В. Гранд
Совершенство с характером

Глава 1. Танец любви

Елена

Стриптиз-клуб «Золотой поцелуй» всегда пользовался большой популярностью в нашем городе. К счастью, сейчас посетителей тут немного. И это хорошо – не представляю, как бы я танцевала при полном зале. Даже сейчас все поджилки дрожат, когда я смотрю на сверкающий подиум из-за ширмы. Девушки-танцовщицы хихикают за моей спиной.

– На что вы меня толкаете, бессовестные? – сердито бормочу я, уже сто раз пожалев о своем решении. Одно дело преподавать стрип-пластику в фитнес-центре, и совсем другое – выйти на сцену ночного клуба, чтобы показать мастер-класс своим ученицам!

– Боитесь? – лукаво спрашивает Валентина, высокая красавица-брюнетка. Она устроилась сюда совсем недавно.

– Волнуюсь, – сдержанно отвечаю я. В конце концов, я учила этих девочек танцевать стриптиз. Они восхищаются мной, для них я – пример идеальной танцовщицы, которая может выступить на любой сцене. Так что сейчас я не имею права отступить.

– Как вас объявить? – высунулась за ширму девушка-администратор.

– Хм… Не знаю даже… Объяви как есть – Елена Воронова. А музыку поставь нашу, тренировочную.

– С ума сошла? – делает круглые глаза администратор. – Какая еще Елена? – она исчезает за ширмой, и я сразу же слышу ее голос. – Сегодня на нашей сцене впервые идеальная и непревзойденная, сексуальная и невероятная Элайна Голдэн Кисс!

Я понимаю, что это я, и иду на сцену под бодрый мотив привычной музыки. Свет снаружи мягкий, приглушенный, но в зале видно каждого гостя. Я подхожу к шесту и начинаю свой танец.

Я уже давно преподаю стрип-пластику, а в танцах вообще всю жизнь чуть ли не с колыбели. Так что я горжусь своим тренированным и гибким телом. Прогиб, поворот, восьмерка бедрами, юбочка ползет вниз…

Самое главное в стрип-пластике – не движения, а чувственность. Это же танец любви и безудержного желания. Я всегда представляю, что танцую для кого-то одного, единственного и любимого. Сейчас мой взгляд скользит по мужским лицам в зале, выбирая достойного зрителя.

Вот он – темноволосый красавчик недалеко от сцены, смотрит заинтересованно и восхищенно. Рядом с ним… Ой. Это же сам Виссарион Грабовский – хозяин заведения! Вот мне влетит после танца! Не за то, что вышла на сцену. Скорее за то, что не выходила раньше.

Ногу на шест, подняться, поворот, снижаемся медленно, запрокинув голову… Щелкнуть заколкой, длинные светлые волосы падают на спину. Резкий взмах головой, волна, расстегиваем полупрозрачную блузку пуговка за пуговкой…

В зале одобрительный свист и крики, мне уже аплодируют, хотя я еще толком не разделась. Грабовский мечтательно застыл в кресле с блаженной улыбкой на лице. Что, осознал, что ты не зря мне платишь за занятия с твоими девочками?

Мужчина, сидящий рядом с хозяином, смотрит на меня напряженно и жадно. От его взгляда аж мурашки по коже. Интересно, как он ведет себя в постели? Я живо представила его руки на моем теле, губы на моих губах… Облизнулась. Скинула блузку полностью, оставшись в сверкающем белье.

На очередном повороте расстегиваю бюстгальтер впереди и даже немного дразню зрителей, как будто намереваясь открыть все, что они так жаждут видеть. Извините, дорогие, но полностью раздеваться я не собираюсь. Я же все-таки тут не работаю, не будем отнимать у хлеб у девочек. Несколько мужчин пробираются к сцене, сжимая в руке пачки денег. Что ж, вам тоже не повезло – к краю подиума я не подойду, оставьте ваши деньги следующим танцовщицам.

Музыка подходит к концу, я застегиваю бюстгальтер, посылаю всем воздушный поцелуй и покидаю сцену под бешеные аплодисменты.

– Ну как? – с легкой улыбкой спрашиваю у девчонок за кулисами.

– Зря мы это устроили. Я после нее на сцену не выйду, – мрачно отзывается Валентина.

