# Моё идеальное превращение

Дороти Шмидт

Джоан никогда не задумывалась над своим предназначением. Даже, когда её похитили и сказали, что оборотни и вампиры не просто вымысел, а суровая реальность, и она может завершить их вечную войну, не поверила. Но рано или поздно кровь, что течёт в её венах, напомнит о себе и заставит сделать выбор.

Глава 1. Заброшенная штольня

– Здесь холодно и сыро, – ныла Одра Бенсон, семеня на полусогнутых вслед за Джонатаном. – Если бы я знала, что здесь будет морозильник, взяла бы кофточку. Я вчера её купила в бутике. Он недавно открылся. Джоан, нам обязательно нужно туда сходить. Я видела те самые твои джинсы с дырявыми коленками. Чёрного цвета – всё, как ты любишь.

От переполняющего восторга Одра хихикнула. Короткое эхо заставило Джонатана остановиться. Его подружка-болтушка, погружённая в свои девичьи мысли, не заметила парня и уткнулась головой в его спину.

– Ой! – воскликнула она. Съёжилась и, недовольная остановкой, повернулась назад, где также, согнувшись и преклонив голову, стояла Джоан. – Почему он не предупредил, что у нас остановка?

– Одра, помолчи, пожалуйста, – прошептал недовольный Джонатан, – хотя бы пару минут. Разве я о многом прошу?

Джонатан резко обернулся и посветил фонариком телефона в лицо Одры. Девушка зажмурилась и хотела взвизгнуть, но Джоан вовремя закрыла ей рот ладонью.

– Спасибо, Джоан, – он кивнул и отвёл свет фонарика в пол, приглушил его яркость ладонью . – Я не хотел этого говорить заранее, – продолжал шептать он, – потому что знаю реакцию Одры и понимаю, что если бы сказал перед входом в штольню, её было бы не вытащить из машины.

Одра сощурила глаза, внимательно смотря на Джонатана, хлопнула подругу по руке. Джоан убрала руку от лица Одры и тоже посмотрела на Джонатана. В сумраке пещеры, можно было определить только очертания трёх фигур, и то, если поднапрячь зрение. Поэтому колкого взгляда Одры никто не заметил.

– Это ещё почему же? – она поставила руки на бока.

– Здесь водятся летучие мыши, – сухо ответил Джонатан. В его голосе не было ни сожаления, ни намёка на злую шутку.

– Гонишь! – воскликнула Одра.

Её голос прошёлся гулким эхом по туннелю, в котором они стояли. Одра испугалась своего голоса и уже сама прижала обе ладони ко рту. Джоан прикрыла глаза от недовольства, наморщила нос и вжала голову в плечи, как будто готовилась к чему-то. Джонатан молчал. Он нажал на кнопку и выключил фонарик.

Свет исчез и вместе с ним силуэты трёх ребят. Когда эхо затихло, в глубине штольни раздался встревоженный писк. А через несколько секунд до ушей незваных посетителей долетели размеренные хлопки. И с каждым мгновением они становились всё ближе.

– Нам нужно присесть, – шептал Джонатан.

Девушки прислушались к нему. Даже Одра не была против такого решения. Она нащупала в темноте руку Джоан и сжала её до хруста в пальцах.

Над ними пролетела летучая мышь. Ребята дождались, когда хлопки кожаных крыльев стихнут, и медленно поднялись с корточек. Джонатан включил фонарик, всё так же прикрывая яркий свет ладонью.

– Никого не задело? – вполголоса спросил он.

– Нет, – прошептала Джоан. – Почему ты не сказал о мышах? Одра же их боится.

– Он смерти моей хочет, – всхлипывая, пропищала Одра. – Или ждёт моего превращения в вампира. Тогда не умоляй меня пощадить тебя. Я выпью всю твою кровь! – в её голосе вновь появилась твёрдость.

Джонатан вздохнул.

– Летучие мыши не превратят тебя в вампира. Укусить могут. Немного попить крови – тоже. Заразить чему-нибудь – да. Но превратить в существо, которое живёт лишь в фантазиях девочек-подростков – никогда. Это же противоестественно!

– Джонатан, – произнесла Джоан, – мы уходим отсюда. Пока не проснулись остальные. Веди нас обратно к выходу.

В голосе Джоан не было порицания или недовольства, но Джонатан сник. Даже в скромном отсвете фонаря девушки видели, как их приятель от досады опустил голову. Он всем своим видом показывал, чтобы его пожалели. Во всяком случае Джоан именно так и подумала.

– Джонатан, – вполголоса пропела Джоан, напоминая вопросительной интонацией, что парень должен исполнить свой долг и вывести девушек из заброшенной штольни.

– Хорошо, – прошептал недовольный Джонатан. – Я только хотел посмотреть на летучих мышей, и вам показать, – он раздвинул пальцы, и свет фонарика стал ярче. – Я хотел вытащить Одру из дома. Она подсела на онлайн—шоппинг и скупила бы за сегодня, наверное, полмагазина.

– А я и скуплю! – Одра топнула ногой. – Только теперь не из-за фанатизма, а чтобы стресс снять. Сейчас там как раз продают поп—ит с твоим лицом, Джонатан. Я не поскуплюсь. Так и знай!

– А ты, Джоан, – он поднял глаза и посмотрел на подругу, – постоянно торчишь в мастерской. Эти глиняные изваяния заменили тебе нас, твоих друзей. А сегодня я собрал нас всех вместе, чтобы поразвлечься, побродить по лесу и прогуляться по штольне. Хотел, чтобы увидели что-то новое, а не занимались бесполезной ерундой.

С минуту над ними висело молчание. В пещере тоже не было ни звука. От продолжительного безмолвия Джонатан занервничал. Он постукивал ногой по влажному деревянному настилу.

– Эта, как ты выразился, ерунда, называется хобби, – поправила его Джоан. – У меня это лепка фигурок из глины. Очень хорошо разрабатывает пальцы. У Одры, – на секунду Джоан смолкла, – признаюсь, занятие бесполезное. И кроме бездумной траты родительских средств больше ничего не приносит.

Одра вновь топнула ногой и хотела уже открыть рот, чтобы высказать своё недовольство, но Джоан вскинула руку и жестом дала понять, что перебивать её не стоит. Одра надулась и отвернулась от друзей, сложила руки в замок. Но краем уха всё же слушала Джоан. Она не могла не прислушаться к голосу старшей подруги, которая не раз спасала деньги семьи Бенсон.

– А тебе, Джонатан, – продолжала Джоан, – было бы неплохо найти интересное увлечение. Если тебе нравится животный мир, так почему бы не стать волонтёром, ветеринаром или просто любителем животных?

– Я же программист, – обиженно ответил Джонатан. – У меня даже кота нет.

– Ну так вот, пора вносить в жизнь коррективы, – Джоан улыбнулась.

– И, может быть, этот котик станет крючком для девушки, которой у тебя нет, – высказалась Одра. – Её и будешь водить сюда, мышей своих показывать.

Джонатан молча вздохнул и осветил фонариком стены и пол заброшенной штольни. Под ногами лежали вкопанные в землю доски. Часть из них уже сгнила, другая – догнивала. Из стен торчали металлические толстые прутья. По краям были навалены камни и поломанные доски с ржавыми гвоздями. Одну такую Джоан отодвинула ногой, чтобы никто на неё не наступил.

Джонатан обошёл девушек и посветил в ту сторону, где был выход. Одра подошла к нему ближе и протянула руку Джоан. Вдруг над их головами послышался раздражённый писк. Все трое замерли. Джонатан посветил на потолок. В небольшом углублении, сжатая в пушистый комочек, спала чёрная мышка. Она зашевелилась. Одра взглянула на неё и в тот же миг завизжала. Попятилась назад, задела Джоан. Джоан уже отступала в сторону, чтобы Одра не отдавила ей ноги, но подруга резко толкнула её. Доска, на которую в потёмках встала Джоан, развалилась и девушка не смогла удержаться на ногах. Лодыжка подвернулась и Джоан повалилась на груду камней у стены. В попытке смягчить падение, она выставила правую руку.

И когда на вскрик подруги Джонатан повернулся и посветил фонариком, было уже поздно что-либо делать. Джоан упала на камни и проткнула ладонь тем самым гвоздём, от которого хотела уберечь их всех. Одра не сразу поняла, что произошло, но когда увидела окровавленную руку с торчащим из неё гвоздём, вскрикнула ещё раз. Джонатан на неё шикнул и девушка снова зажала себе рот обеими руками.

– Джоан, не двигайся, – сказал со знанием дела Джонатан. На его лбу выступила испарина. Ещё несколько минут назад ему казалось, что вся его провинность сводилась к шутке над Одрой и её страху перед летучими мышами. Но теперь его ребячество приняло кровавый оттенок. И ответственность за здоровье, а вместе с тем и жизнь Джоан теперь полностью на его плечах.

– Вот ты и вытащил нас на прогулку, – дрожащим от подступающих слёз голосом произнесла Джоан. – А теперь, пожалуйста, вытащи нас отсюда. Хотя бы живыми.

Глава 2. Незваный гость

Такой стойкости Джонатан ещё не видел. В глазах Джоан стояли слëзы, но она не давала им воли. И причина была не в нём. Одра – самая большая сплетница во всём городе. Если Джоан разревётся от нестерпимой боли, пронизывающей руку, уже сегодня вечером её забросают в социальных сетях сообщениями с сожалением, пожеланиями скорейшего выздоровления и найдутся те, кто позлорадствует. Они вдвоём, Джонатан и Джоан, будут знать, что это дело длинного языка их общей подруги Одры. Но она никогда не признается в этом.

Джоан всхлипнула и тем самым нарушила негласное молчание. Одра поёрзала на сидении. Джонатан посмотрел в зеркало заднего вида и, глядя в отражение девушки, помотал головой.

– Нет, Одра. Ты этого не сделаешь.

– Почему нет? Джоан хочет стать сенсацией! В нашем маленьком городке не происходит ничего интересного. А тут! – она просунула руку с телефоном между передними спинками кресел. – Можно, я сделаю фото? – обратилась она к Джоан.

Та отвернулась, уставилась стеклянными от слёз глазами в окно. Рану ей помог замотать Джонатан своим носовым платком – ничего другого под рукой не было. Ладонь пульсировала, горела. Сквозь синеватую ткань проступала кровь. В голову Джоан пришла внезапная мысль, что если бы она заглянула в сегодняшний гороскоп, то увидела бы там предупреждение: не выходи из дома! Но прислушалась бы она к нему?

– Мы уже приехали, – сказал Джонатан, сворачивая на парковку у больницы.

– Мне обязательно идти с вами? – Одра откинулась на спинку сидения и посмотрела в окно. – Не люблю больницы. И белые халаты меня пугают. Сразу такое чувство, будто сама Смерть дышит мне в затылок.

