Морган Хаузел
Психология денег
Вечные уроки богатства, жадности и счастья

Originally published in the UK by Harriman House Ltd in 2020, www.harriman-house.com.

Copyright © Morgan Housel, 2020

© Обложка. Harriman House Ltd., 2020

© Перевод, оформление, издание на русском языке. ООО «Попурри», 2021

Посвящается

моим родителям, которые меня учат,

Гретхен, которая направляет мою жизнь,

Майлзу и Риз, которые меня вдохновляют.

Гений – это человек, способный делать обычные вещи, когда все вокруг теряют разум.

Наполеон

Мир полон очевидных вещей, которые все упорно отказываются замечать.

Шерлок Холмс

Введение
Величайшее шоу в мире

В годы учебы в колледже я подрабатывал мойщиком машин в одном дорогом отеле Лос-Анджелеса.

В числе постоянных гостей отеля был глава технологической компании, гений, который в двадцать с небольшим лет разработал и запатентовал один из ключевых компонентов для роутеров Wi-Fi. Он основал и продал несколько фирм и считался очень успешным человеком.

Его отношение к деньгам я бы охарактеризовал как смесь неуверенности и детской наивности.

Он носил с собой пачку стодолларовых купюр толщиной в несколько сантиметров и демонстрировал ее всем, кто хотел увидеть, и многим из тех, кто не хотел. К месту и к не к месту открыто и громогласно хвастался своим богатством, особенно когда был навеселе.

Однажды он вручил одному из моих коллег несколько тысяч долларов и сказал: «Сходите в ювелирный магазин по соседству и купите мне золотые тысячедолларовые монеты».

Часом позже, когда монеты были у него в кармане, он вместе с приятелями отправился на набережную Тихого океана. Там они начали кидать монеты в воду, словно плоские камешки, стараясь, чтобы те отскакивали от поверхности воды как можно большее число раз. Просто так, для развлечения.

Через несколько дней он разбил люстру в ресторане отеля. Метрдотель сказал ему, что люстра стоит 500 долларов, и попросил возместить ущерб.

«Вы хотите пятьсот долларов? – недоверчиво спросил наш богач, вынимая «кирпич» денег из кармана. – Вот вам пять тысяч, и исчезните с глаз моих. Ваша мелочность меня оскорбляет».

Вероятно, вам интересно, как долго все это продолжалось. Отвечу: недолго. Через несколько лет я узнал, что он разорился.

Главная мысль этой книги состоит в том, что умелое обращение с деньгами зависит не столько от уровня интеллекта, сколько от привычек. А привить человеку, даже очень умному, нужные образцы поведения бывает нелегко.

Гений, утративший контроль над своими эмоциями, рискует стать банкротом. Справедливо и обратное утверждение: самые обычные люди без финансового образования могут быть богатыми, если обладают некоторыми полезными привычками.

____________

Моя любимая статья из «Википедии» начинается так: «Рональд Джеймс Рид был американским филантропом, инвестором, уборщиком и разнорабочим на автозаправочной станции».

Рональд Рид родился в сельской местности штата Вермонт. Первым в своей семье окончил школу, что само по себе заслуживает уважения, ведь ему каждый день приходилось добираться до учебного заведения автостопом.

Те, кто знал Рональда Рида, не находили в нем ничего необычного. В его жизни не было никаких примечательных событий.

Рид 25 лет занимался починкой автомобилей на автозаправочной станции и 17 лет подметал полы в магазине JCPenney. В возрасте 38 лет он купил себе за 12 тысяч долларов дом с двумя спальнями и жил в нем до самой смерти. В 50 лет овдовел и больше не женился. Один из друзей вспоминал, что его главным хобби была колка дров.

Рид отправился в мир иной в 2014 году в возрасте 92 лет. И сразу стал международной сенсацией.

В 2014 году умерли 2 813 503 жителя Америки. Из них менее четырех тысяч имели на момент смерти на своих банковских счетах суммы свыше 8 миллионов долларов. Скромный уборщик Рональд Рид был одним из них.

В своем завещании он оставил 2 миллиона долларов приемным детям, а более 6 миллионов пожертвовал местной больнице и библиотеке.

Те, кто знал Рида, были ошарашены. Откуда он взял все эти деньги?

Оказалось, что секрета тут нет. Он не выигрывал в лотерею и не получал никакого наследства. Рид экономил те немногие деньги, которые зарабатывал, и вкладывал их в «голубые фишки». А потом десятилетиями ждал, пока эти скромные сбережения вырастут до более чем 8 миллионов.

Все очень просто. Из уборщиков – в филантропы.

За несколько месяцев до смерти Рональда Рида другой человек по имени Ричард тоже стал причиной громких заголовков.

Ричард Фусконе был полной противоположностью Рональду Риду. Этот выпускник Гарварда со степенью MBA и один из руководителей банка Merrill Lynch сделал блестящую карьеру в мире финансов и отошел от дел, когда ему было немного за сорок, став филантропом. Бывший глава Merrill Дэвид Ковальски отмечал в Фусконе «выдающиеся деловые и лидерские качества, здравость суждений и личную порядочность»[1]. Журнал Crain’s включил его в число сорока самых успешных сорокалетних бизнесменов[2].

А потом все пошло прахом, как и у нашего богача, швырявшегося золотыми монетами.

В середине 2000-х годов Фусконе взял большой кредит для расширения своего дома в Гринвиче, штат Коннектикут, площадь которого и без того составляла почти 1700 квадратных метров. В нем было 11 спален, два лифта, два бассейна, семь гаражей, а его месячное содержание обходилось более чем в 90 тысяч долларов.

И тут разразился финансовый кризис 2008 года.

Кризис затронул почти всех и практически обратил в пыль состояние Фусконе. Высокая задолженность и неликвидные активы сделали его банкротом. «У меня в настоящее время нет доходов», – заявил он судье, рассматривавшему в 2008 году его дело о банкротстве.

Сначала был выставлен на продажу его дом в Палм-Бич.

В 2014 году настала очередь поместья в Гринвиче.

За пять месяцев до того, как Рональд Рид пожертвовал свое состояние на благотворительные цели, дом Ричарда Фусконе, где, по воспоминаниям гостей, столы ломились от угощений, а танцы устраивались на прозрачной крыше бассейна, был продан с аукциона. Вырученная сумма оказалась на 75 процентов меньше по сравнению с той, которая была указана при оценке этого объекта недвижимости страховой компанией[3].

Рональду Риду было свойственно терпение, а Ричарду Фусконе – жадность. Разница в уровне их образования и в опыте не играла в данном случае никакой роли.

Мораль этой истории вовсе не в том, что надо быть похожим на Рональда и не брать пример с Ричарда, хотя сама по себе эта рекомендация тоже неплоха.

Главное здесь другое: финансы – уникальная область деятельности.

Где еще человек без высшего образования, специальной подготовки, семейной поддержки, опыта и связей может настолько превзойти превосходно образованного, отлично подготовленного и имеющего нужные знакомства соперника?

Затрудняюсь с ответом.

Невозможно представить себе, чтобы какой-то никому не известный Рональд Рид смог провести пересадку сердца лучше хирурга с гарвардским образованием. Или спроектировал небоскреб круче, чем опытный архитектор. Вы никогда не услышите историю о том, что уборщик превзошел по результатам мировое светило в области ядерных технологий.

А в сфере инвестиций такие истории случаются.

Тот факт, что Рональд Рид может на равных соперничать с Ричардом Фусконе, объясняется двумя причинами. Во-первых, на финансовый результат влияет фактор везения, не зависящий от интеллекта и трудолюбия. В определенной степени это действительно так, и мы далее подробно рассмотрим эту тему. Во-вторых, что важнее, финансовый успех не имеет строгого научного обоснования. Здесь обычная житейская рассудительность может оказаться более значимой, чем уровень знаний.

Этот феномен я называю психологией денег. Цель данной книги в том, чтобы на примере коротких историй убедить вас, что здравый смысл иногда более важен, чем техническая сторона процесса. Я постараюсь сделать это таким образом, чтобы всем, от Рида до Фусконе, а также тем, кто находится между ними, было легче принимать правильные финансовые решения.

Я пришел к выводу, что значение здравого смысла сильно недооценивается.

Нас учат, что финансовые науки основываются на математике. Вы подставляете данные в формулу, а формула подсказывает вам, что делать. Остается лишь следовать этому совету.

Так обстоят дела в сфере личных финансов, где вам рекомендуют завести себе шестимесячный резерв денег на черный день и откладывать по 10 процентов с каждой зарплаты.

Таково положение дел в инвестициях, где вы точно знаете историческую корреляцию между банковскими учетными ставками и котировками акций.

Точно так же все выглядит и в области корпоративных финансов, где финансист компании может точно подсчитать размер ее капитализации.

Нельзя сказать, плохо это или хорошо. Вы должны просто знать, что попытки следовать этим рекомендациям не имеют отношения к реальности и говорят лишь о том, что происходит у вас в голове в этот момент.

____________

Две темы затрагивают жизнь любого человека независимо от того, как он к ним относится. Это здоровье и деньги.

Индустрия здравоохранения представляет собой вершину современной науки. Как следствие, продолжительность жизни растет во всем мире. Научные открытия отодвинули на задний план старые врачебные представления о том, как функционирует человеческий организм, и практически все стали от этого здоровее.

Финансовая индустрия – инвестирование, личные сбережения, планирование бизнеса – это совсем другая история.

За последние два десятилетия финансовая отрасль собрала под свое крыло самые светлые умы из лучших университетов. Финансовый инжиниринг стал десять лет назад наиболее популярной специальностью в Школе инженерии и прикладных наук Принстонского университета. Есть ли какие-то данные об улучшении положения в инвестировании?

Мне пока не видно.

С помощью метода коллективных проб и ошибок мы на протяжении многих лет совершенствовались как фермеры, водопроводчики, химики. Но пришли ли мы к чему-то опытным путем в области личных финансов? Уменьшилась ли наша вероятность попадания в долговую зависимость? Увеличились ли накопления на черный день? Или на пенсию? Стали ли мы счастливее, ознакомившись с реалистичным взглядом на то, что могут и чего не могут деньги?

Не вижу ни одного убедительного свидетельства.

Причина, на мой взгляд, в том, что мы привыкли думать о деньгах скорее как о физике (с ее правилами и законами), чем как о психологии (с ее эмоциями и нюансами).

И это обстоятельство, по-моему, не просто интересно, но и чрезвычайно важно.