– Классно! – вздыхает мимимишная блондиночка Роза. – Мы так никогда не сможем!

– В понедельник жду на тренировке, – строго говорю я, пробираясь в гримерную. Слышу голос администратора:

– На сцене Валенсия Таврическая и Роуз Лавстори!

Валентина и Роза скрываются за ширмой. Сегодня их ждет хороший доход от разгоряченной аудитории. Как и остальных танцовщиц.

Из гримерки я выхожу умытая и переодетая. Волосы собраны в аккуратный высокий хвост на голове, на лице из косметики – только капля светлой помады. На мне наглухо закрытое синее платье и бежевое весеннее пальто. Сейчас никто бы не сказал, что эта строгая дама – блистательная стриптизерша Элайна Голдэн Кисс.

На выходе из клуба сталкиваюсь с хозяином клуба и его гостем. Они явно ждут меня. Грабовский хмуро смотрит на меня с высоты своего огромного роста. В свои пятьдесят с хвостиком хозяин клуба выглядит очень представительно и грозно. Ругаться с ним обычно никто не рискует. Эх, жаль, незаметно скрыться не удалось, придется очаровывать непринужденной беседой и искренним раскаянием.

– Так, Воронова, – строго произносит Грабовский, – и что это значит?

– Простите, Виссарион Филимонович, – как можно милее улыбаюсь я. – Я бы никогда не вышла на сцену, но так хотелось попробовать свои силы в настоящем выступлении! Да и девочки просили. Одно дело ставить танцы в тренировочном зале фитнес-центра, и совсем другое – перед публикой. Я должна была знать, что все делаю правильно. Зал вроде реагировал хорошо. А вам как? Понравилось?

– Не понравилось! – отрезает он. – Нет, сам танец великолепен, тут претензий нет. Но ты всех раздразнила и исчезла. Теперь на кассе лежит десяток заказов на приватный танец от Элайны, которой в нашем клубе вообще-то не существует!

– За это я и прошу прощения, – очаровательно улыбаюсь я.

– Ни за что не прощу. Разве что научишь остальных девочек танцевать вот так же. Тренировки буду оплачивать, пока не получу такой же результат.

– Я постараюсь, – покладисто киваю я. Не будем спорить, что такую растяжку и пластику, как у меня, можно приобрести только усиленными тренировками с раннего детства. Зачем расстраивать хорошего человека?

– Кстати, знакомьтесь – мой двоюродный брат Максим, – Грабовский кивает в сторону молчащего до сих пор мужчины, и я перевожу на него взгляд. Ох, зря. Взгляд его синих глаз пронзает меня насквозь. Он такой же высокий, как кузен, с такими же темными волосами, только без седины. И на вид гораздо моложе, лет тридцать, не больше. Белая рубашка небрежно расстегнута на две пуговицы сверху. Интересно, у него есть кубики на прессе? Мой взгляд предательски опускается вниз… Так, о чем это я?

– Елена, – протягиваю ему руку, которая тут же исчезает в огромной ладони. У меня перехватывает дыхание, настолько крепким и сильным оказывается рукопожатие.

– Очень приятно, – Максим не спешит отпускать мою руку. – Я восхищен вашим танцем, – глубокий голос проникает в самое сердце. Наверняка от этого мужчины сходят с ума многие женщины. – Можете считать меня своим поклонником, – он улыбается, а я медленно отнимаю руку.

– Спасибо, мне очень приятно, – говорю я с достоинством, – но мне уже пора, – и поворачиваюсь на выход, застегивая пальто.

Уже на улице Максим догоняет меня.

– Елена, не сочтите за наглость, но, может, я угощу вас кофе, если у вас есть время?

– Простите, я не могу, – с давно отработанной грустной улыбкой отвечаю я. – Я очень тороплюсь. У меня дома маленькая дочка, ей всего четыре. Она не ляжет спать, пока я не вернусь. А ведь уже за полночь.

– Может, тогда пересечемся в другой день?