– Смерти присущи чёрные тона, – поправил её Джонатан. Он вышел из машины, открыл дверцу, чтобы Джоан смогла выйти. И когда Одра хлопнула дверцей, добавил: – К тому же, Джоан нужна твоя поддержка.

Джоан не стала дожидаться друзей и направилась к дверям больницы. Она не слышала их разговора. Всё её внимание было приковано к руке. Боль отдавалась пульсацией в мозгу, и Джоан хотела лишь одного – заглушить её. Ускорив шаг, она первой зашла в здание и прошла на ресепшн. Но, прежде чем открыла рот, к ней подскочил Джонатан и затараторил.

– Моей подруге нужна помощь. У неё проколота ладонь. Ржавым гвоздём. Позовите скорее доктора! – для пущего правдоподобия, он коснулся раненой руки Джоан и показал медрегистратору.

Джоан застонала, одёрнула руку. – Извини.

– Заполните анкету, пожалуйста, – женщина безразлично протянула распечатанный бланк и ручку. – Врач подойдёт к вам.

Джоан, Одра и Джонатан отошли к сидениям в зале ожидания. Джонатан заполнял анкету. Он изредка обращался к Джоан, чтобы уточнить необходимые данные. Джоан только кивала, неохотно посматривая на бланк. Одра внимательно наблюдала за ними.

– Джонатан, откуда ты знаешь страховой номер Джоан и её паспортные данные?

– Брось, Одра, – он усмехнулся. – Мы с Джоан знаем друг друга с детства. Мы, как брат и сестра: всё друг про друга знаем.

– Или, как муж и жена, – захихикала Одра.

Джонатан покраснел и уткнулся в анкету.

– А, к чёрту её! – он разорвал лист и выкинул в рядом стоящую урну. – Нужно будет – ещё заполню.

Одра сидела довольная собой и своим острым длинным язычком.

Джоан не обращала на подругу внимания и мысленно подгоняла врача. Ей не терпелось поскорее избавиться от боли и вернуться домой. Чем она займётся – пока не решила. Всё, что её сейчас волновало – зудящая, ноющая боль.

Врач подошёл к ним спустя пять минут после прибытия троих друзей в больницу. Но для Джоан прошла целая вечность.

– Добрый день, – прозвенел позади них голос.

Джонатан представил несколько маленьких колокольчиков, звенящих друг за другом. Воображение Одры рисовало бархатный покров травы и бусинки прохладной росы на ней. Лёгкий ветерок заставлял капли катиться, едва касаясь друг друга. И это касание создавало невесомый звон. Только Джоан ничего не представляла. Перед её внутренним взором стояла темнота и силуэт мужчины недурной внешности в белом халате.

Врач обошёл троицу. Джоан посмотрела на него. Это был высокий худощавый мужчина. Волосы отдавали синевой – настолько черны они были. Влажные от геля и аккуратно уложены расчёской с тонкими зубьями. Таких мужчин Джоан считала жеманными. В их поведении, как и во внешности была наигранность. И если бы он был театралом, её бы это не смутило.

– Кто из вас мой пациент? – радушно спросил он и улыбнулся во все тридцать два начищенных до блеска зуба. – О! – воскликнул он и указал на Джоан. – Это вы – девушка с окровавленной рукой. Пройдёмте в приёмную, – он протянул руки к Джоан.

– Клод Тёрнер, – прищурившись, Одра прочитала имя с бейджа на воротнике халата.

– Мисс, должен вам признаться: у вас отличное зрение, – Клод посмотрел на Одру и подмигнул.

Щёки девушки покрыл румянец. Она протянула руки к волосам и сделала вид, что поправляет отсутствующую причёску. Однако жидкий белый хвостик так и остался лежать нетронутым на её плече.

– Ваша пациентка, – встрял Джонатан, – Джоан Маккинли. Она проколола ладонь. Гвоздём. Выпишите ей обезболивающее.

– Молодой человек, вы кем приходитесь пациентке? Братом?

Джонатан призадумался, помотал головой.

– Хм, а почему у вас имена похожие?

Джонатан повернулся к Одре. Он на долю секунды потерял самообладание. Мысли спутались. Он смотрел в глаза девушки и видел ту же самую путаницу. Разум как будто затуманен. У обоих. И когда Джонатан очнулся, Клода уже не было, а они втроём сидели в машине.

Одра о чём-то щебетала с Джоан, ладонь которой была забинтована. В салоне пахло лекарством.

– Джоан, с тобой всё хорошо? – Джонатан посмотрел на подругу.

Та улыбалась и чувствовала себя даже очень хорошо. Кивнула.

– Мне дали обезболивающее. Обработали рану. Мне казалось, что я вам это уже рассказывала. Ты чем слушал, Джонатан?

– Да, чем ты слушал? – подключилась Одра. – Наверное, и о Клоде рассказ пропустил. Джоан сказала, что мистер Тёрнер не похож на других врачей. Он обращается с пациентами очень мягко. Чувствует ответственность за их здоровье и жизни. А ещё,у него руки холодные. Странно, да? У врача, к тому же мужчины, холодные руки!

– Но за один его взгляд ты готова простить такую нелепость, – предположила Джоан.

Одра закусила нижнюю губу.

– Ещё бы! Ты сама слышала его бархатный голос. Эх, почему же меня не укусила летучая мышь?! Я бы не отказалась от скорой помощи Клода Тёрнера.

Девушки рассмеялись, и только Джонатан оставался в напряжении. Но не знал, как объяснить его для себя.

Через несколько минут они подъехали к дому семьи Бенсон и высадили Одру. Девушка долго прощалась с ними, не забывая упомянуть отвратительную прогулку по штольне и виновность Джонатана в том, что он лишил Джоан возможности заниматься лепкой. Он не обратил внимание на её слова и даже не попрощался.

Сморщенный, как залежавшийся помидор, Джонатан поехал к дому Джоан. Девушка сидела рядом, рассматривая повязку на руке. Они ехали молча, каждый в своих думах. Только когда оба вышли из машины, заговорили.

– Спасибо за познавательную экскурсию в штольню, – Джоан улыбнулась и помахала забинтованной рукой.

– Я побуду с тобой, – ответил ей Джонатан. – Хочу убедиться, что у тебя и правда всё хорошо.

– Возражения не принимаются?

Джонатан помотал головой.

Вечер они провели в компании пиццы и комедии. Много смеялись и разговаривали. К девяти часам вечера Джоан сморил сон. Джонатан убедился, что с подругой всё в порядке и, когда она улеглась в постель, уже собирался ехать домой.

Но тут в дверь позвонили. Джонатан взглянул на настенные часы. Кто мог прийти в такой поздний час? Джонатан посмотрел в глазок. На пороге стоял высокий худощавый мужчина – Клод Тёрнер.

– А ему—то здесь, что надо? – проговорил себе под нос Джонатан и открыл дверь.

– Добрый вечер. Надеюсь, для вас он тоже добрый, – начал издалека Клод. – Я пришёл справиться о здоровье Джоан. И заодно передать ей обезболивающие, которые она забыла на моём столе, – он протянул пластинку с белыми таблетками.

Джонатан взял таблетки, кивнул в знак благодарности.

– У неё всё хорошо. Легла спать.

– А вы уже собираетесь уходить? – поинтересовался Клод и вновь улыбнулся, выставив напоказ кристально-белые зубы.

Джонатан вновь представил колокольчики, висящие на тонкой ниточке. Они, под дуновением лёгкого ветерка, соприкасались друг с другом и до ушей Джонатана доносилась перезвончатая трель. И прежде, чем этот звук завладел сознанием, Джонатан встряхнул головой, да так, что чёлка на глаза упала.

– Нет, я никуда не ухожу. А вам, мистер, – он покопался в памяти, отыскивая в файлах информацию о докторе, – Тёрнер, посоветовал бы идти домой. Район у нас здесь неспокойный.

Клод сомкнул губы и, кажется, ещё больше побелел. А Джонатан продолжил:

– Спасибо за таблетки. И до свидания, доктор Клод Тёрнер, – он захлопнул дверь и повернул защёлку.

Эту ночь Джонатан решил провести в доме подруги. Она не будет против, а ему ничего не стоило лечь на диване в гостиной. Но сначала он избавится от таблеток.

Глава 3. Похищение

На следующий день Джоан была приятно удивлена, когда прошла в гостиную и увидела Джонатана, на диване.

О визите доктора Тëрнера он ей не сказал. Но всё-таки спросил:

– Тот доктор, Клод Тëрнер, не говорил, что зайдëт к тебе?

Джоан вздрогнула, когда услышала это имя, но решила не подавать вида, что расслышала вопрос. Прошла на кухню, достала из холодильника ведëрко жареных крылышек. Поставила его на стол.

– Будешь? – она взяла верхнее крыло, протянула другу.

Тот помотал головой.

– Я по утрам кашу ем или мюсли с соком. А ты собралась есть мясо, да ещё холодным? – спросил он, когда увидел, что Джоан впилась нечищенными зубами в жëсткую и уже не сочную плоть.

Подруга смотрела на него, жевала мясо и молчала, как будто тем самым отвечала ему. Шумно проглотила и посмотрела на раненую ладонь. Её взгляд стал впечатлëнным, словно она увидела не свою руку, а чек на полтора миллиарда. Джоан сжимала и разжимала пальцы. С каждой новой попыткой она улыбалась всё шире.

– Что такое? – забеспокоился Джонатан. – Рука болит?

Он подался вперёд, но Джоан протянула к нему ладонь.

– В том-то и дело, она не болит. Даже не пульсирует. Потрогай. Понажимай. Согни пальцы.

Джонатан подозрительно смотрел на подругу, но коснулся её руки. Его пальцы обдало неестественным жаром.

– Да ты вся горишь! – воскликнула он и прижал свою ладонь ко лбу Джоан.

Она отстранилась.

– Со мной всё хорошо, Джонатан. Нет у меня температуры. Рука заживает и я этому рада. А ты, как вижу, не очень. Сам виноват в произошедшем! – она повысила голос. – Может, мне взыскать с тебя компенсацию за моральный ущерб?

Джоан надвигалась на парня, как акула на зазевавшегося пловца. Джонатану показалось, что даже воздух вокруг них зарядился электричеством.

– Я пойду, – сглотнув подкатывающий к горлу ком, пролепетал Джонатан. – Позвони, как придëшь в себя.

С этими словами он выскочил из дома, не дожидаясь ответа. Уже в машине вспомнил о таблетках, которые смыл ночью в унитаз. Может, они снимали приступ агрессии или вовсе не доводили до него. А доктор Тëрнер – просто доктор, который заботится о своих пациентах. А он, Джонатан, дурак, потому что почувствовал жгучий укол ревности к человеку, который, возможно, даже ничего и не чувствует к нему.

