Рената Петюшенко
Поляки Москвы. История, люди, адреса

Московская национально-культурная автономия поляков “Дом Польский”. От создания до наших дней.

Впервые общественная организация «ДОМ ПОЛЬСКИЙ», объединившая поляков, проживающих в Москве, была создана в 1906 году. Общество располагалось в здании по Милютинскому переулку дом 18 стр.4, построенном для московских поляков по проекту академика архитектуры польского происхождения И. Залесского в 1905 году. Интерьер здания был перестроен в 1907 году известным архитектором-поляком Э. Юдицким.

Cредства на постройку здания завещал известный московский меценат польского происхождения генерал Альфонс Шанявский. В здании также находились польские организации: «Лютня», Общество польских женщин, Благотворительное общество помощи бедным римско-католического вероисповедания, редакции газет, библиотека и другие польские общества. После революции Дом Польский был преобразован в общество «Praca», затем в Польский клуб. Однако в 1937 году Польский клуб был ликвидирован, здание отобрано. Архивы, документы, библиотека изъяты. Второе рождение «Дома Польского» состоялось в 1989 году, когда группа единомышленников решила воссоздать полонийное движение в Москве. Их целью было объединение поляков, живущих в Москве, их потомков и тех, кому интересна польская культура и история. В ноябре 1989 году состоялось учредительное собрание «Дома Польского». В состав инициативной группы входили Дмитрий Басов, Эва Василевская, Станислав Думин, Наталья Каминская, Людмила Мареева, Ежи Ильинич, Гжегож Лепилин, Халина и Петр Романовы. Только в мае 1991 года Культурная ассоциация «Дом Польский» была зарегистрирована. Председателем «Дома Польского» с момента его создания по июль 2016 года, являлась Халина Суботович-Романова. В настоящее время председателем организации является Эвелина Шишкова.

Уже в начале 1990 года в общество потянулись люди. Приходили по одному и целыми семьями. Люди с польским корнями и люди, полюбившие Польшу по книгам и кино, знающие и ценящие польское искусство. Первостепенной задачей общества на тот момент было возвращение верующим костёла Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии на Малой Грузинской улице, который был построен по проекту известного архитектора польского происхождения Фомы (Томаша) Богданович-Дворжецкого.

Деньги на строительство костела собирали поляки, живущих на всей территории России и за рубежом, а также католики иных национальностей, включая русских. Храм был освящен 11 декабря 1911 года. В январе 1990 года группа московских католиков начала борьбу за возрождение прихода Непорочного Зачатия. 29 октября председатель «Дома Польского» Халина Суботович – Романова передала Папе Иоанну Павлу II на аудиенции в Ватикане письмо московских католиков с просьбой о восстановлении прихода Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии.

В декабре 1990 года была проведена на ступеньках храма первая месса, разрешённая властями. На Мессе присутствовало несколько сот человек. Борьба за костёл была долгой и драматичной. 2 февраля 1996 года приход Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии получил документы на бессрочное пользование зданием. Благодаря работам реставраторов и пожертвованиям благотворительных организаций католиков разных стран, а также бескорыстной помощи прихожан, Храм вновь приобрел свою неповторимую красоту. Возобновилась культурно-просветительская деятельность «Дома Польского» (Москва).

Изучение языка, истории и культуры, изучение традиций, вечера польской поэзии и музыки, совместные просмотры и обсуждение польских фильмов, проведение национальных праздников. В 1998 году на основе культурной ассоциации «Дом Польский» (Москва) организация была зарегистрирована как Московская Национально-Культурная Автономия Поляков «Дом Польский». С тех пор прошло более 30 лет. За это время была создана и работает школа по изучению польского языка, нас радует своими выступлениями хор «Баськи». В разные времена здесь работали и выступали польский театр, детские ансамбли «Стокротки» и «Полонез», усиливалась постоянно связь с этнической Родиной. До сих пор осуществляется совместная работа и участие в совместных проектах с Польским Культурным центром и Католическим приходом НЗПДМ. В частности, в 2010 году была проведена первая в России фотовыставка «Катынь: Помним и скорбим». Каждый год хор «Баcьки» участвует в международном фестивале календ «Вместе славим младенца Христа».Ежегодно дети с удовольствием отдыхают в польских лагерях. Некоторые поступают в польские ВУЗы. Свидетелями всех этих событий являлись и являются ветераны «Дома Польского», о которых я хочу сегодня рассказать.

Люди и судьбы

«…Не забывайте…

Позвольте нашей жизни,нашей боли,

нашей любви, нашимжеланиям

оставаться живыми в…

вашей памяти».

Халина Посвятовская

Осуществленная мечта

Ядвига Владиславовна Станюкович (1923-2016) – переводчик, литературовед, член Дома Польского с 1990 года.

Родилась и прожила всю жизнь в Москве. Её отец Владислав Козловский, поляк, католик, приехал в Москву в 1901 году на заработки. В Москве женился, жена приняла католичество. Вся жизнь семьи была тесно связана с костёлом. В 1912 году в только что освящённом костеле родители обвенчались. Здесь же крестили троих своих дочерей. Старшие сестры пели в церковном хоре. Рядом с костёлом располагалась школа. Так что можно сказать, что костёл был с детства родным для пани Ядвиги, её вторым домом. Но в 1938 году, к огорчению всех прихожан, костёл закрыли. В 1941 году началась Великая Отечественная война. В годы войны Пани Ядвига являлась участницей обороны Москвы: рыла окопы под Москвой, работала на военном заводе. Служила переводчиком представительства польских партизан в Москве, затем представительства Войска Польского. Имеет российские и польские награды. Долгие годы работала в Институте Мировой литературы им. А.М. Горького Академии наук СССР. Изучала творчество классика польской литературы Марии Домбровской и писателей послевоенного тридцатилетия. Кандидат филологических наук. А костёл после войны постигла судьба многих религиозных святынь – его заселили различные организации. И прежде стройное красивое здание с каждым годом теряло свой прежний прекрасный облик. Всякий раз, проходя мимо порушенной красоты, Ядвига испытывала обиду, горечь и гнев. Поэтому активно и с надеждой на лучшее наша Пани приняла участие в борьбе за возвращение родного костёла верующим. Без устали собирала подписи, писала и звонила в различные инстанции, участвовала во всех мероприятиях Дома Польского по восстановлению деятельности прихода. После возрождения деятельности храма посвятила ему всю свою жизнь. Организовала и осуществляла слаженную работу немалого коллектива дежурных по храму прихожан, проявляя о них, как о единой семье, неустанную заботу. На фоне глобальных задач небольшое, кажется, дело, но очень нужное для нормальной работы костёла. Небольшая, худенькая хлопотунья, она успевала делать многое, ее рабочий день был забит делами до отказа. Будучи членом Опекунского совета, радовала детишек из приюта домашними пирогами и подарками. А дома её ждала больная сестра, которой тоже требовалось внимание. Человек широкой души и большого сердца, пани Ядвига хотела всех охватить своим теплом и заботой. «Благодаря этому храму я считаю свою судьбу счастливой. Когда мы начали бороться за его возвращение, после первой Мессы на ступенях, я решила для себя, что заключительный этап своей жизни я посвящу храму, которому стольким обязана. И теперь, когда вхожу под его своды, я понимаю, какое это огромное счастье, которое редко выпадает на долю человека – видеть свою мечту осуществленной. Храм сейчас выглядит даже наряднее, чем был раньше.

И в этом заслуга многих – строителей, прихожан, священников, сестёр. И мы, старые прихожане, которых осталось уже не так много, от всей души благодарны всем тем, кто способствовал возрождению нашего любимого храма» – эти замечательные слова были сказаны пани Ядвигой в интервью с Василием Максимовым для газеты «Свет Евангелия» (№ 47 19 декабря 1999 года). Я бережно храню как память об этом замечательном человеке, подаренный мне пани Ядвигой скромный, но дорогой сердцу сувенир – горсточку земли, привезенную из поездки по Святой Земле.

Преодоление. Сестры. Ксения Ольхова и Лидия Туровская

Удивительную историю детства и юности сестёр, полную драматических событий большинство из нас уже знает. Материалы об их судьбах опубликованы в мемориальных изданиях, а также в различных интервью. Хочу кратко напомнить вам об основных событиях их трагического детства. Сёстры родились в Варшаве, Лидия (Людвига) 5 января 1929 года, Ксения (Кристина) – 10 февраля 1930 года. Польская фамилия сестёр была Зенкевич.

В 1939 году началась страшная долгая Вторая мировая война. Польша была оккупирована немцами. Годы оккупации сёстры провели в Варшаве. Самыми тяжёлыми днями оккупации были дни Варшавского восстания с 1 августа по 3 октября 1944 года. Несмотря на жару, отсутствие воды, голод и болезни восставшие сражались за каждый дом, за каждую пядь варшавской земли. Как и многие юные варшавяне, сестры стали харцерками. «Харцеже» – Союз Польских Харцеров – молодёжная организация, запрещённая оккупационными властями. Были связными, разносили лекарства, спецвыпуски газет «Варшавское восстание», ухаживали за ранеными. Несмотря на героизм участников восстания, оно было подавлено.

Для сестёр наступил новый страшный этап скитаний по концентрационным лагерям. Они были разлучены с матерью и отправлены в транзитный лагерь Прушков. Всё, что успела пожелать им мама: «Всегда держитесь друг за друга». Концентрационные лагеря – Освенцим, Нойегамме и другие. От одного названия этих мест волосы становятся дыбом от ужаса. Но сёстры выжили и выжили, по их словам, благодаря своей Вере. Освобождение встретили в Нойгамме. Свобода! («Wolność»! по-польски) ликовали узники лагеря. Но вместе с радостью пришла и растерянность: что делать дальше? С группой поляков они отправились в Варшаву на поиски матери. К сожалению, не нашли. После долгих скитаний они оказались в Бобруйске, куда их привезли советские солдаты. Так закончилось их полное горя и страданий военное детство. А далее советская школа, институт, работа. Кристина, получила музыкальное образование и до 1958 года жила в Баку, где организовала музыкальную школу и стала её заведующей на долгие годы. Лидия oкончила институт связи и работала по специальности в Москве. И все годы пройденной жизни сёстры хранили тайну своего детства, помня наказ старого мудрого священника из Бобруйска – никому, даже самым близким, не рассказывать о событиях своего детства. Все изменилось с началом демократических изменений в стране. Однажды, уже в период гласности, услышали по радио, как и многие другие, о существовании общества «Дом Польский». Пришли, познакомились и окунулись, как говорят, «с головой» в жизнь польского общества. Вспомнили родной язык и песни и стихи, которые знали с детства. А ведь казалось, что всё забыли за долгие годы молчания. Испытали радость общения на родном языке и возможность поделиться своими воспоминаниями о пережитом. Большим радостным событием для сестер была первая поездка на утраченную Родину в Польшу. И, конечно, они стали активными участниками борьбы за восстановление костёла. А когда деятельность костёла была восстановлена, стали безвозмездно работать в своё свободное время в церковном киоске и принимать участие, как и другие прихожане, в работах по благоустройству храма. Ведь они считали и считают теперь, что только Вера и любовь к Польше помогли им выжить в тяжелейшие годы войны.

В Доме Польском Кристина до сих пор ведет большую общественную работу. А, когда в 1996 году был создан хор «Баськи», cёстры стали его первыми его участниками и поют в нём до сих пор. Ирина Самойлова, тоже участница хора, посвятила им стихи:

Посвящается Кристине Ольховой и

Людвиге Туровской к 70-летию

Варшавского восстания

(1 августа 1944 года)

Сестры

Варшавские девчонки,

Две девочки – сестрички,

Кристина и Людвичка

Родились в той сторонке,

Где взорвалась война.

Катилась по Европе та страшная волна,

Безжалостно сметая всё на своём пути…

Беда! Пропала мама! Друг друга не найти…

Стояли девочки над пропастью смертельной,

Они держались за руки и – чудом уцелели.

И вот прошло 70 лет, и жизнь сама дала ответ.

Любовь и верность побеждают горе.

Как хор создали – с той поры гордимся мы,

Что две сестры поют сегодня в нашем хоре.

Сейчас сестры живут вместе, исполняя завет любимой, рано потерянной матери. Удостоены многочисленных наград России и Польши. Война, исковерканное детство и юность оставили неизгладимый след в сердцах и душах сёстер. Долгое время, работая в «Фонде Взаимопонимания и примирения», Кристина охотно помогала таким же, как она, жертвам войны в решении различных жизненных ситуаций, о чём с благодарностью вспоминают все обращавшиеся к ней за помощью. На встрече ветеранов в Доме национальностей.

Кристина Ольхова, Евгения Пищулина,

Людвига Туровская, (справа налево).

Кристина – заместитель председателя городской организации «Непокорённые.» Её часто приглашают в московские школы и кадетские корпуса, где она рассказывает о Варшавском восстании, о трудной судьбе своих ровесников, и молодёжь с интересом слушает живых свидетелей той страшной войны , знакомой им только по фильмам и книгам .

Жизнь в движении

Евгения Федоровна Пищулина – одна из старейших членов Дома Польского. Родилась в 1926 году в центре Москвы (Лубянский проезд), где провела беззаботное детство и счастливую юность. А пора взросления пришлась на годы войны.

Учебу заменила тяжёлая работа на авиационном заводе. Евгения Федоровна живой свидетель трудных военных и послевоенных лет. За стойкость, мужество и трудолюбие имеет государственные награды. В Дом Польский Евгения Федоровна пришла одна из первых в 1989 году и сразу активно включилась в его жизнь. Изучение польского языка, традиций, лекции по истории и культуре Польши. С энтузиазмом участвовала во всех мероприятиях ДП, связанных с возвращением Храма верующим. Потому что хорошо помнила как ходили с мамой на мессы в костёл Петра и Павла в Милютинском переулке. И как переживали, когда в 1937 году храм закрыли. Ходила на все мессы, проводимые на ступеньках нашего храма, на субботники. Теперь об этом мало уже кто помнит, больше знают по фотографиям. После возрождения костёла вошла в состав бригады дежурных по костёлу и провела на этом посту около 30 лет. Небольшой, но от всего сердца, вклад в работу любимого костела. В 1995 году был организован хор «Баськи» под руководством Л. Брыжко. С тех пор и до сегодняшнего дня пани Евгения постоянный и неустанный член хора. Ни одна репетиция, ни одно выступление не проходит без её участия. Участница многих песенных фестивалей, всегда, как говорится, в строю. В чём секрет бодрости пани Евгении? Наверно в постоянном движении и интересе к жизни – спорт, увлечение музыкой, участие в поэтических вечерах, конференциях, поездки по России.

Поездки в Польшу, паломничество в Италию и Францию, Германию, участие в певческих фестивалях в России и Польше. Масса новых знаний и впечатлений. В общем, насыщенная жизнь человека с её большими и малыми радостями и заботами. Что ещё можно сказать о пани Евгении? Восхищает её жизненная позиция – активность, жизнерадостность, отношение к людям, оптимизм, контактность.

Всегда с доброй улыбкой готова помочь словом и делом. В прошлом году, заглянув в Фейсбук, увидела там уйму тёплых поздравлений на день рождения из разных городов, от людей разных возрастов и интересов. И родилась она в замечательный день – 24 декабря. В её маленькой квартирке тепло и уютно. Есть большая библиотека и замечательная коллекция музыкальных записей. Особенно любит оперу. Раньше многих освоила современные технологии. И вот теперь не сериалы по телевизору смотрит, а с удовольствием слушает лекции по живописи и музыке и другие передачи онлайн. Куда ни посмотришь, наша пани Евгения всегда в первых рядах.

И пусть поседели волосы, не такими резвыми стали ноги, но интерес к жизни не угас. В свои 95 она по-прежнему активна, радостна и полна жизни. Сёстры и пани Евгения пришли в ДП почти одновременно. Вместе работали в костёле, вместе поют в хоре «Баськи». Их объединяют испытания и воспоминания трудных военных лет.

Через годы, через расстояния

Сегодня мне хочется вспомнить и рассказать о Кинге Сенкевич, человеке, пронесшем любовь к Польше через всю жизнь. В 1990 году, в самом начале деятельности, в пору всеобщего подъёма при Доме Польском образовался кружок людей старшего возраста, желающих выучить язык своих предков. Уровень знаний был низкий, можно сказать, нулевой. Учителя польского еще не было. Эту роль взяла на себя пани Халина Суботович-Романова. Все знают об ее ораторском искусстве.

А вот ее педагогический дар проявился на занятиях с великовозрастными учениками. Она сумела в короткий срок научить нас основам польского языка. И то, что она в нас вложила, осталось на всю жизнь. Потом появилась польская учительница, появились и новые ученики. При знакомстве узнала, что фамилия самой старшей среди нас пани – Сенкевич. Отметила про себя: как у знаменитого писателя. А вот имя Кинга мне было тогда незнакомо. Очень скромная, молчаливая, но всегда отличалась чёткими ответами и хорошим произношением, которое нам не очень давалось. Спустя некоторое время, перечитывая подаренную мне книгу Януша Корчака «Как любить детей», год издания 1968, обратила внимание на обложку и поняла, с кем нас свела судьба. Кинга Сенкевич – переводчица Я.Корчака. Для многих имя Януша Корчака, это, прежде всего, символ героизма и самопожертвования.

Януш Корчак – известный польский врач, педагог, писатель, гуманист, пошедший добровольно на смерть вместе со своими воспитанниками из еврейского гетто в фашистском лагере массового уничтожения. Зачем Кинга Сенкевич, хорошо знавшая язык, ходила на наши занятия? Наверняка её уху было больно нас слушать. Потом поняла – ей хотелось общения, звуков польской речи, может быть, поделиться чем-то. Мы были полны желания познать язык предков. Ей это нравилось. Позже, когда мы поближе познакомились, она начала рассказывать о своих польских корнях, семье, особенно о горячо любимом отце. Отец Кинги Эмилий Марианович Сенкевич – врач, доктор наук, профессор, краевед, писатель (1880-1953) родился в Бирском уезде Уфимской губернии в семье потомственного дворянина Мариана Анастасьевича Сенкевича – участника польского восстания 1863 года, сосланного после отбытия наказания на Северный Урал.После окончания медицинского факультета Варшавского университета в 1902 году Эмилий Марианович вернулся в Россию и поехал работать на Северный Урал в качестве объездного врача. По возвращению с Севера в 1905 году прошёл стажировку в клиниках Парижа, Берлина, Вены.

Вернулся в 1909 году. После революции работал хирургом в войсках Красной армии, в течение десяти лет возглавлял Красноуфимскую больницу, работал в Иркутске, долгое время работал в Свердловской больнице, защитил кандидатскую, затем докторскую диссертации. Автор 44 статей, Доктор Сенкевич прожил долгую, насыщенную добрыми делами жизнь. В городе сохранилось здание частной клиники Э. М. Сенкевича ( ул. Мизерова 50). В «Красноуфимском музее земского врача «собраны материалы, рассказывающие о его врачебной деятельности, там есть его именная комната. В 2019 году участник конкурса «Польша и Россия: диалог поколений» Дмитрий Левин стал победителем конкурса за работу «Польский врач Э. М. Сенкевич». Эмиль Марианович был страстным охотником и написал немало очерков об охоте, природе и быте народов, населяющих Урал. Имел двух детей, сына Зигмунта и дочь Кингу. Жена Александра Захаровна, женщина с волевым сильным характером детей не баловала, но любила, семья была дружная.

Кинга Сенкевич родилась в феврале 1917 года. С детства была привержена ко всему польскому. Отец ласково говорил: «Ты моя самая большая полька». Эту приверженность к Польше она пронесла через всю жизнь. До войны закончила Институт литературы, истории и философии в Москве. Всю войну провела на фронте в качестве переводчика с польского. После войны осталась в Москве. Работала на кафедре славяноведения в том же Институте литературы, истории и философии. Среди её переводов 6 книг Януша Корчака.

Во вступлении к «Сборнику статей «Януш Корчак», Наталья Медведева пишет «....работа К. Сенкевич была прежде всего, поисковой. Всякий, кто хоть раз работал в архиве, представляет себе какой труд стоит за безмолвными цифрами, номерами фондов, описей, дел, листов, оборотников… Сколько пудов документов надо было перевернуть, чтобы найти в них упоминание об одном из тысячи участников русско-японской войны, о лекаре Генрихе Гольдшмите (Корчаке). Но Кинга Эмильевна не просто публикует документы, она бережно реконструирует образ Корчака, врача и писателя». Горячая любовь к отцу, тоже врачу, педагогу, учёному и писателю, его верность любимой профессии, наверняка способствовала её интересу к жизни и творчеству. Я. Корчака. Здесь, видимо, уместно сказать о духовной преемственности поколений. Книги Корчака в переводе К. Сенкевич и сейчас популярны и востребованы. Приведу страничку издательства Самокат, опубликованную в интернете в 2018 году, в год литературы. Обратите внимание на последние строчки. «Издательство просит....Добавим, что оборот титульной страницы этой книги украшен удивительным примечанием:

«Издательство просит откликнуться наследников авторских прав Сенкевич Кинги Эмильевны (1917-1993) для заключения лицензионного договора и получения гонорара»

К. Сенкевич никогда не теряла связей с любимой Польшей – письма друзей, переводчиков, переводы статей из польских журналов, посещала все литературные встречи в польском культурном центре. Имела обширную польскую библиотеку – альбомы, книги с дарственными надписями от друзей и соратников, книги из магазина «Дружба» на Тверской. Золотое время, когда можно было купить там книги, журналы, альбомы на польском языке. Впоследствии её книжное собрание было передано костёлу.

В костёле у неё было свое любимое местечко. Тогда, когда мессы проводились ещё на ступеньках, во дворе росли несколько деревьев. Кинга прислонялась к своему любимому и стояла всю службу, несмотря на погоду. Сильно горевала, когда его спилили.

Есть известные слова И. Эренбурга: «увидеть Париж и умереть». Таким Парижем для неё была Польша. После выхода на пенсию она долгое время не была в любимой Польше, но, конечно, мечтала ещё её посетить. Пани Халине и сестре Марии Стецкой удалось организовать поездку группы старших пани на Рождество и Новый 1992 год в город Познань. Это была небольшая, разная по составу группа – писательница, журналист, историк, научные сотрудники, инженеры. Все были настроены на один лад – познавать, дышать и наслаждаться воздухом Польши. Нас очень тепло приняли католические семьи.

Наша старшая пани Кинга по приезду в Польшу, можно сказать расцвела, наслаждаясь дружеским уютом, музыкой польской речи, прогулками по городу и музеям, всей необычной для нас тогда атмосферой Рождественских праздников. Я бы даже сказала, что всегда довольно сдержанная, молчаливая, она вдруг защебетала. А когда поляки узнали, что она переводила Корчака, чуть ли не на руках ее носили. Вернувшись, мы ещё с энтузиазмом ходили на занятия. По разному сложились наши дальнейшие судьбы: кто-то уехал в Польшу, кто-то в Америку и Германию. А Кинга расценивала эту поездку как последний подарок судьбы, часто со счастливой улыбкой вспоминая разные моменты пребывания в Познани. Через год она ушла из жизни, но мечта её, как видите, сбылась.