– Максим, – твердо говорю я, – мне очень лестно ваше внимание, но я действительно занята. Моя Злата – проблемный ребенок. Родилась недоношенной, множество последствий: гипоксия, тонус мышц, возможная задержка развития, до сих пор плохо разговаривает. Целый день я вожу ее по развивающим центрам, чтобы девочка прошла реабилитацию и смогла стать полноценным человеком. А во второй половине дня я работаю, когда есть возможность оставить дочку с соседкой. Как видите, моя жизнь мне не принадлежит, ни о каких личных отношениях не может быть и речи. Поэтому давайте не будем зря тратить время на бессмысленные встречи. Спокойной ночи, приятно было познакомиться, – я быстро удаляюсь к маленькой зеленой машине, сиротливо и криво стоящей посреди парковки. Да, нормально парковаться я так и не научилась. Уезжая, замечаю в зеркало заднего вида, что Максим так и стоит на прежнем месте, глядя мне вслед.

Машу ему рукой на прощанье. Скорее всего, мы с ним никогда больше не увидимся. И это к лучшему – я давно не доверяю мужчинам. А красивым мужчинам тем более.

Максим

Когда Виссарион позвал меня в свой стриптиз-клуб, я долго отказывался. Я видел стриптиз сотни раз, ничего особенного от этого зрелища я уже не ожидал. Последнее время меня одолевала апатия – тяжелое расставание с предыдущей девушкой до сих пор давило на психику. Я ни в чем ее не обвиняю – ей нужна была нормальная семья, дети и домашний уют. А я не чувствовал, что она именно тот человек, с которым я хочу прожить всю жизнь. Она все время расстраивалась из-за этого, и я принял решение не мучить ее больше и расстаться. Но это расстроило ее еще больше. Кажется, я совсем ничего не понимаю в женщинах! Хорошо, что уже все закончилось. Я даже взял отпуск, чтобы прийти в себя. Купил билеты в Таиланд, послезавтра вылет. Но радости мне это не прибавило.

В конце концов, я решил зайти в «Золотой поцелуй», чтобы немного развеяться. Виссарион мне обрадовался, усадил за свободный столик поближе к сцене и составил мне компанию. Он занимался этим заведением уже лет пять, и все эти годы бар процветал. Брат говорил, что это исключительно благодаря его умению подбирать хороших танцовщиц. Что ж, посмотрим на его девочек.

Народу пока было немного, вечер только начинался. Первые девушки, выходившие на сцену, действительно были очень красивы, да и танцевали сносно.

А потом вышла она. Элайна. Увидев ее на сцене, Виссарион присвистнул:

– Ах ты ж, интриганка! Не ожидал.

– Что такое?

– Да так. Ты смотри. Эта может устроить настоящее шоу.

Мое внимание и так было приковано к девушке на сцене. Короткая белая юбка, красный полупрозрачный лиф, открывающий подтянутый животик, светлые волосы собраны в пучок на макушке. Девушка танцевала, демонстрируя невероятные возможности изящного хорошо тренированного тела. Ее гибкость и пластика поражали больше, чем слетающая одна за другой одежки. На шесте она держалась легко, как будто без всяких усилий. А самое главное – мне все время казалось, что она смотрит на меня. И танцует тоже только для меня.

Я чего только не представлял себе во время этого танца! Как мои руки гладят это великолепное тело, поднимаясь по изящным ножкам все выше и выше, касаясь невесомых трусиков, а губы целуют упругую грудь… Скорее бы она уже сняла с себя все! Картинка в голове была слишком реалистичной, по всему телу прошла дрожь, в паху приятно заныло.

Она сняла заколку, светлые волосы рассыпались по плечам. Поворот, волна, – публика аплодировала. Девушка осталась только в блестящем белье, расшитом стразами. Когда она расстегнула бюстгальтер, я забыл, как дышать. Но эта интриганка так и не показала все, что я хотел увидеть! Это еще больше разожгло мое воображение. Я не выдержал и повернулся к брату.

– Васька, это кто? У тебя в клубе работает настоящее сокровище!

– Это Леночка, наша учительница, – вздохнул Виссарион.

– Учительница? – казалось, меня сегодня трудно поразить, но ему это удалось.

– Она учит танцам, работает в фитнес-центре неподалеку. Преподает много чего, ну и стриптиз заодно. Ее ученицы тут работают, вот она и приходит иногда, посмотреть на них. Я оплачиваю тренировки моих девочек, как видишь, не зря.

– Получается, сама она тут не работает?

– Нет. Хотя я звал и не раз. С таким телом можно вообще ничего не делать, просто красиво постоять на сцене уже достаточно. А вот теперь увидел, наконец, как она танцует. Ну, вот скажи – звезда!