Джоан тем временем опустошила ведëрко жареных крылышек. Она обглодала каждую косточку. И всё равно чувствовала голод. О Джонатане она и вовсе забыла. Вновь полезла в холодильник, но ничего съестного там не нашла. А вот в морозилке было мясо.

Джоан достала сковороду, налила масло и бросила замороженный стейк. Накрыла крышкой, поставила на плиту и стала ждать. Чтобы скоротать время, она развязала бинт и охнула. Дырка, в которую тот странный доктор выдавливал заживляющую мазь, исчезла. Не осталось и намëка на рану.

Вертеть рукой и осматривать ладонь с каждой стороны было глупо, но Джоан делала это, не переставая удивляться. Когда она насмотрелась и натрогалась вдоволь, решила позвонить Джонатану и рассказать о зажившей ране, но тут вспомнила недавнюю ссору. Нет, ему она пока звонить не будет. А вот сплетнице-Одре она обо всём расскажет.

Подруга примчалась уже через пятнадцать минут. Со знанием медика, осмотрела ладонь. Понажимала, поковыряла, посмотрела на просвет, но ничего подозрительного не нашла.

– Это до невозможности скучно! – вынесла она свой вердикт. – Я думала, что у тебя крылья за спиной появились или, хотя бы, рука почернела.

В голосе Одры проскальзывала обида.

– Я думала, что моя подруга стала вампиром и решила посвятить меня в тайные знания.

Джоан засмеялась, а потом приобняла Одру.

– Вампиры не существуют. Ты снова пересмотрела сериалы.

– Ничего подобного, – она смахнула белокурый локон с плеча. – По-твоему красивая внешность у людей откуда? Только ли генетика в этом замешана? Ой ли! – она сложила руки в замок и отвернулась.

Джоан в этот раз прыснула со смеха.

– А ты что, считаешь меня красивой? – спросила Джоан и снова потянулась, чтобы обнять Одру.

Та отмахнулась.

– Нет же, дурочка! Я про того красавца из больницы, который тебя осматривал.

Джоан закатила глаза. Когда речь заходила о молодых людях, Одра могла бесконечно трещать об их внешности. Ей нравились смазливые мальчики. Прилизанные волосы, дорогие костюмы, обходительный тон. Клод Тёрнер был одним из таких. Поэтому Одра и запала на него.

Но стоило Джоан вспомнить его прилизанные чёрные волосы, как её начинало тошнить. Острые скулы, бледная кожа, холодные длинные пальцы. Сходство с вампиром в нём всё-таки было. И на этом оно заканчивалось. Что не могло не радовать Джоан.

Одра согласилась остаться на обед, но быстро ретировалась, когда увидела, что Джоан подаёт мясо. Подруга не держала на неё обиду, за то что та ест животных. Но не знала,что и думать, когда Джоан забыла: Одра веган.

Джоан не придала этому значения. Она проводила подругу, села за стол и придвинула большую тарелку с кровавым стейком. Джоан впервые ела, как зверь. Столовых приборов она не взяла. Ела руками. И всё не могла насытиться.

После обеда Джоан спустилась к себе в мастерскую. Та находилась в подвале. Минут через двадцать она пожалела, что ела без хлеба. Голод вновь дал о себе знать. Джоан сопротивлялась, как могла. Мяса в доме больше не было, а ей его, ой как хотелось. От мыслей о еде её спас звонок. Это был Джонатан.

– Мне звонила Одра, – сказал он. – Я приеду к тебе и мы поговорим.

– Хорошо, – ответила Джоан. – Только, будь добр, заедь в магазин и купи мясо. Или жареных крылышек. Да, крылышки предпочтительнее.

Последнее предложение Джоан произнесла с жадностью и голодом. Прежде Джонатану не приходилось слышать такого голоса. Он не испугал его, но озадачил. Что происходит с его подругой?


Джонатан приехал только вечером. Джоан встретила его гневным взглядом.

– Почему так долго? – спросила она. – Я есть хочу. Дай сюда! – Джоан вырвала из рук Джонатана ведёрко с жареными крылышками. Прошла в гостиную, села на диван и принялась уплетать за обе щеки.

Пока Джонатан разувался, слышал, как хрустит панировка на зубах его подруги. Что-то происходило с ней. И рука. Рука была не забинтована. Джонатан прошёл в гостиную, сел рядом с Джоан.

– У тебя всё хорошо? Одра рассказала…

– Отфа фасскафала, Отфа фокафала, – передразнивала его с набитым ртом Джоан. – Не ферь ей.

– Вы с ней поссорились? – не унимался он.

Теперь Джоан смотрела на него не такими плотоядными глазами. Она насытилась. Пусть и ненадолго.

Джоан, после того как прожевала несколько кусочков, рассказала Джонатану о их разговоре с Одрой. И не забыла упомянуть, что та не осталась на обед.

Джонатан не думал, что отказ Одры есть мясо, так задел Джоан. Она и не расстраивалась. Но и вела себя странно. Не так, как обычно.

– Что с твоей рукой? – спросил Джонатан и кивнул на ладонь.

Джоан посмотрела на свою руку, потом озадаченно взглянула на Джонатана.

– А что с ней не так?

– Почему ты сняла повязку? Разве доктор уже разрешил? Тебе же её только вчера забинтовали.

Он потянулся к её руке, чтобы посмотреть. Джоан отстранилась. Она не хотела показывать ладонь. Он обязательно скажет что-нибудь не то. Снова заговорит о врачах. Предложит ей съездить в больницу. Он слишком озабочен её здоровьем.

– Рана затянулась. Мне больше не нужна повязка.

Какое-то время Джоан мялась. Но потом протянула ладонь.

– Смотри!

Джонатан посмотрел. И не увидел ничего странного. Обычная ладонь здорового человека.

– Не может быть, – выдохнул он. В его голосе не было ни удивления, ни ужаса, ни радости.

Он коснулся ладони, но не почувствовал жара. Если температура была, то она уже спала.

– Рана была глубокая, а времени слишком мало, чтобы она затянулась. Вы с Одрой, наверное, меня разыгрываете. Это очередное чудо-средство, которое она выписывает из интернета. Она же была у тебя сегодня. Вот и намазала руку какой-то дрянью.

Джонатан хлопнул себя по лбу.

– Вы те ещё прохвостки, – добавил он после паузы.

У него отлегло от сердца. Сейчас Джоан рассмеётся в голос, обнимет его и поцелует в щёку. Назовёт глупым или умным, в зависимости от настроения. Потом сходит в ванную, смоет крем, или что это у неё на ладони. Выйдет и покажет рану. И пусть сегодня не первое апреля, он всё равно будет кататься по полу, схватившись за живот.

Но Джоан не спешила его обнимать и целовать. Она не бежала в ванную. Сидела и смотрела на друга серьёзным, неодобрительным взглядом.


Джонатан остался допоздна. Он не отходил далеко от подруги. Даже отказался ужинать. Хотел уже сам ехать в больницу и лично встретиться с тем доктором. Но решил, что сделает это утром. Он не перечил Джоан. Слушал её недовольство Одрой. И впервые, за всё время их дружбы, он увидел, как ему показалось, настоящую Джоан.

И был благодарен ей за то, что к нему у неё не было претензий. Погруженный в свои мысли, он не давал повода Джоан быть им недовольной. Он приехал к ней поговорить. И они говорили. О погоде, фильмах и книгах. Глиняных фигурках Джоан. Оба уклонились от разговоров о будущем.

И чтобы не щекотать друг другу нервы, решили посмотреть сериал.

Они засиделись допоздна. Джоан уснула на плече Джонатана. Переполненный тëплыми чувствами, он отнëс Джоан в комнату. В эту звëздную ночь он решил снова остаться у неё дома.

А наутро признается ей в своих чувствах. Ведь он давно уже хотел это сделать. И злополучный поход в штольню планировался им, как свидание. Джонатан хотел завести Джоан в один из проходов и там рассказать ей о своей любви. Одра была приглашена для отвода глаз и нелицеприятных подозрений. Третий вовсе не лишний. Он отвлекает внимание, когда нужно сделать сюрприз.

Джонатан спустился вниз. Подошёл к входной двери. Пару раз повернул ключ в замке. Повесил цепочку. Джоан всегда закрывалась на ночь, он знал это. Сам делал также. И когда собрался подняться наверх, услышал звук разбившегося стекла и грохот. Несколько секунд Джонатан стоял неподвижно. Вслушивался в звуки. Но вскоре сдвинулся с места, и вбежал на второй этаж.

Из комнаты Джоан тянуло прохладой. Было темно. Джонатан не успел нащупать включатель, как заметил у окна фигуру. Большая, нечеловеческого роста, головой упиралась в потолок. В ночном свете Джонатану показалось, что на незнакомце, кем бы или чем он ни был, надета шуба. Слишком волосатым и объëмным он казался. А на его руках была Джоан. Это Джонатан заметил не сразу. Только когда его глаза немного привыкли к темноте.

– Отпусти её, – едва слышно проговорил Джонатан и переступил порог. Поджилки тряслись, но он должен был что-то сделать.

В ответ на это незнакомец зарычал. Заостренные уши выделялись на фоне разбитого окна, освещались лунным светом.

Когда незнакомец вылезал из окна, держа на руках девушку, Джонатан сам себе не поверил, что увидел монстра. С ушами, хвостом, лапами и страшной мордой. Это всё ему привиделось. Не иначе. А сломанное окно, разбитое стекло – всего лишь ограбление. Проникновение со взломом. Вот только деньги и документы остались на месте. Все материальные ценности нетронуты. Украли только человека. Его любимого человека.

Глава 4. В лесу

Джоан проснулась не в своей комнате. Это она поняла в первые секунды пробуждения. Кровать скрипела. Слишком мягкий матрац. И подушка пахла прелостью. Джоан вскочила с постели, опустила босые ноги на холодный деревянный пол. Вздрогнула. Обхватила себя руками и осмотрелась.

В светлой комнатке не было ничего лишнего: кровать, стол, три стула, допотопная походная печь, дрова. Джоан будто в сказке оказалась. Сейчас дверь откроется и на пороге появится большой медведь. Ведь именно он её сюда и принёс. Так снилось Джоан.

Она сидела, смотрела на исцарапанную дверь и надеялась, что это всё сон. Не будет никакого медведя. Сейчас она встанет, откроет дверь и проснётся. Джоан так и поступила. Она встала с кровати. Растирая озябшие руки и плечи, подошла к двери. Холод не казался сном. Он пробирал до костей.

У двери Джоан прислушалась. Возня, едва слышное кряхтение, звон металла, шелест листвы. За дверью кто-то был. Не медведь ли?

Джоан помотала головой, избавляясь от наваждения, но оно так и не прошло. Сон. Это сон, от которого она обязательно проснётся. А что, если…

Она помнила, что вечер провела с Джонатоном. Они разговаривали, смотрели сериал и она уснула. Уснула в своей гостиной. В тепле, рядом со знакомым, почти близким ей человеком. Неужели это всё подстроил он, Джонатан. Крепким сном Джоан не отличалась, а это значит, друг напоил её снотворным. Или какой-то другой гадостью. Может, Одра с ним в сговоре. А она вполне себе может придумать и реализовать задуманное. У неё для этого есть всё.

Джоан закипала от злости. Утренняя прохлада уже не гоняла мурашки по её телу. Спальные шорты и тонкая майка, которые ещё минуту назад не спасали от холода, были готовы воспылать на теле, как промасленный факел.

Она толкнула дверь от себя, вышла… в лес. Всё вокруг было зелено. Ветхий домик стоял на поляне со всех сторон окружëнный хвойными деревьями. Рядом с домом стояла видавшие виды машина, и в ней копался человек.

– Эй, – окликнула его Джоан. – Кто ты?

Незнакомец поднял руки, попятился, вынул голову из-под капота и медленно повернулся. На вид юноше можно было дать лет семнадцать. Но телосложение у него тянуло на все двадцать пять. Джинсовые шорты заляпаны сажей, машинным маслом и грязью. Джоан удивилась, что так ярко воспринимает запах. На поясе парня висела промасленная тряпка. Волосы взъерошены, лицо, тело и руки также вымазаны в мазуте.

– Меня Мэттом звать, – робко ответил. – Это не я сделал. Это всё он, – Мэтт указал на реку, что текла в отдалении.

Джоан посмотрела туда. Безмятежная река текла вдоль берега. И никого кроме них не было видно. Джоан снова посмотрела на Мэтта.

– Здесь никого нет. На кого ты указываешь? Скажи, где я нахожусь?

Мэтт бросил короткий взгляд за плечо девушки. Джоан этого не заметила, потому что вся обратилась в слух. Именно в этот момент она почувствовала, как шелест листвы на деревьях навязчиво, словно муха, лезет к ней в голову. Как-будто проводят наждачной бумагой по дереву. Джоан поморщилась, коснулась пальцами переносицы. Шуршание, что было в её голове, раздражало нервы.

– Ты в надежном месте, – раздалось сзади.

Джоан повернулась и увидела перед собой старичка. Маленький рост, сгорбленная спина – всё в нём указывало на персонажа из детских сказок. Может быть, он добрый волшебник, который поможет ей вернуться домой? Джоан мало в это верила, но отбрасывать версию не стала.

– То есть «в надëжном»? – переспросила она. – Вы кто?

Старик прокашлялся и попытался выпрямиться. Он коснулся спины рукой, подался назад. Закрыл глаза, поморщился. Попытка выглядеть статно давалось ему с трудом.

– Отец, – к нему подошёл Мэтт. Приобнял старика за плечи и посмотрел на Джоан. – Ему совсем плохо. Не донимай его вопросами.

Старик поднял дряхлую руку, пригрозил указательным пальцем.

– Нет, сынок, она всё верно делает. Помоги мне сесть и тогда я расскажу ей обо всём. Обо всём, что ей нужно знать.

Мэтт помог старику сесть на скамейку. Сам далеко не отходил от него. Парень заметно нервничал, дёргал ногой. И время от времени посматривал в сторону реки.

Джоан молчала. Она не знала как вести себя. Что это на самом деле: похищение или розыгрыш? Стоило послушать бредни старика.

– Продолжайте, – сказала она.

– Я не привык разговаривать с человеческими женщинами, – начал он.

– Она тебя не понимает.

Старик махнул рукой в сторону Мэтта. Тот махнул на него в ответ и отошёл к машине.

– Так даже лучше. Рано ему ещё это знать. Да и тебе, милочка, стоит присесть.

Джоан сама не поняла, как повиновалась. Подошла и села рядом на скамейку.

– Не знаю и даже не представляю, о чём вы говорите. Но мне нужно выбраться отсюда. Если вы не хотите, чтобы я обратилась в полицию, тогда помогите мне.

Старик молчал. Он жевал нижнюю губу, смотрел себе под ноги.

Джоан тоже молчала. Ждала, когда старик заговорит.

– У меня есть старший сын. Брат Мэтта, Лорин, – вдруг заговорил. – Он не совсем человек. По крайней мере, в привычном для тебя понимании. И у него проблемы с дисциплиной.

Когда старик произнес последнее слово, он оторвал взгляд от земли и посмотрел в сторону реки. Джоан, которая не понимала, что происходит, посмотрела туда же.

Из реки вышел человек. Высокий, крепко сложенный и мокрый. Джоан готова была поспорить, что видит капельки воды, стекающие по его накаченной груди. Если бы здесь была Одра, она бы визжала от восторга. И уж точно не упустила такого мачо.

Мужчина шёл к ним. Босой. Мокрый. Голый. Он не стеснялся своего вида. Шёл, широко улыбаясь. Склонился чуть вперёд и помотал головой, как это делают собаки. Капельки воды разлетались с его волос во все стороны.

Джоан покраснела. Кровь прильнула к её щекам. Она опустила взгляд.

– И с воспитанием, – добавил старик. – Лорин, – крикнул он, – почему ты не оделся?

Лорин подскочил к своему брату, потрепал его по волосам, взглянул на отца. Улыбка так и не сходила с его лица. Открытая, доброжелательная и опасная.

– Я у себя дома, отец. И если это, – он кивнул в сторону девушки, – та, о которой ты мне говорил, пусть привыкает.

Лорин посмотрел на Мэтта.

– Есть, что пожрать?

– Лорин, – повысил голос старик.

Власть в его голосе заставила Джоан поднять голову и посмотреть на мужчину. Улыбка сошла с его лица.

– Я не намерен больше это слушать, – Лорин старался говорить ровно, но его ноздри раздувались при каждом вдохе. – Рассказывай свои сказки ей или Мэтту. Может быть, кто—то из них поверит тебе.

– Лорин, – повторил старик. – Если бы это не касалось твоей жизни, жизни твоего брата и вашего будущего, я бы палец о палец не ударил. Не будь я Альфой. Но ты мой наследник, Лорин. И должен, в скором времени, занять моё место. И будет лучше, если ты выберешь истинный путь.

Джоан по-прежнему сидела молча, не понимала, что происходит. Перед её глазами разыгрался целый спектакль. Неужели её друзья так подзапарились, что наняли настоящих актёров. И всё ради чего?

Мэтт стоял не менее обескураженный услышанным. С открытым ртом, пока на него не посмотрел старик.

– Иди, прогуляйся, Мэтт. Тебе не нужно это слышать.

Мэтт повиновался. Он бросил тряпку и убежал в лес. По его недовольному лицу Джоан поняла: отец не допускает его к серьезным разговорам. Считает маленьким.

Когда тот скрылся из вида, Джоан посмотрела сначала на Лорина, потом на старика. Она хотела задать ему вопрос, но язык не поворачивался. Внутреннее предчувствие говорило ей молчать.

– Я всё уже решил, – твёрдо сказал Лорин. – Мой план надëжен. И ты останешься в живых.

Старик усмехнулся.

– И много я, по-твоему, проживу?

На пару секунд повисла тишина. Лорин бросил недоверчивый взгляд на Джоан.

– Ты зря теряешь время, отец, – произнёс тихо Лорин и ушëл в дом. Он хлопнул дверью.

Старик тяжело вздохнул, приложил ладонь к левой груди.

– Да, долго мне не прожить. А вот, что касается тебя, – он повернулся к Джоан. Закивал. Но продолжения она от него не услышала.

– Что здесь происходит? – рискнула спросить она. – Как я оказалась в лесу и зачем? Я в растерянности. У меня при себе ничего нет. Даже полицию не могу вызвать.

Джоан чувствовала, как дрожат её пальцы. Ещё немного и начнётся истерика.

– Вампиры и оборотни существуют. Твоя подруга была права.

– Одра? А вы откуда её знаете?

– Быть Альфой, значит знать обо всём, что происходит в пределах города. По крайней мере на той земле, которую охраняешь.

Джоан начала понимать, что всё это неспроста. Здесь действительно поработали её друзья. В особенности Одра.

– Подождите, – усмехнувшись, сказала Джоан. – Вы хотите сказать, что люди могут обращаться в летучих мышей или волков? А вы являетесь тем самым владыкой оборотней?

Старик хрипло засмеялся.

– Если бы я был владыкой оборотней, я бы давно истребил всех этих кровососов. Избавил своих сородичей, от скверной участи – каждое полнолуние обращаться в оборотней. Не все это переносят.

Джоан встала, посмотрела на старика. Её взгляд был решительным.

– Скажите правду. Вас наняли мои друзья? Одра?

Старик молчал. Его сосредоточенный взгляд следил за каждым её движением.

Дверь приоткрылась, в проёме показалась голова Лорина.

– Я же тебе говорил, ты зря тратишь время. Она всё равно не верит. И, к тому же, она – человек.

– Подожди, сынок. Вот, когда в тебе заговорит луна, ты будешь думать уже по-другому.

Лорин усмехнулся, юркнул в дом и притворил за собой дверь.

Джоан и вовсе потерялась. Она не знала, что и думать.

– Скажите мне, как выбраться из леса. Я вернусь домой и постараюсь забыть обо всём этом. Я даже не буду сообщать в полицию, что меня похищали. Если, конечно, Джонатан этого ещё не сделал.

– От судьбы не уйдëшь, Джоан, – сочувственно произнес старик. – Мы не выбирали такую жизнь. Природа сама распределила роли. Ты никогда не была человеком, Джоан. Если бы не Лорин, который забрал тебя из дома, ты бы никогда не узнала, кто ты есть на самом деле. Твоя рука, – старик показал на ладонь.

Джоан посмотрела на неё.

– От раны не осталось и следа? О чём ты подумала?

– Это абсурд. Я не могу быть оборотнем.

– А кто сказал, что ты оборотень?

Джоан застали врасплох, а она этого даже не заметила. Стояла с открытым ртом, не зная, что сказать.

– Эта информация находится в твоей голове. Всегда там находилась, – старик постучал указательным пальцем по своей голове.

– Я не вампир.

Старик одобрительно кивнул.

– Да, ты их не любишь. Из-за холодных рук, – пояснил старик. – Твоя ладонь зажила так быстро из-за повышенной регенерации. Ты одна из нас, Джоан. Как бы ты этого не отрицала.

