью имитации в дальнейшем его движений, стая получила новый приказ – «Загнать и растерзать» и ворвалась на первый этаж больницы. Инферно так же отступил, как и Афела и также для того, чтобы заманить, при этом исправив прежний просчет. Подойдя к пожарному щитку, Инферно резко обернулся и выставил ствол Стечкина, под который попал Мартен:

– Спокойно…

Инферно не стал мешкать и, подкинув ему свой пистолет и пару обойм к нему, разбил пожарный щиток и включил сигнализацию. Из потолка тут же хлынул поток аэрозоля, который мигом снизил, что видимость до двух метров, что обоняние, лишив зверьё их главного преимущества – безошибочного обнаружения цели в любом уголке помещения, даже сквозь стены.

Вернувшись в коридор, Инферно, показательно скрестив руки, наглядно дал понять Мартену о стрельбе из двух рук, а после его направил в палату справа, обозначив тем самым его сектор атаки, но в конце не удержался и озвучил свои опасения:

– Поцарапаешь мой АПС, руку сломаю…

Мартен не пришел выяснять отношения с Инферно, он пришел ему помочь и сгладить их разногласие по поводу Мари, сражаясь плечом к плечу, что по слухам эффективнее всего решало любой конфликт. Выставив средний палец, Мартен выхватил Гюрзу и, скрестив руки с двумя пистолетами, вынес дверь в палату со своей стороны, чем тут же привлек внимание тварей не только с обостренным обонянием, но и слухом.

Инферно же задержался немного, озадаченный сначала Мари, а после и Афелой:

– Я все. До самолета точно протянет.

Инферно – Как все? В прошлый раз…

Афела – Сказала все, значит все. Нам валить пора и быстро. Монк ранен, а Си говорит еще какие-то уроды уже на подходе, если такие же, то…

– Понял. Уходите, мы выиграем время.

– Поняла.

Выхватив кусаригама, а именно подарок Бати, Инферно позаботился об отвлекающем маневре:

– Си, запроси поддержки местных от имени посла.

Си – Сейчас сделаем.

Вооруженный программами имитирующими голос, интонацию и манеру разговаривать, а также некоторыми секретными сведеньями, Си связался с местным мэром:

– Моим людям срочно нужна помощь. Они окружены в больнице…

Мэр – Больница Аль-Адуди?

– Именно.

– Но спец агент ЦРУ сказал, что там сейчас проводится их контртеррористическая операция и нам велено не вмешиваться…

Узнав новые обстоятельства, Си не растерялся и переиграл ситуацию:

– Все так, но наши агенты не справляются. Аналитическая группа допустила серьезный просчет, и вскрытая ячейка террористов оказалась более многочисленной, чем мы ожидали, так что необходимо срочное подкрепление с вашей стороны, пока они не перебили наших агентов и не разбежались по всей вашей стране.

– Понял сэр. Наше взаимодействие официально?

– В связи с возникшей угрозой, которую мы не ожидали, да.

Мэр явно обрадовался, уже мысленно прорабатывая речь на своей пресс-конференции, на которой бы кичился англичанам на зависть своей важностью в виду своем тесном сотрудничестве с ЦРУ, официально. Си же уточнил:

– Позвольте узнать фамилию спец агента, что известил вас об операции ЦРУ.

– Смит, кажется.

– Да, знаю таких, то есть такого. Жду от вас содействия.

– Я немедленно отдам распоряжение.

Пока Мэр звонил начальнику местной полиции, Си подстраховался и обрубил концы, хотя бы на время их пребывания в этой стране. Предпочтя не рисковать, он не стал взламывать местный оперативный центр ЦРУ и взломал местную сотовую вышку, включив временную переадресацию на всех мобильных телефонах этой сети. Стационарную же связь, Си изолировал от всех скрытых каналов связи. Что касается радиосвязи, Си проигнорировал этот нюанс в виду их незначительной области приема, как и тот факт, что в гуще боя мало кто будет обращать внимание на стороннюю речь в эфире помимо командиров, которые получив приказ от начальника полиции уже наплюют на все остальные, больше переживая о своих потерях нежели, об угрозах на непонятном им языке.

