Виолетта Роман
Забери мою боль

Глава 1. Я убегу и ты не найдешь

Старый автобус, скрипя тормозами, только что остановился на вокзале. С жутким скрипом отворились двери, вернув меня в реальность.

Вздрогнула, распахнув глаза. Сиюминутный страх сменился облегчением. Это не сон и не видение, я в тысяче километров от собственного ада.

Пассажиры неспешно поднимались со своих мест и направлялись к выходу. Сидящая рядом со мной пожилая женщина, кряхтя и досадуя на узкие проходы, принялась вытягивать свой чемодан. Он был настолько огромным, что даже боком еле помещался в проходе.

Стало зябко. Натянув повыше ворот куртки, обняла себя и принялась ждать, когда салон окажется пустым. На самом деле, я просто тянула время. Судя по тому, как сильно колыхалась вывеска шаурмичной, на улице было холодно. А я так намерзлась, кажется, насквозь промозгла.

– Эй, девушка, это конечная! – тучный седоволосый водитель бросил на меня недовольный взгляд.

Не заметила, как снова ушла в свои мысли. Встрепенувшись, взяла с пола рюкзак, в котором находились все мои пожитки, и направилась к выходу. Ноги жутко затекли от долгой дороги, поэтому каждый шаг давался с трудом.

Стоило оказаться среди людского шума, как снова не по себе стало. Страшно. Настолько, что внутри все занемело, мысли то и дело путались. Прикрыла глаза, старясь абстрагироваться. Да, здесь много людей, но они не принесут мне боли. Это лишь прохожие, люди, которым не было до меня никакого дела.

Повесив рюкзак на плечо, я двинулась к остановке. Я помнила адрес подруги наизусть. Она переехала сюда три года назад. Когда – то давно мы переписывались с ней в соцсетях, и она дала мне свой адрес. Катя единственная, к кому я могла обратиться. Это звучало нелепо, и в то же время страшно, но теперь у меня не было никого кроме нее.

Пропустив пару маршруток, залезла в автобус. Водитель сказал, что едет в сторону нужного мне адреса. Достала из кармана последнюю двадцатку.

– Девушка, проезд двадцать шесть рублей, – произнес грубо мужчина, посмотрев на меня из-под хмуро сведенных бровей. Я побелела от ужаса.

– П-простите, но у меня больше нет, – посмотрела ему в глаза.

Это было правдой. Последние деньги я отдала за междугородный автобус. В кармане не было ни гроша, а из еды мой желудок в последний раз получал дешевый растворимый кофе и старый уцененный рогалик из магазина, и то было вчера в обед. Если сейчас он откажет мне, пройти практически весь город для моего обессиленного бессонницей и голодом организма будет слишком тяжело.

– Ладно, заходи, – кивнул здоровяк, сжалившись. Поблагодарив его, быстренько проскочила по салону.

Расстегнула куртку, потому что здесь было слишком жарко. Мысли то и дело возвращались домой. Оставлять его одного было страшно, но я понимала, что у меня не было другого выхода. Если Воронов найдет меня, он исполнит каждую из угроз. Муж убьет меня, я в этом уверена. И если в тот раз мне помог случай, то теперь не поможет никто.

Почувствовав вдруг чей-то взгляд, повернулась. Женщина лет пятидесяти, сидящая в стороне, не сводила глаз с моей шеи. Судорожно потянулась к молнии, пряча синяки. Отвернулась к окну, прикрыла глаза и сделала глубокий вдох.

Привлекать к себе внимание – это то, чего мне не стоило делать. Я должна была раствориться в толпе, стать серой, безликой массой, чтобы он ни за что не нашел меня.

***

Катин дом был в нескольких метрах. Как жаль, что у меня не было телефона. Свой я разбила и выбросила, когда убегала из города – он остался в одной из урн вокзала. Тетя Маша сказала, что Костя вычислит меня, даже если я оставлю телефон без симкарты.

«Девочка моя, никакой связи, никаких приводов в полицию. По паспорту тебя найдут. Как только появятся деньги, делай новые документы. Новое имя, новую личность. И только потом сможешь жить, а пока что оглядывайся. Костя – зверь, не человек. Если найдет, уже никто не поможет. Даже бог».

Изнутри пробил озноб. Мне так страшно, и так боязно думать, будто Кати не окажется дома! Два года я не общалась с ней. Убегала так быстро, что не подумала даже позвонить. Да и мысли о подруге возникли уже в дороге, когда я лихорадочно перебирала варианты.

Словно подгоняя, желудок сильно заурчал, а после его сковало болезненным спазмом. Пришлось переждать приступ, и лишь спустя несколько мгновений двинуться в сторону дома.

Поднявшись на третий этаж, я постучала. Никто не ответил. Разочарование и страх сковали каждый миллиметр тела.

Неужели все зря? Неужели это то, к чему я пришла, преодолев тысячу километров?!

Я снова и снова нажимала на звонок. У меня было выбора. Я должна была найти Катю.

Вдруг раздался щелчок. Открылась дверь. Но не Катина, а та, что была у меня за спиной.

– И чего тарабанишь, нет ее! – раздался ворчливый старческий голос.

Обернувшись, увидела пожилую женщину, высунувшую голову в проем. Поблекшие от старости голубые глаза с нескрываемой злостью смотрели на меня.

– Простите, я к подруге приехала. Здесь же Катя Ворошилова живет?

– Она, – кивнула женщина, – только Катька на море укатила, будет только завтра вечером. Так что нечего тут стоять и греметь. Завтра приходи.

Я не успела ответить, она захлопнула дверь прямо перед моим носом. Захотелось расплакаться. Вот только сил на это совершенно не осталось. Нужно было что-то делать и думать, как протянуть здесь в одиночку до завтрашнего вечера. Без копейки в кармане.

Глава 2. Ты точно будешь в порядке?

Предгрозовое небо налилось свинцовой тяжестью. Несмотря на дневное время на улице царил полумрак. Серая погода давила на итак оголенные нервы, внутри все вскипало. Приходилось постоянно сдерживаться, одергивать себя, чтобы не натворить бед. Быть тренером – совершенно не мое, но выбора не было.

Из динамиков авто доносился тяжелый рок. Остановил тачку прямо под знаком «Парковка запрещена». Других мест не было, а я опаздывал на встречу.

Вышел на улицу и поморщился от промозглого ветра. Ненавижу местную осень – ни дня солнца, хоть стреляйся.

– Илай!

Обернулся. Из припаркованной неподалеку «Бэхи» выбежал Остап.

– Твоя красотка хорошо сохранилась! – усмехнулся друг, посмотрев на мою «Хонду».

– Это единственная верная женщина, брат, – пряча раздражение за улыбкой, пожал ему руку.

– Пошли, пожрем, да и поговорить надо.

Посмотрел на вывеску.

– Фастфуд? У тебя ж бой скоро.

Калюжный пожал плечами.

– Я не держу диету. Мой организм все слишком быстро усваивает.

Толкнул дверь бургерной, в нос ударил запах жареного масла во фритюре. В зале толпились малолетки, практически все столики были заняты.

– Ты уверен, брат? – недоверчиво покосился в его сторону.

– Чувак, давно ты ел двойной чикен бургер с беконом?

– Да я и не помню, – засмеялся.

На телефон пришло сообщение.

Алина: «Ночь была жаркой, сегодня повторим?»

Заглянув через мое плечо и прочитав текст, Остап заржал.

– Не успел выйти на свободу, а уже девчонки вешаются?

Спрятал телефон в карман.

– Да так, пар спустил и отлично. Ты же знаешь, я в эти дебри больше не лезу.

Калюжный напрягся. Никто не заводил со мной эту тему. Мою крышу сносило напрочь, когда речь заходила о Юльке. Я понимал, что вел себя как идиот, но предательство бывшей ощущалось слишком остро.

Остап забрал заказ и мы устроились за самым дальним столиком.

– Слушай, брат, – произнес он, вытирая рот салфеткой. Остап ел слишком много фастфуда. У него и раньше были проблемы с выносливостью, а сейчас он раздался в весе. – Сегодня снова клиенты жаловались на тебя.

С губ сорвался смешок! Так и думал, что тот очкарик все-таки настучит.

– Мужик, этот идиот торчал всю тренировку в телефоне.

Калюжный выглядел недовольным.

– Ты выбросил его в мусорку.

– Да, потому что он не занимался. Моя задача – провести полноценную тренировку.

– Илай, твоя задача, чтобы клиент был доволен. Я рад помочь тебе, рад сделать все, чтобы после тюрьмы ты спокойно оклемался и решил, чем будешь заниматься, но, брат, я поручился за тебя. И так дела не делаются.

Я засмеялся.

– Да ты шутишь! Я бросил в мусорку его телефон, не его самого! Пусть скажет спасибо, – швырнул салфетку и отпил колы.

Остап молча наблюдал за мной.

– Я знаю, что мои слова взбесят тебя, но ты должен вернуться. Бои – это твое. Все остальное тебе не принесет ни удовольствия, ни денег.

– С деньгами у меня нет проблем.

– Пока нет, Илай, – произнес, делая акцент на первом слове. – Сколько у тебя на счету осталось? Ты отдал все на адвокатов. Максимум, еще полгода спокойной жизни, потом ты даже свою «Хонду» не сможешь обслужить, я уже не говорю о телках.

Меня злили его слова. Можно подумать, я не хотел бы вернуться. Но, бл*дь, четыре года за плечами! Четыре потерянных года в запертой клетке. Без боев и нормальных тренировок.

– Я потерял форму, и не собираюсь быть посмешищем. За меня никто не возьмется.

Остап все еще пялился на меня. И это чертовски бесило.

– Палач.

Звучание этого имени резануло по венам. Я резко толкнул стол, он врезался в Остапа.

– Черт! – процедил сквозь зубы, злясь на самого себя. Прикрыл глаза, сжимая переносицу и постарался выдохнуть.

– Слушай, брат, если ты хочешь, чтобы я сел еще лет на десять за преднамеренное убийство, то валяй, – процедил сквозь зубы. – Я этого ублюдка видеть не хочу. И не только видеть. Если тебе жить не надоело, не произноси при мне это имя.

– Илай, но у него есть клуб, и он хочет взять тебя! Потап хочет вернуть тебя на ринг!

Это звучало слишком смешно.

– Это он тебе сказал?

Остап сделал вид, словно не заметил сарказма в моем голосе.

– Он говорит, что ты трубу не берешь, что видеть его не хочешь.

Посмотрел на него насмешливо.

– Все, что он хотел – трахать мою девушку. Он это и получил. Теперь ему и я понадобился?

Остап скривился.

– Ты идиот, Илай! Ты спускаешь свою жизнь из-за бабы…

По всему телу прокатился гул. Вены скрутило от неконтролируемого потока злости.

– Моя задача сейчас – держаться и не натворить дерьма. Обратно за решетку я не хочу.

Калюжный усмехнулся.

– А продолжать носить брендовые шмотки? – он кивнул на мою куртку от «Баленсиага». – Обслуживать свою тачку и развлекать девчонок? А? Или съехать уже со своей однушки в хороший дом? Не хочешь?

Размял шею, костяшки пальцев громко хрустнули, когда я сжал их в кулак.

– Я в туалет.

Я не хотел с ним ссориться. Каким бы занудой он ни был, Остап единственный, кто помог мне после тюрьмы. Две недели назад именно его тачка ждала меня у колючки. Именно он приехал за мной и не дал спустить все в пропасть в первый же день. Я давно потерял ориентиры. Еще полтора года назад, когда она прислала мне письмо, в котором заявила об уходе к моему отцу.

Двое подростков за соседним столиком все это время с интересом наблюдали за нами. Когда я проходил мимо, один из них встал в проходе.

– Прости, ты же Тор? Илай Нейман?

Кивнул.

– Ух ты! – паренек переглянулся с другом. – Мы твои поклонники, можно сделать селфи?

Не самое удачное время для встречи с фанатами. Хотя, я думал, таковых уже не осталось. Во время суда мое дело гремело по новостям, обрастая новыми слухами и грязными сплетнями. А после, когда я оказался уже за решеткой, СМИ потеряли интерес к моей персоне. Да я и рад был этому.

– Да, конечно.

Пацаненок подбежал к нам, второй встал рядом. Поднял кулак вверх, позируя на камеру. Терпеть не мог все это, но никогда не отказывал в фото. Сам себя таким помнил, еще щеглом зеленым. Мне тогда получить автограф Кости Дзю было пределом счастья.

– Спасибо вам, – произнес смущенно рыжий малец.

Улыбнулся, направляясь к столику, где меня ждал Остап.

– Возвращайтесь, мы ждем ваш бой! – крикнул один из них вслед.

Спустился вниз. Когда проходил мимо кассы, поймал на себе чей-то взгляд. Обернулся даже, настолько пробирало от него. На расстоянии двух метров стояла худенькая девушка. Кожа бледная, как и губы, в небемного цвета глазах столько боли было, я невольно поморщился. Она шептала что-то, а я ничего не мог разобрать, но понимал, что ко мне обращалась. В любой момент бы прошел мимо, а тут, будто кто-то толкнул в спину. К ней.

Подошел ближе, не сводя с нее глаз. Что сказать и не знал.

– Помогите, пожалуйста, – прошептала она, зябко обнимая себя за плечи. – Купите мне покушать. Я так есть хочу.

Голос тоненький, как у цыпленка. Видел, как неловко ей, но голод не оставил выбора. Щеки впалые, под глазами синяки. Видно, что не ела минимум неделю. Одета опрятно, в темно-синюю курточку, не по сезону легкую, да джинсы синие, обтягивающие худенькие ноги. Тоненькая такая, кажется, на ветру сломается. В груди сжалось все.

– Илай, ты идешь? – за спиной раздался голос Остапа. Тот указал на часы. – У меня встреча.

– Сейчас.

Я вернул к ней взгляд.

– Идем.

Девушка испуганно посмотрела на Остапа, потом перевела взгляд на меня. Ладно. Так мы каши не сварим. Взял ее под руку. Она вздрогнула, но вырываться не стала. Так мы и дошли до терминала.

– Что будешь? – старался, чтобы голос звучал как можно добрее. Хотя с этим делом у меня всегда были проблемы.

Она подняла на меня глаза, и не по себе стало от того, сколько в них благодарности было. Улыбнулся и кивнул на экран. Девушка потянулась и несмело выбрала чизбургер.

– Спасибо вам, – прошептала, нервно перебирая полы шарфа.

Посмотрел на экран, нахмурился.

– И все что ли? Не, так не пойдет.

Выбрав «комбо» и немного подумав, набрал еще и несколько десертов. Оплатил заказ картой и протянул ей чек.

– Держи.

Тонкие холодные пальцы несмело коснулись моих.

– Спасибо, – прошептала еле слышно.

Ее глаза казались такими огромными, и столько в них было благодарности, столько счастья. Зубы стиснул, так взбесило это. Да что ж за жизнь такая, если девчонке жрать нечего?! Видно же, что нормальная: не наркоманка, не пьяница.

– Из дома ушла?

Словно ошпаренная, отстранилась резко. Зажав между пальцев чек, попятилась назад, словно своим вопросом, я напугал ее.

– Спасибо вам. Правда. Вы очень добрый, Илай, – поправив ремешок сумочки, отступила еще на шаг. Будто, ее воля, сбежала бы подальше от меня. А я замер на месте и слова вымолвить не мог. Стоял и пялился на нее как идиот. Она меня по имени сейчас назвала? Не похожа девчушка на любительницу боев ММА.

– Эй, брат, – за спиной стоял Остап. – Прости, но мне пора. Сегодня вечером встречаемся в баре. Познакомлю с одним человеком, он может помочь с боями.

Обернувшись, поискал девушку глазами, но юркнув в толпу, она скрылась из виду.

– У тебя наличка есть?

Остап нахмурился непонимающе.

– Наличка?

– Не тупи. У меня на карте все. Наличка нужна.

Выудив из кармана бумажник, пошарил в нем.

– Тебе сколько?

Забрал из его рук все купюры. Пересчитал.

– Пять пятьсот. На карту кину, – кивнув на прощание, направился к стенду.

Я нашел ее испуганно жмущуюся к стене у кассы. Незаметно приблизившись, вложил в ее ладонь купюры. Девушка испуганно вздрогнула и одернула руку. А когда увидела зажатые между пальцев деньги, то и вовсе удивилась.

– Нет, что вы, не надо… – принялась впопыхах тянуться ко мне. Я перехватил ее запястье и посмотрел ей в глаза.

– Эй, ты точно будешь в порядке?

В уголках голубых омутов собрались слезы, но она уверенно кинула.

– Да, спасибо вам.

Глава 3. Минутка спокойствия

Я надела куртку и забрала рюкзак. Оплата номера закончится через пятнадцать минут. Я с благодарностью окинула взглядом комнату. Несмотря на скромную обстановку, она стала моим спасением на эти два дня.

Все дни я провела в кровати. Такое чувство, будто полжизни без сна, и теперь я могла дать организму отдохнуть. Позавтракав растворимым кофе и двумя овсяными печеньями, унесенными из столовой хостела, я чувствовала себя бодрой и полной сил.

Казалось, что происходящее в бургерной два дня назад было чем-то ненастоящим. Набраться мужества и попросить о помощи, было для меня невероятно сложно. Но я была такой голодной, казалось, в любой момент упаду в обморок. Спасибо Илаю Нейману. Известный боец, о котором в последние годы так мало говорили по телевизору, оказался человеком с огромным сердцем. Благодаря его деньгам, я смогла отдохнуть в безопасности, пока Кати не было в городе.

Я думала о том, что мне стоит купить телефон и сообщить тете Маше о своем местонахождении. Но я боялась тратить оставшиеся деньги. Вдруг Катя так и не вернется? Или откажет мне в помощи? Стиснув в кулаке купюры, я покачала головой. Нет, я должна была подождать еще немного. Вот устроюсь на работу, и с первой же зарплаты куплю мобильный. Да и тетя Маша в курсе, что первое время я буду без связи.

Вернув ключи, я попрощалась с администратором. На улице меня окутало осенним зябким воздухом. На город опустился вечер, но до Катиного дома я все же решила пройтись пешком. И уже спустя двадцать минут, оказалась на месте.

Перед тем как позвонить в ее дверь, пришлось взять несколько минут паузы для того, чтобы выдохнуть. Ведь, если подруга не откроет сейчас, я пропала. Я ждала и так слишком долго.

Когда дверь, наконец, распахнулась, и на пороге оказалась высокая девушка с длинными белокурыми волосами, я словно все слова растеряла.

– Нинель?! – слетело удивленное с ее губ. И уже спустя несколько мгновений я оказалась в ее крепких объятиях.

– Подруга! Ну ты даешь! Сколько лет не видела тебя?! – Катя щебетала без перерыва. Забрав из моих рук рюкзак, она бросила его прямо на пол в коридоре и потянула меня за собой.

– Проходи! Ты надолго?

Следуя за ней, я машинально натягивала рукава водолазки на кисти рук. В гостиной ее квартиры было красиво и просторно. На первый взгляд казалось, что подруга живет одна и это порадовало.

– А я только с Мальдив приехала! Представляешь, первый отпуск за три года! Я стала такой злой без отдыха и Потап сжалился, дал возможность недельку понежиться на солнышке.

– Потап?

Вместо ответа Катя окинула меня изучающим взглядом. А я подумала о том, что подруга в отличие от меня выглядела ослепительно. На ней была шелковая пижама с коротенькими шортиками – я давно так не одевалась. Все, что я могла позволить себе, будучи замужем – юбка ниже колен, да платья в пол. Если подол одежды был хотя бы на сантиметр выше, та летела в мусорку и разрывалась Костей на клочки.

Подруга нахмурилась.

– Что-то мне не нравится твой вид. Нин, у тебя все в порядке? Ты с мужем здесь?

Я не знала с чего начать. Я так боялась напугать ее, боялась, что она откажет.

– Нет, Кать… я одна.

Катя замерла, а в следующее мгновение в ее глазах вспыхнуло понимание.

– Значит, сейчас в душ. Искупаешься, а потом мы с тобой пообедаем, и ты мне расскажешь все, что у тебя случилось, милая. А после мы вместе подумаем, как нам быть.

Я не знала, что и сказать. Катя размывалась перед моими глазами. Я моргнула, прогоняя слезы прочь.

– Ну, хватит тебе, хватит! – притянув к себе, она погладила меня по волосам. А я прижималась к ней и думала о том, что она единственный человек, оставшийся у меня из прошлого.

– Мы все решим, чтобы у тебя ни случилось. Поняла?

Я кивнула. Подруга вручила мне полотенце и отправила в душ. И лишь оставшись наедине, я немного пришла в себя. Сколько я полноценно не купалась? С тех пор, как сбежала из дома.

Даже представить было страшно, что происходило в моем городе. Он ведь ищет меня, переворачивает все на своем пути, словно ищейка. Он делал это не раз, но сейчас у него нет шансов – я сожгла все мосты до единого. Я уничтожила все, только бы суметь начать жить заново.

Глава 4. День, когда я встретила монстра

Горячая вода и ароматный гель для душа творили чудеса. Я три раза намылила голову, но мне все казалось, что мало, что еще недостаточно чисто. Мне хотелось смыть все пережитые беды, все горе, что пришлось хлебнуть за последние пять лет.

К тому времени, как я вышла из душа, комната целиком наполнилась паром. Я наспех вытерлась полотенцем, а когда принялась сушить волосы, в комнату вдруг вошла Катя.

– Я тебе одеж… – она так и застыла у входа с грудой белья в руках. Ее глаза испуганно шарили по моему телу.

– Девочка моя, что ж за тварь так с тобой?! – сорвалось с ее губ.

Я посмотрела в зеркало. На половину спины растянулся огромный синяк. Местами он стал черным, местами превратился темно-желтое пятно. Прятаться было поздно.

– Я не хотела, чтобы ты видела, прости…

Она приблизилась и всучила мне в руки одежду.

– Ты смеешься, Нинель?! Ни одна женщина не должна терпеть такое! Одевайся, я жду тебя в кухне.

Катя решительно вышла из комнаты, снова оставив меня одну.

***

Подруга выглядела очень злой. В ее глазах застыли слезы, но я не хотела ее жалости.

– Как же тебя угораздило, милая? – всхлипнула, обнимая меня.

Катя знала о Косте, и о том, почему я стала его женой – я рассказывала нашу историю ей раньше. И как бы мне не хотелось забыть, я помнила тот ужасный день в мельчайших деталях. Именно с того момента моя жизнь пошла под откос.

Пять лет назад

Наконец наступил первый день каникул. Четыре с половиной часа в душной электричке, и я в родном поселке.

Стоило спрыгнуть на перрон и вдохнуть родной воздух, наполненный запахами лаванды и мяты, усталость тут же испарилась. Перехватив покрепче чемодан, попрощавшись с попутчицей, я отправилась на остановку. До бабушкиного дома нужно было добираться автобусом, а уж там можно и отдохнуть.

«Почти приехала. Как ваша вечеринка?»

Написала сообщение Кате. Подруга ответила спустя три минуты.

«Вечеринка крутая. Жаль, тебя не было. Коля спрашивал о тебе.»

В груди заныло. Спрашивал? Я весь семестр только и думала, что о Калинове, а он даже не взглянул на меня ни разу! И стоило мне уехать из города, он вдруг решил вспомнить?

К бабушке я добралась только через час. После третьего стука, бабуля наконец-то открыла.

– Кого там еще принесло?! – проворчала недовольно, а когда увидела меня, схватилась за сердце.

– Внучка! Ты же завтра должна была приехать!

Я улыбнулась, бросив на землю чемодан.

– А приехала сегодня, – пожала плечами. – Или завтра зайти?

Бабуля махнула рукой, и притянула к себе в объятия.

– Дурочка ты, Нинель! Иди сюда, – родственница расцеловала меня в обе щеки, и лишь потом внимательно осмотрела.

– Ой, и сдалась тебе учеба эта городская! Вон, худющая какая стала, аки вобла!

Схватив мой чемодан, она бойко забралась по ступенькам крыльца и зашла в дом.

– Мой руки и садись, я как раз щей наварила!

***

С лица бабули не сходила улыбка. Удивительно, как соскучилась моя вечно ворчливая родительница.

– И скажи мне, нравится тебе?

– Конечно, ба, – улыбнулась, показывая на телефоне еще одну фотографию с одногруппниками.

– В следующем году уже практика будет. Представляешь, я ведь стану хирургом! Буду жизни людям спасать!

Бабушка отмахнулась, недовольно скривившись.

– Сдалась тебе эта практика! Ты и без института могла бы лечить.

Она прошла в кухню. Я поставила на поднос чашки и вазочку с конфетами и отправилась за родительницей.

На кухне все, как и всегда – куча подвешенных пучков с травами, какие-то мешочки с порошками и снадобьями.

– Ба, ну не всем дано быть целительницами! Прости, но я больше верю в современную медицину, чем в твои травки.

Бабушка осекла меня взглядом.

– Травки мои на ноги уже всю деревню поставили, с города мотаются ко мне – прохода нет, а ты не веришь…

– Ну, ба, – я подошла к ней, обняла. Бабуля молча мыла посуду в раковине.

– Такая ж упертая, как твоя мама. Господи, спаси! – она перекрестилась, подняв глаза к иконе. – Ладно. Иди спать. Уже поздно, а завтра утром пойдем в огород. Мне как раз надо огурцы посадить.

– Посадим, бабуль, и огурцы, и помидоры. А вечером пойду с девчонками встречусь. Целый год их не видела.

Бабушка еще немного поворчала и отпустила меня спать.

Приняв душ, я переоделась в ночную сорочку и с таким наслаждением опустилась на родные подушки! Уверена, сегодня мне приснятся самые лучшие сны!

***

Меня разбудил какой-то стук. Вокруг царила темнота. Приподнявшись на постели, схватила телефон. Три часа ночи.

Со стороны гостиной доносились приглушенные голоса. И один из них явно был мужским.

Это было странно. Бабушка никогда не принимает ночью, кто эти люди?

Накинув халат, я осторожно подошла к двери и вышла в гостиную.

Глаза ослепило электрическим светом. Лишь спустя несколько секунд у меня получилось осмотреться. А когда увидела, кто был в комнате, испуганно вздрогнула.

На стуле, рядом с обеденным столом сидел мужчина. Темно-русые волосы были мокрыми от пота, а его зеленые глаза смотрели прямо на меня.

– Иди в спальню! Чего вышла?! – прикрикнула бабушка, только что вошедшая в комнату со стороны кухни. В ее руках был поднос с медицинскими инструментами.

– Что здесь происходит?

Мужчина скользнул взглядом по моей фигуре, остановившись на голых ногах.

– Я сказала, быстро в комнату!

Юркнув в спальню, слегка приоткрыла дверь и продолжила наблюдать за незнакомцем.

– Че вылупился?! Глаза треснут! Маленькая она еще, – пробурчала бабуля, подходя к мужчине.

Он выглядел устрашающим. Встреть такого на улице, убежала бы и спряталась. Незнакомец сидел с голым торсом. Огромная спина была покрыта шрамами, а по правой лопатке стекала кровь. Раненый, но какой страшный зверь! Бабушка что-то делала с его раной.

– Кто ж это тебя?

Мужчина хрипло усмехнулся.

– А ты больно любопытная. Не спрашивай, а то язык может отсохнуть.

Стоило ему это сказать, как бабуля надавила на рану так, что тот зашипел от боли.

– Поговори мне еще! – проворчала она. – Это там, для городских ты страшен. Авторитет, бандюк. Знаю я таких как ты! Хороших людей изводите. Ох, и зачем тебе помогаю, зачем лечу только, дура старая!

Он поднял на бабушку глаза.

– Ты не дура совсем, Тихоновна. Жить хочешь, а еще денег я тебе плачу нормально. Вон, девку в универ пристроила…

Спрятавшись в комнате, я забралась на кровать и укрылась одеялом. Мне вдруг стало страшно. Бабушка сказала, что он бандит. И, по всей видимости, мужчина уже не раз обращался к ней за помощью. Зачем она водится с таким, как он? Зачем лечит?

Спала я тревожно. Мне снился пронзительный взгляд незнакомца. Когда я проснулась, за окном уже рассвело.

Дверь в бабушкину спальню была закрытой, наверняка, она еще отдыхает. Во сколько уехал гость?

Открыв кран в умывальнике, освежила лицо и шею холодной водой. Распущенные волосы намокли и прилипли к ночной рубашке. Я стянула с веревки чистую и сухую одежду.

Вдруг за спиной раздался свист. Я вздрогнула и испуганно обернулась. Позади стояло трое мужчин бандитской наружности. Их пожирающие взгляды скользили по мне.

– Ты смотри, какой цветочек у нас! – произнес один из них.

– А бабка то хитрая, скрывала от нас такую красотку, – подключился второй, наступая на меня. Я пятилась, но спустя несколько метров моя спина уперлась в стену сарая.

– Не трогайте меня, – произнесла, испуганно озираясь по сторонам в поисках помощи. Мне не хотелось пугать бабушку, но и позволить этим мужчинам обидеть себя не могла.

Один из них, резко подавшись ко мне, схватил за шею. Наклонился и с шумом вдохнул воздух. От ужаса дрожь пробежала по спине.

– Серый, отпусти девчонку! – раздался вдруг громкий мужской голос.

Серый замер, но его руки все еще сжимали мои волосы.

– Да ладно тебе, шеф!

– Я сказал, отпусти ее! Быстро в машину, мы уезжаем!

Бандиты были недовольны тем, что их лишили добычи. Но спорить не стали. Спустя несколько секунд их уже не было рядом. Я осталась наедине с бабушкиным ночным гостем.

Я боялась вздохнуть. Так и стояла, прижимая к животу рубашку.

Он неспешно приблизился. Наступал не спеша, словно желая напугать еще больше. Огромный, исполинского роста зверь. Его взгляд заставлял дрожать каждую клетку моего тела.

Несколько секунд мужчина стоял рядом со мной и молчал. А я дышать боялась. Глаза незнакомца были прикованы к моей груди. Посмотрев вниз, я с ужасом осознала, что мокрая ткань сорочки полностью просвечивала стоящие соски. Судорожно прикрылась руками.

– Как тебя зовут? – спросил он, потянувшись ко мне. Взял прядь волос и набросил ее вперед, помогая прикрыть наготу.

– Нинель, – выдохнула еле слышно.

Уголок его губ слегка дёрнулся в намеке на улыбку.

– Разве мама не научила тебя, Нинель, с незнакомцами не разговаривать?

– А я и не говорила, они сами… я не знала, что…

Его рука обхватила мой затылок. Пальцы были горячими, удивительно, но сейчас я не чувствовала страха. А потом вдруг его губы накрыли мои.

От него пахло бабушкиными травами и сигаретами. Голова шла кругом. По телу пробежала такая сильная волна, казалось, разряды тока несутся от кончиков пальцев к низу живота, пока он неспешно ласкал меня губами.

Он отстранился первым. Несколько секунд просто молча стоял, прислонившись ко мне лбом. А потом выпустил меня и пошел в сторону калитки.

– Мы увидимся еще? – выпалила я, понимая, что не могу его отпустить просто так. Он особенный. Этот поцелуй. Он был первым.

Мужчина замер. Обернулся, мазнув по мне смеющимся взглядом.

– Ты уверена, что хочешь этого?

С этими словами он сел в машину к своим приятелям и уехал. А я еще долго смотрела ему вслед.

Глава 5. Выдохни и скажи

– Я не понимаю, как ты это терпела?! Все эти годы?!

Мне было не по себе. Лучше, если бы мы вообще не затрагивали эту тему.

– Я потеряла тогда тебя. После смерти бабушки ты уехала и больше не вернулась, – проговорила подруга, выпуская в сторону сигаретный дым. – А когда пару лет назад мы встречались в сети, ты и словом не обмолвилась…

На ее красивом лице застыли слезы. Меня душило чувство вины.

– Кать, все нормально, правда, – улыбнулась, обнимая ее. – Я выжила, я сбежала. Это самое главное. И я пришла к тебе, потому что больше у меня никого нет.

– И правильно сделала!

– Но ты должна знать, что, помогая мне, ты ставишь себя под удар. Костя страшный человек. Он очень влиятельный и способен испортить жизнь в кому бы то ни было.

Катя нахмурилась.

– Да мне плевать, кто он! Мы тоже, знаешь ли, не пальцем сделаны! Пусть только попробует сунуться, руки так оттяпаем, пожалеет! И тебя ему не отдам, поняла?!

– Он не должен меня найти. Там мне помогла одна женщина, она не сдаст, я уверена в ней. Костя не знает, где я могу находиться. Я стерла все переписки из соцсетей, выбросила телефон. Родственников у меня нет, я одна на белом свете. Так что он даже не догадывается, где я могу быть. Передвигалась я в основном ночью, да и старалась не попадать на камеры. Но сейчас мне нужна работа и, самое важное, новые документы. Если я попаду в больницу или полицию, меня сдадут.

– Да кто он такой у тебя?! Откуда столько возможностей?!

– Он в погонах, большой начальник. Но это все ширма. У него бизнес, он убирает с пути людей так легко, словно они пылинки. И ни одна полиция мне не поможет, Кать…

Она отвернулась к окну, задумалась.

– Значит так, с работой и документами я помогу тебе. Живи у меня сколько тебе угодно. Потом разберемся со всем остальным.

На глазах выступили слезы.

– Кать… – не смогла договорить, мешал ком в горле.

Глаза подруги снова заволокло слезами.

– Заткнись. Я так люблю тебя, Нин.

***

Ее не было минут десять. Я сидела на кухне, а Катя разговаривала в гостиной, как я поняла со своим шефом. Понятия не имею, где она работает, чем занимается. Поняла, что совершенно ничего не спросила о ней, и от этого стало стыдно.

– Все, я договорилась, – улыбнулась подруга, возвращаясь в комнату.

– Сегодня вечером идем на собеседование. И если понравишься шефу, то завтра приступаешь к обязанностям.

– А что за обязанности?