Глава 5. План Лорина

Разговор отца с пустышкой-Джоан не нравился Лорину. Ему вообще не нравились человеческие женщины. От них не пахло самкой. И внешне они были друг на друга похожи. А Лорину хотелось обладать идеальной волчицей. Или медведицей, на худой конец. В его стае не было подходящих кандидаток. И он рассчитывал найти себе самочку в чужой стае. Правила оборотней этого не запрещали.

«Его стая…» Как это выражение волновало. Оно щекотало слух, когда он шептал его, смотря в отражение на водной глади. Каждую ночь Лорину снилась большая стая. Волчья стая.

Но до претворения снов в жизнь было ещё далеко. Отдавать статус Альфы в племени оборотней не принято. Любой, кто хочет занять место вожака, должен вызвать действующего Альфу на дуэль. И если во время схватки смельчак убивает его, то с этого момента становится главой всей стаи, каких бы размеров она не была.

Но есть и другой способ получить заветный статус – добровольно отказаться и передать его другому члену стаи. Но даже у такого безобидного решения есть последствия. Бывший Альфа становится изгоем. Его честь опозорена, а сам он подвергается гонению. И только старикам разрешается остаться под защитой нового вожака.

– Омега долго не протянет, – услышал Лорин слова отца.

Старик верил, что у его старшего сына, Лорина, поднимется рука. Что он сможет взять то, что принадлежит ему по праву. Но мягкотелость и упёртость в своих убеждениях, ставили обоих в тупик. И нет бы, решить этот вопрос через здравый смысл. Так ведь отец сделал всё по-своему – нашёл козла отпущения в виде глупой девчонки, которая получила силу, о которой не мечтала и даже не знает о ней.

Лорин похитил Джоан. На свою голову послушал маразматика—отца и сделал так, как тот сказал. Не напрасно ли?

– Мне твои планы неведомы, – произнёс он вполголоса, натягивая спортивные штаны. Забрал ещё влажные, волнистые волосы в хвост. Стянул их резинкой. Встал у двери и прислушался.

– Ты можешь идти, Джоан, – сказал Альфа. – Но я хочу, чтобы ты помнила одно: никаких контактов с близкими тебе людьми. Общаясь с ними ты подвергаешь опасности не только себя или их, но и всех оборотней в этом лесу. Нас, конечно, много, но не настолько, чтобы тягаться с вампирами. Помни это, Джоан.

Джоан молчала. Лорин впервые видел такую молчаливую человеческую девушку. Нет, он не собирается мириться с тем, что она – оборотень. Слишком слабая, а это значит, что не переживёт обращение. И кто бы что ни говорил насчёт того, что женщины выносливее и живучее мужчин. В его роду-племени все без исключения были такими. А Джоан – всего—лишь теоретическое допущение и на практике существовать не может.

Но отец в упор смотрит и не видит, что Джоан – неподходящая для Лорина пара. Он – будущий Альфа, вожак стаи. Это лишь вопрос времени. А она навсегда останется человеком. Должна остаться, если хочет жить. Или умрёт, если старик прав, и в её венах течёт кровь оборотня.

И снова мысли приводили его к насущной проблеме: отец не хочет поступать правильно. А ведь Лорин долго вынашивал план по обретению статуса альфы, избегая смерти отца.

Лорин был жадным до крови. В схватках с другими волками или их вечными противниками – вампирами, он показывал заразительный пример. Сражался, как чёрт, окружённый архангелами. И вырывал победу зубами.

На него заглядывались молодые волчицы. Но у каждой из них уже был свой волк. И оступиться, опорочить свою честь, как это делают люди – не могли. А те, кто всё же решается попытать счастье на стороне, уподобившись человеку, отправляются в изгнание. Становятся одиночками, без прощения и возвращения в стаю. Таков закон их природы.

Лорин смотрел на местных волчиц, заглядывался даже на медведицу, но ждал лишь одну. Ту, которая будет верной ему до конца. И пойдёт за ним даже в изгнание.

Но прежде, чем она появится, Лорину нужно подготовиться. И для начала – стать Альфой.

Забрать своё по-праву он мог лишь силой. Убив отца на глазах всей общины, он получит заветную власть, которую хотят обрести многие. Цена была слишком высокой даже для такого могучего и кровожадного волка, как Лорин.

Но кроме него был ещё один волк. Его соперник. Не менее храбрый и подающий большие надежды волчонок. Да, он был слишком юн для вожака. Но его отец, тренер волков-охотников, был достаточно опытным и мудрым оборотнем. Сам Альфа прислушивался к нему. И это не нравилось Лорину.

Бракк, а так звали молодого оборотня, посягающего на место вожака, уступал Лорину в сообразительности. Тот хотел избежать смерти старика. Не раз просил его добровольно оставить место Альфы. Тем самым он позволит молодым посостязаться за право стать новым вожаком.

Старик отказывал ему в этом. Пытался убедить, что всё это жалкие попытки избежать непреложный закон оборотней.

– Сын Альфы обязан отнять жизнь своего отца, чтобы законно править стаей, – не раз говорил ему отец. – Только тогда ты станешь Альфой.

Глава 6. Внезапная встреча

Мэтт по просьбе отца доставил Джоан домой. Девушка всю дорогу сидела в прострации. Где она была? Что слышала? И с кем разговаривала? Даже парень за рулëм казался ей ненастоящим.

– Это же чушь собачья, – сказала она, когда машина остановилась на подъездной дорожке.

– Что именно? – спросил Мэтт.

Он нервничал. Держал руки на руле даже после остановки.

Джоан повернулась к нему.

– Да всё это, – она обвела руками вокруг себя.

– Ты про мир вокруг? – Мэтт усмехнулся, явно довольный своими мыслями. – Я всегда это знал. Мир свихнулся.

Он засмеялся, но напряжëнных рук с руля не снял.

– Я не про это, – ответила серьëзно Джоан. – Я про оборотней и вампиров. Их, – она вдруг прикусила язык, смотря на Мэтта, – вас не существует.

– Ну-у, – протянул он, – оборотни-то есть. Иначе, что за страшное чудовище сделало это?

Мэтт кивнул в сторону разбитого окна на втором этаже.

Джоан посмотрела туда и шумно сглотнула.

– Почему нет полиции? Это же явное ограбление! – Джоан встрепенулась, выскочила из машины. Она и забыла о недавнем собеседнике. А когда повернулась, ни Мэтта, ни его машины уже не было.

Из дома вышел Джонатан.

– Джоан! – воскликнул он. Подбежал к девушке и крепко обнял. – Что с тобой произошло? Кто это был, тот верзила? Он был в костюме!

Джоан смотрела на подъездную дорожку, где только что стояла машина. Потом обратила внимание на Джонатана.

– Ты это о чём? – спросила она, отталкивая друга. Её взгляд то и дело метался в сторону окна.

– Как о чём? Тебя ночью кто-то утащил из постели! И этот «кто-то» был очень большим, – Джонатан прильнул губами к уху девушки. – Мне даже показалось, – шептал он, – что тот верзила был покрыт шерстью.

– Шерстью?! – Джоан отпрянула от него.

– Может, это была шуба или мне только показалось. Было темно, ясно?! – возмутился Джонатан. – Я до смерти перепугался. К тебе в дом ворвалось чудовище. Может, маньяк. Меня всего пробрало. Я с места не мог двинуться. Поэтому не смотри на меня так.

Джоан стояла перед парнем и её губы расплывались в широкой улыбке.

– Чудовище-маньяк. Серьëзно? – она уже хохотала. – Ничего оригинальнее не придумал? И вообще, – в мгновение она приняла строгий вид, – что ты делал в моём доме ночью? Почему ты не ушёл?

– Я… Я волновался. С тобой что-то происходит. Одра сказала…

– Всё, Джонатан, – она провела перед собой рукой – обозначила границу. – Со мной всё хорошо. Так что можешь идти к себе домой. И вечером не приходи. И не слушай Одру. Она – дура.

Джоан направилась к дому. Зашла через открытую Джонатаном дверь и захлопнула её за собой.


Несколько дней Джоан не выходила на связь с друзьями. Они ей тоже не докучали. Даже Одра, которая и часа не могла провести без очередной сплетни. Джоан показалось, что о ней все забыли. Но это было даже на руку.

Джоан искала информацию о Лорине, Мэтте, их отце. Но ничего, что могло её заинтересовать, не находила. Ей уже начало казаться, что разговор со стариком был сном или наваждением. И никакого Мэтта, никакого Лорина не существует. По крайне мере, живущих в лесу.

Но ведь кто-то проник в дом и забрал её, напугал Джонатана. Кто-то сочинил эту бредовую историю про статус альфы, отцеубийство и, особенно о превращении Джоан в оборотня.

– Их не существует, – говорила своему отражению Джоан. – И ты тоже не оборотень. Но лес всё-таки проверить нужно.

Мысленно она убеждала себя, что всё это выдумал её болеющий мозг. Один раз она была у доктора. Всего один. И он не прописал ей никаких лекарств. Джоан посмотрела на ладонь. На ней не было и красного пятнышка. Разве такое возможно?

Телефонный звонок отвлëк её от созерцания причудливых линий. По-привычке она взяла трубку, не глядя на имя звонившего.

– Алло, – сказала Джоан.

– Поднимай свою задницу, подружка, и приходи в Модный бутик, – раздался звонкий голос Одры. – Отказов я не принимаю. К тому же, – она на пару секунд замолчала, – я хочу познакомить тебя кое с кем. Я знаю, что тебе интересно. Всё, жду, – Одра бросила трубку.

Джоан мало что поняла из сказанного подругой, но перезванивать не стала. Как загипнотизированная, она собралась и отправилась на встречу.

Пока шла, думала, правильно ли поступила. Может, стоит вернуться назад, взять такси и поехать в лес? Нужно было убедиться, что хижина и странная семейка псовых – лишь выдумка.

– А вот и она – наша затворница, – раздался голос Одры.

Джоан не успела выйти из своих мыслей, как на неё налетела подруга и стиснула в объятиях.

– Ты где пропадала? – спросила она.

– Я была дома,– ответила растерянная Джоан.

– Вот о чём я и говорила, – Одра развернулась и посмотрела на своего провожатого. – Обезлюдела она. К психологу ей надо. Клод, можешь посоветовать хорошего специалиста?

«Клод?» – промелькнуло в её голове. Джоан подняла глаза на приятеля Одры. И застыла на месте. Перед ней стоял сам Клод Тëрнер.

Он смотрел прямо на Джоан и улыбался. Но его улыбка была колючей. Джоан поежилась от неприятных ощущений. Сжала пальцы в кулак. Ладонь, которая была ранена, пульсировала. И чем дольше Джоан смотрела на Клода, тем сильнее горела зажившая рана.