Деньги сопровождают нас повсюду. Оказывают влияние на всех нас. И каждый думает о них по-своему. Они преподают нам уроки, применимые к самым разным сторонам жизни – риску, уверенности, счастью. Вряд ли можно найти другое столь же мощное увеличительное стекло, которое позволяло бы объяснить, почему люди ведут себя так, а не иначе. Это одно из величайших шоу в нашем мире.

Мое личное отношение к психологии денег складывалось на протяжении десятилетия, в течение этого периода я занимаюсь данной темой. Писать о финансах я стал в начале 2008 года. Это был канун финансового кризиса и самой сильной рецессии за последние 80 лет.

Чтобы описать происходящее, мне нужно было сначала разобраться в нем. В самом начале своих попыток анализировать финансовый кризис я понял: никто не может в точности объяснить, что и почему случилось, не говоря уж о том, что нужно сделать, чтобы поправить ситуацию. На каждое более или менее логичное объяснение находилось не менее убедительное опровержение.

Инженеры могут определить причину обрушения моста, потому что им известно, что если к материалу в какой-то точке приложить определенную силу, то он разрушится. В физике нет противоречий. Она подчиняется законам. С финансами все не так. Они зависят от поведения людей. А поступки, которые представляются мне логичными, вам могут показаться опрометчивыми.

Чем больше я изучал финансовый кризис и писал о нем, тем очевиднее становилось, что рассматривать его надо не столько с финансовых позиций, сколько через призму психологии и истории.

Чтобы понять, почему люди залезают в долги, нет необходимости изучать банковские учетные ставки. Достаточно лишь вспомнить истории об алчности, неуверенности и оптимизме. Чтобы уразуметь, почему инвесторы продают активы на ценовом дне медвежьего рынка, не надо высчитывать ожидаемые проценты доходности в будущем. Можно всего лишь представить себе картину агонии и задать вопрос, не готовим ли мы такое же будущее своей семье.

Мне нравится афоризм Вольтера: «История никогда не повторяется. Повторяются люди». Он очень точно отражает наше отношение к деньгам.

В 2018 году я описал 20 самых существенных ошибок, предрассудков и других причин, влияющих на отношение людей к деньгам. Это исследование я назвал «Психология денег». С тех пор оно привлекло внимание свыше миллиона человек. Настоящая книга представляет собой более глубокое проникновение в тему. Некоторые пассажи перенесены из старой работы без изменений.

Вы держите в руках 20 глав, в каждой из которых отображены самые важные, на мой взгляд, а зачастую и противоречивые черты психологии денег. Все главы построены вокруг общей темы, но имеют самостоятельный характер, и их можно читать независимо друг от друга.

Книга не слишком большая, так что можете смело приступать к знакомству с ее содержанием. Обычно читатели не доходят до конца книг, так как вряд ли какая-то тема заслуживает того, чтобы посвятить ее объяснению 300 страниц. Я старался ограничивать объем каждой главы, чтобы вы не успели заскучать.

Итак, начинаем.

1
Сумасшедших нет

Ваши личные истории, касающиеся денег, составляют, пожалуй, 0,00000001 процента от всего, что случилось в мире, но ими определяется 80 процентов ваших представлений о том, как устроен этот мир.

Позвольте обрисовать проблему. Возможно, после этого вы не будете так уж сильно осуждать и себя, и других за то, как мы обращаемся со своими деньгами.

Люди порой совершают сумасшедшие поступки, когда речь идет о деньгах. Но умалишенных среди них нет.

Проблема в том, что представители разных поколений, воспитанные в разных семьях с разными доходами и ценностями, живущие в разных частях мира и разных экономических системах, при разном уровне безработицы и разных стимулах регулирования экономики, испытывающие разную степень везения, приобретают очень разный опыт.

Каждый извлекает из сложившихся условий свои уникальные выводы о том, как устроен мир. Пережитое лично убеждает нас больше, чем информация, полученная от других. Поэтому все мы – вы, я и все остальные – идем по жизни, опираясь на набор представлений о деньгах, которые могут быть совершенно разными у разных людей. То, что кажется неадекватным вам, представляется мне вполне логичным.

Человек, выросший в бедности, думает о риске и вознаграждении совсем не так, как ребенок богатого банкира (если тот вообще задумывается об этом).

Тот, кто рос в условиях высокой инфляции, имеет опыт, с которым никогда не сталкивался человек, выросший в обстановке стабильных цен.

Биржевой брокер, потерявший все во время Великой депрессии, пережил то, чего не может даже представить себе рабочий, живший в благополучные 1990-е годы.

На долю австралийца, который за 30 последних лет не сталкивался с рецессией, возможно, выпали другие трудности, которые никогда не коснутся американца.

Эти примеры можно продолжать до бесконечности.

Вам известно о деньгах то, чего не знаю я, и наоборот. Вы идете по жизни, имея отличные от моих убеждения, цели и прогнозы. И это не потому, что кто-то из нас умнее или располагает более обширной информацией. Все дело в том, что мы прожили разную жизнь и сформировали разный опыт, который каждому из нас кажется самым убедительным.

Ваши личные истории, касающиеся денег, составляют, пожалуй, 0,00000001 процента от всего, что случилось в мире, но ими определяется 80 процентов ваших представлений о том, как устроен этот мир. Люди, обладающие одинаковым интеллектом, могут не соглашаться друг с другом относительно того, почему возникают рецессии, во что надо вкладывать деньги, каких приоритетов при этом необходимо придерживаться и в какой степени допустимо рисковать.

В своей книге об Америке 1930-х годов Фредерик Льюис Аллен писал, что Великая депрессия «оставила вечную отметину на душах миллионов американцев». Но пережитые события были у всех разными. Спустя двадцать пять лет, когда Джон Кеннеди вступал в предвыборную президентскую гонку, один из репортеров спросил, чем ему запомнилась депрессия. Тот ответил:

«У меня нет каких-то личных воспоминаний о депрессии. Моя семья на то время была одной из самых состоятельных в мире. Мы жили в больших домах, имели кучу слуг, много путешествовали. Из того, что я видел лично, мне помнится только то, что мой отец специально нанимал лишних садовников, чтобы только дать им заработать на еду. Таким образом, я ничего не знал о депрессии до тех пор, пока не прочел о ней, учась в Гарварде».

Это стало самой обсуждаемой темой в ходе предвыборной гонки 1960 года. Люди недоумевали, как можно доверить управление экономикой человеку, который не имеет понятия о крупнейшем экономическом событии целого поколения. Кеннеди во многом спасло его участие во Второй мировой войне. Это был еще один мощный эмоциональный аргумент для предыдущего поколения. Соперник Кеннеди Хьюберт Хамфри не мог этим похвастаться.

Трудность для нашего поколения состоит в том, что никакой объем учебных материалов и никакая открытость суждений не позволят нам в полной мере испытать весь тот страх и неуверенность.

Я могу прочитать, что происходило во время Великой депрессии. Но у меня нет душевных шрамов, как у тех, кто на самом деле пережил ее. А человек, который испытал все это на себе, не сможет понять, почему я с такой легкостью покупаю акции. Мы смотрим на мир под разными углами.

Диаграммы дают возможность смоделировать частоту крупных падений курсов акций в истории. Однако они не позволяют воссоздать то чувство, когда ты приходишь домой, смотришь на своих детей и думаешь, не допустил ли ты ошибку, которая загубит всю их жизнь. Изучая историю, человек может подумать, что он и в самом деле что-то понимает. Но если ты сам не пережил все эти события и их последствия, то невозможно осознать их в такой мере, чтобы это сказалось на твоем поведении.

Нам кажется, что мы понимаем, как устроен мир. Но мы знаем лишь крошечную долю того, как все обстоит на самом деле.

Инвестор Майкл Батник говорил: «Некоторые уроки не усвоишь, пока не испытаешь их на себе». В определенной степени эти слова можно отнести к любому.

____________

В 2006 году экономисты Национального бюро экономических исследований Ульрике Мальмендир и Стефан Нагель проанализировали накопившиеся за последние 50 лет материалы по потребительскому финансированию и смогли продемонстрировать, как американцы поступают со своими деньгами[4].

В теории люди должны принимать инвестиционные решения, сообразуясь со своими целями и характеристиками доступных инвестиционных активов.

Но они так не делают.

Экономисты обнаружили, что люди принимают инвестиционные решения, способные изменить всю их жизнь, основываясь только на опыте своего поколения, причем полученном преимущественно в молодые годы.

Люди, период взросления которых пришелся на то время, когда инфляция была высокой, в зрелом возрасте вряд ли станут вкладывать большие деньги в облигации, в отличие от тех, чья молодость совпала с этапом низкой инфляции. Если вы росли, когда фондовый рынок демонстрировал силу, то во второй половине жизни будете вкладывать больше денег в акции, чем те, кто в молодые годы жил в условиях слабого рынка.

Экономисты пишут: «Наши наблюдения позволяют сделать вывод, что готовность индивидуальных инвесторов к риску зависит от их личной истории».

Ни интеллект, ни образование, ни хитрые схемы не играют роли. Все решает тот период времени, когда вам довелось родиться.

В 2019 году Financial Times опубликовала интервью с Биллом Гроссом, знаменитым менеджером облигационного фонда. «Гросс признает, что, скорее всего, не добился бы нынешних успехов, если бы родился на десять лет раньше или позже», – говорилось в статье. Его сознательная жизнь почти идеально совпала с длившимся почти целое поколение коллапсом банковских ставок, что создавало попутный ветер для доходности облигаций. Это не просто открывает благоприятные возможности, а влияет на оценку ситуации и выбор вариантов. Для Гросса облигации были машиной для построения богатства. Представители же поколения его родителей, которые росли в период продолжительной высокой инфляции, в тех же облигациях видели средство уничтожения доходов.

Разница в подходе к деньгам может быть очень большой даже у похожих, казалось бы, людей.

Взять хотя бы акции. Если вы родились в 1970 году, то ваша молодость пришлась на период, в течение которого индекс S&P 500 вырос почти в 10 раз. Это очень солидная доходность. Если же вы родились в 1950 году, то рынок с поправкой на инфляцию практически никуда не двигался. Две группы людей, которых разделяет всего лишь год рождения, идут по жизни совершенно разными путями и по-разному смотрят на фондовый рынок.

Или взять инфляцию. Если вы родились в Америке 1960-х годов, то ваша молодость, когда впечатления самые яркие и когда закладываются основы знаний о функционировании экономики, пришлась на период, когда цены выросли больше чем втрое. Это очень много. Вы, должно быть, помните очереди на автозаправках и зарплату, которой хватало на меньшее время, чем раньше. А вот если вы родились в 1990 году, то инфляция на протяжении всей вашей жизни была такой низкой, что вы о ней никогда и не вспоминали.