Раздав приказы, Инферно тут же мобилизовался, услышав сквозь шум потока аэрозоля, очереди Стечкина в сторону и прицельную стрельбу из Гюрзы – «Мартен…». Придерживаясь тактики, Инферно вбежал в палату со своей стороны, попутно пытаясь услышать кого-либо сквозь шум оглушительной сигнализации и пожарной системы.

Услышав рык, приближающегося к Мартену зверя, Инферно натянул цепь кусаригама и с волевого размаха метнул серп, который пробив две стены, вонзился в грудь твари, откинув ее в сторону, тем самым сбив её намеченной траектории броска. Дёрнув цепь обратно, серп сначала притянул одичалого к пробитой стене, а после вырвал всю грудную клетку, за которую зацепился. Отреагировав на второго, одичалые, что дернулись в его сторону тут же получили по пуле в затылок. Ворвавшись следом к ним в палату, Мартен на ходу добил обоих плотными очередями из Стечкина и тут же сменил позицию. Ориентируясь по своим потерям, стая достаточно быстро поняла, где именно ближайший противник и кинулась на него:

– На пол!!!

Мартен на бегу кинулся в угол и, упав на спину, выставил пистолеты, под мушки которых тут же попало зверьё, что ворвалось сразу с двух сторон в его палату. Открыв беспорядочный огонь сразу по семи тварям, Мартен неожиданно вздрогнул весь заляпанный кровью. Пробивая стены насквозь, сюрикэны в клочья разорвали одичалых, кого лишая руки, а кому, вспарывая спину, вылетая из груди. Вся стена над Мартеном была изрешечена окровавленными сюрикэнами, а сам он лежал под ней, весь заляпанный кровью. Выловив в коридоре двоих, Инферно метнул в них серп, пробив им первого насквозь, а второго за ним пополам. С рывка притянув все, что от них осталось, боец с разворота запустил ошмётки в следующую палату, упредив удар одичалых, что там оказались. Сбив уродов с ног останками их собрата, Инферно, предупредив Мартена об угрозе, которую услышал, за секунды выпустил все сюрикэны, которые только успел. Перебив сюрикэнами часть зверья, метая их навскидку сквозь стены, остальную часть, ранив или дезориентировав, Инферно доверил Мартену, который не растерялся и уже сам расстрелял их из двух стволов.

Перебив подкинутой койкой выпущенные в него колья, Инферно срубил выхваченными сюрикэнами головы самых рьяных, что кинулись на него. Перехватив рукоять кусаригама, боец перехватил цепь во вторую руку, чтобы сократить дистанцию, опасаясь зацепить Мартена, который, не таясь, по тем же соображениям, уже бежал к нему на выручку:

– Я же сказал, по флангам!

Озвучив свое приближение стрельбой в разные стороны, дезориентирующими очередями в одну сторону и прицельными одиночными в другую, Мартен огрызнулся:

– Слишком много данных и траекторий на этих линзах. Я нихера не вижу! Давай по старинке!

На деле вышло несколько иначе. Одичалые бездушной массой, а бойцы волевыми ударами чуть больше чем за полминуты разнесли всю палату, вскочив на ноги по разные стороны от нее:

– Не судьба…

Мартен – Твою ж…

Но и как Инферно задумывал с самого начала, тоже не вышло, слишком уж каждая особь отличалась от другой в манере нападения, но в тоже время их взаимодействие было на уровне стаи. Каждый одичалый чувствовал, видел и осязал тоже, что и другие, а вот реагировали на противника они по-разному. Самые рьяные тут же кидались, более терпеливые же обходили по флангам, окружая, но по сути все взаимодействовали в едином порыве, преследуя общую цель – Загнать и растерзать.