– Я не знаток этой области, – ответил всё тем же мелодичным голосом Клод. – Но поспрашиваю у коллег, если вам очень нужно, – последние предложение было адресовано Джоан. – Позволите посмотреть вашу ладонь?

Клод шагнул вперёд, протянул руки. Они были в кожаных красных перчатках.

– Не стоит. Со мной всё хорошо, – Джоан попятилась. – Рана затянулась. Она меня не беспокоит.

Джоан вспомнила старика и его слова о вампирах. Она не знала, почему Клод вызывал в ней опасение. Но чувствовала нутром, что он может быть одним из них. И красные перчатки в тёплую погоду только подтверждали догадки. Джоан не верила мифам. Но верила своему чутью. Оно её никогда не подводило.

– Одра, – обратилась она к подруге. – Ты не должна встречаться с ним.

– Что ты такое говоришь? – Одра негодующе посмотрела на Джоан. – Клод очень милый. И он спас тебе жизнь.

– Я только обработал ей рану, – поправил её Клод. – Только и всего.

– Не принижай себя. Ты доктор, спасаешь людей. Кто знает, во что превратилась бы Джоан, если бы не ты и твои антисептики.

– В летучую мышь? – посмеиваясь, спросил Клод.

Если бы этот вопрос задал Джонатан, Одра обиделась бы. Посчитала, что друг издевается над ней. Но то был её новый бойфренд. На него она не могла обидеться. Одра мило улыбнулась ему и послала воздушный поцелуй.

Джоан крепко схватила подругу за руку. Дёрнула на себя.

– Тебе лучше порвать с ним. Прямо сейчас, Одра.

Подруга молчала. Она неодобрительно смотрела на Джоан.

– Почему ты такая критичная? Я думала, ты обрадуешься. У меня, наконец, появился молодой человек. И не какой-нибудь там плохиш, а самый настоящий романтик, – Одра вырвалась из хватки подруги. – Я разве многое прошу?

Джоан не нашла, что ответить. Её взгляд был прикован к Клоду. Он манил её и в то же время отвращал. Но она ничего не могла с собой поделать. Стояла и смотрела на его хитрую ухмылку. И если старик всё-таки прав, вампиры существуют, то Клод один из них. И разве человеку под силу с ним справиться?

Глава 7. Сон или реальность?

Джоан хорошо помнила, как пульсировала её рука, когда она увидела Клода. И как участился пульс. Всё вокруг смазалось в грязную движущуюся жижу. Перед ней был только Клод Тëрнер и его холодные руки.

Внутри всё клокотало, рвалось наружу. Но что это – Джоан не могла понять. Как будто дикий зверь разрывал когтями грудь, хотел вырваться из телесного плена. Ей не приходилось ещё сталкиваться с подобными ощущениями. И поделиться ими тоже не с кем.

Джоан терпеливо стояла у примерочной в ожидании подруги. Одре всё же удалось втянуть её в магазин, несмотря на присутствие Клода. Джоан держалась от него подальше, а он старался сделать всё, чтобы оставаться в поле её зрения.

Если Джоан стояла у кабинки, где Одра примеряла обновки, то мистер холодные руки стоял напротив, заглядывал в примерочную и дарил комплименты, от которых девушка таяла, как льдинка на солнце.

Даже, когда Джоан отворачивалась, его навязчивый голос заползал в уши, подобно змее. И от этого невозможно было избавиться.

Клод не избегал встречаться взглядами с Джоан. Напротив, подлавливал её при каждой удобной возможности.

– Я не могу находиться рядом с ним, – прошептала Джоан подруге на ухо.

– Что, – усмехнулась Одра, – чувствуешь себя третьей лишней?

Она уже вышла из примерочной с вешалками в руках. Передала их Клоду. – Наконец-то! Я уже и не думала, что положу начало смене гардероба.

– Твоя озабоченность новой одеждой что-то мне напоминает, – сказал Клод и покосился на Джоан. – Кажется, твоя подруга на дух меня не переносит.

Одра взглянула на Джоан. Та смотрела в противоположную сторону.

– Да она просто ревнует, – ответила Одра, подталкивая Тёрнера к кассе. – А я зато в обновках буду.

Джоан не обратила на них внимания. Она смотрела на мужчину, который стоял рядом с кассой, куда направлялись Одра и Клод. Мужчина стоял спиной в широкой белой рубашке навыпуск. Джоан хотела бы ошибиться. Ведь его-то уж точно не должно было существовать. Кто-кто, а Лорин ей приснился. И никак иначе.

Узнать Лорина со спины было почти невозможно. К тому же, такое телосложение, как у него имеют многие мужчины. Но что-то привлекло Джоан. Что-то, чего она не могла объяснить.

Может, это был всего лишь страх. Страх за себя, за свою подругу. Ведь если Лорин и вправду оборотень, а Клод – вампир, ничего хорошего ждать не приходилось.

Джоан окунулась в свои чувства. Помимо страха было ещё и влечение. На минуту Джоан забыла даже о присутствии Клода. Её рука больше не пульсировала, ладонь – не горела. По телу разливалось тепло.

Джоан шагнула в сторону незнакомца. И она подошла к нему, если бы не Одра.

– Ты куда это собралась?

Джоан словно из воды достали. Внешние звуки хлынули в голову.

– Скажи, ты его знаешь? – продолжала напирать Одра.

Мужчина повернулся к ним боком. Широкие скулы, волнистые тёмные волосы собраны в хвост на затылке, мешковатые штаны и шлёпанцы. Всё в нём выдавало туриста, который приехал на море. Он выделил себе один день, чтобы пройтись по городу.

Одра и Джоан хорошо знали, что рядом моря нет. И поблизости тоже.

– А он красавчик, – проговорила подруга. – Пусть и без чувства вкуса, но я бы такого не упустила. Так что, если ты его знаешь, тогда не теряй времени, подруга. Будем ходить на двойные свидания, – она подтолкнула Джоан локтём.

Мужчина повернулся к ним. С губ Джоан слетело:

– Лорин.

Он ответил ей всё той же добродушной широкой улыбкой. Перед ней никто не мог устоять, в особенности Одра. Она была падкой на мужчин.

– Ты просто обязана познакомиться с ним, – пропищала она. – Ради меня.

Джоан смотрела на Лорина, на его губы. С каждой секундой, они поджимались, стирая улыбку.

Взгляд Лорина, как позже поняла Джоан, упал на Клода. Они увидели друг друга. Как два злейших врага: смотрели не моргая. У Лорина раздулись ноздри. Пальцы сжались в кулаки.

Клод выглядел почти невозмутимым. Его напряжённость, разве что, выдавал нервный тик на глазу. Кто бы мог подумать: врач и с нервным тиком.

– Одра, – тихо произнёс он, – я думаю, их лучше оставить. Пойдём на кассу. Я всё оплачу.

У Одры заблестели глаза. Она была на седьмом небе от счастья, только услышав о том, что за неё готовы платить. Она чмокнула Джоан в щёку, взяла под руку Тëрнера, и они направились к кассе.

Джоан, не отдавая себе отчёта в том, что делает, уверенно направилась к Лорину.

– Ты что здесь делаешь? – спросила она.

– Закупаюсь. Разве не видно? – он указал на пакет, что лежал на стойке возле кассового аппарата. – А вот, что ты здесь делаешь? Да ещё в компании этого кровососа?

Джоан обернулась и посмотрела на Клода.

– Так он один из них? И вампиры правда существуют?

– Ты всё ещё удивлена, да? Я бы советовал тебе сменить удивление на опасение. За жизнь твоей подруге. Вампиры не из тех, кто готов заводить семьи. Если ты понимаешь, о чём я.

Джоан вновь посмотрела на Лорина.

– Да, я всё ещё удивлена. И по-прежнему не могу поверить в существовании вас всех. Вы меня разыгрываете.

Лорин усмехнулся.

– Если ты всё ещё не веришь, то Можешь сегодня вечером составить мне компанию. И ты всё увидишь своими глазами.

Глава 8. Нет места одиночеству

Джоан вернулась домой полная противоречий. Голова раскалывалась от переполняющих её мыслей. Всё вокруг перевернулось вверх дном. И самое паршивое – некому было высказаться.

Знающие люди советуют выливать все свои чувства, мысли и желания на бумагу. Одним это помогает. Другим – не очень. Джоан относилась к «другим». Она нуждалась в ответной реакции: дружеский совет, одобрение или порицание. Ей нужен был живой человек, а не холодный кусок переработанного дерева.

Новое окно в спальне привлекало к себе лишнее внимание. Джоан подошла к нему, зашторила и села на кровать. Обхватила руками голову, вцепилась в волосы.

– Они надо мной издеваются, – произнесла вслух Джоан. – Мне нужен отпуск. Мне определённо нужен отпуск.

Остаток дня она провела в мастерской. Работала над причудливыми глиняными фигурками. Месяц назад с ней связался один человек и предложил поработать над целой глиняной историей. Прислал техническое задание и даже приложил к нему отрывок сценария. Сказал, что всё это нужно для снятия короткометражного мультика.

И, казалось бы, ничего странного в этом не было: один творческий человек обратился к другому за помощью. Но только сейчас, после всех событий, что выпали на долю Джоан, она заметила во всех фигурках одну неприятную деталь.

Человечки, которых она с большим усердием лепила, уделяя внимание внешности, все, как один, были вампирами. Чуть удлиннённые уши, бледная кожа (для этого Джоан пришлось закупиться белой глиной), костлявые пальцы, безжизненный и голодный взгляд. Фигурки не были раскрашены, но воображение девушки сделало своё дело.

Джоан не выдержала и разбила одну из фигурок. Это вышло так спонтанно, что она сама не заметила, как осколки разлетелись по углам.

– Чем тебе не угодила эта фигурка?

Джоан повернулась к открытому окну. Оно представляло из себя зарешëченную форточку. Девушка и не думала, что в такое маленькое отверстие, у самой земли, кто-то может заглянуть.

– Как ты здесь оказался?

Джоан встала со стула, взяла метёлку, совок и принялась убирать осколки.

– А ты что-то имеешь против?

– Какого чëрта, Лорин? – вскрикнула Джоан и бросила всё из рук. – Ты можешь ответить мне на вопрос?!

Лорин лежал на земле, заглядывал в открытую форточку. Если бы мог, пожал плечами. Но ему оставалось только улыбаться. А это бесило Джоан.

– Ты сама не ответила мне на вопрос. Как будто его и не было. И, может быть пустишь меня? Мне, конечно, нравится лежать на земле, но на ногах ходить приятнее, – Лорин указал пальцем на запасной выход из дома, через подвал. – И тогда я расскажу, как нашёл тебя.

Джоан держала дверь запертой на большой замок. И никогда его не открывала. Так с чего бы ей делать исключения?