Средний уровень безработицы в Америке в ноябре 2009 года достигал примерно 10 процентов. Однако у чернокожих мужчин в возрасте от 16 до 19 лет с аттестатом об окончании средней школы он составлял 49 процентов, а у белых женщин старше 45 лет с высшим образованием – 4 процента.

Фондовые рынки Германии и Японии были уничтожены в годы Второй мировой войны. В этих странах были разбомблены целые регионы. В конце войны немецкие сельскохозяйственные предприятия могли обеспечить лишь тысячу калорий в день для жителей страны. Сравните эту ситуацию с США, где фондовый рынок за период с 1941-го по конец 1945 года вырос более чем вдвое, а экономика достигла самого высокого уровня за почти два десятилетия.

Вряд ли кто-то мог ожидать от представителей двух этих групп, что они проживут оставшуюся жизнь с одинаковыми представлениями об инфляции. Или о бирже. Или о безработице. Или о деньгах в целом.

Никто не мог предполагать, что они одинаково будут реагировать на одну и ту же финансовую информацию или что на них равноценно будут воздействовать одни и те же экономические стимулы.

Никто не мог прогнозировать, что они станут в равной степени доверять одним и тем же рекомендациям.

Никто не мог предвидеть, что у них будут одинаковые убеждения, прогнозы и планы на будущее.

Их представления о деньгах формировались в разных мирах. И поэтому одна группа будет считать их вопиющими, а другая – вполне приемлемыми.

Несколько лет назад New York Times опубликовала статью об условиях труда в компании Foxconn, крупном производителе электроники на Тайване. Их в ряде случаев можно было назвать ужасающими. Читатели были возмущены. Однако самый поразительный отклик пришел от племянника одной китайской работницы, который написал в разделе комментариев:

«Моя тетя проработала несколько лет в условиях этой “потогонной системы”, как ее называют американцы. Тяжелый труд. Длинный рабочий день, “низкая” зарплата, “плохие” условия труда. А вы знаете, кем была моя тетя, прежде чем попала на этот завод? Проституткой.

Работа в условиях “потогонной системы” по сравнению с тем, как она жила раньше, является явным улучшением, на мой взгляд. Я знаю, что тетя предпочла бы, чтобы злой капиталистический босс покупал ее труд за пару долларов, а не куча мужчин эксплуатировала ее тело за копейки.

Вот почему я возмущен образом мыслей американцев. У нас не такие же условия, как на Западе. Иная правительственная структура, другая страна. Да, работа на заводе нелегка. Может ли она стать лучше? Разумеется, но только если сравнивать ее с американскими условиями».

Я не знаю, что на это сказать. Какая-то часть моего сознания готова вступить в ожесточенный спор. Какая-то хотела бы понять. Но главное, что мы имеем дело с примером того, как разный опыт приводит к разным взглядам на вещи, которые оцениваются сторонами с черно-белых позиций.

Любое решение, принимаемое людьми относительно денег, обосновывается информацией, которую они имеют на данный момент, и вписывается в их уникальную ментальную модель устройства мира.

Но эти люди могут быть дезинформированы и располагать неполными сведениями. Плохо знать математику. Оказаться жертвами недобросовестного маркетинга. Недостаточно хорошо представлять себе, что делают. Неправильно оценивать последствия своих поступков. Этот перечень причин можно продолжить.

Однако для данного момента любое их финансовое решение имеет смысл и соответствует их представлениям о ситуации. Они сами себе рассказывают основанную на собственном неповторимом опыте историю о том, что и почему они делают.

Возьмем простой пример: лотерейные билеты.

Американцы расходуют на них больше денег, чем на кино, компьютерные игры, музыку, спортивные соревнования и книги вместе взятые.

Кто же их покупает? В основном бедные люди.

Американские семьи с самым низким доходом тратят в среднем 412 долларов в год на лотерейные билеты – вчетверо больше, чем представители более высокооплачиваемых групп населения. При этом 40 процентов американцев не могут в чрезвычайных обстоятельствах наскрести сумму в 400 долларов. Таким образом, можно сказать, что лотерейные билеты за 400 долларов покупают именно те, у кого нет возможности собрать эти же самые 400 долларов на экстренный случай. Они растрачивают свою «подушку безопасности» ради шанса выиграть однажды миллион.

Мне это кажется сумасшествием. Вам, возможно, тоже. Но я не принадлежу к самой низкооплачиваемой группе. Надеюсь, что и вы тоже. Поэтому нам трудно понять подсознательные мотивы тех, кто на последние деньги покупает лотерейные билеты.

Но если немного напрячь мозги, то можно представить себе следующее.

«Мы живем от зарплаты до зарплаты и не можем ничего сэкономить. Наши перспективы на повышение оплаты труда призрачны. Мы не можем позволить себе съездить в отпуск, купить новую машину, оплатить медицинскую страховку, перебраться в район с более спокойной криминальной обстановкой. Мы не сможем отправить детей учиться в колледж, если не залезем по уши в долги. У нас нет шансов принимать решения, которые под силу тем, кто читает книги на финансовые темы. Приобретение лотерейного билета – это для нас единственная возможность исполнить мечту, которую вы уже реализовали и считаете чем-то вполне обыденным. Мы платим за свои грезы, и вам этого не понять, потому что вы уже живете в мире, о котором мечтали. Вот почему мы покупаем больше лотерейных билетов, чем вы».

Можете не согласиться с таким обоснованием. Покупка лотерейного билета нищим человеком – это все же плохая идея. Но я все же могу понять, почему лотерейные билеты пользуются спросом.

Тот же самый подход – «Я могу понять то, что вам кажется сумасшедшим» – позволяет объяснить и многие из других наших финансовых решений.

Лишь немногие люди обращаются с финансами, основываясь на объективных данных. Чаще это происходит за обеденным столом или на корпоративных встречах, то есть в местах, где личная история, ваш уникальный взгляд на мир, эго, гордость, влияние маркетинга и других стимулов сталкиваются, вместе создавая соответствующий фон.

____________

Еще один важный аспект, который помогает объяснить, почему решения относительно денег даются нам с таким трудом и почему так часто оказываются ошибочными, заключается в том, что тема денег относительно нова для нас.

Деньги находятся в обращении издавна. Считается, что первые деньги были официально введены в оборот лидийским царем Алиаттом на территории современной Турции в 600 году до н. э. Однако современные финансовые процессы – накопление и инвестирование – базируются на концепциях, которые находятся еще практически в младенческом возрасте.

Взять хотя бы пенсию. В конце 2018 года на пенсионных счетах в США находилось 27 триллионов долларов, что делает их основным звеном общего процесса накопления и инвестирования[5].

Однако сама концепция накопительной пенсии родилась всего-то два поколения назад.

Перед Второй мировой войной большинство американцев работали до самой смерти. Таковы были их ожидания и реальность. Вплоть до 1940-х годов мужчины в возрасте 65 лет и старше составляли свыше 50 процентов всех трудовых ресурсов.

Система социального обеспечения была создана, чтобы изменить эту ситуацию. Однако ее первоначальные результаты не имели ничего общего с тем, что мы считаем достойной пенсией. В 1940 году Ида Мэй Фуллер получила свою первую выплату в рамках социального страхования, которая составила 22,54 доллара, что равно нынешним 416 долларам с учетом инфляции. Лишь в 1980-е годы средняя ежемесячная пенсия с учетом инфляции превысила тысячу долларов. По оценкам Бюро переписи населения США, в конце шестидесятых годов более четверти американцев старше 65 лет жили в нищете.

Существует широко распространенное мнение, что «в старые времена у всех была пенсия от работодателя». Но это сильное преувеличение. Исследовательский институт льгот сотрудникам разъясняет: «В 1975 году только четверть людей в возрасте старше 65 лет имела доход в виде пенсии». Среди этого счастливого меньшинства лишь в 15 процентах семей пенсия являлась основным источником дохода.

New York Times писала в 1995 году о том, что среди населения растет желание получать пенсию, но возможности для этого сокращаются: «Перефразируя старое изречение, можно сказать, что все говорят о пенсии, но очень мало кто что-то делает для этого»[6].

Лишь в 1980-е годы превалирующей стала мысль о том, что каждый человек заслуживает права на достойную пенсию. А для того, чтобы добиться этого, всем необходимо откладывать деньги со своих заработков и инвестировать их.

Позвольте напомнить вам, как недавно все это было: пенсионная накопительная программа 401(k) – становой хребет американской пенсионной системы – не существовала до 1978 года. Очередная программа – Roth IRA – родилась только в 1998 году. Если бы это был человек, то у него лишь недавно появилось бы право покупать алкоголь в магазине.

Никого не должно удивлять, что многие из нас не умеют экономить и вкладывать свои сбережения. Но мы не сумасшедшие. Мы просто новички в этом деле.

То же самое и с высшим образованием. Доля американцев старше 25 лет, имеющих степень бакалавра, возросла с одного из сорока по состоянию на 1940 год до одного из четырех в 2015 году[7]. Средняя стоимость обучения в колледжах выросла за это время более чем в четыре раза с учетом инфляции[8]. Тяжесть и масштаб этой статьи расходов, вдруг свалившейся на наше общество, позволяет объяснить, почему за последние 20 лет так много людей приняли ошибочное решение, взяв кредиты на образование. У нас еще нет многолетнего опыта в этой сфере, мы пока только осваиваемся.

То же самое и с индексными инвестиционными фондами, которым еще не исполнилось и 50 лет. И с хедж-фондами, которые появились всего 25 лет назад. Даже такое явление, как потребительская задолженность, получило широкое распространение только после Второй мировой войны, когда был принят закон о льготном кредитовании военнослужащих, вернувшихся с фронта.

Собаки были одомашнены 10 тысяч лет назад, но все еще сохранили некоторые особенности поведения своих диких предков. Что уж говорить о нас, чей опыт в современном финансовом мире насчитывает от 20 до 50 лет.

Проблема заключается в том, что наши решения по этой теме не строятся на фактах, а имеют слишком сильную эмоциональную окраску. Это позволяет понять, почему мы постоянно делаем не то и не так, когда речь заходит о деньгах.

Мы совершаем неадекватные поступки, потому что являемся пока новичками в этой игре. То, что кому-то, возможно, покажется безумным, мне может представляться логичным. Однако сумасшедших среди нас нет. Все решения мы принимаем на основании собственного уникального опыта, который кажется нам разумным в данный момент.

А теперь позвольте рассказать вам историю о том, как разбогател Билл Гейтс.

2
Удача и риск

Ничто не бывает настолько хорошим или плохим, как может показаться.

Удача и риск идут рука об руку. Оба феномена доказывают, что есть вещи в этой жизни, которыми управляют силы, выходящие за рамки личных возможностей человека.

Профессор Нью-Йоркского университета Скотт Галлоуэй дал меткую формулировку этому явлению, которая позволяет лучше оценивать свои и чужие успехи: «Ничто не бывает настолько хорошим или плохим, как может показаться».

____________

Билл Гейтс ходил в единственную школу в мире, в которой на тот момент был компьютер.

История о том, откуда в школе Лейксайд (пригород Сиэтла) появился компьютер, примечательна сама по себе.

Билл Дугалл, который во время Второй мировой войны был пилотом морской авиации, переквалифицировался впоследствии в учителя математики и естественных наук. «Он был уверен, что учеба по книгам должна дополняться опытом, полученным в реальном мире. Понимал также, что нам необходимы какие-то знания о компьютерах, если мы собираемся поступать в колледж», – вспоминал соучредитель компании Microsoft Пол Аллен.

В 1968 году Дугалл обратился к материнскому комитету школы Лейксайд с просьбой использовать выручку от ежегодной распродажи невостребованного школьного имущества (около 3 тысяч долларов) на аренду удаленного компьютерного терминала Teletype Model 30, подключенного к главному компьютеру компании General Electric. «Сама идея покупки рабочего времени компьютера появилась лишь в 1965 году, – вспоминал Гейтс впоследствии. – Просто человек оказался очень дальновидным». В большинстве университетов в ту пору еще даже близко не было таких компьютеров, как тот, к которому Билл Гейтс имел доступ в восьмом классе. И он использовал эту возможность сполна.

Гейтсу было 13 лет в 1968 году, когда он близко сошелся со своим одноклассником Полом Алленом. Тот тоже оказался одержим работой на школьном компьютере, и оба почувствовали друг в друге родственные души.

Работа на компьютере не входила в общую школьную программу Лейксайда. Это был факультативный предмет. Билл и Пол могли дать простор своей фантазии в свободное время – после школы, по вечерам и выходным. Они быстро стали компьютерными экспертами.

Аллен вспоминал, что во время одной из таких вечерних посиделок Гейтс показал ему журнал Fortune и спросил: «Интересно, каково это – руководить компанией из списка Fortune 500?» Аллен ответил, что понятия не имеет. «Может быть, когда-нибудь мы откроем свою компьютерную компанию», – сказал Гейтс. Сегодня Microsoft оценивается более чем в триллион долларов.

А теперь немного математики.

В 1968 году в мире, по данным ООН, было примерно 303 миллиона старшеклассников.

Около 18 миллионов из них жили в США, приблизительно 270 тысяч – в штате Вашингтон, чуть больше 100 тысяч – в Сиэтле и поблизости.

И только 300 из них посещали школу Лейксайд.

Мы начали с 303 миллионов и дошли до 300 школьников.

Только один из миллиона старшеклассников посещал школу, в которой удачно сошлись наличие свободных денег и прозорливость одного из учителей. Биллу Гейтсу посчастливилось быть одним из них.

Гейтс и сам не скрывает этого. «Если бы не Лейксайд, не было бы и Microsoft», – говорил он, выступая перед выпускниками этой школы в 2005 году.

Да, Гейтс поразительно умен и трудолюбив. Еще в подростковом возрасте он был достаточно дальновиден, чтобы понять всю перспективу, которая открывается перед компьютерами. Но нельзя забывать и о везении, так как ему посчастливилось стать одним из миллиона и учиться в Лейксайде.

А теперь я хочу рассказать вам об одном из друзей Гейтса – Кенте Эвансе. Ему довелось в полной мере испытать на себе риск, который является братом-близнецом удачи.

Билл Гейтс и Пол Аллен приобрели известность благодаря успехам компании Microsoft. Но в школе Лейксайд учился еще один одаренный ученик, тоже помешанный на компьютерах.

Кент Эванс и Билл Гейтс крепко подружились в восьмом классе. По признанию самого Гейтса, Эванс был лучшим учеником класса.

«Мы могли часами болтать по телефону, – вспоминал Гейтс в документальном фильме “В мозгах у Билла”, – я до сих пор помню номер Кента: 525-7851».

Эванс был так же подкован в компьютерах, как Гейтс и Аллен. Однажды в школе возникли трудности с составлением вручную расписания занятий. Это было непростое дело – учесть интересы сотен учащихся, чтобы их уроки не накладывались друг на друга. Школа поручила это задание Биллу и Кенту, то есть, по сути, еще детям. Для решения проблемы они составили компьютерную программу, и все получилось.

В отличие от Пола Аллена, Кент полностью разделял взгляды Билла на бизнес и его безграничные амбиции. «Кент всегда носил большой портфель, как у адвоката, – вспоминал Гейтс. – Мы постоянно разговаривали с ним о том, что с нами будет через пять-шесть лет. А вдруг мы станем директорами компаний? Как мы будем ими управлять? А может, генералами? Или послами? В любом случае Билл и Кент были уверены, что они будут делать все это вместе.

На этом месте воспоминаний Гейтс умолкает. «Мы могли бы работать вместе. Я уверен, что мы поступили бы в один и тот же колледж». В этом случае Кент мог стать одним из соучредителей Microsoft наряду с Гейтсом и Алленом.

Но этого не случилось. Кент погиб в результате несчастного случая в горах, даже не успев окончить школу.

В горах США каждый год гибнет около трех дюжин альпинистов[9]. Шансы погибнуть в школьном возрасте составляют примерно один на миллион.

Биллу Гейтсу улыбнулась удача. Как правило, это происходит в одном случае из миллиона: он оказался в числе учеников в Лейксайде. На долю Кента Эванса выпал риск, тоже один на миллион, и он не смог реализовать свои планы с Гейтсом. Те же шансы, та же сила, но действующая в противоположном направлении.

Да, удача и риск идут рука об руку. И это доказывает, что есть вещи в жизни, которыми управляют силы, выходящие за рамки личных возможностей человека. Они так похожи, что невозможно верить в одно и не ожидать наступления другого. У них равное право на существование, потому что мир очень сложен и не может гарантировать, что ваши действия на 100 процентов увенчаются успехом. Их движущая сила всегда одна и та же. Она заключается в том, что вы как личность участвуете в игре, в которой кроме вас задействованы еще 7 миллиардов человек и бесчисленное множество постоянно меняющихся обстоятельств. Случайное сочетание факторов, находящихся вне вашего контроля, может куда сильнее сказаться на последствиях, чем ваши сознательные действия.

Однако они трудно поддаются измерению, кроме того, их нелегко признать, в связи с чем их часто не принимают в расчет. На каждого Билла Гейтса найдется Кент Эванс, который так же хорошо подготовлен и мотивирован, но не может похвалиться теми же успехами, потому что ему выпало другое число на рулетке.

Если вы с одинаковым уважением будете относиться к факторам удачи и риска, то поймете, что в оценке финансовых успехов – как своих, так и чужих – ничто не бывает настолько хорошим или плохим, как может показаться.

____________

Много лет назад я задал лауреату Нобелевской премии по экономике Роберту Шиллеру вопрос:

– Что бы вы хотели знать об инвестициях такого, что недоступно нашему пониманию?

– Точную роль удачи в успешных результатах, – ответил он.

Мне нравится этот ответ, потому что на самом деле никто не отрицает, что удача играет определенную роль в финансовых успехах. Но поскольку точную количественную долю определить трудно, то ее иногда предпочитают просто игнорировать.

Допустим, я скажу вам: «В мире около миллиарда инвесторов. Можете ли вы утверждать, что десять из них стали миллиардерами благодаря главным образом удаче?» Вы ответите: «Конечно». Но вот если я попрошу вас назвать этих инвесторов поименно, то вы, естественно, откажетесь.

Обсуждая других людей, мы порой приписываем их успехи везению. Даже если это действительно так, нас запросто могут обвинить в проявлении зависти. В отношении самих себя подобные вещи мы тоже признаем с неохотой, так как это оказывает деморализующее воздействие.

Экономист Бхашкар Мазумдер обнаружил, что у братьев чаще наблюдается одинаковый уровень доходов, чем одинаковый вес или рост. Если вы, к примеру, богаты и высоки, то ваш брат с большей вероятностью будет богатым, чем высоким. Я думаю, многие из нас интуитивно понимают, что это действительно так. Ведь уровень образования братьев и количество дверей, которые с готовностью распахнутся перед ними, во многом определяются социально-экономическим статусом их родителей. Но если вы выскажете такое предположение двум богатым братьям, то они наверняка скажут, что к ним это неприменимо и что каждый из них всего достиг сам.

То же самое можно сказать и о неудаче, под которой могут пониматься самые разные вещи – от банкротства до неспособности достичь поставленной цели.

Можно ли утверждать, что фирмы разоряются из-за того, что не прилагают должных усилий, дабы этого избежать? Или что неудачные инвестиции объясняются недостаточной продуманностью, а загубленные карьеры ленью? Иногда да. В этом нет сомнения.

Но как часто? Трудно сказать. Вероятность достижения любой значимой цели менее 100 процентов, и всегда есть риск оказаться в числе неудачников. Как и в случае с удачей, если мы попытаемся проанализировать, какая доля результата может быть отнесена на счет простого невезения, то выяснится, что это очень трудная задача.

Предположим, я купил акцию, а спустя пять лет она полностью обесценилась. Не исключено, что решение о ее покупке с самого начала было неправильным. Но возможно и то, что я сделал верный шаг, который обещал мне 80 шансов из ста, что я окажусь в выигрыше. Просто мне не повезло, я оказался среди 20 процентов неудачников. Как определить, какова истинная причина? Это моя ошибка или в дело вмешался случай?

Существует возможность статистическими способами измерить правильность некоторых решений. Однако в реальном мире мы так не поступаем. Это слишком сложно. Мы предпочитаем более простые истории, которые, правда, время от времени могут завести нас совсем не туда.

Общаясь на протяжении многих лет с инвесторами и лидерами бизнеса, я пришел к выводу, что чья-то чужая неудача обычно объясняется ошибочным решением, а своя собственная – простым невезением. Анализируя чужие провалы, я предпочитаю ясную и простую историю, которая описывает такие факторы, как причина и следствие. В конце концов, не могу же я залезть в чужую голову. «Ваш плохой результат, скорее всего, вызван неправильным решением» – вот история, которая представляется мне наиболее правдоподобной. Но когда я обдумываю итоги своей работы, то могу рассказать самую невероятную историю, оправдывающую все мои решения таким образом, что картина выглядит так, будто во всем виноват случай.