– Это да, – я с сожалением проводил взглядом удаляющуюся со сцены Елену. – Просто совершенство.

– Только это совершенство несколько своевольное, как видишь. Ведь мне ни слова не сказала о танце! Думала, я не узнаю. Ха!

– А она чья? – прервал я брата. – В смысле, с кем-то встречается? Замужем?

– Ого! – Виссарион ткнул меня в бок. – Ты не залипай. Она живет с дочкой, насколько я знаю, проблемный ребенок, что-то со здоровьем. Поэтому всех ухажеров отправляет по давно известному адресу. Ни разу ни с кем и никогда не была замечена.

– Ты к ней подкатывал? – меня почему-то кольнула ревность.

– Я ко всем подкатываю, ты же знаешь, – усмехнулся Виссарион. – Но тут глухо, так что я отстал.

– Я бы ни за что не отстал. Познакомь меня с ней, а?

– Макс, тебе это зачем? Поверь, остальные мои девушки нисколько не хуже, и к тому же гораздо сговорчивее.

– Не сомневаюсь, – я смотрел на сцену, где сейчас танцевали роскошная брюнетка Валенсия и не менее эффектная Роуз. Танец у девушек был слаженным и отработанным, они, в отличие от Елены, часто подходили к краю подиума, и завсегдатаи бара совали им деньги за резинку чулок. Девушки разделись почти полностью, и там было на что посмотреть. Но это не Елена, не Елена. – Вась, ну познакомь!

– Дурак ты, Макс, – вздохнул Виссарион, поднимаясь. – Пошли. Тем более, что мне есть, что ей сказать.

Когда Елена вышла из гримерной, я поразился еще больше. Я знаю, насколько косметика меняет женщину. Обычно в лучшую сторону. Но этой девушке отсутствие грима шло больше, чем боевой раскрас. Нежная светлая кожа лица, выразительные голубые глаза, полные губы, чуть тронутые помадой, – она выглядела сейчас такой домашней и уютной, что хотелось схватить ее в охапку и затащить в свою берлогу. Когда она протянула мне руку для знакомства, я понял, что пропал окончательно. Я что-то говорил, не в силах выпустить ее длинные тонкие пальцы из своей ладони. Надеюсь только, что я не выглядел при этом слишком глупо.

Я никогда не бегал за женщинами – так уж получилось, что при моей довольно яркой внешности и достойном материальном положении проблем с противоположным полом у меня никогда не было. Но тут я помчался за удаляющейся Еленой как мальчишка. Вроде бы предлагал ей выпить чашечку кофе.

Ничего у меня не получилось, Виссарион оказался прав. Елена твердо отказалась, объяснив причину. Без высокомерия, просто и доступно. Я в очередной раз восхитился – эта девушка умеет держать дистанцию. Она уезжала на маленькой Шевроле Спарк, а я, не отрываясь, смотрел ей вслед, с ощущением потери чего-то очень важного.

Глава 2. Опасно близко

Максим

Всю ночь мне снилась девушка на сцене, сексуально прильнувшая к шесту. Причем, это была вполне определенная девушка. Я просыпался от возбуждения, засыпал, и снова видел только ее. Да что за наваждение! Встал я поздно. Как ни странно, вся моя апатия последних дней исчезла бесследно. Утро прошло в ожидании чуда. Ближе к обеду решил, что чудеса в наших руках, и позвонил Виссариону.

– Братишка, подскажи, где живет Елена?

– Все-таки не оставляешь попыток? Ты смотри, не обижай девушку, она мне дорога.

– Что? – взвился я.

– Как единственная нормальная учительница моих девчонок! А ты о чем подумал? Или уже не в состоянии думать? – он глупо захихикал. – Между прочим, она сегодня снова выступает в «Золотом поцелуе».

– Как это? Почему? – у меня похолодело внутри. Неужели моя красавица решила-таки бросить карьеру учительницы и стать профессиональной стриптизершей? А что, запросто может быть. Например, если вчерашний успех ударил в голову. Наверняка видела, сколько поклонников жаждали отдать ей деньги. Кто бы устоял?

– Она звонила сегодня, просила разрешения выступить еще, – продолжал Виссарион. – Хочет с девочками показать совместное выступление. Я разрешил, конечно! От такого ведь не отказываются. Так что приходи, посмотришь.