– Ты следил за мной, – Джоан подошла к форточке. – Как самый настоящий маньяк. Мне стоит вызвать полицию.

Лорин продолжал улыбаться.

– Провоцируешь меня?

– На что?

Минуту висела пауза. Они не знали, что сказать друг другу, пока Лорин не нарушил тишину.

– Брось, ты хочешь меня впустить. Сама не знаешь почему, но хочешь.

Джоан могла бы поспорить, что это гипноз. Лорин силой мысли провоцирует её. Он заставляет её открыть дверь. И Джоан не должна поддаваться ему. Она держала эти мысли в голове даже в тот момент, когда вставляла ключ в замочную скважину. Опомнилась лишь тогда, когда перед ней уже возвышался Лорин. Он, как стена, закрывал собой свет уличных фонарей.

– Вот видишь? – сказал он ухмыляясь.

Джоан отступила в сторону, пропуская его. Вставать у такого верзилы на пути, она не хотела. А вот узнать интересующую её информацию – могла.

– Что со мной происходит? – спросила слëту Джоан.

Лорин прошёл вглубь подвала. Осмотрелся.

– Я думал, ты хочешь узнать, как я тебя нашёл.

Джоан не выдержала, подошла к рабочему месту, взяла одну из фигурок. Замахнулась на мужчину.

– Прекрати играть со мной. Или следующую фигурку я разобью о твою голову.

Лорин выставил руки перед собой.

– Только не в голову. Пожалуйста.

Джоан швырнула фигурку в Лорина. Но тот, даже не напрягаясь, поймал её одной рукой, как раз перед своим носом.

– Хороший бросок, – похвалил он. – А теперь давай серьёзно.

Лорин подвинул стул на котором сидела Джоан, и устроился на нём сам. Протянул ей фигурку.

– Давай, – ответила Джоан. – Как ты сюда попал? И не надо говорить, что это я тебя впустила.

Лорин кивнул.

– Я нашëл тебя по запаху. У каждого человека есть свой запах.

– Ты следил за мной, – сощурилась Джоан. – Ты шёл за мной следом, когда я ушла из магазина.

– Я следил за твоим запахом. Я же оборотень. Забыла?

– Оборотень, который умеет гипнотизировать, – заключила она.

Лорин пожал плечами.

– Это не гипноз. Я читаю твои мысли. Все волки в нашей стае умеют это делать.

– Читать мои мысли?

– Нет же, глупая. Мы читаем мысли друг друга. Когда мы в облике зверя, это нам сильно помогает.

Только сейчас Джоан заметила, во что был одет Лорин. Рубашка в бело-красную клетку, под ней белая майка. Потёртые джинсы, а кроссовки как будто ни разу не мыли. Лорин принялся закатывать рукава. Джоан наблюдала за ним. Его крепкие загорелые руки испещрены венами. Внизу живота потяжелело. Она отвела взгляд, уставилась в пол, лишь бы не смотреть на этого, как выразилась Одра, красавца.

– Я вижу, ты не настроена на разговор, – заметил Лорин. – А мне хотелось бы узнать о вашем с подругой спутнике.

Джоан тут же подняла взгляд. По телу пробежали мурашки. Она встретилась с Лорином взглядами.

– Это… Это был Клод Тëрнер. Доктор из местной больницы. Странный тип. Он обрабатывал мою рану, – Джоан показала здоровую ладонь. – Когда та ещё была.

После услышанного, Лорин встал со стула. Он подошëл к Джоан и без спроса взял за руку.

– Эй! – вскрикнула она.

Он внимательно осматривал её ладонь.

– Этот Клод знает, где ты поранилась?

– Нет, – взволнованно ответила Джоан.

– Хорошо. Потому что я был там, когда это произошло. Твой друг – придурок, если полагал, что присутствие третьего человека поможет ему справиться с волнением. А подруга… Как ты можешь с ней вообще дружить?! Она, к тому же, с вампирами попуталась.

– Вампиров не существует, – повысила голос Джоан. – Хотя моя подруга и верит в то, что укус летучих мышей способен превратить человека в вампира.

Лорин ухмыльнулся.

– Странно, что она верит в это, а ты, со своей зажившей не в срок раной – нет. Но я знаю, что всё можно изменить. Если ты составишь мне компанию в одном деле, я докажу наше существование.

Лорин взял Джоан за обе руки. Сжал пальцы. Он смотрел ей в глаза. И как бы девушка не сопротивлялась, всё же не находила в себе сил отвести взгляд. А Лорину это было на руку.


Джоан не заметила, как уже сидела в машине. Тепло его рук, близость крепкого тела и ласковые глаза, внушали ей чувство безопасности. Но от кого или чего её защищают?

– Куда мы едем? – спросила она, осматривая салон.

В машине оборотня пахло прелой листвой и мускусом, как будто Джоан была не в машине, а в лесу.

– Ты не поверишь, но к дружку твоей подруги. Как её там, – он щëлкал пальцами свободной руки. – Одра?

– Одра, – повторила Джоан.

– Ну вот. К её дружку-вампиру едем.

– А как ты… Тоже по запаху? – предположила Джоан.

Лорин засмеялся, размял широкие плечи.

– Вот это ты угадала. Молодец. У нас есть чутьë. У вампиров свой специфический запах. Людей он привлекает, а нас, оборотней, наоборот, отвращает. Ты вот, что к нему испытываешь?

Джоан свела брови.

– Мне не по себе, – ответила она. – Страх, ненависть, опасность. Все чувства собираются в кучу. И к какому из них прислушаться – не знаю.

Лорин кивал. Ему это тоже было знакомо. А ещё он, как будто сам понимал и верил в то, что Джоан одна из них. Волчица из его будущей стаи. И ему это нравилось, но говорить об этом раньше времени не стал.

Глава 9. Фантасмагория

Они подъехали к дому Тëрнера, когда часы показывали одиннадцать вечера. Улицы пустынны, и только свет в окнах соседних домов говорил, что здесь есть жизнь.

Чëрный внедорожник стоял у самого входа. В окнах тоже горел свет. Дом Клода ничем не отличался от соседских. Разве что жил в нём не человек.

– Вот мы и на месте, – сказал Лорин. Остановился, заглушил двигатель.

– А он может тебя почуять?

– Ты боишься за меня? – он усмехнулся.

Джоан почувствовала, как кровь прилила к лицу. Поспешила сложить руки в замок, принимая серьëзный вид.

– Я боюсь за себя, – тихо проговорила она. – Если он и правда тот, о ком ты говоришь, то я могу стать жертвой.

Лорин улыбнулся, положил горячую ладонь на колено Джоан, сжал его.

– Пока я рядом этого не случится.

Джоан опешила от происходящего. Её будто молнией пронзило. Она вздрогнула, поспешила скинуть руку Лорина.

– Не делай так больше.

– Иначе что? – поинтересовался Лорин. – Ты меня укусишь?

– Порву, как Тузик грелку.

Первым из машины вышел Лорин. Джоан хотела последовать его примеру, но он внезапно оказался у двери. Помотал головой и толкнул дверцу обратно.

– Сиди здесь. И окна держи закрытыми.

Джоан растерялась. Она попыталась открыть дверцу, но Лорин навалился на неё.

– Если я буду сидеть здесь, то как ты мне докажешь существование вампиров и оборотней?

– Я принесу тебе его острый клык и свою шерсть. Пару клочков точно.

По голосу Джоан поняла, что Лорин не шутил. Он был серьëзен. Даже мрачен. И это ей не нравилось.

– Господи! Лорин, хватит этого пафоса. Я не боюсь Клода, кем бы он там ни был. И смогу за себя постоять, – она на пару секунд замолчала, затем, продолжила. – Наверное.

Лорин провëл ладонью по лицу. Джоан доводила его. И не поддаваться этому было невозможно.

– От вампира ты, может, и спасëшься. Но не от оборотня.

Лорин снял рубашку, бросил её на капот. Компанию ей составили майка и джинсы. Кроссовки он оставил у переднего колеса.

– Что ты делаешь? Тебя же могут увидеть.

– И что? Я не стесняюсь любопытных старушек. Пусть смотрят на здоровье. Мне, зато, одежду новую покупать не придëтся.

Не дожидаясь ответа, Лорин трусцой побежал к дому.

Джоан не горела желанием выходить из машины и вообще иметь какое—либо дело с ним. Да, Лорин красавец, которого у неё никогда не было. Это Одре везло на таких, а Джоан доставалось, что попроще. Но она приехала сюда не ради широких, крепких плечей и рельефного пресса, а, чтобы собственными глазами увидеть то, что хотел показать Лорин. И всё же, она его опасалась. Особенно сейчас, когда он был в одних трусах.

А Лорин, тем временем, нажал на кнопку звонка. Никто ему не открыл. Тогда он постучал, но в ответ снова была тишина: ни шороха шагов, ни щелчка дверного замка. Как будто в доме никого не было.

– Я знаю, что ты здесь, – произнëс Лорин. – Нам нужно поговорить.

Джоан наблюдала издалека. Она уже вышла из машины, подошла к живой изгороди, что росла у тротуара и осталась там. Лорина она не слышала. Вздрогнула от скрипа открывающейся двери.

На пороге стоял Клод Тëрнер в домашнем халате. Джоан и представить себе не могла, что доктора умеют выглядеть, по-домашнему.

– Ты хотел сказать, – начал Клод, – что твоему отцу нужно поговорить со мной. Не тебе, щенок. В противном случае, ты бы не привёл с собой её, – он указал безжизненным длинным пальцем в сторону Джоан. – Или Альфа прислал мне подарок?

Джоан выглянула из своего укрытия, встретилась взглядом с Тëрнером и попыталась юркнуть обратно. Но не смогла. Ноги привели её к дому, подняли по лестнице и представили перед красными глазами вампира.

– Она аппетитная. Я заметил это ещё в тот день, когда обрабатывал рану.

Клод поманил девушку пальцем. Джоан уже не чувствовала своего тела. Оно стало ватным, неподвластным ей. В голове присутствовал только страх. Она приоткрыла было рот, чтобы произнести хоть слово, но не издала ни звука. Даже голос уже не принадлежал ей.

– Оставь её! – прорычал Лорин.

Ментальная хватка спала, и Джоан вновь обрела контроль над телом. Она, не долго думая, побежала к машине. Воздуха не хватало. Она, как рыбка, открывала и закрывала рот. Забралась в машину, хлопнула дверцей. Впервые в жизни она так испугалась. Джоан закрыла лицо руками. Пальцы тряслись. Мандраж передался всему телу. Ей нужно было успокоиться.