На обложке журнала Forbes не бывает фотографий бедных инвесторов, которые все сделали правильно, но так уж случилось, что им не повезло. Зато там почти наверняка можно найти фото богатых инвесторов, которые приняли вполне заурядные или даже плохие решения, но им благоволила удача. И те и другие бросали одну и ту же монетку, просто у одних она упала одной стороной, а у других – другой.

Самое опасное здесь то, что на основе всех этих историй мы пытаемся вывести какие-то закономерности относительно денег.

Какие инвестиционные стратегии работают, а какие нет?

Какие стратегии бизнеса дают результат, а какие нет?

Как стать богатым и как избежать разорения?

Мы стараемся извлечь уроки из наблюдений за историями успехов и поражений и говорим: «Надо поступать так же, как она». Или думаем: «Не надо делать так, как он».

Если бы у нас была волшебная палочка, мы бы могли точно узнать, какую долю в этих результатах имеют закономерные действия, а какую – случайные. Но у нас ее нет. Зато есть мозг, который предпочитает находить простые ответы и не углубляться в нюансы. Поэтому так мучительно трудно выделить в наших действиях те, которым следует подражать, и те, которых нужно избегать.

Позвольте рассказать вам еще одну историю о человеке, который, так же как и Билл Гейтс, добился невероятных успехов. Правда, очень трудно сказать, достигнуты они за счет удачи или умения.

____________

Корнелиус Вандербильт только что завершил ряд сделок по расширению своей железнодорожной империи.

В это время к нему в кабинет заглянул один из советников, чтобы сообщить, что все соглашения, которые он заключил, противоречат законам.

«Боже мой, Джон, – воскликнул Вандербильт, – ты хоть представляешь себе, как можно управлять железной дорогой, соблюдая законы штата Нью-Йорк?»[10]

Прочитав это, я сразу подумал: «Теперь понятно, откуда растут ноги у его успехов». Законы того времени совершенно не подходили для железных дорог. Поэтому Вандербильт сказал: «К черту их». И пошел вперед, невзирая ни на что.

Успехи Вандербильта были сногсшибательными. Поэтому так соблазнительно представить себе нарушения законов, которыми он постоянно славился, как проявление высшей мудрости. Этот задиристый провидец не терпел препятствий на своем пути!

Но нет ли в этом анализе подводных камней? Ни один человек в здравом уме не будет расценивать столь явное нарушение законов как необходимое качество предпринимателя. Можно с легкостью представить себе, что история Вандербильта могла бы принять совершенно иной оборот. Его молодая компания могла просто рухнуть под тяжестью судебных исков.

И у нас возникает проблема.

Как мы можем хвалить Вандербильта за нарушения законов и при этом с тем же энтузиазмом критиковать компанию Enron, которая, в общем-то, занималась тем же? Просто кому-то из них повезло избежать карающей руки правосудия, а кому-то нет.

Похожая история была с Джоном Рокфеллером. Он тоже нередко обходил законы. Один судья как-то назвал его компанию «обычным воришкой». Историки часто называют это его деловой смекалкой. Может быть, и так. Но где та грань, за которой «игнорирование устаревших законов, мешающих прогрессу» превращается в «преступление»? В этом случае у нас будет две истории: «Рокфеллер был гением, извлекайте уроки из его успехов» и «Рокфеллер был преступником, учитесь на его провалах». Велика ли между ними разница? Очень мала.

Вандербильт однажды сказал: «Плевать мне на законы. Я достаточно силен».

Он так и поступал, и это приносило ему успех. Однако нетрудно представить себе, что после этих слов история делает крутой поворот и заканчивается совершенно иначе. Грань между смелостью и безрассудством иногда очень тонкая. А если мы даем неправильную оценку риску и удаче, она может оказаться вообще невидимой.

Бенджамин Грэм известен как один из величайших инвесторов всех времен, отец стоимостного инвестирования и один из первых наставников Уоррена Баффета. Однако бо́льшая часть инвестиционных успехов Грэма объяснялась тем, что он был обладателем громадного пакета акций компании GEICO, что, по его же собственному признанию, нарушало едва ли не все правила диверсификации, о которых он писал в своих знаменитых работах. Где здесь можно провести черту между смелостью и безрассудством? Не знаю. Грэм писал о своем приобретении акций GEICO: «Удачный случай или продуманное решение – кто сможет их разделить?» Действительно, непросто.

Мы считаем гением Марка Цукерберга, который в 2006 году отклонил предложение Yahoo! о покупке его компании за миллиард долларов. Якобы смотрел в будущее и проявил выдержку. Однако люди точно с таким же энтузиазмом критикуют Yahoo! за то, что она отказалась выкупиться у Microsoft, когда была такая возможность. В чем здесь урок для предпринимателей? Не знаю. Риск и удачу невозможно рассматривать порознь.

И таких примеров не счесть.

Бесчисленные удачи (и неудачи) могут служить назиданием для последователей.

Лучшие (и худшие) менеджеры добиваются от подчиненных работы на пределе сил.

Выражения «клиент всегда прав» и «клиенты сами не знают, чего хотят» имеют равное хождение в бизнес-кругах.

Грань между «вдохновенным смельчаком» и «безрассудным идиотом» может измеряться миллиметрами, да и то лишь задним числом.

Риск и везение идут рука об руку.

Эту проблему решить не так-то просто. Очень трудно отделить удачу от умения и от риска, когда мы пытаемся найти лучшие способы обращения с деньгами.

Однако есть два момента, которые могут подсказать вам нужное направление.

Не спешите хвалить человека и брать с него пример

Не торопитесь порицать его и избегать повторения его поступков.

Попросту говоря, будьте осторожны и не поддавайтесь искушению объяснить чьи-то результаты исключительно трудолюбием и умом. Когда у меня родился сын, я написал ему письмо, в котором, в частности, говорилось:

«Есть семьи, в которых главным достоинством считается образование, а есть и такие, где на этот счет придерживаются иной точки зрения. Одни рождаются в экономических условиях, поощряющих предпринимательство, а другие – во времена войн и лишений. Я хочу, чтобы тебе сопутствовал успех и чтобы ты добился его своим трудом. Однако ты должен понимать, что не любой успех объясняется трудолюбием и не любая неудача – ленью. Не забывай об этом, когда будешь судить людей, в том числе и себя».

Поэтому обращайте внимание не столько на отдельных людей и какие-то определенные обстоятельства, сколько на общие закономерности

Анализировать поведение конкретного человека может быть опасно, потому что мы обычно выбираем в качестве объектов изучения крайности – миллиардеров, глав компаний или уж слишком явных неудачников, которые постоянно мелькают в новостях. Такие экстремальные случаи плохо применимы к другим обстоятельствам. Чем экстремальнее ситуация, тем меньше шансов извлечь из нее уроки для собственной жизни, потому что подобные результаты объясняются, как правило, либо невероятной удачей, либо неимоверным невезением.

Вы извлечете намного больше пользы, если будете рассматривать общие закономерности удачи и неудачи. Чем обычнее ситуация, тем скорее она может быть применена к вашей жизни. Очень трудно проанализировать инвестиционные успехи Уоррена Баффета, потому что при таких невероятно высоких результатах следует предполагать наличие очень большой доли везения, а везение – это такая вещь, которую невозможно предвидеть. В то же время рассматриваемая в седьмой главе истина, суть которой в том, что люди, умеющие контролировать свое время, обычно более счастливы, чем другие, представляет собой общее наблюдение, которое вы вполне можете спроецировать на себя.

Мой любимый историк Фредерик Льюис Аллен на протяжении всей своей карьеры описывал судьбы среднестатистических американцев – их образ жизни, изменения, происходящие в их личности, место работы, набор продуктов для обеда и т. д. Из этого можно сделать намного более полезные выводы для себя, нежели в ходе анализа экстремальных случаев, о которых пишут в новостях.

____________

Билл Гейтс однажды сказал: «Успех – никудышный учитель. Он заставляет людей поверить, будто они не могут проиграть».

Когда дела идут на удивление хорошо, вы должны понимать, что это еще не повод для сильной радости. Не считайте себя неуязвимым. Если вы знаете, что причиной вашего успеха было везение, не забывайте, что у него есть и брат-близнец – риск, который может в мгновение ока поменять направление вашей жизни.

Правда, это правило работает и в обратную сторону.

Неудача может быть никудышным учителем, потому что она заставляет людей считать свои предыдущие решения неверными, тогда как в действительности все дело лишь в невезении. Надо уметь так организовать свою финансовую жизнь, чтобы разовые неудачи и промахи в достижении финансовых целей не выбивали вас из седла и позволяли продолжать игру до тех пор, пока удача не повернется в вашу сторону.

Надо признавать роль везения в деле достижения успеха, но еще важнее уметь прощать себя в случае неудачи, понимая, что ее причиной может быть просто невезение.

Ничто не бывает настолько хорошим или плохим, как может показаться.

А теперь давайте рассмотрим истории двух людей, которые слишком настойчиво подталкивали свою удачу.

3
Всегда чего-то не хватает

Почему богатые люди совершают сумасшедшие поступки.

Учредитель фонда Vanguard Джон Богл, умерший в 2019 году, однажды рассказал историю о деньгах, которая обращает наше внимание на один момент, часто упускаемый из виду.

На вечеринке, устроенной одним из миллиардеров на острове Шелтер, Курт Воннегут обратил внимание своего приятеля Джозефа Хеллера на то, что хозяин вечеринки, управляющий хедж-фондом, за один день зарабатывает больше денег, чем Хеллер получил в общей сложности за свой роман «Уловка-22». Хеллер сказал: «Да, но у меня есть одна вещь, которой у него никогда не будет. Это вещь называется “Мне хватает”».

Мне хватает. Как много этим сказано. Для меня эти слова особенно важны. Во-первых, мне в жизни многое было дано, а во-вторых, Джозеф Хеллер очень метко обозначил суть проблемы.

Одна из болезней нашего общества, затронувшая многих самых богатых и влиятельных его членов, заключается в том, что они не видят границ и не знают значения слова «достаточно».

Это очень точное и емкое слово.

Позвольте привести вам два примера того, какую опасность таит в себе непонимание этого слова и какой урок это может нам преподать.

____________

Раджат Гупта, уроженец Калькутты, осиротел еще в подростковом возрасте. О детях из богатых семей говорят, что они родились с серебряной ложкой во рту. Гупте порой нечего было положить себе в рот даже самой простой ложкой.

То, чего он достиг, несмотря на очень скромные начальные условия, просто поразительно.

К 40 годам Гупта возглавил самую авторитетную в мире консалтинговую фирму McKinsey. В 2007-м он отошел от дел и начал тесное сотрудничество с Организацией Объединенных Наций и Всемирным экономическим форумом. Стал партнером Билла Гейтса по филантропической деятельности. Заседал в советах директоров пяти акционерных компаний. Выходец из трущоб Калькутты превратился в одного из самых преуспевающих бизнесменов современности.

Вместе с успехом пришло и большое богатство. В 2008 году состояние Гупты оценивалось в 100 миллионов долларов[11]. Для большинства это просто немыслимая сумма. Даже если получать пять процентов годовых с этого капитала, то выходит 600 долларов в час – круглосуточно.

Он мог позволить себе все что угодно.

А ему хотелось быть не просто мультимиллионером, а миллиардером. И это желание оказалось непреодолимым.

Гупта был членом совета директоров банка Goldman Sachs, и рядом с ним заседали некоторые из самых богатых инвесторов мира. Один из них, магнат в сфере недвижимости, описывал его так: «Мне кажется, он хочет войти в общество миллиардеров. А Goldman объединяет людей, у которых состояние насчитывает только сотни миллионов долларов»[12].

Все так и было. Поэтому Гупта нашел себе дополнительный побочный заработок.

В 2008 году, когда Goldman Sachs стал жертвой финансового кризиса, Уоррен Баффет решил инвестировать в этот банк 5 миллиардов долларов, чтобы помочь ему выжить. Будучи членом правления, Гупта узнал об этих планах еще до того, как они стали достоянием общественности. Бесценная информация. Выживание Goldman было под большим вопросом, и поддержка Баффета означала, что стоимость акций банка взлетит до небес.

Спустя шестьдесят секунд после получения информации о готовящейся сделке Гупта снял телефонную трубку и позвонил менеджеру хедж-фонда по имени Радж Раджаратнам. Содержание разговора не было записано, но Раджаратнам немедленно купил 175 тысяч акций Goldman Sachs, так что можете сами судить, какие темы они обсуждали. Объявление о сделке между Баффетом и Goldman состоялось лишь несколько часов спустя. Акции Goldman резко подорожали. Раджаратнам почти моментально заработал миллион долларов.

И это лишь один эпизод. Комиссия по ценным бумагам и биржам утверждает, что в целом с использованием инсайдерской информации Гупты были незаконно получены доходы в размере 17 миллионов долларов.

Это были легкие деньги. Еще проще данное дело оказалось для следователей.

Гупта и Раджаратнам отправились в тюрьму за использование инсайдерской информации в биржевой деятельности, а их карьера и репутация были безвозвратно загублены.

Теперь вспомним Берни Мейдоффа. Его преступление хорошо известно: он стал самым знаменитым организатором финансовой пирамиды после родоначальника этого вида деятельности Чарльза Понци. На протяжении двух десятилетий Мейдофф обманывал инвесторов, и по иронии судьбы его махинации вскрылись через несколько недель после скандала с Гуптой.

Вне поля зрения часто остается тот факт, что Мейдофф, как и Гупта, был не просто жуликом. Прежде чем Мейдофф прославился свой пирамидой, он считался преуспевающим бизнесменом, занимавшимся вполне легальной деятельностью.

Мейдофф был маркетмейкером, то есть посредником между покупателями и продавцами акций, причем весьма успешным. Вот как Wall Street Journal писала о фирме Мейдоффа в 1992 году:

«Он основал очень доходную фирму Bernard L. Madoff Investment Securities, через которую проходит огромное количество сделок с акциями за пределами биржи. Средний ежедневный объем электронных торгов через фирму Мейдоффа составляет 740 миллионов долларов, или 9 процентов от общего оборота нью-йоркской биржи. Эта фирма может проворачивать сделки настолько быстро и дешево, что комиссия, которую она уплачивает другим брокерским фирмам, составляет всего один цент на акцию, что дает ей возможность хорошо зарабатывать на разнице между ценами спроса и предложения».

То, что вы сейчас прочитали, – это не неудачная попытка журналиста описать жульническую схему. Деятельность Мейдоффа была абсолютно законной. Один из его бывших сотрудников писал, что на этом фирма зарабатывала от 25 до 50 миллионов долларов в год.

Легальный бизнес Мейдоффа можно было считать успешным по любым меркам, и он принес ему большое – и законное – богатство.

И все же он занялся жульничеством.

И Гупте, и Мейдоффу хотелось бы задать вопрос: почему, имея сотни миллионов долларов, они настолько стремились заработать еще больше, что готовы были рискнуть всем?

Одно дело, когда преступление совершает человек, находящийся на грани выживания. Мошенник из Нигерии в интервью New York Times говорил, что ему стыдно обманывать других, «но голод заглушает это чувство»[13].

Что касается Гупты и Мейдоффа, то здесь все иначе. У них было все: невообразимое богатство, престиж, власть, свобода. И они пожертвовали всем этим, потому что им хотелось еще больше.

У них не было чувства достаточности.

Это экстремальные примеры. Но существуют и другие варианты подобного поведения, не связанные с преступлениями.

Штат хедж-фонда Long-Term Capital Management был укомплектован трейдерами, чье личное состояние оценивалось в десятки и даже сотни миллионов долларов. Большинство из них вкладывали деньги в свой же фонд. В погоне за еще большим богатством они в 1998 году, в разгар самого большого бычьего рынка и подъема экономики в истории, пошли на неоправданный риск и умудрились потерять все. Уоррен Баффет писал по этому поводу:

«Чтобы заработать деньги, в которых у них не было нужды, они рискнули теми средствами, которые у них были. Это глупость. Просто идиотизм. Если вы рискуете тем, что для вас важно, ради того, что вам не нужно, в этом нет абсолютно никакого смысла».

Нет никаких причин, которые заставляли бы рисковать тем, что у вас есть и в чем вы нуждаетесь, ради того, что вам не нужно.

Это один из аспектов, который совершенно очевиден, но почему-то игнорируется.

Лишь у очень немногих из нас будет когда-нибудь 100 миллионов долларов, как у Гупты или Мейдоффа. Однако значительная часть читателей на каком-то этапе своей жизни придет к ситуации, когда их доход позволит удовлетворять все разумные потребности и реализовать большинство желаний.

Если вы тоже относитесь к их числу, запомните несколько вещей.

1. Самое трудное в финансовой деятельности – это вовремя остановиться

Однако это одно из наиболее важных умений. Если ожидания увеличиваются вместе с результатами, то нет никакого смысла пытаться достичь большего, так как дополнительно затраченные усилия не принесут вам дополнительного удовлетворения. Ситуация становится опасной, когда из-за стремления иметь больше – больше денег, власти, престижа – амбиции начинают расти быстрее, чем удовлетворение. В этом случае один шаг вперед отодвигает границу достаточности на два шага, тогда у вас складывается впечатление, что вы отступили назад. Единственный способ вернуться к прежним позициям состоит в том, чтобы идти на все больший и больший риск.

Современный капитализм замечательно справляется с двумя вещами: порождает богатство и зависть. Они идут рука об руку. Успехи окружающих являются для вас стимулом работать еще усерднее. Но жизнь утрачивает привлекательность, если у вас отсутствует чувство достаточности. Не зря говорят, что счастье – это результат минус ожидания.

2. Проблема сравнения себя с окружающими

Представьте себе бейсболиста-новичка, который зарабатывает 500 тысяч долларов в год. По любым меркам его можно считать богатым человеком. Однако давайте предположим, что он играет в одной команде с Майком Траутом, у которого заключен двенадцатилетний контракт на 430 миллионов долларов. По сравнению с ним наш новичок – нищий. А теперь встаньте на позицию Майка Траута. Тридцать шесть миллионов долларов в год – это немыслимая сумма. Но для того, чтобы войти в десятку самых высокооплачиваемых менеджеров хедж-фондов по состоянию на 2018 год, ему надо зарабатывать как минимум 340 миллионов в год[14]. Человек масштаба Траута сравнивает свои доходы именно с такими людьми. А менеджер хедж-фонда, зарабатывающий 340 миллионов долларов в год, сравнивает себя с пятеркой самых высокооплачиваемых менеджеров, которые по итогам 2018 года получили не менее 770 миллионов. Те, в свою очередь, смотрят на людей типа Уоррена Баффета, чье личное состояние в 2018-м выросло на 3,5 миллиарда долларов. Баффет же, возможно, сравнивает себя с Джеффом Безосом, доходы которого в том же году увеличились на 24 миллиарда. При таких доходах он зарабатывает в час больше, чем наш «богатый» бейсболист за целый год.

Потолок для сравнений настолько высок, что добраться до него почти невозможно. Победа в этой гонке нереальна, и единственный способ выиграть состоит в том, чтобы не ввязываться в нее и понять, что у вас достаточно денег, даже если кто-то в вашем окружении зарабатывает больше.

Один мой друг каждый год совершает паломничество в Лас-Вегас. Как-то раз он поинтересовался у крупье, в какие игры тот сам играет и какое казино может порекомендовать. Он с непроницаемым лицом ответил: «Чтобы выиграть в Лас-Вегасе, надо выходить из казино сразу же после того, как вы зашли туда».

Именно такой тактики надо придерживаться и в попытках сравниться в уровне богатства с окружающими.

3. «Достаточно» – это не значит мало

Вы можете решить, что идея достаточности – консервативный подход, который оставляет место потенциалу для некоторого роста.

Не думаю, что это правильно.

Если человек чувствует, что ему достаточно, значит, он понимает, что неутолимый аппетит к продолжению доведет его до точки, после которой он может пожалеть, что не остановился.

Единственный способ узнать, сколько вы можете съесть, заключается в том, чтобы жевать до тех пор, пока вам не станет плохо. До этого редко кто доходит, потому что рвота начисто убивает все хорошие впечатления от процесса поглощения пищи. По какой-то причине эта же логика не срабатывает в бизнесе и инвестировании, и многие останавливаются лишь тогда, когда их вынуждает к этому некая внешняя сила. Это может быть и эмоциональное выгорание от избытка работы, и распределение активов в инвестициях, которое превышает ваш порог риска. Тем не менее в мире еще хватает таких, как Раджат Гупта и Берни Мейдофф, которые готовы украсть любой доллар, невзирая на последствия.

Как бы то ни было, неспособность отказаться от этого доллара рано или поздно сыграет с вами злую шутку.

4. Есть много вещей, ради которых не стоит рисковать, какая бы прибыль ни стояла на кону

После того как Раджата Гупту выпустили из тюрьмы, он сказал в интервью New York Times, что усвоил один урок:

«Не принимайте ничего слишком близко к сердцу, будь то ваша репутация, достижения или что-то еще. Я сейчас вспоминаю о них, но что толку? Моя репутация несправедливо погублена, и я больше всего жалею о том, что это меня так сильно задевает».