Но все усилия стаи были тщетны ввиду импровизаций бойцов и уже их взаимодействий на, так называемом, интуитивном уровне. Во всяком случае, зверье так представляло себе ситуацию, на деле же, вся интуитивная связь бойцов сводилась к одному, а именно, шуму. Как только одичалые, объединенные рыками кидались на Мартена, Инферно разил их серпом сквозь стены, когда же Инферно шумел громче обычного, Мартен пускал пару очередей в сторону рыков, напротив.

Когда же они перебили большую часть стаи, в больницу на полном ходу врезался джип, снося все на своем пути. Влетев в область восприятия, друг друга, одичалый тут же вывернул руль в нужную сторону, направив машину прямо на Инферно, которого чуяли другие. Жуткий грохот за стенами не сулил ничего хорошо, и боец отпрыгнул в сторону. Как раз в ту, из которой на него бежал Мартен, пытаясь оттолкнуть с высвеченной на зрачках траектории столкновения. Спасение окончилось нелепым столкновением лбами обоих, притом уже через секунду на капоте несущегося джипа:

– Твою мать!

Мартен – Сказал же, нихера не вижууу!!!

Проносясь сквозь больницу, джип подлетел с выступа четко по направлению в следующее здание:

– Выдохни!

Мартен даже уточнить не успел, как получил с ноги и слетел с капота, как и Инферно, который, столкнув его, и сам оттолкнулся в противоположную сторону. Упав с подлетевшего джипа, который на скорости влетел в следующее здание и, не ожидая следующего, бойцы вскочили на ноги и побежали прочь в ближайший переулок:

– Си!

Си – Наши уже на борту…

Инферно – Рад за них, а вот за себя не очень. Куда бежать?!

Мартен – Ложись!!!

Перекатившись, оба бойца едва успели увернуться от кольев, что одичалые метнули им вслед. Выбив без разбора ближайшую дверь, бойцы под недовольные крики вломились в чей-то дом и, пробежав его насквозь, прыгнули в окно, снова попав в переулок:

– Что ж так узко тут все у них…

Инферно – Не засоряй эфир. Си!

Си испытав неловкий момент, сказал, как есть:

– Получается, что обратно…

Инферно – Чего?! Твою мать!

Неприятность не приходит одна, и бойцы упёрлись в переулок ещё Уже предыдущего, притом переполненный группой туристов:

– Чего? Я…

Инферно – Да я не тебе…

Мартен – Сюда!

Проломив плечом ближайшую к нему дверь, Мартен ещё успел попасть внутрь, а вот Инферно уже нет. Сразу четыре кола пролетели прямо перед его глазами, заставив откинуться назад и укрыться за углом:

– Назад!!!

Его внешний вид, запачканный кровью, и без того заставил попятиться назад тех, кто его успел заметить, а после крика уже все кинулись бежать в обратном направлении, подальше от него.

Выхватив кусаригама, Инферно отошёл от стены и быстро ее, раскрутив с размаха, встретил тех, кто ещё не успел выскочить из-за угла, остальных же перестрелял Мартен из окна уже второго этажа:

– Пистолет!

Поймав на лету пистолет, Инферно вбежал в дом и, перехватив оружие за рукоять, почувствовал что-то не то:

– Мартен, твою мать! Мой пистолет!

– Перепутал, бывает…

– Ври больше…

Меняться времени не было и снова пробежав насквозь, оба выпрыгнули из дома, один с окна, а другой уже с крыши на другую:

– У нас проблема.

Инферно – Вижу. В дом, напротив!

На этот раз путь им преградил переполненный перекресток, на котором никак разъехаться не могли ни машины, ни телеги с запряженной скотиной и толпами людей вокруг. Чтобы избежать кровавой бойни Инферно решил скрыться в доме напротив, на подходе к которому решил пошуметь, а внутри уже дождаться полиции. Выстрелив пару раз в воздух, чтобы напугать толпу и обозначить себя для экстренного звонка, Инферно развернулся и, пятясь назад, выставил пистолет, прикрывая Мартена, которому пришлось бежать по крышам в обход. Поймав первого же одичалого на мушке, Инферно спустил курок, вышибив ему мозги. Эта потеря не оказалась бесполезной для стаи и, подхватив сородича, пара зверей в человеческом обличии, прикрываясь его тушей, стремительно начала приближаться к бойцу:

– Вот суки хитрожопые… Мартен!