Естественно, в назначенное время я был в клубе. Народу сегодня было гораздо больше – завсегдатаи прознали, что можно посмотреть фееричное шоу. И не прогадали.

Девушки выходили на сцену, уверенные в своей неотразимости, как королевы красоты. Принимали соблазнительные позы и двигались при этом очень слаженно. Сегодня их было пятеро. Двух я знал – Роза и Валентина. Еще одна, рыженькая, и другая, изящная шатенка, хорошо дополняли ансамбль.

Скоро вышла и Елена, ее появление сопровождали свист и аплодисменты. Она прошла сразу к шесту. Что она там вытворяла, словами не передать. Движения плавные и чувственные, на грани приличия. Это мне теперь долго будет сниться в самых эротических снах. В паху снова заныло и зашевелилось, явно одобряя все, что делала девушка.

– Захлопни рот, – шепотом сказал Грабовский, сидевший тут же поблизости. – Хватит пускать слюни.

– Отстань, – пробормотал я, немного приходя в себя, – Надеюсь, сегодня она разденется полностью?

– Не поверишь, не знаю! Но мне кажется, в этом нет необходимости – ощущение, что она уже и так абсолютно голая!

Он будто прочитал мои мысли. Елена сегодня надела костюм, который давал полный простор воображению. Легкая струящаяся накидка из прозрачной ткани блестела стразами, но ничего не скрывала. А под ней надето белье телесного цвета, полностью сливающееся с кожей. Возникало ощущение, что девушка на сцене голая, а ткань гладит ее сексуальное тело, дразня и возбуждая фантазию.

Я нашел в себе силы оторваться от этого зрелища и посмотреть в зал. Ну, что можно сказать? Слюни пускал не только я. Мужчины свистели, хлопали, кричали, многие уже подошли к сцене, и девушки из подтанцовки активно собирали деньги. Они, в отличие от Елены, сняли с себя все, кроме еле заметных трусиков и чулок, куда возбужденные посетители засовывали купюры. Добраться до самой Елены никто пока не мог – охранники внушительно возвышались рядом, осаживая наиболее рьяных поклонников.

Танец закончился общими движениями, когда все пять девушек показали красивый финал и по одной удалились за ширму. Последней ушла Елена, подарив залу воздушный поцелуй. Он был поистине золотым – у Грабовского сегодня хорошая выручка.

– Ты куда? – схватил он меня за руку, когда я встал.

– Пойду поговорю с ней, – ничего умнее я не мог придумать.

– Тебя не пропустят в гримерку.

– Так помоги! Пошли со мной.

– Макс, что ты задумал? – нахмурился Виссарион.

– Ничего, – я сделал глаза как можно невиннее. – Просто поздороваюсь. В конце концов, мы же с ней знакомы.

Грабовский кивнул охранникам, и те пропустили меня в темный коридор закулисья. У самой гримерки я увидел Елену, которую осаждал невысокий пухлый блондин неопределенного возраста. В растерянности я встал, как вкопанный, неподалеку от них. Ни Елена, ни ее мужчина меня не видели.

– Элайна, вы прекрасны! – распевал Лене диффирамбы поклонник. – Вчера я впервые увидел, как вы танцуете, и подумал, что мне это снится. Я уже давно заметил вас, и всегда сожалел, что вы не на сцене. Но теперь вы решились показать миру свою красоту! Я так рад, так рад! – он держал ее за руку, а она мягко ему улыбалась. Меня затошнило – она что? Встречается с этим? Не представляю!

– Что вы, Иннокентий, не стоит меня благодарить, – спокойно ответила она. – Я вышла только ради девочек, всего на два выступления. Больше вы не увидите меня у шеста.

– Да вы что! Мне так жаль! – продолжал юлить вокруг нее поклонник. – Может, мы с вами тогда встретимся в другой обстановке? Например, в приватной комнате этого заведения? И вы станцуете лично для меня?

– Я не танцую приватные танцы, извините, – девушка отказывалась, но таким тоном, который лично я принял бы за согласие.

– Тогда хотя бы примите от меня этот скромный подарок, – мужчина протянул ей продолговатую коробочку. – Это сапфировые серьги. Я искал их сегодня весь день! Они так идут вашим глазам! За это я нижайше попрошу всего лишь поцелуй.

