Мария Гламазда
Право на нелюбовь

От автора

Привет! Эту серию мини-рассказов я написала в 2020 году, когда пандемия закрыла нас на несколько месяцев в наших домах. Мы вдруг были вынуждены посмотреть широко раскрытыми глазами на наши отношения с теми, с кем живем. Для многих этот опыт оказался весьма печальным. Очень многие семьи моих друзей распались именно в этот период. Что и послужило вдохновением на написание этих рассказов. Оговорюсь – писала я их для женщин.

Я искренне убеждена, что каждый человек может и должен быть счастлив. Счастье подразумевает, в том числе, и гармонию в отношениях. Неважно, какие они – официальные, первые, десятые. Важно – они не бывают всегда в состоянии безграничной влюбленности. Партнер приходит в нашу жизнь не просто так. Он многое показывает в первую очередь в нас самих. И именно в отношениях мы можем серьезно вырасти. А можем деградировать. И на этом пути нет единого, правильного рецепта для всех, кроме одного – ты должен прожить СВОЮ жизнь, реализовать СВОЮ миссию.

Когда вы будете читать эти маленькие истории, навеянные жизнью реальных людей, у вас могут быть разные чувства. Кто-то, кто привык жить «потому что так правильно», не разбираясь глубоко над смыслом происходящего, может посмеяться. Кто-то найдет «свою историю», кто-то найдет «свой ответ».

Как бы то ни было, я искренне желаю вам быть счастливыми. Ответственными за свои отношения, дорожить ими и всегда знать, что жить нужно не чужую жизнь (а уж рисующих нам инструкции «как правильно», ой как много желающих, начиная от бабушек-родителей, до модных веяний «лидеров мнений»), а проживать именно свою, уникальную жизнь. Полную радости.

Обнимаю!

Мария Гламазда.

Французский поцелуй

Утро теплым лучом пробежало через щель в занавесе по моему лицу, осветив упавшую на глаза прядь волос. Еще зажмуренная, я почувствовала его тепло на своем лице. Я улыбнулась, вдохнув аромат хрустящего свежего постельного белья. Аккуратно высвободившись из плена ночной неги, я села на кровать. Луч света уже совсем осмелел и дотрагивался до всего моего тела. Я нащупала огромный свитер крупной вязки и медленно стала надевать его прямо на голое тело. Оно отозвалось мгновенно надвигающейся волной. Свитер скользил по телу, покалывая и вызывая целый океан мурашек, окутывал грудь, плечи, спину. Я чувствовала его каждой клеточкой. Поднявшись с кровати, я подошла к окну и отодвинула занавес. Через огромное окно в пол, манящий лучик мгновенно превратился в настоящую волну тепла и света. Я распахнула окно и прохладный, свежей утренний ветерок накрыл меня лавиной свежести.

Я вдохнула полной грудью. Тело сквозь огромный колючий свитер почувствовало утренний холодок и съежилось. Солнце осыпало мое лицо теплыми мягкими поцелуями, ветер играл моими кудрями. Я закрыла глаза и улыбнулась. Это – самое потрясающее утро в моей жизни. До ноздрей донесся аромат свежеиспеченных круассанов из кафе, находящегося на первом этаже здания напротив. Выглянув, я увидела, как хозяин распахнул двери своего заведения и парочка уже ждавших открытия влюбленных со смехом зашли внутрь.

Мне нужно идти. Туда, к круассанам и кофе. Идти и сидеть, наслаждаясь всем случившимся. Я обернулась, чтобы найти джинсы и куртку. Они были на стуле. Быстро одевшись, я бросила взгляд на кровать. На спящего, как ангела, француза. Казалось, он улыбался своими точеными, чуть пухлыми губами. Мне так захотелось поцеловать его в эти губы, напоследок. Но он мог проснуться, да и вообще это было бы неловко, учитывая обстоятельства. Я мысленно поблагодарила его и тихо, на цыпочках вышла.

Хозяин кафе улыбался так широко, как умел. Я заказала кофе, круассан и уселась напротив окна, достав свой дневник. В углу напротив щебетали те самые влюбленные. А у меня – тряслись колени. Он счастья. Такого тихого, простого счастья. Честно, я улыбалась без остановки. Открыла дневник и стала писать:

«Спасибо тебе. Спасибо тебе за все, что между нами было. Спасибо за начало, мы были, как единое целое. И я не представляла себе жизни без тебя. Спасибо за мечты, к которым мы шли вместе. Спасибо за трогательное время в нашем первом гнездышке. Спасибо, что я всегда чувствовала в тебе каменную стену. Спасибо за скандалы, за ревность, за искрящиеся эмоции. Спасибо за наших детей, ты – чудесный отец, заботливый, даже чересчур. Спасибо за последние годы осознания того, что я стала лишь атрибутом твоей жизни, что я – потерялась в этих отношениях. Куда-то делись общие мечты, куда-то делась я, погрязнув в наших детях. Куда-то делся ты, ставший указывать мне на мои обязанности. Спасибо тебе за это, мой дорогой. Спасибо за то, что приходил пьяный и требовал секса, хотя мне его не хотелось. Спасибо, что на мой день рождения пришел в ресторан, где я была с подругами, и устроил там «концерт». Спасибо, что не пустил меня учиться на новую профессию, растоптав аргументами разума мою мечту стать тем, кем мне действительно хотелось. Спасибо за то, что показал мне, что в твоей жизни я стала для тебя лишь поддержкой удобного быта и перестала быть собой, со своими болями, желаниями, усталостью, стремлениями.

Спасибо. Знаешь, дорогой, вчера я тебе изменила.

Угу! Он красив, как Бог! Да, представляешь, не только любовницы могут быть красивыми. У него чудесное молодое тело, точеное лицо, потрясающие волосы и говорит он так глубоко, погружая в свой баритон. Мы познакомились случайно на выставке, ходили несколько дней в одни и те же лектории. Он – как ледяной душ. Пробудил во мне давно спящие чувства. Чувство того, что я – женщина. Что я – желанная женщина. Хрупкая, нежная, чувственная. И даже в моем огромном свитере, в котором хожу гулять с детьми по выходным, я могу быть принцессой. Я вдруг почувствовала себя… живой. Я вдруг осознала, что вся эта тягомотина в нашей с тобой жизни может измениться. Нет, мне не нужен этот вчерашний француз, просто он – показал, напомнил мне, какой я могу быть. Какая я есть. Я – женщина. Я – цветок. Я достойна любви.

Пусть даже любви только самой себя. Хотя, что значит «пусть даже», ведь любовь к самой себе – это самое главное, самое важное, то, что я вдруг потеряла. А может, никогда и не ощущала.

Мне вдруг захотелось поднять свои глаза и смотреть в небо, без устали улыбаясь. Мне захотелось заигрывать с прохожими и лететь легкой походкой, а не тащиться, уткнувшись в асфальт и перебирая, сколько нужно сделать по дому после работы. Я согласилась пойти с этим молодым красавчиком в бар, даже не задумываясь. Мне просто захотелось почувствовать себя живой, понимаешь? И в тот момент, когда его губы коснулись моих, я поняла – я отпускаю тебя. Я отпускаю себя. Мне больше ничего не нужно. Я свободна. Я возвращаюсь к себе. Я возвращаю себе себя – живую, настоящую, ошибающуюся, смелую, падающую, но встающую. Нет больше оправданий собственной никчемности, вот этой жертвы обстоятельств, постоянно находящей причины тому, почему у нее не получается жить так, как ей хочется. Я знаю, ты будешь угрожать, манипулировать. Доказывать, что я – никчемность и пустота БЕЗ ТЕБЯ. Я знаю. Но ты не сможешь отнять у меня это чувство – любви к себе. И мы пройдем этот неизбежный опыт, который я откладывала столько времени. Мы станем ценить друг в друге каждого или разойдемся по своим сторонам. Любить – это отпускать? Это не требовать, это – не обладать! Любовь – это дать возможность быть счастливым, позволить себе и другому быть счастливым. Я позволила, я вспомнила и это, оказывается это так волшебно! Оказывается, это – окрыляет! Оказывается это – и есть счастье – быть свободной душой и давать свободу другим быть теми, кем они хотят быть. Я так долго и старательно строила себе стены. Ты так настойчиво подавал мне кирпичи. Крепость получилась – что надо! Спасибо. Спасибо тебе. За все. Спасибо, я свободна. Теперь – свободна».

Я закрыла дневник и, отпив глоток ароматного капучино, растеклась в улыбке.

– Сбежала? Ничего не сказав? – Мой вчерашний принц подсел ко мне за столик, попав в луч света. До чего же ты красив, мой освободитель!

– Да… прости. Я решила, что так будет лучше… – я замялась и закусила губу.

– Что пишешь? – он кивнул на мой дневник?

– А, это… написала мужу… то, что давно должна была.

– Ты замужем?

Я рассмеялась. До чего прекрасен этот парень!

– Да, и у меня двое детей, 7 и 13 лет.

– Ты не говорила…

– Зачем?

– Не знаю. Мы… больше не увидимся?

– Не знаю. Знаешь, иногда люди встречаются лишь только для одной, но важной цели. Встреча с тобой принесла мне кое-что очень, очень важное! И я не о сексе, хотя он, несомненно, был прекрасен. Я – о другом. Ты освободил во мне то, что давно было заперто – я показала ладонью на грудь. Мой француз улыбнулся своей детской улыбкой. Потом взял мой дневник, написал на всю страницу свой адрес и телефон.

Затем взял мою ладонь и поцеловал ее внутри, медленно, окутывая теплом своего дыхания и покрывая шелковистыми волосами.

– Значит, теперь я буду ждать что-то в ответ – он мягко посмотрел мне прямо в глаза, – напиши мне, когда будешь к этому готова. Он встал и ушел, оставив на моей ладони еле уловимый аромат французского шампуня.