Мартен – Что?!

– Беги быстрее!

Не удержавшись, Мартен обернулся и увидел, как Инферно загоняют двадцать неизвестных ему наемников, а судя по окровавленным и распоротым футболкам и майкам некоторых из них, часть этих уродов была из числа тех, кого они не успели добить ещё в больнице:

– Стреляй!

Держа толпу на мушке и пятясь назад, Инферно спокойно ответил:

– Еще успеется.

Приняв его прекращения огня за капитуляцию, зверье перестало идти в ряд друг за другом и, отбросив труп собрата, выступили против Инферно единым фронтом, скалясь и выхватывая колья из запястий:

– Вывеску видишь?

Мартен – Понял.

Подбежав к зданию, Мартен прострелил все крепежи, обрушив тем самым вывеску. Не спуская глаз с уродов, Инферно, услышав короткие очереди, принял их за условный сигнал и с волевого рывка влетел в витрину магазина, вход в который перекрыла упавшая вывеска. Не видя особой преграды, зверье столпилось перед вывеской в ожидании всей стаи, что уже через секунду было более чем уместно, так как они начали нести потери. Сначала Инферно начал метать сквозь вывеску оставшиеся сюрикэны и отстреливаться, а после и Мартен поддержал его шквальным огнем, не забыв попросить ещё обойм. В ответ же Инферно подкинул ему его пистолет с отведенным назад затвором и протянул руку, намекая уже на свой пистолет. Отдав с недовольным видом так же разряженный пистолет, оба бойца переглянулись и тут же спохватились, перезаряжая каждый свое оружия, как только зверье начало ломиться в вывеску, продавливая и разрывая ее на куски.

Несмотря на все попытки очевидцев, никто из них, благодаря манипуляциям Си, так и не смог дозвониться до отделения полиции. Все звонки были перенаправлены другим абонентам, которые сочтя это за глупую шутку, просто клали трубку. Тем не менее, патрульные оказавшиеся неподалеку быстро вызвали по рации подкрепление, и уже диспетчер с разрешения начальника полиции перенаправил все силы с больницы на перекресток.

Понимая, что на этот раз за них уже точно всерьез возьмутся, а значит, окружат, бойцы насильно и не без угроз выгнали всех из магазина, и подожгли главную точку прорыва, парадный вход. Отстреляв весь боезапас, Инферно выхватил керамбиты в силу замкнутости помещений, а Мартен нож за неимением ничего другого. Наконец услышав интенсивную стрельбу с улицы, бойцы переглянулись и обсыпав себя с ног до головы специями, чтобы наверняка сбить запах, кинулись к заблокированной двери:

– По-тихому снимаем уродов, что встретим и валим отсюда.

Но на деле как всегда вышло всё иначе. Несмотря на силы полиции, что стягивались со стороны больницы, лишь часть зверья переключилась на них, большая же часть пошла на штурм пятиэтажного здания. Окружив здание со всех сторон, одичалые кинулись в окна второго этажа. Услышав шум сверху, Инферно решил, что это их шанс и, расшатав увесистую защелку на железной двери, отпер ее, не без помощи тех, кто их уже ждал с другой стороны:

– Твою ж мать…

Уже имея с ним дело, зверье просчитало его фокусы и стало очевидно, что в решающий момент он вполне может воспользоваться самым нелепым, то есть очевидным вариантом для побега. Восемь зверей их поджидало у выхода, и когда Инферно отпер дверь, они тут же кинулись на него. В узком коридоре Мартен почувствовал себя бесполезным, так как в проходе помещался только Инферно, но это было ненадолго. Остальная часть одичалых стремительно спустилась с верхнего этажа и вот теперь Мартен по полной разделил бремя их критической ситуации.

Сбежать не вышло, более того, попав в окружение в узком коридоре, им пришлось биться на пределе сил и с куда меньшими возможностями, чем до этого. Стоя спина к спине, каждый со своей стороны пытался сдержать натиск, хотя Инферно как всегда требовал от себя невозможного, потому пытался не просто сдержать, но и прорваться. Вспомнив невзначай, что нога длиннее руки, Инферно с ноги вышиб урода, что смотрел на него как на какую-то дичь. Сбив их в кучу, боец вскрыл глотку ближайшего зверя, а вторым лезвием вспоров ему брюхо, подцепил за грудную клетку и с волевого замаха перекинул его труп через себя и Мартена, сбив в кучу уже его противников. По инерции предыдущего движения боец с разворота выставил ногу в колено самого буйного и сломал ему ногу, а керамбитом подцепив его за нижнюю челюсть, с размаха разбил его голову об стену. Следующего урода Инферно встретил ударом локтя с разворота по морде и тут же отступил назад. Прикрывшись безголовой тушей от выпада кольев сразу от двоих одичалых, боец растормошил тушу, а заодно и их, швыряя об стены. Стоящий сзади всех одичалый, рассвирепев до лютой злобы, перепрыгнул через своих собратьев и кинулся на Инферно. Заблокировав его удар руками, скрестив их над собой, боец не выдержал его силы и упал на колено, но тут же, подхватив его за ноги, подпрыгнул с ним на руках, размазав его голову об потолок. Уронив тушу на остальных, Инферно воспользовался замешательством одичалых и обернулся, чтобы проверить Мартена, который вполне и сам справлялся, одной рукой выбивая челюсть рукояткой пистолета, а другой, отмахиваясь клинком.

Чуть не пропустив удар, Инферно резко ушел в сторону, перебив удар в противоположную. Пробив стену, одичалый не смог сразу вытащить свою руку из стены, а получив удар наотмашь уже и сам мордой влетел в неё. Откинув остальных назад, Инферно ему добавил, с размаха вонзив головой в стену. Перебив большую часть, ударом с разворота он вышиб из коридора меньшую часть тушей прикованного к стене трупа. Схватив Мартена за шкирку, Инферно побежал напролом. Вылетев на улицу, самый резвый из одичалых скинул с себя мертвую тушу и, вскочив на ноги, выхватил колья, которые тут же метнул в приоритетную цель. На такой дистанции ни увернуться, ни перехватить сразу оба кола Инферно не смог, потому прикрыл голову и корпус рукой. Пробив рубашку из углеродной ткани, на подобие костюмов синоби, колья все же уперлись в кости бойца, а одичалый в его ногу, от которой тут же отлетел.

Мартен не стал критиковать Инферно по поводу отведенной ему роли в виде багажа, а вот за игнорирование угрозы сзади уже предъявил:

– Не успеем! Догоня…

Бросив его на землю, Инферно выхватил кусаригаму и, расчленив надвое вскочившего перед ним одичалого, перевел замах в тыл, повторив казнь и на остальных, перерезав их тела пополам:

– Промазал, надо было выше…

Инферно – А так веселее. Пусть помучаются.

Когда с другой стороны здания в бой уже вступили бойцы местного спецназа, заливая всю улицу свинцом, не в силах определить численность и вооружение противника, Инферно с Мартеном уже во всю бежали в неизвестном для всех направлении, даже для ищеек. Сбежав из города на удаление в семь км до пустыря, Инферно с Мартеном были эвакуированы благодаря вертикальному приземлению, а после и взлету уже с ними на борту:

– Это вообще кто такие были?

Инферно – Фантомные боли одного нелюдя. Как Джи?

Афела – Лечится.

По её снова недовольному тону и по внешнему виду Мартена, который, как и он был заляпан кровью, Инферно решил уединиться в душе, чтобы переждать бурю вопросов, которые уже не имели никакого значения:

– Ясно. Значит на Остров.

Афела – С ней?

– Да, Афела, с ней.