– Это всё твоя фантазия, – говорила она себе. – Ты сама пошла туда, сама же испугалась и убежала. А Лорин тебе подыгрывал. Может, даже Клод имеет отношение к этому. Они с ним друзья. Иначе, зачем Лорину сюда приезжать?

Размышления помогли Джоан избавиться от наступающей паники. Но не успела она прийти в себя, как услышала собачий лай. По всей округе завывали и истошно лаяли сторожевые псы. А через секунду на дорогу со всей силы швырнули Клода.

Его бездыханное тело, а Джоан готова была поверить, что после такого броска выжить никому не удастся, лежало на асфальте. Джоан дëрнулась, когда в поле её зрения появилось мохнатое чудовище.

С виду оно напоминало собаку или волка, да только ходило на задних лапах, как человек. И было большим. Мотало хвостом из стороны в сторону. Вытянутая пасть сверкнула сгустками слюны, когда Джоан присмотрелась к нему.

Оборотень подошëл к Тëрнеру, поднял его и уже собирался вновь приложить о землю, как тот испарился. В когтистой лапе остался только домашний халат, а перед влажным носом – чëрная дымка, из которой вылетела летучая мышь. Она царапнула оборотня по носу, пролетела над машиной, где сидела Джоан и скрылась в ночи.

Оборотень схватился за нос, опустился на землю. Джоан заметила, как чудище уменьшается в размере. Шерсть редеет и, местами, виднеется кожа. Фигура принимала человеческий облик. Через пару минут на дороге в позе собаки находился Лорин. Голый, вымотанный и злой. Он посмотрел на машину. Махнул рукой, подзывая Джоан.

Глава 10. Первые симптомы

Джоан влетела в дом, хлопнула дверью. Она не хотела, чтобы Лорин следовал за ней, объясняя, что, как и зачем. Ей было слишком скверно. В ванной её стошнило. Удивительно, насколько крепок оказался её желудок – не подвёл в машине. Зато сейчас пустился во все тяжкие.

Она умылась холодной водой. Немного пришла в себя. После пережитого ею вряд ли удастся когда-нибудь восстановиться полностью. Зато Джоан могла с уверенностью сказать, что видела в этой жизни всё. И даже чуть больше, чем следовало.

Через окно в гостиной она увидела Лорина. Он стоял по другую сторону, размахивал руками. Джоан и не думала впускать его. Прошлась по всем окнам, зашторивая их.

Ночь была в самом разгаре, и осознание этого, вкупе с ментальной усталостью, заставило её подняться в комнату и завалиться спать. Может быть, уснув здесь и сейчас, она проснётся в другом, правильном мире. Там всё будет, как прежде. И никаких тебе вампиров и оборотней. Так Джоан и уснула, убеждëнная в том, что утром это всё окажется сном.

Самый тëмный час перед рассветом. А у Джоан он оказался ещё и самым болезненным. Она проснулась от того, что ей стало жарко. Майка и шорты промокли насквозь. Подушка была липкой и горячей. Джоан ворочалась, переворачивала подушку, а позже открыла окно. На свой страх и риск. Но ничего не помогало.

Она переоделась, сходила на кухню за водой, а когда вернулась, попыталась уснуть, но все её попытки были тщетны.

Жар не проходил. Джоан не знала, что и думать. Сонливость тоже не отпускала, и это выбивало девушку из колеи. Ей хотелось выспаться, а утром она уже будет знать, что делать.

Беспокойный сон не оправдал её ожиданий. Да и длился час-полтора. Мозг Джоан кипел, кости ломило. Она уже думала, что это грипп. Смерила температуру, тридцать девять. Выпила жаропонижающее и снова легла спать. И на этот раз ей приснилось чудовище. Его огромная слюнявая пасть нависла над Джоан. Оно рычало, хрипело,царапалось и норовило её укусить. Девушка выбралась из-под зверя, бросилась наутëк и тут же проснулась.

Только спустя несколько минут Джоан поняла, что лежит в наполнителе из подушки. Он бы повсюду, особенно в её волосах. От испуга, она вскочила на колени, суставы опалило огнëм, и посмотрела на подушку. Та была разорвана в клочья.

Через открытое окно до Джоан доходили звуки города. Испуг сменился на озадаченность, затем, на злость. Кто ещё мог прийти к ней в облике зверя и напугать? Только Лорин. Он ходил вокруг дома, ждал подходящую возможность, чтобы забраться внутрь. Но это должно быть сном. Лорин – не монстр и по домам лазать не умеет.

Джоан встала с кровати, закрыла окно. Ей уже не было так жарко, как ночью. Видимо, таблетка подействовала и температура спала. Но ломота в костях ещё осталась.

На едва сгибающихся ногах она прошла в ванную. И когда посмотрела в зеркало, не сдержала крика.

Там, где должны быть человеческие уши, росла шерсть. Пушистые тëмно-коричневые клочки. А уши, заострëнные волчьи, украшали с обеих сторон макушку. И Джоан могла ими шевелить.

В обморок она не грохнулась по одной простой причине – мозг не давал ей поверить в то, что она – оборотень. Возможно это галлюцинации, остатки сна, наваждение. В это Джоан могла поверить. А в то, что она – оборотень, – нет. Джоан вышла из ванной комнаты, села на кровать, коснулась ушей руками. Смотря в зеркало, она побоялась это делать. У основания головы уши были тëплые, а кончики – прохладные. Как такое могло с ней произойти?

Поток мыслей прервал телефонный звонок. Мелодия сообщила о том, что звонила Одра. На всех своих друзей, приятелей, и близких людей Джоан поставила разные мелодии. Это помогало ей не отвлекаться от работы и давало знать, кому отвечать, а кому – нет.

Одре можно было ответить. По крайней мере, Джоан так решила. Может быть, хотя бы она развеет все её сомнения и поможет разобраться в случившемся.

В лучшем случае Одра посмеётся над ней. А в худшем – посоветует обратиться к психотерапевту. Джоан до жути их боялась. Для неё не было врача страшнее чем мозгоправ.

Джоан приняла вызов и поставила на громкую связь. Она боялась прикладывать телефон к одному из ушей на макушке.

– Одра, мне нужна твоя помощь сказала Джоан, не дожидаясь бессмысленный трели подруги.

От услышанного Одра опешила. Джоан прежде никогда её не перебивала. И уж тем более не просила о помощи.

На несколько секунд повисла тишина. Обе не знали, что сказать друг другу. Наконец, Одра рискнула подать голос.

– Клод пропал. Ты не знаешь, где он может быть? – в голосе чувствовалось тревога. Девушка волновалась о нём и не скрывала этого.

– Откуда мне знать, где он может быть, – поспешила ответить Джоан. Ни о каком Клоде она и слушать не хотела. У неё были проблемы куда серьёзнее, чем пропавший человек.

Долго эту мысль в голове держать не удалось. Когда мозг проанализировал просьбу подруги, Джоан вспомнила прошедшую ночь. Полуголого Лорина, лай собак, халат Клода, его обмякшее на асфальте тело, пасть монстра, пушистый хвост, дымку и летучую мышь. Говорить об этом подруге не стоило. Она всё равно не поймёт и не поверит. А истерики Одры ей не нужны.

– Может, ты ходила к нему в больницу, – не унималась подруга.

– Нет, – ответила Джоан. – Последний раз я видела его в магазине, с тобой.

И снова на несколько секунд повисла тишина. Время для Джоан дорого. Нужно было решить проблему с ушами, но и обидеть подругу ей тоже не хотелось.

– Одра, – начала Джоан.

– Нет, – прервала её подруга. – Я знаю, что ты хочешь сказать. Я не понравилась Клоду. Была слишком навязчивой. Он не хотел меня расстраивать, вот и сбежал. Даже записки не оставил. А ведь он такой милый, хороший. Он не мог так поступить, – и в следующее мгновение добавила. – Я в него влюбилась, Джоан. По-настоящему влюбилась.

– Значит, он скоро объявится, – поддержала её Джоан. – Ты только подожди. Может, он тоже в тебя сильно влюблён. Его переполняют чувства и он не знает, что с ними делать. Ты сама сказала, он хороший. А у хороших обычно много загонов. Вот и отсиживается, наверное, у себя дома, погружённый в мысли и чувства. Борется с ними. Думаю, он свяжется с тобой. Ты только подожди.

Сказанное Джоан, по всей видимости, понравилось Одре. Она тяжело вздохнула. Это было согласием, одобрением и благодарностью за поддержку.

– Всё будет хорошо, – продолжила Джоан. – Извини, Одра, мне нужно бежать. Я не закончила заказ. Его уже должны забрать. Если что-то прояснится с Клодом, ты мне позвони.

Предлагать Одре позвонить было лишним, но Джоан хотела казаться как можно более вежливый, чтобы не вызвать лишних подозрений и поскорее сбежать от подруги.

– А что у тебя случилось, – вдруг вспомнила Одра. – Чем тебе помочь?

Джоан прикусила язык. Всё-таки у Одры была хорошая память.

– Спасибо, но я уже разобралась с проблемой.

– Так быстро? – удивилась подруга. – Или ты что-то не договариваешь

– Нет, всё так. Я уже сама справилась. Ладно. Я пойду. Пока.

Джоан сбросила звонок и облегчëнно выдохнула. На какое-то время Одра оставит её в покое. Как только Джоан опомнилась, она схватилась за голову. Ушей на макушке уже не было.

Глава 11. Поселение оборотней

Джоан были нужны ответы. И никто кроме отца Лорина не мог их дать. Поэтому её путь лежал в лес. Туда, где она впервые его встретила. Найти хижину старика было сложно: лес большой, а река, что идёт за ним, протяжëнная. С какой стороны её вывез в прошлый раз Мэтт, она не запомнила. Но больше никаких зацепок не было.

В лес она зашла уверенной, убеждённой, в том, что ветхий домик на берегу реки существует и она обязательно его найдёт. Но уже через полчаса брождения между одними и теми же деревьями, начала в этом сомневаться. Чем дольше она ходила по лесу, тем глубже в него забиралась.

Джоан заблудилась. Она поняла это в тот момент, когда не смогла поймать сигнал сотовой вышки. В какую бы сторону она не пошла, телефон показывал одну и ту же надпись: «Нет сигнала». И выйти из леса хоть в какую-нибудь сторону у неё не получалось.

Отчаявшись найти не то, что хижину, выход из леса, Джоан присела на корточки возле дерева, облокотилась на него. Ей нужно было придумать, что делать дальше.

– Я бы не советовал облокачиваться на деревья, – раздался за спиной знакомый голос. – Его могли пометить. И не раз.

Джоан вскочила, обернулась. Перед собой увидела Лорина собственной персоной. Он стоял всё в тех же немытых кроссовках, потëртых джинсах и в просторной белой рубахе навыпуск. Присмотревшись, она заметила несколько красных пятен на груди.