Он растворился так, как будто его и не было. Оставив мне осознание того, что я – живая, что я могу чувствовать, что я ХОЧУ чувствовать, что я хочу идти дальше. Без страха и сожаления. Что я могу себе, наконец, признаться – любви, той, пришел конец. Она давно умерла. Но, родилась новая, трепетная, как только что распустивший крылышки мотылек – любовь к себе.

Вы скажете, конечно – изменила мужу и теперь довольна, любовь у нее к себе проснулась. Но правда в том, что себе я изменила задолго «до». А это – страшнее. Не правда ли?

Шлюха

– Шлюха! – он заорал так, что, казалось, дверь на балкон вылетит. У меня внутри тоже все содрогнулось. Как хорошо, что дочь у мамы и не слышит этого. Вместо желудка я ощущала кусок гранита, шея окаменела. Я смотрела на когда-то любимого человека. Заботливого, нежного, доброго, родного, моего… Человека, с которым рука об руку мы прошли так много. Тогда, 7 лет назад, мне казалось, что он – просто моя мечта. Он и был мечтой. Нет, он был моим спасителем. Вот в чем дело.

Мне было 24, и я считала себя вполне взрослой, нуждающейся в создании семьи. По правде говоря, мне просто хотелось любви и заботы. Любви, которой у меня не было. Родители самозабвенно ненавидели друг друга, но на людях мы оставались образцовой семьей с отличницей-дочкой, соответствующей эталонам мамы и папы. Я убежала от них сразу же, как только смогла снимать комнату с тараканами. Родители остались ненавидеть друг друга в своей квартире, а я стала отчаянно искать любовь и пытаться ее заслужить. Он был моим принцем. Ему достаточно было один раз поцеловать мне руку, и я готова была бежать под венец. Все, заслужила! Вот он – принц мой на коне. Вот он – мой спаситель! Любит поглазеть на большегрудых девочек с обложки, а может и помечтать о них. Только девочки с обложки не будут слушать его часовых разговоров о тупизме коллег и его неоцененности. А я слушала. Слушала, заглядывая в глаза. Он же – мой принц! Было ли интересно? Поначалу да, я растворилась в нем, как кусок заледеневшего мороженого в кофейном кипятке. Прощала ему взгляды на шикарных девиц, он прощал мне вид всклокоченной мартышки по утрам. Мне казалось, что мы – действительно единое целое.

– Вот значит как?! Вот она – твоя благодарность?! – честно, я никогда не слышала такого крика. Даже не знала, что он может так кричать. Черт, нет, не смей! Но, было уже поздно, и пульт от телевизора прилетел мне прямо в грудь. От этого оцепенение прошло в секунду.

– Прекрати! Что ты делаешь? Давай поговорим!

– Поговорим? О чем, о том, что ты шлюха?

– Зачем ты это несешь?! – волна негодования поднялась и закрыла мне горло. Я не могла говорить, хотя мне было что. Все последние два с половиной года, с тех самых пор, как родилась наша дочь, я чувствовала себя бесконечно одинокой. Нет, не то, чтобы он стал «ходить по бабам» и его не было дома. Нет, он приходил после работы домой, все такой же недовольный чем-то, бурчал. Помогал мне с дочерью, когда ночами я уже физически не могла встать. Приносил памперсы, смеси, все со словами: «ну что, пока кто-то отдыхал и дышал свежим воздухом, папа работал и заработал доче не памперсы». Я непременно должна была хвалить его. Но в какой-то момент мне не захотелось.

Я не знаю, что со мной произошло. Я не хочу искать оправдание себе и жаловаться. Но это – просто случилось. Я почувствовала ужасную, звенящую пустоту внутри. Я стала роботом, я перестала улыбаться. Все происходящее было, как на картинке скучного кино, но тебе так хреново и лень, что ты даже не выключаешь его, а продолжаешь смотреть, впихивая в себя попкорн. Меня пронзило, когда моя шестимесячная дочь, хохоча, протягивала ко мне ручонки, а я просто развернулась и ушла. Я слышала, как она замолчала. Как начала плакать. И мне было все равно. Мне лишь хотелось выключить тумблер всего этого внешнего звука и остаться в вакууме. Вечером я хотела поделиться с мужем, что, кажется, меня накрыло. Но, когда я сказала «знаешь, я эмоционально выдохлась, погуляешь сейчас с дочкой сам?» в ответ услышала, что он, конечно, погуляет, хотя он, в отличие от меня, целый день работал. И сейчас, вообще-то пятница, но он, вместо того, чтобы пить с друзьями пиво в баре, идет гулять с дочкой, потому что ее «маманя», видите ли, просидев целый день дома, эмоционально выдохлась! Я тогда молча оделась, одела малышку и ушла. Мы гуляли часа три. Она давно уже спала в коляске, а я молча шла. Просто шла и шла, в своей пустоте. Руки закоченели, я уже не чувствовала губ, щек. Из пустоты меня выдернул постоянно вибрирующий в кармане телефон. Достаю – мама.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.