Елена взяла коробочку и поцеловала толстячка в щеку, от чего тот расплылся в счастливой улыбке до ушей. Вот уж действительно золотой поцелуй вышел! Я был в шоке. Как же так? Образ милой и неприступной учительницы разлетелся вдребезги. Кровь ударила мне в голову, я сорвался с места.

– Девушка же ясно дала вам понять, что не желает иметь с вами ничего общего! – прорычал я, подходя как можно ближе к ненавистной парочке.

– Максим? – удивилась Елена. – Что вы тут делаете?

– Кто это? – мужичок брезгливо осмотрел меня странным взглядом. – Что вам надо? Уходите! Я разговариваю с дамой! Леночка… – он попытался приобнять ее, и это окончательно снесло мне крышу.

Я оторвал его от Елены и отбросил в сторону. Иннокентий влетел в стену рядом с дверью гримерки и медленно сполз на пол, ошарашенно выпучив маленькие поросячьи глазки.

На шум тут же выскочили девушки.

– Кеша! – завизжали они. – Кешенька! Что случилось? – их взгляд упал на меня. Я грозно пошел к лежащему Иннокентию, который испуганно смотрел на меня, даже не делая попыток подняться.

Вдруг я почувствовал, как кто-то схватил меня сзади за плечи.

– Максим, пойдемте отсюда немедленно, – негромко произнесла Елена рядом с моим ухом. В ее спокойном голосе было столько властной силы, что не подчиниться было невозможно. Меня как парализовало. Я попятился и покорно пошел за ней. За поворотом она резко развернулась ко мне.

– Ты что себе позволяешь? – зашипела она, пока у гримерки раздавались охи, ахи и сочувствующие возгласы.

– А ты? – немедленно ответил я. – Вчера говорила мне, что у тебя нет времени на личную жизнь, а сегодня обжимаешься с первым встречным?

– Перестань! – глаза Елены горели яростью, а меня бесило, что она ничего не отрицает!

– И подарки принимаешь! – меня уже несло. – Что же ты на сцене не подставила задницу, как остальные девчонки? Получила бы больше, чем сапфировые серьги! – не успел я произнести последние слова, как неожиданно получил такую оплеуху, от которой в голове целый фейерверк взорвался, а в глазах на секунду потемнело. Вот это удар!

Я захлебнулся словами. Трудно говорить с гудящей головой, знаете ли. Увидел, как Елена размахнулась второй раз, и на автомате поймал ее руку. Потом другую. Девушка дернулась, но я прижал ее к стене всем телом.

Мы стояли совсем близко, тяжело дыша, и смотрели друг другу в глаза. Впрочем, я видел много чего еще – черные брови вразлет, длинные пушистые ресницы, губы! Какие у нее губы! Я облизнул свои – во рту мгновенно пересохло, а в паху снова заныло. Я настолько живо представил, как вхожу в эту женщину прямо сейчас, а она отдается мне вот с такой же страстью! Елена вспыхнула. Видимо, желание в моих глазах читалось слишком явно. Впрочем, она могла почувствовать кое-что еще: я прижимался к ней довольно сильно, а предательское мужское естество наглядно показывало, чего именно я хочу.

– Отпусти, – тихо, но с отчетливой угрозой произнесла Елена.

– А то что? – усмехнулся я.

– А то получишь еще, – она с вызовом смотрела на меня. Я не знал, как поступить дальше. Чудовищно хотелось ее поцеловать. Но я понимал, что тогда она возненавидит меня навечно, а это в мои планы уже не входило. Я нехотя отпустил ее. Она потерла запястья, и я начал остывать.

– Прости, больно?

– Не больнее, чем тебе, – усмехнулась она, кивнув на мое лицо.

– Да, ты классно меня приложила, – улыбнулся я, осторожно ощупывая скулу. – Что там? Будет синяк, наверное?

– Там такая четкая багровая ладонь, очень красиво получилось, – в глазах Елены уже плясали смешинки.

– Мда… Ну что ж, заслужил, наверное.

– Заслужил, – она снова стала серьезной. – Что на тебя нашло?

– Сам не знаю. Увидел, как вокруг тебя вьется этот… Потом еще и поцелуй… И голову сорвало.