Уже у себя в комнате, Инферно скинул заляпанные кровью рубашку и брюки, что были камуфлированной броней, во всяком случае, со слов Ханса. Проверил стяжку ран от спец ткани и перевязку на руке и, махнув рукой, стянул все остальное, чтобы принять душ:

– Твою мать! А стучатся, не учили?

Закрыв за собой дверь и постучав по ней, Афела улыбнулась:

– Чего я там не видела, в отличие от той херни, что случилась в больнице. Что за наемники такие?

Пожав плечами Инферно, смирился с безвыходностью ситуации и ответил по дороге в душевую:

– Ну ладно… Сказать честно, понятия не имею что за ребята…

Афела – Честно? Что-то новенькое, но ты продолжай…

– А нечего продолжать. Замочив их лидера, я считай, обезглавил их организацию, так что вот… сказке конец, а кто слушал, молодец.

– Послушай, сказочник, сначала ты непонятно как оказываешься в горах Ирака и просишь тебя эвакуировать, без всяких объяснений. Потом мы срываемся за твоей подругой…

– Сестрой.

– Ты в курсе, что она китаянка?

– У нас отцы разные… Хотя ладно. Джи мне как сестра.

– Это не дает тебе права нами рисковать. Мы чуть не потеряли Монка…

– Вы бы его и не нашли, если бы я не отправился за Джи. Так что считай, что квиты.

– Железная логика, даже странно, что она тебе не подсказывает, что дело явно не окончено.

– В смысле?

– Если, как ты говоришь, ты грохнул урода, что заправлял всем этим, то тогда кто послал этих за, так называемой, твоей сестрой?

– Интересный вопрос, непременно его задам Джи, как только она придет в себя. Но в любом случае вас это касаться не будет.

– Это как?

– Сам справлюсь.

– Ты уже сегодня справился…

– Не-не-не, сегодня они пришли за Джи, а завтра уже я приду и только за тем уродом, что их послал за ней.

– А наемники?

– А что с ними?

– То, что они бессмертные тебя не смущает?

– А ты и впрямь еврейка. Хочешь, расскажу, как узнал?

– Давай лучше я расскажу почему мы согласились. Мари и Мартен, бывшие сотрудники Интерпола, Мустанк и Монк, бывшие бойцы спецотряда «Морских котиков», Нумис Кейт, бывший коп, я, бывший агент Массада и Нумис, потерявшая семью и нашедшая утешение среди нас… Всех нас объединяет то, чем мы занимаемся. То, до кого прежде дотянуться не могли, а о многих и понятия не имели.

– Боюсь, вы не поняли. Вы не отряд бойскаутов, которые карают мразь по всему миру, вы…

– Боюсь, это ты не понял. Мы с тобой ровно до тех пор, пока это так. Только оказавшись на вершине мира, можно увидеть, как он устроен, а главное, что он рушится и с каждым днем все сильнее. Нам нравится наш мир, все мы когда-то вступили в ряды тех, кто поклялся его защищать, и мы не допустим его обрушения в хаос и безнадегу.

– Я тебя услышал… Скажу так, что-то ты видела, а что-то нет. Мир действительно подошел к краю пропасти и его срыв в неё всего дело времени. Боюсь, мира уже не хватает тем паразитам, кто нами верховодит. Их алчность ни мне, ни тебе не унять и пистолет тут делу не поможет…

– Всегда можно что-то сделать.

– Точечные операции и не более, а главное ликвидировать одного из игроков, да пожирнее, чтобы трупоедам его туши хватило на подольше. Лет на пятьдесят, может на сто, а после все. Мир обречен, притом еще с самого начала, ровно с того момента как на его землю ступил первый человек с виду невинный, а по факту вечно голодный паразит, которому всегда всего мало. Его голод никогда и ничем не утолить, а значит, он сожрет все, прежде чем сам сдохнет.

– Вот как раз-таки, чтобы этого не произошло и необходимо всякую мразь рубить на корню… чтобы хотя бы отсрочить это всё. И если позавчера угрозой были фанатики из Рейха, а вчера сам Жнец, то сегодня однозначно эти уроды наша главная цель.

Инферно усмехнулся:

– Неужели? Мы едва Джи у них отбили, Монка чуть не потеряли…

– Одно дело рисковать из-за твоей подружки или сестренки и совсем другое ради общего блага.

– Знала бы ты, сколько людей полегло ради этого пресловутого «Общего блага», язык бы отсох…

– Возможно, но нам не из чего выбирать. Да и не нам решать каким должен быть порядок, наша задача ликвидация угрозы, и именно под это каждый из нас подписался, когда пошел за тобой… Каждый из нас должен знать за что рискует своей жизнью, а главное он должен быть оправдан и уж точно не Джи.

– Как оправдан, так и осмыслен, а вот с этим проблема. У нас нет никакого смысла связываться с этим дерьмом, да и не по силам нам тягаться с ними. Эти уроды целые города сносят, а мы…

– Как и Жнец, которого я сначала физически устранила, а потом ты ментально.

– А вот тут ты ошибаешься. Не я его грохнул, а наш союзник упаковал. Посредник между нами и парой государств, вот пусть они этим и занимаются, а наше дело лишь ослабить, что я и сделал, устранив того нелюдя.

– Не знаю, что он тебе там наплел, но ты не хуже меня должен понимать, что такой потенциал никуда не девается. О таких уродах мечтает каждая армия мира и как ты думаешь…

– Я вообще не думаю об этом и тебе не советую. Как ты и сказала, не нам менять порядок этого мира… Я же сказал, он уже катится к обрыву и тут уже ничего не поделать.

– С полотенцем наперевес точно.

Не получив желаемого разрешения на ответный удар, Афела ушла, а Инферно успокоился, забрав последнего дорогого ему человека на свой, так называемый Ковчег. Тем не менее, даже на Острове от мира не спрятаться, как и от последствий принятых решений.

По приземлению их встретил Си, на котором лица не было, что помимо остальных напрягло и Инферно:

– Что с тобой, пацан?

– Они все мертвы, всех кого я отправил…

Инферно – Понятно. Зато мы живы, а что касается полиции, впредь будут следить, кто по их улицам бродит…

– Да, я все понимаю, но если бы я хотя бы знал, я бы их хотя бы предупредил…

– О чем, Си? Захватить второй бронежилет. Это их работа чистить улицы…

Проходя мимо, Афела не упустила момент образумить Инферно, в его же манере:

– Дельный совет, жаль только ты горазд их только раздавать, а не следовать им.

Мартен и Нумис переглянулись и спросили:

– А в чем собственно дело?

Подойдя к Афеле, Инферно взглядом надавил на неё, ответив обоим:

– Ни в чем. Это не наше дело и точка… А ты иди лучше сестре помоги с Монком, а Джи я сам перенесу.

Ближе к вечеру Джи оклемалась, чему Инферно был несказанно рад, особенно скорости её восстановления:

– Ну как ты?

Джи – Инферно… Где это мы?

– Тропический остров, а дальше неважно. Ну как ты?

– Жива и это главное.

– Почему ты сразу не связалась со мной и что за уроды за тобой гнались?

– Думаю, ты знаешь, раз знаешь его имя.

Опустив голову, Инферно усмехнулся:

– Так значит, ты все-таки знала его. Джи врать не хорошо…

– Я знаю, но Рейчел просила ради твоего же блага…

– Опять эта Рейчел. Рейчел попросила то, Рейчел попросила это, вот только все, кого она просила умирают, а я даже не знаю, кто или что им угрожает… Хватит, Джи, я уже потерял одного человека после как раз такого признания, не повторяй его ошибок.

– Это не моя тайна, а её. И вообще, где она?

– Не знаю, я пожадничал на второй медальон, да и…

– Инферно.

– А знаешь, ты права, чужая тайна это святое, вот только имей в виду, Ацтека я грохнул еще три дня назад и очень может быть, что Рейчел как раз-таки у того урода, кто спустил своих псов на тебя…

– Айзек Сакс… Единственный помощник Ацтека, которого мы видели.

– Хоть что-то. А где это вы его видели?

– Ты хотел имя, я тебе его назвала, а об остальном спроси Рейчел, когда найдем его…

– Никаких найдем, я сам…

– Ты сам его грохнешь, а нам поговорить с ним сначала нужно. К тому же, если я ему так нужна, меня он примет, а вот тебе еще подбираться к нему придется, притом с весьма сомнительной возможностью что-либо от него узнать. Их люди за версту чуют подставу…

– Ну да, знатные нюхачи. Ну и где его искать?

– Искать бесполезно, нужно точно знать, где и когда он бывает, так что вместе пойдем.

– Смотря куда, Джи. На базу я с тобой ни под каким предлогом не пойду…

– Посольство. По четвергам он туда заезжает на пару дней, а после к своей пассии на все выходные, так сказать по пути.

– Посольство? Уже лучше и какое именно?

– Я тебе лучше покажу, а то вдруг потеряешься.

Выведать у Джи что-либо еще не получилось, и Инферно согласился на её авантюру, желая, как можно быстрее с этим покончить и вернуться восвояси, чтобы переждать раздел собственности Ацтека между шакалами, коим был и GW. Замаскировавшись под пузатого юриста, Инферно сопроводил Джи до посольства в Мадриде, прямо до кабинета консула, который узнав имя гостьи, незамедлительно её принял. Пройдя в кабинет, Инферно не стал ходить вокруг да около и зашел так сказать с козырей:

– Ну, здорово, ушлепок…

Выскочка – Не понял…

Сняв дебильные очки с дедушкиными окулярами и сорвав не менее нелепые усы, Инферно улыбнулся:

– Ща все поймешь, дойдет так сказать…

Выскочка опешил, уронив все, что держал в руках, а после и себя, отлетев от удара за свой стол. Его попытку нажать тревожную кнопку, Инферно пресёк ударом по столу, который влетел в Выскочку, откинув его еще дальше:

– Всё, всё, только больше не бей меня.

Вытащив из-под рубашки силиконовую подкладку в виде пуза, Инферно откинул её в сторону, а Выскочку в кресло, где как следует, прошелся по его роже:

– Да что тебе от меня надо?!

Инферно – Да ты не переживай так, все идет по плану, главное кони не двинь раньше времени, чтобы кайф не обламывать.

– Нет, подожди… Ааа!!!

Сломав ему нос прямым ударом ладони, Инферно отошел в сторону, уступив место Джи:

– У тебя две минуты, а после уходим.

Подойдя к Выскочке, которого трясло ни то от боли, ни то от страха, Джи проявила такт и поздоровалась с ним:

– Ну, привет, Айзек…

Выскочка – Джи, что происходит, мы же друзья?

– Друзья? Сильно сказано, скорее бывшие коллеги, но не суть… Где Рейчел?

– Да я понятия не имею. С тех пор я вас больше не видел.

– Неужели?

Зная об излюбленном способе перемещения Айзека, что дорожил своим временем, а также о планируемой дислокации Рейчел на судне, Джи начала блефовать:

– А вот журнал твоих полетов говорит совсем о другом, а именно полете до судна в нейтраль…

Инферно решил подыграть и усилил напряжение:

– Всё, время вышло…

Выскочка даже побледнеть не успел, как снова получил по морде:

– Стой! Хватит! Это не я… мне приказали…

Инферно – Джи грохнуть тоже приказали?!

– Думаю, это уже лично его инициатива была…

Услышав знакомый голос, притом с того света, Инферно резко обернулся, прикрыв собой Джи. Осмотревшись, единственное, что привлекло его внимание, это не до конца прикрытый ноутбук на столе, который выглядывал из-под стопки бумаг после встряски стола от его удара. Открыв ноутбук, Инферно на экране увидел того, кого считал своей несбывшейся угрозой:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.