Геннадий Ищенко
Проверка. Книга первая

Пролог

Сад был великолепен! Огромные деревья возносили свои кроны к видневшемуся в вышине хрустальному куполу потолка, более низкие переплетали свои ветви, образуя усыпанные прекрасными цветами зелёные коридоры вдоль мозаичных дорожек. Повсюду летали крошечные птицы с ярким оперением, которые зависали возле цветов, вытягивая из них нектар длинными тонкими клювами. Гудели пчёлы, облетавшие мелкие цветы, которыми были усеяны росшие повсюду кусты. Необыкновенно чистый, напоённый цветочными ароматами воздух, льющиеся с потолка потоки света, яркая зелень листвы и радующие глаз плоды… Идущей по одной из дорожек девушке всё это уже давно надоело и не радовало глаз. Она сама была сказочно прекрасной и вызвала бы восхищение у любого мужчины, если бы не третий глаз, который сиял на лбу золотистым светом. Любой, на кого падал его взгляд, помимо страха, ощущал собственное ничтожество перед богиней этого мира.

Возникший на дорожке мужчина не испытывал страха к хозяйке сада. На вид гостю можно было дать лет сорок. У него были красивое мужественное лицо, фигура атлета, прикрытая ослепительно-белой туникой с тонким золотым поясом, и длинные каштановые волосы, которым могли позавидовать многие женщины.

– Привет, Трёхглазая! – сказал он приятным голосом. – Сколько же столетий мы не виделись?

– Привет, Странник! – улыбнулась ему девушка.

Улыбка преобразила её лицо: теперь в него хотелось смотреть до конца времён. Третий глаз не исчез, но его свет померк в сиянии огромных, радостно распахнутых глаз.

– Всё так же прекрасна! – сделал он комплимент. – Я рад, что ты не поменяла внешность. И это платье тебе очень идёт.

– Я знаю, – опять улыбнулась девушка. – Не хочу ничего в себе менять. Внешность – это только оболочка, но я привыкла к своей. И ты тоже, как я вижу, мало изменился.

– Скучаешь? – спросил мужчина. – Можешь не отвечать, это и так видно. Сколько ты уже занята этим миром?

– А то ты не знаешь! – сказала она, перестав улыбаться. – Он мой уже пять тысяч лет! Если бы ты знал, Арман, как мне всё здесь надоело! Этот мир застыл, как букашка в куске окаменевшей смолы, и не хочет никуда двигаться!

– Подтолкни, – посоветовал тот, кого она назвала Арманом. – Все играют со своими мирами, чем ты хуже?

– Я установила законы, и они их выполняют, – возразила девушка. – Самой что-нибудь нарушить? Я этого не хочу.

– Возьми ещё один мир, – предложил Арман.

– Где я его возьму? – с прорезавшимся раздражением спросила она. – Миры с разумными, да ещё свободными от богов – это большая редкость!

– А я здесь для чего? – с улыбкой спросил он. – В отличие от таких домоседок, как ты, я постоянно брожу по Вселенной. Недавно натолкнулся на очень интересный мир и сразу вспомнил о тебе. Там живут только люди, если не считать полуразумных обитателей океанов. Мир подошёл к черте и в любой момент может её перейти. Их нужно спасти, а потом научить жизни. Эта работа на века, а я ленив. Дай, думаю, сделаю подарок Вероне.

– Просто так подаришь целый мир? – недоверчиво спросила девушка. – И ничего не потребуешь взамен?

– Ты же знаешь, как я к тебе отношусь, – сказал он, подходя к ней вплотную. – Смертные назвали бы это любовью.

– Когда-то я им завидовала, – вздохнула богиня. – Даже сама принимала облик смертной девушки… Меня любили по-настоящему, думая обо мне неустанно, а не так, как ты, – раз в двести лет. Увы, любовь смертных слишком недолговечна! Даже я не могу подарить им вечность, не изменив человеческую природу, в моих силах только продлить их жизнь. Ладно, показывай свой мир. Посмотрю, может быть, за него не стоит браться.

– Войди в сферу и следуй за мной, – сказал Арман.

Каждый из богов очутился в прозрачном шаре, диаметром чуть больше их роста. О наличии сфер можно было догадаться только по едва заметному свечению. Сначала в воздух поднялся шар Армана, следом за ним взлетела в своём шаре Верона. Оба шара пролетели через хрустальный купол дворца и с огромной скоростью устремились в небо. Пробив облака, они в считанные секунды оказались в космосе.

«Куда дальше? – мысленно спросила богиня. – Поспеши, я уже давно насмотрелась на свой мир!»

«Видишь барьер? – спросил Арман. – Иди за мной по привязке».

Оба шара замерцали и исчезли. Возникли они уже над другим миром.

«Как много воды, – удивилась Верона. – Так, кажется, я поняла! У тебя есть совесть? У меня не хватит пальцев на руках, чтобы посчитать причины, по которым здесь всё погибнет в ближайшие сто лет!»

«Можешь вернуться в свой дворец и продолжать скучать дальше, – усмехнулся Арман. – Эти причины можно убрать полностью или частично, и не самой, а руками здешнего человечества. В конце концов, их можно увести в какой-нибудь другой мир. Это миров с разумными мало, а просто живых намного больше. Хотя, конечно, для женщины это слишком сложно».

«Сколько мерзости и глупости! – презрительно сказала она, рассматривая новый мир. – Ты действительно считаешь, что их нужно спасать?»

«Ты не права, – возразил Арман. – Даже среди взрослых не так уж много мерзавцов, а если взять детей…»

«Ты говорил об игре, – перебила Верона, – вот я и сыграю! Возьму одного из тех, кто не замаран, и отправлю в свой мир, а потом посмотрю на результаты».

«Бери кого-нибудь из русских, – посоветовал бог. – Это самый сильный и бесшабашный из больших народов. Может получиться интересно. Россия вон там!»

Оба шара полетели в ту сторону, куда он махнул рукой. На этот раз первой летела Верона, а Арман следовал за ней. Снизившись, они пробили облака и увидели под собой огромный город. Боги опустились ниже и, никем не замеченные, полетели над заполненной машинами автострадой.

«Вон там! – выбрала богиня, направляя свой шар к девятиэтажному дому. – Девчонка, вполне подходящая для испытания».

«Эта? – спросил Арман, когда они очутились в квартире. – Ты сошла с ума: ей же только тринадцать местных лет. Её сразу убьют!»

«Вот и посмотрим, – улыбнулась богиня, и эта улыбка не добавила ей привлекательности. – Не выходи, я сама».

Сфера Вероны исчезла, и она очутилась в небольшой комнате за спиной сидевшей за компьютером девочки.

«Славная, – сказал Арман. – Тебе не жалко?»

«Всё равно погибнет, если я им не помогу, – равнодушно ответила богиня. – Я не просто так заброшу её в свой мир, кое-что получит. Вроде не дура, поэтому у неё будут шансы уцелеть».

Видимо, девочка почувствовала чьё-то присутствие и обернулась.

– Ой, кто вы? Новая соседка? Так я заперла дверь… – Она увидела третий глаз богини и удивлённо на него уставилась.

«Она не боится, – заметил Арман. – Странная реакция».

«У неё в голове какие-то инопланетяне, – сказала Верона. – Ладно, нечего с ней возиться».

Девочка слетела со стула и очутилась в сфере, в которой пролетела через пять этажей и устремилась в небо.

– Что ты ей дала? – поинтересовался появившийся в комнате бог.

– Немного, но ей хватит, – ответила Верона. – Она знает все языки моего мира и не подвластна ничьей магии. Ещё укрепила пятки. Там, где она окажется, это будет нелишним.

Глава 1

Сначала Настя не поняла, что за женщина вошла в её комнату, потом не поверила в то, что видит. Она успела испугаться, но не появившейся в комнате трёхглазой красавицы, а того, что рехнулась после чтения книг сестры. Танька была увлечена эльфами и драконами и накупила целую полку книг о приключениях в магических мирах. Сестра была на четыре года старше, поэтому увлечения не ограничились чтением. Этим летом она познакомилась с такими же чокнутыми парнями и девчонками и несколько раз выезжала с ними за город, где они, по её рассказам, стреляли из лука и сражались мечами из дюраля. Наверное, на этих выездах не только дрались, потому что после них у сестры появилось фото парня, которое она подолгу рассматривала, когда думала, что никто не видит. Настя тоже читала эти книги, и многие из них понравились. Но одно дело, когда читаешь интересные истории о том, чего не может быть, и совсем другое – такие вот глюки.

Что-то подхватило её под мышки и выдрало из кресла. Девочка очутилась в небольшом, метра полтора в диаметре, шаре, который слегка прогибался под её весом и слабо светился. Потом перед глазами что-то замелькало, и она поняла, что вместе с шаром уносится куда-то в небо.

«Похитили инопланетяне!» – мелькнула мысль, которая тут же получила подтверждение.

Прошло несколько секунд, и она была уже в космосе, а внизу голубел огромный шар Земли, такой же, каким его показывали со спутников. Настя не чувствовала веса тела, а выдранная из компьютера мышь летала внутри шара, отскакивая от его стенок. Девочке по-прежнему было страшно, но она не плакала и не кричала, потому что не успела обдумать случившееся и не верила в то, что всё происходит на самом деле. Изображение Земли замерцало и исчезло. Теперь повсюду были одни звёзды. Прошло несколько мгновений, и под ней опять засияла планета, но это была уже не Земля. Первое, что бросилось в глаза, – это отсутствие океанов. Морей на ней хватало, но они были разбросаны в разных местах, покрывая только треть видимого пространства. Зелени и облаков в этом мире было много. Шар не дал возможности долго рассматривать планету, он начал с огромной скоростью на неё падать! Это было так страшно, что Настя не выдержала, зажмурила глаза и в первый раз с момента похищения завизжала. В следующий миг шар исчез, и после короткого падения девочка чувствительно ударилась о землю. Откуда-то сверху доносились крики птиц, и сильно пахло прелой листвой. Настя открыла глаза и с изумлением осмотрелась. Повсюду виднелись гигантские деревья, кроны которых возносились на такую высоту, что не было видно никаких подробностей. Они росли не очень близко друг к другу, но полностью закрывали небо, создавая внизу зелёный полумрак. В этом лесу было много лиан, которые, обвивая стволы, уходили вверх на десятки метров. Это уже не было похоже на глюки, поэтому до Насти дошло, что она действительно очутилась в чужом мире и, скорее всего, не сможет вернуться в свой. Она неоднократно читала об исчезнавениях людей, но никто не писал об их возвращении. Родители, сестра, подруги и Сашка, который нравился второй год, – всё это было потеряно навсегда! Ей стало так жалко себя, что слёзы не потекли, а полились из глаз. Выплакавшись, Настя поднялась на ноги и проверила карманы шорт. В правом оказались ключи от квартиры, а левый был пуст. Кроме шорт на ней была надета майка, а на ногах каким-то чудом удержались шлёпанцы. Да, рядом с ней лежала мышь с оборванным проводом. Её девочка проигнорировала, а шлёпки сняла и взяла в руки. Прежде всего нужно было выбираться из этого леса. Здесь не было ни еды, ни даже воды, и на такие деревья не заберёшься в случае опасности.

Все знают, что человек ходит в лесу кругами. Солнца не было видно, и Настя сделала единственное, что пришло на ум: выбирала дерево в полусотне шагов впереди, а подойдя к нему, намечала следующее. Ходьба по лесу не нагружает голову, поэтому появилась возможность подумать. Своего опыта в таких приключениях не было, был книжный, но пока она знала слишком мало, чтобы что-то решать. Настя шла уже час, но лес и не думал меняться. Неужели она кружит по одному месту?

Видимо, чудовище стояло неподвижно, частично прикрытое стволом дерева, поэтому девочка не обратила на него внимания. Обратили внимание на неё. Довольно ухмыльнувшись, навстречу шагнуло существо на две головы выше её отца и гораздо шире в плечах. Лицо у него было человеческим, а вот туловище больше походило на обезьянье. Всё тело поросло зеленоватой шерстью, а руки были длиннее ног. Пальцы на них заканчивались изогнутыми когтями сантиметров по пять длиной. Глаза чудовища полыхнули зелёным светом, а мясистые губы разошлись в улыбке, показав приличных размеров клыки. Опомнилась Настя только после того, как очутилась на дереве метрах в десяти над землёй. Веток здесь не было, поэтому девочка вцепилась руками в неровности коры, а ногами обхватила ствол лианы.

– Почему убежала? – сказало чудище. – Быстро слезай, а то сильно хочется жрать.

– Ты кто? – с дрожью в голосе спросила Настя. – И что тебе от меня надо?

Разговаривали на каком-то гортанном языке, который она почему-то прекрасно знала.

– Совсем глупая, да? – спросило чудовище. – Орков не знаешь? Я тебя нашёл, поэтому ты должна не бегать по деревьям, а подойти и дать себя съесть.

– Это ты дурак! – набравшись смелости, сказала Настя. – Разумных есть нельзя, тем более детей!

– Когда голоден, можно жрать всех, – без тени сомнения ответил орк. – Лишь бы не попался тот, кто может сожрать меня. Ты чокнутая?

– Сам такой! – крикнула девочка, у которой от переживаний опять потекли слёзы.

– Не, я нормальный, – для чего-то ощупав голову, сказал орк, – а ты, должно быть, чокнутая. На них не действует наша магия.

– Дура трёхглазая! – заревела Настя. – Не могла забрать сестру! Она старше меня и хоть как-то умеет махать мечом…

– Нельзя так называть Повелительницу! – сжался в страхе орк. – Худо будет!

– Мне можно, – шмыгнув носом, сказала девочка, которой пришла в голову мысль использовать его страх. – Она для чего-то перенесла меня в ваш мир и сказала, что накажет любого, кто меня обидит.

– Я тебя не обижал, – замотал он головой. – Я даже передумал тебя есть, иначе давно сдёрнул бы за лиану. А про еду сказал потому, что сильно хочется жрать. Шутка это была, поняла?

– Не будешь есть? – уточнила Настя, державшаяся на дереве из последних сил.

Если бы этот зелёный дёрнул за лиану, она точно упала бы вниз.

– Я не дурак, чтобы связываться с богиней, – сказал орк. – Чупча умный!

Девочка с трудом слезла на землю, ободрав кожу о жёсткую кору лианы. Ноги не держали, поэтому она села на листву, с опаской посматривая на орка.

– Чего сидишь? – спросил он. – Я сейчас уйду, и придёт кто-нибудь другой, уже не такой умный. Сожрёт тебя раньше, чем скажешь о трёхглазой, а богиня не будет разбираться и накажет всех орков в этом лесу!

– А где кончается лес? – спросила Настя. – Мне уже тоже хочется есть, а здесь вся живность где-то наверху. Я не видела даже грибов.

– А зачем тебе грибы? – с опаской спросил орк. – Их не едят даже маги, только самые чокнутые из колдунов!

– Ты ничего не сказал о лесе, – не ответив на вопрос, напомнила девочка.

– Там он кончается, – показал лапой орк. – Там мой дом и бегает много живности, но почти все быстрые или в колючках. Как ты хочешь их поймать?

– Пойдём, – сказала Настя. – Сначала надо посмотреть, что у вас за живность, а потом будем думать. Если её много, значит, кого-нибудь поймаем. Долго идти?

– Три раза могу спеть, – ответил орк. – Начинать?

– Начинай, – не подумав, разрешила девочка.

Следующий час ей пришлось слушать выкрики, которыми Чупча славил свои ум и силу. Фантазия у него была небогатая, поэтому пение состояло из бесконечного повторения нескольких фраз. Было видно, что это занятие доставляет орку удовольствие.

– Самому себе петь приятно, – сказал он, – но когда кто-нибудь слушает, хочется петь без конца. Правильно я тебя не съел. Мяса в тебе почти нет, одни кости, а вдвоём веселей. Я уже и не помню, когда в последний раз с кем-то разговаривал. Смотри, это мой дом!

Лес громадных деревьев закончился, а тот, в котором они шли, напомнил Насте лес под Тулой, куда они ездили семьёй отдыхать. Только в том лесу не было лиан, а здесь они росли повсюду. То, что орк назвал домом, было нагромождением огромных камней, которые образовали что-то вроде пещеры. Вход был закрыт камнем поменьше, который Чупча убрал в сторону. Небольшая пещера освещалась через отверстие входа и дыру в потолке. На песчаном полу лежала куча сухих листьев, а возле входа были разбросаны очищенные от мяса кости. Девочка присела возле костей и стала выбирать из них длинный и острый обломок, который можно было бы использовать в качестве ножа.

– Зачем тебе старые кости? – спросил Чупча.

– У меня нет твоей силы или когтей, – ответила она, – поэтому попробую сделать нож. А с его помощью можно будет придумать что-нибудь для охоты.

– Ты так уже охотилась? – с сомнением спросил орк.

– Нет, – созналась Настя, – но я читала, как это можно сделать.

– Ты умеешь читать? – поразился Чупча. – Подожди, сейчас я что-то достану!

Он подошёл к одной из каменных глыб и сдвинул её в сторону. Образовалась щель, в которую орк засунул свою лапу и что-то вытащил.

– Попробуй прочитать, – сказал он, передавая девочке книгу.

Она взяла и чуть не упала на песок. Небольшая по размерам книга весила килограммов двадцать. Раскрыв затвердевшую кожаную обложку, она увидела, что в неё вложена пачка тонких золотых пластин, с нанесёнными на них значками. К удивлению Насти, эти закорючки сразу же начали складываться в понятные слова.

– Год две тысячи сорок пятый, – прочитала она на первом листе. – В храм великой Вероны доставили сыновей мятежных вождей Сарума. Их всех принесли в жертву… Зачем читать такую гадость? Неужели у вас приносят жертвы?

– Ей очень много лет, – сказал орк. – Мы никого не приносим в жертву, всех съедаем, а люди… О них ничего не скажу. Они давно сюда не ходят. Брось свою кость, сейчас дам нож.

Чупча заложил книгу в щель и взялся за другую плиту. Проделав с ней те же манипуляции, что и с предыдущей, он извлёк из ниши кожаный мешок.

– У тебя под каждым камнем склад? – спросила девочка.

– Тут шляется много всяких, – ответил он. – Своё добро нужно прятать, а то лишусь всего. Это имперские вещи, которым сейчас нет цены. Они ещё с тех времен, когда богиня жила с нами. Потом она из-за чего-то рассердилась, и империи не стало. Ножик я дам не насовсем, а только на время. Обожди, сейчас я всё высыплю.

Он наклонил мешок и вытряхнул из него несколько кинжалов и небольшой меч. Оружие было великолепно отделано золотом и гранёнными драгоценными камнями. Прежде чем орк успел помешать, Настя схватила меч и вытащила его из ножен.

– Положи, дура! – заорал Чупча. – Это же Ни-хай!

«Отруби себе запястье!» – приказал голос в голове девочки.

«С какой стати? – так же мысленно ответила она. – Кто мне посоветовал такую глупость?»

«Я не посоветовал, я приказал, – неуверенно сказал голос. – Как ты можешь противиться моей магии?»

«Ты так и не сказал, кто ты, – напомнила она. – Неужели меч?»

«Меч – это только оружие, к которому я привязан, – объяснил голос. – Души паладинов великой богини были тесно связаны с их оружием. Никто, кроме великих воителей, не имеет права его касаться. За это я наказываю. Только с тобой это почему-то не получается».

«Может, потому, что меня в этот мир забросила ваша богиня? – предположила девочка. – На меня не подействовала и магия вашего орка».

«Тебя прислала великая Верона?» – поражённо спросил паладин.

«Не знаю, как её зовут, – ответила Настя. – Она мне не представлялась. Зыркнула тремя глазами и забросила сначала в какой-то шар, а потом сюда. Я об этом не просила, мне было неплохо и дома».

«Богиня ничего не делает просто так, – задумчиво сказал паладин. – Она перенесла тебя в наш мир и дала свою защиту от магии. Значит, тебе предстоит выполнить что-то очень важное. Вот только ребёнок, да ещё женщина… Давай придём к соглашению. Я научу тебя сражаться любым оружием, а ты оставишь этот меч в пещере».

«Я согласна, хочу только спросить. Неужели тебе не надоело валяться под этими камнями? Я ведь не собираюсь прожить здесь всю жизнь. Я узнала, что здесь есть люди, и обязательно уйду к ним. Если мне нужно выполнить что-то важное, наверняка со мной будет интересно. Я хотела бы иметь такого друга, как ты. И полезному научишь, и совет дашь. Я ведь совсем не знаю вашего мира».

«Девчонка… – с сомнением сказал паладин. – У нас были воительницы, и я легко могу дать тебе знания мастера, но с твоими возрастом и силой от них будет мало толку».

«Возраст будет набегать, а силы можно увеличить, – возразила она. – Вот только как бы найти еду… У меня уже подвело живот, а у орка он играет, как целый оркестр. Боюсь, что он не выдержит и меня съест».

Они мысленно говорили на каком-то новом языке, поэтому Настя могла не бояться того, что сказанное услышит Чупча.

«Мы в лесу? – спросил паладин. – Здесь есть река?»

«Есть, – спросив у орка, ответила девочка, – а что?»

«Закрой глаза и возьмись двумя руками за меч! – сказал паладин. – Сейчас научу тебя охотиться и ловить рыбу. А над твоими словами подумаю. Пока научу драться, будет время принять решение».

Настя убрала меч в ножны и взялась одной рукой за них, а другой – за рукоять. В глазах зарябило, и их пришлось закрыть. Она не знала, сколько длилось обучение, но осталось ощущение, что это было очень недолго.

– Придётся тебе отдать на время и этот меч, – сказала девочка удивлённо смотревшему на него орку. – Богиня велела ему обучить меня драться. Не скажешь, почему ты его боишься?

– Это Ни-хай, – повторил Чупча, – живое оружие. Когда я с дури схватил, он приказал мне пробить руку. Дырка потом долго зарастала. Пусть учит, а там посмотрим, может, отдам совсем. Всё равно его нельзя использовать или обменять, получается, бесполезная в хозяйстве вещь.

– Он научил, как добыть много еды, – поделилась Настя. – Как стемнеет, займёмся рыбалкой, а пока я буду делать лук. Можно охотиться ловушками, но с луком проще. И займёмся огнём. Он будет нужен для рыбалки, и жареное мясо вкуснее сырого.

– Не нужно заниматься луком, – со вздохом сказал орк, подошёл к ещё одной плите и достал из-за неё отличный лук со спущенной тетивой и колчан со стрелами.

– Стрелы боевые, – определила девочка. – Где взял? Ты не мог им пользоваться с такими когтями.

– Лет пять назад в столицу пробрались трое грабителей, – объяснил Чупча. – Их съели, а я тогда был сыт и отказался от мяса, взял свою долю вещами.

– В какую столицу? – не поняла она.

– Это столица империи! – сказал он, обведя вокруг себя лапами. – Думаешь, почему здесь нет большого леса? Тысячу лет здесь ничего не росло из-за магии, а потом вырос этот лес. Кое-где сохранились остатки домов и дворцов, в них иногда роются. Мы уже давно ничего не ищем, а люди иной раз приходят.

– Согни лук, – попросила Настя, – только не перестарайся, а то сломаешь. Хватит!

Она накинула петлю и закрепила второй конец тетивы.

– У меня не хватит сил стрелять во что-нибудь крупное, – сказала девочка, на пробу оттянув тетиву, – но птицу уже можно бить.

«Если у меня хватит духу убить, – мелькнула мысль. – Господи, я ведь буду учиться не просто махать мечом, а убивать людей! Смогу ли?»

– Сейчас я принесу всё для розжига костра, – сказала Настя орку, – а ты собери побольше сухих сучьев.

Она взяла один из кинжалов, к которому был прикреплён тонкий ремешок, и повесила его на шею, как вешал железный зуб Маугли. Меч зарыли в листву, а остальное оружие Чупча убрал за плиту. После этого оба ушли в лес, стараясь не удаляться от пещеры. Пока девочка искала всё необходимое, орк дважды принёс большие охапки сухих сучьев. Огонь получили очень просто. Зелёный помощник Насти взял в свои лапы палку, которую девочка слегка заострила кинжалом, вставил в углубление в куске дерева и начал вращать. Вскоре завоняло палёным и дерево начало дымиться. Немного выждав, Настя бросила на него сухой мох и принялась раздувать огонь. Большого костра не разжигали, а дым от малого уходил в отверстие в потолке. Вскоре стемнело, и они отправились на рыбалку. Перед этим девочка сделала острогу из палки и подходящего куска кости. Речка была рядом, а рыбы в ней водилось столько, что за полчаса наловили ведра четыре. Настя держала над водой горящую ветку, а Чупча сначала пытался бить подплывавшую к ним рыбу острогой, но потом выбросил неудобную палку и начал выхватывать рыбин из воды когтями, как это делают медведи. Голодный орк не удержался и съел их пару сырыми. Настя терпеливо дождалась, пока рыба зажарится, а потом остынет. Чупча после сырой рыбы съел ещё и жареную, и они, погасив костёр и закрыв вход, легли спать.

«Утром сидела за компом, а сейчас буду спать в пещере с людоедом, – думала девочка, лёжа на выделенных ей орком листьях. – Интересно, почему я? Что во мне особенного? И почему я один раз выплакалась и больше не реву? Может, это из-за того, что надеюсь вернуться домой, или из-за урока мёртвого паладина? И что со мной будет, когда он передаст всё?»

Проснувшись утром, сразу же занялись рыбой. Вчера орк выкопал возле реки большую яму, которая быстро заполнилась водой. В неё и бросили рыбин, кроме тех, которых он сильно попортил когтями. Крупные хищники не водились рядом с орками, а мелким было не под силу их ограбить. Другие орки обитали ближе к городу и редко появлялись в этой части бывшего императорского парка.

– Рыба быстро надоест, – сказала девочка, когда они зажарили и съели часть вчерашнего улова. – Сегодня поохочусь на птицу, только сначала поучусь у твоего Ни-хай. Чупча, а как далеко живут люди?

– Зачем они тебе? – спросил орк. – Еды вдоволь, врагов нет, и тебе пока рано заводить семью.

– Я долго буду с тобой, – успокоила его Настя. – Мало научиться драке, надо стать сильной, а для этого нужно время. А спрашиваю, потому что интересно знать.

– Я не знаю, – задумался Чупча. – У них не было много припасов, поэтому вряд ли ехали откуда-то издалека. Нет, мы их не расспрашивали. Мы редко разговариваем с людьми, тебе просто повезло, что я такой.

– Да, ты очень хороший, – польстила ему девочка. – Другие орки с тобой и рядом не стояли!

– Да, я такой, – довольно сказал он. – Слушай, у этого меча можно попробовать узнать, где спрятано золото. Мне оно ни к чему, а тебе пригодится. У тебя нет даже нормальной одежды. Это здесь можно бегать голышом, а у людей за такое могут наказать плетями. Богиня их потом испепелит, но твоя шкура будет заживать долго.

– Попробую, – неуверенно сказала она. – А другие орки не помешают? Они ведь живут в развалинах.

– Мы живём по понятиям, – объяснил Чупча, – а по ним чужая добыча священна. Скажу, что ты моя прислуга, и тебя никто не тронет. Конечно, не съедят, если я буду рядом. А золото и подавно моё, поэтому я не обязан ни с кем делиться. Потом могут выбрать время и отобрать, а сразу никто не тронет.

Полежав с час на листьях, Настя взяла меч и ушла в дальний угол пещеры. Достаточно было на несколько сантиметров обнажить клинок, чтобы в голове зазвучал голос паладина:

«Готова к занятиям? Возьмись за ножны и закрой глаза».

На этот раз перед глазами что-то мелькало даже с закрытыми веками и сидеть пришлось дольше.

«Всё», – наконец сказал паладин.

«Что всё? – не поняла девочка. – Чему ты меня учил, если я ничего не могу вспомнить?»

«Я передал тебе искусство боя, которым владел при жизни. Это и меч, и кинжал, и работа двумя клинками, которую ты вряд ли когда освоишь, и даже бой без оружия. Паладин мог сразиться с десятью мастерами меча и победить! Это сейчас в тебе, но начнёт проявляться только с завтрашнего дня. Твоей голове нужен ночной отдых, чтобы усвоить все знания. Теперь главное – это занятия. Ты будешь знать упражнения на силу и гибкость. Поначалу нагружайся не слишком сильно, а то можешь что-нибудь себе повредить. Но уже через две декады ты должна заниматься полдня, иначе не будет толку. Ты ведь не собираешься сидеть здесь десять лет?»

«И пять не собираюсь, – ответила она. – Я с удовольствием убежала бы к людям прямо сейчас. Жаль, что этого нельзя сделать».

«Я так и думал, – сказал паладин. – Когда передавал тебе знания, самую чуточку заглянул в твою память и поразился чуждости твоего мира. Я почти ничего в нём не понял, поэтому и тебе будет трудно понять наш. Вот ты рвёшься к людям, а кем ты представишься? Ты дворянка? Ах, у вас нет дворян! Но они есть у нас. Необязательно выдавать себя за дворянку, можно представиться дочерью купца, но тогда у тебя будет меньше возможностей выполнить волю богини. Но кем бы ты ни назвалась, с тобой будут считаться только тогда, когда станешь сильной. Если женщина слаба и рядом с ней нет мужчины или надёжной охраны, она может стать добычей любого, кого заинтересует. А для ребёнка это и подавно так! Ты долго не будешь противницей мастерам. Сможешь нанести неожиданный удар, воспользовавшись тем, что его никто от тебя не ждёт, но и для этого нужно развивать тело и оттачивать навыки. Пойми, что для тебя мастерство боя – это гарантия независимости. За тобой нет семьи, а рядом долго не будет мужчины. Со слугами я постараюсь помочь. Если осталось хоть что-то от моего дома, можно найти хранившиеся в нём драгоценности и золото. Тайник, о котором знал только я, продержится тысячелетия, а грабителям его не найти. Золото – это тоже власть, только им нужно уметь воспользоваться, иначе вместо пользы может быть вред. Его отберут, а тебя прикончат, чтобы не было неприятностей. Подумай о том, чтобы забрать с собой орка. Не знаю, как сейчас, а когда-то их часто нанимали охранниками. Он не возьмёт меч в свою лапу, но это и не нужно. Достаточно прикрыть грудь бронёй и надеть боевые браслеты, которыми он отведёт удар меча и будет разить врагов».

«Он не пойдёт к людям, – покачала головой Настя. – Они интересуют его только как мясо».

«Глупости, – отмёл её возражения паладин. – Все орки бездельники и любители хорошо поесть. Это плохо сочетается, поэтому они часто жили впроголодь. Каждый орк мечтал стать телохранителем. Не нужно было ничего делать, только пугать своим видом. Драки случались редко и не отпугивали, а еды было столько, сколько они могли в себя запихнуть. Твой всё равно должен будет проводить тебя до ближайшего города, где сможешь нанять слуг. Накормишь его от пуза, справишь одежду и вооружишь, так он сам не захочет уходить».

«А когда пойдём за золотом?»

«Не терпится? – спросил паладин, и девочке показалось, что он усмехнулся. – Позанимаешься три декады, а я посмотрю, стоит ли тебе помогать. Богиня ведь может выбрать и другого ребёнка. Поняла намёк?»

«Я буду стараться! – пообещала Настя. – Честное слово! После еды заниматься рано, поэтому поохочусь, а потом начну осваивать упражнения».

Она спрятала меч, взяла лук и стрелы и вышла из пещеры, оставив в ней храпящего Чупчу. Охота оказалась неожиданно лёгкой. Перед тем как к ней приступить, девочка постреляла в стоявшее рядом с пещерой дерево. Управляться с луком оказалось нетрудно. Если верно то, что лук даётся не всем и лучником надо родиться, значит, у Насти были необходимые способности: все выпущенные стрелы вонзались туда, куда она их посылала. Дичи вокруг было навалом. Орки могли заставить своей магией идти им в рот любую птицу или кролика, вот только и эта живность прекрасно понимала, чего нужно опасаться, и при запахе орка или шуме его шагов разбегалась и разлеталась так, что лес выглядел безжизненным. Когда девочка шла одна, её подпускали совсем близко. Настя не чувствовала жалости к своей добыче, для неё это было бегающее и летающее мясо. Опять последствие уроков паладина? Если девочка не ошиблась, то он сильно ей помог. Первый выстрел в похожего на зайца зверька закончился промахом. Он метнулся в сторону, и стрела вонзилась в землю. У здоровенной, похожей на индюка птицы метаться в воздухе не получилось. Когда она взлетела из кустов, Настя сбила стрелой, почти не целясь. Вот тащить добычу в пещеру было тяжело. Когда она дотянула индюка до входа, руки просто отваливались. Почуявший мясо орк моментально проснулся и помог выпотрошить птицу и ободрать перья. Потом разорвал её на несколько кусков и один съел сырым, а остальное оставил жарить. Настя хотела обмазать птицу глиной и запечь, но так устала, что предоставила Чупче разжигать костёр и жарить мясо. Она даже не стала заниматься упражнениями, решив отработать завтра за два дня.

– Мясо лучше рыбы! – радовался зелёный обжора. – Хорошо, что я тебя не съел! В этой птице мяса больше, чем в тебе.

– Завтра принесу ещё, – пообещала девочка. – Не знаешь, здесь можно где-нибудь достать котёл? Жареное скоро надоест, а в котле я чего-нибудь сварила бы. О хлебе не спрашиваю, у вас его наверняка нет, а я не привыкла есть одно мясо.

– Привыкай, – сказал он. – Тебе нужно много мяса. А котлы кое у кого есть, только никто не даст. Мы отбирали их у людей, а они сейчас сюда не ходят, я тебе об этом уже говорил. Спрашивала о золоте?

– Он покажет, если сохранилось одно место, – ответила Настя, – но не сейчас, а через три декады. Хочет, чтобы я вкалывала на тренировках из-за золота. Мол, если буду сачковать, не будет и золота, а богиня возьмёт себе кого-нибудь другого.

– Ему можно так говорить, он мёртвый, – сказал Чупча. – Почтение к богине и её заветам – это главное! Великая Верона ушла к себе, но за нами присматривают её слуги.

– Так уж за каждым и присматривают? – не поверила девочка. – Для этого не хватит никаких слуг.

– За тобой точно присматривают, – сказал орк то, о чём она сама почему-то не подумала. – Раз тебя к нам прислали, то не просто так и должны интересоваться. А когда будут смотреть на тебя, увидят и всех, кто рядом.

– Мне не будет пользы от такого интереса, – подумав, сказала Настя. – Какая разница, скрутит она головы моим обидчикам или нет, если меня уже убьют?

Глава 2

Настя подошла к своему календарю и вытащила кинжал из ножен. На небольшом, прислонённом к стене пещеры бревне появилась ещё одна зарубка. Девочка знала, что их должно быть три десятка, но всё равно пересчитала.

«Прошло тридцать дней, – мысленно обратилась она к паладину. – Ты мне что-то обещал?»

Меч лежал в другом углу пещеры, но для разговора уже не нужно было брать его в руки, можно было общаться и на расстоянии.

«Мало занимаешься, – проворчал паладин. – Сколько времени пропадает зря!»

«Почему мало? – возмутилась Настя. – Полдня делаю упражнения и занимаюсь с мечом! Это больше того, что ты требовал! Вон какие выросли мышцы, у меня никогда таких не было!»

«Ты не очень гордись и не расслабляйся! – ответил паладин. – Да, кое-что появилось. Ты стала намного сильнее, но это сила только в сравнении с тем, что у тебя было. Этот меч в три раза легче парадного оружия, не говоря уже о боевом, иначе ты не смогла бы с ним заниматься. И не хватает проворства, а это сейчас важнее силы! Ладно, ты действительно не ленишься и через год сможешь хоть как-то за себя постоять, поэтому утром идём за золотом. Сегодня сходи лишний раз на охоту, завтра будет некогда».

Довольная Настя решила сбегать на поляну, где было много индюков, но ей помешали. Когда девочка вышла с луком из пещеры, увидела таращившегося на неё с удивлением орка. В первый момент показалось, что вернулся её зелёный, который ушёл за орехами. Паладин научил, какие плоды можно применять в пищу, и сказал об орехах, поэтому сейчас ели не только рыбу и мясо. Плоды она рвала сама, научившись лазить по лианам не хуже обезьян и не обдирать кожу, а орехи собирал Чупча. Делал он это просто. Орк откуда-то достал шкуру, которую расстилал под деревом, а потом бил по нему кулаком. Орехи осыпались дождём, и часть из них падала на шкуру. Остальные потом собирала мелкая лесная живность или она сама, если было желание пробежаться к орешнику. Что интересно, ступни ног совсем не реагировали на камни, шишки и сучья. Кожа оставалась гладкой и даже не чувствовалось боли, поэтому неудобные шлёпки были забыты.

– Ты кто? – спросил орк, и по голосу она поняла, что это чужой.

Присмотревшись, девочка увидела, что этот зелёный был старше её приятеля. Кожа на его лице была в морщинах, а шерсть на голове серебрилась сединой.

– Я служанка Чупчи, – ответила она. – Ты пришёл к нему или шастаешь просто так?

– Теперь я пришёл к тебе! – осклабился он и применил магию. – Иди сюда, буду тебя есть. А Чупча откормит для себя кого-нибудь другого.

Не обратив внимания на его вспыхнувшие зелёным светом глаза, Настя метнулась в пещеру и выбежала из неё с мечом в руках. Нечего было и думать завалить людоеда стрелой, на это не хватило бы сил. И нельзя было оставаться в пещере, там он легко схватит. Девочка даже не подумала спасаться бегством, видела уже, как бегает её приятель. Единственное, что ей оставалось, – это пустить в ход Ни-хай и положиться на своё проворство. Все орки были неуклюжими, а этот – ещё и старым.

– Зачем мне эта железка? – спросил орк. – Выбрось её, я разделываю добычу руками.

– Если немедленно не уберёшься, я разделаю этой железкой тебя! – зло сказала Настя.

Когда она поняла, что это чужой людоед, душа ушла в пятки. Так было до тех пор, пока не схватила меч. После этого страх куда-то исчез, уступив место злости, которая не мешала думать.

– Чокнутая! – решил орк. – Ничего, я сожру тебя и без магии.

Он шагнул к ней и попытался схватить правой лапой. Шаг в сторону и быстрый, как выпад змеи, удар меча. Острый как бритва Ни-хай отрубил орку кисть, заставив заорать от боли и неожиданности. Воспользовавшись его заминкой, девочка шагнула вправо и отрубила кисть левой руки. Ещё один шаг вправо, потом вперед и поворот. Меч скользящим движением перерезал людоеду сухожилия на левой ноге, заставив на неё припасть. Настя была за спиной чудовища и успела перерубить ему сухожилия и на правой ноге. Начавший поворачиваться орк ничком упал на землю. Вскочив ему на спину, она последним ударом рассекла шею и отпрыгнула в сторону. Из разреза ударил фонтан крови, и страшный рёв перешёл в бульканье и стих. С минуту лежавшее тело били судороги, потом затихли и они.

«Можно было действовать и быстрее, – проворчал паладин, но она как-то почувствовала, что он доволен. – Я вижу, что ты уже кое-что можешь. Я только убрал страх, остальное ты сделала сама. Тебя не тошнит?»

«А почему меня должно тошнить? – не поняла она. – От крови? Так я уже столько разделывала дичь…»

«Не тошнит, и слава богине, – перебил он. – Слышишь? Кто-то бежит».

«Это Чупча, – ответила она, вытирая меч о шкуру мёртвого зелёного. – Я узнаю его по походке».

На поляну выбежал её орк, державший в лапах шкуру с орехами.

– Сколько мяса! – восхитился он. – Ты молодец!

– А разве вы едите друг друга? – удивилась Настя. – Я предлагала этому уйти, но он наплевал на понятия, поэтому пришлось убить.

– Мы всё едим, – ответил Чупча и перевернул её добычу на спину. – Старик! Ты не могла завалить кого-нибудь помоложе? Этого есть не буду: слишком жёсткое мясо. Твои птицы гораздо вкуснее.

– Я собралась за ними, – сказала девочка, – а тут припёрся этот. Теперь нельзя ходить на охоту без меча, а повесить не на что. Может, вырезать пояс из этой шкуры?

– Она нужна для орехов, – возразил Чупча. – Где я возьму другую? Я ободрал бы этого старика, но по понятиям мы не должны обдирать сородичей. Ладно, дам тебе очень ценную вещь, но с возвратом!

Он ушёл в пещеру, а когда вернулся, протянул ей что-то, похожее на золотую цепочку.

– Пояс, – буркнул орк, видимо, недовольный собственной щедростью. – Соедини концы, а остальное он сделает сам.

«Пояс жрицы! – благоговейно сказал паладин. – Не вздумай его возвращать!»

Настя развернула пояс, похожий на металлический браслет от часов, и одела его поверх шорт. Сведённые вместе концы моментально срослись, а пояс сам собой стянулся на талии.

– Странно, – сказала девочка, прислушиваясь к собственным ощущениям. – Я как будто стала легче!

«Откликнулась магия жрицы! – сказал паладин. – Ты действительно стала легче и теперь будешь меньше уставать и дольше проживёшь. И не почувствуешь вес меча на этом поясе. С тобой никто не пытался говорить?»

«Ничего такого не было, – ответила она, вешая меч на пояс. – Действительно я его не чувствую. А почему ты спросил о разговорах?»

«Души паладинов связаны с их оружием, а у жриц то же самое было с их поясами, потому и спросил».

«А как тебя зовут? – спросила Настя. – Ты должен был прочитать из памяти моё имя, а я твоё так и не спросила. Чупча не поинтересовался моим именем, и я оказалась не лучше».

«Когда-то звали Лормаром, а ты можешь называть короче – Лор».

«У нас так называют врачей, – засмеялась девочка. – Тех, которые лечат горло. Ладно, извини, это хорошее имя».

– Ты долго будешь болтать со своим мечом? – недовольно сказал Чупча. – Я отдал ценную вещь, чтобы ты быстрее бежала за мясом…

– Уже бегу, – ответила она, – только схожу за луком. А с этим что будем делать? Уже налетели мухи!

– Сейчас уволоку и сброшу в овраг, – сказал орк. – Мухи улетят туда. А эту листву с кровью тоже куда-нибудь выбросим, чтобы не было вони и никто не узнал, что ты убила одного из нас. Хоть он и нарушил понятия, но будет лучше, если об этом никто не узнает.

Настя взяла в пещере лук, подвесила к поясу колчан, который тут же лишился веса, и побежала к индюшиной поляне. Немного пробежавшись, перешла на шаг из-за того, что меч и колчан били по ногам, а придерживать их не получалось из-за лука. Идти было недалеко, и птиц никто не распугал, поэтому девочка без труда подстрелила двух. Одна стрела оказалась поломанной, но это не испортило приподнятого настроения. Сегодня она сразилась с людоедом и победила, да ещё получила волшебную вещь! Правда, не в подарок, а на время, но если Чупча уйдёт с ней, то и пояс никуда не денется. Месяц назад Настя полностью выложилась с одним индюком, сейчас она быстро отволокла сразу двух, хотя их общий вес был больше половины её собственного. Мешало навешанное оружие, но девочка справилась. Убитого орка уже не было, но здесь по-прежнему валялись кисти его лап. Затащив свою добычу в пещеру, Настя вышла из неё, подобрала обрубки и выбросила в кусты на краю поляны. Туда же отправилась пропитанная кровью листва. Теперь после первого же дождя не останется никаких следов. Когда она управилась, вернулся Чупча. Орк был не в настроении, как всегда, когда приходилось делать тяжёлую работу. При виде двух индюков он поменял своё настроение и занялся их разделкой.

– Часть мяса нужно оставить на завтра, – предупредила Настя, – иначе придётся есть одну рыбу и орехи. Завтра пойдём за золотом, поэтому будет некогда охотиться.

Эта новость ещё больше подняла настроение зелёному, поэтому он совместил потрошение птицы с пением. Девочка предупредила, что пойдёт к реке, и поспешила уйти, захватив с собой единственную их посуду – глиняный кувшин с отбитым краем. Река, в которой ловили рыбу, была шириной не больше сотни шагов, но Настя боялась отплывать от берега. Этот страх не был связан с боязнью утонуть, потому что девочка и раньше неплохо плавала, а после месяца усиленных тренировок могла часами держаться на воде. Просто от вида реки накатывала ничем не объяснимая жуть. Орк ничего не боялся и мог спокойно залезть в воду, а Настя мылась на отмели, где воды было по колено. Сейчас набрала в кувшин воду и села на берегу, выжидая, когда орк закончит своё выступление.

«Не стоит долго здесь сидеть», – сказал в голове женский голос.

«Жрица? – догадалась Настя. – А почему раньше молчала?»

«Присматривалась, – ответила жрица. – Стало интересно, что ты за существо. Вроде обычная девчонка, но на тебе печать богини. И паладин это как-то почувствовал, если тебе служит. У них почти нет магии, поэтому он не мог увидеть».

«Он не служит, – сказала девочка. – Мы с ним дружим. А о печати можете спросить сами. Вас как зовут? Меня – Настя».

«Меня зовут Эллой, точнее, когда-то звали, – грустно сказала жрица. – Общаться могу только с тобой. Жаль, что не удалось занять твоё тело. Может, отдашь пояс кому-нибудь другому?»

«Как это занять? – не поняла Настя. – Вы хотите сказать, что можете вновь ожить, заняв чью-то голову?»

«Так не могу, – с сожалением ответила Элла, – но могу подчинить себе разум той, на ком надет пояс. Видеть её глазами и чувствовать всё, что чувствует она. Но если кто-нибудь снимет с неё пояс…»

«Давайте договоримся так, – предложила девочка. – Вы будете мне помогать, а я, когда немного вырасту и здесь освоюсь, отдам этот пояс какой-нибудь стерве. Для вас это лучше, чем валяться у орка под камнями».

«Откуда ты взялась такая умная! Конечно, я согласна».

«А разве вы не можете это посмотреть? – удивилась Настя. – Паладин смог».

«Мы очень разные, – уклончиво сказала жрица. – Он обучен бою, этому же учил тебя. Я же могу драться только магией, но тебя бесполезно учить магии. На тебя почти ничего не действует, но и ты сама мало что сможешь».

«Но что-нибудь смогу?» – оживилась девочка.

«Так, самую малость. Сможешь распознать яд в пище, узнать, когда тебе лгут, и то, как к тебе относятся люди. Сумеешь определить, маг перед тобой или обычный человек, ну и ещё кое-что по мелочи».

«Это для вас мелочь, – возразила Настя, – а для меня может оказаться очень важным. Когда начнёте учить?»

«Всё, что ты сможешь использовать, уже в твоей голове. Но хоть его и немного, но обычно учат несколько декад, поэтому начнёшь вспоминать только с завтрашнего утра. Когда освоишь, научу тому, что ты сможешь делать с этим поясом. Но и там для тебя многое недоступно. Ты не забыла, что я говорила насчёт воды?»

«Чупча уже заткнулся, поэтому можно уходить, – сказала девочка. – Не скажете, что не так с рекой? Почему-то мне страшно в ней купаться».

«В ней не только рыба, – ответила Элла. – Когда-то мы разводили разных красивых и смышлёных тварей. После гибели империи многие из них уцелели. Здесь применялись такие силы, которые изуродовали наши создания. Лучше с ними не встречаться, тем более в воде. Днём они не плавают на мелководье, ночью опасно и там. Почему-то они вызывают страх даже у меня, поэтому и днём лучше долго не сидеть возле воды».

Настя поднялась, забрала кувшин с водой и вернулась в пещеру. Чупча не только пел, он успел пожарить птиц и съесть половину мяса.

– Куда в него столько влезает! – возмутилась она, глядя на остатки птиц и спящего орка.

«Орки», – сказали в голове два голоса одновременно.

«Лор, – обратилась девочка к паладину, – ты был прав в отношении жрицы. Она угнездилась в поясе и пробовала меня подчинить. После того как ничего не вышло, мы договорились, что она немного поучит меня магии и вообще поможет, а потом я подберу женщину, которую не жалко, и отдам ей пояс».

«Тебе везёт, – сказал Лор. – Смотри, в жизни редко бывает так, чтобы постоянно везло. Обычно вслед за везением приходят неудачи. Ты разрешишь нам общаться?»

«А как? – спросила Настя. – Элла сказала, что такое общение не получится».

«Жрицы! – с ноткой презрения сказал паладин. – Получили силу богини и разучились думать головой. Я всё сделаю сам, ты только дай разрешение. Тебе самой удобно, если мы сможем общаться втроём. А когда будем говорить между собой, ты ничего не услышишь».

«Ты слишком много мне дал, чтобы я не доверяла, – ответила Настя. – Конечно, я разрешаю. Вам должно быть веселей. Ты можешь так рассказать о своём доме, чтобы Чупче было понятно, где его искать?»

«Паладины жили неподалёку от императорского дворца, – ответил Лор, – туда и идите. А потом разрешишь мне смотреть своими глазами, а то мы ничего не найдём. Постарайся отдохнуть и отложи тренировки: завтра будет тяжёлый день».

Девочка нехотя съела кусок жирного мяса, запила его двумя глотками воды и легла на свои листья. Если учитель приказал отдыхать, то она и займётся отдыхом. Прошедший месяц был очень тяжёлым, кто так над собой не издевался, тот не поймёт. Но сегодняшний день показал, что эти издевательства спасли ей жизнь. До ночи было далеко, а днём Настя не позволяла себе спать. После такого сна почему-то болела голова. Она просто лежала, пытаясь представить, как живут родные. Танька, наверное, опять смотрит на свою любовь и не очень переживает из-за пропавшей младшей сестры. Денег вечно не хватало, а теперь всё достанется ей. А может, она неправа и сестра сейчас плачет… Нет, в такое не верилось. Вот мама наверняка плачет, пусть не сейчас, а вообще… Отец плакать не станет, но будет переживать. Мужчины всё держат в себе и из-за этого чаще болеют. Подруги уже утешились и теперь гадают, куда она подевалась. Интересно, будет магия работать на Земле, если всё же вернут? Пусть её будет немного, у других нет и этого. Незаметно для себя Настя с каждым днём всё меньше переживала из-за родных. Она по-прежнему их любила и скучала, но уже не лила слёз и больше чувствовала неудобства из-за отсутствия компьютера. Если бы не постоянные тренировки, она свихнулась бы или отупела. Когда сильно устаёшь, хочется только отоспаться или просто отдохнуть и уже не так остро чувствуются потери.

После отдыха всё-таки немного позанималась, потом они поужинали, причём орк сожрал остатки мяса. Когда закончили с ужином, опять легли отдыхать.

– Будешь завтракать рыбой, – предупредила девочка Чупчу. – Удивительно, как ты не растолстел при такой жизни. Постоянно переедаешь и мало двигаешься.

– Толстый орк – красивый орк, – отозвался он. – Я не толстый, но уже и не такой худой, каким был. Когда пойдём за золотом, увидишь, что все самки будут уговаривать меня остаться.

Долго они не болтали и через час закрыли вход в пещеру и заснули. Утром орк занялся костром, а Настя сбегала к яме с рыбой. В неё пришлось залезть, чтобы выбросить из воды четыре рыбины. Она почистила их, выпотрошила кинжалом и в два приёма отнесла в пещеру. Костёр уже горел, поэтому через полчаса ели не совсем прожаренную рыбу. После завтрака завалили камнем вход в пещеру и пошли в ту сторону, где были развалины дворцов. Здесь не было дорог или тропинок, а из-за реки часто попадались заболоченные места. Чупча шёл легко, а Настя отставала, поэтому ему приходилось останавливаться и ждать, пока она догонит.

– Я посадил бы на плечо, но нельзя, – сказал он девочке. – Если увидят, меня засмеют, не поможет даже жир.

Вскоре начали попадаться первые орки. Они приспособили для жизни развалины, натаскав в них стволы деревьев и обломки каменных плит. Выглядели такие жилища убого, но зелёных устраивали. Разговор при встречах сводился к вопросу, что Чупча хочет за мясо, и его ответу, что мясо не меняется. Когда показались развалины большого дворца, Настя спросила Лора, как он хотел смотреть её глазами.

«Похоже, что это уже дворцы, – сказала девочка. – Надо постараться сделать всё быстрее, а то здесь много желающих меня сожрать».

«Достаточно было твоего согласия, – ответил паладин. – Да, это дворец императора. Идите левее, а потом я скажу, что делать».

Они свернули влево и натолкнулись на очередное орочье жилище. Сохранился лишь угол дома, но на него в ряд уложили стволы деревьев и сверху насыпали землю. Возле входа стояла орчанка. Видимо, она была красивой, потому что Чупча выпятил грудь и задрал подбородок.

– Эй, красавчик! – окликнула его девица. – Не хочешь разделить со мной это мясо и всё остальное? Ты споёшь мне свою песню, а потом мы неплохо проведём время. Можешь даже вообще не уходить.

– Это мясо нельзя есть, – с сожалением сказал Чупча, – да и вообще я пока занят делом. Может, в другой раз…

Было видно, что он уходил с большой неохотой.

«Вы идёте по бывшей дороге, – сказал паладин. – Пусть орк разгребёт листву».

По просьбе Насти Чупча быстро убрал листву, под которой оказались каменные плиты.

«Идите прямо, – дал указание Лор, – а ты смотри в правую сторону. Шагов через сто или двести вдоль дороги должны стоять дома».

Первый дом встретили почти сразу. От него осталось так мало, что никто из орков и не подумал использовать эти развалины для жилища. Второй был отремонтирован и заселён. Настя ещё подумала, что и дом паладина мог тоже иметь хозяина. К счастью, нужный дом нашли без долгих поисков и в нём не было жильцов. Какие жильцы, если остался один фундамент!

«Наверное, орки забрали камни для своих построек, – предположил Лор. – Нам нужно попасть в подвал. Там моя сокровищница и семейный склеп. Очистите этот угол от мусора».

Чупча опять поработал лапами и быстро очистил кусок фундамента с остатками стены.

«Теперь бей о пол мечом, – сказал Лор. – Не бойся, ты его не сломаешь. В этом месте должен быть люк. По звуку должны услышать».

Настя начала простукивать пол остриём меча и вскоре нашла место, под которым была пустота. Присмотревшись, она даже увидела контур люка.

«Пусть орк найдёт камень и ударит , – приказал паладин. – Тут тонкая плита, которая должна развалиться. По-другому его теперь не откроешь».

Камень нашли в соседних развалинах, а первый же удар расколол люк и обрушил его обломки в подвал.

«А как смотреть? – растерялась Настя. – Там же темно… Нам дадут разжечь костёр?»

«Не нужно костра, – вмешалась Элла. – Факелов нет, а подвалы в таких домах небольшие, задохнёшься от дыма. Я подсвечу поясом».

– Бросать тебя в дыру? – спросил Чупча. – Лучше забрать золото до того, как сюда соберутся все орки.

– Там внизу камни, – напомнила девочка. – Опускай, но осторожно!

Он сжал ладонь Насти, стараясь не поцарапать когтями, и опустил её в отверстие, засунув в него руку по плечо. Когда она крикнула, что стоит на полу, орк разжал пальцы. Пояс ярко засветился, дав возможность рассмотреть несколько стоявших на подставках гробов. Больше в подземелье ничего не было.

«Давай посмотрим гробы, – сказал Лор. – При мне их было на два меньше. Не бойся, тела должны хорошо сохраниться. Это обеспечивали не только магией, но и другими способами. В двух лишних гробах лежим я и моя младшая сестра. Снимай с нас амулеты богини!»

– Как можно их снимать? – растерянно прошептала Настя, глядя на лежавших в гробах молодого красивого мужчину и более молодую и очаровательную девушку. – Это же ваше!

«Мы уже не заделаем дыру, – объяснил паладин. – Да если бы и заделали, уже поздно. Смотри, тела разрушаются! А скоро дыру расширят и сюда заберутся орки. Зачем оставлять им эти священные символы? У тебя самой нет амулета богини, а должен быть!»

Девочка дрожащими руками сняла с шеи у обоих шнуры с пластинами амулетов, зачарованно наблюдая за тем, как темнеют их лица.

«Оставим их, – сказал Лор. – Не стоит смотреть на то, во что они превратятся. Давай займёмся золотом. Иди в этот угол. Удивительно, но магия до сих пор действует. Что-нибудь здесь видишь?»

«Только камень, – ответила она. – И на ощупь тоже камень».

«Ударь мечом! – приказал он. – Сильно бить не надо, достаточно слабого удара. Теперь видишь?»

После удара мечом по стене плиты задрожали, и две из них исчезли.

«Что делать дальше?» – спросила Настя.

«Просунь руку в нишу и вытащи три сумки. В двух, которые побольше и потяжелей, будет золото. Подвяжи их к поясу, тогда будет нетрудно нести. Третья сумка совсем небольшая и лёгкая. В ней драгоценные камни и кое-какие украшения. Её лучше повесить на шею».

Девочка с трудом вытащила две неподъёмные сумки из кожи и подвязала к поясу жрицы. Третья сумка оказалась чем-то вроде большого кошеля с длинным шнуром, в который она просунула голову.

– Поднимай! – крикнула Настя, забравшись на груду камней под отверстием и протянув Чупче руку.

Орк вытянул её из подвала, поцарапав ладонь одним из когтей. Он явно нервничал, а в двух десятках шагов от развалин стояла толпа зрителей.

– Гаси скорее пояс, и уходим! – шепнул он девочке. – Сейчас они сами полезут в дыру, а мы успеем убежать.

Им никто не стал задавать вопросы и не предложил поделить мясо. Как только покинули разрушенный дом, их место заняли орки. Обратный путь был труднее. Настя уже сильно устала, да и сумки мешали и били по ногам, а отдавать их орку не хотелось. Даже для него шестьдесят килограммов были немалым весом, если его нужно два часа нести по бездорожью. Чупча нервничал и, пока шли, часто оглядывался назад.

– Что ты вертишься! – не выдержала девочка. – Сам же говорил, что по понятиям…

– Не все живут по понятиям, – возразил он, – поэтому всё это нужно хорошо спрятать. Знаешь что? Я утром и тебя спрячу! Есть одно надёжное место. Золото не найдут, тебя не будет, а меня не тронут. Если придут, то только завтра, а потом будет безопасно.

– Ты уверен, что с тобой ничего не случится? – уточнила Настя. – Мне за тебя боязно.

– Скажу, что ты сбежала вместе с добычей! – придумал орк. – Кому я после этого буду нужен? Сейчас зайдём в пещеру за луком, и я отведу тебя в мой схрон. Посидишь пару дней, а потом я к тебе прибегу. И золото пусть будет с тобой, там его никто не найдёт. Здорово я придумал!

– А что я буду есть и пить? – спросила девочка. – Два дня всё-таки!

– Там много плодов. Если я два дня буду сидеть на одной рыбе, то и ты посидишь на зелени, зато будешь целая. Если придёт толпа, я не смогу тебя защитить и ты сама не защитишься. Завалить старика – это не то же самое, что отбиваться от молодых.

– Тогда возьму орехи, – сказала она. – Далеко до твоего схрона?

– Не очень. Можно два раза спеть песню.

Они пришли в пещеру, и Настя, сбросив всё с пояса, упала на листья. Посмотрев на неё, Чупча сходил к яме и поужинал сырой рыбой, после чего закрыл вход камнем и лёг отдыхать. Девочка в тот вечер не притронулась к еде, только попила воду из кувшина. Её советники молчали, и она не стала их беспокоить. Усталость была такая, что не хотелось даже думать. Заснула она сразу и проснулась позже обычного.

– Поспешим, – сказал ей нервничавший орк. – Бери свои орехи и цепляй остальное, а я возьму лук и стрелы. Я уже ел рыбу, а тебе не стал нести. Всё равно не будешь есть сырую. Как ты думаешь, богиня оценит мою помощь?

– Твою помощь оценю я! – сказала Настя. – Пригнись, а то ты слишком высокий.

Когда он наклонился, девочка обняла за шею и поцеловала в щёку.

– Ты самый хороший из орков! – сказала она. – Если захочешь, можешь пойти со мной к людям. Будешь пугать моих врагов, есть сколько хочешь и уйдёшь, когда надоест.

– Я подумаю, – ответил он. – Много есть и пугать других – это хорошо.

Глава 3

– Здесь и будешь ждать, – сказал орк, показав лапой на небольшой, поросший мхом холмик. – Иди сюда, с твоей стороны не видно.

Оказалось, что свой схрон Чупча сделал, воспользовавшись выворотнем. Рухнувшее дерево вырвало из земли свои корни, образовав порядочных размеров яму. Орк уложил сверху жерди, набросал на них ветки и засыпал землёй, которую, наверное, взял из той же ямы, сделав её больше. Со временем это сооружение поросло мхом и теперь не сильно бросалось в глаза.

– Ты видела, где ручей, – продолжил поучать Чупча. – Это место далеко от города. Наших здесь не будет, но иногда встречаются звери, которым ты ничего не сделаешь своим луком, поэтому старайся сидеть тихо и не шастать. Лезь в яму и прикрой вход ветками. Два дня посидишь, а потом я прибегу.

Он ушёл, а девочка забралась в землянку, оставила в ней сумки с золотом и лук и в несколько приёмов наносила листьев. Внутри была большая куча сухих веток, которыми она прикрыла вход. Конечно, ветки не преграда для тех хищников, о которых говорил зелёный, но с ними было как-то спокойнее.

«Что думаешь делать?» – спросил паладин.

«Как что? – не поняла Настя. – Ждать, конечно».

«Это понятно, но я имел в виду другое. Ты хотела прожить с орком год, и я считал это правильным: слишком уж ты мала».

«А теперь так не считаешь? – спросила девочка. – Это из-за золота? Так сам же мне его предложил!»

«Я всего лишь дух человека, который жил тысячу лет назад, и думал, что ты заберёшь золото позже. Ты поспешила, а я не знал, во что превратилась столица, и пошёл у тебя на поводу. Сейчас все людоеды знают, что твой орк снюхался с человеческой девчонкой и захапал что-то ценное. Два дня, которые ты здесь отсидишь, не дадут безопасности. Это твой зелёный приятель из-за простоты может так думать, ты должна быть умней. К его пещере в любой момент может кто-нибудь припереться. Один раз тебе повезло, что орк был один и старый. Ты готова и дальше постоянно рисковать своей жизнью?»

«Меня не надо уговаривать уйти к людям, – сказала она. – Я готова сделать это хоть сейчас! Главное – где-нибудь устроиться, чтобы можно было продолжать тренировки».

«Если уведёшь с собой орка, хотя бы сразу не убьют и не ограбят», – сказал Лор.

«Наоборот, могут убить, испугавшись людоеда, – возразила Элла. – Это раньше орки служили людям, теперь они их едят! Я предлагаю поступить проще. Нужно прийти в какой-нибудь город, перед этим спрятав золото, и представиться жрицей. Я кое-чему научу да и потом смогу многое подсказать или что-то сделать магией пояса. В каждом городе должны быть храмы. Не знаю, как с этим сейчас, но раньше любой из жриц должны были оказывать помощь».

«А это ничего, что жрице тринадцать лет? – спросила Настя. – И вид у меня такой, что даже орк сказал, что могут выдрать плетьми».

«А что не так с видом?» – не поняла жрица.

«На мне только рубашка без рукавов и очень короткие штаны, – объяснила девочка. – Не знаю, как с этим в вашем мире, а в нашем женщины в старину носили длинные платья».

«Почему ты об этом не сказал?» – спросила Элла паладина.

«Я сам не знал, – ответил Лор. – Даже её глазами смотрел на дома, а не на ноги! Может, набить кроликов и сшить юбку из их шкур?»

«Вы ещё предложите сварганить наряд из индюшиных перьев на манер индейских! – рассердилась девочка. – Как я буду что-то шить без иголки и ниток?»

«Не шуми и слушай старших! – тоже рассердился паладин. – У тебя есть кинжал, которым можно кроить шкуры и делать в них дырки, а через них можно сшивать сухожилиями. Лучше быть похожей на пугало, чем бесстыдно сверкать голыми ногами!»

«Лор прав, – поддержала его Элла. – Возьмёшь с собой несколько монет и закажешь нормальную одежду. Пусть лучше на тебя будут удивлённо таращить глаза или посмеются над юбкой, но не накажут за бесстыдство».

«Бедные кролики, – вздохнула Настя. – Уговорили, сошью я себе наряд Робинзона Крузо, возьму пригоршню монет, а остальные спрячу. Дальше-то что делать?»

«Говори понятно, – отчитал её паладин. – Дальше можно поступить по-разному. Можно так, как советовала Элла, а можно попробовать найти доверенного человека. Дашь немного золота и пообещаешь дать больше, после того как принесёт тебе клятву именем великой богини. Ты всё равно не обойдёшься без кого-нибудь из взрослых».

«А меня не пошлют с этой клятвой? – спросила девочка. – Заберут золото и перережут горло. Может, ваша богиня потом их накажет, только мне от этого будет не холодно и не жарко!»

«Не должны, – не очень уверенно сказал Лор. – Раньше клятва именем богини была нерушимой. Надо было только следить, чтобы клянущийся не оставил себе лазейку. Сейчас… наверное, в этом ничего не изменилось. Я понимаю, почему ты сомневаешься. Вы выдумали себе богов и легко нарушаете клятвы, а наша богиня такое не прощает».

«А почему ты думаешь, что наши боги выдуманы?» – спросила Настя.

«Из твоей памяти, – ответил он. – Ты в них не веришь и считаешь выдумкой».

«Я и в Верону не верила, – вздохнула девочка, – так что уже и с нашими богами ни в чём не уверена. Если есть одна богиня, почему не быть кому-то ещё? И вовсе необязательно, что они будут так же следить за поступками людей. В нашей вере грешников наказывают после смерти».

«Надо подумать, как тебе назваться, – сказала Элла. – Мы ничего не знаем о теперешнем мире, даже то, империя здесь сейчас или какие-то королевства. В мои последние дни в столице было трудно выжить, так что вряд ли уцелел кто-нибудь из родни. Можешь взять имя моей младшей сестры Нальды. Так и назовёшься: жрица Нальда Рожди. Считай, что я ввела тебя в семью. Да, девочек принимали в жрицы с пятилетнего возраста. Конечно, в полную силу они входили годам к двадцати, но для тебя главное, что твой возраст ни у кого не вызовет удивления, а жриц боятся задевать. Вряд ли в этом что-нибудь изменилось. Где те знаки, которые ты сняла с мёртвых?»

«В кармане шорт», – ответила Настя. Она достала из кармана оба шнурка с тусклыми в полумраке землянки пластинками и убрала ветки от входа. Намного светлее не стало, но уже можно было рассмотреть, что у неё на ладони лежат амулеты Вероны, как две капли воды похожие на печать царя Соломона.

«Из чего они? – спросила девочка, рассматривая вложенные друг в друга треугольники. – Из стекла?»

«Они сделаны из алмаза, – ответил Лор. – Такое нельзя сделать человеческими руками. Тысяча золотых семей империи получила эти амулеты от слуг богини, всем остальным их делали из золота, даже крестьянам. Потом посмотришь на солнце, они очень красиво сверкают. Надень один себе на шею. Раньше за отсутствие амулета могли строго наказать. Плохо, что нашему опыту тысяча лет, но обычаи меняются мало, а люди не меняются совсем».

Настя не стала убирать крестик, просто добавила к нему знак Вероны, укоротив шнурок, чтобы грани треугольников не царапали грудь. Второй знак она решила положить в мешочек с драгоценностями, а перед этим сняла майку и высыпала на неё всё, что в нём было. Красные, зелёные и голубоватые камни не заинтересовали, кольца с камнями были слишком велики, а вот броши и серьги подверглись тщательному изучению. Уши она себе проколола, поэтому серьги было куда вешать.

«Элла, – побеспокоила она жрицу. – Не скажешь, что вам можно было носить из драгоценностей?»

«В моё время можно было носить всё, – ответила она, – а тебе пока нельзя ничего. Что подумают люди, если увидят девчонку твоего возраста, одетую в шкуру и с бриллиантовыми серьгами в ушах? Могут оторвать их вместе с ушами раньше, чем ты им что-нибудь объяснишь. Отбери то, что понравилось, а остальное спрячешь вместе с золотом. Когда у тебя будет хоть какое-то положение в обществе, тогда и будешь себя украшать. Сейчас от этого будут одни неприятности».

«А что подумают люди, если я стану расплачиваться монетами тысячелетней давности? – спросила девочка, запуская руку в одну из сумок с золотом. – Вон они какие новенькие, как будто только что отчеканили. Чья это голова?»

«На наших монетах чеканили профиль императора, – ответил Лор. – Ты права, сейчас наверняка другие монеты. Но должны быть менялы, которые обменяют твои деньги на местные. Золото у нас было очень чистое. Медь добавляли для прочности, но совсем немного».

«Ты вспомнила хоть что-нибудь из того, что я вложила по магии?» – спросила Элла.

«Вроде ничего не вспоминается, – неуверенно ответила Настя. – Я ещё не думала…»

«Ладно, время ещё есть, – сказала жрица, и девочке показалось, что она при этом тяжело вздохнула. – Ты не будешь прыгать в этой яме с мечом, поэтому начнём учить магию. Так быстрее её вспомнишь. Запомни, что на тебя не действует только несущая вред магия. Я не смогла с помощью пояса тебя подчинить, но он убавляет тебе вес. Тут есть сложности. Файербол не повредит, а вот пожар, который он вызовет, может сжечь. Поняла? Сама магия не вредит, но могут повредить её последствия. Но и это не всё. Ты сможешь определить яд, но не сонное зелье, потому что сам сон не причинит вред. Вот только проснуться можешь в кандалах в каком-нибудь подвале. Не знаю, подействует ли на тебя заклинание сна, но можешь и заснуть. Но это не очень опасно, если знать заклинание, которое не позволит погрузить в сон. Никто не засыпает мгновенно, а оно очень короткое. Если будешь настороже, выкрутишься. Твоя беда – это очень малая магическая сила, поэтому и использовать сможешь только то, для чего её нужно немного. Это кое-что из магии иллюзий, ментальной, ну и лечение. Боевая магия не для тебя. Не так сложно кого-нибудь вылечить, а проще других – себя. Но у тебя не хватит сил для того, чтобы остановить у кого-нибудь сердце. Ответь, что нужно сделать, чтобы запустить любое заклинание».

«Прежде всего его нужно знать, – ответила Настя. – Слова – это только основа. Главное – представить рисунок и дать ему силы. Кажется, я вспомнила, как это делать».

«Представь какой-нибудь цветок, – дала задание Элла. – Запах пока не нужен, достаточно внешнего вида. Впиши его в формулу силы!»

На ладони у девочки появилась большая алая роза. Через несколько ударов сердца в землянке сильно запахло розами.

«Красивый цветок, – оценила Элла. – А главное – это то, что ты быстро уловила суть. Вот мы и продолжим сегодня с магией иллюзий. Надолго тебя не хватит, но до полудня продержишься».

Настю хватило на два десятка иллюзий. Ей долго не давалась иллюзия прикосновения, но в конце занятия создаваемые образы уже можно было потрогать.

«Завтра займёмся ментальной магией, – сказала Элла. – Для тебя она полезнее всего остального. Целительство изучим немного. Большинство магов знает только несколько общих заклинаний, улучшающих состояние и позволяющих быстрее зарастить рану или вылечить болезнь. Вот их мы и изучим, остальное слишком сложно и не для твоих сил. Самыми последними будут несколько полезных магических хитростей и работа с поясом. Только учти, что всё это не сделает тебя магом, и не сильно распускай хвост. Страх для тебя полезней самоуверенности».

Когда девочка проголодалась, она пообедала захваченными из пещеры орехами и двумя плодами, напоминавшими по вкусу кислые яблоки. После еды потянуло в сон, и она решила поспать. Неизвестно, получится или нет выспаться ночью. Когда проснулась, уже начало смеркаться. Настя разобрала баррикаду у входа и выбралась облегчиться. Далеко уходить не стала и, быстро сделав все дела, поспешила вернуться в землянку. Девочка не столько боялась за Чупчу, хоть и успела к нему привязаться, сколько за себя. Было страшно остаться одной в этом лесу людоедов, вдали от людей. Она и людей боялась, прекрасно понимая, что никому не нужна в этом мире. Прочитанные о средневековье книги давали понятие о том, что могло ждать в будущем. Чтобы надежды на счастье не остались только надеждами, всего придётся добиваться самой. Её духи могут только дать совет, да и то его ценность будет под вопросом, учитывая то, сколько веков прошло с момента их кончины. Как бы мало ни менялись люди, но тысяча лет – это очень много!

Ночь прошла на удивление спокойно. Изредка перекликались какие-то ночные птицы, а под утро прошёл короткий и не очень сильный дождь. Было тепло, поэтому Настя подождала, пока высохнет листва, и пробежалась к ручью умыться и попить воду. Возвращалась шагом и на прогалине вытащила из майки знак Вероны. Минут пять любовалась переливами голубого искрящегося света. Амулет словно впитывал лучи солнца, а потом светился собственным светом. Смотреть на него можно было долго. Убрав алмазное чудо обратно в майку, она поспешила укрыться в землянке. Сегодня на завтрак были одни орехи, которые уже надоели, как и всё остальное, что приходилось здесь есть. После завтрака за Настю взялась жрица. Ментальную магию прошли быстро, потому что доступных заклинаний было совсем мало и их не на ком было пробовать.

«Быстро закончили, – подвела итог Элла. – Пока отдыхай, а во второй половине дня займёмся остальным. Не будем откладывать обучение, потому что нам нужно дать тебе много знаний по этому миру. Пусть они устарели, но лучше знать хоть что-то, чем не знать ничего. Ты сейчас даже не сможешь нормально поесть за столом. Я имею в виду не кабак, а еду в приличном обществе. Кое-что мы сбросим в твою память, а остальное будешь учить сама. На одних подсказках не проживёшь, ты можешь не успеть ими воспользоваться».

Обедать было нечем, поэтому Настя опять сделала вылазку к ручью, напилась воды и по лиане забралась на одно из деревьев со съедобными плодами. Разогнав плюющихся обезьян, сбросила вниз десяток похожих на баклажаны плодов. Вкусом они, как и большинство местных фруктов, напоминали яблоки. Собрав добычу, она опять укрылась в землянке, пообедала и занялась изучением магии. Последним в их программе был пояс, который жрицы использовали на манер волшебной палочки. К сожалению, для управления нужно было много сил, поэтому Настя научилась только светить и согреваться.

Вечером Чупча не появился, поэтому пришлось ночевать здесь второй раз. Первая половина ночи прошла спокойно, но потом её чуть не сожрали. Разбудили низкий рык и звук шагов возле входа.

«Не надо использовать свет, – подсказала Элла. – Его им не отпугнёшь, а сама ослепнешь. Используй заклинание ночного глаза!»

Для магии надо было успокоиться, а как это сделать, если какая-то тварь уже лезет в лаз! Куча веток с треском разлеталась во все стороны под ударами чьих-то лап. Закричав от страха, девочка ударила мечом, целя в то место, где было больше шума. От страшного рёва она не выдержала и замочила трусы и шорты. В отверстие просунулось что-то большое, и тут Элла сама засветила пояс. Света было немного, но Настя увидела оскалившуюся башку какого-то зверя, очень похожего на тигра. Подвывая от страха, она изо всех сил нанесла мечом колющий удар в раскрытую пасть, после чего, не выпуская рукоять, отшатнулась к дальней стене землянки. Раздался уже не рёв, а визг, словно железом царапали по стеклу, но с такой силой, что Настя на какое-то время оглохла. Руки тряслись и были не в силах удержать меч, который упал к ногам. Что-то кричал паладин, но девочка ничего не слушала. Обхватив руками колени и уткнувшись в них головой, она ждала удара, моля, чтобы всё закончилось сразу. Визг перешёл в вой и стал отдаляться, пока вообще не стих. После этого прошло минут десять, пока Настя поняла, что зубастый ужас ушёл. Она и до того плакала, а теперь тихие всхлипывания перешли в рёв.

– Сволочь! – кричала она, забыв об осторожности и о том, что говорил орк. – Верни меня обратно! Ну что тебе стоит? Зачем тебе ребёнок? Мамочка, как я хочу домой!

Наконец эти крики и рыдания стихли. Вход был свободен от веток, которые зверюга разбросала по всей землянке, и было видно, как быстро начало светать.

«Успокоилась? – спросил Настю паладин. – С тобой уже можно говорить?»

«Идите вы все! – непонятно ответила девочка. – Я не останусь здесь и минуты. Сейчас же всё на себя цепляю и иду в нашу пещеру. Лучше резать орков, чем ещё раз вот так…»

Она передёрнула плечами и принялась привязывать к поясу сумки и колчан.

«Я тоже хотел предложить уйти, – сказал Лор. – Настя, послушай… Не бери сейчас сумки с золотом. У твоего орка вчера закончилась еда, и он обещал прийти вечером, а если не появился, скорее всего, с ним приключилась беда. Если это так, тебе нельзя оставаться одной в пещере, а уходить к людям будешь в эту сторону. Так зачем же таскать туда-сюда лишний груз? Оставь пока я яме и присыпь листвой. Если твой орк жив, он потом сбегает и принесёт».

«Да, рыба должна закончиться, – согласилась Настя, – а его почему-то нет. Ты прав, сейчас закопаю здесь. Тогда быстрее доберёмся до пещеры. Скажи, почему ты не снял мне страх?»

«Я испугался за тебя, – ответил Лор. – Была уверенность в том, что орк не придёт, а если бы тебя разорвал этот сарпан… Боюсь, что мой меч здесь и сгнил бы. Это укрытие должно промокать в сильный дождь. А без меча моя душа истаяла бы без следа».

«Так бы и говорил, что перепугался из-за себя, – сказала девочка. – Больно я вам нужна!»

Она зарыла в листву сумки с золотом, сунув перед этим в карман шорт горсть монет, и налегке побежала в сторону пещеры. Пробежка длилась меньше часа и вывела к реке.

«Здесь она немного шире, – сказал Лор. – Нужно идти против течения».

«А ты всё ещё видишь моими глазами?» – спросила девочка, поворачивая влево.

«Ты не отменяла своего разрешения, – ответил он. – Я тебе не мешаю и смогу вовремя дать совет».

«А я? – подала голос Элла. – Разреши и мне смотреть и слушать, иначе толку от меня будет чуть. Если не захочешь, чтобы мы что-нибудь видели или слышали, всегда сможешь отменить своё разрешение на время или совсем».

«Ладно, можете смотреть и слушать, – согласилась Настя, – но больше ничего!»

Через десять минут она была уже в том лесу, где охотилась на индюков, и вскоре вышла к пещере. В нескольких шагах от входа лежал орк, точнее то, что от него осталось. У Чупчи было надорвано правое ухо, и у лежавшего орка оно было таким же. Кто-то отрубил ему руки и ноги и вырезал внутренности. Вся поляна была залита запёкшейся кровью.

«Он тоже хотел меня сожрать, только испугался богини, – сказала девочка, – а потом привык и оценил полезность. Он спасал меня, чтобы не остаться без мяса, но мне его жаль».

«Отсюда нужно быстрей уходить», – посоветовала Элла.

«Сначала постираю одежду, а потом попробую кое-что забрать, – ответила ей Настя. – У меня не хватит сил, но можно попробовать убрать камень рычагом. Палки у нас были».

Девочка не знала, для чего Чупче жерди, которые он принёс из лесу. При ней он ими не пользовался. Первым делом она сбегала к реке и постирала трусы и шорты, а потом положила их на горячие камни. Стараясь не смотреть на то, что осталось от хозяина пещеры, вошла в неё и осмотрела четыре камня, служившие тайниками. Орки их не двигали, поэтому можно было надеяться, что клады Чупчи лежат на своих местах. Настя выбрала крепкую жердь не из самых тяжёлых и после получасового труда сдвинула тот камень, за которым лежала сумка с кинжалами.

«Хорошее оружие, и дорого стоят, – сказал Лор, – только тебе далеко идти, а это лишний вес, который пояс полностью не уберёт. Если не считать стоимости камней, эти кинжалы потянут только на пять золотых, а с камнями – на полсотни. Стоит ли возиться?»

«Я не хочу идти к жрецам, – сказала девочка, – по крайней мере, пока не узнаю, можно это делать или нет. Тысяча лет – это очень много! И с твоим золотом светиться… Не знаю я, чем это может кончиться, и вы этого не знаете!»

«Хочешь продать кинжал?» – спросил паладин.

«Конечно! На нём не написано, что ему тысяча лет, просто дорогая вещь. И с одеждой не буду ждать до города. Сами стреляйте своих кроликов! Я не пошью из них юбку. Ты знаешь, как выделывать шкуры? Вот и я не знаю! Вроде бы их очищают, а потом замачивают в моче. Где и когда я буду этим заниматься? А если просто высушить, они будут слишком жёсткие. Возле каждого города должны быть деревни. Увеличу себе иллюзией возраст, представлю какое-нибудь платье и продам один такой нож в дом побогаче. Пусть мне не дадут его цены, но будут хоть какие-то деньги, и можно разжиться одеждой, а остальное уже без спешки сделать в городе».

«Можно и так, – сказала Элла. – Непонятно только, почему ты боишься обменять золото».

«Боюсь, потому что ничего у вас не знаю, – ответила Настя. – Откуда мне знать, может быть, запрещено ходить в вашу столицу, или вообще нельзя заниматься раскопками. Может, это право короля, а тут появляюсь я и начинаю сорить новенькими монетами, выпущенными во времена империи. Подождём. Я думаю, что будет нетрудно об этом узнать. Жаль, что сюда не ходят гробокопатели. Можно было бы нанять одного или двух».

«С такими опасно связываться, – сказал Лор. – Это должен быть совершенно безбашенный народ. Ты долго будешь здесь сидеть? Бери кинжалы и пойдём, а то досидишься до возвращения орков. Они сразу поймут, что здесь кто-то был. Ты от них не уйдёшь».

«Я отдыхала. Сейчас проверю тот камень, за которым лежал пояс. Может, там есть что-нибудь ценное. За третьим камнем лежит книга, а есть ли что-нибудь за четвёртым, я не знаю. Но это и не важно, потому что у меня хватит сил только на один камень».

На этот раз она, несмотря на усталость, справилась быстрее. За отодвинутым камнем лежал стеклянный шар диаметром сантиметров десять, в котором клубился дым.

«Джинн… – растерянно сказал паладин. – Даже не знаю, повезло тебе или нет».

«Забирай и быстрее уходи, – поторопила Элла, – а то действительно кто-нибудь заявиться и придётся пробовать этого джинна. Только лучше бы его на всякий случай во что-нибудь завернуть. Шары просто так не бьются, но всё равно…»

«Не во что мне его заворачивать, – сказала Настя. – Понесу в руке. Не объясните, что в этом шаре? А то не все слова в переводе означают то же, что у нас».

«Если коротко, то это довольно сильное оружие, – объяснил Лор. – Джинн – это стихийный дух. Шар сделан так, что его трудно разбить случайно, но он легко разбивается, если кинуть в противника. Дух огня сожжёт всё, до чего сможет дотянуться, пока не потратит свои силы. Дух воздуха уничтожит смерчем, ну а духов воды применяют в морях и больших реках, чтобы топить вражеские корабли. Ловить стихийных духов и заключать их в шары – это сложная и опасная работа, поэтому они дорого стоили. Я не знаю, как с этим сейчас. Для тебя они так же опасны, как и для других, потому что бьют не магией, а стихийными силами».

«Ладно, немного отдохнула, так что теперь дойду, – сказала девочка. – Хоть и не хочется ночевать в схроне Чупчи, но одну ночь придётся это сделать. Если выйти сегодня, я далеко не уйду, и нужно будет спать в том же самом лесу, только под деревьями и без укрытия».

«Не беспокойся, сегодня гостей не будет, – успокоил паладин. – Ты смертельно ранила сарпана и возле входа всё забрызгано его кровью. Запах будет держаться несколько дней, забивая твой. Никто не подойдёт к твоей землянке».

После орков в пещере не осталось ничего съестного, а на охоту или лазанье по деревьям не было сил, поэтому обедала и ужинала водой из ручья. Лор немного успокоил насчёт здешних тигров, но Настя всё-таки запасла два хороших кола, которые весь вечер заостряла кинжалом. Ночь прошла спокойно, хотя она раз десять просыпалась и хваталась за колья. Утром обвешалась сумками и оружием и, стараясь уберечь от них ноги, зашагала прочь от развалин столицы бывшей империи. До самого вечера пришлось идти голодной. Птицы в лесу были, и можно было остановиться и поохотиться, но не было огня. Это Чупча с его медвежьей силой легко добывал огонь трением, у неё ничего не получилось бы. Плодами можно было насытиться, но от такой еды не прибывало сил, а орешник не попался. Спасение пришло в виде небольшой лесной реки, в которой Настя искупалась. Когда мылась, увидела на песчаном дне много раковин. Не слишком вкусная и питательная пища, но девочку она поддержала и позволила на время заглушить голод. Незадолго до ночлега она услышала в отдалении рёв сарпана, поэтому решила ночевать на дереве. Нашла упавший ствол и подсунула под него сумки. Зарывать в листья не хотелось из-за обезьян. Они редко спускались с ветвей, но могли испортить её вещи и разбросать золото. Освободившись от сумок, Настя вскарабкалась на большое дерево, плоды которого можно было есть, и там заночевала, привязав себя к одной из веток. Спала она очень недолго и беспокойно, но всё-таки смогла отдохнуть. Перед тем как спуститься, позавтракала небольшими сладкими плодами. Обеда опять не было, но удалось к концу дня выйти к выложенной плитами дороге. Они потрескались и во многих местах были покрыты почвой. Кое-где прямо посреди дороги росли деревья.

«Её долго предохраняла магия, – сказал Лор. – Если бы не она, здесь вообще ничего не сохранилось бы. Дорога – это хорошо, потому что она наверняка идёт к одному из окружавших столицу городов. Вряд ли все они были разрушены. Это здесь ею никто не пользуется, а дальше может быть иначе».

Лес возле дороги был ниже того, где жили орки, и в нём водилось меньше живности, поэтому Настя рискнула переночевать прямо под деревьями, положив под руку меч. Спала очень плохо из-за ежей. Этих зверьков оказалось много, и они почему-то не боялись девочку. Один даже пробежал по ней, заставив закричать от испуга.

«Надо было разжечь костёр», – нравоучительно сказала жрица.

«Где я возьму огонь? – обиделась Настя. – Я не дура и сама знаю, что с костром лучше. Я и охоту забросила из-за того, что не на чем зажарить мясо».

«Надо было сказать, и я разожгла бы огонь с помощью пояса, – ответила Элла. – Мне трудно часто использовать магию огня, но раз в день могу что-нибудь зажечь».

После её слов девочка обиделась ещё сильнее. Она голодает, а ей не помогли даже с огнём! Она не стала разжигать костёр ночью. В такую темень трудно собрать дрова, да и место для костра нужно готовить заранее, чтобы не устроить пожар. Утром пришла к выводу, что виновата сама. Духи паладина и жрицы только напоминали людей, и поведение у них отличалось от человеческого. Если их о чём-то попросить, они пытались помочь, но сами редко проявляли инициативу. Молчит она о своих проблемах, значит, для них этих проблем нет. Это следовало учесть на будущее.

Настя поохотилась и сбила стрелами несколько куропаток. Много времени потратила на готовку, зато поела настоящую пищу и мяса должно было хватить на весь день. Хорошо идти по дороге сытой! Настроение у девочки было приподнятое, чем сразу воспользовалась Элла, напомнившая, что пора изучать этот мир. Настя не возражала, но долго учиться не получилось, потому что через час неожиданно встретились с людьми.

Глава 4

Чем дольше шли, тем больше Най поминал все известные ругательства, костеря себя за то, что поддался на уговоры Герта и попёрся вместе с ним в Проклятый город. Конечно, деньги были нужны, но из такой вылазки запросто можно было не вернуться. У него нечем заплатить жениху дочери, но свадьба может и подождать. Если он свернёт себе шею, Гуля так и останется в девках. Кому нужна бесприданница!

– Осталось не больше двух дней ходьбы, – сказал сосед. – Я думаю, что не могли там всё выгрести. Когда-то это был самый большой город мира!

– Мир большой, – буркнул Най. – В нём столько империй и королевств, что в них запуталась сама богиня. Может, в столице что-то и осталось, но это не значит, что у нас с тобой будет добыча. Наверняка там были люди не глупее нас и обыскали всё, до чего смогли дотянуться. Много мы наработаем одной лопатой? И дадут ли нам там копать? В город уже давно никто не ходит, а до этого были слухи, что из него многие не вернулись.

– А ты больше верь слухам, – рассмеялся Герт. – Звери там будут, но для зверей у нас есть арбалет! – И он с гордостью посмотрел на здоровенный армейский арбалет на своём плече.

– Надо было не скупиться и купить к нему болты, – по-прежнему недовольно сказал Най. – Много ты навоюешь с тремя?

Сосед не успел ответить, потому что из-за росших на дороге деревьев вышла девчонка. Сначала Най не понял, что она почти голая, из-за висевших на поясе сумок и оружия, потом до него дошло, что на ней только штаны с оторванными штанинами. Герт наконец заткнулся и тоже уставился на её голые ноги. Они были красивыми, как и всё остальное у этой девчонки, вот только до женщины ей было расти самое малое два года.

– Как думаешь, это не наваждение? – спросил пришедший в себя сосед. – Откуда здесь могут взяться девчонки, да ещё голые? Может, в неё стрельнуть?

– Я тебе стрельну, козёл! – зло сказала девочка, положив руку на свой меч. – Жить надоело? Живо отвечайте, кто такие!

– Крестьяне мы, – ответил Герт, привычно подчиняясь приказу. – Гуляем здесь, значится.

– А гуляете не в императорскую столицу? – засмеялась она.

– Может, и туда, – сказал сосед, вернувший себе уверенность после её смеха. – Тебе-то какое дело? Сама кто такая и почему шляешься голой? Давно не лупили?

– Если идёте туда, мне не о чем с вами разговаривать. Вы уже почти мертвецы!

– Как это? – растерялся Герт. – Что ты такое говоришь?

– Что слышал. Столица занята орками, которых вы очень обрадуете своим появлением. Сказать причину их радости или догадаетесь сами?

– А ты откуда об этом знаешь? – спросил Най. – Сама оттуда? Тогда почему тебя не сожрали?

– У меня была дружба с одним из них.

– А что у тебя в сумках? – спросил Герт. – С виду тяжёлые. Тоже ходила за добычей?

– Если в твою голову пришла мысль меня ограбить, то ты ещё дурней, чем кажешься, – сказала девчонка. – Неужели ты считаешь себя страшнее трёх сотен орков? Или достаточно безумный, чтобы поднять руку на жрицу великой Вероны?

Она протянула руку, и на ладони возник символ служения жриц – зелёное око.

– Демон попутал… – забормотал попятившийся от неё Герт. – Клянусь богиней, вам не будет от нас никакого урону!

– Ну если клянёшься богиней… – жрица на несколько мгновений задумалась, потом сказала обоим: – Вы не очень подходите, но других слуг взять негде. Как далеко отсюда до города?

– Верт в трёх днях пути, – почтительно ответил Най.

– Я не здешняя, и ничего не знаю о вашем королевстве. Где у вас столица?

– Так Верт и есть столица, – подсказал Герт. – Наша деревня рядом с ним.

– Проводите меня в столицу! – приказала она. – Так будет проще и мне не придётся рубить всех встречных олухов, которым не понравятся мои ноги или приглянутся сумки. Перед столицей зайдём в вашу деревню, мне там надо будет кое-что купить. Сейчас принесёте мне клятву, и я дам вам по пять золотых. Когда будем в столице, получите ещё столько же.

Ощутив в душе восторг, Най отбросил лопату и упал на колени. Мгновением позже рядом бухнулся Герт. Десять золотых – это годовой доход крепкого крестьянского хозяйства, а приятели не могли похвастать благополучием.

– Повторяйте за мной, – сказала жрица. – Клянусь великой богиней служить жрице Нальде и не причинять ей ни малейшего вреда! Клятва верна до столицы, потом получите золото и можете идти на все четыре стороны. Идти туда, куда вы собрались, не советую. Я ведь не шутила, когда говорила о людоедах. Для вас такой поход будет дорогой в один конец. Считайте, что сегодня я спасла вам жизни.

Они послушно повторили клятву и получили по пять золотых.

– Госпожа… – нерешительно обратился к ней Най. – Вы не ошиблись? Это ведь имперское золото!

– А чем оно хуже вашего? – не поняла жрица.

– Я говорю к тому, что оно ценится намного дороже, – смешался Най. – За одну такую монету дают десять золотых королевства!

– Мне попались честные слуги, – довольно сказала хозяйка. – Ладно, я выполню своё обещание, а вы начинайте службу. Подбери лопату, она может пригодиться. Вы уже ели? Ну и я позавтракала, поэтому разворачивайтесь и идём до обеда. Готовка на вас, а я к ней что-нибудь подстрелю. А пока я не охочусь, кто-нибудь из вас будет нести лук и стрелы. Нет, сумки я понесу сама. Не из-за того, что не доверяю, просто они очень тяжёлые и вы быстро выложитесь. А пока идём, будете отвечать на вопросы. Вопрос первый: в вашей деревне есть богатые крестьяне?

– Немного, но есть, – ответил Най. – У старосты богатое хозяйство. Он даже нанимает работников.

– А можно там купить приличное платье на такую, как я?

– Так смотря что считать приличным, – сказал давно молчавший Герт. – У старосты есть внучка вашего роста, но даже её праздничная одежда не подойдёт жрице.

– Одежда нужна только на время, чтобы зайти в столицу, – объяснила жрица. – Там я закажу другую. Моя пришла в негодность, поэтому пришлось надеть этот срам. Лучше такая одежда, чем идти голой.

Она замолчала, молчали и они, не смея мешать разговором, хотя Най видел, что соседу очень хочется поболтать. Такая возможность выпала на привале, когда жрица оставила свои сумки, забрала у Ная лук с колчаном и ушла охотиться. Их задачей было развести костёр и нагреть воду в котелке, что сделали очень быстро.

– Как ты думаешь, что у жрицы в сумках? – спросил Герт. – Вроде что-то звякнуло. И она говорила, что они очень тяжёлые. Неужели золото? Если я попробую поднять, ей не будет вреда?

Он промолчал всю дорогу и теперь болтал без перерыва.

– Попробуй, – предложил Най, которому тоже было интересно. – Какой вред, если ты ничего не взял?

– И я так думаю, – согласился сосед. – Ничего себе! Поднять можно, но не выйдет долго нести без отдыха. Точно золото! Как же она, такая маленькая, его прёт? Не иначе как магия! Она будет теперь не беднее нашего короля. Если за каждую такую монету дадут десять…

– Ты лучше считай не её золото, а наше, – сказал Най. – Мы с тобой будем не беднее старосты! За одну прогулку получим сто золотых! Мы с тобой и за десять лет не заработаем таких денег. Повезло, что она такая молодая и ничего у нас не знает. Другая бросила бы одну монету, а то и вовсе приказала бы проводить просто так! И я проводил бы. Она ведь не соврала, когда сказала, что спасла нам жизнь. Сожрали бы нас из-за твоей задумки. От орка не убежишь, а твой арбалет ему…

– Так из-за моей задумки и разбогатели! – перебил его сосед. – Остался бы ты дома, и не было бы никакого золота!

Разговор пришлось прервать из-за появления жрицы со здоровенной птицей.

– Единственное, что удалось подстрелить, – сказала она, с облегчением отдав свою ношу мужикам. – Часть мяса сварим, а остальное пожарим и вечером не будем возиться с готовкой. Руки у вас заняты, а языки свободные. Расскажите о королевской семье и вообще о самых сильных людях королевства. Вы хоть и крестьяне, но почти столичные жители, поэтому должны знать. Можно без подробностей, самое основное.

Язык был лучше подвешен у Герта, он и начал рассказывать:

– Наш король Габриэл пока правит без королевы. Она умерла семь лет назад, когда рожала младшую принцессу. У него два сына и две дочери. Наследнику семнадцать, а его брат на три года младше. Старшей принцессе уже шестнадцать и её сосватал наследник Сомского королевства. Вроде говорили, что свадьба будет зимой. Младшей принцессе всего семь. Родственников у короля много, и мы, понятное дело, не знаем всех. По жене он в родстве с герцогами Викасскими, которые у нас из самых сильных. Семья младшего брата короля носит титул герцогов Недальских. В отличие от Викасских, у них есть право на трон, но король с братом любят друг друга, поэтому у нас в королевстве нет разлада, не то что у некоторых соседей.

– А сколько этих соседей? – спросила жрица.

– С нами граничат пять королевств, – с готовностью ответил Герт, – а из империи выделились семь. У нас общий язык с соседями, но на имперском говорят и в десятке других королевств. Это те, кто к нам ближе, у дальних свои языки. Больших войн, слава богине, нет, но стычки бывают. Короли чаще дерутся своим войском, но иногда собирают и ополчение. Три года назад в этом повезло участвовать мне. Пару раз схлестнулись с нордарцами, так в одном из этих сражений я раздобыл арбалет.

– У вас кто-нибудь берёт деньги на хранение или в рост? – задала очередной вопрос жрица.

– Есть жреческое братство святого Нурия, – сказал Герт. – Они хранят золото и берут за это плату. Это удобно для купцов, потому что не нужно возить с собой много денег. Братство есть во многих королевствах, так они по своим запискам выплатят всё до последней монеты. А в рост можно давать купцам, но там можно и потерять деньги.

– В Верте есть сёстры?

– Извиняйте, госпожа, – замотал головой Герт, – но я о них ничего не знаю. Жреческие братства точно есть, а что там с сёстрами…

– Можно в деревне купить хорошую лошадь? – спросила жрица. – Не хочется идти пешком с этими сумками.

– Это можно. Сын нашего старосты разводит скаковых лошадей. Понятное дело, что не для себя, а на продажу. Подберёт он вам хорошую кобылу. Только я не знаю, найдёт он женское седло или нет, а с мужским вы не сможете забраться на лошадь или с неё слезть. У нас дамы ездят верхом только со слугами.

– Тебя как звать? Представьтесь оба.

Они назвали себя, после чего разговор возобновился. Най слушал, о чём они говорили, а сам ощипывал и потрошил птицу, а потом разрезал на куски. Часть мяса отправилась в кипящую воду, куда он сразу же засыпал крупу, а остальное проткнул прутьями и отложил до того времени, когда приготовится похлёбка.

– Скажи, Герт, ваши женщины вообще не носят штанов? – продолжала спрашивать жрица. – В королевстве, откуда я родом, они надевают штаны для конных прогулок, и не нужно никаких женских сёдел.

– Ездят и так, но не дамы, а наёмницы. Они, почитай, всё время бегают в штанах, но это и понятно: драться в ваших платьях никак невозможно.

– Где путешественники останавливаются в столице?

– На постоялых дворах, – ответил удивлённый её вопросом Герт. – Иной раз сдаются комнаты и в трактирах.

– Я спрашиваю не об этом, – нахмурилась она. – Меня интересует, в каком из них лучше остановиться?

– Даже не знаю, что ответить… – пришёл в замешательство Герт. – Мне это было без надобности. Спросите у нашего старосты, он может знать.

– Последний вопрос, и будем обедать, – сказала жрица. – Как на меня посмотрят, если я приеду на постоялый двор в штанах? Понятно, что не в тех, которые на мне сейчас, а в нормальных.

– Лучше вам, госпожа, приехать с каким-нибудь мужчиной, – ответил за соседа Най. – Тогда на вас не обратят большого внимания, в штанах вы будете или в платье. Он потом может уехать, главное, чтобы договорился с хозяином. Вам бы малость прибавить годов, и было бы проще. А так может найтись немало тех, кто захочет обидеть. Мы для такого не годны, а вот наёмники…

– По-моему, уже сварилось, – понюхав варево, сказала она. – Отставляйте, будем студить и есть, а пока раскладывайте шампуры и жарьте мясо. Когда поедим, оно уже должно приготовиться.

Най ожидал, что, когда тронутся в путь, госпожа опять будет задавать свои странные вопросы, но она всю дорогу молчала, и больше в этот день не было разговоров. Первую половину ночи дежурил он, а потом разбудил Герта и до утра лёг спать. Дежурство было необременительным и заключалось в подкладывании дров в небольшой костёр. Утром на нём же сварили кашу, к которой добавили оставшееся со вчерашнего дня мясо. Жрица решила не обедать, а раньше остановиться на ночёвку. Она опять ушла на охоту, но на этот раз принесла только двух куропаток, которых им впритык хватило на ужин. Утром не стали возиться с завтраком и затягивать выход. Жрица сбегала в лес и вернулась с полной сумкой плодов, их на ходу и поели. Най видел, что девочку охватило какое-то лихорадочное нетерпение. Она рвалась вперед, стараясь как можно меньше задерживаться на привалах, хотя дорога давалась ей трудней, чем мужикам. На второй день тоже были вопросы, но меньше и такие, на большинство из которых у них не нашлось ответов. Хозяйка была недовольна, но не сказала ни одного плохого слова. Обед опять пропустили, а отъедались вечером похлёбкой из крупы и добытых жрицей птиц. К вечеру третьего дня должны были подойти к Верту, но всё сложилось иначе. В полдень лес по обе стороны дороги поредел, а местами исчез, сменившись вырубками и крестьянскими полями. Плиты на дороге по-прежнему были потресканные, но очищенные от деревьев и кустов. Когда показалась деревня в сотню дворов, жрица решила, что в неё нужно зайти.

– Вы живёте слишком близко от города, – сказала она мужикам. – Сами же говорили, что днём по дороге много ездят. И что, мне идти в таком виде или прятаться за ваши спины? Зайдём и к вам хотя бы из-за лошади, а сейчас посетим эту деревню, и я раздобуду хоть какую-нибудь одежду.

Вскоре увидели съезд на узкую грунтовую дорогу, по которой дошли до деревни. Ещё при подходе услышали громкие крики и плач. Возле третьей от края избы собралась толпа крестьян из-за которой не заметили солдат. Когда подошли ближе, увидели какого-то важного толстого господина и пять вооружённых копьями всадников. Двое уже спешившихся древками копий выталкивали из избы женщину, за которую цеплялись дети. Кричала женщина, упрашивая не губить их.

– Держите и ни во что не вмешивайтесь! – приказала хозяйка, отдавая им сумки с золотом.

Избавившись от груза, она вздёрнула подбородок и пошла сквозь расступившуюся толпу.

– Что здесь происходит? – властно спросила жрица, обращаясь к удивлённо уставившемуся на неё толстяку.

– А ты кто такая? – в свою очередь спросил он. – И по какому праву задаёшь вопросы? Я уже не спрашиваю, почему ходишь голой, шлюхи и те одеваются скромней!

– Убить тебя прямо сейчас за оскорбление? – задумчиво сказала девочка. – Я не услышала ответа. Учти, что я не задаю вопросы дважды. И не рассчитывай на своих солдат, они только смазка для моего меча.

С последними словами она сунула ему под нос ладонь, продемонстрировав глаз.

– Жрица! – поражённо сказал толстяк. – Но почему в таком виде?

– Я несла слово богини оркам, – объяснила девочка. – Пришлось долго жить среди людоедов, и одежда пришла в негодность. Орки были готовы отдать мне последнее, но у них не было ничего, кроме вонючих шкур. Итак, ты мне не ответил.

– Я управляющий барона Рожера, – поклонился он. – Выселяем семью за долги.

– Велик ли долг? – спросила жрица. – Всего пятнадцать золотых? Возьми, этого хватит.

Она положила ему в руку два имперских золотых и крикнула солдатам, чтобы оставили женщину и убирались.

– Долг уплачен, – поспешно сказал управляющий. – Я не могу вам чем-то помочь? Может, воспользуетесь гостеприимством господина барона? Жаль, тогда позвольте откланяться!

Управляющему привели коня, на которого он с трудом забрался, после чего в окружении баронских дружинников ускакал по дороге.

– Что уставились? – обратилась девочка к жителям деревни. – Я в это одета не потому, что нравится так ходить, просто не было ничего другого. Может кто-нибудь из вас продать мне одежду на мальчишку моего роста? Я думаю продолжить путь верхом, а слуги пока нет, поэтому с платьями придётся повременить.

– Я помогу, госпожа, – протиснулся вперёд пожилой, но крепкий мужчина. – Пойдёмте со мной, я живу рядом.

Жрица жестом приказала Наю с Гертом следовать за ней и сама пошла рядом с пожилым.

– Ты не похож на других, – сказала она ему. – Представься.

– Не похож, потому что уже двадцать лет не крестьянствовал, – ответил он. – Поступил в дружину к графу Фельмору и состарился вместе с ним. Когда старый граф умер и пришлось служить его наследнику, я решил, что с меня хватит казармы. Сынок у графа и сам не мог жить спокойно, и нам не давал. Вернулся домой только для того, чтобы похоронить жену и понять, что дети прекрасно обойдутся без меня. Я дома только полгода, а уже невтерпёж. Вы говорили о слуге… Я не подойду? Я, конечно, не благородный шевалье, но знаком с обхождением и многому научился на службе у графа. Не мастер меча, но неплохо им владею. Вы едете в столицу? Я хорошо её изучил, да и общество знаю. Нас везде брали с собой и не скрывали секретов. Я не собираюсь их выбалтывать, но чувствую, что вы нездешняя, поэтому человек…

– Достаточно, – прервала его жрица. – Ты мне подходишь. Здесь можно купить для нас коней? Только не таких, которые тянут телегу, а что-нибудь побыстрей.

– У меня есть конь и оружие, а коня для вас можно купить у старосты. У его старшего сына есть неплохой жеребец. Если не поскупитесь, он уступит. Да, я вам не представился. Я Верн из рода Мартов. Давайте сейчас посмотрим ту одежду, которая осталась от младшего сына.

– Ваш сын умер? – печально спросила девочка.

– Он слишком быстро из неё вырос, – рассмеялся Верн. – Подождите, я привяжу собаку.

Он открыл калитку своего дома, поймал за ошейник бросившегося ластиться кобеля и привязал его к вмурованному в стену дома кольцу.

– Это ваши слуги? – спросил он жрицу, показав рукой на мужиков. – Пусть тоже заходят. Покончим с делами, тогда пообедаем.

Верн завёл всех в горницу и ушёл за одеждой, а когда вернулся, принёс целую охапку рубах и штанов.

– Здесь не только одежда младшего, но и других, – сказал он, положив всё на лавку. – Заношенного не брал, только то, что получше. Одёжа немного помята, но вся стиранная. Мы выйдем, а вы скажете, когда можно будет зайти.

Они удалились в другую комнату и недолго общались. Верн спросил Ная, кто они и откуда, и услышал короткий рассказ о неудавшемся походе в Проклятый город. Едва Най кончил рассказывать, как из горницы крикнула жрица. В первый миг её никто не узнал. Волосы у хозяйки не доставали даже до плеч, поэтому со спины она ничем не отличалась от мальчишек. Вот только лицо…

– Как я смотрюсь? – спросила она. – Выбирала то, что поменьше, но всё равно слишком свободное. Но уже хоть не будут пялиться на ноги. Ну что, идём договариваться насчёт лошади?

– Не стоит идти всем, – сказал Верн. – Посидите здесь с сумками, а мы быстро обернёмся. Староста живёт близко.

Они ушли, а Най, довольный тем, что не нужно ходить за хозяйкой с тяжёлой сумкой, прилёг на одну из лавок.

– Заканчивается наша служба, – сказал ему Герт. – Нам не будут покупать коней, а конный пешему не товарищ. Видел, как хозяйка торопилась в столицу? Сейчас купит коня и ускачет с новым слугой, а нам с тобой топать домой до вечера. Как думаешь, заплатит она, как обещала? Работа-то не сделана до конца.

– Заплатит, – без тени сомнения ответил Най. – Она не скупая, а нами довольна. Да и работу не доделали не по своей вине, а по её воле.

– Хорошо, если так, – сказал сосед, ложась на другую лавку. – Отдохнём, пока они ходят, а потом хозяин обещал накормить.

Жрица с новым слугой вернулась через час. Было видно, что она довольна покупкой. Вместе с ними пришла молодая женщина, оказавшаяся женой одного из сыновей Верна. Она быстро приготовила обед на четверых, поклонилась и ушла, пообещав свёкру позже всё убрать. После еды девочка выдала им обещанные десять золотых.

– Счастливо вам добраться до дома, – пожелала она на дорогу. – Можете идти, я здесь немного задержусь.

Они поклонились и в сопровождении хозяина вышли во двор. Верн открыл калитку, тоже пожелал счастливого пути и вернулся в дом. Никого не встретив, мужики вышли за околицу и быстрым шагом направились к мощённой камнем дороге. Когда к ней подходили, из небольшой рощи вышли четверо вооружённых людей. Двое были похожи на баронских дружинников, двое других видом напоминали татей.

– А ну погоди! – остановил их один из дружинников. – Идите за нами и не рыпайтесь, если дорога жизнь. Лаш, возьми у него арбалет.

У Герта отобрали оружие, и их обоих погнали к роще. Там мужиков подвели к пожилому воину, рядом с которым стоял молодой маг в мантии.

– Быстро отвечайте и не вздумайте врать! – сказал пожилой. – В сумках было золото?

– Так кто же его знает, – сказал Герт. – Нечто мы…

– Врёт, – усмехнулся маг и спросил мужиков: – Она вам сама сказала, что жрица? Чем подтвердила?

– Глаз на ладони, – ответил Най. – Жрица она, точно вам говорю!

– В королевстве больше нет жриц, – сказал маг пожилому. – Жреческие братства их выжили. Не знаю, как этой сопле удалось побывать в имперской столице, но жречество здесь точно ни при чём. Глаз на ладони покажет любая деревенская ведьма, это обычная иллюзия. Так что плюньте на свой страх, капитан.

– А что делать с этими? – спросил пожилой.

– Что хотите, – рассмеялся маг. – Я вывел бы их на дорогу и дал пинка под зад, чтобы быстрее уносили ноги. Обычные крестьяне.

– Если не хотите плохо кончить, забудьте всё, что видели и слышали! – сказал мужикам капитан. – Обыщите их и тычками гоните прочь!

Обоих быстро ощупали, но золота не нашли. Ногами не пинали, но каждому дали по подзатыльнику и вытолкнули на дорогу. Остановились только тогда, когда роща скрылась за соседним лесом.

– А ведь мы не можем уйти, – сказал Най. – Помнишь клятву? Пока она не попадёт в столицу, мы не можем причинить ей вред. Если уйдём, её схватят или убьют. Что это, если не вред?

– Думаешь, успеем упредить? – спросил Герт. – Идти придётся в обход.

– Нужно попробовать! – решил Най. – Ты как хочешь, а я побежал.

Через два часа они через поле выбежали к дороге и поспешили к избе Верна. На стук в калитку залаял пёс и тут же вышел сам хозяин.

– Хорошо, что я задержалась! – зло сказала девочка, выслушав о засаде. – Мы можем их обойти?

– На лошадях не обойдём, – покачал головой Верн. – Да и на своих двоих… За деревней наверняка наблюдают, поэтому не дадут уйти. Это дружина, да ещё с магом в придачу. Зря вы вмешались со своим золотом. Деревня оплатила бы долг Марфы. В первый раз, что ли!

– Не хотелось мне его тратить, да придётся! – сказала девочка, развязывая одну из сумок с золотом. – Я его проложила мхом, чтобы не разбился.

– Что это? – с недоумением спросил Верн, разглядывая шар с джинном.

– Стихийный дух, – объяснила жрица. – Не знаю только, какую стихию он в себе воплощает. Но даже если воду, я не позавидую этой засаде. Теперь к ним нужно как-то подобраться, кинуть шар и унести ноги.

– Это сделаю я, – решительно сказал Верн. – Если поедете вы или мы с вами вдвоём, могут просто убить болтами. Да и ездите вы плохо, поэтому не сможете быстро убраться. А в меня одного стрелять не станут. Захотят схватить и выяснить, из-за чего мы застряли в деревне.

– Осторожней, Верн! – сказала она, передавая ему шар. – У вас будет только несколько мгновений после того, как он коснётся земли. К тому же вам могут выстрелить вслед.

Все вышли во двор и следили за тем, как хозяин галопом помчался на своём жеребце по дороге, оставляя за собой шлейф пыли. Не доезжая до рощи, он перешёл на рысь. Было слишком далеко, чтобы можно было рассмотреть бросок, увидели лишь, как Верн повернул коня и понёсся обратно. Роща вспыхнула сразу вся и выгорела в считанные мгновения. Даже отсюда был слышен рёв пламени. Если в засаде кто-нибудь уцелел, он сейчас удирал без оглядки. Не прошло и получаса, как Най с Гертом ушли тем же путем, каким прибежали в деревню, а жрица и её новый слуга воспользовались деревенской дорогой. Возле бывшей рощи всё было завалено пеплом. Ветер поднимал его в воздух и гнал в сторону деревни.

– Будет шум, – предупредил хозяйку Верн. – Барон лишился большей части дружины, а это не шутки. И он знает, на кого делалась засада.

– Я в лучшем положении, – зло сказала девочка. – Он не знает обо мне ничего, кроме возраста и того, что я представилась жрицей, а я знаю, кто он такой. Так что при случае обязательно отблагодарю барона Рожера за внимание и потерянного джинна!

Глава 5

С новым слугой было интересней, чем с крестьянами. Он знал намного больше их, и с ним Настя могла беседовать, а не просто выслушивать ответы на свои вопросы. Если бы не эта тряска в седле… Лор передал знания наездника, да и она за последний месяц сильно окрепла, но даже неспешная рысь, которой они двигались по дороге, не доставляла удовольствия. Конечно, быстрее, чем идти самой, и сумки с золотом не бьют по ногам, но всё равно неудобно.

– Я так и не поняла, почему барон осмелился напасть на жрицу, – сказала Настя Верну. – Или он мне не поверил?

– Откуда вы взялись, госпожа, если не знаете таких простых вещей? – удивился слуга.

«Какой наглец!» – высказалась Элла.

«Не вижу наглости, – возразил Лор. – Опытный воин и уверенный в себе муж».

Эти двое в последнее время часто спорили в голове девочки, и это иной раз мешало. Не сейчас, а когда она вступилась за женщину. Уже в доме Верна Настя сказала им, что не против советов, но жить будет своим умом.

«Хорошо жить умом, когда он есть, – сердито ответил паладин, – а у тебя, судя по недавней выходке, его не слишком много! Я уже не говорю об опыте».

«Я прочла сотню книг о таких мирах, как ваш! – возразила девочка. – Сам говорил, что не видел таких умных детей».

«Книжный опыт, – ехидно сказал Лор. – А твой ум… Я ведь мог и ошибиться. Что толку давать советы, если ты поступаешь по-своему?»

«Лучше было побить Ная с Гартом стрелами? – тоже ехидно спросила она. – Кажется, ты это советовал? А моя выходка с уплатой долгов прошла без последствий».

«Посмотрим, – оставил за собой последнее слово Лор. – Ты пока не в столице».

Он припомнил этот разговор, когда проезжали мимо сгоревшей рощи.

– О себе я расскажу в другой раз, – сказала Настя слуге, – и только то, что посчитаю нужным. А ты лучше не задавай вопросы, а отвечай на мои.

– Извините, госпожа, – повинился Верн. – Барон мог поверить в то, что вы жрица, но это не повлияло бы на его действия. Ему было достаточно того, что у вас с собой две сумки с имперским золотом. Какая-то девчонка, пусть даже жрица, которая путешествует в глухомани без охраны в компании только двух деревенских олухов… Такую не ограбит только ленивый. Жриц боятся из-за их силы. Все они сильные маги и горой стоят друг за дружку, поэтому мало охотников их обижать. Но от болтов не поможет никакая магия, особенно если их выпустить из засады. Вас убили бы, а ваши сёстры по жречеству, если они есть, ничего не узнали бы. Богиня только даёт силу своим слугам, но сама их не защищает. Дал себя убить, значит, туда тебе и дорога! В нашем королевстве жриц вообще нет. Говорили, что они что-то не поделили с одним из жреческих братств и вынуждены были уйти. Поэтому, если вы позволите, я бы дал совет никому не показывать ваше око. А сейчас ещё этот барон начнёт искать жрицу, так что ваш сан не даст ничего, кроме неприятностей.

– Спасибо за совет, я его учту, – поблагодарила девочка и мысленно обратилась к своим советникам: «Вот ваш тысячелетний опыт! Легенда летит коту под хвост! Жрицей называться нельзя, а кем тогда можно?»

«Пока ты в этих штанах, лучше вообще молчать, – ответила Элла. – Называться благородной девушкой будешь, когда достойно оденешься. Останешься той же Нальдой Рожди, только не жрицей, а графиней. Жрицы не называют своих титулов, а в нашей семье он был графским».

«Спроси у слуги, с какими королевствами дружат, а с кем живут на ножах, – посоветовал Лор, – тогда можно выбрать то, из которого ты приехала. Постарайся вообще побольше узнать о королевстве Вардаг и обо всех его соседях. Знания – это сила!»

«У вас уйма этих графов? – с сарказмом спросила Настя. – Ах, их очень мало! Как же я буду называться графиней из соседнего королевства? Много потребуется времени, чтобы узнали, что в Сомском королевстве не было графов Рожди, начиная с его основания? Интересно, что здесь делают с самозванками? Если уж врать, то так, чтобы враньё было трудно проверить. Помимо соседних, есть и дальние королевства, в том числе и те, в которых говорят по-имперски. Ладно, буду расспрашивать Верна, а вы слушайте и думайте, что мне посоветовать. Только обсуждайте всё так, чтобы я не слышала ваших споров!»

– Верн, ты знаешь какое-нибудь королевство из дальних, с которым у вас мало отношений? – спросила девочка слугу. – Только нужно, чтобы там говорили на вашем языке.

– На нашем? Надо понимать, что он не ваш, – сказал Верн. – Хотите говорить, что приехали оттуда? Понимаете, госпожа, язык в разных королевствах тоже будет отличаться. Вы его поймёте, но выговор и отдельные слова будут уже другими. У ближних соседей это мало заметно, а у дальних очень чувствуется.

– Ладно, тогда рассказывай о ближних соседях, – согласилась она. – Дальних оставим на потом. И расскажи о вашем высшем дворянстве, мне мужики сказали только о двух герцогских родах.

Больше часа беседовали о графах и герцогах, пока вдали не показались шпили башен храмов и дворцов. Настя начала невольно торопить коня. Ей страшно надоела дикость и хотелось очутиться в нормальных человеческих условиях. Понятно, что здесь не будет телевизоров и компов, но даже средневековый город – это уже хоть какая-то цивилизация. Как выяснилось позже, Верт совершенно не походил на города земного средневековья. Первое, что удивило, – это отсутствие крепостной стены.

– Какая стена? – удивился Верн, когда хозяйка задала вопрос. – Верт был одним из семи самых больших городов империи, не считая столицы. Его невозможно огородить. Даже если бы сделали такую стену, не хватило бы армии, чтобы её защитить. Да вы скоро сами увидите. Можно задать вопрос?

– Конечно, можно, – разрешила она. – Если тебе что-то непонятно, спрашивай без разрешения.

– Я видел, как вы расплачивались с крестьянами имперскими золотыми, – сказал Верн, – а до этого – с управляющим барона и нашим старостой. У вас это единственные деньги?

– Предлагаешь их поменять? – сказала Настя. – Я об этом думала.

– Лучше сделать это перед тем, как куда-нибудь вселяться, – предложил слуга. – Конечно, и на постоялом дворе их возьмут с удовольствием, но разговоров будет…

– С чем связано это удовольствие? – спросила девочка. – Почему за один имперский золотой дают десять королевских? В них так мало золота?

– И это тоже. В имперском золотом намного меньше меди, и он сам в два раза больше весит, но дело не только в золоте. Не знаю почему, но из этих золотых у магов получаются самые лучшие амулеты. С тех пор как развалилась империя, прошла тысяча лет, и всё это время имперские золотые плавили, добавляли медь и чеканили свои деньги. Сейчас очень трудно найти золотой имперской чеканки, тем более в хорошем состоянии.

– Значит, мне за них могут дать и больше?

– Я не советую вам заниматься разменом, – сказал слуга. – Привлечёте к себе внимание и введёте в соблазн всё у вас отобрать. А если схватитесь за меч или пустите в ход магию, может быть очень плохо! С одной стороны, богатые и влиятельные люди, а с другой – девочка, за которой нет силы. Догадываетесь, чью сторону примет королевский суд? Лучше менять небольшие суммы у разных людей и идти с этим мне. Сначала поменяем немного, чтобы устроиться на постоялом дворе и привести в порядок свой вид, а потом можно менять и остальное.

– А что у тебя не так с видом? – спросила Настя. – По-моему, очень неплохо выглядишь.

– Для госпожи в таких штанах, как на вас, я выгляжу просто замечательно, – улыбнулся Верн, – но если вы станете знатной дамой, то и мне нужно будет поменять одежду. Можно на мне сэкономить, но это ударит по вашему престижу. К тому же, учитывая ваш возраст, мне многие дела придётся делать самому, а при встрече в первую очередь смотрят на одежду.

– Не буду я на тебе экономить, – тоже улыбнулась девочка. – Ты будешь выглядеть не хуже короля. Верн, ты хорошо знаешь столичные постоялые дворы?

– Знаю, но по чужим отзывам. Сам я ими не пользовался. Выбор очень большой, особенно когда нет необходимости считать каждую монету.

– Особенно если они не твои, – засмеялась Настя. – Ладно, доверюсь тебе в обмене денег и выборе жилья. А сейчас нам нужно ненадолго расстаться.

– Хотите спрятать часть золота? – догадался Верн.

– Вот как жить с таким догадливым слугой? Да, спрячу половину. Я не хочу, чтобы ты знал место клада. Если начнут тянуть жилы, можешь не выдержать. Что такое чужое золото, когда тебя медленно режут на кусочки? А так любой маг скажет, что ты не знаешь того, где я его закопала.

– Вы правы, – согласился слуга. – Я проеду вперёд и подожду за тем лесом.

Он пришпорил коня и галопом помчался по дороге, а Настя свернула влево, к небольшой берёзовой роще. Выбрав приметное место, она аккуратно сняла кинжалом дёрн, выкопала нужных размеров яму, разбрасывая повсюду ненужную землю, а потом положила в неё одну из сумок с золотом, добавив туда же почти все драгоценности. После этого уложила на место дёрн и пометила его тремя камнями. Конь, которого она до сих пор немного побаивалась, ждал привязанный к одной из берёз. Она хотела купить что-нибудь поменьше, но у сына старосты был только этот зверюга. Жеребец чувствовал её страх и забавлялся, делая вид, что хочет укусить. Сын старосты сказал, что это игра, да она и сама так думала, но всё-таки было боязно. Его зубами ничего не стоило отхватить пальцы. Отвязав повод, она со второй попытки забралась в седло. Повезло в том, что конь стоял на месте, иначе ничего не получилось бы. Разобрав поводья, девочка начала колотить пятками по лошадиным бокам. Она перестаралась и, сама того не желая, перевела коня в галоп. Хорошо, что он выбежал на дорогу и понёсся по ней в нужную сторону. Управлять Настя не могла: она бросила поводья и вцепилась руками в конскую гриву. Промелькнул лес, за которым должен был ждать Верн. Может, и ждал, но она этого не увидела, потому что боялась поднять голову. Вскоре послышался приближающийся конский топот. Нагнавшему слуге удалось схватить поводья и успокоить коня.

– Вы меня напугали, – сказал он Насте. – Уже думал, что лишусь службы.

– Забрал бы тогда золото, – не подумав, ответила не до конца отошедшая от страха девочка. – Сам бы нанимал себе слуг.

Потом она сообразила, что такое не стоило говорить, и почувствовала себя неловко, а Верн обиделся, поэтому до самого города ехали молча. Раз не было городской стены, отсутствовали и ворота, но здесь додумались до шлагбаума, которым наряд из пяти стражников перегораживал дорогу. Плату за въезд в столицу взимали только с крестьян и купцов, с каждого воза по мелкой серебряной монете, которую называли половинкой. Чтобы не мешать обозам, всадники объезжали шлагбаум по обочине. То же сделали и они и очутились в Верте – стольном граде королевства Вардаг.

– Где будем менять золото? – спросила Настя. – Извини за грубые слова, ты их не заслужил. Я тогда сильно испугалась и сказала не подумав.

– Лучше в одном из купеческих домов, – ответил Верн. – Они за плату меняют деньги соседей на наши и не откажутся купить монеты империи. Купеческие кварталы не очень далеко отсюда.

Пока ехали к купцам, она во все глаза рассматривала город. В любой книге о европейском средневековье писалось об узких улочках городов и текущих по ним нечистотах. Так вот, ничего этого она не увидела. На улицах могли разъехаться два экипажа, повсюду было много зелени и ничем не воняло. На площадях возвышались скульптуры каких-то героев обязательно верхом на коне. Одетый в камень город за день нагрелся, и было немного душно. Кое-где пахло навозом, но не сильно.

– Это имперский город, – объяснил ей Верн. – Вся центральная часть была построена тысячу лет назад, и с тех пор здесь ничего не меняли, только проводили ремонт. Дома достраивали в сторону реки, так там улицы будут уже, хотя канализацию сделали. У нас без неё нет ни одного города, а вот кое у кого из соседей такое встречается. Мы уже приехали. На той стороне площади начинается улица, на которой много торговых домов. Сколько будем менять?

– Возьмёшь жменю монет, пока должно хватить, – решила она. – Сейчас развяжу сумку.

– Золото не носят в руках, – сказал он, отвязал от пояса свой кошель и, ссыпав из него монеты в карман штанов, протянул девочке. – Наполните сами.

Они проехали большую круглую площадь с непременной статуей всадника и спешились у первого же двухэтажного дома на улице, о которой говорил Верн. Как и у других домов, возле него была коновязь, к которой привязали лошадей.

– Торговый дом Морана, – объяснил слуга. – Он не из самых больших, но в первой гильдии. Коней не должны увести, но если попробуют, можно рубить руки. Я постараюсь быстро обернуться.

Отсутствовал он с полчаса. За это время к дому подъезжали всадники, и кто-то уехал, забрав своего коня, но на их лошадей не покусились. Проходившие мимо либо совсем не замечали Настю, либо на их лицах появлялось выражение брезгливого недоумения, а один господин достал из кошеля серебряную монету и кинул на ступени.

– Тебя долго не было, – недовольно сказала она. – Мне уже начали подавать милостыню.

– Поменяли немного дороже, – ответил Верн. – Я взял золото и серебро. Монеты в кошелях в этой сумке. Едем на постоялый двор?

– У вас продаётся готовая одежда или только шьют на заказ? – спросила Настя. – Хотелось бы хоть немного приодеться. Неприятно, когда на тебя смотрят как на вошь.

– Готового продают мало, – ответил он. – Это в основном вещи, от которых отказались заказчики, и будет трудно подобрать на вас что-нибудь приличное. Давайте поселимся, а потом я съезжу к мастерам и вызову их на постоялый двор. Вам ведь нужна не только одежда, но и обувь, а покупать сшитую на другого – это смерть ногам. Без обуви даже не пустят в приличный трактир.

– Поехали, – вздохнула девочка и попыталась сесть на коня.

Непривычный к городу жеребец нервничал и мешал, поэтому у неё ничего не вышло.

– Надо его заменить, – сказал Верн, помогая хозяйке сесть в седло. – Этот конь вам не по силам. Здесь его обменяют на любом рынке.

На этот раз ехали недолго и остановились на постоялом дворе «Императорский».

– Хозяева любят давать своим заведениям громкие имена, – посмеиваясь, ответил он на вопрос Насти, когда отдали лошадей конюху и, увешанные сумками, шли устраиваться на постой. – Держитесь сзади, чтобы хозяин не увидел ваших босых ног.

Они вошли в большой, заставленный столами зал. Голодная девочка чуть не захлебнулась слюной от запахов пищи. В стороне от трапезной, возле лестницы на второй этаж, стоял стол поменьше, за которым сидел сам хозяин – невысокий полный господин с круглым весёлым лицом. Его весёлость сразу же сменилась раздражённой гримасой, едва он увидел Настю.

– Убирайся отсюда! – крикнул он, замахав руками. – Здесь тебе ничего не подадут!

Кое-кто из сидевших в зале оторвался от еды, чтобы посмотреть на то, как вышвырнут попрошайку.

– Ещё одно такое слово – и я вас убью, – сказал толстяку Верн. – Увы, оскорбление благородной дамы…

– Где вы увидели даму? – не понял хозяин. – И кто вы такой, что смеете мне угрожать?

– Мы клиенты, – объяснил Верн. – Не смотрите на внешний вид этой дамы, в пути с её одеждой случилось несчастье. Ничего, скоро здесь будут лучшие мастера столицы. А от вас мне нужно только два самых лучших номера. Пока на декаду, а там посмотрим. Желательно, чтобы номера были рядом. После вселения сразу же подайте туда ужин!

– Сорок золотых! – назвал толстяк явно завышенную цену и издевательски посмотрел на Верна. – И деньги платите вперёд!

– Возьмите, – сказал слуга, развязал один из кошелей и отсчитал нужную сумму. – Кто нас проводит?

Хозяин растерянно посмотрел на горку золотых монет, а потом на странных посетителей. Решив, что глупо отказываться от выгодных клиентов, он крикнул одному из слуг, куда их вселить.

– Я думала, что нас сейчас вытурят, – сказала Настя Верну, когда оставила сумки в своём номере и заглянула к нему. – У тебя комната не меньше моей.

– Я буду жить скромнее, – объяснил он, – но сейчас хозяина надо было задавить золотом. Любой из них имеет право без объяснений отказать в услугах, и он уже собирался это сделать. Можно пойти в другое заведение, но и там нам не обрадуются, а уже вечер и вы устали. Сейчас поужинаем, и я поеду за мастерами, а вы на всякий случай закройтесь и никому не открывайте. Я не буду долго разъезжать.

Ужин принесли без задержки, и Верн, быстро поев, ушёл. Девочка заперла дверь выданным ключом и легла на кровать.

«Вы почти весь день молчите, – обратилась она к Лору с Эллой. – Даже как-то непривычно без ваших споров».

«У тебя сейчас опытный советчик, – отозвался паладин. – Он прекрасно знает столицу и здешнюю жизнь, а мы только начали в ней осваиваться. Многое непривычно, поэтому я подожду со своими советами».

«Я могу поддержать тебя только магией, да и то очень недолго, – сказала Элла. – В остальном от меня будет мало толку. Жизнь сильно изменилась, а жриц, на которых я рассчитывала, здесь нет».

«Мне без вас скучно, – призналась Настя. – Необязательно давать советы, можно просто поговорить. Вот в чём у вас был смысл жизни? Для меня это не праздный вопрос. Верона забросила меня в ваш мир, не сказав ни слова. Вряд ли ей нужна помощь, значит, захотела посмотреть на то, как я из всего этого выпутаюсь. Есть мысли, для чего ей это может быть нужно? Вот я сейчас оденусь и обуюсь во всё новое, украшу себя алмазами, а что дальше? Чем мне у вас заниматься?»

«А чем бы ты занималась у себя дома? – спросила Элла. – Не каждодневно, а вообще? В чём у вас смысл жизни?»

«У каждого он свой, – ответила девочка, – общего для всех так и не нашли. Дома я об этом не задумывалась, только доводилась читать в книгах то, что по этому поводу думают другие. В последний раз читала, что смысл жизни в ней самой, а другого просто нет. Вот целей может быть много. Я хотела, когда вырасту, получить специальность и выйти замуж. Понятно, что замуж только по любви и за замечательного мужчину. Чтобы мы много зарабатывали и была хорошая квартира. Хочу умных и красивых детей, и чтобы они не болели. Наверное, этого хочет любая женщина.

«Здесь хотят того же самого, – грустно сказала Элла, – только наши женщины не занимаются работой. Я говорю о дворянках. Все хотят счастья, не всем оно достаётся! Я всю жизнь тянулась за силой, чтобы подняться над другими. Пришла смерть, и что в итоге? У меня даже не было любимого мужчины и детей. Радости жизни прошли мимо, как будто я и не жила. Зацепилась за этот пояс в надежде прожить кусочек чужой жизни и урвать каплю чужого счастья! Своего-то не было».

«Наверное, тебе нужно получше устроиться в жизни, – сказал Лор. – Пока у тебя нет ничего, кроме халявного золота. Если не повезёт, не так уж трудно его лишиться. А насчёт того, для чего это нужно богине… Есть у меня одна мысль, не знаю только, понравится она тебе или нет».

«А если короче? – поторопила его девочка. – Скоро должны приехать мастера, и мне будет не до разговоров».

«Если короче, то богиня по тебе оценивает ваших людей. Если останется довольна, может быть, возьмёт их под свою руку, если нет, то уйдёт из вашего мира. Ничего другого я придумать не смог».

«И кто будет в неё верить? – сказала Настя. – Она не нужна тем, кто верит в своих богов, а остальным любые боги по фиг!»

«Зачем в неё верить? – не понял паладин. – Верить или не верить вы можете в выдуманных богов, а с великой Вероной выбор другой. Вы можете следовать её указам или на них плевать. На тех, кто наплюёт, она плюнет сама, и их больше не будет. И ей безразлично, один такой будет строптивым или миллионы. У вас благополучный мир?»

«Нет у нас ничего благополучного, – расстроенно сказала девочка, – вот придурков навалом. Если их чистить, население планеты уменьшится в несколько раз».

«Больше благ останется для нормальных, – сказал Элла, – а придурков не жалко, сколько бы их у вас ни было».

Разговор пришлось прервать, потому что вернулся Верн и постучал в запертую дверь.

– Ты хорошо прибарахлился, – сказала Настя, рассматривая костюм слуги из красивой и явно дорогой ткани, украшенный вышивкой и кружевами, – а чем обрадуешь меня?

– Сейчас приедут мастера, – ответил он. – Будут и швеи, и башмачник, так что сможете заказать всё, что вам нужно. Плащи и шляпки обычно покупают готовые.

Первой приехала швея с двумя помощницами. Как поняла Настя, пожилая дама сама ничего не шила, а только принимала заказы у состоятельных клиентов. Две молодые девушки измерили девочку и удалились ждать, пока освободится начальство. Для этой процедуры ей пришлось раздеться до трусов, которые сразу же вызвали интерес швеи.

– Оригинальное бельё, – сказала она, обойдя вокруг Насти. – Его шили не в нашем королевстве? И как оно крепится?

– Это пошито далеко, – ответила девочка. – В них стягивающаяся лента, но можно сделать на завязках. Вы уже посмотрели трусы? Может, займёмся моими заказами?

– Да, конечно! – швея раскрыла что-то вроде альбома, в котором были нарисованы разные платья в двух видах: спереди и сзади. – Здесь вы можете выбрать то, что вам понравится.

– Мне нужно одно платье покрасивей и одно для дороги, – сказала Настя, перелистывая альбом. – У вас все платья только со шнуровкой сзади? Дело в том, что у меня пока нет служанки…

– Дальше есть и с боковой, – подсказала швея. – Их тоже не очень удобно надевать самой, но уже можно обойтись без помощи.

– Мне это и вот это, – выбрала девочка. – Скажите, у вас женщины совсем не заказывают штанов?

– Наёмницы заказывают, – ответила швея, – но не из ткани, а из тонкой кожи с вырезами.

– Вот и мне нужны такие рубашка и штаны, – заказала Настя, – только чтобы они на мне не болтались, а слегка обтягивали.

– Не слишком откровенный наряд? – осторожно возразила швея. – Так себя показывать…

– Ваши платья не скрывают ничего, кроме ног, – возразила девочка, – а мне пока нечего показывать. И ещё я хочу домашний наряд, который у нас называют пижамой. Ходить в спальне в платье неудобно, а в ней – в самый раз. Это тоже рубашка и штаны, но шьются из мягкой ткани. Выберите что-нибудь понаряднее и украсьте кружевами. Да, я буду довольна, если вы пошьёте трусы. Я вижу, что они вас заинтересовали, вот на мне и попробуете. Сколько с меня за всё?

– Пока десять золотых, – ответила швея. – Это задаток, а рассчитаетесь, когда пошьём. За два дня должны успеть, но вашу пижаму доставят завтра.

Едва Настя рассчиталась со швеёй, как приехал башмачник. Им оказался пожилой и почти лысый мужчина с недовольным лицом. Было видно, что он за день устал, а недовольство, наверное, было связано с поздним вызовом. Вместо рисунков он привёз большую сумку с обувью.

– Мне сказали ваш возраст, и я кое-что привёз, – сказал он девочке, вываливая обувь на пол. – Может, подберём вам что-нибудь по ноге, а из остального выберете образец для заказа.

На её ноги и дома было сложно найти обувь, которая нигде не жала бы и не натирала пальцы, и здесь из двух десятков пар подошли только одни туфли на высоких каблуках. Остальное по разным причинам было забраковано.

– Это туфли для танцев, – сказал мастер. – Вы не пойдёте в них по мостовой.

– Для мостовых мне нужны такие, – выбрала девочка, – и ещё вот эти, у которых совсем нет каблука. Скажите, вы не сможете пошить домашнюю обувь? А то моя протёрлась.

Он не понял, о какой обуви идёт речь, поэтому ей пришлось вытащить свои шлёпанцы.

– Можете сделать их из ткани покрасивее и украсить шитьём или мехом, – сказала Настя, видя, что он заинтересовался её заказом. – Подошва должна быть кожаная, но и на неё нужно изнутри наклеить или нашить ткань. В такой обуви ногам очень удобно.

Заплатив мастеру задаток и получив уверения в том, что вся обувь будет пошита через два дня, она выпроводила его и заперла дверь. Хорошо было бы искупаться, и Верн что-то говорил о мытье, но Настя так вымоталась, что не могла уже думать ни о чём, кроме кровати. Она рано заснула, поэтому и проснулась, когда за окнами только начало светать. Приспичило в туалет, а вчера не узнала, где здесь это жизненно важное помещение. К счастью, помог книжный опыт. Девочка поискала в памяти то немногое, что об этом читала, и полезла искать под кровать. Книги не обманули, и она нашла ночную вазу, которая была на треть заполнена водой. Облегчившись, Настя опять забралась под одеяло и решила скоротать время до завтрака разговором со своими советниками.

«Я вам не помешала? – обратилась она сразу к обоим. – Вы ничего не надумали?»

«Ты говоришь о смысле жизни? – ехидно спросил Лор. – Если о нём, то у меня было слишком мало времени для размышлений».

«Я хочу знать, что делать дальше, – не обращая внимание на слова паладина, сказала Настя. – Через два дня я буду вся из себя благородная, даже обещали пошить новые трусы. И что дальше? У вас часто графини живут на постоялых дворах?»

«Хочешь сказать, что нужно покупать дом? – спросила Элла. – В столице они дорогие. И к дому положено иметь слуг, лошадей и карету для выездов. Золота у тебя много, и его хватит всё это купить и прожить несколько лет…»

«Глупое занятие – загадывать свою жизнь на много лет вперёд, – перебил её Лор, – особенно глупое для женщины. Она может через пару лет выйти замуж, и все проблемы решатся сами собой. Или богиня вернёт обратно. Надо подумать над тем, как достойно устроиться, не связывая себя покупкой дома. Ей ещё нужно войти в столичное общество…»

Паладин со жрицей затеяли очередной спор, от которого пришлось отвлечься, когда постучали в дверь. Оказывается, Верн о ней позаботился и заказал на утро помывку. Горячая вода прибыла в большой бочке, которую принесли двое слуг. Мыла Настю молодая служанка. Она рьяно взялась за дело, использовав для мытья какую-то серую пасту. Полоскания после такого купания не предусматривалось, поэтому девочка выбралась из бочки и дала себя вытереть. На середине этой процедуры служанке стало плохо. Её глаза округлились, кровь отлила от лица, и женщина упала на пол.

Глава 6

– Ваше величество, я посмел побеспокоить, потому что нахожусь в растерянности! – сказал королю его первый министр Варк Зикарт.

– И что же это за дело, которое ввергло вас в растерянность, любезный граф? – с любопытством спросил Габриэл. – Наверное, что-то не совсем обычное? Садитесь и излагайте!

Уже старый граф с облегчением опустился в кресло, которое поставили специально для него, и сказал находившемуся здесь же секретарю:

– Азам, передайте начальнику столичной стражи, чтобы вошёл сюда. Будет лучше, если он сам доложит королю и ответит на вопросы. У меня во время его доклада их было много!

Король редко занимался государственными делами, он переложил большую их часть на плечи первого министра, который некогда был его воспитателем. Поэтому подобные вольности со стороны Варка в присутствии короля были в порядке вещей, и секретарь со всех ног бросился выполнять приказ. Едва он исчез, как в королевский кабинет вошёл барон Джур Мавад. Прошагав к сидевшему за столом Габриэлу, он почтительно поклонился и замер.

– Барон, расскажите его величеству всё, что рассказали мне! – приказал граф. – И рассказывайте с подробностями.

– Три дня назад к нам прибежал хозяин постоялого двора «Императорский», – начал свой рассказ начальник стражи. – За день до этого к нему вселились два странных постояльца…

– И в чём же заключалась их странность, барон? – спросил Габриэл, который до прихода первого министра изнывал от скуки и был доволен развлечением.

– Вечером к нему зашли двое. Мужчина лет шестидесяти, по виду бывший военный, ничем не отличался от многих других, но с ним была девчонка лет тринадцати, которую хозяин принял за бродяжку. Она была одета в мальчишечью одежду и босая.

– Действительно, попрошайка, – согласился король. – И он их пустил?

– Хозяин наорал на девчонку, за что мужчина чуть его не зарубил. По его словам, это была знатная дама, с которой в дороге приключились какие-то неприятности.

– Сказать можно что угодно, – заметил король. – Он как-то доказал свои слова?

– Он потребовал два лучших номера и отсыпал хозяину кучу золота, – ответил барон. – В тот же вечер на постоялый двор прибыли лучшие мастера, которым заказали обувь и одежду. По заказам никто не торговался, и вчера они были оплачены.

– Вы заинтриговали меня, барон! – потирая руки, сказал Габриэл. – И кем же оказалась эта парочка? Если к вам примчался сам хозяин, значит, у него были для этого основания.

– На следующий день после вселения к молодой особе отправили горячую воду и служанку, – продолжил свой рассказ начальник стражи. – Обычное, в общем-то, дело после дороги. Когда служанка мыла девочку, её удивило то, что на ребёнке был золотой пояс, а после мытья она заметила на шее алмазный амулет богини и хлопнулась в обморок. Девочка вытерлась сама, а служанку унесли из номера. Естественно, что она обо всём рассказала хозяину. Он записывает имена постояльцев, но только тех, кто производит расчёт. До этого случая девочка его не интересовала, после лично сходил к ней и потребовал назваться. Она назвалась графиней Нальдой Рожди. После этого хозяин к нам и прибежал!

– Как Нальдой? – не понял король. – Род графов Рожди угас тысячу лет назад. О них уже давно забыли бы, если бы графиня Нальда Рожди не стала первой королевой Вардага! У девочки точно алмазный амулет? Что вы молчите, рассказывайте дальше!

– Меня тогда не было в столице, поэтому делом занялся один из моих помощников. Он решил сначала разобраться с тем, кто сопровождал девицу. Этот тип назвался Верном из рода Мартов. Быстро выяснили, что он двадцать лет служил дружинником у графа Фельмора, а вскоре после его смерти ушёл со службы.

– Были какие-то причины? – спросил король. – Обычно таких служак оставляют доживать.

– Рано ему доживать, – сказал барон. – Этому Верну шестьдесят, но выглядит моложе и ещё силён. У него был дом в деревне, которая стоит на землях барона Рожера. Туда послали человека, который рассказал престранную историю. В тот самый день, когда в «Императорский» вселились наши постояльцы, управляющий барона был в деревне и вознамерился выбросить из дома женщину, которая перестала платить аренду. Так вот, это у него не получилось. По словам жителей, к нему подошла малолетняя жрица и заплатила долг. После этого управляющий с дружинниками уехал. Жрица обратилась к крестьянам с просьбой продать одежду. Надо сказать, что в деревню она пришла почти голой.

– И одеждой её обеспечил Верн? – догадался король.

– Совершенно верно, ваше величество, – подтвердил барон. – Он помог ей купить у старосты жеребца. Как сказал наш человек, купили настоящего боевого коня. Мы узнали в конюшне постоялого двора, что такой конь был, но его на второй день поменяли на кобылу. Но самое интересное началось дальше! В деревне ничего нельзя сделать так, чтобы этого кто-нибудь не увидел, а потом всем не разнёс. С этой жрицей были два каких-то крестьянина, которые помогали нести очень тяжёлые сумки. Они ушли из деревни и вскоре вернулись, но уже не по дороге, а полями. Эти двое что-то рассказали Верну, который оседлал коня и поскакал по дороге. У съезда на заброшенный тракт росла большая роща. Так вот, он что-то в неё кинул и опрометью бросился обратно в деревню, а роща выгорела в считанные мгновения!

– Дух огня? – спросил король. – И против кого его применили?

– Два дня назад к нам приезжал человек барона Рожера, передавший письмо с просьбой объявить в розыск красивую девочку лет тринадцати, которая называет себя жрицей. Видимо, она была в древней столице и принесла из неё много золота, которым соблазнился барон. Девчонку предупредили, и Верн сжёг засаду духом огня. Мы опросили торговые дома и узнали, что мужчина, похожий по описанию на Верна, дважды продавал много имперского золота.

– Загадочная история, – сказал король. – И чем же она закончилась?

– Мой помощник решил не мудрить, а воспользоваться обвинением барона, и направил на постоялый двор мага и пять стражников. Выбрали время, когда Верн куда-то ушёл, и вломились в номер к девочке. Она испугалась, но очень быстро взяла себя в руки и попросила дать ей возможность одеться. Маг сглупил и отказал.

– Что замолчали? – рассердился Габриэл. – Чем всё закончилось?

– Дракой у них закончилось, – сказал вместо барона граф. – Девчонка применила благородный бой паладинов и выбила дух из двух стражников. Маг применил силу, но на неё почему-то не подействовала магия. Когда девочка бросилась к мечу, её оглушили и связали руки. На ней действительно оказался золотой пояс жрицы, который магу не удалось снять. Более того, он не смог снять амулет или даже разрезать шнурок. Когда взяли меч, оказалось, что это Ни-хай. Меч взял маг, который вынужден был повесить его девочке на пояс. Если бы он это не сделал, убил бы сам себя. Продолжайте, Джур.

– Мы обыскали номер и нашли около пяти тысяч имперских золотых, – продолжил рассказ барон. – Было и наше золото, и драгоценности. В номере остались мои люди, а девочку доставили в стражу, а после приказа господина графа привезли сюда. Золото тоже здесь.

– Так она здесь? – воскликнул король. – Немедленно привести!

– Подождите, Джур! – остановил граф дёрнувшегося барона. – С ней много неясностей, поэтому будет лучше, если вы встретитесь в присутствии мага.

– Пожалуй, вы правы, – согласился король и крикнул секретарю: – Азам, быстро найдите Бошара!

Королевского мага пришлось подождать, но Бошару Вилаю недавно перевалило за сто лет, поэтому никто и не ждал, что он примчится бегом. Несмотря на столь преклонный возраст, старик сохранил ясность ума, да и телом был крепче намного более молодого графа.

– Что это за чудо стоит в приёмной? – спросил он, зайдя в кабинет. – Сколько живу, а такого не видел. Это вы её привели, Джур?

– Мои люди, ваша мудрость, – почтительно сказал барон. – Некоторые из них при задержании пострадали, так что это, как вы выразились, чудо не так уж безобидно. И учтите, что на неё не действует магия, поэтому в случае опасности для его величества жгите огнём!

– Тогда понятно, почему у неё меч паладина! – сказал старик. – Он не смог её подчинить и по какой-то причине служит. Наверное, сходил с ума от безделья, а тут такой случай развлечься. Зря вы, барон, так поступили с ребёнком. Скажите, чтобы её сюда привели.

– Да, ведите! – подтвердил король. – А вы, барон, на время разговора посидите в приёмной.

Джур Мавад поклонился и вышел из кабинета. Через минуту опять открылась дверь, и все увидели девочку, одетую в шёлковые штаны и такую же рубашку навыпуск. До драки воротничок и манжеты были обшиты кружевами, но сейчас воротник был оторван, да и кружева на рукавах тоже пострадали. Пострадала и сама девочка. У неё была ободрана скула и из носа сочилась кровь. Видимо, ещё сильно болела голова, потому что она непроизвольно морщила лицо. Довершали картину всклокоченные волосы и туфли на высоких каблуках. Пояс жрицы находился под рубашкой, но меч было видно. Руки девочке завели за спину и крепко связали.

– Это лишнее, – сказал маг, вынул из ножен небольшой кинжал и осторожно перерезал ремень. – Помассируй запястья.

– Спасибо, – поблагодарила она, массируя руки.

– На тебя совсем не действует магия? – спросил старик.

– Только враждебная, – ответила девочка. – Хотела сотворить заклинание исцеления, а в голове какой-то шум и не получается сосредоточиться. Если я встречу этого мага, я тоже врежу ему по башке!

При последних словах на её лице появилось мечтательное выражение, и лица взрослых расплылись в улыбках.

– Почему такая обувь? – спросил король.

– Вам смешно! – с возмущением сказала девочка. – Я сказала этим козлам, что после удара кружится голова, так надели эти туфли! Наверное, чтобы я никуда не сбежала.

– А как сейчас? – спросил старик. – Меньше болит? Кровь тоже унялась.

– Спасибо, – ещё раз поблагодарила она. – Вы маг? А почему без мантии?

– Я исправлюсь, – улыбнулся Бошар. – Не скажешь, в каких ты отношениях с хозяйкой пояса?

– А вы кто такие? – глядя исподлобья, спросила девочка. – Это, случайно, не король?

– Да, я король, – кивнул Габриэл, – а теперь скажи, кто ты такая, и ответь на вопрос моего мага.

– Что с моим слугой? – спросила она. – Пока мне этого не скажут, я не буду с вами разговаривать!

– А не боишься? – спросил граф. – Король всё-таки.

– Какая разница, боюсь я или нет! – сказала девочка. – Отвечать не буду! Я не знаю за собой вины!

– Взять чужое имя и титул – это преступление, за которое можно ответить жизнью, – объяснил Варк. – Я не знаю, что с твоим слугой, но вряд ли что-то страшное. Скорее всего, его просто задержали. Если он не стал драться со стражниками, то не пострадал. Отказываясь отвечать, ты осложняешь не только своё положение, но и его!

– Любой глава рода или последний в роду имеет право ввести в него кого хочет! – сказала она. – Это закон империи и, как я узнала, такие же законы есть во многих королевствах! Поэтому графиня и жрица Элла Рожди имела полное право назвать меня именем своей погибшей сестры!

– Была такая сестра у королевы, – вспомнил маг. – Она умерла молодой. На тебе её пояс?

– Не знаю никаких королев! – ответила девочка. – А пояс её. Я не буду повторять вам слова, говорите с ней сами!

Её лицо на мгновенье застыло, а потом вновь ожило, но стало заметно старше. И голос, которым она заговорила, был уже не детский:

– Какие у вас претензии к той, кого я на законном основании ввела в семью?

– Элла Рожди? – спросил маг. – Почему вы не захватили это тело?

– Это был бы для неё прямой вред, – ответила жрица. – Богиня запретила подобное. У меня с этим ребёнком соглашение. Как только она здесь утвердится, найдёт для меня тело. Пока я могу пользоваться только тем, что она мне позволяет. Ещё раз спрашиваю, в чём её вина?

– Даже не знаю, вина это или нет, но по вашей милости я приобрёл родственницу, – сказал Габриэл. – Ваша младшая сестра не погибла, а вышла замуж за первого короля Вардага. Теперь эта девочка на законных основаниях является сестрой нашей первой королевы.

– Воспользуйтесь тем же законом и введите её в свою семью, – предложила жрица. – Это необыкновенный ребёнок, поэтому вы не пожалеете. Хочу предупредить от того, что может причинить ей вред. На девочке печать богини, именно поэтому ей не страшна никакая магия. Никто не знает, для чего великая Верона перенесла её в наш мир. Девочка выжила среди людоедов и очень многому научилась. Наверняка богиня следит за ней и теми, кто рядом. Может, она и не накажет за причинённый ей вред, но я не стала бы это проверять.

– С гибелью империи было утеряно много знаний, – сказал маг. – Вы должны их помнить…

– Я вынуждена уйти, – сказала жрица. – Если найдёте для меня молодую и знатную стерву, поделюсь знаниями.

– Ничего себе! – сказала девочка королю прежним голосом, – Оказывается, я ваша родственница! Хороший у вас закон.

– Поделишься золотом, если возьму в дочери? – с улыбкой спросил Габриэл.

– Больше половины не дам! – предупредила она, вызвав взрыв смеха у короля и улыбки у мага с графом.

– Это правильный подход, – отсмеявшись, сказал король. – Твоя сестра из пояса говорила о другом мире. Как тебя там звали? Род меня не интересует, только имя.

– Полное – Анастасия, а если короче, то звали Настей.

– Вот и у нас будешь Настей, – торжественно сказал Габриэл. – Принцесса Настя Навальская. Малость подрастёшь, и найдём тебе мужа. Сегодня же будет подписан указ!

– О муже? Мне ещё рано! – запаниковала она, вызвав смех всех троих.

– С мужем не будем спешить, – отсмеявшись, сказал король, утёр слёзы рукавом рубашки и позвал секретаря: – Азам! Эта девочка скоро будет объявлена моей дочерью. Позаботься, чтобы для неё приготовили покои, и приставь слуг. Всё, что ей понадобится, должны срочно достать.

– Пусть доставят мои вещи и освободят слугу, – попросила Настя. – Я не хочу с ним расставаться. Можно убрать золото на хранение? Не всё, а только имперское.

– Передадим в казначейство, – пообещал король. – Если будет нужно, возьмёшь. Остальные ценности вместе с вещами доставят в твои комнаты. А вот слуга… Я сам решаю, подходит человек в слуги или нет. Обещаю, что на него посмотрю. Если понравится – возьму, если нет – тоже что-нибудь предложим.

Немного ошалевшая от перемен в судьбе Настя пошла следом за королевским секретарём, который привёл её в богато обставленную комнату и оставил.

– Подождите здесь, – сказал он перед тем, как уйти. – Мне нужно многое для вас приготовить, но постараемся сделать быстро.

Он удалился, а девочка сбросила туфли и подошла к огромному зеркалу, в котором смогла рассмотреть себя в полный рост. Она ещё не видела в этом мире таких больших и хороших зеркал.

– Жалкое зрелище! – подражая ослику Иа, по-русски сказала Настя. – Душераздирающее зрелище. Вот сволочи, угробили такую пижаму. Мало того что единственная на весь мир, так ещё хорошо получилась!

– На каком языке говоришь? – спросил мальчишеский голос.

Обернувшись, она увидела симпатичного мальчишку на пару лет старше себя. В отличие от неё, он был одет в красивый костюм и причёсан.

– Ничего себе! – сказал он, рассмотрев её боевые отметины. – Кто тебе разбил нос? И наряд на тебе мальчишеский, только слишком яркий. А ты будешь красивая, если отрастить волосы. Не скажешь, откуда ты такая взялась?

– Принц Недор? – догадалась она. – Я твоя новая сестра Настя. Сегодня об этом будет указ, если король мне не соврал.

– Так тебя взяли вместо нашего шута! А то я уже подумал, что ты чокнулась.

– Думай что хочешь, – сказала она и забралась с ногами на диван. – То людоеды обзывают чокнутой, то будущий брат. Если хочешь знать, я самая нормальная в вашем мире!

– В нашем мире? – переспросил мальчишка. – Точно, чокнутая. Послушай, чокнутая, ты не будешь кусаться?

– Почему мальчишки так непроходимо глупы? – по-русски спросила она, глядя в потолок. – Слушай, будь человеком, отвяжись!

– Разговаривай на нашем языке! – рассердился он. – И встань с дивана, ты не имеешь права лежать на нём в моём присутствии! Мало тебе разбили нос, я сейчас добавлю!

«Как ты думаешь, можно его пугнуть? – спросила она Эллу. – Ведь не отстанет! Не лупить же».

«Хочешь создать иллюзию? – догадалась жрица. – Это не запрещается правилами. Только у большинства дворян есть защитные амулеты. Твоя иллюзия если и подействует, то не очень сильно».

«Попытка не пытка», – сказала Настя и начала меняться.

Лицо побелело, глаза ввалились и засветились жутким зелёным светом. Приподняв верхнюю губу, она показала мальчишке тонкие, длинные клыки. Короткие по местным понятиям волосы начали удлиняться и зашевелиться подобно змеям…

– Здорово! – с восхищением оценил он. – Сама придумала или этот ужас существует?

Ответить не успела, потому что в комнату вбежала девушка.

– Ваше высочество, – обратилась она к Насте. – Ваши комнаты готовы. Я ваша личная служанка.

Тут она рассмотрела, к кому обращается и упала в обморок.

– Это из-за тебя! – ругала девочка уставившегося на неё Недора. – Вот что мне теперь с ней делать?

«Побрызгай в лицо водой из кувшина, – посоветовал Лор. – Он стоит на столике. Элла, подействуй магией, а то девчонка сейчас очнётся и убежит».

«Тратить на такое силы! – проворчала жрица. – Ладно, но в виде исключения! Пусть больше думает о последствиях».

– Так это правда? – спросил принц. – Не ожидал такого от отца! Но, вообще-то, ты ничего. Жаль, что сестра, а то я взял бы тебя в жёны. С тобой не соскучишься!

– Рано тебе думать о жёнах, – сказала Настя, помогая подняться пришедшей в себя служанке. Не хватайся за меч, это Ни-хай! Останешься без рук, что я скажу отцу?

– Врёшь! – Он ухватил её за руку. – Подожди!

– Потом поболтаем, – сказала девочка, следуя за служанкой. – Мне ещё устраиваться и приводить себя в порядок. Сейчас я похожа на чучело. А о мече я сказала правду, поэтому не вздумай брать его в руки.

Комнаты Настю очаровали. Она начала осмотр со спальни. Кровать напоминала тахту, только была в три раза больше, да и сама спальня не уступала размерами квартире из земной жизни. Помимо кровати и зеркал на одной из стен, в ней были три шкафа для одежды, маленький столик наподобие журнального, и два кресла. Возле каждого из двух больших окон стояли керамические сосуды с карликовыми деревьями, от которых приятно пахло. Гостиная была больше спальни. В ней вдоль стен стояло четыре низких дивана на изогнутых ножках, а в центре составили вместе три стола. Полы здесь и в спальне были покрыты яркими пушистыми коврами, а на окнах висели красивые занавески. Для освещения под потолком висели белые стеклянные шары.

– Магия, ваше высочество, – почтительно объяснила служанка. – Скажите «свет», и они начнут светить. Только говорить нужно громко.

Третью комнату девочка назвала кабинетом. В ней не было ничего, кроме стола с двумя стульями и трёх полок с книгами.

– Книги принадлежали покойной королеве, – сказала девушка. – Когда-то это были её комнаты. Раньше его величество запрещал ими пользоваться.

В четвёртой комнате находилась большая ванна, в которую вели два крана с рычагами, а пятой была совсем маленькая комнатка с унитазом и водой для смыва.

– Мне сказали, что скоро доставят ваши вещи, – сообщила служанка. – Тогда я помогу их разложить и заняться вашей внешностью. Я вам сейчас нужна? Если нет, то я, с позволения вашего высочества, удалюсь. Моя комната рядом, чтобы вызвать, достаточно дёрнуть за этот шнур.

Она ушла, а Настя повесила меч на вбитый в стену крюк и с разбегу упала на застеленную покрывалом кровать. Устроившись удобнее на двух небольших подушках, стала обдумывать события сегодняшнего дня. Как она перепугалась, когда в комнату ввалились эти стражники! Дверь была заперта на замок, который сразу же выломали. И как назло, куда-то ушёл Верн. Наверное, они этого ждали. Маг вёл себя грубо, и она не выдержала. Не из-за самой грубости, а потому что поняла, что с ней не будут уважительно обращаться. Засунут в какую-нибудь камеру, осудят, а о том, что будет дальше, даже не хотелось думать. Она пустила в ход местное каратэ, и всё получилось на удивление удачно. Стражники не ожидали сопротивления, за что и поплатились. Ей удалось вырубить двоих, а потом… Всё-таки они были сильными мужчинами, хоть и не умели драться так, как она. Настю оттеснили в угол комнаты, лишив свободы манёвра. Стражники уже были настороже, и больше не получилось никого из них достать, поэтому она попыталась взять меч. Голова взорвалась болью, и очнулась уже лёжа на своей кровати. Руки были связаны ремнём, а голова раскалывалась от боли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.