– Я работаю в клубе единоборств. Спортивный зал и несколько помещений. Я администратор, в основном стою на ресепшене. Сейчас у нас недобор обслуживающего персонала. Ты будешь ответственной за хозяйскую часть. Будешь стирать и гладить форменные шмотки, раздавать их парням, и следить, чтобы в кулере была вода, а в холодильнике еда.

Я была ошарашена.

– Катя, я благодарна тебе за помощь, но, клуб единоборств, там ведь много мужчин.

Мне кажется, я даже побелела от ужаса.

Катя устроилась за стол и взяла мою ладонь в свою.

– Не переживай, парни у нас хорошие. Никто тебя трогать не будет, потому что Палач подобного не позволит.

– Палач?

– Хозяин клуба, он сам бывший боец, но уже на протяжении десяти лет тренирует и представляет своих парней на боях. Потап Нейман.

Я не знала, что и сказать. Свою работу я представляла более уединенной. Труд мне не страшен, но вот общество…

– Не переживай, Нин. Ты сегодня все увидишь. Ребята хорошие, мы все как одна семья. А именно семья тебе сейчас и нужна.

***

Я не была уверена в правильности решения. Клянусь, проще сидеть на кассе магазина, обслуживая по сто человек в день, но идти в клуб, где полно огромных, сильных и опасных мужчин – одна мысль об этом заставляла меня содрогаться. Я была благодарна Кате за помощь, и я ей верила. Подруга сказала, что Палач поможет и с документами тоже.

Катя уговаривала меня надеть что-то из ее гардероба. Но я отказалась. И попросила ее никому не говорить о синяках и ссадинах.

Облачившись в водолазку и джинсы, распустила волосы. Так я надеялась скрыть синяки на шее.

Катя выглядела отпадно: на ней были коротенькие шорты и топ, поверх них она набросила кожанку.

– Едем на такси. Я собираюсь сегодня выпить.

Подруга вручила мне ключи, на случай, если я решу раньше покинуть мероприятие. И когда мы уселись в подъехавший экипаж такси, я совсем разнервничалась.

– Кстати, помнишь твоего парня с универа? – Катя все не прекращала рассказывать мне новости о бывших однокашниках. Эти разговоры наводили на меня тоску. Потому что я так и не окончила институт. С самого первого дня замужества у меня начался ад.

– Калинов Колька! – воскликнула она радостно, не дождавшись от меня ответа.

– Помню, конечно.

Катя улыбнулась.

– Теперь бизнесмен, весь такой деловой. Двое деток уже.

Было так удивительно – Катя рассказывала о них, а для меня все эти люди будто тени. Я и не помнила половину из них. А всего-то пять лет прошло.

– Приехали.

Подруга всучила водителю несколько банкнот, и мы вышли на улицу.

– Главное, не бойся, держись меня, – Катя сжала мою ладонь у входа в бар. Она открыла дверь и мы вошли внутрь.

В нос ударил запах солода и картошки фри. Зал был переполнен, практически все столики заняты. Я старалась не думать, не бояться, хотя, признаюсь, мне было страшно. Но намного ужаснее было остаться без работы.

– Катен, привет! – в проходе перед нами возник высокий брюнет. Он притянул к себе подругу, хлопнув ее по бедрам, за что получил шутливый шлепок по плечу. А потом он перевел заинтересованный взгляд на меня.

– Ой, а что за прекрасная нимфа с тобой? – заинтересованный взгляд прошелся по моей фигуре. Сердце подскочило к горлу. Я так сильно схватила подругу за руку, что она ойкнула.

– Лука, тебе не светит, понял? Так что дай, пройти!

В руках парня был бокал с виски.

– Да ладно вам, хорошо же гуляем! Почему бы не провести этот вечер вместе? – стоило мне пройти вперед, я вдруг почувствовала на себе его руку. Дернулась так сильно, что едва не сбила Катю с пути.

Парень, удивленно замер, уставившись на меня.

– Эй, ты чего такая нервная?

Катя осекла его взглядом.

– Варламов, еще раз, и скажу Палачу…

– Ой-ой, – он поднял руку вверх, – боюсь!

Вот только далеко не страх был на его лице. Он улыбался как чеширский кот.

– Ты чего злая такая, Катен? Вроде ж на отдыхе была…

Катя продемонстрировала ему средний палец, а потом, схватив меня за руку, повела за собой в другой конец зала.

Там, за широким столом сидело несколько мужчин и парочка девушек. Девчонки выглядели неприветливо. По их накаченным бицепсам можно было сделать вывод, что они такие же члены клуба, как и здешние мужчины.

– Потап, привет, – Катя подвела меня к огромному и устрашающему на вид мужчине. Русоволосый, голубоглазый здоровяк с чуть перекошенным носом, выглядел опасно. Но к собственному удивлению, страха я не испытывала рядом с ним.

– Привет, Катен. Ты смотри, как загорела. Как отдых? – улыбнулся он, отпивая алкоголь.

Катя пожала плечами и обняла меня.

– Вот та самая Нинель. Я говорила сегодня о ней.

Потап кивнул. Сидящая по правую сторону от него блондинка все это время прожигала меня неприветливым взглядом.

Палач наклонился и поцеловал в висок.

– Я сейчас. Будь хорошей девочкой, – подмигнул, упираясь лбом в ее. Она сморщила свое личико и надула губы, будто маленькая девочка. Видно было за версту, как он любит ее. Огромный медведь и крошечная кошка.

Палач повел нас куда-то по коридору. Постучал в одну из дверей.

– Артур, можешь уступить кабинет?

Мужчина, сидящий за столом, устало вздохнул, но послушно поднялся.

Палач устроился на его месте, а Катя потащила меня к дивану. Потап окинул меня внимательным взглядом.

– Ну и? Расскажи о себе. Я так понимаю, тебе Катя уже сказала, что требуется?

– Я работы не боюсь. Буду браться за любую…

Он кивнул.

– Нам не хватает рук, нужна еще и уборщица. В конце дня нужно мыть снаряды, татами в клетке. Приходится оттирать кровь, все должно блестеть.

Если он пытался запугать меня, то плохо старался.

– Да, я согласна. Мне несложно, правда.

Палач усмехнулся, откинувшись на спинку кресла.

– Ты не умеешь вести переговоры.

– Я думала это собеседование, – пожала плечами.

– Откуда ты? Какое образование? Чем занимаешься? Пойми, мне нужно знать больше о тебе. Клуб – больше, чем спортивный зал. Мы – семья. И прежде чем впускать в семью человека, я должен узнать о нем все.

Мои руки стали ледяными. Я посмотрела на Катю. Она кивнула, давая мне понять, что я могу говорить все.

– Меня зовут Нинель Воронова. В восемнадцать лет я вышла замуж за одного плохого человека. Он издевался надо мной, держал взаперти. По сути, я была его пленницей.

Я расстегнула олимпийку и подняла подол водолазки. Мне было страшно и стыдно, руки тряслись, но я должна была получить эту работу. Я повернулась к нему спиной, видела, как его взгляд стал напряженным и сосредоточенным.

– Он избивал меня каждую неделю. У него даже был отведен для этого определенный день. Однажды он сломал мне нос, разбил губу. Моя рука была переломана в трех местах одновременно, – удивительно, но мой голос звучал спокойно. Хотя нутро сворачивалось в тысячи морских узлов. – В последний раз он бил меня металлическим прутом от кровати. Я сбежала от него, выбросила свой паспорт и телефон. Он не знает где я, но я хочу жить. Я хочу начать заново. Катя говорила вы очень строгий, но добрый человек. Мне очень нужна эта работа, и я готова пахать сутками напролет. А еще мне нужны документы, и если вы поможете, я сделаю все, что только от меня потребуется.

В комнате повисла тишина. Она была такой тяжелой, такой гнетущей. Он перевел взгляд на Катю, смотрел на нее, а потом на свои руки, скрещенные на груди.

– Мне не нужны проблемы. И я так понимаю, твой муж – гнида со связями, – он поднял на меня глаза. Я кивнула. В глазах собрались слезы, а подбородок задрожал. Я чувствовала, что это конец. Он не поможет мне, не захочет связываться. Но я держалась. Что-то подсказывало мне, что такой, как Палач, не станет терпеть чужие слезы.

Он смотрел на меня в упор, будто на прочность проверял.

– Но я не боюсь проблем, особенно если это касается безопасности ни в чем не повинного человека, – произнес он тихим голосом. – Если эта падаль заявится сюда, ты не должна его бояться.

Я кивнула. Не знаю, как сдержалась, чтобы не расплакаться.

– Спасибо вам, – прошептала.

Он снова кивнул.

– Катя расскажет тебе все, что нужно будет делать. С документами я решу. С твоей стороны я жду хорошей работы

– Да, конечно…

Потап поднялся из-за стола. Но я должна была сказать еще кое-что.

– И еще, Потап… Могу я вас попросить, оставить это все в секрете? Я так боюсь, не хочу доверяться лишним людям. И вам то сказала, потому что ситуация безвыходная.

– Без проблем. Меньше людей знает, меньше вероятности, что этот м*дак найдет тебя и нам придется его замарать об него руки, – на его губах появилась улыбка. Катя как и я выглядела удивленной.

Не успела я ничего ответить, в дверь вдруг постучали. В следующую секунду в помещение буквально влетел тот самый Лука, пристававший к нам в проходе бара.

– Палач, там Илай пришел…

Мужчина выглядел напряженным, тут же окинул беглым взглядом помещение.

– Юльку нужно здесь спрятать. Я поговорю с ним.

Он направился к дверям.

– Ты уверен?

Палач обернулся к Луке, осек его взглядом.

– Я что, с собственным сыном не разберусь, Лука?

Глава 6. Агрессор

Я понял, что это подстава, уже когда мы подъехали к бару. Не знаю, что именно подсказало, но как только я вошел внутрь, появилось дерьмовое предчувствие. Просто до последнего надеялся на здравый смысл Остапа. И, как оказалось, зря.

Весь чертов клуб зависал здесь. У бара тусовался Лука. Он был первым, кого я узнал. Варламов выглядел поддатым, хотя это и неудивительно. Он никогда не умел пить.

Я рассмеялся, стоя в пролете, практически посередине зала, чем и привлек к себе внимание. Они узнали меня. Видел, как удивление с помесью страха появилось в их глазах. И это напомнило мне какого это, когда ты делаешь то, что хочешь. Когда с тобой считаются, когда боятся, потому что идти против человека, владеющего чемпионским поясом – вредно для здоровья.

– Ну и? Она здесь?! – произнес громко, чувствуя как по венам, будто дурман, растекается злость.

– Подстилка Палача здесь?

Остап напрягся. Я видел, как нервно забегали его глаза.

– Илай, следи за языком…

– А то что?

Повернулся к Остапу.

– Ты специально притащил меня сюда? И это тот, кто должен был договориться о бое? Тот, кто хочет вернуть меня в спорт?

Посмотрев в сторону бара, заметил, что Варламова уже и след простыл. Что ж, побежал звать папочку. Да и плевать. Они все чувствовали себя предателями, они все были свидетелями того, как мой собственный отец кинул меня. И почему меня должно это заботить?

– Виски со льдом.

Бармен тут же принялся готовить напиток. Остап крутился около меня, а потом вдруг за его спиной раздался голос.

– Ну, здравствуй, Илай.

Стиснул кулаки. От одного только его присутствия отвращением накрыло. Выпил залпом алкоголь, обернулся. Потап совсем не изменился за четыре года. Такой же взгляд надменный, будто все вокруг ниже его достоинства. Этот мужик всегда считал себя хозяином жизни. И я когда-то так считал. Как дурак, в рот ему заглядывал, повторял за ним все, как слепой юнец. А теперь видел перед собой м*дака.

– А где же та, что поселила раздор между отцом и сыном? – улыбнулся, спрыгивая с барного стула.

Из-за спины Палача вдруг вышла Она. Это было так неожиданно и больно, словно пропущенный удар в солнечное сплетение. Замер на полуслове. Стоял и пялился на нее, не имея сил отвести глаз. Так хотелось, чтобы предательство испортило ее. Чтоб постарела, потолстела, да что угодно, только бы не давило в груди от одного ее ледяного взгляда. А она еще краше стала. Губы еще заманчивее, а красная помада придавала ей облик конченой стервы. И это чертовски ей шло!

Понимание того, что она больше не моя пронеслось огнем по венам.

– Уходи отсюда, Илай, – руки скрестила, а я на ее голосе завис, как последний дурак.

Заметил как она жмется к Потапу и тошно стало. Моя! Все еще мне принадлежала! И от этой мысли жилы рвало. Внутри столько всего всколыхнулось, будто цунами! Вся грязь и боль, которую так тщетно запихивал внутрь, сейчас оказалась на поверхности.

Предательница ведь. А если бы сейчас подошла и сказала: "Я выбираю тебя". И я, слабак, простил бы…

Усмехнулся с горечью собственным мыслям.

– А в глаза сказать, Юль? Не хочешь в глаза мне повторить, что в письме написала?

Гордо вздернув подбородок, она вышла вперед, ничуть не боясь меня. Заметил, как на ее плечо легла рука Палача.

– Это было полтора года назад. Забудь. Живи дальше, – произнесла нервно, со злостью.

– Илай, – позвал Лука. Обернувшись, увидел, что Варламов протянул мне бокал с алкоголем. А когда вернул взгляд к Потапу, Юли уже и след простыл.

– Как дела, брат? Слышал у тебя бой скоро, – пытаясь сменить фокус внимания, забрал виски из рук Варламова.

Лука рассмеялся, нервно потирая висок.

– Да, брат. А я слышал, ты хорошо поднялся в тюрьме. Они у тебя там вместо груши были?

Варламов постоянно нес чушь. Но он классный парень.

– Илай, – раздалось совсем близко. Рука Палача сжала мое плечо, и это произошло молниеносно. Резким движением, я сбросил его ладонь, и кулак полетел к цели. И поразил ее. Палач, не ожидающий атаки, поймал мой удар в челюсть. Его голову откинуло назад, а когда он вернул ко мне взгляд, в его глазах полыхал гнев.

– Давай поговорим, слышишь?!

Ага, сейчас и поговорим.

Я налетел на него, завязалась борьба. Палач отбросил меня в сторону, а в следующую секунду правая скула взорвалась болью. И это завело, гоня по венам жгучие волны адреналина. Внутри меня полыхал пожар. Я видел цель, и должен был уничтожить ее. Это все, чего я желал.

– Прекрати! Слышишь, давай поговорим! – рычал Палач, защищаясь. Он с легкостью блокировал мой удар, снова переходя в наступление. Он был хорош. Все также чертовски силен, и это злило еще больше. Злость вспыхнула с новой силой, вырываясь из груди утробным рычанием, когда ему удалось сбить меня с ног ударом.

– Ай! – за спиной раздался женский крик. Кажется, я в кого-то врезался, пока скользил по полу. Обернувшись, встретился с потерянным взглядом голубых глаз. В них было столько испуга, и это немного остудило мой пыл. Я замер, не в силах отвести взгляда от голубых, таких добрых глаз. Я не хотел сделать ей больно, сожаление сдавило грудь.

– Прости, – прохрипел со свистом.

Она обняла себя за плечи и сделала несколько шагов назад. Я думал о том, что мне знакомо ее лицо. Но не мог вспомнить, где я видел эту девушку.

– Илай, выйдем на улицу. Нужно поговорить.

Голос Палача привел в чувства. Я смерил его взглядом, и, поднявшись, прошел к выходу, толкнув плечом дверь. Прохладный вечерний воздух немного отрезвил. Услышал шаги за спиной, но не оборачивался. Я и так знал, кто следовал за мной.

– Я хотел поговорить, я не хочу с тобой драться.

Засмеялся, сплевывая в сторону кровь. Увидел, как за Палачом из бара вышли Остап и Лука, а за ними появились и девушки.

– Мне не о чем говорить с тобой!

Он подошел ближе. Бесило, что он продолжал чувствовать себя хозяином положения.

– Ну не хочешь говорить, тогда ударь меня, – произнес спокойно, расставляя в сторону руки.

– Бей столько, сколько потребуется, чтобы отпустить. Давай уже разберемся с этим и зароем топор войны.

Желчь поднялась по гортани, я с трудом сглотнул, поворачиваясь к нему.

– Когда я проходил через самый сложный период жизни, ты забрал у меня единственного дорого мне человека! И теперь предлагаешь мне так просто все отпустить?!

Я не видел на его лице ни единой эмоции. Вряд ли Палач испытывал чувство вины.

– Да, она со мной, прости, – проговорил спокойно. – Но ты мой сын. Ты нужен мне, ты нужен клубу. Я хочу дать тебе работу, я протягиваю тебе руку.

Я рассмеялся. Он и в самом деле думает, что все можно решить рукопожатием и его чертовым «прости»?!

– У меня есть работа.

Палач рассмеялся.

– Фитнес-инструктор? Не смеши меня, Илай. Ты – машина для убийств. Ты Тор, и ты должен быть в клети, а не учить жирных неудачников не быть такими!

Меня окатило жаром. Злость накатывала волнами, вытесняя все разумное, что осталось во мне. Я просто не мог сдерживать это в себе.

– Ты увел её!

– Вы не были вместе!

– Мы были в ссоре! Что ты, бл*ть, за отец такой?!

В следующую секунду из легких выбило весь воздух. Он резко врезался в меня, а я в стену. Палач придавил локтем мою шею, удерживая меня в таком положении. Это не было тем, с чем бы я не справился, но отчаяние свинцовой усталостью вдруг разлилось по телу. Я больше не сопротивлялся, позволив ему сказать все, что тот хотел.

– Я плохой отец, и я не прошу, чтобы ты разрешил мне быть им, – процедил со злостью. – Но как тренер, я тебя не подводил. Я зову тебя, Илай. Я хочу устроить тебе бой, чтобы ты вернулся. Возьмешь снова титул чемпиона, докажешь всему миру, что ты не сломался, что ты не угробил свою жизнь из-за того сраного мажора. Ты воин, и ты должен драться!

На этом достаточно. Я резко оттолкнул его. Пару секунду ушло на то, чтобы откашляться.

– Мне не нужны твои подачки!

Он не сводил с меня напряженного взгляда.

– Кроме меня никто не поможет тебе сейчас! Ты нестабилен, и никто не возьмется, а я возьмусь.

Запрокинув голову к небу, я рассмеялся. Он на самом деле ничуть не изменился.

– Спасибо тебе за предложение, отец. Но иди-ка ты к черту.

Глава 7. Сопротивляйся, иначе решат, что проиграл!

– Ты в порядке? – Катя выглядела встревоженной.

Мы остались в баре практически одни. Когда началась драка, все выбежали на улицу. Я все еще не могла прийти в себя. И дело было даже не в том, что на меня налетел агрессивно настроенный мужчина, в буквальном смысле, свалив с ног. Это ведь был именно он. Тот самый парень – Илай. Он спас меня от голодной смерти два дня назад.

– Что у них тут происходит? За что этот парень злился на отца?

Катя попросила бармена приготовить ей коктейль.

– Палач – отец Илая. Когда Илай сидел, Потап с Юлькой сошлись.

– А Юля – это бывшая девушка Илая?

– Теперь да, бывшая, – кивнула, отводя взгляд в сторону. – Да, я знаю, выглядит дерьмово, но Юля с Потапом любят друг друга. На самом деле любят. А с Илаем было другое.

– Как это? – спросила, не понимая, что она имела в виду.

Катя пожала плечами.

– Мне кажется, она пользовалась им. Он другой, не похожий на Потапа.

Подруга выпила немного коктейля и показала бармену «класс».

– Илай – он более сложный. В общем, вышло, как вышло.

Илай был определенно добрым мужчиной. Не каждый поможет незнакомцу. А он помог, даже сверх того, обеспечил меня жильем на пару дней. Но тот факт, что он сидел в тюрьме, и увиденная сегодня сцена драки в баре меня пугали.

– А за что он сидел?

Дверь бара вдруг распахнулась и в зал стали возвращаться ребята. Самым последним вошел Палач.

Мы не успели договорить, к нам подошла та самая Юля. Она заказала себе виски. Наблюдая за ней, я пришла к выводу, что мы ни за что не сможем подружиться. Не нравятся мне такие, как она. Даже ее яркая внешность, не в состоянии скрыть омерзительно гнилое нутро. Она будто яблоко – спелое, красивое снаружи, а когда откусишь – видишь, что все поедено червями.

– Ты как? – поинтересовалась Катя, обнимая ее.

Девушка раздосадовано пожала плечами.

– Потап зовет его в клуб, – проговорила недовольно. – Если Илай вернется, он превратит мою жизнь в ад.

Катя принялась успокаивать девушку, а я вдруг поняла, что устала от громкого шума заведения и такого количества людей вокруг. Пора было возвращаться в квартиру к Кате, нужно будет выспаться перед завтрашним днем.

– Катюш, я поехала домой. Ты отдыхай.

Подруга, занятая разговором с Юлей, лишь кивнула в ответ.

Выйдя из бара я решила прогуляться пешком. Тем более, неподалеку находилось небольшое озеро. Было бы неплохо подышать свежим воздухом перед сном.

Приблизившись к водоему, я устроилась на небольшом бревне. Здесь не было ни души, вода ровная, будто стекло. Впервые за все это время я ощущала спокойствие. Наконец я была в безопасности. У меня была работа и Катя. Несмотря на сегодняшнюю стычку Илая с отцом, я видела, что ребята действительно все как семья. А что касалось ссор и недопонимания, так в каких семьях этого нет?

За спиной вдруг послышались чьи-то шаги. Вздрогнув, я поспешила подняться. Увидев, кто был рядом со мной, удивленно застыла. В нескольких метрах от меня стоял Илай. Его серые глаза напряженно исследовали мое тело.

– Я не задел тебя? – голос мужчины звучал хрипло и немного устало.

Я тут же почувствовала жуткое смущение и волнение. Помнит ли он меня? Если да, то это будет унизительно. Вдруг он расскажет всем? Я ведь не смою с себя потом репутацию попрошайки.

– Нет, – поспешив отвести от него взгляд, отвернулась к воде. И будто назло, ушибленная рука снова заныла.

В последнее время, старая травма давала о себе знать. Хотя, глупо было надеяться, что многократный перелом зарастет и не оставит после себя следов.

Илай неспешно приближался. И с каждым его следующим шагом, мое сердце стучало все громче.

– Дай посмотрю, – раздалось над ухом, а в следующее мгновение он коснулся моей руки и принялся осматривать ее. Было странно, но я ничуть не испугалась его близости, с интересом рассматривая его пальцы, осторожно пальпирующие мое предплечье. Руки Илая были сильными, набитые костяшки говорили о том, что он много времени провел в драках. Но в разрез внешней грубости, его пальцы так нежно касались моей кожи, и мое спокойствие на его близость поразило до глубины души.

Не было страха, не было желания убежать, как обычно это бывало, когда мне приходилось подпускать к себе посторонних людей. После многократных избиений мужа я превратилась в загнанного, испуганного зверька. А сейчас совершенно посторонний мужчина трогал меня и я оставалась спокойной.

– Твоя шея, – вдруг слетело напряженное с его губ. Опомнившись, я поспешила поднять ворот водолазки к подбородку.

– Прости, мне пора…

Робко улыбнувшись, я направилась к дороге. Но слыша шаги за спиной, поняла, что он продолжает идти следом. От Илая пахло алкоголем, и я подумала о том, что в таком состоянии мужчина мог совершить нечто плохое, о чем впоследствии мог и пожалеть. Я нахмурилась на мгновение, ругая себя за глупость. Почему я вообще позволила ему заговорить с собой?

– Ты будешь работать в клубе? – поравнявшись со мной, спросил он. – Палач обычно не берет с улицы.

Он говорил тихо и спокойно, не было и следа от гнева и ярости, которыми он полыхал еще полчаса назад. Я остановилась и внимательно посмотрела на него. Мне хотелось довериться ему, но я все еще слишком боялась.

– Меня Катя устроила.

– Катя Ворошилова? – нахмурился, а после улыбнулся. – Значит, теперь твои дела пойдут хорошо?

Щеки тут же залило краской. Все-таки он помнил меня и тот случай в бургерной. Мне не хотелось быть неблагодарной, но я не знала, как себя вести.

– Да не бойся ты меня, – его пальцы коснулись моего плеча. Это было так неожиданно, что я вздрогнула, буквально отскочив от него. Илай нахмурился, но понимающе кивнул.

– Я девушек не обижаю, – поднял вверх ладони, смущенно улыбнувшись.

– Ты ударил отца.

Илай нахмурился так, словно ему самому было стыдно за свои действия.

– И у тебя кровь на лице.

Он тут же вытер рукавом губы. Заметив красное пятно на одежде, ничуть не удивился, будто это для него привычно.

– Он увел у меня девушку.

В его голосе все еще отчетливо звучала обида.

– Того, кто любит нельзя увести, словно это щенок на поводке.

Я знаю, что не должна была говорить с ним на подобные темы. Это точно не было моим делом. Да вообще я не должна была подпускать его к себе! Я благодарна ему за помощь и при первой попавшейся возможности обязательно верну ему долг. Он сложный и неправильный. А с меня хватит неправильного и опасного в этой жизни. Я просто не могла позволить себе снова ошибиться.

Глаза Илая ни на секунду не отпускали меня.

– Умная, – он вдруг потянулся ко мне, а я отступила. В глазах мужчины на мгновение вспыхнуло удивление, сменившись горечью обиды.

– Прости, но не надо. Я не люблю когда меня трогают.

Он снова поднял ладони вверх.

– Прости, больше не буду. Но хочу проводить тебя.

От его слов озноб пробежал по позвонку.

– Не надо!

Это прозвучало слишком грубо. Илай кивнул, пряча руки в карманах джинсов. Я чувствовала его одиночество. Я понимала, что вся агрессия – это лишь защита. Но такие как Илай, всегда тянули за собой в бездну.

Он бросил короткое «прости» и развернулся, намереваясь оставить меня в покое, как я того и просила. В груди все сжалось при виде его спины, удаляющейся от меня. Прикусив до крови губы, я зажмурилась и выпалила на выдохе.

– Илай!

Он тут же обернулся. В его пьяном взгляде было намного больше разумного, чем в трезвом моего мужа.

– Возвращайся, – слетело с губ прежде, чем я успела одернуть себя.

Мужчина молчал. Только взгляд его напряженный не отпускал меня.

– Тебя предали, а ты встань и воспользуйся ими. У тебя доброе сердце, ты достоин большего. Докажи им, что ты лучше. Когда станешь чемпионом, то таких как Юля у тебя будут десятки.

Не дав ему ответить, не оставляя себе шанса передумать, я сорвалась с места и побежала так быстро, что легкие вскоре легкие стали гореть о нехватки кислорода. И только когда я закрыла за собой дверь Катиной квартиры, только оказавшись в полной тишине и защите, выдохнула и позволила себе расплакаться. Там, где меня не увидят. Там, где никто не сможет сделать мне больно.

Глава 8. Семейные узы

Припарковал тачку прямо на газоне. Настроение и так ни к черту, еще и Остап сегодня решил поиграть в сурового шефа, итогом, я снова безработный. И я понятия не имел, что делать дальше.

Забрал с заднего сидения букет белых роз, поставил авто на сигналку. Посмотрел на трехэтажный дом, с ворот которого на меня насмешливо пялились орлы. Ей богу, в мамином муженьке пафоса больше, чем у голливудских звезд.

Знал, что меня ждет тяжелый день. Ко вчерашней стычке с Палачом прибавилось еще увольнение с работы и день рождения матери. Последнее само по себе было настоящим испытанием.

Дверь открылась после первого звонка, и я поспешил пройти внутрь. На аллею тут же выбежала огромная лохматая морда и ткнулась носом мне в ноги.

– Привет, Зухра, – улыбнулся, потрепав ее по холке. Овчарка розовым языком прошлась по моим рукам.

Красотка уже совсем старушка – пятнадцать с хвостиком. В некогда прозрачных глазах сейчас стоял туман усталости, даже хвостом она виляла не так бодро, как раньше. Я поймал себя на мысли, что единственный жилец этого дома, по которому я скучал, была именно она.

– Илай, долго мне тебя ждать? – раздался строгий и немного раздраженный голос матери.

Она замерла на пороге, скрестив на груди руки, смотрела на меня. В вечернем платье и на десятисантиметровых каблуках, она выглядела успешной, эффектной женщиной. Хотя, от былой роскоши у нее остались лишь воспоминания и тяга к красивой одежде. Мать с жадным рвением продолжала оберегать свой образ успешной дивы, и несмотря на то, что зарплаты ее мужа теперь хватало лишь на погашение долгов, да еду, она все равно не сдавалась.

Когда я приблизился, она подставила щеку, ожидая моего поцелуя. Все вышло неловко и скомкано – я вручил ей букет и прошел в дом. Отношения между нами за последние годы стали еще более холодными.

Мать ни разу не навестила меня в тюрьме. Она говорила, что тюрьма слишком мрачное место для ее тонкой творческой натуры. А как по мне, ее муженек – вот это самое, что ни на есть депрессивное г*вно, но каким-то образом она продолжала с ним жить.

– Ты похудела?

Мама улыбнулась, проходя в кухню. Ей нравились комплименты по поводу ее внешности больше, чем что-либо еще. Над своей фигурой она тряслась больше, чем над своими романами. Хотя нужно отдать ей должное, в свои сорок семь она умудрялась выглядеть на тридцать пять.

– Кончала бы ты с голодовками и детоксами…

Мама недовольно сморщила нос.

– Много ты понимаешь!

Мама продолжала болтать о всякой ерунде, ища вазу в многочисленных шкафчиках, а после набирая в нее воду. Пропуская мимо ушей ее болтовню, я осмотрелся по сторонам. Дом сильно изменился с момента моего последнего пребывания здесь. Возможно, дела у ее мужа пошли лучше? Обновленный ремонт и совершенно новая мебель говорили о том, что достаток все же есть.

– Мне отец звонил, – ворвался в мысли голос матери. – Хочет, чтобы ты вернулся…

Упоминание о Палаче выбило из равновесия.

– Я не хочу об этом говорить.

Она подняла на меня ледяной взгляд.

– Вот и хорошо. Не стоит тебе туда идти. Я всегда была против, а Потап, словно дурак – все тянул тебя в это болото. Сам свою жизнь коту под хвост пустил и на твою позарился…

– Я взрослый, мам. Я сам могу решить, что мне нужно, а что нет.

Приблизившись, она одарила меня взглядом, от которого еще лет десять назад у меня бы поджилки затряслись.

– А пока что решаешь не ты. Слышала, он даже девушку твою присвоил… – саркастично изогнула бровь, играючи запуская в рот виноградинку.

Она снова пыталась вывести меня на эмоции. Любящая скандалы и громкие сцены, мать жаждала взрыва. Так и ждала, чтобы я накричал или разбил здесь что-либо, а потом она с легкостью бы выставила меня виноватым, рыдая и проклиная нерадивого сына, на чем свет стоит. Годы шли, а мать не менялась.

– А где гости? Мы будем вдвоем?

Недовольно фыркнув, понимая, что на этот раз я не поддамся провокации, мать подошла к окну и уставилась в телефон. Воздух вокруг вдруг стал ниже на несколько градусов. Воцарилась неуютная тишина, и мне жуть как захотелось сбежать отсюда.

– Гости будут вечером, – произнесла словно невзначай, и, приблизившись к холодильнику, достала бутылку вина и два фужера из шкафчика.

Я забрал бутылку и вооружившись штопором, открыл ее.

– А что так? – произнес с улыбкой, стараясь скрыть истинные чувства. – Стесняешься сына уголовника? Или твой муженек стесняется? Так я могу и не заходить, не портить ваше благочестивое семейство.

Звон лезвия о кафельный пол заставил напрячься. Она швырнула нож, а я подумал о том, что наверняка взрывной характер достался мне совсем не от Палача.

– Следи за своим языком, Илай! Никто не виноват, что ты по дурости испортил свою жизнь! И, между прочим, из-за тебя у Федора были проблемы! Он был министром здравоохранения! Он не смог занимать эту должность, имея осужденных родственников! Так что – да, ты огромное черное пятно на нашей белой репутации!

Стиснул кулаки так сильно, что и не заметил как треснул в руках бокал с водой. Осколки полетели на пол, бардовая лужа растекалась по полу. Скривился, засмеявшись. Посмотрел на нее, отбросив в сторону последние надежды и иллюзии.

– Ну так успокой его! Этот дряхлый кусок дерьма мне никто! Мой отец – Палач. И каким бы м*даком он ни был, но от сына не отказывался. С днем рождения тебя… Эльвира Валерьевна. Язык не поворачивается назвать тебя мамой, боюсь заляпать твое белое платье.

Я оказался на улице спустя несколько секунд. Сделав полный вдох, прикрыл глаза. Внутри все полыхало. Мать выбежала следом, не желая оставлять последнее слово за мной. Но, обернувшись, я перебил ее пустую тираду.

– И так прекрасно, что ты не приходила ко мне. За это время я отвык, так что сейчас мне плевать на тебя и на твою любовь. Ты бросила меня в четырнадцать. Думаешь, мне будет больно в двадцать два?

В ее глазах мелькнула боль, но я запрещал себе чувствовать что-либо по поводу этого.

– Илай! – крикнула она разъяренно.

Вылетел со двора, едва не выбив дверь калитки. Спящая до этого Зухра выскочила из будки и принялась лаять, не понимающе осматриваясь по сторонам. Только когда залез в тачку и выехал на проезжую часть, смог вдохнуть.

Не помнил, как добрался до клуба. В легких все еще горело, а перед глазами стояла пелена. Четыре года здесь не был и сейчас, бросив машину у входа, рванул к дверям. Влетел в зал пулей, и когда в нос ударил запах кожи от снарядов, запах пота, боли и побед, почувствовал, как внутри все завибрировало. По венам понесся адреналин.

– Илай? – передо мной возникла Катя. Она смотрела на меня удивленно, с примесью страха.

– Палач где?

– В кабинете.

Она отступила в сторону, а я прошел дальше. Нужно было увидеть его, прежде чем успею передумать, прежде чем остановлю себя.

Распахнул дверь и замер на пороге, он разговаривал по телефону.

– Выйди, – рыкнул, ничуть не удивившись моему присутствию. – Зайдешь, когда я разрешу.

Черные глаза прожигали меня неприязнью и раздражением.

Да сейчас прям. Убежал и спрятался, дрожа от страха!

Прошел внутрь помещения, пропуская мимо ушей его треп.

– Я сказал, выйди, Илай, – голос Палача звучал как раскаты грома.

Приблизившись к его столу, оперся кулаками о его поверхность. Наклонился так, чтобы он каждое мое слово уловил.

– Я возвращаюсь. Но не потому что простил тебя, а потому что хочу драться. Если ты вернешь меня в спорт, я это отпущу.

– Я перезвоню, – бросил небрежное своему собеседнику и сбросил вызов.

– Ты устроишь мне бой.

Видел, облегчение в его глазах, но Потап сохранил напускное равнодушие.

– Я устрою тебе бой, но придется много работать, Илай.

Усмехнулся. Как будто раньше было иначе.

Поднявшись из-за стола, он подошел ко мне. Сосредоточенный, собранный, впрочем, он всегда был профессионалом своего дела.

– Если ты будешь тем же Илаем, будешь дикарем, – произнес с ухмылкой, – я сделаю все, но выбью для тебя лучший бой. Я верну тебя в обойму так быстро, что ты даже не поймешь, как это произошло.

Этот вариант устраивал меня полностью. Я направился к выходу, но замер уже в дверях.

– Палач, – позвал его. И когда отец поднял на меня глаза, проговорил то последнее, что должно было расставить все точки над «и».

– Но это ничего не меняет между нами. Ты мой тренер. Но не отец.

Глава 9. Хочешь драться? Докажи

– Боже, сегодня будет сложный день! – мы только что выбрались из Катиного «Жука», припарковавшись у входа в клуб. Подруга допила свой двойной латте и, выбросив бумажный стаканчик в урну, поставила машину на сигнализацию.

– Я так и не поняла, с кем у тебя было свидание? – спросила, когда мы направились по дорожке ко входу в клуб.

Катя смущенно улыбнулась. Чувствовалось, что этот разговор ей не хотелось продолжать.

– Зря ты вчера не пошла со мной. Да и вообще, Нин, ты такая правильная, что аж тошно! Уже две недели здесь, а всего боишься! Скажи, ну какая необходимость намывать зал по два раза в день? Все вечером бы сделала! Нет, она убивается!

– Я просто хочу, чтобы шеф был доволен.

– Да он и так доволен! У нас маты такими чистыми не были с тех пор, как их купили! А футболки и полотенца? Не знаю, как ты их выстирываешь, но они как новые!

Улыбнулась, открывая дверь клуба и пропуская Катю.

– Приму это за комплимент, подруга.

Мы приехали за час до начала рабочей смены. В зале практически никого не было, вокруг было тихо. Я любила это время больше всего. Днем и вечером здесь было не протолкнуться. Находиться в окружении огромных, дерущихся мужчин слишком неуютно для меня. И несмотря на то, что все ребята хорошие, я никак не могла привыкнуть к подобной атмосфере. Поэтому мне было проще сделать свою работу утром, пока никого не было поблизости. Днем в основном я проводила время в подсобке. Стирала полотенца, форменные футболки и худи ребят, ходила за продуктами и следила, чтобы холодильник был полным, а посуда чистой. И это не было чем-то сложным, потому что ребята оказались чистюлями – Палач приучил их к порядку.

Раздевалка оказалась пустой, что не могло не радовать. Наша служебная была совсем крохотной, но в принципе в большем помещении мы и не нуждались. Из обслуги нас было всего четверо, поэтому места хватало. Быстренько переодевшись в спортивные штаны и футболку, уселась на лавочку и принялась наблюдать за подругой. Она сегодня явно не была настроена на активный труд.

– Боже, как все болит! – простонала, стягивая футболку. Взглянув на изображение дракона на ее спине, я подумала о том, что сама на тату вряд ли когда-то решилась бы. Вообще за эти две недели поняла, какие мы с ней разные. Она яркая, открытая для новых впечатлений. совершенно не боялась рисковых решений. Я же была полной противоположностью. Домашний, напуганный зверек. Спряталась в скорлупу и не собиралась покидать ее.

Внезапно я почувствовала, как меня кто-то обнял со спины. Мужские ладони легли на мою грудь, сжимая ее.

– Эй, красотки, привет!

Резко отпрянув, я подскочила со скамьи и отошла в сторону. В ответ на мои действия за спиной раздался довольный мужской смех.

– Лука! – взорвалась гневом, когда увидела стоящего в нескольких метрах Варламова. От испуга сердце подскочило к горлу. Казалось, вся кровь прилила к лицу. Одетый в одни лишь шорты, он пялился на нас с дебильно-довольной улыбкой на лице.

– Ты идиот, а? – прорычала Катя, запуская в него рюкзаком.

С легкостью уклонившись от летящего снаряда, Лука все же не смог избежать столкновения Катиного кроссовка со своей грудью. Уже готовясь бросить второй, подруга все же замерла, оставив ему шанс на помилование.

– Совсем с ума сошел!

Лука поднял вверх руки в знак примирения.

– Прости, крошка, я просто перепутал Нину с тобой.

Я не верила ни единому его слову. Особенно, когда смотрела в его хитрые глаза.

– Перепутал?! – кажется, Катя была в ярости.

– Ну а что?! Вы обе – стройные красотки, одежда одинаковая. Как тут не спутать?! Она ж спиной сидела…

Лука говорил глупости. Нас с Катей невозможно было спутать даже глубокой ночью. Я всегда одевалась максимально закрыто – черная худи, спортивные штаны, Катя же довольствовалась обтягивающими топами да лосинами, выгодно подчеркивающими аппетитные бедра девушки.

Катя снова подняла вверх второй кроссовок, готовая в любую секунду обрушить свой гнев на Варламова. Лука сделал шаг назад.

– Ладно, все, прости, детка. Увидимся наверху, – подмигнув, ретировался из раздевалки.

Катя повернулась ко мне, в ее глазах все еще полыхало пламя.

– Ты как?

Я кивнула, засмеявшись.

– Кажется, в порядке, – немного подумав, добавила. – Но однажды он допросится.

***

Мы обе приступили к работе. Катя вернулась на ресепшн, я же вооружилась ведром и чистящими средствами. Нужно было убрать часть зала, где находились спортивные снаряды и сделать это нужно было как можно скорее. Пока не набежали спортсмены.

В зале было практически пусто. Только в клети, установленной посреди помещения, спаринговались двое бойцов. Принимаясь за уборку снарядов, я то и дело посматривала в сторону клети. Один из бойцов, тот что высокий и крупный привлек мое внимание. Каждое его движение было пропитано грациозностью и мастерством. Мужчина делал выпад вперед, нанося удар противнику, при этом мышцы его спины напрягались, придавая его образу опасный вид. Какими длинными и крепкими были у него ноги, да он весь – словно боевая машина.

От собственных мыслей вдруг стало не по себе. Вместо того, чтобы заняться делом и поскорее спрятаться в подсобке, я уставилась на мужчину. Ругая себя, принялась еще тщательнее натирать снаряд. Подумала о том, что сегодня нужно зайти в институт, узнать, есть ли возможность поступления. Я приняла решение выучиться на медсестру. Без профессии мне будет сложно, не оставаться же поломойкой до конца своих дней. Нужно выбираться из ямы, в которую меня утянул Воронов. И хотелось начать как можно скорее.

Со стороны входа вдруг раздались громкие голоса, а спустя несколько мгновений в помещение вошел Танк – один из спортсменов клуба. Этого мужчину я боялась больше всего. И вроде бы ничего плохого он мне не сделал, но от одного лишь его взгляда хотелось убежать и спрятаться.

– Катя, какого хр*на в клети эти долб**бы?! – взорвался он, стремительно приближаясь к рингу.

Следом за ним в зал забежала взволнованная Катя. Услышав Танка, бойцы, которые спаринговались в клети, остановились и удивленно посмотрели на мужчину. А когда один из них стянул с головы шлем, я поняла, что несколько минут назад стояла и восхищалась Илаем.

– Танк, но Палач разрешил Илаю тренироваться утром! Я ведь писала тебе! – Катя старалась звучать уверенно, но я слышала как дрожал ее голос.

Мужчина осек ее яростным взглядом.

– Да мне плевать, что ты мне писала. Это мое время!

Нейман скинул перчатки в сторону и выбрался из клети.

– А я думаю, что за баба на весь зал пищит? А это ты, – произнес Илай спокойно, одарив Танка насмешливым взглядом.

– Какого черта ты тут забыл?! В это время – клеть моя!

На губах Илая искрилась улыбка.

– Тебе же Катя сказала, или как попугаю нужно повторять по двадцать раз?! Палач дал добро! Теперь я тренируюсь по утрам!

Танк сделал выпад в сторону Неймана.

– Ты, бл*дь, будешь тренироваться здесь тогда, когда не будет меня! Сейчас я здесь, так что вали с клети!

Илай приблизился к Танку так, что их лбы практически соприкасались.

– Ну так давай! Выгони меня отсюда! – проговорил насмешливо. – Если яиц у чемпиона хватит, так рискни.

По спине пробежал озноб. Я попятилась назад, пока не уткнулась спиной в стену. Осмотревшись по сторонам, поняла, что сбежать не выйдет. Для того, чтобы пробраться к выходу нужно было пройти мимо разъяренных мужчин. А я бы к ним и на несколько метров не приблизилась.

– Ты не забывайся, бывший зэк, – в голосе Танка так и сквозило презрение. – Четыре года вдали от октагона сказались на тебе. Гонор остался, Илай, а вот что с возможностями?!

– А ты проверь мои возможности. Заходи в клеть и посмотрим, из чего нынешние чемпионы сделаны. Не стоит делать это посреди зала и пугать девчонок.

Это очень страшно – когда до драки остаются считанные секунды. Одно неправильное решение, одно неверное слово и вспыхнет пожар. Когда дерутся люди – опасно, но когда готовы подраться такие машины, как Илай и Танк, это может стать настоящей катастрофой. Камня на камне не останется, свяжись они друг с другом.

Не знаю, чем бы все закончилось, если бы к Танку не подошел Лука. Он что-то сказал ему и, взяв за плечо, повел в сторону раздевалки. Илай остался на месте. Кивнув Кате, размял шею и сделал знак приятелю, чтобы тот возвращался к бою. И перед тем как забраться обратно в клеть, он вдруг повернулся ко мне.

Я тут же вспыхнула. Поспешила опустить глаза, усердно натирая край мата, испачканный чьей-то кровью. Хоть бы он не обратил на меня внимания! Хоть бы не заговорил!

– Эй, Цыпленок! – раздался спокойный голос Илая.

Когда я подняла глаза, он находился так близко ко мне, что стало неуютно. Я чувствовала терпкий запах его пота и цитрусовый парфюма. А еще он был весь мокрый и мои глаза не могли перестать возвращаться к оголенному торсу мужчины.

– Испугалась? – он смотрел на меня так по-доброму и открыто. Словно на самом деле его очень волновало мое ментальное здоровье.

Я тут же покачала головой.

– Нет, – слетело тихое с губ.

Он сощурился, совершенно не поверив мне. Тогда я поправила себя сама.

– Совсем немного. И я не Цыпленок.

Илай рассмеялся. Сейчас в его глазах не и намека на недавнюю злость.

– О да, ты самый настоящий Цыпленок! Дрожала тут как осиновый лист…

– Илай! – окликнул его мужчина из клети.

Воспользовавшись ситуацией, я поспешила ретироваться в сторону кухни. И лишь когда за мной закрылась дверь, я зажмурилась, пытаясь перевести дух. Ну что я за дурочка?! Даже не спросила, как он. Этот Танк просто негодяй, возомнил себя королем!И почему Палач позволяет ему подобное?

Илай вернулся в клуб недавно. Ему было и так сложно, еще и встретили враждебно. Мне захотелось сделать для него что-то хорошее. Он ведь помог мне и я хочу.

Немного подумав, достала из холодильника фрукты и молоко. Парни любили делать себе питательные смузи после тренировок, и я решила приготовить такой и для Илая.

Смешав все ингредиенты, приготовила напиток и наполнила им новую спортивную бутылку. Катя подарила мне ее в первый рабочий день, но я так ни разу не воспользовалась ей.

Когда я была на пути к выходу, в комнату вошла подруга.

– Ну и придурок этот Танк! – процедила сквозь зубы, и опустила взгляд на бутылку, зажатую в моих руках. Казалось, она все поняла по моему лицу.

– Ты о чем-то говорила с Илаем? – в ее голосе читался укор.

– Я?

– Ну не я же, Нин. Имей ввиду, тебе лучше с ним не общаться.

– Это почему?

– А ты не видела? Если бы не подошел Лука, он бы сравнял с землей Танка!

Подруга подошла к кулеру и налила себе стаканчик прохладной воды. Сделав глоток, выдохнула в облегчении.

– Вообще-то Танк вел себя как скотина.

– Танк быченый, но добрый. А Илай…

– А что с ним не так?

– Он нестабильный, агрессивный. И в моменты агрессии он может натворить очень плохих вещей.

Катя перегибала. И отчего-то в душе вспыхнуло раздражение.

– Убить человека?

Она нахмурилась.

– Не смейся, Нин. И не делай из меня дуру. Я забочусь о тебе. И я говорю, что с этим парнем лучше не иметь дело. Он пьяный был, когда сцепился с одним в ресторане. Приревновал его к Юльке. Отметелил так, что несчастный в реанимации месяц провалялся овощем.

Мне стало плохо от ее слов. И я понимала, что не должна сближаться с Нейманом. Да я ни с кем не должна сближаться и не собиралась! Но Катя пыталась показать мне, что Илай – монстр, а он совсем не такой. Уж я то точно знаю, ведь я так долго жила с чудовищем.

Приблизившись к подруге, обняла ее.

– Драка – всегда страшно и не знаешь, чем закончится.

Катя продолжала молчать, сверля меня взглядом.

– Просто держись от него подальше, Нин. Прошу тебя.

Глава 10. Грязная или чистая?

Она вошла в зал, будто чертова королева. В каждом ее жесте, в каждом шаге было столько высокомерия и уверенности в себе, что невероятно злило.

– Привет, – кивнула, едва мазнув равнодушным взглядом, проплывая мимо. Заметил в проеме двери Палача, он пялился на меня. Твою мать! Со всей силы саданул по груше. Снаряд отлетел, противно заскрипели железные цепи. Удар. Еще и еще. Я осыпал его ими, дыхание сбивалось, а в руках… Я не ощущал в них того, что было раньше. Не было силы. Не было выносливости.

– Илай!

Я знал, что Палач просто так не отстанет. Не нравится то, как я смотрю на его телку? Или думает, я дурак и не вижу, что она вышла из его кабинета после хорошего отсоса? И как я, бл*дь, должен реагировать на все это дерьмо?!

Не найдя ничего лучше, кроме как проигнорировать его, продолжил отрабатывать удары.

– Тор!

Обернулся. Провел ладонью по лбу, стирая пот.

Палач выглядел разозленным.

– Зайди.

Тут же скрылся в дверях кабинета. Что ж, значит, все же придется сделать перерыв.

Цыпленок сейчас находилась в другой стороне зала. Посмотрел на нее, пытаясь унять бушующее в груди пламя. Не знаю почему, но Нина действовала на меня успокаивающе. Хотя, можно подумать, что у нас общего? Маленькая, запуганная девочка, краснеющая и прячущая взгляд при любой попытке заговорить с ней. Странная она, молчаливая, ни с кем кроме Кати не общается. Никто и ничего не знает о ней. Я не мог никак понять, чем она меня привлекала? Вот и сейчас, лишь поймав на себе мой взгляд, как мышонок в норку, юркнула в подсобку и закрыла за собой дверь.

– Эй, брат, слюни то подбери! – раздалось за спиной насмешливое.

Сделал глоток воды.

– Лука, если бы не знал, какой ты придурок, уже втащил бы тебе в пятак, – произнес беззлобно, подавая приятелю руку для пожатия.

Он улыбнулся во все тридцать два. На Варламове был серебристого цвета костюм из плотного целлофана. Лука протянул мне скотч. Оторвав кусок ленты, я прикрепил его к запястьям рукава.

– Сколько сбросить нужно?

Лука принялся прыгать на месте, боксируя. Он выглядел таким угарным в этом костюме.

– Два кило.

– Ерунда, до легко сгонишь. Когда взвешивание?

– Сегодня в пять. Так что движемся по плану, – он подмигнул и уже собирался уйти, но обернулся.

– Илай… – Лука скривился. – Ты бы аккуратным был с этой красоткой, – он метнул глазами в сторону подсобки, куда только что ушла Нина.

Я нахмурился.

– Ну, брат, – он мялся. Не мог подобрать слова. – Пойми, она без бабок, живет у Катюхи. Про себя ничего не говорит. Кто, что? Может она наркоманка какая или воровка… Короче, я бы не терял бдительности…

Сильно захотелось втащить ему промеж глаз. Но сдержался. По сути, в словах Луки был смысл. Но Цыпленок… Я не мог даже подумать о ней ничего плохого. Не такая она, и я чувствовал это. Не могло быть таких ясных глаз у мошенницы или наркоманки.

– Илай! – раздалось снова за спиной.

Палач был в ярости.

– Я как девка должен бегать за тобой?

Лука расширил глаза, давая понять, что не завидует мне. Палач зашел в кабинет, а мне не оставалось ничего другого, кроме как пройти следом.

– Присаживайся, – рыкнул Потап, устраиваясь в своем кресле.

Поднял глаза на его стол и представил Юльку, лежащую на нем с раздвинутыми ногами. Да ну к черту!

– Я потный, постою, – прорычал сквозь зубы.

Вдруг почувствовал себя грязным, испачканным отцовскими грехами. Юля в прошлом и это не должно меня касаться. Но отчего так тошно то?

Он поднял на меня тяжелый взгляд.

– Сегодня я встречался с Корсуновым. Бой через полторы недели.

Я едва не поперхнулся водой. Закрыл бутылку, нервно перекатывая ее по бедру.

– Нет. Я не успею, Потап. А выйти через четыре года и просрать первый бой я не собираюсь.

Он молчал. И бог весть, что в этот момент творилось в его башке.

– Все сказал?

Я пожал плечами. Лучше держать рот на замке, потому что следующее, что полетит в его адрес – отборный мат. Потап хочет унизить меня? Делает вид, будто печется о скором возвращении в карьеру? Только это дорога не приведет меня к успеху. И он это прекрасно знает.

– А теперь послушай меня, – прочистив горло, он поднялся из-за стола, – ты выйдешь на этот бой, и победишь. Корсунов – единственный, кто согласился организовать его и дать тебе «горячую» путевку в спорт. Мы не можем отказаться, Илай. Победишь и ты в обойме.

Твою мать! Он толкал меня на безумие.

– Потап, ты видел меня. Я не в форме! Как?! Как за полторы недели я нагоню то, что потерял за четыре года?

Ни один мускул не дрогнул на его лице.

– Живи здесь, в зале. Работай сутками и через полторы недели ты станешь еще круче, чем прежде. Я согласился. Бой через десять дней. Тем более соперник не самый сильный с кем тебе доводилось драться. Бой будет проходить в дерьмовом месте, гонорар – копейки, но ты заявишь о себе. О тебе услышат, заговорят.

Он посмотрел на часы.

– А теперь ты теряешь драгоценное время. Вместо того, чтобы стоять тут и хныкать, как тебе тяжело, шел бы и тренировался.

Желание врезать ему не отпускало ни на секунду.

– Я сейчас отойду. В пять буду в зале. Позанимаемся в клети.

С этими словами он вышел из кабинета. Вот так, бл*дь, просто! Швырнул в меня эту новость и, разбирайся, как хочешь!

***

Я был вымотан на все двести процентов. Тело, как чертов кусок старой ткани, трещало по швам. После пятого захода на канаты меня вывернуло в мусорную корзину.

– Ты как, в порядке?

Обернулся. Лука только что вышел из парилки. Он был красным, мокрым, выглядел не лучше меня. Обессилено опустился на маты.

– Сколько осталось? – произнес хрипло.

Лука поморщился.

– Килограмм. Сука, никак не уходит!

Посмотрел на часы.

– Успеешь. Еще полдня в запасе.

Он кивнул и покосился в сторону двери Палача. Потапа не было, но там весь день сидела Юля. И это выводило из себя еще больше, чем мое выдохшееся тело. Лука проследил за моим взглядом.

– Она – его заместитель, брат. Занимается бухгалтерией.

Усмехнулся.

– А мне говорила, что от зала ее воротит. Даже на тренировки никогда ко мне не приходила. А тут прописалась на постоянку.

Лука пожал плечами.

– Все они такие, брат…

В груди противно засвербело.

– Шлюхи правят миром? И мы должны мириться с этим? Да ну его на х*й такой мир!

Поднялся с матов и направился в раздевалку. Лучше по городу прокачусь, чувствую, еще немного и разнесу все к херам собачьим.

Лука проводил меня удивленным взглядом.

– Ты куда?

– Проветриться надо.

Зашел в душ и врубил холодную воду. Нужно было хоть как-то привести себя в норму. Мне было просто необходимо свалить отсюда хотя бы на час. Казалось, будто сами стены давили, мешали думать. Может зря все это? Может лучше было бы забить хер и свалить?

Обмотав бедра полотенцем, вышел в раздевалку. Точно, мне просто нужно пару часов перерыва, без Палача и моей бывшей, без всего того, что так сильно давило, заставляло чувствовать себя вторым сортом.

Я подошел к своему шкафчику и замер в удивлении. Нинель? Цыпленок стояла именно у моей полки с вещами, а ее руки были в моей сумке. Что тут происходит?!

Глава 11. Загляни в мои глаза и скажи как есть

– Ты сумкой ошиблась? – раздался над головой мужской голос. Я замерла в ужасе, сердце, казалось, готово разорваться от хлынувшей к нему крови.

Медленно подняла глаза. Передо мной стоял Илай. Практически обнаженный и с каплями воды по всему телу. Лишь короткое полотенце, повязанное на бедрах, закрывало его наготу. В глазах застыло удивление с примесью злости. Он смотрел на меня так, будто я воровка! Ну конечно, а какие мысли могли у него возникнуть? Я стою и роюсь в его сумке.

Тут же отпрыгнула в сторону и подняла ладони вверх. Мое лицо полыхало, а живот противно скрутило.

– Прости, я ничего плохого не планировала делать, – сорвалось еле слышное с губ. Подбородок дрожал, и мне хотелось расплакаться от стыда. Я видела, как его лицо приобретало гневные черты, а в глазах появляется злость.

– Тогда, что ты тут забыла? – он наступал на меня. Приближался, заставляя пятиться назад. Но очень скоро моя спина уперлась в железный шкафчик, отчего старая дверца противно скрипнула.

– М? Цыпленок, тебе что-то понадобилось? Так не проще было меня попросить? – он подошел настолько близко, что я чувствовала жар, исходящий от его тела.

Я задрожала. Он был таким высоким и огромным, и мы одни в этой комнате! Когда его рука коснулась моих волос, я едва не заплакала.

– Прости, я просто хотела вернуть тебе деньги. Ты выручил меня и я тебе благодарна. Но я не знала, захочешь ли ты их забрать, постеснялась подойти…

Он нахмурился. Его пальцы замерли на моих скулах. И там, где наша кожа соприкасалась, моя горела.

– Оставь их себе, Цыпленок, – выражение его глаз тут же сменилось. Злости словно и не бывало. – Купи себе лучше пару футболок. Ходишь в худи, а здесь жарко..

Он наклонился и с шумом вдохнул запах моих волос. Я почувствовала, как его губы коснулись моей кожи, тело пробила мелкая дрожь. Не успела опомниться, как оказалась в плену его крепких рук. Илая было так много, и его близость заставляла сердце биться птицей в клетке.

Я его боялась.

– Не трогай, – сорвался нечаянный всхлип, когда он попытался заправить мне за ухо прядь волос.

Илай замер. Растерянно нахмурившись, он отстранился и внимательно посмотрел на меня.

– Почему? Неужели я такой урод?

В его голосе отчетливо звучала обида. Только у меня не было сил не то, чтобы возразить, я даже слезы сдерживала с трудом. Стояла и смотрела на ресницы его длинные, на острые скулы и щетину на подбородке. Разве он урод? Красивее и слаженней мужчины я не видела. Но он тот, от кого я должна держаться подальше. Илай был той же породы, что и Воронов. Грубый. Брал то, что ему нужно, не спрашивая, и причинял людям боль.

– Я благодарна тебе за все, ты помог мне. Но я не могу сблизиться с подобным тебе…

Я должна была сказать другое! Я должна была твердо заявить, что мне вообще ни с кем нельзя быть! Не после того, что я прошла! Я должна была прояснить Илаю, что начала новую жизнь и места новым опасностям в ней нет. Но его близость, жар его тела и его напор – все это путало мысли, заставляло делать ему больно.

Он скривился в ответ на мои слова, с губ сорвался нервный смешок.

– С таким как я?

Если уж начала, должна была идти до конца и сказать ему всю правду, без прикрас и преувеличений.

– Ты агрессивен, Илай. Я знаю, что в прошлом ты избил парня так сильно, что тот попал в реанимацию. Прости, но я боюсь таких как ты.

Илай отстранился так резко и быстро, будто я его ударить могла! Отвернувшись, нервно размял шею. Он выглядел разбитым, и это заставляло чувствовать себя ужасно. Но ведь рано или поздно он должен был услышать от меня подобные слова и не теплить в душе несбыточных иллюзий.

Когда Илай вернул ко мне взгляд, в нем не осталось и капли теплоты, с которой он смотрел на меня сегодня утром после стычки с Танком.

– Уходи, Нина. Думаю, мужская раздевалка это не то место, где можно находиться наедине с агрессивным долб**бом.

Слова, пропитанные злостью и пренебрежением, выбили весь воздух из легких. Я ведь должна была возразить, сказать, что дело не в нем, а во мне! Но все, что я могла делать – стоять на месте, и смотреть как он покидает раздевалку. Вряд ли Илай когда-то еще по-доброму заговорит со мной.

***

Я не могла перестать о нем думать. Часы тянулись невероятно долго. День никак не заканчивался, а Илай так и не появился в клубе. После обеда практически все разъехались и мы с Катей остались одни. Подруга обзванивала клиентов, напоминала о том, что нужно продлевать абонемент. Из ее объяснений я поняла, что, клуб держится на плаву за счет этих самих посетителей. Платные тренировки спасают, пока нет боев у ребят. Гонорары за драки делятся практически пополам. Палач берет много, но с другой стороны, и делает для бойцов он немало.

Справившись со стиркой и готовкой, я прилегла отдохнуть в комнате. Было здесь пару таких помещений, где можно побыть наедине с собой. В одной из спален даже была двуспальная кровать. Обычно там отдыхал Палач.

Я же устроилась в маленькой спаленке, на раскладном диване. Стоило голове коснуться подушки, тут же провалилась в сон. Разбудил же меня шум посуды со стороны кухни. Посмотрела на время и охнула – на часах восемь вечера, до окончания смены оставалось всего несколько часов, а работы было еще море. Надев худи поверх футболки, вышла в зал.

Здесь было пусто, только разбросанные перчатки и кое-какие снаряды говорили о том, что недавно проходили занятия. Придется снова убирать. Жаль, что не все в нашем клубе приучены к чистоте и порядку.

Со стороны кухни послышались голоса. Проследовав в комнату, замерла в удивлении. За обеденным столом восседал Лука, а вокруг него, будто бабочка, порхала Катя, накладывая парню еду в тарелку.

– Катен, безумно вкусно! – Простонал восхищенно Лука с набитым едой ртом. Он выглядел таким довольным, что и самой захотелось есть.

Катя улыбнулась.

– Заткнись и ешь, смотреть на тебя страшно… – подложила ему еще один кусочек индейки.

В этот момент Лука поднял на меня глаза.

– О, привет, Цыпленок!

Катя злобно недовольно покосилась на него, но заметив в дверях меня, улыбнулась.

– Вы чего тут сидите? Я думала уже никого нет, – проговорила смущенно, подходя к столу.

– И ты садись, покормлю тебя. Точно, что цыпленок, – Катя поставила передо мной блюдо с отбивной и салатом.

– Ешь, ешь… – кивнул Лука.

– А тебе разве можно? – спросила у него, вспомнив, что сегодня он весь день на сушке был. Лука кивнул.

– Взвешивание позади, можно поесть.

Мне неудобно здесь кушать, может они хотели побыть наедине? В любой другой момент я отказалась бы, но этот кусок мяса такой аппетитный! На этот раз я не могу удержаться от соблазна и принимаюсь за еду. Катя устраивается рядом с нами, но пьет только кофе.

Я подумала об Илае. Мне не терпелось увидеть его, извиниться. Не по себе от мысли, что я наговорила ему столько гадких слов. Это не было похоже на меня, да и он не заслужил такого!

– А где Илай? Он сегодня не тренируется?

Катя сердито покосилась на меня.

– У него выходной сегодня. А что, понравился наш Тор? – Лука поиграл бровями, а я тут же покраснела. Прикусила губу от смущения и поднялась из-за стола.

– Очень вкусно, спасибо, Кать.

Подруга кивнула, но ничего не сказала в ответ. Я быстро помыла тарелку и отправилась в подсобку.

***

За работой время пролетело незаметно. Пока убирала, думала о том, что завтра можно взять выходной. Аванс на руках, а значит, пора наконец-то съездить к тете Маше. И купить новый телефон.

К тому времени, как я закончила уборку, клуб полностью опустел. На часах было двенадцать ночи и домой уходить не хотелось. Сегодня я задержалась дольше обычного. Катя уехала сразу после Луки – у нее были запланированы дела на вечер, а мне придется возвращаться домой в одиночестве… Нет уж, по ночным улицам ничего кроме проблем не найдешь. К тому же, в комнате вполне удобный диван, на котором я смогу хорошенько выспаться.

Выпив немного воды на кухне, отправилась в комнату. Но когда подошла к двери, услышала женские стоны со стороны соседской спальни. Оттуда, где обычно отдыхал Палач. Громкие стоны разбавлялись тихим мужским рычанием. Я замерла у приоткрытой двери. Звук мужского голоса – он показался мне таким волнующим! Не знаю, что на меня нашло, но я сделала шаг и заглянула в проем двери.

Это был не Потап. Увиденное отдало болью в груди. На постели, на четвереньках стояла какая-то блондинка, а сзади к ней пристроился высокий, мускулистый мужчина. Его тело было покрыто капельками пота также, как было покрыто каплями воды после душа тело Илая. Он двигался так ритмично, его жилистые руки буквально на весу удерживали ее. Он запрокинул голову назад, немного повернувшись, и я увидела его лицо.

Мне тут же захотелось расплакаться. Разочарование и обида горьким привкусом осели на языке.

Илай, черт его подери, Нейман! Это он занимался сексом с незнакомкой в комнате своего отца. Это из-за него у меня весь день болела душа, а ему, похоже, вполне себе неплохо! Не знаю почему, но у меня запекло в глазах, а поперек горла встал огромный ком. Я стояла и смотрела на них, как идиотка. И только когда она кончила – громко и протяжно, я пришла в себя и сорвалась в комнату. Закрыла ее на замок и забралась на диван, укрывшись с головой одеялом. Только оно не спасало меня ни от посторонних звуков, ни от ее смеха и приторно сладкого голосочка, ни от боли, стиснувшей мою грудь.

Глава 12. Содом

– Защищайся, нападай на него!

Дыхалка была на нуле. Перед глазами все плыло, а легкие горели от нехватки воздуха. Перед глазами снова она. Равнодушная, холодная, высокомерная. Стояла в обнимку с Палачем, а когда заметила меня, тут же потянулась и поцеловала его. Что ж, похоже, это представление специально для меня.

Во мне снова вскипела злость, и я больше не мог контролировать ее. Единственное место, где я мог выплеснуть свой гнев без последствий – клеть. И сейчас я делал именно это. Ворвался в бой так, словно счет шел на секунды. Бил без разбора, с каждым ударом выплескивая все, что отравляло мое нутро. Он был уже на полу, а я сверху. Руки держали крепко его шею в захвате, но вот этот рев… Отвратительный животный рев, он резал слух, он так раздражал!

– Все! Хватит! Закончили! – откуда-то из тумана донесся голос Палача. Но я и с места не сдвинулся, все еще продолжая вдавливать соперника в маты.

Но все закончилось намного быстрей, чем я ожидал. Внезапно чьи-то руки взяли в захват мою шею. Он тянул меня назад, стараясь отлепить от практически сдавшегося противника. В глазах темнело. Он давил так сильно, что рев вдруг прекратился и я начал хрипеть. Ослабив хватку, отскочил в сторону. Несколько секунд ушло на то, чтобы восстановить дыхание, и увидеть перед что-то еще, кроме пелены, все это время застилающий мой взор.

– Выходи отсюда.

Палач был в клети. Напряженный, готовый броситься на меня в любую минуту. Потряс головой, пытаясь собрать в кучу мысли.

– Что?! Я только начал!

Никак не мог понять, какого черта ему от меня нужно?!

– Я сказал, выходи из клети! – проревел так, что вены на его шеи тонкими ручейками устремились к ключицам. Палач был на грани, но я не мог понять, какого черта он докопался?!

До боя всего пять дней. И как я по его мнению подготовлюсь, если буду работать лишь в полсилы?

– Мне не нужен долбанный перерыв!

Палач сделал несколько шагов навстречу, всем своим видом показывая, что собрался остановить меня во что бы то ни стало. Только я хрена с два дам заднюю.

– Где твои мысли?! Ты не здесь! Мне нужна злость!

Эти слова он прорычал так близко, и было невероятно сложно не врезать ему в ответ.

– Во мне еб*ть сколько злости сейчас, Палач! – прорычал сквозь стиснутые зубы, в один шаг преодолевая оставшееся между нами расстояние.

– Так показывай ее в клети, а не бухай и не трахайся ночами напролет! Ты вообще понимаешь, что творишь?!

Я засмеялся. Он пытается учить меня нравственности? Или Палача злило, что я делал это на кровати, где он каждую ночь трахал Юльку, пока я был за решеткой? Так я пробовал там спать – не вышло! Ее запах пропитал все, каждую деталь, каждый сантиметр пространства!

Да, я мать его, полный неудачник! Я спал с ними и представлял ее. Белокурую, голубоглазую, смотрящую на меня с вожделением и нежностью – прежнюю Юльку. Я брал ее так, что она стонала громче любой порно актрисы. Трахал так, что каждое утро на моей спине оставались следы ее ногтей. Кто она? Как ее звали на самом деле? Вчера была, кажется, Катя. Сегодня – Ирма. Это не имело никакого значения. Они все для меня – способ снять стресс, успокоительные, которые действовали на короткий промежуток времени.

– Илай, выходи из клети, на этом все.

Его голос звучал устало, но твердо. Я понимал, что Палач не отступит. Из кожи вон вылезет, но не даст мне продолжить спарринг. Подойдя к Артуру, успевшему к этому моменту перевести дух, хлопнул его по плечу.

Сбросил перчатки, и опустошив бутылку воды, осмотрелся вокруг.

Аня тащила стопку футболок в сторону раздевалки.

– И куда Нина запропастилась? Отпрашивалась на день, а нет уже два… – проворчала недовольно, проходя мимо Палача. Тот осек ее злым резким взглядом. Девушка испуганно опустила глаза и сорвалась едва ли не на бег.

Цыпленка действительно нигде не было. Уже второй день ни в зале, ни в кухне она не появлялась. После той стычки в раздевалке я не видел ее, хотя, это было к лучшему. Меня злили даже воспоминания о нашем разговоре. Маленькая неблагодарная девочка, по какой-то причине решившая, будто я чудовище, не достойное стоять рядом с ней.

– Не достоин ее, – произнес беззвучно и засмеялся. Да и плевать, все они одинаковые! Устало потер мокрые от пота волосы и подумал, что стоит свалить домой.

В раздевалке едва не столкнулся с Лукой. Он как раз выходил в зал.

– Эй, брат, ты идешь на бой?

На Варламове был надет стильный брючный костюм, его прическа выглядела до раздражения идеально. Он словно не на ринг, а на ковровую дорожку собирался.

– Разве сегодня? – нахмурился озадаченно, пытаясь вспомнить дату предстоящего боя.

Лука посмотрел на меня удивленно.

– Через два часа! Поехали, Остап уже там!

Я не знал, стоит ли мне туда ехать. Внутри итак демоны бушевали, попади я в ту атмосферу, боюсь сорваться и натворить еще больше бед. Лука прочитал мои мысли.

– Брат, тебе это нужно, а мне еще больше. Поехали, мне будет проще, если я буду знать, что ты в зале со мной.

Усмехнулся. Знал, что он говорит это для меня. На самом деле ему глубоко плевать, кто в этот момент будет в зале. Когда ты выходишь на ринг – все перестает иметь значение. Весь твой мир сужается до небольшого квадрата и одного человека, которого ты готов разорвать на куски.

***

Я чувствовал себя новогодней елкой, у которой закоротило провода гирлянды. Я буквально светился льющимся по венам адреналином, азартом. Скандирующая имена бойцов толпа, ослепительный свет прожекторов, клеть посередине и татами с двумя бойцами. Два зверя, два изголодавшихся монстра, которые вот-вот и сцепятся в схватке друг с другом. Октагон – единственное место, где можно делать все, не боясь о том, что подумают окружающие. Здесь нет рамок, если только самую малость. Здесь обнажаешься до костей. Срываешь с себя все лишнее, все мешающее тебе и становишься настоящим.

Я стоял у края клети, смотрел на взволнованного Палача. Его руки были в белых медицинских перчатках, он сжимал их так, что, казалось, резина лопнет. Он кричал ему. Сначала Остапу, теперь Луке, пока тот неистово выбивал дух из соперника.

– За руками следи! В партер его, Лука! Укладывай его в партер!

Пацаны все были рядом. Даже Танк следил за боем, переживая о брате. Я смотрел на испачканное кровью лицо Луки, смотрел в его глаза, наполненные безумием и чувствовал, как это безумие проникает в меня. В поры через кожу, в легкие через ноздри. Оно просачивалось, распространялось по телу, заражая, заставляя сердце гнать кровь с удвоенной силой.

Это моя стихия. Мой мир. Это чистый кайф. Ни одна женщина не даст мне этого, даже самая огромная сумма денег не позволит мне ощутить то, что сейчас будоражило кровь. И я вернусь сюда. Я, бл*ть, землю зубами буду грызть, но через пять дней я выйду и положу на маты любого бойца!

Потому что это мой октагон. Мой ринг. Потому что мой зверь четыре года сидел в душной клетке, а теперь он требует крови. И он ее получит.

Палач обернулся. Его взгляд встретился с моим, в то время как на октагоне судья поднял руку Луки вверх, знаменуя победу.

– Ты следующий. Ты будешь самым лучшим! – говорил его взгляд. И, мать вашу, так и будет.

***

Клуб превратился в чистый содом. Не знаю, какой умник решил, будто будет хорошей идеей устроить вечеринку по поводу победы парней прямо в зале. Уверен, Палач не в курсе. Сразу после боев он куда-то уехал. Да и Юлька весь день ходила как в воду опущенная. Не то, чтобы я сильно интересовался, но слышал, как они с Потапом говорили на повышенных тонах.

Все уже были порядком подпитые. Музыка гремела на всю улицу, девчонки отплясывали на столах. Я поздравил братьев и закрылся в тренажерке. Пить не хотелось. После сегодняшних боев во мне будто что-то проснулось. Теперь я четко видел цель и намерен был прийти к ней как можно быстрее.

Сделал десять подходов со штангой, немного побоксировал, а потом вернулся на беговую дорожку. Мне не хватало выносливости и я должен был во что бы то ни стало перебороть свою слабость и вывести возможности своего тела на новый уровень.

В висках нещадно пульсировало, а сердце грозилось выпрыгнуть изо рта – кажется, я снова немного перестарался. Потянулся за бутылкой с водой, но она оказалась пуста. Черт! Придется идти в кухню.

В общем зале было не протолкнуться. Понятия не имел, кто все эти люди. Но они вели себя так, словно каждый был лучшим другом Варламова. Кстати о нем. Стоило мне выйти из тренажерки, Лука встал у меня на пути.

– Брат, я не понял, а кто будет пить за мою победу? – произнес без тени обиды, с улыбкой на губах.

Я похлопал его по плечу и обнял.

– После моего боя нажремся вместе.

Он сделал знак, что запомнит мои слова и отправился к клети, где вовсю танцевали девушки. Катюха разделась до белья, Анька не отставала. Засмеялся, представив лицо Палача, зайди он сюда сейчас. Тусовки у Луки всегда заканчиваются жаркими оргиями.

На кухне было тихо. Пока набирал в кулере воду, заметил, как в комнату вошла Юлька. Ее глаза были заплаканы, она потянулась за сигаретой, но потом, словно что-то вспомнив, отшвырнула ее в сторону и обессилено опустившись на стул, расплакалась.

Хотел пройти мимо. Должен был так поступить. Она видимо не заметила моего присутствия и мне не стоило подходить. Но ее слезы всегда были для меня тем, что я не мог вынести. Вот и сейчас. Я просто стоял над ней, как истукан и не знал, что сказать.

– Ты в порядке? – голос прозвучал слишком сдавленно. Прочистил горло, а она вздрогнула и убрала руки от лица. Посмотрела на меня испуганно.

Знал ведь, что сучка, а сердце сжималось при виде ее глаз заплаканных и потекшей туши на лице. Сейчас она выглядела уязвимой и беззащитной.

Смахнув с лица слезы, она судорожно сглотнула, поднимая на меня затравленный взгляд.

– Конечно, разве может быть по-другому? – усмехнулась нервно. – Я ведь стерва. Разве может такая как я плакать?

Устроился напротив нее.

– Не гони. Что случилось?

Скривилась, стараясь подавить очередную волну слез. Но у нее это ни черта не получалось.

– Ты все время спрашивал – почему? Почему ушла от тебя.

Я не хотел начинать этот разговор.

– Да уже пох*й, Юль. Чего ты так заморачиваешься то?

Она посмотрела на меня с обидой.

– Правильно, ровняй меня с асфальтом. Смотри на меня, как на тварь, у тебя есть на это все причины. Но твой отец всегда был таким уверенным и стабильным, а ты… а с тобой как на пороховой бочке. Я никогда не знала, что будет завтра.

По горлу стала подниматься желчь, но я с усилием прогнал навязчивые мысли.

– Ну все отлично ведь. Нашла себе стабильного. Что не так то?

Я понимал, что этот разговор не приведет ни к чему хорошему. Лучше было бы просто оставить все как есть. Юлька не одна, и уж точно не нуждалась в моей поддержке. Захватив со стола бутылку, направился к дверям. Но ее фраза, неожиданно прозвучавшая мне в спину, заставила остановиться.

– Я беременна.

И это было как ушат ледяной воды на голову. Юля смотрит на меня пристально, и не думая отводить взгляд, в то время как по ее щекам скатываются слезы.

– А он?

И почему мой голос звучит так странно и тихо?

– А он ребенка не хочет, говорит, тебя с лихвой хватило…

Я чувствовал, как в груди снова расправляет свои крылья нечто темное и зловещее. Нервно потер подбородок, а потом к ней подошел. Понимал, что ей пох*й, но я хотел, чтобы она знала.

– Я никогда не был святым и правильным. Да, слава снесла крышу, и были тусовки и алкоголь. Но я всегда любил тебя, Юль. Я хотел с тобой семью и матерью своих детей я видел только тебя. Но вместо этого, ты моей мачехой стала, – рассмеялся, потирая лоб. – Рожай ребенка. Палач отстойный муж, но ребенка своего он не бросит.

В ее глазах вспыхнуло недовольство.

– А если я не хочу так?! В одиночку воспитывать.

– А что ты хочешь, Юль? Палача? Так он есть у тебя. Делай, как он просит, и будешь с ним. Если хочешь ребенка, тогда рожай. Все на самом деле просто…

Она вдруг резко поднялась, и наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Ее глаза смотрели в мои, так прямо и открыто, совсем как раньше.

– А чего хочешь ты, Илай? – произнесла шепотом.

На самом деле я знал, чего хочу. И с недавних пор, она в этот список не входила. Не успел и слова произнести, вдруг за спиной открылась дверь. Мы с Юлькой словно по команде обернулись.

На пороге испуганно замерла Нина. Она переводила растерянный взгляд с меня на Юльку и обратно.

– Простите… – проговорила нервно и поспешила отвести взгляд в сторону. Видел как ее щеки стали пунцовыми от смущения, и отчего-то грудь тисками сдавило.

– Убирайся отсюда! Не видишь, мы заняты! – зашипела на нее Юлька.

Цыпленок испуганно вздрогнула и мышкой выскользнула из комнаты.

Я вернул взгляд к Юле. И на этот раз в моей душе не было и капли жалости к ней.

– Ты можешь хоть иногда не быть сукой? – произнес беззлобно.

Она вздернула бровью, вмиг растеряв несчастное выражение лица.

– Ты не ответил на мой вопрос.

Глава 13. Защити меня

Телефон пиликнул в кармане. Я выбежала из кухни так быстро, как только могла. В глазах нещадно пекло и в любой момент платину грозило прорвать. Не знаю, почему эта девушка каждый раз вела себя как законченная стерва, но терпеть такое отношение и дальше я не была намерена.

Если бы не Илай, я бы ответила ей. Клянусь, я бы высказала ей все, что о ней думаю! Но они стояли так близко друг к другу… Когда я увидела их, мое сердце сжалось. И я не нашла ничего лучше, как просто сбежать.

Открыла сообщение на новом телефоне. Тетя Маша. Улыбнулась, проведя пальцем по экрану. Она прислала фото. Родные улыбчивые лица смотрели на меня с любовью. Притянула к губам телефон и поцеловала карие огромные глаза.

Мне хотелось и радоваться, и рыдать от горя. Так много эмоций внутри и порой я не могла с ними справляться. Вот и сейчас: я чувствовала себя такой беззащитной, такой уязвимой, и это ужасно не нравилось мне.

– Цыпленок, ты вернулась! – внезапно кто-то обнял меня за шею. Даже смотреть не нужно было, чтобы понять, чьи это руки.

– Соскучился чтоли?

Лука немного отстранился, посмотрел на меня удивленно.

– Цыпленок, а ты изменилась! – на его лице застыла рассеянная улыбка. И это жуть, как было смешно.

– Поздравляю с победой, Лука, – засмеялась, протянув ему руку. Он пожал ее, все еще находясь в задумчивом состоянии.

– Нинуль, ты приехала! Ну, наконец-то, – а теперь на меня налетела Катя, едва не сбив с ног. Из одежды на ней были джинсы и лифчик, и судя по пьяному блеску в глазах, подруга была сильно навеселе.

– Где одежду потеряла? – усмехнулась нервно. Мне было стыдно за ее вид, но, судя по всему, Катя чувствовала себя прекрасно.

Заметила, как рука Луки по-хозяйски легла на ее талию, и парень притянул подругу к себе.

– Завтра с утра зайди к Палачу. Все готово, – она подмигнула мне, намекая на документы. Я выдохнула. Еще одна замечательная новость!

– Пойдем, выпьем за мою победу!

Я смущенно улыбнулась. Варламов больше не напрягал меня. Он дурной, но сердце у парня доброе, но пить алкоголь я не собиралась.

Сюда я приехала сразу с вокзала. Думала, нужно убрать в зале – все-таки полтора дня отсутствовала, но, попав сюда и застав здесь жаркую тусовку, поняла, что лучше перенести уборку на завтрашнее утро.

– Спасибо, но я отдыхать. Уберу завтра утром.

Катя поймала меня за руку.

– Ты уверена? Может, с нами в клуб?

Покачала головой.

– Я устала с дороги.

Поправив ремешок сумки, толкнула дверь и вышла на улицу. Здесь, в тишине ночного города, я чувствовала себя намного спокойнее. Ничего не могла с собой поделать – боялась шума и пьяных компаний.

Вспомнила слова Тети Маши о том, что Костя ищет меня. Везде уже был: и в доме бабушки, и в институте. Повезло, что Катя поменяла место жительства, и что о дружбе с ней у него не было никакой информации. Я никогда не рассказывала ему о подруге, да и вообще, мы всегда мало говорили. Он только брал, не спрашивая. Считал, что деньги и одежда – это все, что нужно женщине для счастья. Смешно, но он искренне полагал, что побои – это одно из проявлений его одержимой любви.

Дрожь пробежала по телу от мыслей, что будет, если он вдруг найдет меня. Убьет ведь. Закончит то, что не выполнил. Для него это было принципиально – найти сбежавшую игрушку. Доломать, испортить, чтобы, не дай Бог, никому не досталась.

Вдруг за спиной раздался громкий рев автомобильного мотора. Обернувшись, увидела, как рядом со мной затормозила черная машина, из двери которой выскочил парень и схватил мою сумку. Рывок – и ладонь обожгло острой вспышкой боли.

В голове вспыхнула мысль: «Там телефон! Там фото, там номер тети Маши!»

Чудом поймав в воздухе ремешок, со всей силы сжала на нем пальцы и дернула на себя. Незнакомец толкнул меня, и я упала на асфальт, выпуская заветную вещицу из рук. Слезы подступили к глазам, и я с ужасом подумала, о том, что теперь у меня не было ни телефона, ни денег.

Услышала как автомобиль сорвался с места, и не нашла ничего лучше, как остаться на месте и смотреть на то, как случайный вор отнимает мою мечту. Но внезапно рядом с дорогой мелькает мужская фигура. Автомобиль уже набирает скорость, но невесть откуда взявшийся здесь Нейман успевает догнать его и резким движением ударяет в открытое водительское окно. Машина резко тормозит. Илай, словно пушинку, вытаскивает водителя из салона авто.

– Девочек решил грабить?!

Удар. Вор валится на асфальт, пытается отползти от Илая. В это время из пассажирской двери выходит его подельник, тот, что забрал мою сумку.

– Сел в тачку обратно! – прорычал Илай, тыча пальцем в его сторону. И тот замер. Не знаю, может, один только вид Илая наводил на него ужас, но негодяй не мог сдвинуться с места.

Нейман ударил водителя снова. Тот застонал, закрывая лицо руками. Тогда Илай сорвался ко второму грабителю. Незнакомец замахнулся на него, но Нейман ударил первым. Его кулак прямо прямо в подбородок незнакомцу. Тот упал навзничь, а Нейман зарычал от боли, встряхивая рукой. Не теряя времени, Илай залез в салон и достал оттуда мою сумку, тут же направляясь ко мне. Заметила, что налетчики, с трудом поднявшись с земли, поспешили запрыгнуть в машину и уехать.

Нейман протянул мне сумку. Выражение его лица было нечитаемым, но по плотно сжатым губам и потемневшему взгляду, я поняла, что тот на грани. Его мощная грудь вздымалась от рваного дыхания. Озноб пробегал по телу от его взгляда. Я протянула руку навстречу и когда попыталась забрать сумку, его горячие пальцы коснулись моей кожи. Он такой сильный, такой высокий, рядом с Илаем я чувствовала себя словно за огромным щитом. Не страшно ничего, совсем не боязно, когда он где-то неподалеку.

– Хватит зевать. Какого лешего одна тут ходишь? – нахмурился недовольно. От грубого тона его голоса захотелось расплакаться.

Перекинув через плечо ремешок сумки, я направилась вдоль по аллее.

– Какая тебе разница? – бросила ему через плечо, зная, что он следует за мной.

Илай заставил меня остановиться. Одно лишь касание пальцев к плечу и я, как вкопанная, застыла на месте.

Когда наши глаза встретились, в его взгляде все еще плескалось безумие.

– Да, в общем-то, никакой разницы, – произнес задумчиво, не отводя глаз от моих губ. А я только сейчас поняла, что прикусила нижнюю губу. Выпустив ее из хватки зубов, позволила ему отвести взгляд в сторону.

– Пошли, доведу тебя до дома, – злясь на что-то свое, бросил небрежное.

Заметила, как Илай прижал к груди одну руку, разминая травмированную кисть здоровой. Стало стыдно. У него бой скоро, а он пострадал из-за меня.

– Твоя рука. Тебе лучше в больницу поехать, а я одна дойду. Тут недалеко, – оббежав его, поспешила проговорить.

Илай ничего не ответил, только взглядом недовольным осек меня.

– Правда, не надо, – пошептала внезапно пересохшими губами. Он был таким грозный сейчас, и в то же время я не могла отвести от него взгляда.

Илай наклонился ко мне.

– Засунь свое «не надо» в свою хорошенькую задницу, – произнес тихим, спокойным голосом. – Мне тебя завтра в каких сводках искать? У тебя ж что ни день, то происшествие!

Щеки тут же запылали. Илай был прав. На улице опасно и лучше было бы мне согласиться на его предложение. Но я видела, как они с Юлей смотрели друг на друга сегодня в клубе. Так смотрят те, кто не отпустил чувств друг к другу.

Если бы на его месте был Лука или Остап, я бы согласилась разделить в их компании свой путь к квартире Кати. Но Илай… я так не хотела допускать, чтобы больно было и мне…

– Не думаю, что Юля будет рада, – сорвалось с губ прежде, чем я успела себя остановить. И тут же зажмурилась от стыда. Ну что я болтаю?! Подумает, будто ревную его.

Илай задумчиво потер подбородок и усмехнулся, прищуренно глядя на меня.

– А ты меньше думай о том, что не имеет значения.

Глава 14 . Кажется, вас застукали

Ощущать его присутствие рядом было волнительно. Я все пыталась начать разговор, хотела извиниться, но мысли разбегались в рассыпную, а внутри все дрожало. Илай в отличие от меня был спокоен и молчалив. Шел рядом со мной, защищая и оберегая от любых бед.

Никогда и никто не заступался за меня. Никогда я не чувствовала такой поддержки, как от него. Илай был невероятно красив, и его всегда чуть печальный взгляд заставлял мое сердце сжиматься.

Мы подошли к дому, и я принялась судорожно искать ключи в сумке. Мне хотелось пригласить его внутрь, отблагодарить хотя бы вкусным ужином или чаем, но не была уверена, что это правильно. Вдруг он откажет? Прошлый наш разговор не был приятным, и я наговорила Илаю много нехороших вещей… А вдруг Катя вернется домой раньше и увидит нас вместе?

Эти мысли заставляли меня нервничать. Ключи выпали из рук и я потянулась за ними. Илай тоже. И когда наши пальцы случайно коснулись друг друга, я посмотрела на него. Его внимательный взгляд был устремлен на меня, от того, как он смотрел на меня, по коже побежали мурашки.

Секунды шли, а он все еще держал мою руку, наши пальцы все еще переплетались друг с другом, и я понимала, что мне дико хочется поцеловать его. Коснуться его изогнутых губ, почувствовать на себе их мягкость. Мне хотелось оказаться в его руках и понять, какого это, когда с тобой такой надежный, такой красивый и добрый мужчина.

Илай потянулся ко мне. Неспешно, будто боялся спугнуть. А я замерла, будто даже сердце перестало биться. Как испуганный воробушек, боялась, и так сильно надеялась, что он сделает это сам. Ведь в таком случае мне не придется себя ругать за глупость!

Его лицо приближалось. Он был уже в считанных миллиметрах, и я прикрыла глаза, готовясь ощутить вкус его губ. А потом вдруг почувствовала касание чего-то колкого на своей щеке и раздавшийся шепот у самого уха.

– Нужно отойти от двери. Откроется и ударит…

Илай отстранился, а я, распахнув глаза, всхлипнула от разочарования. Ох, ну и дурочка же я! Возомнила о себе невесть что?! Будто он целовать меня захочет. Да конечно, так и бросился! У него ведь Юля, а я то куда лезу?

Резко одернув руку, схватила ключи.

– Спасибо тебе, дальше я сама, – прислонив электронную таблетку к домофону, открыла дверь.

Сейчас мне совершенно не хотелось смотреть на него, и тем более, говорить. Мне было так стыдно! Я пыталась закрыть за собой дверь, но она все не поддавалась. Дернула за ручку сильнее, но тщетно – что-то не давало ее закрыть. И лишь когда я обернулась, поняла, то Илай все это время стоял в проеме, удерживая ручку. В уголках его глаз залегли морщинки. Он улыбался так, будто понимал, какая сумятица творилась в моей голове.

– Мне завтра нужно купить подарок, – произнес хриплым голосом, пряча смех за кашлем. – У Луки день рождения через неделю, а я понятия не имею, что подарить этому идиоту.

Илай задумчиво потер лоб, будто и сам немного нервничал.

– Ты не поможешь?

На этот раз я гоню прочь от себя всю радость и восторг от его слов. Я должна сказать «нет», вернуться в квартиру и лечь спать. Я не должна ни с кем сближаться, но когда я открываю рот, с губ слетает совершенно другое.

– Да, конечно. Во сколько?

От его улыбки в груди так сильно стиснуло, что на мгновение стало нечем дышать. Я подумала о том, что впервые вижу, как он улыбается. Так естественно и по-доброму, и эта улыбка очень ему идет.

– В шесть часов вечера было бы здорово. После тренировки…

***

Я не могла сомкнуть глаз всю ночь. Перед глазами то и дело всплывал его взгляд, его губы у самого лица. Запах Илая до сих пор был на кончиках пальцев, я то и дело прислоняла ладони к лицу и вдыхала его.

После минут наслаждения и странных грез, я словно приходила в себя и принималась ругать себя за глупость. Разве об этом я должна думать?!

И так всю ночь. То ругала себя, то мечтала о завтрашнем дне, то стыдилась собственных мыслей. Может, он предложил это по-дружески?! Рядом с ним до сих пор крутится Юля и они еще не отпустили свое прошлое… В то же время в памяти всплывали слова Илая, сказанные мне вчера: « Не думай о том, что не имеет значения». Боже, моя голова готова была взорваться! И уснула я лишь под утро, проспав первый будильник, заведенный на пять часов.

Разбудили меня яркие лучи солнечного света, пробивающиеся сквозь шторы. Оторвала голову от подушки и посмотрела на время. Охнула. Восемь утра.

Ринувшись в ванную комнату, наспех приводя себя в порядок. Одевшись, выбежала в кухню выпить немного воды перед выходом. Но так и застыла в проеме, ошарашено глядя на нагое тело мужчины, повернувшегося ко мне спиной.

Это был Лука. Татуировка дракона, переползающая через плечо на лопатку, не оставляла сомнений. Он стоял во всей своей красе, упирая руки в бока, и смотрел в окно. Парень услышал шум, и хотел было обернуться, но я выскочила из комнаты первой и рванула напрямик к выходу. В коридоре едва ли не налетела на Катю. Она была в ночнушке на босу ногу. Волосы подруги были спутаны, а на лице красовались остатки вчерашнего макияжа.

– Ты чего в такую рань носишься? – нахмурилась, приложив ладонь ко лбу. Даже так было видно, насколько ей плохо после вчерашнего.

– Мне убрать зал нужно…

– Так выходной сегодня. Палача не будет…

Немного отлегло. Но и оставаться здесь я не видела смысла. По всей видимости, Катя теперь с Лукой… и мешать парочке я не хотела.

– Я уберу после вчерашнего, к обеду вернусь.

Катя кивнула. В этот момент в дверях появился Лука. И, слава богу, на этот раз на нем был халат.

– Эй, Цыпа, это ты там подглядывала в кухне? – проговорил, улыбаясь. Парень вставил между губ сигарету и посмотрел на меня.

Я готова была провалиться сквозь землю.

– Черт, Лука! – зарычала Катя. – Я же просила тебя не выходить из комнаты!

Лука пожал плечами, выпуская в потолок сигаретный дым.

Катя перевела на меня взгляд.

– Нин, я потом тебе все объясню, прошу никому…

– О чем ты? Я ничего не видела, – пожала плечами и выбежала на лестницу.

Мои щеки пылали! Какой ужас! Наверное, мне придется искать новое жилье. Не мешать же ребятам…

Глава 15. Хороший, но такой ненадежный

В клубе никого не было. Полная тишина и разруха. В кухню вообще было страшно заходить – куча коробок от фастфуда и бутылок пива. И не скажешь, что отдыхали спортсмены.

Мусора собралось три огромных мешка. Пока тащила все это добро к уличным жбанам, думала, свалюсь по дороге. После, еще пару часов ушло на мытье полов и снарядов. То и дело посматривала на дверь кабинета Палача. Мне не терпелось забрать новенькие документы, но сегодня его не было.

На самом деле настроение было прекрасным. Я находилась в приятном предвкушении встречи с Илаем. Мне было одновременно страшно, и не терпелось увидеться с ним. Я решила, что буду вести себя так, будто он мой старый знакомый и друг. Буду самой собой.

К обеду я закончила всю работу. В клуб так никто и не пришел. Выпив в одиночестве чай на кухне, посмотрела на часы. Надеюсь, Лука уже ушел от Кати? Не хотелось бы снова лицезреть его голый зад.

Хихикнула при воспоминаниях о парне. Все-таки смешной он. В начале казался мне неприятным из-за своего поведения. А теперь, узнав его немного ближе, я поняла, что он беззлобный. Просто сам по себе такой, дуралей.

Собрав вещи, закрыла клуб и поставила на сигналку. До Катиной квартиры решила прогуляться пешком, заодно и позвонить тете Маше, узнать от нее новости.

***

– Наконец-то, я уже думала ты не вернешься, – стоило мне переступить порог квартиры, как подруга едва ли не скрутила меня в объятиях. Удивленная такому всплеску эмоций, несколько секунд стояла неподвижно в ее руках.

– Почему я должна не вернуться? – усмехнулась нервно, когда она, наконец, отстранилась.

Катя пожала плечами.

– Думала, что Лука напугал тебя. И ты сбежала.

– Нет, не сбегу. Но если я тебе мешаю, я могу спокойно снять комнату. Только после следующей зарплаты.

Мы прошли в гостиную, Катя устроилась на диване.

– Никаких комнат, не неси чушь! Между нами ничего такого и Лука здесь жить не будет, – ее тон был категоричным. Это удивило меня.

– Почему бы и нет? Вы же вместе?

Катя вздохнула, отвернулась на секунду. Потянувшись к сумочке, достала пачку Chapman и, вытянув одну, закурила.

– Нин, только пообещай – все, что ты здесь услышишь, останется между нами? В клубе никто не должен знать…

– Конечно. Да я и не общаюсь ни с кем так, чтобы могла рассказать, ты же знаешь.

Она кивнула.

– И то верно.

Ее пальцы нервно теребили бахрому подушки. Я видела, как она нервничает, но понять не могла почему? Неужели с Лукой что-то не так? Или Катя таит какую-то тайну, не дающую им быть вместе?

– Он классный. Он веселый, сильный, трахается как бог, – выдохнула дым в потолок. – Но я не могу быть с ним, понимаешь?

– Не понимаю. Судя по всему, Лука только тебя и видит. Теперь все его приколы в клубе мне стали понятны. Вы давно вместе?

– Мы не вместе, – рявкнула недовольно.

– А как это называется, Кать? Он ведь голый у тебя по комнате ходит…

– Мы спим с ним периодически. Он преследует меня! Если иду на тусовку, то там каким-то образом оказывается и он. И все сводится к алкоголю и сексу. Да, он крут, до дрожи в коленках. Но как с таким иметь отношения? А? Бабок у него нет, сам по себе – жутко ненадежный. Жилье – маленькая квартирка на окраине…

– А тебе нужен какой?

Катя понимала мое неодобрение.

–Да, Нин. Вот такая я алчная сука. Мне нужен постоянный, стабильный. Мне нужен тот, кто обеспечит мне безбедную жизнь, понимаешь? А соглашаться быть с ним – все равно, что закрыть глаза и идти по минному полю. И наивно надеяться, что рванет где-то там, далеко…

Я не знала, что ей сказать. В какой-то степени я ее понимала. Да, Лука совсем не пример для подражания. Но каким бы олухом он ни был, сердце у него доброе.

Подвинувшись к ней, взяла ее за руку.

– Кать… я вышла замуж за очень богатого. Я жила в четырехэтажном доме, где работали служанки и садовники. Он мог купить отдельный остров, но все, что он делал для меня – вот, – я задрала рукав худи, демонстрируя ей круглые маленькие шрамы на предплечье. – Может, тебе стоит посмотреть на все это с другой стороны? Лука выигрывает бои, он хороший боец. Может он сможет заработать на ринге? Может, когда у него появится семья, парень станет другим?

– Да не станет он другим, Нин, – на ее глазах выступили слезы. – Не станет! Мы уже два года так, понимаешь?! Я ему столько шансов давала, а он их все в унитаз спускает! Как только я его подпускаю, он тут же делает мне больно! В последний раз, когда мы решили жить вместе, через неделю он пропал на три дня. А потом я узнала, что он просто завис в каком-то клубе с одной из стрипух. После еще неделю отсыпался у себя дома и никто, даже Палач, не мог его найти. Почему он до сих пор не в высшей лиге, знаешь? Да потому что он чертов придурок! На него нельзя положиться, от слова «совсем»!

Катя расплакалась, а мне стало стыдно. Видно же, что любит его, как бы ни скрывала и не отмахивалась. Да и ее понять можно…

– Иди сюда, – я обняла ее. Подруга разрыдалась еще сильнее. Я держала ее в руках, гладила ее волосы, думая о том, что, возможно, и сама сегодня пойду на встречу с таким же непостоянным и ненадежным. И мне, и Кате, лучше бы совсем этого не делать. Но врать себе не выйдет… я постоянно думаю об Илае. Он в моих мыслях, в голове. И, несмотря на их близость и непонятные отношения с Юлей, я все равно хочу быть рядом с ним. Даже пусть в качестве друга…

Внезапно раздался звонок в дверь. Мы с подругой вздрогнули от испуга.

– Кого еще принесло? – пробурчала недовольно Катя, смахивая с лица слезы.

– Ты сиди, я открою.

Подошла к двери и заглянула в глазок. Вот уж кого не ожидала увидеть здесь! На несколько секунд задумалась. А стоит ли открывать? Но эта упрямая особа снова нажала на звонок.

– Добрый день, – стоило распахнуть дверь, Юля уставилась на меня удивленными глазами.

– Катя дома?

Почему она такая высокомерная? Почему нельзя сначала поздороваться, а потом уже спросить?

В этот момент в коридоре появилась подруга.

– Юлька? А ты что тут делаешь? – воскликнула удивленно. В ответ, Юля потеснила меня и прошла в квартиру. И только тогда я увидела, что в ее руках чемодан. Этого еще не хватало!

Глава 16. Забери мою боль

Она плакала, запивая слезы сладким чаем. Сидела и жаловалась Кате на Палача. Оказывается, Юля беременна, а он не хочет детей. Девушка заявила ему, что не будет делать аборт, и ушла.

Я, наверное, плохой человек, раз мне совсем не было ее жалко.

Катя носилась с ней, будто с маленьким ребенком. И судя по всему, Юля собиралась задержаться здесь надолго.

– Катюш, мне некуда идти. Родители в другом городе, я не хочу заставлять их нервничать. Могу я остаться у тебя?

Подруга поморщилась. Ей было неудобно отказывать в помощи, но единственное свободное спальное место занимала я.

– Давай на пару дней, а там найдем тебе жилье? У меня ведь Нина.

Юля бросила в мою сторону недовольный взгляд.

– А что у Нины нет своего жилья? – девушка осмотрелась по сторонам. Я не хотела ей грубить, она ведь в положении. Только поэтому ни слова не сказав, я ушла в другую комнату.

Мне было дико неприятно одно ее присутствие здесь. Удивительно, но даже в таком плачевном состоянии девушка продолжала вести себя, как сука. Что ж, видимо мне действительно пора было искать новое жилье… Подумала о том, чтобы попросить у Палача занять на пару недель комнату отдыха. Все равно в ней кроме меня никто не бывал. А когда получу зарплату, найду себе скромную комнату и благополучно перееду туда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.