– Иннокентий? – Изящные брови Елены удивленно взлетели вверх. – Да он вокруг всех девушек вьется! Это наш местный общий поклонник, совершенно безобидный и немного не от мира сего. Он забудет обо мне уже завтра.

– Но он подарил тебе дорогую вещь! – возразил я. – И ты приняла! Для большинства мужчин это значит согласие. Причем, на многое.

– А для него нет. Он очень богат. Не сам, конечно, его родители. Он хороший человек, добрый и наивный, как ребенок. И всем девушкам дарит сапфировые серьги. Его отец владеет несколькими ювелирными магазинами. Но Кеша почему-то любит именно сапфиры. Конечно, я взяла, иначе он ходил бы печальный весь вечер и плакал, а серьги выбросил бы. У всех девушек тут уже есть такие же сережки. А у некоторых и не по одной паре.

– Правда? – я был ошарашен. Как я мог предположить такое?

– Конечно. Вон, смотри, как вокруг него все хлопочут. Его тут все знают, даже охранники. И не прогоняют – вреда от него нет, а искреннее восхищение всем приятно. От кого-нибудь другого я бы не приняла подарок.

– И от меня?

– От тебя тем более! – фыркнула она.

– Почему? – я был уязвлен.

– Потому что для большинства мужчин это значит согласие. На многое, – вернула она назад мои слова. – А тебе и согласие не требуется – все решаешь сам, не считаясь с окружающими. Если от тебя еще и подарок принять, то вообще будешь считать меня своей собственностью.

– Хм… Хорошего же ты обо мне мнения!

– Пока не очень хорошего, ты прав.

– Как же мне его изменить?

– Неплохо было бы сначала извиниться перед Кешей, как ты думаешь? – она строго смотрела на меня, и сейчас я видел не стриптизершу в прозрачной накидке и невидимом белье, а суровую учительницу, серьезного тренера, с которым шутки плохи.

– Как скажешь, – покорно кивнул я и двинулся в сторону гримерки. Для меня такое послушание было очень странным. А то, что девушка указывает мне, что надо делать, и вовсе нонсенс. Все мои прежние женщины был красивы, воспитаны и слушались меня во всем. Я не специально выбирал таких – это получалось как-то само собой. Для меня женщина – милое существо, которое нужно любить, оберегать, и вести по жизни за ручку. Всех это устраивало. Но сейчас моя ноющая скула доказывала, что бывают женщины с таким характером, который даже мне может оказаться не по зубам. Интересно, она такая же страстная в постели? Так. Не думать пока об этом.

В гримерке полуголые девочки кружили около Иннокентия, а тот развалился на диванчике и выглядел абсолютно счастливым. Увидев меня, испуганно вскочил.

– Иннокентий, меня зовут Максим, – представился я ему, пожимая пухлую вялую руку. – Я очень сильно сожалею, что ударил вас.

– Но зачем вы это сделали? – тонким голосом спросил он, глядя на меня чистыми наивными глазами, не замутненными высоким интеллектом.

– Простите, не разобрался в ситуации. Я увидел, как вы разговариваете с Еленой, и решил, что вы назойливый поклонник, от которого она никак не может отделаться.

– Что вы! – воскликнул он искренне. – Это совсем не так! Нет, я поклонник, это да, она ведь так танцует, так танцует!

– Вы правы, теперь я это хорошо понимаю, – улыбнулся я его искреннему восторгу. – Елена объяснила мне, что вы не хотели сделать ничего плохого…

– Конечно, как я мог! Это же богиня сцены! Она лучшая…

– Эй, Кеша, а еще совсем недавно ты говорил, что я лучшая, – капризно прервала его Валентина.

– Ты тоже! – Иннокентий мило покраснел и переключился на других девушек. – Ты тоже самая лучшая!

Елена в это время надела пальто и сапожки, и мы потихоньку покинули гримерку.

– Теперь твое мнение обо мне поменялось в лучшую сторону? – спросил я ее, пока мы шли на выход.

– Немного, – кивнула она. – Молодец, что извинился, у нас обидеть Кешу считается дурной приметой.

– Сегодня ты позволишь тебя проводить?

– Нет, – она развернулась ко мне у самой двери и легко коснулась моей руки. – Не порть хорошее о себе впечатление ненужной навязчивостью. Прощай, – она вышла в холодную ночь.

– Прощай, – со вздохом ответил я. Посмотрел, как девушка садиться в машину, стоявшую рядом, и закрыл дверь. Поежился – холодно. Но сердце горело от воспоминаний о близости этого роскошного тела.

На следующее утро я снова звонил Грабовскому.

– Виссарион! Сегодня Елена выступает?

– Сегодня нет.

– Как нет? – возмутился я, как будто меня предал близкий человек. – Почему?

– Потому что она не стриптизерша, – ядовито ответил несносный кузен. – Забыл, что ли? Так что она вообще может больше не прийти в «Золотой поцелуй».

– А ты знаешь, где она живет? – мне была невыносима мысль, что я больше не увижу эту девушку.

– У тебя совсем крыша поехала? Оставь ее в покое, великий любовник!

– Да иди ты! Ты знаешь, где она живет или нет?

– Нет. Но знаю, где работает, – он выдержал эффектную паузу, за которую я бы его придушил, если бы говорил с ним с глазу на глаз. – Фитнес-центр на Строителей.

– Ясно, спасибо, – я бросил трубку, не дожидаясь ехидных расспросов.

Так. Теперь окей, Гугл. Расписание занятий фитнес-центра. Есть. Елена Воронова, последний урок аж в восемь вечера. Отлично! Это будет уже не случайная встреча.

Около девяти я ждал ее на выходе из фитнес-центра, чувствуя себя ужасно глупо. Эта женщина явно дала мне понять, что я ей не нужен, а я за ней бегаю, как влюбленный мальчик. А вдруг она пойдет не одна? Вот что я ей скажу?

Так и оказалось – моя красавица вышла на крыльцо в сопровождении какого-то толстомордого мужика. Он, правда, был очень хорошо одет и так и сиял благополучием. Они не видели меня, я стоял чуть сбоку. Зато я хорошо слышал голос Елены.

– Простите, Евгений, но нет. У меня совсем нет времени, вся моя жизнь подчинена дочери…

Надо же, почти слово в слово, что говорила вчера мне! Видимо, часто это повторяет, отработала до автоматизма. Толстяк, однако, был напорист. Даже сказал что-то про материальное обеспечение.

– Я хорошо зарабатываю, спасибо, – чуть нахмурилась Елена. Она снова была исключительно вежлива и неприступна.

Я понял, что это мой шанс и подошел к ним. Елена увидела меня, и ее глаза расширились от удивления. Но я не дал ей сказать ни слова.

– Елена Викторовна, я пригнал ваш джип, – сухим официальным тоном сказал я. – Вы уже освободились? – я смотрел ей в глаза, надеясь, что она подыграет.

– А вы кто? – довольно агрессивно спросил Евгений.

– Личный водитель Елены Викторовны, – спокойно ответил я, добавив каплю удивления в голос. С чего бы мне задавали такие вопросы? Повернулся чуть боком, чтобы ухажер заметил мой грозный ярко-фиолетовый синяк во всю скулу. Эта отметина придавала мне чрезвычайно бандитский вид, толстяк явно был впечатлен. – Елена Викторовна, простите, мне подождать?

– Нет, Максим, вы приехали вовремя, – тут же сориентировалась моя умница. – Прощайте, Евгений, я тороплюсь, – она по-королевски кивнула поклоннику и быстро процокала каблучками мимо меня. Я как можно равнодушнее скользнул взглядом по жениху-неудачнику и двинулся за девушкой. Евгений остался стоять с сердитым видом на крыльце.

– Здравствуйте, Максим, – уже совсем рядом с моей машиной сказала Елена, оборачиваясь. Я оторвался от созерцания стройных ножек в красных весенних сапожках на шпильке. Безумно возбуждающий цвет! Впрочем, как и сами ножки. На таких каблуках Елена становилась довольно высокой, хотя все равно была гораздо ниже меня.

– Здравствуйте, – улыбнулся я ей как можно ослепительнее. – Извините, что вклинился в ваш разговор, но мне показалось, этот мужчина был неприлично настойчив, – я увидел, как девушка скептически изогнула бровь. – На этот раз я услышал достаточно, чтобы сделать правильные выводы. Да и мои методы отваживания поклонников изменились, как видите.

– Я заметила. