Геннадий Ищенко
Неудачник. Книга вторая

Глава 1

В трактире перед Заксом у Колина попытались отобрать коня. Он только что пообедал и решил продолжить путь. Взяв в руки дорожную сумку, мальчик пошёл к коновязи, но его Любимчика там не оказалось.

– Где мой конь? – спросил он конюха.

– Какой конь? – нагло ухмыльнулся тот. – Ты не оставлял здесь коня, а то я видел бы. Ты не из беженцев, малыш? Вот и беги на своих двоих.

Сначала Колин растерялся от такой наглости, но потом взял себя в руки и решил любой ценой вернуть своего любимца.

– Не приведёшь коня – убью! – сказал он мужику. – Я тебе сам отдавал его, наглая рожа!

– Нехорошие слова! – покачал головой вышедший на крыльцо трактирщик. – За них могут и побить! Или ты надеешься на свою шпажонку? Если так, то зря.

Наверное, он от злости не рассчитал силы, и удар воздуха не просто приложил конюха о стену трактира, он его убил.

– Ты что сотворил?! – потрясённо сказал трактирщик, глядя на лежащее у коновязи тело. – Ты понимаешь, что теперь с тобой будет?

– Если я сейчас же не получу своего коня, ты лишишься трактира! – закричал перепуганный Колин. – Я не шучу!

До трактирщика дошло, что мальчишка, у которого хотели забрать великолепного жеребца, действительно может разрушить заведение, а то и убить его самого.

– С тобой пошутили! – испугался он. – Сейчас я тебе его приведу!

Хозяин сбегал в конюшню и привёл осёдланного Любимчика. Для того чтобы повесить сумку и вскочить в седло, понадобилось не больше минуты. Ещё столько же Колин решал, не лучше ли заодно убить и трактирщика, но ему помешали. Со стороны Закса на тракте показалась быстро приближающаяся кавалькада, поэтому мальчик пришпорил коня и помчался ей навстречу.

«Вот ведь влип! – думал он, торопя коня. – И что теперь делать? Трактирщик спустит на меня всех собак, и никто не будут разбираться! Нужно обзавестись взрослым попутчиком, а сейчас на время убираться с тракта!»

Не доезжая Закса, Колин остановился и достал купленную в Бастиане карту. Поблизости находились два города: Вальген и Альфер. Альфер был ближе, поэтому выбор пал на него. В первом же трактире Колин купил много еды и пообедал, не слезая с коня. Заночевал в небольшой роще, а на следующий день тоже никуда не заезжал для отдыха и к вечеру прибыл в Альфер. Первым мальчик увидел постоялый двор «Бесшабашный купец», где и остановился. Ночь прошла спокойно, а утром Колин спустился в трапезный зал позавтракать. В такую рань в нём не было никого, кроме хозяина, который подошёл и сел рядом.

– Обычно я не беспокою клиентов, – сказал он. – Сижу в зале, а ко мне обращаются те, у кого есть вопросы. Но у меня ещё не было ни один постояльца вашего возраста без родителей или компаньонов. Неужели не страшно путешествовать в одиночку?

– Я маг, – ответил Колин. – Разбойников здесь нет, а остальные мне не страшны.

– Судя по акценту, вы из Вирены. И с какой целью прибыли в город? Если не хотите, можете не отвечать. Я подумал, что мог бы помочь советом. Не так давно сюда уже приезжал один молодой маг из вашего королевства, так мой совет ему очень помог. Правда, он был года на три старше вас и очень силён.

– А как звали мага? – спросил Колин.

– Это барон Клод Шефер. Его теперь знает весь Альфер.

– Так это же мой друг! – сказал поражённый мальчик. – Он говорил, что собирается ехать в столицу.

– Как тесен мир! – покачал головой трактирщик. – Ваш друг был здесь два месяца назад, а потом уехал. Говорили, что он вместе с графиней Мануэлой Ургель направился в столицу, но правда это или сплетни, я вам не скажу.

– Не знаете, кто может сказать?

– Может, бывший муж графини? Ваш друг нанялся к нему работать домашним магом, но почему-то быстро ушёл. Некоторые говорили, что этот уход связан с оживлением графини. Может, и так, потому что граф сразу же дал ей развод и вторично женился.

– А как его можно увидеть? – спросил Колин.

– Нет ничего легче, – ответил хозяин. – Его замок стоит на въезде в город. Вы ведь ехали из Закса? Значит, должны были проехать мимо. Только будьте готовы к тому, что граф может вас не принять. У Ойгена нелёгкий характер, и если он остался недоволен вашим другом, может распространить свое недовольство и на вас.

– Пусть не примет, но не убьёт же. Уеду и найду кого-нибудь другого. Вы говорили, что Клода все знают. Расскажете, что он такого сделал?

После этого вопроса Колин выслушал рассказ трактирщика о скандальном приёме у графа Баккена, поблагодарил за помощь и, взяв коня, направился к выезду из города. Вчера он не запомнил дорогу, и пришлось спрашивать у прохожих. Подъехав к замку, мальчик спешился и постучал ногой в калитку. Послышались приближающиеся шаги, и чей-то голос спросил, кто приехал и по какой надобности.

– Граф Колин Гросвер к графу Ойгену Ургелю, – ответил он, понизив свой титул.

– Графа нет в замке, – ответили, не открывая калитки. – Если хотите, могу доложить о вас графине.

Колин подумал, что худа не будет, если он вместо вспыльчивого графа поговорит с его женой, и дал согласие. Пришлось ждать минут десять, пока охранник ходил к графине и обратно, после чего открыли ворота и пропустили во двор. Один из стражников взял повод Любимчика, а второй пригласил «графа» следовать за ним. Он поднялся на второй этаж и шёл за своим провожатым по длинному коридору, удивляясь скудности убранства. Повсюду был только камень, который даже не пытались чем-то украсить. И это замок имперского графа! Вот покои, в которых его приняли, были уже красивее. Графиня понравилась красотой и добрыми глазами. Она приветливо встретила странного гостя и пригласила сесть в одно из кресел.

– Не скажете, зачем вам мой муж? Может, я смогу его заменить?

– Я ищу своего друга, который какое-то время служил здесь магом, – ответил Колин. – Я знаю, что он уехал из города, но не знаю куда. Не могли бы вы это сказать?

– Так вы из Вирены! Стражник говорил о графе, но он забыл имя.

– Колин Гросвер! – приподнявшись, поклонился мальчик.

– Странно, – сказала графиня. – В Вирене есть Гросверы, но это не графский, а герцогский род.

– Не думал, что здесь это известно, – признался он. – Я сейчас не в том положении, чтобы представляться герцогом. После этого ваш стражник ушёл бы.

– Вы не один из друзей Клода по столичной школе магии? – спросила графиня. – Он о них говорил.

– Да, мы подружились в школе, – подтвердил Колин. – Так вы сами из Вирены?

– Мы вместе путешествовали до этого замка, – ответила она. – Здесь наши пути разошлись. Теперь я графиня Гретта Ургель. Хорошо, что вы встретились со мной, а не с мужем. У него неприязнь к Клоду, поэтому и вам бы её перепало. Ваш друг должен жить в столичном особняке графов Ургель, так что его нетрудно найти. Вы когда поедете в столицу?

– Мне нужно отсидеться в городе и найти спутника. Если буду путешествовать один, попаду в неприятности. Уже пытались отобрать коня, а могут позариться на золото или вещи. Мальчишку из северного королевства не ограбит только ленивый. Я сильный маг и могу за себя постоять, но это на мне не написано. Если буду применять силу, далеко не уеду.

– Я правильно поняла, что вы её уже применили? – спросила Гретта. – Многих убили?

– Только одного, – сознался Колин, – но теперь нужно отсиживаться. Пока остановился в трактире, но нужно найти что-нибудь другое, потому что там будут искать в первую очередь.

– Вы знаете лечение?

– Знаю много заклинаний, но сам почти не лечил. Я закончил три класса, а потом занимался дома, поэтому знаний много. Силы тоже много, хоть и меньше, чем у Клода, вот опыта не хватает.

– Я поговорю с мужем. Если удастся его убедить, поработаете нашим магом. Переберётесь жить сюда, а это безопасней и позволит сэкономить на жильё. Ещё и муж что-нибудь заплатит. Только учтите, что оплата будет небольшая. И забудьте о том, что вы знаете Клода, иначе вас и близко не подпустят к замку. Где вы остановились?

– Знаете трактир «Бесшабашный купец»?

– Мы тоже в нём остановились, когда приехали, – улыбнулась Гретта. – Вас направил трактирщик? Удивительно, но легко объяснимо. Этот трактир первый после въезда в город. После разговора с графом я отправлю к вам кого-нибудь из слуг. Герцог, вы первый виренец, которого я вижу с момента приезда. Не скажете, как там?

– Кому как, но, вообще-то, ничего хорошего. Конечно, можно жить и под корвами, но в этом мало радости. Я сбежал в самом начале, поэтому о многом сужу с чужих слов.

– А как же ваша семья?

– Не знаю, – понурив голову, ответил он. – Наше герцогство очень далеко от границы с империей, поэтому отец решил искать спасения у северных соседей. Королю это стоило жизни, а что случилось с моей семьёй…

– Надейтесь на лучшее, – ласково сказала Гретта. – Короля не могли укрыть, а герцогу могут помочь.

Колин уехал, а графиня задумалась о том, что сказать мужу. Ойген вернулся перед обедом и сразу зашёл к ней.

– Кто этот малолетний граф? – спросил он жену. – Охранник не запомнил имени, сказал только, что гость из Вирены.

– Это младший сын герцога Гросвера. Представился графом из-за того, что стыдится своего положения и понимает, как на его титул отреагирует наша стража. Приехал предложить магические услуги.

– Хватит с меня виренских мальчишек! – отрезал граф. – Надеюсь, ты ему отказала?

– Я не сказала ни да ни нет, – спокойно ответила Гретта. – Отказать недолго, а где ты сейчас найдёшь мага? Баума выгнали, а теперь некому даже снять головную боль, а этот мальчишка очень силён и много знает. Его после закрытия школы обучали маги отца. И кто может похвастать тем, что у него служит магом сын герцога?

– Виренского герцога!

– Вирена была большим королевством, – возразила жена. – Размерами оно с две наших провинции, а герцогов всего трое! В империи больше пятидесяти герцогских родов, так что их герцог был поважнее нашего.

– И ты уверена в том, что это он, а не какой-нибудь самозванец?

– Кто мешает проверить грамоту? Если окажется самозванцем, выбросим из замка! Может, ты нашёл мага и я напрасно тебя убеждаю?

– Никого я не нашёл, – буркнул Ойген. – Сама знаешь, что всех свободных загребли в армию вербовщики императора. Я хотел кого-нибудь отправить в Бастиан, чтобы привезти одного из застрявших там виренских магов.

– А сейчас и отправлять не нужно, – сказала Гретта. – Они застряли из-за того, что не могут оплатить гражданство. Если ты кого-нибудь заберёшь на службу, придётся за него платить, а за Колина этого не потребуют из-за его возраста.

– Он действительно сильный?

– Я не проверяла, – пожала плечами Гретта, – но думаю, что Гросверу незачем врать в том, что мы можем легко проверить. И ему не нужно много платить, хватит пятидесяти золотых.

– Я уже назначал эту плату одному виренцу, – сказал Ойген, – и в результате лишился двадцати тысяч, не считая особняка в столице, который стоит ещё больше! Ладно, уговорила. Только если ты протежируешь этого виренца, сама за ним присмотришь! И предупреди его, чтобы держался подальше от Криса! Нет, лучше я это сделаю сам.

Колин узнал о решении графа только на следующий день, когда в трактир прибыл один из слуг, отправленных в город за покупками.

– Графиня велела передать, что вы приняты, – поклонившись мальчику, сказал он. – Можете рассчитаться за постой, потому что господин граф разрешил вам жить в его замке.

Мальчик пообедал в трактире, рассчитался с его хозяином и отправился к замку графов Ургелей. На этот раз его впустили сразу, стоило только назвать имя. Коня забрали на конюшню, а его проводили в комнаты графини.

– Мне удалось уговорить мужа, – сказала она мальчику. – Не скажу, что он остался доволен, но разрешение дал. В месяц вам будут платить пятьдесят золотых, а ваши комнаты сейчас покажет сын графа. Хочу предупредить, чтобы отнеслись с осторожностью к тому, что будет предлагать Крис. Говорю так не потому, что он не мой сын. Это мальчик примерно вашего возраста, который фактически заперт в этом замке без друзей и каких-либо занятий. Основным увлечением Криса была библиотека, но после оживления матери, которое он устроил с помощью Клода, граф запер библиотеку. Можете себе представить, как ему здесь скучно. Дружить вам не запретят, но старайтесь это делать так, чтобы не раздражать графа и не развалить замок. Ойген сам собирался поговорить с вами о сыне. А сейчас идите за мной.

Гретта отвела нового мага к дверям комнат, в которых жил сын графа, и постучала. На стук выглянул мальчишка, похожий на Колина, но немного старше.

– Крис, это наш новый маг. Он сын одного из герцогов Вирены. Отведи его в те покои, которые занимал Клод, и покажи всё в замке. Только постарайся, чтобы ему из-за твоих задумок не указали на дверь. Твой отец и так не очень доволен таким магом, не нужно раздражать его ещё больше.

Графиня ушла, а Крис втянул Колина в гостиную.

– Нечего стоять в коридоре, – сказал он. – Нужно постараться, чтобы отец реже видел нас вдвоём. Удивляюсь, как он согласился взять виренца, да ещё мальчишку! Наверное, в Альфере не осталось ни одного свободного мага. Тебя как зовут? Только не надо врать, что ты сын герцога!

– Показать грамоту? – спросил задетый его недоверием мальчик. – Хотя ты же неграмотный. Не обижайся, я хотел сказать, что ты не читаешь на нашем языке.

– А почему сын герцога прислуживает графу? – язвительно спросил Крис. – И где твоя семья?

– Если в Крамору придёт король корвов, ты тоже будешь кому-нибудь прислуживать, – сердито ответил Колин. – А с семьёй плохо. Отец увёз в другое королевство, а я удрал, потому что не верю соседям. Нашего короля они выдали Аделрику.

– У моего отца много не заработаешь, – предупредил Крис. – Ты сильный маг? Где-нибудь учился?

– Сдал три класса в столичной школе магии, – немного приврал Колин, – а потом учили дома. Сил у меня много, в школе только один ученик был сильнее.

– Клод? Если вы учились в одной школе, ты не мог его не знать, а он был очень сильным магом. Его сестра прожгла в облаках дыру, а он был сильнее!

– Знал я его. Графиня предупредила, что твоему отцу лучше об этом не знать.

– Правильно сделала, – одобрил Крис. – Если отец узнает, он тебя убьёт. Клод оживил мою мать, а отцу это очень не понравилось. Они развелись, но отец потерял кучу золота. Он выгнал Клода, а меня лишил библиотеки. Это он думает, что лишил, на самом деле я ею пользуюсь. Если поможешь, я и тебя в неё пущу. Знаешь, какие там книги по магии? Клод обалдел, когда их увидел! Их собирал мой дед, который потратил на это кучу золота. Таких нет и в императорской библиотеке!

– А как ты в неё попал? Она, наверное, заперта.

– Подумаешь! Старый Эрих повесил на дверь замок, который взял у эконома, а я забрался туда, где хранятся ключи. С третьего раза удалось найти нужный. В библиотеку не ходят, а магической защиты там нет. Джеда отец выгнал, а больше ставить некому. Ладно, пойдём, я покажу твои комнаты. Учти, что гостевые покои могут прослушиваться, поэтому не болтай лишнего. И будь осторожней с моей сестрой. Она чокнулась от своей любви, поэтому может подбить на такое, что потом придётся бежать из замка.

– Меня так же предупредили о тебе, – засмеялся Колин.

– Ты балда, – сказал Крис. – Если я что-нибудь делаю, всегда прикидываю, чем это может закончиться для меня и других. Я знал, что влетит, когда оживил мать, но это был особый случай! Мать для меня дороже отца! Был бы самостоятельный, сразу отсюда уехал бы! Всё равно у Гретты будут дети, а когда это случится, меня лишат наследства или отправят в семейный склеп! Это если я раньше здесь не свихнусь! А сестра влюбилась в Клода и мучается дурью! Она вообще не может думать головой.

– А Клод?

– Что Клод? Ты спрашиваешь насчёт Луизы? Тоже втюрился, но кто же ему позволит на ней жениться? Вот к вам в семью явился бы какой-нибудь шевалье и попросил в жены твою сестру. И твой отец её отдаст? И дворяне примут такой брак?

– Сколько лет твоей сестре?

– Много, – ответил Крис. – Она уже самостоятельная, но это ничего не меняет. Отец не любит Клода, а мать, наоборот, от него без ума, но и она сказала, что свадьбы не будет, пока он не пробьётся наверх. Брак не примут, и сестра, после того как перебесится, устроит Клоду весёлую жизнь. Женщины все такие: когда зачешется в одном месте, голова напрочь отказывает. У тебя есть сестра?

– Если не убили, то есть, – вздохнул Колин, – но она младше меня. Вот брат старше.

– Ладно, давай я тебе всё покажу.

Крис запер дверь в свои комнаты и провёл нового мага к покоям, которые не так давно занимал Клод. Дверь в них оказалась открыта.

– Здесь будешь жить, – сказал он, когда зашли в гостиную. – Ключи от входной двери на столе, но имей в виду, что такие же есть у эконома, поэтому золото лучше спрячь и защити магией или носи с собой. Можешь оставить сумку и закрыть дверь.

Знакомство с замком заняло целый час. Когда осмотрели всё, кроме чердака и подвала, Крис повёл знакомиться с сестрой. На стук в дверь вышла такая красивая девушка, что мальчик засмотрелся на неё, забыв о приличиях. По-настоящему красивых женщин не очень много даже среди дворянок, а такого совершенства он ещё не видел. Немудрено, что Клод потерял голову. Вот только глаза у девушки были такими печальными, что её стало жаль.

– Познакомься, это наш новый маг, – представил его Крис. – Он друг Клода, только об этом никто не должен знать.

– Колин Гросвер, к вашим услугам, графиня!

– Он герцог из Вирены, и сильный маг. Я этого сам не проверял, но вряд ли он сильно соврал. Отец скоро будет дома и проверит.

– Это правда? – спросила Луиза, с интересом посмотрев на мальчика. – Я имею в виду не ваш титул, а то, что вы друг Клода.

– Мы подружились в школе, – ответил Колин. – Перед отъездом Клод сказал, что, если наш король проиграет войну, он будет ждать меня в империи.

– А как же ваша семья? – не поняла девушка. – Неужели погибла?

– Он от них удрал, – ответил за мальчика Крис. – Отец повёз семью к северным варварам, а он оказался умнее и приехал сюда. Поэтому ты лучше не спрашивай о семье.

– Клод в столице, – печально сказала Луиза. – Мать обещала написать письмо, но то ли ей пока не до меня, то ли оно ещё не дошло. Вы к нам надолго?

– Не очень, – сознался Колин. – У меня были неприятности в дороге, поэтому пришлось уехать с тракта и переждать. Клод говорил, что собирается поселиться рядом со столицей, поэтому я туда и ехал. Теперь, благодаря графине, я знаю, где он живёт.

– Так она знает, что вы друг Клода? – спросила Луиза.

– Да, я ей говорил. Она убедила вашего отца взять меня на службу.

– Гретта хорошая. Клод её спас и они друзья, поэтому она вас не выдаст.

– Если ты скоро уедешь, надо будет не тянуть с моими делами, – задумался Крис. – Пойдём, кое-что сделаем, пока не приехал отец!

– Будь поосторожней с братом, – предупредила Луиза, прежде чем мальчики ушли. – Он может придумать такое, что отец оторвёт тебе голову.

– Больше её слушай! – сердито сказал Крис. – Ты можешь идти быстрее?

– Могу, – согласился мальчик, – но не буду, пока не скажешь, что задумал. Я не очень боюсь твоего отца, но укрылся у вас от неприятностей, не для того чтобы нажить другие.

– Ничего тебе не будет. Мы вообще не станем употреблять магию. Поможешь мне вынести из библиотеки одну книгу. Только сначала возьмём у меня в спальне одеяло, чтобы её завернуть.

– А ты сам не можешь принести?

– Больно умный, – рассердился Крис. – Знаешь, какая она тяжёлая? Клод с трудом поднял! Но вдвоём как-нибудь донесём. Завернём в одеяло и потащим. Даже если натолкнемся на слуг, никто не поймет, что мы несём. А ты вообще ничего не знаешь о библиотеке, поэтому весь спрос будет с меня!

– А зачем уносить? Нельзя смотреть в библиотеке?

– Не знаю, что в тебе нашёл Клод: всё время тупишь. Как я буду смотреть в библиотеке? Там хоть и не часто, но ходят слуги. Увидят, что на двери нет замка, и доложат отцу. Будут мне тогда чтения! Я беру небольшие книги, а потом возвращаю, а с этой так не получится.

Они захватили с собой одеяло и пришли к библиотеке, дверь которой Крис уже показывал Колину. Когда её открыли, юный граф за руку потащил мага к полкам.

– Ничего себе! – поразился Колин, с трудом приподняв огромную книгу. – «Демонология»! Зачем она тебе сдалась? Ты не маг, да и маги сейчас не вызывают демонов.

– Потом посмотришь, – отмахнулся Крис. – Быстро выбери себе что-нибудь почитать и помогай мне! Чем быстрее управимся, тем лучше.

Мальчик прошёлся вдоль полок, поражаясь числу книг по магии. В семейной библиотеке Гросверов их было не больше двух десятков. Взяв небольшую книгу по стихийной магии, он засунул её под ремень, чтобы освободить руки. После этого они завернули «Демонологию» в одеяло и стянули его ремнём Криса.

– Штаны не потеряешь? – спросил Колин, когда они с трудом тащили книгу к выходу.

– Следи за собой. Пока я буду запирать замок, вытащи рубашку и прикрой свою книгу, а то выставил на всеобщее обозрение!

Свою добычу несли минут пять, сделав одну остановку, чтобы дать отдых рукам. К счастью, за это время никто не встретился. В спальне Крис снял ремень и размотал одеяло.

– Смотри, какая прелесть! – сказал он, раскрыв книгу. – Видел такую?

– Такую не видел, а похожая была у Клода. Только она намного меньше этой, и там было много всего, помимо демонов. А нашу книгу забрал настоятель ещё до моего рождения. Церковь запретила связываться с демонами и правильно сделала!

– Балда ты, а ещё маг! – сказал Крис. – Ты её читал, что так говоришь? От любой магии может быть как польза, так и вред. Если какой-нибудь сильный придурок начнёт баловаться с огненной магией, он может такого натворить! Так и с этой книгой. Думаешь, маги тысячу лет занимались вызовом демонов и писали такие книги от нечего делать? Пользы было море! А вот если за вызов брались дураки, тогда был большой вред! Из-за этого у вас «Демонологию» и запретили, да и у нас ею мало кто пользуется.

– А зачем она тебе? – не стал спорить мальчик. – Ты ведь не маг.

– Зато ты маг, – прищурился Крис, – причём наш семейный, а меня ещё не отлучали от семьи! Неужели тебе не интересно знать, что здесь написано? Какой вред от знаний?

– А какая от этих знаний польза, если я не буду их применять?

– Сейчас посмотрим, – сказал Крис, открывая книгу на нужной странице. – Знакомься, это лафреи.

– Смешные, – улыбнулся Колин, рассматривая маленьких демонов, похожих на поросят с рожками.

– Вот и видно, что ты балда! – сказал Крис. – Это одни из самых страшных и коварных демонов! Можно прочитать, но я тебе скажу своими словами. Этих демонов вызывали только в самых крайних случаях, когда уже нечего было терять. Думаешь, такого никогда с тобой не случится? Триста лет назад нам не повезло в войне с южанами, так только призыв лафреев позволил отделаться малой кровью. Малая кровь была у нас, а на юге она лилась рекой. Правда, южане потом ответили тем же, после чего договорились не использовать демонов в наших войнах. Но с вашим Аделриком никто договоров не заключал.

– Думаешь, он не может так же ответить?

– У нас такие книги – редкость, а у вас их нет вообще! Даже в Академии изучают только основы, а остальное засекречено. Знаешь, что написано в учебнике? Только общее описание миров, их координаты и рисунки потоков, но нет нужных подробностей для подчинения! Там только общая формула вызова и то, как установить защиту, но этого мало! К тому же по-настоящему сильных магов очень мало, а слабым лучше не связываться с вызовом. Страшилки о демонах связаны с тем, что их пытались использовать слабаки.

– Для чего тебе эти лафреи? – спросил Колин. – И как ими управлять, если они такие сильные?

– Способ есть, – довольно улыбнулся Крис. – Они не признают магических клятв, поэтому просто так ни о чём не договоришься. Снимешь защиту – и ты покойник! И тобой одним не ограничатся, а пока их убьют, тысячи умоются кровью!

– Зачем тогда рисковать? – не понял Колин. – Лучше использовать огонь, тем более что он у вас разрешён.

– Лафреев вызывали очень редко и каждый раз подчиняли настойкой ядовитых грибов, – не слушая его, продолжил Крис. – Они привязывались к ней сразу и навсегда и никогда не смели ослушаться тех, из чьих рук её получали. Правда, надолго их после этого не хватало, самое большее на месяц. А потом их просто травили, потому что сумасшедший демон – это страшно. И у меня есть такая настойка!

– Точно, чокнутый! – сделал вывод Колин. – Учти, что я не стану это даже читать.

– Посмотрим. Это у нас только первый разговор. Иди к себе и спрячь свою книгу. Скоро ужин, и уже должен был приехать отец. Имей в виду, что он обязательно захочет с тобой поговорить.

Такой разговор состоялся до ужина, и граф не поленился сам зайти в комнаты к своему магу. Стучать в дверь он, естественно, не стал.

– Покажи грамоту! – приказал он, садясь на диван в гостиной. – Да, вроде не соврал. Всё я в ней не разберу, но имя совпадает, да и титул пишется сходно с нашим. Ты действительно сильный маг?

– В королевской школе был сильнее директора. Знаний много, только я не всё проверял на практике.

– Это хорошо, – задумался Ойген. – Почему сбежал из семьи?

– Что я не видел на севере? – ответил мальчик. – Король Франц тоже туда бежал и в результате лишился головы. Я пытался убедить отца, что лучше рискнуть и добраться до империи, но меня не стали слушать. С сестрой и матерью ничего не должно случиться, но если Аделрик потребует, отца и брата пустят под нож. Я решил, что лучше поискать спасения здесь.

– Ты не дурак, – сделал вывод граф. – Познакомился с моим сыном?

– И с ним, и с вашей дочерью. Меня предупреждала о нём графиня. Не беспокойтесь: я не поведусь на его идеи. Дружить с ним можно, но никакой магии без вашего согласия он от меня не дождётся.

– Смотри, чтобы так и было! – сказал Ойген. – Если докажешь свою полезность и не пойдёшь против моей воли, будешь получать в два раза больше золота. Навредишь мне и уйдёшь отсюда без вещей и коня и хорошо ещё если с целой шкурой! Так что если не устраивают мои условия, то лучше уходи сейчас.

– Всё устраивает, – поколебавшись, ответил мальчик. – Я не доставлю вам неприятностей.

– Тогда иди обедать, – сказал довольный граф. – Я скоро пойду, а остальные должны меня ждать.

Колин дождался его ухода, запер дверь и побежал в трапезную. Ойген не обрадовал своими условиями, но в замке можно было отсидеться, к тому же он действительно не собирался встревать ни в какие авантюры. Кроме того, мальчик верил в свои силы и не придал большого значения угрозам. И ещё его манила библиотека. Даже поверхностное знакомство со взятой книгой показал, какое сокровище попало в руки, а там таких книг было с сотню! В конце концов, почему здесь немного не задержаться?

Глава 2

– Мой господин, приехали корвы! – поклонившись, сказал капитан. – Офицер, маг и три десятка мушкетёров.

– Не говорили, для чего? – спросил барон Кай Штабер.

– Их старший сказал, что будет говорить с вами. Пять мушкетёров присматривают за лошадьми, остальных отвели в трапезную.

– Вот что, Хартмут… пошлите кого-нибудь предупредить дочерей, чтобы не выходили из комнат. Сколько у вас бойцов?

– Только восемь, – мрачно сказал капитан. – Трое получили увольнения, и один мается с животом. Неужели вы думаете…

– Я выплатил только половину того, что с нас причитается. Срок ещё не вышел, но золото могут потребовать раньше, а в таких случаях не стесняются в выборе средств. Вспомните наших соседей.

– Может, всё-таки уйти? – предложил Хартмут.

– И бросить всё? Мои предки владели этой землёй шесть поколений! В ней лежит их прах, и она же является источником моего богатства. Куда мы уйдём, шевалье? Мы с вами в центре захваченного корвами королевства! Очень трудно уйти и ещё труднее устроиться на чужбине!

– Вам виднее, барон, только если выплатите вторую половину долга, у вас не останется золота, а налог соберём только осенью. Вы уверены в том, что Аделрик не учредит какой-нибудь новый сбор? Я уверен в обратном. Если опять потребуют денег, а вы их не дадите, лишитесь баронства. Могут представить как неисполнение воли короля, тогда не только всё отберут, но и лишат головы. Я в восторге от короля корвов! На его месте наш Франц разогнал бы дворян Корвы и вместо них посадил наших. При этом разбежавшиеся увезли бы своё золото, а оставшихся пришлось бы штурмовать и нести потери. Аделрик не тронул нас, только за это пришлось заплатить, отдав ему почти всё золото. А остальное он потихоньку из вас вытянет, а когда тянуть будет нечего, отберёт землю и отдаст своим. И всё это тихо и мирно, без потерь и разрушений!

– Пойду узнаю, что им нужно, – сказал барон, – а вы сделайте то, что я сказал.

В трапезной за сдвинутыми столами сидели приехавшие корвы, которым слуги уже несли мясо, хлеб и тушёные овощи.

– Приветствую хозяина замка! – приподнялся офицер. – Сядете с нами?

– Нет, лейтенант, – ответил Кай. – Я уже ужинал перед вашим приездом. Желаете ещё чего-нибудь?

– Конечно, желаем! – сказал маг. – К мясу положено вино!

– Я распоряжусь, – кивнул Кай. – Не скажете цель своего приезда?

– Цель – золото, – ухмыльнулся маг. – Вы не выплатили в казну короля десять тысяч и отдали в армию только два десятка бойцов!

– Сколько приказали, столько и отдал, – сказал он, – а срок выплаты долга истекает через два месяца.

– Вы неправы, барон, – с издёвкой возразил офицер. – Вы должны армии ещё двадцать бойцов. Если их нет, придётся заплатить за каждого по сто монет. И долг нужно платить сейчас, а не осенью. Король собирается в поход, и ему нужно золото. Очень надеюсь на то, что у вас есть двенадцать тысяч, чтобы рассчитаться с долгом.

– Я заплачу, – согласился Кай. – К концу обеда золото будет собрано, а вино сейчас принесут.

Из трапезной барон поднялся в свой кабинет. Там сдвинул стенную панель и взял из секретной ниши небольшой каменный флакон. После этого он пришёл на кухню и подозвал повара:

– Герд, пошли в погреб за вином. Пусть принесут два десятка бутылок, откроют пробки и всё оставят на этом столе. Позже я скажу, что делать дальше.

– Нас казнят! – сказал повар, с ужасом глядя на флакон в руках хозяина.

– Это не то, о чём ты думаешь, – усмехнулся Кай. – Они не сдохнут, а только уснут. Я не отравитель, а воин. Нам нужно уйти, а для этого потребуется время. Или ты хочешь, чтобы им перерезали глотки? Так у меня только девять бойцов, и у половины из них здесь семьи. И зелье в бутылки залью я, так что ты даже магу подтвердишь, что ничего не добавлял в вино.

Когда всё было подготовлено, он велел нести бутылки гостям, а сам отправился к капитану. Хартмут был во дворе замка, где о чём-то разговаривал со стоявшими у ворот стражниками.

– Подойдите, шевалье! – крикнул ему барон. – Есть разговор.

– Ваши дочери предупреждены, – доложил подошедший капитан. – Нужно выполнить что-то ещё?

– Этой ночью мы уйдём, – понизив голос, сказал Кай. – Корвы в трапезной уснут, останутся только эти. Сможете их убрать, не убивая?

– Это я сделаю сам, – ответил Хартмут. – С собой возьмёте?

– Могли бы и не спрашивать, – попенял Кай. – Сколько дружинников смогут уйти?

– Трое тех, у кого нет семей. Всего у нас будет шесть бойцов. Куда думаете идти?

– Большого выбора нет. На севере меньше застав и не нужно платить за право жить в королевстве, но если корвы потребуют наши головы, они их тут же получат. До империи добираться дольше и нужно тратить золото на их гражданство, но потом нас никто не выдаст.

– Не уверен, что у меня хватит золота на всю семью, – сказал Хартмут.

– За дочь платить не нужно, а за остальных заплачу я, – пообещал Кай. – Вам золото понадобится, чтобы устроиться.

– Тогда я занимаюсь этой пятёркой, – сказал капитан, кивнув на стоявших у лошадей солдат, – а потом говорю с людьми и начинаю сборы. Скажете, когда вам потребуется помощь.

Хартмут вернулся к стоявшим у ворот стражникам, от которых направился к корвам.

– Капрал! – крикнул он старшему. – Ваши лошади будут мешать, перегоните их к башне.

– Это вы будете мешать нашим лошадям, – по-корвийски ответил тот, сопровождая ответ наглой улыбкой. – Во дворе много места, как-нибудь объедете.

Языки в соседних королевствах были похожи, и шевалье понял смысл сказанного. В другое время такой ответ вызвал бы злость, сейчас он спокойно подошёл к капралу и ударил его кулаком в горло. Сделав шаг в сторону, сбил с ног одного из солдат. Двое корвов упали на камни двора, остальные схватились за оружие. Дружинники навели на них мушкеты, и то же самое сделал Хартмут со своими пистолями. У солдат отобрали оружие, а самих заперли в караулке. Когда капитан вошёл в трапезную, там тоже всё закончилось. Почти все корвы упали со стульев и сейчас спали на полу, и лишь немногие лежали на столах среди разбросанных блюд и перевёрнутых бутылей с вином.

– По-моему, этот не дышит, – сказал он подошедшему барону, показав рукой на неподвижно лежавшего солдата.

– Может быть, – равнодушно отозвался Кай. – Значит, выпил за себя и за товарища. Получается, сам себя наказал за жадность. Для меня главное, что их никто специально не травил. Если спросят маги, я так и отвечу. С охраной разобрались?

– Заперты в караулке, – ответил Хартмут. – Обошлись без крови.

– Идите собирать семью, – сказал Кай. – Мы уже забрали золото и сейчас заканчиваем собираться. Возьмём с собой обе кареты и верховых лошадей на всех. Пока женщины будут ехать с удобствами, а потом пересядут на лошадей. Скажите стражникам, чтобы собрали мушкеты и пистоли корвов, и весь огненный запас и сложили в кареты. Хотя лучше скажу сам, а вы занимайтесь семьёй.

Не прошло и часа, как из распахнутых ворот замка Штабер выехали две кареты и шесть всадников с заводными лошадями и умчались в сторону столицы. В первой карете сидела женщина лет тридцати пяти с десятилетней девочкой, во второй – две девушки. Женщина была женой шевалье Хартмута, девочка – его дочерью, а девушки – дочерьми барона. Старшей недавно исполнилось пятнадцать, а младшая была на два года моложе.

– Исполнилась твоя мечта, Сента, – сказала младшая сестра, – и не пришлось никуда уезжать самой.

– Лучше бы я уехала одна! – хмуро отозвалась старшая. – Отец никого не хотел слушать, отдал корвам кучу золота и до последнего тянул с отъездом. Будет чудом, если нам дадут уехать.

– Прорвёмся. Сента, ты по-прежнему любишь своего Клода? А как же Симон? Он уже год по тебе сохнет!

– Я ничего не обещала сыну шевалье Гумеля, – ответила Сента, – и прошу тебя, Карин, больше о нём не говорить!

– Жаль! Он такой сильный и красивый! Если бы у меня была хоть половина твоей красоты, я никому его не отдала бы!

– Рано тебе мечтать о сильных и красивых. И напрасно мне завидуешь, ты сама очень славная. Лучше ложись и спи, пока хорошая дорога и не сильно трясёт.

Удалившись от замка на пару лиг, беглецы вынуждены были пустить лошадей шагом. Затянувшие небо облака скрыли луну, и дорога была едва видна. Так ехали всю ночь, а утром позавтракали в трактире. Первыми пошли есть господа, а трое дружинников остались сторожить лошадей и кареты. Господ было семеро, поэтому все уместились за одним столом. С одной стороны от Сенты сидела сестра, а с другой сел высокий широкоплечий юноша с красивым мужественным лицом. Это был сын Хартмута Симон, о котором вчера говорила Карин.

– Как перенесли дорогу? – спросил он у девушек.

– Всю ночь спали, – ответила Сента, – а вот вы были в седле. Отец, если нигде не будем останавливаться на отдых, вам нужно по очереди отдыхать в каретах.

– Отдохнём, – ответил Кай, – только сначала нужно объехать столицу. Я не пожалел зелья, поэтому корвы проспят до обеда, но, когда проснутся, постараются организовать погоню. Нетрудно догадаться, куда мы поехали, и порезанная нами упряжь надолго их не задержит. А мы за ночь проехали не так и много, поэтому всадники со сменными лошадьми могут догнать. Вот после столицы найти нас будет труднее.

– Пусть догоняют, – безразлично сказала Сента, – им же хуже. У нас четыре десятка заряженных мушкетов, да ещё пистоли. Устроим засаду и всех перебьём. Одна я это не сделаю, но с кем-нибудь… Всё равно после твоего зелья, если нас поймают, со всех снимут кожу. Надо было не жадничать и лить в бутылки весь флакон.

– Что вы такое говорите? – возмутился Симон. – Как можно травить людей?

– Жечь можно, головы рубить тоже можно, – сказала Сента. – С соседа содрали кожу за дуэль с офицером корвов. Значит, им можно нас убивать, а нам нельзя? Благородство хорошо с благородным противником.

– Что сделано, то сделано, – сказал Кай. – Можно устроить засаду, но хотелось бы обойтись без драки. Корвы прекрасные солдаты, а в бою случается всякое. Если кого-нибудь ранят, это нас сильно задержит.

Им принесли завтрак, и все принялись торопливо есть. Когда закончили и вышли к каретам, в трактир ушли дружинники.

Двигались весь день и только один раз остановились на обед. Заодно купили у трактирщика овса для лошадей и свежего хлеба. Вечером, когда вдали показалась столица, остановились на ночлег в небольшой роще. Ночь прошла спокойно, и они хорошо отдохнули. Утром позавтракали захваченным из замка мясом и хлебом и покормили лошадей. Столицу объезжали весь день по просёлкам. Корвов встретили в небольшой деревне, но их отряд состоял из пяти солдат и капрала, поэтому завоеватели не стали цепляться к хорошо вооружённым мужчинам.

Вечером остановились на ужин в небольшом трактире на дороге, ведущей из столицы в Ланж. В трапезной обратили внимание на дворянина в изорванной и запачканной кровью одежде.

– Вам нужна помощь? – спросил его Кай. – Извините, если задело моё обращение, но вы выглядите, как жертва нападения разбойников.

– Можете не извиняться, – ответил дворянин. – Мне не помешает помощь, возможно, и я смогу вам помочь. Не скажете, куда держите путь?

– В Эссет, – ответил барон.

– Бежите в империю, – понимающе кивнул дворянин. – У вас ничего не получится. После Хартгерта дорога забита войсками. Я попробовал проехать и лишился коня, оружия и денег. Хорошо, что не убили, но отделали так, что день отлёживался в канаве.

– Неужели корвы? – присоединился к разговору Хартмут.

– Нет, это были северяне, гарташцы или сортийцы – я в них не разбираюсь. Корвы там тоже были, но не стали вмешиваться.

– Если они идут на Эссет – это плохо, – помрачнел барон. – Оттуда только одна дорога – на Южин. Так вот для чего Аделрику потребовались солдаты и золото!

– Война с империей? – воскликнул Симон. – Он сошёл с ума!

– Наш король может быть кем угодно, только не сумасшедшим, – сказал Хартмут. – До этого он хорошо продумывал свои действия. Он и сейчас знает, что делает. Империя связана войнами на юге, а на север не обращали внимания сотни лет. Я не думаю, что в Краморе много войск, а Аделрик собрал всех наших солдат и взял с собой северян. Вряд ли ему смогут дать отпор. А если он ещё договорился с южанами… Империю они не развалят, но смогут отгрызть от неё по куску. Ладно, чем бы это ни закончилось, нам путь закрыт.

– Если возьмёте с собой, могу подсказать выход, – сказал дворянин. – Дорога сильно удлинится, но будет куда легче и безопасней. Да, я вам не представился. Шевалье Артур Белер.

– Прошу вас, шевалье, к нашему столу, – пригласил его барон. – Сейчас закажем для вас ужин, а пока можете излагать свою идею.

– Она очень простая. Сейчас поворачиваем назад и объезжаем столицу стороной. В ней тоже много солдат и повсюду патрули. По крайней мере, так было четыре дня назад, когда я здесь проезжал. Дальше двигаемся к Залежу. Это небольшой городок на востоке. Дорога до него плохая, но, когда нет дождей, проехать можно.

– Лада? – догадался Хартмут.

– Верно, – подтвердил Артур. – Возле города она шириной в полсотни шагов, но глубина достаточная даже для небольшого корабля. Эта река течёт через всю империю до побережья. Плохо, что она забирает далеко на восток, в такие дикие места, что вряд ли мы кого-нибудь встретим до самого побережья. Нужно проплыть тысячу лиг или даже больше, но ещё только середина лета. Я думаю, что нужно сделать плоты, тогда можно ехать с удобствами и даже взять с собой лошадей. Продовольствие тоже купим впрок. Жаль, что нет мага, а то можно было бы всё сохранить от порчи и не тратить время на охоту. Но рыбу нетрудно ловить на ходу.

– Продовольствие я вам сохраню, – пообещала Сента. – На это моих сил хватит.

– Маг? – спросил Артур и, увидев утвердительный кивок, добавил: – Это очень хорошо. Вы и лечить можете?

– Вылечу, если не свалитесь все сразу, – ответила девушка, – У меня мало сил.

– Возьмём с собой проводником кого-нибудь из местных, – продолжил Артур. – Если у вас есть деньги заплатить за гражданство, желающие найдутся.

– А сколько оно может стоить? – спросил Кай.

– Сам я в империи не был, но говорил со знающими людьми, – ответил Артур. – Единой цены нет. В центральных провинциях придётся платить больше, но мы с вами прибудем в глушь, поэтому я думаю, что обойдёмся сотней монет на человека, а может, и меньше.

– Такую цену я потяну, – сказал Кай. – Кушайте, мы вас подождём здесь. Шевалье, вы в состоянии ехать верхом или сядете в карету?

– С вашего позволения, я сегодня поеду в карете. Меня крепко побили, и ещё не всё зажило. Но уже завтра…

– Сядете к нам, – сказала Сента. – Я в пути подлечу.

Долго в этот день не ехали и до темноты остановились на ночлег, прикрывшись от дороги небольшой рощей. На следующий день объехали столицу и после долгих поисков нашли нужную дорогу. Шевалье Белер весь день ехал в карете с девушками, развлекая их разговорами и вызывая ревность Симона, а утром пересел на коня. До Залежа добирались пять дней. Не встретили ни одного трактира, но были съезды к деревням, в которых покупали продукты. Залеж только назывался городом, фактически это была большая деревня, только с магистратом.

– Даже не знаю, как вам помочь, – почесал затылок его глава. – Конечно, можно найти какого-нибудь сорвиголову, но вам нужен человек, знающий реку. Такие есть, но это люди семейные, которые не бросят хозяйство. Мы далеко не плаваем. Ходит кое-кто на баркасе на день пути для рыбалки, но редко: хорошей рыбы и здесь много. Зимой по льду ездят на охоту, но и тогда не забираются далеко, уж больно там дикие места. Ещё во времена моей молодости, приезжал к нам один купец. Построил небольшой корабль, нагрузил товарами и уплыл в империю с такими же безбашенными, как он сам. Не знаю, что у него получилось, только назад никто из них не вернулся. Если хорошо заплатите, мужики сколотят плоты, а проводника ищите сами. Может, кого и найдёте. Корвы? Нет, мы их пока не видели, слышали только, что с ними была война.

– Дикое место! – сердито сказал барон, когда вышли из дома, который здесь изображал магистрат. – Слышал он о войне! А ведь этот Залеж не так уж далеко от столицы. Ладно, плоты для нас сколотят, а с кем плыть? Тысячу миль по незнакомой реке… Кто сказал, что она выходит на имперское побережье?

– Так показано на картах, – пожал плечами Артур. – Когда Вирена была провинцией империи, здесь плавали.

– Значит, проплывём и мы, – сказала Сента. – Другого пути в империю для нас нет, а местные далеко не плавают. Купим у них продовольствие, построим на плотах шалаши, и можно плыть. Наверное, не нужно брать с собой всех лошадей. Где мы найдём для них корм на месяц пути, если по берегам реки растут леса?

– Верно говоришь, дочка, – вздохнув, сказал барон. – Моя вина! Нужно было уходить сразу.

– Таких убежавших было мало, – сказал Артур. – Аделрик правильно рассчитал. Тяжело бросать землю и бежать на чужбину, а слову короля привыкли верить, поэтому с готовностью поверили и ему. А у короля оказалось два слова: одно для своих корвов, а второе для всех остальных. Наверное, кто-нибудь сохранит имение, но таких будет немного. Я думаю, что к следующему лету наших дворян в Вирене почти не останется.

С момента их прибытия в Залеж прошло четыре дня. Возле городской пристани плавали три больших плота, на двух из них были сколочены лёгкие домики, в которых можно было укрыться от ветра и дождя, а на третьем установили навес для лошадей.

– Не сдует? – спросил Кай старшего артели. – Может, его укрепить?

– Не сомневайтесь, господин барон! – заверил его мужик. – Мы всё сделали на совесть! И навес устоит против самого сильного ветра, и домики ваши не промокнут. Зря только ваша дочка настояла, чтобы прорубили бойницы. Нужно подумать, чем их закрывать, чтобы не дуло. Сегодня сделаем шесты, и можно плыть. Если не обидитесь, дам вам совет. Купили бы вы по одной лодке на плот. Я даже могу подсказать, у кого они есть на продажу.

Кай послушал совета, и в тот же день на плотах закрепили лёгкие лодки, в каждую из которых могли сесть четыре человека. Рассчитались за них лишними лошадьми. Остальных лошадей отдали за продукты и овёс, оставив себе только пять самых лучших. Кареты оказались никому не нужны, и их хотели бросить, но Сенте пришла в голову хорошая мысль.

– А почему не закрепить их на плотах? – спросила она спутников. – Место много, а они ничем не хуже наших домиков: и отдохнуть можно, и положить на хранение продукты.

Так и сделали, после чего лесорубы занесли на плоты запас дров на первое время, получили свою плату и ушли.

– Канаты мы купили, – сказал Кай Альберту. – Весь порох, который был на продажу, тоже взяли. Крупу и сети стражники принесли. Подумайте, может, нужно что-то ещё? Завтра отчалим, и думать будет поздно.

– Я купил бы пару арбалетов, – сказал шевалье, – но где их здесь найдёшь!

– Сходите к главе. Может, он что подскажет. Деньги есть?

– Хватит тех, что вы дали, – ответил Альбер и ушёл.

Кай не успел уйти с пристани, как к нему, сняв шапку, обратился мужик лет тридцати:

– Дозвольте сказать, господин барон! Я слышал, что вам нужен проводник.

– А ты, стало быть, знаешь реку? – спросил Кай.

– Всю не знаю, – ответил мужик, – но дней на десять в один конец ходил, и не на зимнюю охоту, как некоторые, а по воде.

– По какой надобности ходил? – поинтересовался Кай.

– А не по какой, – ухмыльнулся мужик. – Молодой был и глупый. Сил девать некуда и было любопытно, что там дальше по реке.

– И что же там было? – улыбнулся барон.

– Всё то же самое, – махнул он рукой, – только река шире, а лес выше и гуще. Такого леса я больше нигде не видел.

– А зачем хочешь в империю?

– Я не так давно ездил в столицу, – нахмурившись, сказал мужик. – Видел я этих корвов! Это они до нас не добрались, а на то, что творят в деревнях, насмотрелся! А наши им слова поперёк не скажут. Спрашиваю, что так? А мне затыкают рот! Молчи, мол, пока тебе не закрыли рот железом! Ещё и нам попадёт за то, что стояли рядом и слушали. Все боятся, а наши господа боятся пуще крестьян! А я так жить не привык. Вот и подумал… Только если возьмёте, то знайте, что я не один, а с женой.

– Мне в империи и за неё платить? – задумался Кай. – Не дорого ли выйдет твоя помощь?

– Смотрите сами, я вам не навязываюсь. Скажу только, что моя Катерина отработает. Она и готовит отменно, и может постирать бельё, и сделать какую другую работу. Рыбачит лучше меня, да и с луком хорошо управляется. Зимой три сотни белок приносит, а белку ещё попробуй добыть луком-то! И в домах мы вас не стесним: поставим свой шатёр.

– Тебя как звать? – спросил Кай. – Дитер? Ладно, считай, что договорились. Только учти, что мы отплываем завтра поутру. Опоздаете – ждать не станем.

Они не опоздали, наоборот, прибыли раньше остальных. Когда беглецы расплатились с хозяевами, у которых жили в Залеже, и пришли на пристань, на одном из плотов увидели матерчатый шатёр, а под навесом были уже не пять, а шесть лошадей.

– Мы не договаривались о лошади, – сказал барон встретившему его Дитеру.

– А кому она мешает? – пожал могучими плечами мужик. – Места много, а корм я взял с собой. Пяти мешков овса хватит надолго, а там что-нибудь придумаем. А не придумаем, так забьём на мясо. Из вас кто-нибудь гонял плоты? Дело это нехитрое, особенно при слабом течении. Нужно следить, чтобы плот держался посередине реки. Так и ни на что не налетишь, и течение будет быстрее. Плоты лучше связать, но с запасом, чтобы не сбивались в кучу. Если будет сильный ветер, лучше пристать к берегу. Можно, конечно, плыть, если он дует в спину, а с боковым намучаешься держать плоты на стрежне. Здесь река узкая, а дальше она станет шире. В тех местах, до которых я доплыл, Лада была шириной в две сотни шагов. В грозу по такой уже опасно плыть, поэтому непогоду лучше пережидать на берегу.

– Об этом будет время поговорить, – прервал его Кай. – А сейчас расходимся по плотам и отчаливаем. Заносите оружие.

Мужчины унесли мушкеты в домики, отвязали канаты и взяли в руки шесты. Упираясь ими, отталкивали свой плот, а потом брались за вёсла. Когда плоты отогнали на середину реки и выстроили в линию, их связали канатами.

– Сдохнем со скуки, – зевнув, сказал Артур. – Надеюсь, что дальше течение будет быстрее, а то мы не доплывём и за месяц.

– Сами же предложили, чего теперь ныть? – не очень вежливо сказала Сента и, взяв большую книгу, села на один из заготовленных для топки чурбанов.

– Она всегда такая… серьёзная? – спросил шевалье Карин.

– Это у сестры из-за несчастной любви! – тихо ответила девушка. – Не трогайте её, пусть читает свою магию. У нас есть и другие книги, но они о любви, а то я вам предложила бы.

– Мне не нужна бумажная любовь, – сказал он. – Ладно, пойду отдыхать впрок, пока не позвали на вёсла.

Кто не путешествовал на тяжёлом плоту по медленно текущей реке, тому не понять, какое это нудное дело. Хорошо, если есть хоть какое-то занятие, но у большинства его не было. Готовила Катерина, за конями ухаживал её муж, а вахта на вёслах была занятием для лентяев. Стояла тёплая солнечная погода, поэтому часто купались, без труда возвращаясь на свой тихоходный транспорт. На второй день Катерина наловила рыбы и сварила уху. Мужчины от безделья тоже занялись рыбной ловлей, но скоро были вынуждены её прекратить. Рыбы в реке было много, и быстро наловили столько, что половину пришлось выбросить в воду. Сильного ветра не было, поэтому плыли и ночью. Через пять дней река начала раздаваться вширь, а лес по её берегам стал заметно выше. К сожалению, на течении это никак не сказалось.

– Надо было поставить мачту с парусом, – ворчал Кай. – В лучшем случае проплываем за день только тридцать лиг! Катерина, приготовь что-нибудь из мяса, а то эта рыба уже не лезет в горло!

– Не хотите позвенеть шпагами, барон? – предложил загоравший Артур. – Мясо или рыба – какая разница? Если весь день лежать на брёвнах и греть пузо, оно от любой пищи к концу пути станет в три раза больше.

Они взяли шпаги и принялись скакать по плоту, нанося и отбивая удары. Сенте это мешало заниматься, и она ушла в домик.

– Ты бы не книгу читала, а обратила внимание на мучения несчастного Симона! – сказала зашедшая следом сестра. – Он с тебя глаз не сводит!

– Пусть смотрит: мне не жалко, – ответила девушка. – При желании давно мог переплыть на наш плот.

– Сама виновата! Девушка должна быть мягкая и податливая и слушать, что ей говорят мужчины, потупив взор! А у тебя на всё своё мнение! Никакой податливости в тебе нет, твёрдая, как твоя шпага! По-моему, он тебя уже боится!

– Это хорошо, – перевернув страницу, сказала Сента. – Я его не люблю, а он меня боится. Было бы хуже, если бы любил. Слушай, не мешала бы ты мне читать?

На седьмой день плаванья по правому берегу увидели устье полноводной реки. После этого притока Лада не стала шире, но течение заметно ускорилось.

– Это другое дело! – довольно сказал Кай. – Теперь за день проплывём лиг сорок. Смотрите, какое удобное место. Пристанем: нужно запастись дровами.

Они взялись за вёсла и начали подгребать к пологому песчаному берегу. То же сделали и на остальных плотах. Когда позволила глубина, оставили вёсла и взялись за шесты. У самого берега мужчины спрыгнули в воду и за канаты подтянули плоты, насколько это было возможно.

– Все в лес не пойдём, – сказал Кай. – Двое собирают сучья и двое их охраняют, а остальные сидят на берегу и ждут.

– Никогда не видела такого леса! – сказала Сента. – Деревья в два раза больше обычного! Стволы будут в три обхвата.

– Смотря чьи обхваты считать, – ухмыльнулся отец, – но ты права: таких великанов у нас нет. Смотри, как под ними темно.

Сборщики уходили два раза и каждый раз возвращались с большими охапками сучьев. В третий раз вернулись бегом и без дров.

– Быстро уходим! – с тревогой сказал ходивший их охранять Артур. – Нас кто-то обстрелял из лука. В первый раз едва не попали, а потом мы уже прятались за деревья. Сами не стреляли, потому что не видели стрелка. Только перепугали бы вас и перевели порох. Не думал, что в такой чащобе могут жить люди.

Они торопливо стянули в воду плоты и взялись за шесты. Те из мужчин, кто не был занят этой работой, вооружились мушкетами. Берег понемногу отдалялся, и люди расслабились. Вылетевшая из леса стрела вонзилась в бревно плота, заставив гребцов шевелиться быстрее. Стрелка по-прежнему не было видно, но барон всё-таки выстрелил в сторону леса. Больше их никто не обстреливал, а когда выгребли на середину реки, для стрел стало далеко.

– Странный наконечник, – сказал Артур, выдернув стрелу. – В первый раз такой вижу. Э, да он с ядом!

– Почему вы так думаете? – спросила Сента.

– Видите эти полоски? – показал шевалье. – Такие насечки делают для яда. Когда стрела попала в дерево, наконечник очистился, но яд остался в насечках. Что-то похожее на смолу. У нас за яд на стрелах рубят руку, а если им кого-то убили, то и голову. Я даже не вспомню, когда о таком слышал. Хорошо, что мы оттуда так быстро убрались.

Глава 3

Клод попытался отбить удар, но это не получилось. Отшатнувшись, он взмахнул руками и упал навзничь, крепко приложившись об пол.

– С вами всё ясно, – сказал ему шевалье. – Фехтуете сносно, но не побьёт только ленивый. Вот я и буду вас бить, пока не выбью этот недостаток. Это очень хороший, проверенный на многих способ. Жаль, что у меня нет года, и придётся магией закладывать в память все приёмы. Такой способ обучения может доставить неприятности в будущем. Самая паршивая – это возможность забыть. В борьбе такое случается редко, особенно если не лениться и хоть иногда обновлять навыки. Вставайте и садитесь на стул.

Клод поднялся с пола и, прихрамывая, подошёл к указанному стулу.

– Ушиблись? Ничего, падать я тоже научу. И учтите, что знания – это ещё не борьба. Ваше тело к ней не готово, поэтому не вздумайте заниматься самостоятельно. А сейчас закройте глаза. Можете открыть. Заодно запустил лечение, поэтому боль скоро пройдёт. С завтрашнего дня займёмся вашим телом. Это пригодится и для работы с оружием. У вас мало сил, не говоря уже о скорости. Ничего, за два месяца я сделаю из вас человека!

Мысленно вспомнив подходящее ругательство, Клод простился с одним учителем и отправился к другому.

– Будем заниматься языками, – сказал ему пожилой маг из зарубежной службы канцлера. – Жаль, что у меня нет двух месяцев и знания будем закладывать магией. Это не очень полезно, и нужно обновлять знания, чтобы они сохранились в памяти. Но если не будете лениться, уже через декаду выучите язык южан. Языком, на котором говорят в двух северных королевствах, займёмся позже. Он не сильно отличается от вашего родного. Садитесь на стул и закройте глаза. Всё, можете их открыть. Возьмите эту книгу. Когда прочитаете, поставим произношение.

Поблагодарив мага, юноша вернулся к Юстусу Благу.

– В первую очередь прочитайте это, – сказал старик, показав на лежавшую на столе стопку книг. – И читайте не так, как читают любовные истории. Знаете заклинание концентрации?

– Знаю.

– Вот с ним и читайте. Старайтесь во всём разобраться и запомнить побольше из того, что в них написано. Я потом проверю. А сейчас дам кое-какие полезные заклинания, которые вам будет несложно выполнить. Запоминайте.

– Я быстро запоминаю, поэтому можете давать другое. Что это было?

– Слава богу, что вы хоть что-то делаете быстро! Это заклинание рассеивает внимание того, на кого оно направлено. Оно не наносит прямого вреда и не относится к ментальным, поэтому не подавляется амулетами. Нужно объяснять, когда может быть полезно?

– И так понятно, – буркнул Клод. – Не нужно считать меня идиотом. Давайте следующее.

– Вы не идиот, иначе я не взялся бы за ваше обучение, – сказал Юстус. – Но соображаете медленно. Этот недостаток я постараюсь из вас выбить. Ладно, смотрите дальше. Тоже запомнили? Это хорошо, что у вас такая память. Заклинание предназначено для придания вам выносливости. Чуда не сотворит, но поможет выжать из тела максимум того, на что оно способно, причём без таких неприятных ощущений, как боль или усталость. Но применять нужно с умом, чтобы потом не свалиться от истощения. Смотрите следующее…

В первый день с ним занимались пять часов. Кормить не стали, объяснив, что сытость помешает учёбе. Он хотел навестить сестру, но так вымотался, что остались только два желания: поесть и от всего отдохнуть.

– Вы устали, потому что не привыкли много заниматься, – сказал на прощанье старик. – Ничего, скоро такая нагрузка покажется вам отдыхом.

Простившись с магом, Клод поспешил к конюшне. Там дождался, когда оседлают коня, и поехал к воротам. В карауле стояли другие стражники, но его выпустили без расспросов. За оградой парка было невыносимо жарко. Ветра не чувствовалось, небо было безоблачное, и одетый в камень город за день сильно нагрелся. На улицах было безлюдно, поэтому он пустил коня вскачь и вскоре был в особняке.

– Ты весь мокрый, – сказала Хельга. – Тебя не кормили? Иди мыться, а я сейчас распоряжусь, чтобы приготовили обед.

Искупавшись и хорошо поев, Клод почувствовал, что его потянуло в сон.

– Ты сонный, – заметила она. – Сильно гоняли?

– Наверное, не очень сильно, но я уже давно ничем не занимался, только читал книги, поэтому отвык от долгих занятий.

– Привыкнешь, – сказала Хельга, помогая ему раздеться. – Я не помешаю, если лягу рядом? Я тоже разденусь, а то сегодня очень уж жарко. Не бойся: я не буду приставать после еды, но когда отдохнёшь… Я ещё не жена, но мне тоже нужно уделять внимание. Расскажи, что было интересного. Или тебе нельзя?

– Многого рассказывать нельзя, но кое-что можно. Сегодня рассказывали о религии южан.

– Это о нескольких жёнах? Откуда пошёл такой дикий обычай?

– А что ты знаешь об истории империи?

– А как связаны наша история и их ислам? – не поняла она. – Историю преподают всем дворянам. Меня тоже заставляли зубрить имена императоров.

– У меня был интересный разговор с магом императора, – сказал Клод. – Ты зазубрила не историю. Вас учат тому, что было за последнюю тысячу лет, и чем дальше вглубь времён, тем меньше дают знаний. И никто не может сказать, что было раньше. Когда образовалась империя, кто её основал, во что верили ваши предки?

– Мы всегда верили в Единого, это ваши предки были язычниками!

– Наша вера пришла тысячу лет назад вместе с пришельцами с Земли, и у южан было точно так же. А в кого верили до этого, никто уже не знает. Все написанные раньше книги были уничтожены церковью. Если что-то и сохранилось, то только в тайных хранилищах храмов. Пришельцы принесли нам не только магию и науку, они дали веру. Так что тебе никто не скажет, откуда взялось многожёнство. Наверное, для народов, от которых вера попала на юг, оно было обычным делом. Но и в южных королевствах у многих мужчин только одна жена, больше только у богатых.

– А ты хотел бы иметь несколько жён? – спросила Хельга.

– Зачем? – удивился он. – Мне хватит тебя. Женщина должна быть одной-единственной до конца дней.

– А как же Луиза? Неужели совсем не любишь?

– Как бы я к ней ни относился, я люблю тебя!

– Значит, любишь, – вздохнула она. – Её любишь, меня любишь… Кажется, была ещё твоя подруга? Не хмурься, я больше не буду об этом говорить.

– Подумаешь, три женщины! – крикнул из клетки Сай. – Можно любить и больше, лишь бы они не передрались.

– Тебя забыли спросить, – сердито сказала Хельга. – Дверца открыта? Вот и лети в парк! Нечего тебе слушать наши разговоры.

– Жарко, – ответил он. – Вечером полетаю.

«Клод! – связалась с братом Алина. – Ты сегодня был во дворце?»

«Был, – ответил он, – только у меня не получилось к тебе зайти».

«Тебя ко мне не пустили бы. Я сейчас сижу в карцере. Так у нас называется комната, куда запирают провинившихся. Представляешь, здесь рядом спальня и удобства! И мяса лишили на два дня!»

«И что же ты натворила?»

«Мы с герцогиней Эсер подшутили над наследником».

«Он сильно пострадал? – встревожился Клод. – У вас есть ум?»

«Он сам виноват! – сердито сказала сестра. – Послушай, что он сделал. Два дня назад к нам доставили новенькую. Она немного слабее меня и не дворянка, но такая красивая, что наследник сразу сделал стойку. Когда он узнал, что она простолюдинка, не стал церемониться и прямо сказал, что придёт ночевать. Эту девушку тоже предупреждали, но она заладила, что не может отказать самому наследнику. Ну не дура? Вот мы и решили немного подшутить…»

«Мы или ты?» – спросил Клод.

«Придумала Мона – это герцогиня и моя подруга…»

«А сделала ты, – закончил он за сестру. – Поэтому ты сидишь в своем карцере, а она гуляет».

«А ты хочешь, чтобы мы сидели вдвоём? Карцер-то один. Слушай, что я сделала. Майка ещё ничего не умеет, поэтому я внушила, что в её комнатах никого нет, а сама зашла в спальню и спряталась за ширмой. Пришлось ждать больше часа, а когда в коридоре послышались шаги, я наколдовала граче образ императора и привязала к Майке. Та уже легла в кровать, поэтому, когда туда же полез наследник, он обнаружил под одеялом голого императора. Видел бы ты, как он оттуда улепётывал!»

«А как всё открылось?» – мрачно спросил Клод.

«Наследник на следующее утро пошёл разбираться к отцу, – фыркнула Алина. – У него такой амулет, что не пробьёшь магией, а создавать фантомы умею только я, поэтому Грас сразу понял, чья это работа».

«Глупо, а не смешно! – сердито сказал он. – Из-за этой детской выходки ты рискуешь своим будущем. Это сейчас он наследник, а когда-нибудь станет императором. Ваши отказы он забудет, а твою злую шутку вспомнит обязательно».

«Ему не сказали, – успокоила брата Алина. – Император, когда узнал, хохотал. А ты меня не любишь! Я сижу одна и без мяса, хотела, чтобы меня пожалели, а вместо жалости услышала упрёки! Не буду я с тобой общаться!»

– С кем разговаривал? – спросила Хельга. – Когда ты мысленно общаешься, становишься неподвижным, как камень.

– Сейчас, – сказал Клод, встал с кровати, взял в руки клетку и вытряхнул попугая в окно.

– Закрой окно, иначе всё равно подслушает. Так кто это был?

– Связывалась Алина. Девушки императрицы от скуки резвятся, ну а она оказалась крайней. – Он пересказал любимой рассказ сестры.

– Представляю эту картину! – рассмеялась Хельга. – Но, вообще-то, она рискует. Кто-нибудь из девушек может проболтаться. Наследник не злопамятный, но при случае может припомнить. Клод, уже прошёл час, попугая нет, а я на кровати без платья. И чего ты ждёшь?

Они успели закончить свои дела, когда в дверь гостиной постучали. Клод быстро оделся и сходил открыть.

– Никогда больше так не делайте! – сердито сказала вошедшая к ним Мануэла. – Если мешает попугай, уберите куда-нибудь клетку! Я уже засыпала, когда эта зараза прилетела в спальню и начала жаловаться на отсутствие любви и жестокое обращение!

– Сейчас загоню его в клетку, – виновато отозвался Клод.

– Поздно, – махнула рукой Мануэла. – Приехал Анри, и скоро должен приехать герцог Радгер.

– А этому что нужно? – спросила Хельга.

– Это пусть выясняет Клод. Прислал слугу с просьбой о встрече, а я не нашла повода ему отказать. Повару сказано готовить стол, а вам нужно срочно привести себя в порядок.

К приезду герцога никто особенно не готовился. Хельга с помощью служанки расчесала волосы и украсила себя взятыми у Леоны драгоценностями, а Клод надел перевязь со шпагой. Леона почистила пёрышки к приезду Анри, а больше в особняке не было никого, кроме Мануэлы. Робер отпросился со службы и с утра ушёл с Кириллом в школу магии насчёт его приёма, а Баум был у кого-то в гостях.

Герцог приехал без свиты, оставил коня слуге и был встречен у входа Мануэлой.

– Вы ослепительны, графиня! – сказал он, поедая её глазами. – Извините меня, но ваш бывший муж дурак. Разве можно самому отказываться от такого сокровища!

– Он и не отказывался, – засмеялась Мануэла, – отказалась я. А его вполне устраивало моё пребывание в фамильном склепе. Настолько устраивало, что, как только я с помощью барона Шефера из него вышла, он тут же постарался меня туда вернуть.

– И вы так спокойно об этом говорите? Неужели простили?

– Если бы простила, вам об этом не сказала бы. Вы меня понимаете? Я не злопамятна, только Ойген на этом не остановился и постарался осложнить мне жизнь, так почему я должна от вас что-то скрывать?

– К сожалению, он далеко и я не могу скрестить с ним шпаги, – сказал Радгер, – но постараюсь, чтобы узнали о его бесчестном поведении! Если я могу хоть в чём-то его заменить, вы только скажите!

– Посмотрим, – многозначительно сказала Мануэла и протянула ему руку. – Стол готов, и нас с вами ждут.

Герцог взял её под руку и довёл до веранды.

– Какой цветник! – воскликнул он при виде Хельги с Леоной. – Дозвольте, графиня, извиниться за мои слова! Благодарю вас, барон, за вашу магию. Хоть и неприятно быть покусанным собственным конём, но эти укусы не дали мне совершить недостойный дворянина поступок.

– Извинения приняты, герцог, – кивнула Хельга. – Будьте нашим гостем.

– Познакомите с вашей дамой, граф? – спросил Радгер у Анри.

– Извольте, герцог, – ответил тот. – Это моя невеста графиня Леона Родней.

– Та самая королева запаха? Я слышал, что с ней многие хотели познакомиться, выходит, что вы всех опередили!

– Я сделал ей предложение перед вашим приездом, и оно было с благосклонностью принято. А что вы говорили о королеве запахов?

– А вы разве не слышали? – спросил герцог. – Так называют графиню горожане. Ну и шутку вы откололи, барон! Я слыл в этом городе первым оригиналом, а теперь вы оттеснили меня на второе место! Не хотите что-нибудь устроить вдвоём?

– Ему сейчас будет некогда, Клаус, – сказала Мануэла. – Клода срочно готовят новым магом императора. Только учтите, что это пока секрет. Говорим вам, как своему человеку.

– Буду нем как могила! – поклялся Радгер. – Вам повезло, барон! А вот я сколько ни предлагал свои услуги императору, их почему-то так и не приняли. Я знаю, что многие считают меня сумасбродом. Уверяю вас, что это не так! В семье всем заправляют отец и старший брат, а мне выделили имение, с которым справляется управляющий. И чем заняться? Хотел отправиться гонять кочевников, так не пустили! Магии во мне нет ни капли, но я прекрасно владею оружием! Говорят, что я специально кого-то вызываю на дуэли и убиваю ради скандальной известности! И это тоже ложь! Среди моих противников не было ни одного порядочного человека, и многие вызвали сами. Уже позже, когда увидели, как я орудую шпагой, стали беречься. Я хочу, чтобы вы знали, что, если понадобится помощь в каком-нибудь опасном деле, можете на меня рассчитывать! У меня есть трое друзей, которые, как и я, маются от безделья. Они очень достойные дворяне и будут рады, если найдётся повод не просто подраться, а сделать это с пользой. Я вас обязательно познакомлю!

– Буду рад, – поблагодарил Клод. – Не знаю только, когда это можно будет сделать. Я сегодня в первый раз ездил во дворец, и каждый старался запугать меня работой. И всё нужно делать очень срочно.

– Почему такая срочность? – спросил герцог. – Маг императора проходит по ведомству канцлера, а там не работают, а спят. Если они зашевелились, этому должна быть причина. С заговором разделались, и единственной такой причиной может быть только война. Кочевников отогнали, а они так часто не беспокоят. Значит, опять южане? Вы об этом что-нибудь знаете, граф?

– Мы занимаемся внутренними делами, – ответил Анри. – Ищите ответ у канцлера. Могу только сказать, что часть армии с запада перебрасывают на юг, а на севере создают новую.

– Север? – недоуменно спросил Радгер. – Что может быть интересного на севере?

– Там много беженцев из Вирены, – пожав плечами, сказал Анри. – Среди них есть военные и маги. Наверное, их в первую очередь вербуют в армию. Может, из-за этого её там и формируют?

О войне больше ничего не знали, а Клод не стал распускать язык, поэтому герцог начал рассказывать последние столичные сплетни. За этим занятием их застали вернувшиеся Робер с Кириллом. Семейство Хазе представили Радгеру и усадили за стол.

– Как успехи, молодой человек? – спросил Клод. – Приняли?

И пояснил для герцога, куда и с какой целью ездил шевалье с сыном.

– Приняли, – ответил мальчик. – Сказали, что я у них во всём буду средним. Ну и ладно!

– Я слышал, что в этом году многих будут отчислять, – сказал Робер. – Учителя говорили между собой, а я проходил мимо. Вроде набрали способных ребят из беженцев, и теперь ими заменят тех, кто протирал в школе штаны только по праву рождения.

– Это хорошо, – одобрил Радгер, – но будет много недовольных. Хотя после разгрома заговора проявлять недовольство остерегутся, но этим ребятам будет нелегко.

Последним сел за стол Баум.

– Что нового в городе, – Джед? – спросила Мануэла. – Вы сегодня сильно задержались.

– Есть тревожные новости, – ответил он. – Объявлен набор магов, и условия настолько выгодные, что кое-кто из моих новых знакомых готов сменить работу, несмотря на то что вербуют в армию. Говорят, что нужны не только маги. Ветеранов тоже пытаются вербовать. Мне сказали, что под столицей будет создаваться новая армия. Для неё сейчас закупают много всего и не жалеют золота.

– Тоже спешка, – сказал Радгер, взглянув на Клода. – Четыре армии! Такого не было уже триста лет, с тех пор как отделились северные провинции. Кто там захватил Вирену, Аделрик? Не хочет ли император навести порядок на севере? Дело хорошее, непонятно только, почему спешим. Но уж в этой войне я непременно поучаствую, что бы ни говорила родня! Только вначале нужно жениться. Вам не надоела холостая жизнь, графиня?

– Вы делаете мне предложение? – удивилась Мануэла.

– А если делаю? – улыбнулся он. – Чем я хуже графа? Все вокруг спешат, почему нельзя мне? Если будет большая заваруха, есть шанс отдать жизнь за империю. Я не против, только не хочется умирать пустоцветом. Так что, если примите предложение, буду стараться день и ночь, чтобы этого не случилось. Моя семья примет вас хорошо, а имение у меня больше графства вашего Ойгена. Будете воспитывать наших детей, ни в чём не нуждаясь.

– Я мара, Клаус, – тихо сказала Мануэла. – Вы не забыли?

– Сто лет назад половина герцогов Радгер были марами, а ваш гарант переживёт нас всех! А если нет, я всё равно урву свою толику счастья! И детей успеем родить, а если случится худшее, найдём того, кто их воспитает.

– А может, действительно… – задумалась Мануэла. – Считайте, Клаус, что я приняла ваше предложение. Шуму будет…

– Я привык к шуму, – сказал герцог. – Где я, там и шум. Давайте не будем затягивать со свадьбой. Завтра с утра всех оповещу, а через три дня и сыграем. Граф, как вы насчёт того, чтобы присоединиться? Сыграем сразу две свадьбы, да так, чтобы столица надолго их запомнила.

– Не имею ничего против, – согласился Анри. – Ты как, дорогая?

– Как скажешь, так и будет, – ответила счастливая Леона.

– Если удивлять столицу, то мы присоединимся к вам, – сказал Клод. – Никто не знает, но я сделал предложение графине Альтгард и она его приняла. И я тоже не вижу причин тянуть со свадьбой.

– Завтра все будут стоять на ушах, – потирая руки, сказал Радгер. – Если не возражаете, я возьму подготовку в свои руки. Мне это будет проще сделать.

Вскоре гости уехали, а хозяева разошлись по своим комнатам.

– Как это ты решился! – сказала Хельга, когда они легли в кровать. – Мне почему-то всё время казалось, что никакой свадьбы не будет.

– Почему? – спросил он, обнимая женщину. – Пусть я неравнодушен к Луизе, но я и без тебя не могу и готов отдать свою жизнь, только бы ты жила! Если это не любовь, то что?

– Надо было умереть, чтобы встретить тебя, – закрыв глаза, сказала она. – Я ведь не любила никого из мужчин. Были те, кого к себе подпускала, но это лишь бледная тень того, что я чувствую сейчас. И дело не в постели, хотя ты и в ней лучше их всех. Я ведь тоже готова на всё ради тебя. Какое странное чувство… Весь мир сужается до одного человека. Я завишу от тебя не только как мара, ты для меня – это всё! Давай не будем ждать и я сниму амулет этой ночью? Зачем ждать брака, если есть любовь и вера в тебя?

На следующее утро за Клода взялись по-настоящему.

– Вы должны делать упражнения на растяжки пять раз за день, – говорил шевалье. – Втирайте в суставы эту мазь, а то завтра не сможете ходить. Магией я тоже вас подлечил. Пока не разработаете суставы и связки, не будем заниматься ничем другим. И не вздумайте снимать боль магией, иначе от ваших упражнений не будет пользы.

– Я вижу, что вы почти не читали книгу, – попенял другой учитель. – Садитесь, будем повторять сеанс. Если не будете заниматься сегодня, завтра придётся повторять. Вы хотите стать идиотом?

– Пока не закончите с телом, с вами не будут ничем заниматься, – сказал ему Юстус Благ. – Изучение языков и мои занятия не в счёт. Сколько книг прочитали?

– Только половину одной, – ответил Клод. – Вчера с непривычки сильно устал, а потом были гости. Я, видите ли, через два дня женюсь.

– В день свадьбы отдохнёте, а в остальные должны работать в полную силу. Враги не дадут поблажки, и никто не знает, сколько у нас осталось времени. Мне почему-то кажется, что его нет совсем. Вы же не хотите оставить жену вдовой? Возьмите эти две книги к тем, которые уже есть. Сейчас будем отрабатывать ваши действия на разные угрозы. Вы должны знать, когда и что применять. Выигрывает не тот, кто быстро думает, а тот, кому не нужно думать. Начнём…

В этот день Клод опять не обедал и вернулся на два часа позже. После купания не стал есть, чтобы не перебивать ужин, взял стопку книг и лёг в кровать.

– Нужно позаниматься, – сказал он Хельге. – Вчера этого не делал и вызвал неудовольствие учителей.

– Наплюй! – посоветовал из клетки Сай.

– Занимайся, не буду мешать, – сказала Хельга. – Птицу выкинуть в окно?

– Я молчу! – закричал попугай и спрятал голову под крыло.

Когда собрались ужинать, приехала Мануэла.

– Весь город гудит, – сообщила она, садясь за стол. – Три такие свадьбы действительно поставили на уши столичное общество. Клаус постарался. Ритуалы проведём в главном храме столицы, а потом поедем в столичный дворец герцогов Радгер. Вся родня Клауса довольна его выбором. Обо мне говорят мало, основная тема для разговоров – это вы. Никто не ожидал, что сын всесильного графа Бекера женится на графине из северного королевства. Но случай с запахом на приёме у графини Тибур сыграл в нашу пользу. За исключением очень немногих, все настроены к Леоне очень благожелательно. Клод – это вообще отдельная тема. Брак барона с севера и нашей графини, пусть даже из опального рода, вызвал бы много недовольства, если бы этим бароном был не Клод. О тебе, мой дорогой, чего уже только не рассказывают. По сравнению с тем, что тебе приписывают, этот брак – сущая мелочь. Я же говорила, что для большинства неважно, из-за чего разговоры, главное – это внимание. Ты сказал во дворце, что послезавтра не сможешь заниматься?

– Все знают. Во дворец не пойду, но дома займусь. Я передал о свадьбе сестре. Надеюсь, что она до этого времени выйдет из карцера и не попадёт в него снова.

На третий день к упражнениям добавили выворачивание суставов.

– Терпите, барон, – уговаривал шевалье, выворачивая ногу из сустава. – Так будет гораздо быстрее. Сейчас закончим, и я вотру вам мазь. Плачьте, при такой боли это нормально. Те повреждения, которые вы сейчас получаете, сильно сократят нам работу.

– Теперь видно, что вы занимались, – одобрительно сказал учитель языка. – Почему опираетесь на палки? Шевалье Холер постарался? Изверг! Надеюсь, что на свадьбу вы пойдёте на своих ногах.

– Две книги? – спросил Юстус Благ. – Ну это уже куда ни шло. Давайте я проверю, как вы их запомнили, а потом перейдём к заклинаниям. В них используются два потока, но для вас они бесценны, поэтому будем пробовать. Рискну остаться в вашей компании и помочь советом. Раз вы завтра не придёте, старайтесь хоть немного заниматься самостоятельно.

«Клод, ты ещё во дворце? – связалась сестра. – Завтра буду на твоей свадьбе и не одна, а с герцогиней Эсер и Грасом Хартом. Ну вы и учудили: три свадьбы сразу!»

– Говорили с сестрой? – догадался маг. – Плохо, что вы выпадаете из реальности при мысленном контакте и становитесь беззащитным. Этого нельзя допустить. Как только придёте к нам после свадьбы, покажу, в чём ваши ошибки. Кстати, такой разговор можно перехватить, если маг находится рядом. Как это делать и как защититься – тоже узнаете. А сейчас познакомитесь с тем, кто научит вас накладывать грим.

– Это ещё зачем? – удивился юноша.

– Вы не знаете возможностей хорошего гримёра, – сказал Юстус. – Не всегда можно применять магию, и ваши грачи – это тоже не выход. У них есть слабое место – высокая чувствительность к магии. Если рядом кто-нибудь творит сильную магию, они перестанут выполнять ваше задание. Паразиты, которых вы использовали для запахов, гораздо устойчивее, но от них многого не добьёшься. В общем, меньше разговоров и больше дела. Возьмите за правило, что здесь лучше знают, что вам нужно.

Так как Клод днём пропадал во дворце, да ещё занимался в особняке, подготовку к свадьбе взяла на себя Хельга. Сам праздник готовил герцог, но своей одеждой каждый занимался сам. Хельга заказала Клоду новый праздничный костюм, отдав мастерам в качестве образца уже ношенную одежду, а с неё снимали мерки. Днём она отправила в свой замок Эвальда с Крисом с приказом привезти в Ларсер сестру. О матери разговора не было.

Этот день горожане запомнили надолго. Он стал своеобразной вехой в жизни столицы. Потом часто можно было слышать в разговоре, что какое-то событие произошло в тот год, когда играли эти три свадьбы. В тот же день войско короля Аделрика вторглось в провинцию Крамора, но об этом узнали только через декаду. Церемония проводилась с большой пышностью, и на ней присутствовали самые влиятельные дворянские семьи столицы. Присутствовал даже главный маг императора, а на празднество во дворец герцогов Радгер прибыл канцлер. Для народа на площади перед дворцом устроили бесплатное угощение. Герцог даже оплатил во всех столичных кабаках вино, которое выпили в тот день, но за закуску любителям халявы пришлось платить самим. Многие ожидали, что барон Шефер и на свадьбе выкинет что-нибудь особенное, но таким ожиданиям не суждено было сбыться. Всё прошло торжественно, красиво и в то же время весело. После окончания свадьбы Анри увёз с собой Леону, а Мануэла уехала со своим мужем в его поместье, оставив особняк Клоду с Хельгой. Софи пока не стали отвозить в замок Альтгард, а оставили с собой.

– Как ты чувствуешь себя баронессой? – спросил Клод жену, когда они остались одни в его комнатах.

– Я счастлива, – не задумываясь, ответила она. – Если бы это не было важно для сына, вышла бы за тебя замуж и без титула. Нет, не так сказала. Я вышла бы за тебя в любом случае, только тогда подумала бы, рожать детей или нет.

– Ты уже сняла амулет?

– Сняла и теперь жду, когда ты снимешь с меня платье. Счастье должно быть полным!

На следующее утро, когда завтракали, за столом было непривычно пусто. Баум уехал вместе с Мануэлой, поэтому на завтрак собрались только пятеро.

– Ты отправишь меня обратно? – с грустью спросила сестру Софи.

– А ты хочешь? – спросила Хельга. – Если нет, оставайся здесь. И мне веселее, и для тебя со временем что-нибудь придумаем. Скоро и Кирилл уйдёт в свою школу, и в доме будет пусто. Учти, что, когда Клода будут куда-нибудь посылать, я буду ездить с ним, а вы здесь останетесь вдвоём. Вижу, что хочешь спросить о матери, но лучше этого не делать. Когда будешь жить своей жизнью, можешь забрать её к себе, если захочет уехать. Мы будем ездить в замок, так что сможешь её увидеть. Робер, у меня к вам просьба. Я давно не брала в руки шпагу и потеряла форму. Не поможете с тренировкой? Много не нужно, хотя бы полчаса в день. Тогда мужу в путешествиях будет от меня больше пользы.

– Конечно, баронесса, – ответил Робер. – Помогу всем, что в моих силах. Боюсь только, что у нас осталось мало времени. В нашей службе в последнее время не продохнуть от курьеров, а у начальников такие лица, будто они явились с похорон. Если война будет, то очень скоро или только в следующем году. Осенью никто не воюет.

– Всё в руках бога! – сказала Софи. – Я буду за вас молиться!

Глава 4

– Бросай свою книгу! – закричал ворвавшийся в комнату Крис. – У нас война, а он читает!

– Какая война? – спросил Колин. – Опять напали южане?

– Какие южане? – возмутился Крис. – Напал ваш Аделрик! Только что приехал отец. Я видел его таким растерянным, только когда ожила мать. Говорит, что северяне захватили Бастиан и прут по тракту! А у нас только в Вальгене стоит гарнизон в три сотни солдат, а больше никого нет! А эти солдаты для северян будут на один зуб! Возле Дежмана собирают армию, но пока она дойдёт, нас здесь всех поубивают!

– Если о войне узнал твой отец, то солдаты Аделрика уже в Заксе или вот-вот в нём будут, – отложив книгу, сказал Колин. – Вряд ли король будет захватывать всю империю, на такое у него не хватит сил. Наверное, он ограничится вашей провинцией. Здесь повсюду леса, и армией можно наступать только по тракту или по хорошим дорогам.

– Ну и что? – спросил перепуганный Крис. – До осенних дождей у нас здесь повсюду хорошие дороги.

– А то, что корвы легко возьмут Закс. Основные силы пойдут к Дежману разбираться с вашей армией, а остальные расползутся по дорогам. Сказать, куда идут дороги от Закса?

– Я и сам понял, что они придут в Альфер, а наш замок у них на пути. Удирать поздно, а защищаться некем! Замок неприступен, если на стенах много солдат, а у нас их только три десятка!

– У городских дворян должны быть дружинники. Если их пригласить, можно отсидеться до прихода помощи. Корвы будут грабить город, а не штурмовать ваши стены.

– Побегу скажу отцу! – крикнул Крис.

Колин спрятал книгу и задумался над тем, что делать. Адельрик очень умён и, если напал на империю, значит, всё для себя продумал и учёл последствия. В Краморе нет воинских сил, если не считать тех, кого спешно собирают в Дежмане, и вряд ли они смогут оказать сопротивление войску корвов. Король не пойдёт дальше, но здесь не дождутся помощи, а значит, нужно не отсиживаться в замке, а делать отсюда ноги. Обойти просёлками или даже лесом захваченный участок тракта и, как он и планировал, ехать в столицу. Только как уйти, бросив всех?

– Колин, побежали, отец зовёт! – крикнул вернувшийся Крис. – Шевелись быстрее!

Пришлось пробежаться до комнат графа, в которых собралась его семья.

– Ты думаешь, что в замке можно отсидеться? – спросил Ойген, увидев мальчика.

– Если будет помощь, – ответил он. – Стены высокие и прочные, поэтому замок оставят на потом и начнут грабить город. Договориться с дворянами, у которых есть охрана, и выставить её на стены. Да и сами дворяне не без рук. Только я подумал и решил, что, скорее всего, никакой помощи не будет.

– Почему ты так думаешь? – спросила Гретта. – Из-за Аделрика?

– Ну да. Он слишком умён, чтобы нападать на империю, не рассчитывая на успех. У корвов очень большая армия, а в провинции почти нет ваших солдат. Не так уж трудно её отобрать и укрепиться на дорогах. И ещё я думаю, что король мог договориться с южанами. Если ударят и они, император не сможет помочь. Если империя когда-нибудь всё вернёт, мы этого не дождёмся. Но уже поздно бежать по тракту, потому что Закс наверняка захвачен. Можно попробовать пробраться лесами.

– Остаёмся здесь, – решил Ойген. – Я срочно еду в магистрат, а потом увижусь ещё кое с кем.

– Скажите, чтобы свозили продовольствие, – подсказал Колин. – Если сюда набьём людей, их надо чем-то кормить.

– Сейчас же пошлю стражников, – сказал граф, одобрительно посмотрев на мальчика. – Ты знаешь боевые заклинания?

– Знаю, – ответил он, – но неплохо бы посмотреть что-нибудь ещё. Я слышал, что у вас есть библиотека…

– Есть. Сейчас дам тебе ключ. Смотри, что хочешь, но будь осторожней с книгами: они очень дорогие.

Он отдал ключ и едва не бегом вышел из комнаты.

– Тяжело будет империи, – сказала Гретта детям Ойгена. – Ваше дворянство привыкло к безопасности, взвалив заботы по своей защите на императора. Здесь отвыкли воевать. Даже ваш отец – очень сильный мужчина, ловкий в обращении с оружием – спрашивает совета у мальчишки, потому что не знает, что нужно делать. Наверное, действительно самым умным было бы взять необходимое и уходить лесами. Но муж принял решение, и его уже не переубедишь. Я всё-таки советую собрать то, что может понадобиться в дороге. Возможно, придётся уходить, и лучше собраться заранее, чем потом делать это в спешке.

Граф не успел привести подмогу. Едва он уехал в город, как прибежал слуга и срывающимся голосом доложил, что замок окружён солдатами. Из окон второго этажа были видны вооружённые мужчины, особенно много их было у ворот, в которые били чем-то тяжёлым.

– Плохо! – сказала Гретта. – Надо было послушать Колина и бежать, теперь остается только умереть. Мальчиков могут не тронуть, но не нас с тобой.

– Пусть издеваются над мёртвой! – крикнула Луиза. – Я не сдамся солдатне!

– Пошли ко мне! – закричал Крис Колину. – Вызовешь лафрея и попросишь помощи! Что на меня уставился? Думаешь, нас не тронут?

– Эти всех тронут. Здесь не только корвы или наши. Видишь одетых в шкуры? Это сортийцы, они и лошадь не пропустят, не то что мальчика! Ладно, я попробую с лафреями, а книга не нужна.

– Тогда рисуй, что нужно, а я сбегаю за настойкой! Без неё ничего не выйдет: нас первыми и убьют!

Колин с помощью женщин освободил середину гостиной от мебели, снял с одной из стен кинжал и стал лезвием резать пол, намечая пентаграмму. Когда он закончил, примчался Крис с небольшой бутылкой и чашкой в руках. Вспыхнула пентаграмма, заструились потоки силы, защищая заклинателя, и в центре пятиугольной фигуры возникло невысокое и смешное на вид существо.

«Немедленно возвращай меня назад! – завизжало оно в голове Колина. – Иначе умрёшь самой страшной смертью из всех возможных!»

– Если верну, всё равно умру, – ответил мальчик. – Уничтожь моих врагов, тогда вернёшься. Крис, наливай свою настойку!

«Чем это так пахнет?» – принюхался поросячьим носом лафрей.

– Это самое лучшее, что есть на свете, – ответил Крис, который, оказывается, тоже слышал демона. – Попробуй. Это наша плата за работу.

Он на коленях подполз к одной из вершин пентаграммы и поставил на неё чашку. Лафрей взял и с наслаждением выпил настойку.

«Ещё!» – потребовал он.

– Дадим, – пообещал Колин. – Нам для тебя не жалко, но сначала работа.

«Кого нужно убить? – спросил демон. – Да сними ты эту защиту! Вы нашли достойную цену, поэтому можете не бояться!»

– Мы находимся в замке, который окружён стеной, – пояснил Колин. – Внутри никого нельзя трогать, а за стенами на тысячу шагов…

«Я не буду считать шаги, – отказался лафрей. – Сейчас те, кто окружил ваш замок, сами перебьют друг друга. У них есть защита, но её легко обойти. Только сначала сними свою, а то я ничего не смогу сделать».

– Снимаю, – сказал мальчик. – Но учти, что если нарушишь слово, мне найдётся чем тебя угостить вместо настойки!

Лафрей посмотрел на Колина, оценил его силу и решил, что проще отработать бутылку, чем пытаться отнять. Опять же самому нужно сильно тратиться, чтобы вернуться в свой мир. Проще было сыграть честно. Он почти мгновенно оказался у окна, заставив отшатнуться стоявшую возле него Луизу.

«Всё сделано, – сказал он мальчикам. – Давайте вашу бутылку».

– Сейчас получишь, – пообещал Крис. – Сначала нужно посмотреть, что ты сделал. Здорово!

«А ты думал! – довольно сказал лафрей. – Пожалуй, я тоже посмотрю. Где ещё такое увидишь!»

Посмотреть было на что. Собравшиеся вокруг замка воины внезапно обезумели, и началась смертельная схватка всех против всех. Когда в такой сече сходится больше тысячи бойцов – это страшное, но в то же время притягательное зрелище. Прошло десять минут, и число сражающихся уменьшилось раза в три. Повсюду лежали тела, в отдельных местах образовавшие завалы, которые приходилось обходить уцелевшим, слышались крики сражающихся, стоны раненых и звон оружия.

«Я насмотрелся, – сказал Лафрей. – Давайте бутылку!»

– Крис, поставь в пентаграмму, – сказал Колин. – У нас всё без обмана. Возьмёшь настойку и уйдёшь в свой мир.

Крис подбежал к фигуре и поставил бутылку подальше от демона. Тот тут же оказался рядом с ней. Вспыхнула пентаграмма, и лафрей исчез.

– Жаль, что он успел схватить бутылку, – сказал сын Ойгена. – У меня осталась только одна. Ну что, я был прав или ты? Что бы с нами было, если бы не моя книга?

– Они почти перебили друг друга, но продолжают драться, – не слушая его, сказал Колин. – Скоро останутся только раненые. Смотрите, они и ранеными продолжают драться! Нам нужно срочно уносить отсюда ноги!

– А для чего уходить, если нет врага? – спросила Луиза.

– Вы как хотите, а я уеду, – сказал мальчик. – Наша победа – это пощёчина Аделрику, а он не из тех, кто привык их сносить.

– Если придут ещё, опять вызовем лафрея, – возразил Крис. – Чего ты боишься?

– Ты балда! Во-первых, у меня не безграничные силы и я их много потратил, а во-вторых, нам повезло, что с этим отрядом не было сильного мага. А с теми, кто придёт сюда разбираться, такие маги будут! Твои лафреи не всесильные, иначе их не били бы в нашем мире.

– Я тоже уйду, – сказала Луиза. – Подожди, я возьму свое золото и вещи в дорогу.

– Я еду с вами, – присоединился Крис. – Поможешь вынести книгу?

– Сошёл с ума? – постучал себя пальцем по голове Колин. – Я не возражаю против того, чтобы взять с собой книги по магии, потому что здесь всё разграбят, но не твою! Возможно, придётся спешиться и бросить лошадей, а твою книгу и лошадям тяжело везти!

– Уезжайте, – сказала Гретта, – а я останусь и подожду мужа. Постараюсь убедить уехать, а если не получится, разделю его судьбу. Удачи вам! Колин, передай от меня привет Клоду и его сестре. Скажите дружинникам, чтобы вам выдали пистоли. В дороге оружие не помешает.

У Колина вещи были в дорожной сумке, дети графа собирались дольше. Перед уходом Крис сбегал в библиотеку и принёс из неё несколько небольших книг по магии. За стеной было тихо, но испуганные дружинники не сразу открыли ворота. Перед этим конюх оседлал лошадей, а капитан выдал Крису с Луизой по два заряженных пистоля. Впавшие в безумие солдаты дрались саблями и шпагами, не используя огнестрельное оружие, которое лежало повсюду. Колин подобрал четыре пистоля и мушкет, которые прикрепил к седлу Любимчика. Глядя на него, ещё два пистоля взял Крис. Они вывели лошадей с места бойни и поехали в сторону тракта.

– Что думаешь делать? – поравнявшись с Колином, спросил Крис.

– Пока сможем, будем ехать к Заксу, – ответил мальчик. – Если встретим небольшой отряд врагов, я его сожгу. Большой увидим издали и уйдём в лес. Вряд ли будут преследовать трёх всадников. Страшно уходить далеко от тракта. Нетрудно заплутать в чащобе, а без еды в этих лесах можно пропасть. Я могу подманить зверей магией, но это подло, да и будут ли они? А возле тракта много деревень и должны быть просёлки, да и леса не такие непролазные. В общем, посмотрим.

– Надо было взять на кухне ещё чего-нибудь, кроме пирогов и окорока, – сказала услышавшая о пище Луиза. – Мы не успели пообедать и съедим всё за один раз.

– Будем есть экономней, – успокоил брат, – а потом купим что-нибудь в деревнях.

Два часа ехали, никого не встретив, а потом нарвались на солдат. На поворотах дороги останавливались и слушали, нет ли лошадиного топота. Так сделали и на этот раз и, обогнув выступ леса, увидели на обочине отдыхавших кавалеристов. При виде всадников они схватились за оружие, но тут же его опустили, разглядев, что имеют дело с двумя мальчишками и девушкой.

– Не вздумайте доставать пистоли, – сказал Колин спутникам. – Это не корвы, поэтому можем обойтись без драки.

Мальчик подъехал к солдатам и с облегчением увидел знакомое лицо.

– Приветствую вас, шевалье, – сказал он офицеру. – Не ожидал здесь увидеть.

– Герцог? – удивился тот. – Вы-то здесь откуда?

– Был в гостях, а сейчас с друзьями еду в Закс. А вы направляетесь в Альфер? Тогда будьте осторожны. Когда мы уезжали, нагрянули корвы, так кто-то из местных магов вызвал демона, который лишил всех рассудка и заставил драться друг с другом. Из этого отряда не уцелел ни один человек. Жуткое зрелище!

– А что за демон? – побледнев, спросил офицер.

– Кто его знает, – пожал плечами Колин. – Я почувствовал вызов, но не видел самого демона. Там такое творилось, что мы быстрее удрали.

– Спасибо за предупреждение, – поблагодарил офицер. – Но нам обязательно нужно увидеть своими глазами. Счастливо вам добраться.

– Почему ты их не сжёг? – нервно спросил Крис, когда отъехали от солдат.

– А зачем? Я не воюю с Аделриком, а спасаю свою жизнь, а заодно и ваши. Силу нужно экономить и без нужды никого не убивать. В драках всякое случается, может не защитить и магия. А это были не корвы, а виренцы, и один из них год назад служил моему отцу. Ладно, разошлись, и слава богу. Впредь нужно выглядывать за поворот.

До пяти часов опять ехали по безлюдной дороге, а потом Колин скомандовал привал.

– Не рано отдыхать? – спросила Луиза. – Скоро начнёт темнеть, тогда бы и отдохнули.

– А мы больше никуда не поедем, – ответил мальчик. – Нужно подготовить ночлег и найти лошадям место с водой, и чтобы там была трава, а не иголки. Это лучше делать, пока светло, а не в потёмках. Когда я ехал в Альфер, намучился с ночлегом.

На этот раз мучиться не пришлось. Очень быстро нашли ручей и большую поляну с травой. До дороги было шагов триста, поэтому рискнули разжечь небольшой костёр.

– Много комаров! – отмахиваясь от кровососов, пожаловался Крис. – Налетели от ручья. Не можешь прибить их магией?

– Один раз могу, но не собираюсь убивать их постоянно, – отозвался Колин, и комары на поляне вспыхнули красными огоньками.

– Хоть так, – с облегчением сказал Крис. – Слушай, а зачем ездить по просёлкам? Ты представляешь, сколько будем ехать? Так нам и лета не хватит!

– А что ты предлагаешь? – спросил мальчик.

– Ты можешь подчинить кого-нибудь с амулетом?

– Двух или трёх могу, – ответил Колин. – Предлагаешь подчинить кого-нибудь из корвов?

– В точку! Внушишь, что он нас сопровождает в Закс, и мы с ним доедем без проблем. Если северяне пойдут воевать в Дежман, да ещё будут повсюду рассылать своих солдат для захвата городов, вряд ли их будет много в самом Заксе. Устроимся где-нибудь переночевать и попробуем ехать по тракту. Вот там, где будут драться, точно не проедем и придётся уходить в лес кормить комаров.

– Можно попробовать, – согласился мальчик, которому самому не хотелось месяц тащиться по лесу. – Но тогда надо избавиться от мушкета. Наши пистоли не видно, а его не спрячешь. Ладно, завтра посмотрим. Плохо, что на троих одно одеяло. Не думал, что вы не догадаетесь их взять.

– А зачем они нужны? – не понял Крис. – И так жарко. Нарежем веток…

– У тебя есть кинжал? – спросил мальчик. – Вот иди и режь для себя, а заодно для меня. А Луизе я отдам свое одеяло. Ночью прохладно, да и от комаров оно защитит получше твоих веток. Если попадём в Закс, нужно будет ими разжиться. И топор не помешает, в дороге он удобнее кинжалов.

Из них троих хорошо спала только Луиза. Она завернулась в одеяло с головой и заснула до утра. Мальчикам спалось хуже. Спать в тонкой одежде на колючих ветках само по себе неприятно, а если к этому добавить комаров и ночную прохладу…

– Покусали, сволочи! – ругался Крис, расчёсывая руки. – О чём сотни лет думали маги, если до сих пор не смогли найти управу на этих кровососов?

– Большинство магов по лесам не мотается и комаров не кормит, – ответил Колин. – Проснулся? Тогда иди собирать сучья для костра, а я пойду за водой.

– А сестра?

– А она пусть отсыпается. Девушкам труднее даётся дорога.

– С ним выспишься, – сказала Луиза. – Орёт на весь лес. Спасибо, Колин! Я встретила только двух виренцев, и оба такие, что можно влюбиться. Не красней: я уже влюблена, а тебе ещё рано любить.

Они разожгли костёр, позавтракали остатками пирогов и занялись лошадьми. Когда над лесом появилось солнце, уже ехали рысью по тракту. Дважды пришлось пропускать большие конные отряды и только в полдень увидели тех, с кем мог справиться Колин.

– Их только трое, так что сил должно хватить, – сказал он. – Вы останетесь здесь, а я поеду один. Вряд ли они испугаются одного всадника, да ещё мальчишки.

Так и оказалось. Никто не испугался и не стал хвататься за оружие. Когда сблизились, ехавший впереди лейтенант корвов поднял руку, приказывая остановиться. Первым делом мальчик справился с амулетом самого дальнего из них и остановил ему сердце. Такая же участь постигла второго, а схватившийся за саблю офицер был подчинён.

– Вы меня понимаете? – спросил Колин.

– Понимаю, – медленно, но правильно ответил по-виренски лейтенант, – но лучше говорите не так быстро.

– Мне нужна ваша помощь. Я и мои друзья едем в столицу империи. Мы не участвуем в войне, но из-за неё не можем ездить по дорогам. Проведёте нас в Закс, и я вас отпущу. Забудете о нашей встрече и поедете продолжать службу.

– Сейчас на дороге до Закса нет солдат, – ответил он. – Возле города можно нарваться на разъезд, и в самом Заксе ходят патрули, но их мало и к жителям не цепляются. Мы не грабим города, потому что они теперь наши. Солдаты не очень довольны, но если не было штурма и потерь, не действует право на добычу. Грабят, конечно, но украдкой. У тебя могут отобрать коня, уж больно он хорош.

– А что творится на тракте от Закса до Дежмана? – спросил Колин. – Сможем мы там проехать?

– На Дежман ушли основные силы, и я не знаю, что там сейчас творится.

Теперь ехали под охраной лейтенанта и до самого Закса не встретили никого из корвов. Вот возле трактира, в котором решили заночевать, нарвались на патруль, но лейтенант что-то сказал солдатам, и к ним потеряли интерес.

– Неужели ты его отпустишь? – спросил Крис.

– А почему мне его не отпустить? – удивился вопросу Колин. – Он сделал свое дело, а я дал слово. Не бойся, он о нас не вспомнит.

– Извините, господа! – сказал им конюх. – Прежде чем я приму ваших коней, сходите к хозяину договориться о ночлеге. Комнаты есть, но вам их могут не дать. В трактире останавливаются офицеры корвов, и наш хозяин отвечает за их безопасность. Теперь все постояльцы из наших должны сдавать ему оружие, если оно у них есть.

К хозяину сходила Луиза и вскоре вернулась к мальчикам.

– Нам дают одну комнату на троих! Никакого понятия о приличиях! Я сказала, что из оружия у нас только ваши шпаги.

– Не стоит сердиться, – сказал Колин. – Чем одна комната на троих хуже одной поляны? По-моему, она даже лучше из-за отсутствия комаров. И нам безопасней ночевать вместе.

Они забрали свои сумки и вошли в трактир. Низенький и полный хозяин с затравленным выражением лица сам проводил постояльцев к их комнате и дрожащей рукой отпер дверь.

– Входите быстрее! – торопил он. – Если не возражаете, я прикажу доставить ужин в вашу комнату. Не стоит вам, госпожа, появляться в трапезной. Вы слишком красивы, а мужчины на войне не склонны придерживаться приличий. Как бы чего не вышло!

– Мы поужинаем в комнате, – согласилась Луиза. – Завтрак тоже можно в неё принести. Не скажете, что творится в городе?

– Скажу, – оглянувшись, ответил он. – Только тогда я зайду в комнату. Не нужно вам стоять в коридоре.

Беглецы вошли в большую комнату с обычной для трактира обстановкой и сели на кровати, а хозяин – на один из стульев.

– Откуда вы приехали? – спросил он. – Спрашиваю, потому что у меня уже три дня нет других постояльцев, кроме офицеров.

– Мы из Альфера, – сказала Луиза. – Я графиня, а эти мальчики – мои братья.

– У нас началось пять дней назад, – начал рассказывать трактирщик. – В тот день армия северян захватила Бастиан. Резни не было, но жителей ограбили, ну и, как водится, попользовались женщинами. Об этом узнали от гонца. В городе начали готовиться к бегству, но уехать удалось немногим, потому что вечером заняли и нас. Здесь, слава богу, грабежей не было. Наверное, кого-нибудь втихую обчистили или задрали платье, но таких было немного. На следующее утро армия ушла, а нам объявили, что город уже не в империи и никогда в неё не вернётся. Всем приказали сдать золото в обмен на такие вот бумажки. Предупредили, что за невыполнение будут вешать. Сначала эти угрозы не восприняли всерьёз, но вчера троих повесили и объявили, что будут выборочно проверять дома и лавки. Приказ не коснулся украшений из золота, только монет.

– А серебро? – спросил Крис.

– Берут и серебро. Обмен такой же, как и у нас, – десять к одному. Бумажки тоже разные. А офицеры рассчитываются записками. Говорят, что по ним заплатят, как только закончится война. Я пытался объяснить, что эти записки не будут брать в расчёт, а постояльцев нужно чем-то кормить, но меня никто не хочет слушать… Ума не приложу, что теперь делать. Если перестану их кормить, в лучшем случае лишусь трактира, а могут и повесить. А бумажки, которые я выменял на деньги, скоро закончатся. Если бы не семья, уже сбежал бы, а куда с ними сбежишь? На дорогах разъезды…

– Мы расплатимся золотом, – сказала Луиза. – А вы всё-таки подумайте насчёт отъезда. Может, на время уехать в деревню?

– Уже думал, – с тоской ответил трактирщик. – Куда ехать, графиня? По деревням ездят и забирают провиант. Если меня там найдут, долго разбираться не будут. А как у вас в Альфере?

– Когда мы уехали, его ещё не захватили, – ответил Крис. – Это было два дня назад. Всех северян побил какой-то демон.

– На них не хватит никаких демонов! – зло сказал хозяин. – Если бы вы видели, сколько солдат прошло через наш Закс! И откуда они только взялись в таком числе! Ладно, я побегу, а то уже позднее время, а вы голодны. Вам, графиня, лучше не ходить в комнату с удобствами. Под кроватями есть вазы, а ваши братья на время выйдут. С вашей красотой ходить по городу – всё равно что нести в ладонях золото. Хорошо если просто воспользуются, а могут и увезти. Ваши братья потом ничего не добьются. Может, когда-нибудь и наведут порядок, но пока мы для них никто.

Они поужинали, хорошо выспались и позавтракали, тоже не выходя из комнаты. Когда рассчитались с хозяином, спустились на первый этаж и вышли из трактира. Сложности начались в конюшне и опять из-за Любимчика. Когда подошли к её дверям, Колин увидел, что конюх вручает повод его коня какому-то офицеру.

– Эй вы! – разозлившись, окликнул его мальчик. – Руки прочь от моего коня! А ты, морда, какое имеешь право отдавать чужую собственность?

– Сейчас все права у них, – ответил конюх, показав рукой на офицера. – Что я могу сделать?

– Зато я могу! – закричал Колин и подчинил корва.

– Быстро седлай остальных лошадей! – достав из сумки пистоль, приказал конюху Крис. – И выведи лошадь этого офицера! Шевелись, если хочешь жить!

Через пять минут они вчетвером ехали к южным воротам города. Ворота охранялись корвами, но офицер что-то сказал, и их пропустили. Тракт за городом был пустым, не увидели даже обычных для этого времени крестьянских возов.

– Скоро начнётся голод, – сказал Крис. – У крестьян всё гребут для армии, а в город нет подвоза. Ещё несколько дней – и горожане побегут. Ты молодец, что не убил этого офицера. Я думал, не выдержишь.

– Я вспомнил, как убил одного, когда так же хотели забрать коня. Потом пришлось удирать и прятаться у вас. Сейчас могло обернуться хуже. Демон! Хоть действительно меняй коня на другого!

– Ну и поменяйся с этим офицером. Его конь хуже твоего жеребца, но тоже хороший.

– Любимчик – мой друг и подарок отца, – ответил Колин. – Кроме шпаги и золота, это всё, что у меня осталось от дома. Но шпагу скоро придётся менять на взрослую, а золото не может быть памятью.

– Хорошо, что на тракте никого нет, – сказала Луиза. – Спроси у этого офицера, где их армия. Может, он что-нибудь знает.

Мальчик задал вопрос и с горем пополам разобрал ответ.

– Армию, которая создавалась под Дежманом, выбили из лагерей, – сказал он девушке. – Она понесла большие потери, но до конца не разгромлена. Уцелевшие отошли по тракту к Брадбеку и там остановились. Войско Аделрика заняло Дежман и его окрестности, но дальше не пошло. Он считает, что до города нам ничего не угрожает, но дальше не проедем. У каждого офицера есть бумага, в которой указано, где он служит и на что имеет право. Если он повезёт нас дальше Дежмана, бумагу проверят и поймут, что он должен быть в другом месте, а после этого всех арестуют.

– Значит, лес, – вздохнул Крис.

– Нечего вздыхать, – сказала Луиза. – Мы и так проедем по тракту большую часть пути. Подумаешь, несколько дней ночевать в лесу. Плохо, что из-за коня рано уехали и не купили одеяла.

Клод со своими друзьями добирался от Закса до Дежмана четыре дня, а они потратили на это только два. За время пути неоднократно встречали воинские обозы и отряды солдат, но к ним никто не цеплялся.

Неприятность случилась в трактире, стоявшем в десяти лигах от города. Они решили, что после ночёвки отпустят офицера и съедут с тракта. В эти планы вмешалась судьба в лице подвыпившего сортийца. Он видел, как их заселяли, и был сражён красотой Луизы. Бравый северянин тут же решил переспать с объектом вспыхнувшей страсти. Недолго думая, он подошёл к их офицеру и предложил хорошо заплатить за его красотку. Когда его проигнорировали, северянин не стал хвататься за шпагу, а обратился за помощью к подвыпившей компании соотечественников. Сделал он это не из-за трусости, а из-за того, что Аделрик вешал за дуэли во время войны, причём не только своих, но и союзников. Любовь – дело приятное, но не стоит того, чтобы из-за неё повесили. Проще набить морду несговорчивому офицеру, а это, как известно, легче делать толпой.

Офицер снял для себя отдельную комнату, а беглецов опять поселили в одну. Им подали ужин в комнату, а офицер на свою беду спустился есть в трапезную. Здесь его и нашли четыре северянина. После оскорблений в ход пошли кулаки. Промашка вышла из-за магии Колина. Подчинённый ею офицер должен был защищать своих подопечных даже ценой собственной жизни. Он не испугался виселицы и сразу понял, что не отобьётся кулаками. В результате двое его противников получили удары кинжалом в грудь, а в третьего он вонзил шпагу. На этом везение защитника Луизы закончилось, и он упал с простреленной головой. Засунув за пояс разряженный пистоль, уцелевший влюблённый бросился к комнате, где его ждало блаженство. Двух мальчишек он не принял в расчёт.

Глава 5

После второго притока Лада стала в два раза шире, а течение опять замедлилось. По берегам по-прежнему стоял густой лес, но деревья были помельче.

– Скоро закончится корм для лошадей, – хмуро сказал Кай, – а мы до сих пор не видели ни одного луга. Что ты говорил о забое, Дитер? Может, начнём с твоего коня?

– Подождите, барон, – отозвался мужик. – Я видел, как в одной из деревень кормили скот травой из реки. Дайте мне в помощь гребцов, и мы сплаваем на лодке у берега и пошарим по дну. Надёргаем траву, и пусть кони её жрут. А не захотят – отправятся на мясо.

Кай отнёсся к этой идее скептически, но, к его удивлению, лошади с аппетитом съели всё, что перед ними вывалил Дитер.

– Там много этой травы, – сказал он спутникам. – Если у лошадей не прихватит животы, нам не понадобится овёс. Только нужно побольше набрать и высушить впрок на случай непогоды.

Делать было нечего, поэтому многие с охотой занялись заготовкой кормов, завалив травой плот, на котором плыли Дитер с Катериной и все лошади. После этого хорошая погода держалась три дня, а потом на небо начали наползать тучи и задул ветер.

– Ветер усиливается! – сказал Каю Артур. – Нас сносит. Барон, я предлагаю пристать к берегу и переждать непогоду. Смотрите, какие волны! Я думаю, что скоро пойдёт дождь.

Дождь начался, когда они подплыли к берегу. Сначала падали редкие крупные капли, а потом полило как из ведра. Навес не пропускал воду, но в такой ветер от него было мало проку, да и в домики через бойницы задувало воду.

– Надо было тебе портить стены! – ругал отец Сенту. – Какой толк от крыши, если приходится мокнуть?

К вечеру небо очистилось и стих ветер, поэтому набрали побольше дров и стянули плоты в воду.

– Интересно, проплыли половину пути? – орудуя шестом, спросил Кай у Артура.

– Наверное, – неуверенно ответил шевалье. – Я ведь читал об этой реке в детстве, а о карте только слышал. В любом случае у нас всего вдосталь, так что доплывём.

– Через месяц закончится лето, – возразил Кай, – а нам ещё добираться по побережью до столицы. Река уходит далеко на восток, а это значит, что потом придётся идти сотни лиг на запад.

– В империи много кораблей, а два первых месяца осени теплее, чем наше лето. Вот потом начинаются шторма и мало кто плавает, но мы успеем к этому времени.

На следующий день увидели стоявший на якоре корабль.

– Одномачтовый и не очень большой, но вместительный, – сказал Артур. – Наверное, купец. Будем знакомиться или проплывём мимо?

– Гребём к ним, – решил Кай. – Хоть узнаем, сколько плыть и что будет ниже по течению.

Их увидели, и на палубе началась суета. Люди хватали оружие, готовясь к возможной драке. Чтобы её не случилось, причалили за сотню шагов от корабля. Говорить пошли Хартмут с Артуром. Порывалась пойти и Сента, но барон не позволил. Оба шевалье вернулись через полчаса.

– Как я и думал, это купцы, – сказал Артур. – Оказывается, здесь живут люди, которые промышляют охотой. Они добывают за зиму много пушнины, а остальное покупают у купцов. Один из них сейчас ведёт торг.

– Зачем в империи много меха при их жаре? – спросила Карин.

– Кто знает? – пожал плечами Артур. – Зимой у них не холодно, но нет и жары. Империя большая, наверное, не везде в ней тепло. Мне не понравились эти купцы. Вооружены до зубов и вид какой-то разбойный. Нетрудно догадаться, что мы плывём не с пустыми руками. Как бы в их головы не пришла мысль заставить нас делиться. Место дикое…

– Если нападут, делиться будут они! – сказала Сента. – Нам не помешает корабль. Могли бы на нём доплыть до столицы.

– Тебе бы только драться! – проворчал отец. – Что за девушка! Их там больше десятка, и все хорошо вооружены, а у нас женщины и дети. Нельзя нам затевать драку.

– Кораблём не так легко управлять, – добавил Артур.

– Подумаешь! – пренебрежительно сказала девушка. – Одна мачта и три паруса с верёвками. Какие вы мужчины, если не сможете с ними управиться? Река широкая и плыть долго, поэтому научиться будет нетрудно.

– Что они сказали? – задал вопрос Кай, не обращая больше внимания на воинственность дочери. – Сколько ещё плыть?

– Сказали, что нашим ходом дней десять, – ответил Хартмут, – а по берегу до столицы примерно пятьсот лиг. Можно плыть вдоль него на корабле или двигаться по приморскому тракту. Горы там есть, но невысокие, и в них проложена дорога. Мы, когда разговаривали, старались представиться простаками, поэтому и вы, если они сюда придут, ведите себя так же. Эти купцы держатся заносчиво и самоуверенно. Местных не считают людьми, и к дикарям с верховьев реки будет такое же отношение. Я тоже не хочу драки, но если нападут, корабль нужно отобрать. Если этого не сделать и дать уплыть, они такое расскажут, что нам не будет ходу в империю. Предлагаю вынести наше оружие, не для драки, а чтобы отбить охоту драться у них.

– Симон, выноси оружие, – приказал юноше Кай. – Пистоли засунем за пояса, а мушкеты составим в пирамиды. Сента, помоги ему. Эрна, марш к матери! Женщинам лучше уйти на дальний плот. Тебя, дочь, это не касается.

– Я для него уже не женщина, – пробурчала девушка, составляя вместе три мушкета.

– Вы сами виноваты, – сказал ей Симон. – Красивы и женственны, а ведёте себя так, как посмеет вести не всякий мужчина! Вас хочется защитить, а вам это не надобно.

– Защищать нужно слабых, шевалье, – сказала ему Сента, – а я не чувствую себя такой. Но я не перестала быть женщиной!

– А как с этим сообразуется желание лишить жизни бедных купцов? – спросил он. – Из-за какого-то корабля…

– Я не собиралась нападать первой, – возразила она, – а бедных купцов не бывает, особенно здесь. Слышали, что сказал Артур? У всех разбойные морды и куча оружия. Посмотрите, по-моему, эти «бедные» идут сюда.

По кромке берега в сторону плотов двигались трое. Первым шёл широкоплечий мужчина в кожаной безрукавке с такой волосатой грудью, что поначалу Сента приняла его волосы за мех. Он был босиком, а штаны поддерживал широкий пояс, на котором покачивалась короткая сабля. За этим же поясом виднелись два пистоля. Вторым шёл высокий худощавый мужчина, тоже вооружённый саблей и пистолями. На одном плече он нёс небольшой бочонок. Третьим был невысокий толстяк, у которого, помимо пистолей и кинжала, был ещё мушкет.

– Приветствую отважных путешественников! – издали закричал волосатый. – Вы меня понимаете?

– Вас понимают только дворяне, которые изучали ваш язык, – ответил ему на имперском Кай. – Я тоже приветствую вас, как старший здесь!

– Мне достаточно дворян, – засмеялся волосатый. – Позвольте представиться! Я купец Нил Бродбек, а это мои спутники! Мы решили вас навестить и в знак уважения подарить этот бочонок имперского вина.

– Сейчас наши женщины приготовят мясо, и мы выпьем это вино вместе с вами! – сказал Кай.

– Благодарю, – поклонился купец. – Но мы не можем ждать и недавно ели. Так что наш подарок выпьете сами.

Он дал знак, и высокий с облегчением поставил свою ношу на песок.

– Надеюсь увидеть вас у нас в гостях, – на прощание сказал купец. – Хотел предложить вместе доплыть до побережья, но ваши плоты – слишком тихоходный транспорт.

Перед тем как уйти, он с сожалением посмотрел на Сенту. То же самое сделали и его спутники.

– Они считают нас идиотами? – в недоумении сказал Кай. – Кто же будет пить их вино? Видели, как они смотрели на мою дочь?

– Местные выпили бы, – сказал Артур. – Понятно, что вино отравлено. Этот волосатый нас уже похоронил, поэтому так посмотрел на красивую девушку. Остаётся решить, как теперь поступить. Просто уйти не получится: они легко догонят плоты и расстреляют нас с корабля. Я на их месте нас не отпустил бы. И дело даже не в жадности. Если мы не стали пить вино и удрали, значит, раскусили их хитрость и можем предъявить этот бочонок в магистрате приморского города. Наверняка за этой компанией числятся тёмные делишки, так что нам могут и поверить.

– У тебя остался тот флакон? – спросила Сента.

– И как ты хочешь их травить? – спросил Кай. – Мне ничего не приходит в голову.

– Когда мы были на корабле, видели бочку с водой, – вспомнил Хартмут. – Возле неё стоит кружка, которой эту воду черпают. В такую жару пьют много и часто.

– Почему не пить прямо из реки? – удивился один из дружинников.

– Этот корабль плавает и по морю, – сказал Артур, – а из него не больно попьёшь солёную воду, отсюда и бочка. Тебе легко наклониться и зачерпнуть рукой воду, а им проще один раз налить в бочку и пить из кружки. Борта-то высокие! Но нас больше не пустят на корабль.

– Дай свой флакон, – сказала Сента. – Я хоть и слабый, но маг, а в том, что хочу сделать, не нужно большой силы. Только я сяду на берегу, а вы не подходите.

– Не хочешь сказать, что задумала? – спросил Кай.

– Сейчас сами увидите, – улыбнулась она. – Где твоё зелье?

Барон принёс флакон и отдал дочери, которая взяла чашку и вылила в неё всё зелье. После этого девушка отошла от плотов к лесу, села на песок и создала зов. Пришлось подождать минут десять, пока рядом с ней приземлился здоровенный ворон. Подчиняясь приказу, он быстро выпил часть зелья, после чего упал на песок, задёргался и сдох. Девушка взяла мёртвую птицу и влила ей в клюв остатки жидкости. Ещё одно заклинание – и превратившийся в зомби ворон взмахнул крыльями и полетел в сторону корабля.

Когда Клод убил, а потом оживил своих воронов, он сделал ошибку. Надо было сначала их подчинить, а потом убивать, тогда контроль сохранялся и после оживления. Он этого не сделал, из-за чего не смог подчинить себе мёртвых птиц.

– И что он сделает? – спросил Кай, когда дочь вернулась к плотам.

– Отрыгнёт всё, что выпил, в их бочку, – ответила она. – Ему не нужно на неё садиться, сделает на лету. Хватит ли зелья?

– Я потратил на тридцать корвов десятую часть флакона, – сказал Кай. – Правда, в бутылках было не больше двух вёдер вина… Но вряд ли бочка полна до краёв.

– Может случиться так, что отравятся не все, – заметил Хартмут. – Кто-то уйдёт к охотникам или куда-нибудь ещё. Если останутся один-два человека, они не смогут управлять кораблём, но это и не нужно. Вытравят якорь и уплывут по течению. Доплывут или нет, но мы лишимся корабля. Предлагаю держать лодки наготове и, если попытаются уплыть, догнать корабль и захватить!

Так и сделали, но эта предосторожность оказалось излишней. Хартмут верно предположил, что отравятся не все, вот только уцелевший член команды не пытался угнать корабль, наоборот, он в панике бросился к ним за помощью. Этим уцелевшим оказался невысокий худощавый парень лет двадцати.

– Это какой-то ужас! – рассказывал он им, трясясь от страха. – Меня отпустили в деревню к охотникам… Понимаете, там есть одна вдова…

– Понимаем, – успокоил его барон. – Продолжай.

– Я вернулся, а Смак валяется на песке. Посмотрел, а он дохлый! И остальные там такие же! Наверняка их отравили жители деревни. Продукты-то мы покупаем у них! Заберут оружие и свои меха, которые потом продадут другим, а корабль затопят. В прошлом году в этих краях пропал один купец. Теперь ясно, что с ним случилось! Помогите! Для чего вам плыть на этих плотах, когда можно доплыть на корабле? Только нужно быстро выбросить тела, погрузиться и отплыть. Если придут охотники, будет плохо! От леса недалеко, поэтому всех утыкают стрелами, а они у них с ядом!

– Мы не умеем управлять кораблём, – сказал Артур.

– Я умею и научу! – сорвался в крик парень. – На реке в хорошую погоду можно просто убрать якорь, не поднимать паруса и управлять одним штурвалом! Если держаться середины реки, доплывём до моря. И с парусами нетрудно управляться, но этому научитесь потом!

– Артур, возьмите двух стражников и этого юношу и занимайте корабль, – приказал Кай. – Выбросите тела за борт и посмотрите, куда будем размещать груз и лошадей. Лошади войдут?

– Наверное, – неуверенно сказал парень. – На корабле есть сходни, а часть нашего груза можно выбросить. У нас есть паршивое вино для охотников, его можно оставить. Пусть подавятся!

Очистка корабля от тел и лишнего груза заняла пару часов. Ещё столько же времени переносили и укладывали свои запасы и заводили лошадей. Их разместили на корме, сколотив что-то вроде загона, чтобы они не бегали по палубе и в качку не переломали себе ноги. С лошадьми было столько возни, что Кай чуть было не решил оставить их на берегу. Две небольшие каюты отвели женщинам, а мужчины расположились на палубе. Свои лодки связали цепочкой и прикрепили верёвкой к поручню на корме. Когда подготовились, убрали сходни и подняли якорь, но корабль по-прежнему остался стоять в десяти шагах от берега.

– Нужно оттолкнуться шестами, – сказал немного успокоившийся парень. – Достаточно трёх человек.

Когда упёрлись шестами, корабль качнулся и стал потихоньку отдаляться от берега.

– Тебя как звать-то, капитан? – спросил Кай.

– Стоком меня зовут. Сток Брун из Можеля. Можель – это город в устье.

– Командуй, Сток, что нужно делать. Сколько человек надо для управления кораблём?

– Если хорошая погода и нет спешки, достаточно одного на штурвале и трёх матросов на парусах, а в сильный ветер или в шторм, их нужно в два раза больше. Сейчас поставим только один парус. Ветер попутный, поэтому не будем делать никаких манёвров. Кто-нибудь встанет за штурвал и будет удерживать корабль на середине реки. А если ветер изменится, тогда я скажу, что делать.

– Вот тебе мои дружинники, – показал рукой барон. – Делай из них матросов. А если случится шторм, мы вам поможем.

Им везло: или не было ветра и дрейфовали по течению, или он был попутный и плыли намного быстрее, чем на плотах. Из-за этого больше не возились с парусами. Первую неприятность обнаружили утром четвёртого дня пути. Вставший одним из первых Артур пошёл на корму облегчиться и не увидел лодок.

– Верёвка оборвана, – сказал Сток, осмотрев уцелевший кусок верёвки. – Даже не знаю, из-за чего такое может быть. Глубины здесь большие, и лодкам не за что цепляться.

К вечеру начал накрапывать дождь, от которого укрылись, растянув над палубой кусок парусины. К ночи дождь усилился и поднялся сильный ветер.

– Это нужно убрать! – орал Сток, стараясь перекричать шум ветра и пушечные удары парусины. – Навес мешает спустить парус!

– Мокнуть, что ли? – недовольно сказал Кай. – Что тебе не нравится? Смотри, как быстро плывём.

– Вы не понимаете! Ветер меняется, и нас может выбросить на берег! Уже сейчас рулевой с трудом удерживает штурвал! А если усилится ветер, может порвать снасти или даже повредить мачту! В сильный ветер не ходят под таким парусом!

– Демон с тобой, – сдался барон. – Убирай свой парус.

Ветер ударил с новой силой. Корабль накренился, а крепившие парусину верёвки не выдержали, и две из них оборвались. Рванувшаяся ткань смахнула за борт одного из стражников и стала биться на ветру, не давая подойти к снастям.

– Обрезайте её! – закричал Артур. – Барон, у вас есть кинжал?

С трудом удалось обрезать две оставшиеся верёвки и вытянуть парусину, которую тут же унёс ветер. Потом Сток и два оставшихся стражника попытались убрать парус, но у них не хватало сил. Когда помогли остальные, парус убрали, но ветер усилился так, что корабль стал заваливаться набок.

– Нужно рубить мачту, иначе перевернёмся! – сказал Сток.

Он уже сорвал голос и не мог кричать. Видя, что никто не решается выполнить его приказ, парень сам схватил топор. Последовавший за этим страшный удар сбил всех с ног! Раздался треск под ногами и гораздо более сильный – на палубе. Мачта переломилась в гнезде и рухнула за борт, хлестанув людей обрывками такелажа. Корпус корабля наклонился и задёргался под ударами волн. Чёрное от туч небо разрезала молния, потом другая… Загрохотал гром, перекрыв крики людей и ржание лошадей.

– Нас выбросило на берег! – крикнул Артур. – Где Сток?

– Стоял рядом со мной, – отозвался Кай. – Наверное, от удара упал за борт. Надо выбираться из этого корабля, пока он не развалился! Выводим женщин, а потом пытаемся спасти груз. Если есть раненые, их выносим в первую очередь.

К утру шторм утих. Его результаты были трагичными. Исчезли Сток и один из стражников. Ещё один стражник погиб, ударившись обо что-то головой, а жена Хартмута сломала руку. Из шести лошадей остались только три, да и тех нужно было лечить. Корабль не развалился, и удалось спасти всё имущество, даже тюки с мехами.

– Мы где-то поблизости от устья, – говорил барону Артур. – Наверное, и шторм налетел с моря. У корабля повреждено днище, и нам его не отремонтировать, поэтому предлагаю рубить плоты. Плыть недалеко, так что нам хватит двух. Веревок много, и есть скобы, а мы с вами не хуже лесорубов Залежа. Уж плоты-то без домиков сколотим, а из парусины сделаем шатры. Берегом мы далеко не уйдём.

– Не хочется опять лезть в воду, – сказал Кай, – но вы правы. Сейчас разожжём костры, приготовим еду и немного придём в себя, а потом начнём. Только нужно пошарить на корабле. Может, получится найти топор, а то с двумя долго провозимся.

На корабль забрался Симон. Оскальзываясь на наклонившейся палубе, он пробрался в открытый трюм и по пояс в воде стал шарить в том месте, где раньше стоял ящик с инструментами. Топора не нашёл, но нащупал пилу, порезав при этом руку. У Сенты появился ещё один пациент, но с пилой работа ускорилась многократно. Сил у мужчин хватало, не было опыта, поэтому плоты закончили только вечером, а отплыть решили утром. Паруса порезали на шатры и ночевали в них. Сента подлечила руки Инге и Симону, а остальные силы потратила на лошадей. Две из них должны были выздороветь к утру, а третьей для этого нужно было два-три дня. Ночью опять была гроза, но уже без сумасшедшего ветра. Плоты сбивались возле воды на ровных брёвнах, поэтому утром их без большого труда скатили в воду и загрузили имуществом. После этого завели лошадей и взошли сами. Шестами толкали только по мелководью, а потом взялись за вёсла и погнали плоты на середину Лады. Очагов не сделали и обедали остатками от завтрака. На ночь плоты вытянули на берег для ночлега и приготовления пищи.

Так двигались ещё день, а на следующий пришёл конец их путешествию по реке. Берега Лады разбежались так далеко, что путешественники не сразу поняли, что они вот-вот окажутся в море.

– Там город! – показал вправо барон. – Гребём изо всех сил, а то река унесёт в море!

Несмотря на усилия, их вынесло в море, к счастью, недалеко. В результате трёх часов тяжёлой работы удалось подгрести к берегу в половине лиги от города. Леса здесь не было, и город хорошо рассмотрели.

– Как его называл Сток? – спросил Кай. – Кажется, Можель?

– Отдыхаем! – сказал Артур. – Я с детства так не уставал. Пока не отдохну, не сдвинусь с места, а город никуда не убежит.

Пока отдыхали уставшие мужчины, женщины разожгли костёр из веток, которые во множестве лежали на песчаном берегу, и из остатков продуктов приготовили обед.

После обеда обвешали тюками лошадей, а остальные вещи распределили между собой и, делая остановки для отдыха, пошли по морскому берегу к городу. Наверное, виренцы вызвали большое удивление у его жителей, потому что все встречные останавливались и провожали их взглядом. На вопрос, как пройти к магистрату, им показали на возвышавшийся над городом шпиль. Имея такой ориентир, не плутали и вскоре вышли на большую круглую площадь, на которой и стояло двухэтажное здание магистрата. Второй этаж венчала маленькая башенка со шпилем. У входа в магистрат скучал стражник.

– Нам нужно купить гражданство, – сказал ему барон. – Глава у себя?

– У себя, – кивнул он. – Только всем там нечего делать. Пусть войдёт кто-то один.

– Я схожу, а вы подождите, – сказал своим Кай, отвязал от седла сумку с золотом и пошёл мимо стражника ко входу.

Кабинет главы был на втором этаже. Встретили барона неласково.

– Какого демона! – прорычал здоровяк, которого разбудил стук в дверь. – Сказано же было не пускать! Где этот мерзавец Томас? Шкуру спущу!

– Сначала разберитесь со мной, а потом будете спускать шкуры, – сказал Кай. – Мы проделали большой путь, потеряли корабль и страшно устали. Мне нужны свидетельства вашего гражданства для одиннадцати выходцев из Вирены. Восемь из них дворяне и трое простолюдинов.

– У вас есть золото? – спросил сразу забывший о недовольстве глава.

– Найду, если будете знать меру, иначе придётся искать другой магистрат. Наверное, ваш город не единственный на побережье.

– Сто золотых за дворянина и тридцать за простака, – назвал свою цену глава. – И учтите, что в других местах меньше не возьмут.

Кай согласился и стал отсчитывать золото, а глава привёл в свой кабинет двух заспанных чиновников. В процессе оформления бумаг выяснилось, что не нужно платить за десятилетнюю Эрну, но, говоря о золоте, глава имел в виду золотые империи, поэтому пришлось доплатить. Расставшись с тысячей золотых, Кай получил взамен десять грамот и, простившись с довольными чиновниками, вышел на площадь.

– Не скажете, где у вас трактир или постоялый двор? – спросил он у стражника. – И кто в городе торгует мехами?

– Трактир, в котором можно поселить столько людей, только в порту, – ответил тот. – А мехами занимается Большой Ник. Так и говорите, когда станете искать, а то у нас есть ещё один Ник.

Отблагодарив стражника серебряной монетой, Кай повёл всю компанию в порт. Там нашли большой трактир, в который и заселились. Сразу после вселения барон раздал грамоты.

– Я хочу добраться до столицы, – сказал он спутникам, – а вы думайте каждый за себя, едете с нами или ещё куда.

– Я с Катериной останусь, – решил Дитер. – Путь в столицу долог, а жизнь в ней должна быть дорогая. Нам проще устроиться здесь.

– Извиняйте, господин барон, но я тоже останусь, – сказал уцелевший дружинник. – Я сдружился с Дитером, а здесь подходящее место для жизни.

– Дело ваше. Сегодня переночуете здесь, а завтра я продам меха и отдам деньгами вашу долю. Что скажут остальные?

– Мы едем с вами, – сказал Хартмут. – Могли бы и не спрашивать.

– Если не возражаете, я тоже присоединюсь, – добавил Артур. – В дороге случается всякое, и вам не помешает моя шпага. К тому же у меня почти нет денег. Оружием я у купцов разжился, а золота не наберётся и сотни монет.

– Тогда давайте до ужина отдыхать, – сказал барон. – Дела перенесём на завтра, а сегодня я только поговорю с трактирщиком о пути в столицу.

Кай не стал затягивать с этим разговором и, как только разошлись по своим комнатам, спустился на первый этаж, где большую часть дня за поставленным отдельно столом сидел трактирщик. Сейчас он скучал и явно обрадовался приходу клиента.

– Извините, уважаемый, – обратился к нему Кай. – Мы здесь люди новые и почти ничего не знаем. Не скажете, как проще попасть в столицу?

– Садитесь, господин, – пригласил хозяин. – Простым путь в столицу может быть только на словах. От нас туда два пути: морем и по тракту. У каждого из них есть свои достоинства и недостатки. Я сам в прошлом моряк, поэтому предпочёл бы плыть, хотя это не всем подходит. Корабль качает, и не все это переносят. Путь по морю будет сильно зависеть от ветра. При попутном можно доплыть за пять дней, но такое случается редко, поэтому плывут вдвое дольше, а за десять дней может приключиться шторм. Есть и опасность от пиратов, но это не у нас, а ближе к Ларсеру, когда плывут мимо островов.

– Что за пираты? – не понял Кай.

– Морские разбойники, – объяснил трактирщик. – Захватывают и грабят корабли. Говорят, что у них на островах выращивают хлеб и пасут скот, а разбоем добывают нужные товары и золото, да ещё иной раз увозят женщин. Сами корабли жгут или угоняют редко.

– И вы терпите такой разбой? – удивился барон.

– У императора нет флота. Он не нужен для борьбы с кочевниками, а от нас до южан по морю тысячи лиг пути, поэтому на море не воюем. Купцы несколько раз отправляли на острова охотников заработать. Сожгли два или три селения, на том всё и кончилось. Плавать там, не зная островов, тяжело, а пираты дерутся так, что быстро отбили охоту к ним соваться. Вреда от них немного, поэтому все смирились. Те, кто побогаче, берут с собой охрану, а остальные, если не повезёт, спускают паруса и отдают своё добро. Людей в таких случаях не трогают.

– А что с трактом? Дорога хорошая?

– Дорога-то хорошая, – сказал хозяин, – но уж больно длинная. Берег очень изрезан, а дорога – это не путь по морю. Она тоже извивается как змея, а в горах ещё идёт то вверх, то вниз. Путь получается долгим, а трактиров на нём, почитай, нет. Ближе к центральным провинциям ездят много, поэтому и заведений хватает, а у нас обозники всё возят с собой и ночуют в шатрах. Для кого тогда строить трактир? Продукты можно купить в деревнях, но нужно съезжать с тракта, а это потеря времени. Опять же, в отдельных местах пошаливают. Таких разбойников ловят и вешают, но желающих разжиться чужим добром не становится меньше. Но это тоже не у нас, а после гор. Я уже говорил, что в одиночку или малыми компаниями у нас ездят редко, а нападать на обозников опасно и невыгодно. Не те у них грузы, чтобы грабить, а народ в обозах тёртый, и у каждого за поясом тесак и пистоль.

– Спасибо, уважаемый, вы мне сильно помогли, – поблагодарил озадаченный барон и направился в свою комнату.

Сразу отдохнуть не получилось из-за ждавшей у двери Карин.

– Отец, я не знаю, что делать. Сента лежит на кровати и плачет. Я хотела пожалеть или вместе поплакать, а она ругается… Отстань, говорит, ты мне мешаешь.

– Посиди пока в моей комнате, – сказал Кай, – а я попробую успокоить.

Сента действительно лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку, и плакала.

– Что случилось, дочь? – спросил он, сев рядом. – За весь путь не было ни одной слезинки, а сейчас промочила ими всю подушку.

– Мне страшно, отец! – сказала она. – Я так рвалась сюда из-за своей любви, а теперь боюсь узнать, что она никому не нужна. Клод ведь и тогда говорил, что не любит, и не обещал ждать!

– Он сказал, что любит как сестру, – поправил отец. – В твоём положении и это много. Если он хорошо устроился…

– Ты не понимаешь! – выкрикнула девушка. – Как я могу относиться к нему как к брату? Мне этого мало! А он, наверное, кого-нибудь любит!

– Что ты хочешь от меня услышать? – спросил Кай. – Мужчины и женщины любят по-разному. Мужчина может любить нескольких женщин, но мало кому из них доставит радость, что она у любимого не одна. Даже если его любви и заботы хватает на всех, найдётся повод для ревности. Женщина, наоборот, любит только одного, а если идёт к другим, то не для любви, а ради удовольствия. Оно ведь и в природе так. За самцом бегает много самок, но нигде нет такого, чтобы одной самкой пользовались два самца. Они из-за неё передерутся. А самка, найдя самца, уже никого больше не ищет.

– И для чего ты об этом говоришь? Чтобы я смирилась с его любовью и постаралась урвать для себя кусочек счастья? Я мечтала совсем о другом!

– Тогда забудь о Клоде и ищи счастье с другим! С тем, кто тебя полюбит и сделает женой.

– И многим я буду нужна? Гражданство мы получили, но наше баронство никто не признает! Каждый раз, когда нужно будет представляться, тебе придётся к слову «барон» добавлять, что ты из Вирены, потому что в империи нет баронов Шабер! Титула нет, имения нет, есть только золото, которого тоже скоро не будет!

– Не так скоро, – возразил он. – И ты неправа. Я не собираюсь бездельничать и только тратить, буду и зарабатывать. Да, придётся искать своё место в империи, но я не пустое место с баронским титулом! И ты тоже не пустое место! Ты молодая и красивая девушка из благородного рода, сильная и способная постоять за себя и других сталью и магией!

– Предлагаешь стать наёмницей? – вытерев слёзы, спросила она. – Я могу, только у них нет никакой семейной жизни. Может, так и поступлю и буду помогать тебе и Карин.

– Я предлагаю не лить слёзы раньше времени, – сказал отец. – Путь до столицы труден, и никто не знает, что нас ждёт впереди. Твои слёзы – это признак слабости. Можно плакать, если боролась и потерпела поражение, а не в начале пути! Не стоит расстраиваться самой и расстраивать сестру из-за неприятностей, которых может не случиться. Ну что, не будешь больше реветь?

– Не буду, – улыбнулась Сента. – Спасибо тебе, отец.

Глава 6

– Жаль, что у нас было так мало времени, – сказал Юстус Благ. – Вы уже не тот рохля, каким были, но тринадцати дней мало, чтобы сделать из вас человека! Учтите, что отпускаю только на время. Если выживите, обязательно продолжим подготовку. А сейчас идите: вас ждёт император!

Клод простился и вслед за лейтенантом вышел из комнат мага. Они спустились по лестнице и по одному из крытых переходов прошли из Большого дворца в Новый. Здесь лейтенант сдал Клода главному магу.

– Идите за мной, – сказал хмурый Грас Харт. – Быстрее, барон, император ждёт!

– По-моему, я не отстаю, – отозвался нервничавший юноша. – Или нужно вас обогнать?

– Шутить будете потом, если останется желание. Что сказал Юстус о вашей подготовке?

– Человеком он меня пока не считает, но надеется, что в первой поездке не убьют.

– Я тоже на это надеюсь. Всё плохо, барон! На севере мы потеряли Крамору. Всю Аделрик не занял, но это только вопрос времени, причём не очень большого. С разницей в один день на нас напали южане. Такое не может быть совпадением и свидетельствует о сговоре. У южан успехи скромнее, но они потеснили нашу армию. Слава богу, что на западе всё спокойно и оттуда можно перебросить несколько тысяч пехотинцев. Вас направят на север. Поедете не один, а с генералом. Подробности скажет император. Не забыли, как себя вести в его присутствии? Орген будет не один, поэтому строго придерживайтесь правил!

Они подошли к большой, богато украшенной резьбой двустворчатой двери, перед которой стояли бойцы личной охраны императора. Как позже узнал Клод, это был зал малых приёмов. Малым он был только по названию и мог вместить в себя особняк Мануэлы. Император сидел на троне в дальнем конце зала и беседовал с двумя мужчинами. В одном юноша узнал канцлера Маркуса Зимана, второй был незнаком. Чтобы не заставлять себя ждать, Клод ещё больше ускорил шаг, немного опередив Харта. Подойдя на десять шагов, он почтительно поклонился и застыл.

– Подойдите ближе, барон! – недовольно сказал Орген. – Я не собираюсь орать. Вы слышали о войне?

– В самых общих чертах, ваше величество! – опять поклонился Клод.

– А в других чертах не знаю даже я. Вас для того и посылаем, чтобы узнали подробности. Поедете с генералом Якобом Детлером. Он будет разбираться по своей части и, возможно, примет на себя командование теми силами, которые там есть, а ваша задача – доставить его туда целым и невредимым, собрать все возможные сведения и побыстрее привезти их нам! Помимо вас, будет ещё охрана. Сколько нужно времени на сборы?

– Не больше часа, ваше величество!

– Тогда идите. Через час генерал со своим эскортом будет ждать у южных ворот. Надеюсь, что я в вас не ошибся.

Через пятнадцать минут Клод уже был в особняке. Приказав слуге не рассёдлывать коня, он бегом поднялся по лестнице и в коридоре столкнулся с одетой в дорожный костюм Хельгой.

– Я почувствовала, что ты приехал! – сказала она. – И вчера было то же самое. Когда едем?

– Ты собрала вещи? – спросил он. – То, что собралась сама, я вижу.

– Служанка всё собрала, – ответила жена. – Сумки в наших комнатах.

– Тогда спускайся и скажи, чтобы седлали твоего коня, а я их возьму, а заодно прихвачу ещё кое-что.

– Конь уже осёдлан. После того как Анри сообщил о войне, я знала, что ты скоро вернёшься. А в комнаты пойдём вместе: мне нужно забрать оружие.

Через пять минут они выехали из особняка и, торопя коней, поскакали к императорскому дворцу. Южные ворота были ближе северных, и возле них Клода уже поджидали два десятка всадников.

– Я вижу, что вы и на войну собрались с комфортом, – с ехидной улыбкой сказал Якоб Детлер. – Не привыкли ни в чём себе отказывать?

– Дело в другом, генерал, – разозлившись на него, ответил юноша. – Моя жена будет и моей охраной. Вы взяли солдат, которых не сможет принять ни один трактир, а мне достаточно одной баронессы. Мы едем или нет?

– Едем! – процедил Детлер. – Вы отвечаете за безопасность, поэтому будете ехать первым.

– А ты хотела взять с собой Эвальда! – сказал Клод жене, когда они вырвались вперёд кавалькады. – Интересно, чем я ему не понравился?

– Герцоги Детлер очень заносчивый род, – ответила она. – Он был бы недоволен и твоей компанией, а тут ещё я мозолю глаза. Не все довольны нашим браком. Я всё-таки была имперской графиней, а ты виренцем. Для таких, как твой генерал, наша любовь – это вызов традициям. Кто из вас главный?

– Я понял, что каждый сам по себе, но я отвечаю за его безопасность. Не всё время, а пока не приедем в Брадбек.

При скачке, приходилось перекрикиваться, поэтому вскоре замолчали. Когда выехали на тракт, движение замедлилось из-за повозок, но усилился шум от множества лошадиных копыт, грохота колёс и людского говора. После Старума, который проехали не останавливаясь, дорога стала свободней. На паромной переправе через Салею воспользовались своими полномочиями и переправились вне очереди. В Хорт приехали в десять вечера и свернули ночевать к военным лагерям.

Клод думал, что в них будет пусто, но оказалось, что лагеря битком набиты солдатами. Охрану оставили в казармах, а сами заночевали в том доме, где их поселили в прошлый раз.

– У меня свободны только две комнаты… – растерянно сказал отвечавший за расселение офицер. – Из столицы приехали…

– Это моя жена, – перебил его Клод. – Нам достаточно одной комнаты на двоих.

– Вы предлагаете мне ночевать в одной комнате? – возмутился генерал.

– У нас нет двухкомнатных номеров, – ответил ему офицер, – но вы можете съездить в дом командующего. Если он примет…

– Показывайте комнату! – сердито сказал Детлер. – И пусть позаботятся о наших лошадях! Нам дадут ужин?

– Сейчас поселю и распоряжусь, – услужливо сказал офицер. – Вам подать ужин в комнату или будете есть в трапезной?

– Мы пройдём в трапезную, – выбрал Клод. – В ней у вас удобней питаться, чем в комнатах.

– Тогда и мне не нужно носить, – решил Детлер. – Только быстрее шевелитесь, а то мы из-за вас не успеем отдохнуть!

Они оставили свои вещи в комнатах и сразу пошли в трапезную.

– Не дело – наедаться перед сном, – бурчал генерал, – а как не есть, если пропустили обед, а эти сволочи так вкусно готовят?

– Съешьте меньше обычного и не сразу ложитесь спать, – посоветовал Клод. – Не скажете причину вашего дурного настроения?

– А вам она непонятна? – с сарказмом спросил он. – Хотя, конечно, ведь это ваши соотечественники захватили не самую маленькую провинцию империи!

– Говорите глупости, – спокойно ответил юноша. – Я бежал из Вирены не только из-за угрозы сестре, но и из-за грядущего поражения. Уже тогда было видно, чем закончится. Отец погиб, сражаясь с корвами, так что у меня нет причин для радости. Мне понятно ваше отношение к северянам, но я непричастен к вашим бедам.

– Расскажите об этом Аделрике, – внезапно попросил Детлер. – Что он за человек? Мне непонятно, на что он рассчитывает. Воспользовался нашей беспечностью и больно ударил, но ведь должен же понимать, что мы ответим. У империи очень большие возможности, и возмездие – это только вопрос времени!

– Я знаю о короле только то, что он не проиграл ни одного сражения. Он сильно потрепал своих северных соседей, потом завоевал Вирену. Сейчас может поддерживать свою армию, опираясь на все северные королевства. И я не разделяю вашей уверенности по поводу нашего ответа.

– Почему? – спросил генерал.

– Потому что армия у Аделрика не слабее, чем у южан. Напомнить, сколько времени вы с ними враждуете? А если позволим ему укрепиться в Краморе, выбить будет очень трудно. Я ехал через неё и видел, какие там леса. Даже пешком замучаешься пробираться, так что армию можно вести только по дорогам, а так ли тяжело их перекрыть? Сейчас наверняка начнут грабить провинцию, и делать это будут не солдаты, а сам король. А на награбленное можно собрать ещё две армии, так что рассчитывайте на долгую борьбу.

Детлер ничего не сказал, поднялся и вышел из трапезной.

– Ему не позавидуешь, – сказала Хельга.

– Плевать, – ответил Клод. – Знаешь, как хочется сделать ему какую-нибудь гадость? И столько возможностей…

– Не вздумай, – предупредила она. – Советовал мне плевать, вот и наплюй. Ты не в том положении, чтобы сводить счёты, тем более мелочные. Поел? Тогда пошли отдыхать.

Утром позавтракали, дождались охрану и направились к тракту. Хорт проехали рысью и до самого обеда нигде не останавливались, лишь несколько раз перевели коней на шаг, давая им отдохнуть. Пообедали в трактире и сразу двинулись в путь.

Следующие семь дней ничем не отличались от этого, а на переправе через Ревор произошла неприятность. Паромщик узнал Клода с Хельгой и выразил радость по поводу того, что госпожа уже совсем живая. Стоявший рядом Делер всё понял.

– Теперь понятно, что вы говорили об охране, – сказал он, когда выбирались на тракт. – Мара – это очень серьёзно. Непонятно, почему вы это скрывали. В таком положении масса достоинств и только один недостаток.

– Я могу рассчитывать на ваше молчание? – спросил Клод.

Генерал ничего не ответил, сделав вид, что не расслышал вопроса.

– Демон с ним, – громко сказала Хельга. – Разве не видишь, что он завидует? Ты вернёшься в столицу с докладом императору, а он останется без армии отвоёвывать провинцию. А насчёт моей смерти… Не вижу ничего страшного, если о ней узнают.

После переправы ехали до первого трактира, в котором заночевали, и на следующий день прибыли в Брадбек. Силами империи в городе и его окрестностях командовал генерал Рейнер Шанк, в ставку которого и отправились.

– Вы не можете от меня ничего требовать! – огрызнулся Шанк на набросившегося на него с упрёками Детлера. – Вас бы сюда! У меня против армии северян были только две тысячи собранных из беженцев бойцов. Дрались они так, что любо-дорого посмотреть, но их в пять раз меньше, чем солдат Аделрика! И это если считать только тех, с кем мы сражались, а всего их не меньше тридцати тысяч! И потом вы не хуже меня знаете, что солдаты, пусть даже хорошие, – это ещё не армия! В провинции было только два гарнизона по триста солдат. Один успел соединиться с нами, а о судьбе второго остается только гадать. Магов я набрал, но для них слаженность ещё важнее, чем для солдат.

– И какие потери?

– Я потерял примерно половину бойцов и ещё больше магов. Враги потеряли чуть больше, если не считать их разгрома под Альфером.

– А что там случилось? – поинтересовался Клод.

– Если верить одной компании, которая вчера на нас вышла, там кто-то применил демона, – ответил Шанк. – Больше тысячи северян обезумели и изрубили друг друга.

– А что за компания? – спросил Детлер. – Им можно верить?

– Молодая графиня с двумя братьями, один из которых маг, – ответил генерал. – Им не было смысла врать. Они нас позабавили. Как-то умудрились подчинить офицера и под его охраной ехали чуть ли не до Дежмана. Заночевали в трактире, а к девушке полез пьяный офицер. Не тот, кто их охранял, а другой. Графиня с перепугу застрелила его из пистоля, а трактир был набит северянами, которые сбежались на шум.

– И чем всё закончилось? – спросил Клод. – Как им удалось уйти?

– Магия, – пожал плечами генерал. – Нет там теперь трактира. Пришлось этой троице уходить с тракта в лес. Коней они успели спасти, а леса возле Дежмана не очень густые, так что лесом и выбрались.

– Что вы скажете об использовании демонов, барон? – спросил Детлер. – Вы же сами одного вызвали. С северянами у нас нет никаких соглашений по магии, кроме запрета на огонь.

– Забудьте об этом запрете! – сказал Шанк. – Северяне, как и мы, использовали огненную магию. Какие сейчас могут быть договоры!

– Я не занимался с «Демонологией», – ответил Клод. – Об этом нужно говорить с теми, у кого больше опыта. Только если мы обратимся в другие миры, что помешает магам Аделрика сделать то же самое?

– Жаль, я думал, от вас будет польза, – сказал Детлер Клоду и обратился к Шанку: – Что вам известно о противнике, генерал?

– Мне известно, что северян гораздо больше, чем нас, – ответил тот. – Что скривились? Чтобы всё разведать, нужно время. Мы отобрали виренцев и отправили их лесами в тыл неприятеля, но пока они дойдут и что-то узнают… А нужно ещё вернуться обратно. Раньше чем через декаду точных сведений не будет. У меня, генерал, не хватало людей и золота, но больше всего времени! Если меня замените, у вас его будет в избытке. Я думаю, что северяне останутся там, где стоят. В этом году они не будут наступать, а у нас на наступление нет сил. Вот и придётся сидеть и ждать весны. Только нужно куда-то вывезти беженцев.

– О каких беженцах вы говорите? – спросил Клод. – Кто-то успел бежать из Краморы?

– Наших сбежало мало, и они здесь не задержались. Я имею в виду беженцев из Вирены. Большинство мужчин вступили в армию, но остались их женщины и дети. Чтобы армия не развалилась, я вынужден ими заниматься, а денег на это никто не выделил.

– Гнать всех! – презрительно сказал Детлер. – Мне не хватало ещё возни с виренцами!

– Тогда попрощайтесь с армией. Никто из виренцев не будет служить. Вы вынудите их вернуться. Я думаю, что Аделрик этим воспользуется и увеличит свои силы.

– Я доложу о них, – пообещал Клод, – но вы не получите помощи раньше чем через две декады. Генерал, вы не пробовали попросить её у местного дворянства? Это ведь в их интересах. Пока здесь стоят виренцы, город в безопасности, но если они перейдут к врагу…

– Уже получил и потратил, – ответил Шанк. – У меня ведь и оружие было только на тысячу человек. Обещали подвезти, но не успели. И на содержание такой армии тоже не выделяли золото. Я уже не говорю о том, что не платят самим виренцам. Они сражаются за гражданство для себя и своих близких, но ведь гражданством сыт не будешь!

– Я отстраняю вас от командования! – сказал Детлер. – Вы могли запереть тракт и не пустить противника в Дежман, но этого не сделали! И сейчас собираетесь сидеть до весны, занимаясь беженцами и прочей ерундой! С сегодняшнего дня я всё беру в свои руки!

– Попробуйте, а я немедленно уезжаю. Вы задержитесь, барон?

– Тоже уеду, – ответил Клод. – Если в ближайшие дни не узнаем ничего нового, для чего здесь сидеть? Нужно было не гнать меня через всю империю, а вам послать к императору не гонца, а кого-нибудь из своих офицеров.

– Да, сглупил, – к удивлению Клода, признался генерал. – Поехали, не хочу смотреть на то, что здесь будет.

Когда они вышли из комнаты, он осмотрелся по сторонам и тихо спросил:

– А почему вы его не арестовали? Вы же маг императора. Десять лет назад Юстус Благ арестовал командующего южной армии. Вы представляете, что может здесь натворить Детлер?

– Мне не дали таких полномочий, – признался Клод. – Я не Юстус Благ, и это у меня только первый выезд. Сколько вам нужно времени на сборы?

– Пять минут, – ответил Шанк. – Нужно переодеться в дорожную одежду, а сумка давно собрана. Сейчас скажу слуге, чтобы собрался, но Адриан нас не задержит.

– Тогда подождите меня. Я здесь с женой, но не стал тянуть её в вашу ставку. Мы подъедем минут через пятнадцать.

В тот день успели добраться до паромной переправы и переплыть на другой берег Револа. Уже начало темнеть, поэтому заночевали в том трактире, где Хельга очнулась от смерти. Утром стали свидетелями скандала.

– Немедленно убирайтесь вместе со своими щенками! – орал трактирщик на низкого щуплого мужчину, который тщетно пытался хоть что-нибудь сказать. – Я не намерен больше ждать и кормить вас в долг!

– Что здесь происходит? – вмешался Клод.

– Два дня назад привезли этих… – сказал хозяин, презрительно махнув рукой в сторону мужчины. – Сказали, что за ними приедут и оплатят все расходы. Прошло два дня, но никто не думает платить, а они занимают у меня три комнаты!

– Объясните вы, – обратился Клод к мужчине.

– Видите ли, – виновато ответил тот, – со мной пятнадцать детей, отобранных из беженцев для обучения в императорской школе магии. Здесь не все такие дети, а только те, у которых не осталось родителей. Они потеряны при бегстве или погибли в боях. Нам должны прислать экипажи и деньги, но почему-то все задержали. Я заплатил всё, что у меня было, а теперь нас хотят выбросить из трактира…

– Сколько вам задолжали? – спросил Клод трактирщика.

– За два дня восемь золотых! – ответил он.

– Вот вам двадцать, – сказал юноша, отсчитывая деньги. – Я выясню в Эшере, из-за чего задержка, так что транспорт обязательно будет. А вы возьмите этот кошель. В нём семьдесят золотых, вам должно их хватить.

– Благодарю, господин! – чуть не до слёз разволновался мужчина. – Скажите своё имя, и вам обязательно всё вернут!

– Я новый маг императора, – сказал он не столько для сопровождавшего детей мужчины, сколько для трактирщика. – Запомните, что если подобное в отношении столичной службы магии повторится хоть раз, то у этого трактира будет новый хозяин. Я достаточно ясно сказал?

Оставив перепуганного трактирщика, Клод поднялся в комнату за вещами. За сумками генерала побежал Адриан, а сам Шанк с Хельгой вышел из трактира к конюшне.

– Знаете, баронесса, я ведь был в числе тех, кто осуждал ваш брак, – сказал он. – Умаление чести и всё такое. Меня тогда не было в столице, рассказал кто-то из офицеров. А сейчас думаю, что вы выбрали достойного мужчину! Я этим летом сильно изменил отношение к северянам. И к тем, которые дрались со мной плечом к плечу, и к тем, кто нас побил. Только другим это не объяснишь. Вот в Краморе к северянам будет уважительное отношение, даже если мы отберём её назад. К сожалению, уважения легче добиться страхом.

– Я тоже сейчас на многое смотрю иначе, граф, – с грустной улыбкой сказала Хельга.

– Да, вашему роду не повезло, а теперь не повезло мне. Герцог Детлер обвинил в сдаче Дежмана. Надо было перекрыть тракт! Как будто я круглый дурак и не догадался этого сделать! Только леса возле Дежмана легко проходимы даже с лошадьми, вот северяне их и прошли, а потом ударили нам в тыл! Мы так не воюем, а они воюют! В этой войне с их стороны было мало пленных, но от одного удалось узнать, что захвативший провинцию генерал Фомин – это пришелец. Я знал одного такого пришельца, но у нас его не сделали бы даже лейтенантом! Среди магов родовитость стоит на втором месте после силы и умения, а у нас она не просто на первом месте, она решает всё! Почти все генералы – выходцы из герцогских семейств. Мне с большой неохотой дали это звание, а теперь, наверное, отберут. И хорошо, если ограничатся только званием!

– Может, это поражение чему-нибудь научит?

– Вряд ли. Такое не изменишь одним поражением. Боюсь, что когда решат всё поменять, будет поздно. Аделрик не ограничится одной провинцией, это только начало. И с каждым новым завоеванием он будет становиться сильней.

Они продолжили поездку и вскоре прибыли в Эшер. В нём пообедали, а потом заехали в магистрат, где Клоду пришлось применить силу.

– Если сегодня же три кареты не поедут за детьми, я вам не завидую, – сказал он перепуганному главе. – И учтите, что идёт война, а ваши действия подрывают безопасность империи. Так что вы не только лишитесь должности, наказание будет суровым!

Обратный путь проделали быстрее, чем ехали в Брадбек, сделав за всё время только пять нормальных ночёвок. Клод сблизился с генералом, который много его расспрашивал о севере и дал понять, что хочет продолжить знакомство. В столицу въехали в полдень и сразу же направились во дворец. В ворота пропустили только Клода с генералом, а Хельге со слугой пришлось ждать на улице. Приняли их незамедлительно в том же зале, куда Клода привели в прошлый раз. Вместе с императором отчёт слушали канцлер и главный маг.

– Я мало что могу сказать, ваше величество! – начал юноша. – Генерал Шанк отправил разведчиков из беженцев, но такая разведка – дело долгое. Боев сейчас нет и, скорее всего, не будет до весны. Наша армия с численностью в полторы тысячи бойцов почти полностью состоит из виренцев. В Брадбеке собраны их родственники, но средств на их содержание нет. Их не хватает даже на саму армию. Золото выделяли на тысячу бойцов, а их воевало в два раза больше. Кое-что дали дворяне, но деньги ушли на закупку оружия и кормление беженцев. Новый командующий заявил, что прогонит женщин и детей своих бойцов, поэтому я думаю, что ему уже некем командовать. Если бы прогнали моих близких, я не остался бы в такой армии ни одного дня! Генералу Детлеру говорили, что после разгона беженцев вся его армия перебежит к северянам, но у него на всё своё мнение.

– А вас для чего посылали? – сердито спросил император. – Не могли вмешаться?

– А вы не дали мне таких прав! – тоже сердито ответил Клод. – И генерал Детлер об этом знал! Я должен был обеспечить его безопасность, разузнать всё, что получится, и вернуться! Генерал Шанк предлагал мне вмешаться, но я не мог этого сделать! Остальное вам лучше выслушать от него.

– Ваша идея, Грас! – сказал император главному магу. – Теперь как хотите, так и исправляйте!

– У барона мало опыта, чтобы отстранять командующих, – возразил канцлер. – Надо было послать кого-нибудь поумнее Детлера.

– Это вы говорите мне? – язвительно спросил Орген. – Соберите тех членов Совета, которые мне его навязали! Ладно, эти вопросы мы решим потом, а пока послушаем генерала. Барон, чем вы сейчас займётесь?

– На улице ждёт жена, которая сопровождала меня в этой поездке. Мы две декады не вылезали из седла, поэтому хотим отдохнуть.

– Это что за манера – ездить в армию с жёнами? – удивился Орген.

– Его жена прекрасно владеет оружием, – объяснил Грас Харт. – Кроме того, она его мара.

– Это другое дело. А почему баронессу оставили на улице?

– Сказали, что она не входит в перечень тех, кого дозволено пускать без специального разрешения, – ответил Клод.

– Исправьте, – сказал император Маркусу Зиману. – А вы, барон, принесите жене извинения от имени нашего канцлера. Даю вам на отдых два дня, потом выйдите на службу.

Юноша поклонился сначала Оргену, потом остальным и поспешил к Хельге. Она сама настояла на этой поездке, но он всё равно чувствовал себя виноватым. Не дело женщине, будь она хоть трижды марой, так над собой издеваться! По переходу шёл быстрым шагом, а по дорожке пробежался. Выйдя за ворота, Клод принял у Адриана повод коня и вскочил в седло.

– Ну как? – спросила Хельга. – Докладывал императору?

– Поехали домой, – сказал он. – Ты такая уставшая, что даже не назовёшь красивой. Так жалко, что не найду слов!

– Поехали, – согласилась она. – Сейчас приедем, немного отдохнём и начнёшь жалеть. И не словами, которых у тебя для меня нет, а другим. А пока едем, рассказывай, сильно шумел император?

– Начал ругать за то, что не вправил мозги герцогу, я ему и ответил, что он сам это запретил. Меня выслушали и дали два дня отдыха. Император узнал о твоей поездке и о том, что ты моя мара, и распорядился допускать во дворец. Сейчас докладывает генерал.

Торопясь вернуться домой, Клод прервал разговор и перевел коня в галоп. У ворот особняка их встретил Гнеш.

– С возвращением вас! – приветствовал он господ. – Вас, господин барон, со вчерашнего дня дожидается гость.

Он хотел что-то добавить, но юноша уже скакал к дому. Увидев их возвращение, от конюшни прибежал слуга, поэтому не пришлось самим отводить коней. Когда поднялись на второй этаж, Клод остановился, уставившись на идущего по коридору мальчишку.

– Колин? – не веря тому, что видит, спросил он. – Ты откуда взялся?

– Ты говорил, что можно приехать, если будет совсем плохо… – ответил смутившийся мальчик.

– Говорил и не отказываюсь от своих слов, просто не ожидал тебя увидеть. Здравствуй!

Он бросил сумки, подошёл к другу и обнял.

– А я подумал, что придётся уезжать, – всхлипнув, сказал Колин. – Ты и Луизе обещал взять в жёны и не сдержал обещания. Она чуть не умерла, когда узнала, что ты уже женился на другой! Зря ты это сделал: она замечательная девушка!

– Так и она здесь? – растерялся Клод.

– Уехала к матери вместе с братом. Что ей здесь было делать?

– Постой, так молоденькая графиня с двумя братьями… – дошло до Клода.

– Она назвала меня братом, чтобы меньше объясняться. Я случайно попал в их город и устроился работать у её отца, а тут нагрянули корвы.

– И ты вызвал демона. Наверное, надоумил Крис. Он помешался на «Демонологии»!

– Это нас спасло, – возразил мальчик. – Если бы не лафрей, никто бы из нас оттуда не выбрался.

– Ладно, потом расскажешь. Мы очень устали, и нужно хоть немного отдохнуть. Познакомься, это моя жена Хельга.

– Тоже красивая, но Луиза красивее. Ты на ней женился из-за магии?

– Какая магия? – не понял Клод. – О чём ты говоришь? У Хельги нет магии.

– Не знаю. Силу вижу. Немного, но больше, чем её было у Сенты.

Они разговаривали по-виренски, и Хельга не поняла ничего, кроме имён.

– Всё потом, – сказал Клод, поднимая сумки с пола. – Поговорим после ужина. Скажи слугам, что мы не будем есть. Нужно немного выспаться, так что пусть никто не беспокоит.

Они вошли в свои комнаты и первым делом сняли дорожную одежду. Накинув халаты, спустились на первый этаж в ванную и хорошо помылись. Пока этим занимались, Хельга не задавала вопросов.

– Прежде чем ляжем, скажи, кто этот мальчик? – спросила она, когда вернулись в спальню. – Это не тот друг, о котором ты часто говорил?

– Да, это он, – ответил Клод. – Герцог Колин Гросвер из Вирены.

– Я услышала от него имя Луиза. О ком он говорил?

– О моей несостоявшейся невесте. Он выбирался из Альфера вместе с Луизой Ургель и её братом. Они были здесь и уехали к Мануэле.

– Бедная девушка! – с сочувствием сказала Хельга. – Представляю, что она пережила! Я так и подумала, когда он назвал имя, а ты после этого побледнел! Мне её жалко, но тебя никому не отдам! Хватит терзаться, этим никому не поможешь, а мне ты кое-что обещал.

– Сейчас, – остановил он жену. – Колин сказал, что в тебе много магии. Вообще-то, так и должно быть. Мары запасают магическую силу и могут использовать. Странно, что я её не вижу. Мы не будем тратить твой резерв, но я научу мысленно общаться. Это полезно и требует очень мало сил.

– Наверное, из-за этой силы я стала тебя чувствовать. Ты только подъезжаешь к воротам, а меня уже тянет навстречу. Клод, давай поговорим потом! Мне сейчас не нужны разговоры. Приехала девушка, которая красивее меня, и перед которой ты чувствуешь вину. Для тебя это тяжело, а для меня ещё тяжелее. Я хочу почувствовать себя любимой и желанной! Эта любовь поможет тебе справиться с другой и хоть на время успокоит меня! Ну же! Мне долго тебя упрашивать?

Глава 7

– Значит, ты не знаешь, что с родными, – сказал Клод. – Зря твой отец выбрал север.

– Если не убьют, то не зря, – возразил Колин. – Насмотрелся я, как здесь относятся к нашим. Быть шевалье лучше, чем герцогом, тебя, по крайней мере, признают. А если бы сюда приехал отец, кто бы его признал? Скажешь, не так? Неужели ты с этим не сталкивался?

– Говорят редко, а думают через одного, – сказал Клод. – Горожанам я понравился из-за одной выходки и того, что обо мне рассказывали, поэтому они и мой брак посчитали очередной выходкой и приняли нормально. А в высшем дворянстве многие кривят морды. Повезло, что мне симпатизирует сам император, а то таких было бы большинство.

– А как к этому относится Хельга? Ей это тяжело пережить?

– Легче, чем я думал. Она и раньше была очень необычной девушкой, а после опалы родственников и смерти…

– Какой смерти? – спросил Колин, пристав от волнения со стула. – Этот жгут силы между вами… Неужели ты её оживил?

– Хельга моя мара, как и мать Луизы, но я поднял её служением, поэтому любовь у неё настоящая. И я люблю её больше жизни!

– И Луизу любил? – спросил мальчик. – Или нет?

– Я её и сейчас люблю, – признался Клод. – Так горько знать, что она из-за меня страдает!

– Ты какой-то ненормальный, – Колин покрутил пальцем у виска. – Большинству хватает одной девушки, а тебе, как южанину, этого мало! Вот было бы весело, если бы к тебе явилась Сента!

– Я не признавался ей в любви и не обещал ничего, кроме помощи, – возразил юноша, – так что пусть появляется. Ты что-нибудь о ней слышал?

– Откуда я мог слышать? У них баронство недалеко от столицы, а мы намного северней. Я едва успел удрать из нашего герцогства. Помнишь Игоря с Сергеем? Они из-за этого со мной не ушли. Куда, говорят, переться через полмира? Король открыл нашу школу, так они в неё подались.

– Интересно, выжил кто-нибудь из наших учителей? – сказал Клод. – Последнее сражение было очень кровопролитным.

– Может, и выжили, – вздохнул Колин. – Мне было не до школы. Была цель – добраться до тебя. Добрался, и что дальше?

– Если хочешь, сведу с главным магом, – предложил Клод. – Сил у тебя меньше, чем у меня, но нет сложностей с управлением. Тебе глупо учиться в школе, а вот под его началом… Смотри, ещё станешь его преемником.

– Много радости им стать, если империю растянут на части, – хмуро сказал мальчик. – У отца служил один пришелец. Силы в нём было мало, но отец держал не за магию, а за ум. Он у себя был учёным. Знаешь, что он говорил?

– Откуда мне знать, говори уже, если начал.

– Нет ничего вечного, и империи, как люди, рождаются, стареют и умирают. Он считал, что этой империи пришла пора умирать. В каждом народе есть то, что скрепляет его и делает одним целым. Он называл это элитой. Вот когда эти самые лучшие люди начинают беситься от жира, перестают нормально соображать и делают не то, что нужно, а то, что хочется, империя начинает разваливаться под ударами сильных врагов.

– А что он ещё говорил?

– Сказал, что Аделрик – это меньшее из зол. Если он всё завоюет, то в конечном итоге установится порядок, который может оказаться лучше нынешнего. Вера и обычаи почти одинаковые, поэтому слияние пройдёт безболезненно. Вот если нас завоюют южане, будет плохо, потому что придётся менять жизнь, а не у всех это получится. Хотя ты смог бы жениться несколько раз.

– Хватит говорить о моей любви! – рассердился Клод. – И без тебя тошно!

– Эх, было бы мне на три года больше! – мечтательно сказал мальчик.

– Влюбился в Луизу?

– Это она сказала, что можно влюбиться в такого, как я, – отвернувшись, сказал Колин. – Если она умрёт, попробую оживить. Не сейчас, а через три года.

– А кто-то говорил, что я ненормальный! – засмеялся Клод. – Правильно говорят, что любовь оглупляет, даже в твоём возрасте. Ты не о Луизе думай, а о том, что будешь делать дальше. Я могу предложить на выбор школу или главного мага. Если так рвёшься во взрослую жизнь, можно устроиться к кому-нибудь магом, а самому продолжать учиться.

– Я подумаю. Кстати, у меня с собой десять книг из библиотеки Луизы. Если хочешь, можешь почитать, но потом их нужно вернуть.

– Почитаю. У меня из той же библиотеки в три раза больше книг, и я не собираюсь никому их возвращать. Мануэла имела на них право и отдала мне. И ты тоже не спеши, а то заявится в столицу Ойген…

– Боюсь, что не заявится, – сказал Колин. – Что ты на меня так смотришь? Мне он не нравится, переживаю из-за графини. Когда она желала тебе счастья, словно прощалась. Если не удалось уговорить мужа уйти, значит, её уже нет на свете.

– И почему Гретта не ушла с вами! – расстроенно сказал Клод.

– Потому, что по-настоящему благородная женщина. Она сказала, что разделит судьбу мужа. Это у неё не любовь, а долг и благодарность. По-моему, он такого не стоит. Слушай, Клод, ты ведь завтра отдыхаешь?

– Завтра и послезавтра. А что?

– Помоги мне увидеть Луизу и Криса. А потом я хотел бы побывать на море. Осталось несколько дней лета… Можно и их взять с собой.

– Сошёл с ума? Тебя я могу отправить со слугой к Мануэле, а она вам организует море, но мне с вами делать нечего!

– И долго ты будешь бегать от Луизы?

– Вот что, грамотей, – рассердился Клод, – давай ты не будешь лезть в мою жизнь! Может, я с ней и встречусь, но чем позже это произойдёт, тем лучше для всех! Это как рана, которая должна переболеть и зарубцеваться, а ты предлагаешь запустить в неё пальцы и растравливать!

– Ну хорошо, пусть будет слуга, – согласился мальчик. – Главное – это друзья и море. Слушай, Клод, а что это у вас за мальчишка? На слугу не похож. В первый раз вижу, чтобы в десять лет читали книгу по этикету.

– Это пришелец, которого мы подобрали в дороге, – сказал Клод. – Он очень болезненно воспринял потерю семьи и хотел уморить себя голодом, но Робер отговорил и усыновил. Ему скоро идти в школу магии.

– Я ещё не видел такого маленького пришельца. Давай я возьму его с собой? Они обычно молчат о своём мире, может, этот расскажет?

– Бери, если уговоришь, – пожал плечами юноша. – Ему не повезло, когда мы ходили на море, так что не удивлюсь, если откажется. Скоро вернётся с работы его отец, тогда поужинаем и я вас познакомлю. Утром позавтракаете и поедете в гости.

– Я с ним и сам познакомлюсь, – отмахнулся Колин, – а ты отдыхай. Видно же, что вам нужно поспать не два часа, а двадцать.

Он вышел из своей комнаты и направился к дверям той, в которой жил пришелец. На стук послышался чей-то неразборчивый возглас.

– К тебе можно? – приоткрыв дверь, по-имперски спросил он. – Привет, меня зовут Колин. Я, как и Клод, из Вирены. Мы вместе учились в столичной школе магии.

– Герцог, что ли? – недоверчиво спросил мальчишка. – Барон не говорил о других.

– От моего титула здесь никакого толку, только повод для насмешек. А что тебя так удивило?

– Не похож ты на герцога, поэтому и удивляюсь, – объяснил мальчишка. – Когда принимали в школу, я на них насмотрелся. Меня звать Кириллом.

– Мне Клод сказал, что ты пришелец. Если тебе неприятно говорить о своём мире, скажи сразу.

– Поначалу я не мог говорить о нём без слёз, а сейчас привык. Не говорить привык, потому что никому не интересно слушать, а думать без слёз. Ты вчера с кем приехал? Это была не дочь нашей графини? Она очень на неё похожа. И мальчик был постарше тебя.

– Да, это её дети. Слушай, завтра я еду к ним в гости, а потом, наверное, поедем на море. Не хочешь поехать со мной?

– Конечно, хочу! – обрадовался Кирилл. – Все работают, и им некогда, а мне приходится сидеть дома и учить этикет. Меня от него уже тошнит!

– А почему сам не сбегал на море? – удивился Колин. – Я спросил у конюха, так он сказал, что оно близко.

– Ага, я у него тоже спрашивал и вернулся с вот таким фингалом. Потом ходил вместе с Клодом и Хельгой. Искупались – класс! На Клода наехала толпа каких-то типов, так он изобразил им рыбу в две кареты длиной и загнал всех в море. А когда шли обратно, нарвались на матросов. Меня один схватил, так я его укусил и получил в другой глаз.

– А не проще было ударить магией? – спросил Колин. – У тебя её хватит на десять матросов.

– Сейчас Джед научил, – ответил Кирилл, – так я поджарю три такие компании. По Кодексу любой ребёнок может защищаться магией, конечно, не в обычных детских драках, а когда есть опасность для жизни. Правда, за огонь может влететь, но я знаю много других заклинаний. Ты сейчас не занят? Расскажи, как вы сюда добирались, а потом могу рассказать я. У нас в путешествии чего только не было, наверное, и у вас было что-нибудь интересное.

До ужина Колин проболтал с новым приятелем, а когда поели, взял у Клода книги по магии и занялся чтением.

На следующий день, позавтракав, мальчики надели самую лучшую одежду и в карете отправились во дворец герцогов Радгер. Дворец принадлежал отцу Клауса, но он и раньше подолгу в нём жил, и сейчас поселился вместе с женой после непродолжительного проживания в своём имении. Теперь к ним добавились дети Мануэлы. Доехали минут за двадцать, после чего отпустили карету и направились к воротам. Привратник пропустил и указал на один из трёх парадных подъездов:

– Поднимитесь на второй этаж и свернёте налево. Комнаты в этой части дворца заняты семьёй герцога Клауса. Там же и дети его жены.

Руководствуясь этими указаниями, дошли до подъезда, по широкой каменной лестнице поднялись на второй этаж и повернули за угол. Никого не увидев, подошли к первой же двери. Колин хотел постучать, но услышал голос Луизы и обострил магией слух.

– Нехорошо подслушивать, – сказал Кирилл, делая то же самое.

– И долго ты намерена заламывать руки? – донёсся до них голос Мануэлы.

– Мама, как он мог? – крикнула Луиза. – Он же меня любил!

– Он тебя и сейчас любит, ну и что?

– Какая же эта любовь, если он взял в жёны другую?

– Обычная мужская любовь. Не знала, что мужчины могут любить двух сразу? Значит, узнала сейчас.

– Но почему она?

– А ты подумай головой. Юноша любит двух девушек. Одна рядом с ним и готова разделить его судьбу, какой бы она ни была, а вторая на краю земли, и союз с ней обставлен условиями, которые он может не выполнить. И почему он должен ждать годы, не зная, сможет с тобой соединиться или нет? Только потому, что ты была первой?

– Я хотела разделить его судьбу, но вы с отцом помешали!

– Ты хотела разделить с ним кровать, а не судьбу! Ты, моя дорогая, ничем не отличаешься от меня, какой я была в твои годы. Такие все женщины Тибур. Ослепительная красота, жажда любви и преклонения и большие требования к своему избраннику. Не вскидывайся, а слушай, что тебе говорят. Обычно вначале появляется жажда любви, а остальное приходит позже. И если бы Клод не обеспечил все твои запросы, очень скоро не осталось бы ни любви, ни счастья! А у него сейчас будет такая жизнь, что никто не скажет, как долго она продлится. Думаешь, много мужчин, согласных умереть, не оставив потомства? А Хельга родит ему детей. Она для него и жена, и мара, и защитница в поездках. Мне тебя жаль, но ты, как и остальные женщины нашей семьи, должна выбирать мужчину не из-за внезапно вспыхнувшей страсти, а по расчёту.

– Ты сама говорила, что любила отца!

– Любила. И чем эта любовь для меня закончилась? Фамильным склепом!

– Он мог жениться на мне, а ездить с ней!

– Даже так? Тяжёлый случай. Вот что, моя дорогая, успокойся и послушай, что я тебе скажу. Знаешь, чем отличается один мужчина от другого? Молчишь? Различий много, но для тебя важно одно – сможет ли избранник дать тебе счастье. А под счастьем я понимаю не только вопли в кровати. Такое счастье можно получить без свадьбы на приёме в любой из ниш. Успех в обществе, богатство и власть – это основное, остальное к нему прилагается.

– Неужели ты так думаешь?

– Какая для тебя разница, что я думаю! Важно, что будешь думать ты! И не сейчас, а через пять лет или даже раньше. А Хельга думает иначе. Для неё тоже важен успех, но если у Клода ничего не получится, она смирится и не будет портить ему жизнь. А ты будешь. Вспомни, как ты вела себя с окружающими, как ими вертела. Это кровь, и никуда ты не денешься от своей природы. Скоро начнём ходить на приёмы и подберём для тебя кого-нибудь подходящего.

– Я лучше пойду в нишу!

– Можно начать и так, – согласилась мать. – Тебе это не помешает. Но лучше сделать по-моему. Подумай над тем, что я тебе сказала. Я никогда не желала тебе зла.

– Давай отойдём, а то она сейчас выйдет! – сказал Колин и, видя, что приятель медлит, потянул его за руку.

Когда Мануэла открыла дверь, они вышли из-за угла и направились к ней.

– Кирилл? – удивилась герцогиня. – Откуда ты взялся и кто это с тобой?

– Это герцог, который путешествовал с вашими детьми, – ответил мальчик. – Он хотел их навестить, а я присоединился за компанию. У него есть идея – отправиться на море. Он там никогда не был, а уже конец лета. Я был, но с удовольствием съезжу ещё.

– Так это ты, – сказала Мануэла, ласково глядя на Колина. – Не обижаешься на меня за фамильярность? Ты спас жизни моим детям и привёз их сюда. После этого я не могу относиться к тебе как к постороннему человеку!

– Да я не против… – смутился он.

– Ну раз не против, давайте, отведу вас к Крису, а потом поговорю с дочерью. Даже если откажется с вами ехать, поедете со слугами и охраной.

Герцогиня отвела их к нужной двери и постучала.

– Забирай гостей, – сказала она приоткрывшему дверь сыну. – Займи их, а немного позже поедете на море купаться. Надо было подумать об этом самой.

– Колин! – радостно заорал Крис. – Здорово, что ты приехал! А кто это с тобой? Кажется, я его где-то видел. Проходите в гостиную.

– Этот мальчик живёт в особняке вместе с Клодом, – объяснил Колин. – Скоро у него начнутся занятия в школе магии, поэтому уже не искупаешься. Вот мы и подумали…

– Правильно подумали, – перебил его Крис. – Я море никогда в жизни не видел, да и сестра купалась только в реке. Может, отвлечётся от своей любви, а то она может рехнуться от терзаний. Не думал, что Клод её разлюбит.

– Он и не разлюбил. Говорит, что любит, и тоже терзается.

– Ну и глупо. Влюблённые все какие-то ненормальные. Ладно, пусть с этим разбираются сами, у нас с тобой есть дело поважней. Лафрей не приходил?

– Лафрей? А почему он должен прийти? – удивился Колин.

– Ты то умный, то тупой! – рассердился Крис. – Ты меня чем слушал? Я говорил, что лафреи привязываются к настойке и не могут без неё жить?

– Ну говорил.

– Я это говорил без всяких «ну»! И тот, который выпил у нас бутылку, тоже придёт за зельем. И когда это случится, оно должно у тебя быть! Я хотел отдать тебе вторую бутылку, но забыл из-за воплей сестры. Только учти, что зелье нужно отлить в небольшой флакон и носить с собой, а остальное хорошо спрятать. Тогда сможешь держать лафрея на крючке и заставить отрабатывать. А то он выжрет на халяву всю бутылку и будет пьяный.

– Бутылка рано или поздно закончится, – мрачно сказал Колин. – И что потом?

– Потом будет другая бутылка, – пообещал Крис. – Я узнаю, где здесь травники, и закажу нужное. И тебе на всякий случай напишу, как её сделать. Эх, жаль, что мы не взяли книгу!

– И сколько мне его поить?

– Ты не о том думаешь! – ещё больше рассердился Крис. – Тебе выпала возможность пользоваться услугами одного из самых сильных демонов, а тебе жалко потратиться на какие-то грибы! На месяц лафрея точно хватит, а потом у него поедет крыша. Но к тому времени он потеряет много сил, так что нетрудно будет убить.

– Может, он сумеет сделать меня старше? – задумался Колин. – Мне-то и нужно только три года.

– Классная идея! – восхитился Крис. – Я об этом почему-то не подумал. Имей в виду, что если у тебя получится, я второй на очереди. Мне будет достаточно и двух лет.

– А зачем вам стареть? – удивился Кирилл.

– Не стареть, а взрослеть, балда! – назидательно сказал Крис. – Я смогу стать самостоятельным, а он… А тебе для чего?

– Надо, – покраснел Колин.

– Всё ясно – влюбился! – засмеялся Крис. – И в кого? Не в Луизу?

– А тебе какое дело! Кого хочу, того и люблю!

– Ты бы сначала с ней поговорил, а то повзрослеешь, а она будет по-прежнему убиваться из-за Клода. Мать говорит, что у сестры тяжёлый случай. Идея! Дашь задание лафрею изменить твоё лицо. Это даже наши маги умеют, а для демона изменение внешности должно быть плёвым делом. Подрастёшь и станешь похожим на Клода, так сестра сама запрыгнет в твою кровать!

– А что вы ещё хотите получить от своего джинна? – спросил Кирилл.

– Какого джинна? – не понял Крис.

– В моём мире так называли духов, которые исполняли любые желания, – объяснил мальчик.

– Так ты пришелец? Класс! Расскажешь о своём мире?

– Если будет интересно, расскажу, только вам будет трудно понять и ещё труднее – поверить. Вы не ответили о желаниях.

– Что-нибудь придумаем.

– Думать нужно заранее, – сказал Кирилл. – И чтобы была польза не одним вам. В моём мире можно связываться на огромные расстояния, а у вас этого нет и приходится тратить уйму времени на поездки. Может, магия позволяет переговариваться дальше, чем мы умеем? И вообще, что умеют эти лафреи? Могут они принести какие-нибудь вещи или только творить магию? Притащили бы радиостанции и что-нибудь для зарядки аккумуляторов.

– Готовьтесь, сейчас поедете на своё море, – сказала заглянувшая в дверь Мануэла. – Луиза согласилась с вами поехать. Обед вы пропустите, поэтому я приказала, чтобы дали с собой чего-нибудь вкусного.

– Мы сейчас! – заторопился Крис. – Где она у меня была?

Он покопался в разбросанных вещах, не нашёл нужного и выбежал в другую комнату. Отсутствовал минуту, после чего вернулся к приятелям и протянул Колину сумку.

– Держи и постарайся ни обо что не стукнуть. В ней бутылка с зельем. Я потом напишу, как его готовить. Флакон найдёшь? Ладно, подождите, спрошу у матери!

Он умчался, а в комнату вошла Луиза.

– Здравствуй, – сказала она Колину. – Хорошо, что ты приехал. А кто этот мальчик? Кажется, я его где-то видела.

– Это пришелец, который путешествовал вместе с Клодом, – ответил Колин. – Его усыновил шевалье Хазе. Он, как и я, маг.

– Меня зовут Кириллом, – поклонился мальчик.

– Расскажешь о вашем путешествии? – спросила девушка. – Да, возьмите эти шапки, а то напечёт головы. Куда делся Крис?

– Я уже здесь! – ворвался в комнату её брат. – Держи флакон.

– Зачем вам духи? – удивилась Луиза.

– Это пустой пузырёк, – объяснил Крис. – Колину он нужен. Так мы едем или нет?

До моря ехали не самой короткой дорогой, из-за того что герцогиня приказала показать детям всё самое красивое, что встретится по дороге. Когда съехали к пляжу, старший над тремя охранниками предложил ехать дальше.

– Там меньше отдыхающих, госпожа, – сказал он Луизе. – И вам будет удобнее, и нам легче обеспечить вам охрану.

– Мы уже ездили на соседний пляж, – сказал Кирилл, – и всё чуть не закончилось дракой. А здесь безопасно.

– Остаёмся здесь, – решила девушка. – Пляж большой, а людей не так и много.

Они сошли с экипажа и выбрали для себя свободное место недалеко от воды. Охранники принесли сладкие булочки и воду в большой бутылке и убрали экипаж к дороге. Все быстро разделись и подошли к воде. Последним сбросил одежду Кирилл, ещё не потерявший остатки стеснительности. Остальные не стеснялись наготы.

– Жаль, что сегодня нет волн! – сказал мальчик. – Купаешься как в ванне.

– Будут волны, – пообещал Колин. – Сначала искупаемся так, а потом я их вам сделаю.

– И как ты их сделаешь? – спросила Луиза, которая от новизны ощущений забыла о своих переживаниях.

– Вызову духов воды, – ответил он, с восхищением глядя на девушку. – Я уже делал так в реке. Только там после них мутная вода, а здесь песок.

Он побежал в воду и, сделав несколько шагов, упал, подняв тучу брызг. Следом за Колином в воду бросился Кирилл.

– Он в тебя втюрился, – сказал Крис сестре. – Видела, как смотрел?

– Толку мне от его любви, – вздохнула девушка. – Он очень славный, но ещё мальчишка!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.