Пожалуй, это худший урок, который можно было извлечь из сложившихся обстоятельств. Я вижу здесь попытки человека оправдаться и вернуть себе репутацию, хотя он знает, что она утрачена навсегда.

Репутация бесценна.

Свобода и независимость бесценны.

Семья и друзья бесценны.

Любовь человека, который тебе дорог, бесценна.

Счастье бесценно.

Лучший способ сохранить все перечисленное – это четкое понимание, когда необходимо остановиться, чтобы не подвергать риску то, что вам дорого. Надо знать, когда уже достаточно.

Хорошая новость состоит в том, что самый действенный инструмент для формирования чувства достаточности на удивление прост и не вынуждает идти на риск. Об этом мы поговорим в следующей главе.

4
Парадоксы накопления

Из 84,5 миллиарда долларов, имеющихся у Уоррена Баффета, 81,5 миллиарда долларов он заработал после того, как ему исполнилось 65 лет. Наш разум не в состоянии осознать всю парадоксальность этого факта.

Знания, полученные в какой-то одной области, могут порой оказаться очень важными в другой, никак не связанной с первой. Взять хотя бы историю оледенения нашей планеты, длившуюся многие тысячи лет. Чему она может научить нас в плане приумножения денег?

____________

Наши научные представления о Земле намного моложе, чем вы можете подумать. Понимание того, как устроен этот мир, зачастую требует глубокого проникновения под поверхность вещей, а эту способность мы приобрели сравнительно недавно. Исаак Ньютон рассчитал движение звезд за сотни лет до того, как мы разобрались с некоторыми базовыми истинами, касающимися нашей планеты.

Только в XIX веке ученые пришли к однозначному выводу, что Земля была покрыта льдом далеко не один-единственный раз[15]. Слишком много было найдено свидетельств, противоречивших прежнему подходу. По всему миру встречали «отпечатки пальцев» замерзшего мира: огромные валуны, рассеянные в случайном порядке, выскобленные русла ледников. Все это однозначно свидетельствовало о том, что великое оледенение случалось в истории Земли не один, а по крайней мере пять раз.

Количество энергии, необходимой для того, чтобы заморозить целую планету, потом оттаять и вновь заморозить, поражает воображение. Какая же неимоверная сила могла стать причиной этих циклов? Может ли что-то вообще сравниться с ней?

И эта сила была найдена. Правда, она оказалась не такой, как ее представляли.

Существовало множество теорий относительно причин оледенения. И описываемые геологические процессы, и сами теории были грандиозны. Одни считали, что причиной стал подъем горных хребтов, из-за которых менялось направление ветров, влиявшее на климат. Другие отдавали предпочтение идее о том, что оледенение – это естественное состояние для нашей планеты, время от времени прерываемое массированными извержениями вулканов, что приводит к потеплению климата.

Но ни одна из этих теорий не могла объяснить цикличность оледенений. Подъем горных цепей или повышенная вулканическая активность могли быть причиной одного оледенения. Но этим невозможно объяснить циклическое повторение пяти оледенений.

В начале 1900-х годов сербский ученый Милутин Миланкович, изучая положение Земли по отношению к другим планетам, выдвинул теорию оледенений, которая в настоящее время считается общепризнанной. Гравитационные силы Солнца и Луны воздействуют на форму орбиты Земли и наклон ее оси относительно Солнца. Из-за этого в определенные периоды, каждый из которых может длиться десятки тысяч лет, одно полушарие нашей планеты получает немного больше солнечного излучения, а другое меньше.

И здесь начинается самое интересное.

Изначально теория Миланковича предполагала, что изменение наклона земной оси может стать причиной суровых зим, достаточных для того, чтобы покрыть всю планету льдом. Однако русский метеоролог Владимир Кёппен вник в эту проблему глубже Миланковича и обнаружил поразительный нюанс.

Виновниками образования льда были вовсе не суровые зимы, а холодные летние сезоны.

Все начинается с того, что холодного лета не хватает, чтобы полностью растопить зимний снег. Его остатки облегчают накопление снега следующей зимой, и так продолжается из года в год. Скопившийся снег отражает больше солнечных лучей, что еще сильнее охлаждает поверхность Земли и становится причиной более обильных снегопадов и т. д. За несколько сотен лет слой снега превращается в ледяной щит, покрывающий целые континенты.

Этот процесс работает и в обратную сторону. Когда из-за изменения наклона оси поверхность планеты начинает получать больше солнечного света, в летний период тает немного больше зимних запасов снега, вследствие чего с каждым годом уменьшается отражение солнечного света и происходит повышение температуры. Из-за этого в следующем году выпадает меньше снега и так далее. Так образуется цикл.

Самое интересное, что такие масштабные события имеют своей причиной сравнительно небольшие изменения в условиях. Все начинается с тонкого слоя снега, оставшегося после холодного лета. Казалось бы, мелочь, но не успеете вы и глазом моргнуть (с геологической точки зрения), как вся Земля уже покрыта километровым слоем льда. Гляциолог Гвен Шульц выразил эту мысль так: «Причиной возникновения ледовых щитов является не количество выпавшего снега, а тот факт, что какая-то его часть остается нерастаявшей».

Вывод, который мы можем сделать из периодов оледенения, гласит: для получения колоссальных результатов вовсе не нужна неимоверная сила.

Если что-то имеет возможность накапливаться, пусть даже понемногу, то небольшое начальное количество может привести к таким экстраординарным результатам, что они становятся непостижимыми для разума. Логика отказывает, когда вы пытаетесь понять причину роста и те последствия, которые он может повлечь за собой.

То же самое происходит с деньгами.

____________

Есть более 2 тысяч книг о том, каким образом Уоррен Баффет сколотил свое состояние. Среди них встречаются очень хорошие. Но лишь в немногих обращается внимание на простой факт. Богатство Баффета объясняется не только тем, что он отличный инвестор, но еще и тем, что он был таковым чуть ли не с детства.

На момент написания этой книги состояние Уоррена Баффета составляет 84,5 миллиарда долларов. Из них 84,2 миллиарда появились после того, как ему исполнилось 50 лет, а 81,5 миллиарда – уже в пенсионном возрасте, когда ему перевалило за 65.

Уоррен Баффет – феноменальный инвестор. Но если вы припишете его успех только удачному инвестированию, то упустите главный момент. Ведь основная причина его успеха в том, что он удачно инвестировал деньги на протяжении трех четвертей столетия. Если бы он начал делать это после 30 лет и отошел от дел в 60, то мало кто услышал бы о нем.

Давайте проведем небольшой мысленный эксперимент.

Баффет начал серьезно заниматься инвестициями в 10-летнем возрасте. К 30 годам у него уже был миллион долларов, что с поправкой на инфляцию соответствовало бы сегодня 9,3 миллиона[16].

А что было бы, если бы он, как большинство нормальных людей, провел свою молодость, исследуя мир в поисках любимого занятия, и к 30 годам скопил, скажем, 25 тысяч долларов?

Предположим, он инвестировал бы эти деньги с большим успехом (в среднем его вложения давали доходность в 22 процента годовых), а в 60 лет отошел от дел и начал играть в гольф и заниматься внуками.

Каким был бы размер его состояния сегодня?

Не 84,5 миллиарда долларов.

11,9 миллиона.

На 99,9 процента меньше, чем на самом деле.

Фактически весь финансовый успех Уоррена Баффета объясняется тем, что он заложил финансовую базу своего состояния в юные годы и приумножал ее до самой старости.

Да, он умеет инвестировать, но его главный секрет – это время.

Вот так работает аккумулирующий эффект.

Давайте взглянем на это с другой стороны. Баффет – самый богатый инвестор всех времен. Но не самый умелый, если взять за критерий оценки среднюю годовую доходность его вложений.

Джим Саймонс, глава хедж-фонда Renaissance Technologies, начиная с 1988 года добивался средней ежегодной доходности вложений в размере 66 процентов. К этому рекорду даже близко никто не подошел. Как мы уже видели, у Баффета этот показатель составлял примерно 22 процента, то есть втрое меньше.

На данный момент состояние Саймонса оценивается в 21 миллиард долларов. Как бы смешно это ни звучало при таком масштабе цифр, он на 75 процентов беднее Баффета.

Отчего же такая разница, если Саймонс превосходит Баффета как инвестор? Дело в том, что для Саймонса полоса таких удачных инвестиций наступила в 50 лет. У него было более чем вдвое меньше времени для накоплений, чем у Баффета. Если бы Джеймс Саймонс вкладывал деньги под 66 процентов годовых на протяжении 70 лет, как Баффет, то у него было бы сейчас – наберите побольше воздуха в грудь – шестьдесят три квинтиллиона девятьсот квадриллионов семьсот восемьдесят один триллион семьсот восемьдесят миллиардов семьсот сорок восемь миллионов сто шестьдесят тысяч долларов.

Это непостижимо большое число. А смысл всего сказанного в том, что прийти к нему можно с помощью небольших изменений в исходных данных. Задаваясь вопросом, почему наступает оледенение или почему Уоррен Баффет так богат, мы часто упускаем из виду главную движущую силу процесса.

Я слышал от многих людей, что, когда они впервые увидели таблицу с результатами аккумулирующего эффекта сложных процентов (или услышали историю о том, насколько больше они смогут скопить денег, если начнут делать это не в 30, а в 20 лет), это изменило их жизнь. По-моему, это неправда. Скорее всего, это лишь удивило их, потому что такие результаты противоречат здравому смыслу, для которого характерно линейное, а не экспоненциальное мышление. Если я попрошу вас мысленно сложить 8 + 8 + 8 + 8 + 8 + 8 + 8 + 8 + 8, то уже через несколько секунд вы дадите ответ (72). Если же я предложу вам подсчитать, сколько будет 8 × 8 × 8 × 8 × 8 × 8 × 8 × 8 × 8, то у вас взорвется мозг (ответ: 134 217 728).

В 1950-е годы компания IBM создала жесткий диск емкостью 3,5 мегабайта. В 1960-е годы емкость выросла до нескольких десятков мегабайт. В 1970-е винчестер IBM имел емкость 70 мегабайт. Затем диски начали экспоненциально уменьшаться в размерах и увеличивать емкость. Типичный персональный компьютер в начале 1990-х годов имел 200–500 мегабайт.

А затем… бабах! – взрыв.

1999 год: iMac производства Apple – 6 гигабайт на жестком диске.

2003 год: Power Mac – 120 гигабайт.

2006 год: новый iMac – 250 гигабайт.

2011 год: первый жесткий диск на 4 терабайта.

2017 год: жесткий диск на 60 терабайт.

2019 год: жесткий диск на 100 терабайт.

Сопоставьте эти данные: с 1950 по 1990 год прибавка составила 296 мегабайт. С 1990-го по настоящее время – 100 миллионов мегабайт.

Даже отъявленные оптимисты в сфере технологии могли бы предсказать в 1950-е годы, что емкость может повыситься в тысячу раз. Или в десять тысяч раз, если уж дать волю фантазии. Лишь немногие сказали бы: «В 30 миллионов раз за время моей жизни». Но именно так и произошло.

Контринтуитивная природа экспоненциального накопления заставляет даже самых умных из нас недооценивать его мощь. В 2004 году Билл Гейтс критиковал новый сервис электронной почты Gmail, так как, по его словам, вряд ли кому-то может понадобиться емкость памяти, составляющая гигабайт. Автор книг Стивен Леви писал: «Несмотря на близкое знакомство с самыми передовыми технологиями, его менталитет все-таки был привязан к старой парадигме оценки памяти как хранилища данных». Невозможно привыкнуть к той скорости, с которой происходит развитие в наши дни.

Опасность заключается в том, что если экспоненциальный рост невозможно понять с позиций здравого смысла, то мы его зачастую игнорируем и пытаемся решать проблемы другими средствами. Нам просто лень остановиться и задуматься о его аккумулирующем потенциале.

Ни одна из двух тысяч книг, в которых анализируется успех Баффета, не носит названия «Этот парень последовательно вкладывал деньги на протяжении трех четвертей века». Но мы знаем, что это ключевой фактор его успеха. Просто нам трудно осознать всю эту математику, так как она противоречит здравому смыслу.

Существуют книги об экономических циклах, стратегиях трейдинга, секторальных инвестициях. Однако самая важная и полезная книга должна была бы иметь название «Заткнитесь и ждите». В ней имелась бы только одна страница с таблицей долгосрочных показателей экономического роста.

Практический урок всего вышесказанного состоит в том, что контринтуитивность экспоненциального роста является причиной большинства неудачных торговых сделок, стратегий и инвестиций.

Нельзя винить людей за то, что они всеми силами стараются понять, как можно добиться наивысшей доходности вложений, и что-то предпринять в этом отношении. Им интуитивно представляется, что это лучший способ разбогатеть.

Однако хорошее вложение денег совсем не обязательно предполагает высокую отдачу. Ведь рекордный показатель дохода – это, как правило, одноразовый результат, который невозможно повторить. Намного лучше разумная доходность, поскольку на нее можно рассчитывать в долгосрочной перспективе. Именно здесь аккумулирующий эффект проявляет себя в полную силу.

В то же время ставка на максимальную доходность, которую нельзя сохранить на протяжении длительного времени, может привести к трагическим последствиям. Об этом мы поговорим в следующей главе.

5
Стать богатым и оставаться богатым

Хорошие инвестиции – это не принятие удачных решений, а последовательное уклонение от потерь.

Существует миллион способов разбогатеть, и на эту тему написано множество книг.

Но есть только один способ сохранить свое богатство. Он представляет собой сочетание бережливости и паранойи.

Эта тема обсуждается не слишком часто.

Давайте вкратце рассмотрим историю двух инвесторов, которые не были знакомы друг с другом, но их судьбы странным образом пересеклись почти сто лет назад.

____________

Джесси Ливермор был величайшим биржевым трейдером своего времени. Он родился в 1877 году и стал профессиональным трейдером еще до того, как многие люди узнали о существовании такой профессии. К 30-летнему возрасту он скопил состояние, которое по сегодняшним меркам с учетом инфляции было бы эквивалентно 100 миллионам долларов.

В 1929 году Джесси Ливермор принадлежал к числу самых выдающихся инвесторов мира. Но особую известность его имя приобрело после случившегося в том году биржевого краха, с которого началась Великая депрессия.

Более трети стоимости фондового рынка было уничтожено в октябре 1929 года всего за несколько дней, получивших впоследствии названия «черного понедельника», «черного вторника» и «черного четверга».

Жена Ливермора Дороти опасалась самого худшего, ожидая 29 октября возвращения своего мужа домой. По всему Нью-Йорку распространялись сообщения о самоубийствах спекулянтов с Уолл-стрит. Вместе с детьми она в слезах встретила Джесси на пороге. Ее мать была в таком расстройстве, что не смогла даже выйти и рыдала в соседней комнате.

Как описывал впоследствии эту сцену биограф Том Рубайтон, Джесси несколько секунд стоял в растерянности, пытаясь понять, что происходит.

А затем сообщил семье новость: в порыве гениальности, повинуясь велению случая, он вдруг решил сыграть на понижение рынка, вовремя поняв, что цена на акции рухнет.

– Ты хочешь сказать, что мы не разорены? – спросила Дороти.

– Нет, дорогая. У меня сегодня был самый удачный день. Мы сказочно богаты и можем позволить себе все, что захотим, – ответил Джесси.

Дороти побежала к матери, чтобы успокоить ее.

За один день Джесси Ливермор заработал больше 3 миллиардов долларов в пересчете на нынешние деньги.

Несмотря на худший месяц в истории биржи, он стал одним из богатейших людей мира.

Пока семья Ливерморов праздновала свой невероятный успех, другой человек бродил в отчаянии по улицам Нью-Йорка.

Абрахам Германски был мультимиллионером. Свое состояние он заработал на недвижимости в 1920-е. Пока экономика переживала бум в конце двадцатых годов, он занимался тем же, чем и все преуспевающие жители Нью-Йорка: вкладывал деньги в акции.

26 октября 1929 года газета New York Times опубликовала заметку трагического содержания, состоявшую всего из двух абзацев:

«Вчера утром к адвокату Бернарду Сандлеру, держащему контору в доме 225 на Бродвее, обратилась миссис Германски из Маунт-Вернона с просьбой оказать помощь в розыске мужа, который пропал в четверг утром. По словам Сандлера, застройщик из Ист-Сайда Германски, 50 лет от роду, вкладывал крупные суммы денег в акции.

Миссис Германски сообщила Сандлеру, что их знакомый видел мужа вечером в четверг на Уолл-стрит рядом с биржей. Проходя мимо по Бродвею, тот заметил, что ее супруг рвал на части телеграфную ленту и топтал ее».

Насколько нам известно, больше об Абрахаме Германски никто не слышал.

Какие разные судьбы.

Крах в октябре 1929 года сделал Джесси Ливермора одним из богатейших людей мира. И он же разорил Абрахама Германски, который, по всей видимости, свел счеты с жизнью.

А теперь перенесемся на четыре года вперед, чтобы понаблюдать, как их судьбы пересеклись еще раз.

После неслыханной удачи 1929-го Ливермор, переполненный чувством уверенности в себе, делал все более высокие ставки. При этом он превысил свои возможности и влез в долги, после чего в 1933 году потерял на бирже все состояние.

Сломленный и пристыженный, он два дня скрывался от семьи. Жена объявила его в розыск. New York Times в 1933 году опубликовала следующую заметку: «Биржевой брокер Джесси Ливермор, проживающий по адресу Парк-авеню, 1100, пропал и не объявлялся уже с 15.00 вчерашнего дня».

Затем он вернулся, но его судьба уже была решена. В конце концов Ливермор покончил с собой.

Эти события произошли в разное время, но Германски и Ливермора объединяла одна общая черта: они достигли успехов в накоплении богатства, однако проявили одинаковую бездарность в его сохранении.

Даже если вы не можете назвать себя богачом, урок из этой истории может быть применен к любому человеку, на каком бы уровне благосостояния он ни находился.

Одно дело заработать деньги.

И совсем другое – сохранить их.

____________

Если бы мне нужно было кратко охарактеризовать денежный успех, я бы выбрал слово «выживание».

Как мы увидим в этой главе, 6,4 процента всех компаний, успешно разместивших свои акции на бирже, со временем полностью разоряются. Список из четырехсот самых богатых американцев по версии журнала Forbes обновляется в среднем на 20 процентов каждые десять лет, и это не связано со смертью обладателя денег или с передачей состояния другим членам семьи[17].

Капитализм – суровая штука. Отчасти потому, что заработать деньги и сохранить их – это разные вещи.

Чтобы заработать деньги, необходимо идти на риск, проявлять оптимизм и быть на виду.

Но умение сохранить заработанное несовместимо с риском. Вы должны смирить гордыню и постоянно опасаться, что все нажитое может исчезнуть в мгновение ока. Вам следует проявлять бережливость и понимать, что ваш заработок хотя бы отчасти объясняется везением и что прошлые достижения совсем не обязательно будут вечными.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

J. Pressler, “Former Merrill Lynch Executive Forced to Declare Bankruptcy Just to Keep a $14 Million Roof Over His Head,” New York magazine (April 9, 2010).

Вернуться

2

Там же.

Вернуться

3

L. Thomas Jr., “The Tale of the $8 Million ‘Bargain’ House in Greenwich,” The New York Times (January 25, 2014).

Вернуться

4

U. Malmendier, S. Nagel, “Depression Babies: Do Macroeconomic Experiences Affect Risk-Taking?” (August 2007).

Вернуться

5

“How large are 401(k)s?” Investment Company Institute (December 2019).

Вернуться

6

R. Butler, “Retirement Pay Often Is Scanty,” The New York Times (August 14, 1955).

Вернуться

7

“Higher education in the United States,” Wikipedia.

Вернуться

8

K. Bancalari, “Private college tuition is rising faster than inflation … again,” USA Today (June 9, 2017).

Вернуться

9

“How Many People Die Rock Climbing?” The Rockulus.

Вернуться

10

A. T. Vanderbilt II, Fortune’s Children: The Fall of the House of Vanderbilt (William Morrow Paperbacks, 2012).

Вернуться

11

D. McDonald, “Rajat Gupta: Touched by scandal,” Fortune (October 1, 2010).

Вернуться

12

“Did millionaire Rajat Gupta suffer from billionaire envy?” The Economic Times (March 27, 2011).

Вернуться

13

J. Nicas, “Facebook Connected Her to a Tattooed Soldier in Iraq. Or So She Thought,” The New York Times (July 28, 2019).

Вернуться

14

T. Maloney, “The Best-Paid Hedge Fund Managers Made $7.7 Billion in 2018,” Bloomberg (February 15, 2019).

Вернуться

15

S. Weart, “The Discovery of Global Warming,” history.aip.org/climate/cycles.htm (January 2020).

Вернуться

16

S. Langlois, “From $6,000 to $73 billion: Warren Buffett’s wealth through the ages,” MarketWatch (January 6, 2017).

Вернуться

17

D. Boudreaux, “Turnover in the Forbes 400, 2008–2013,” Cafe Hayek (May 16, 2014).

Вернуться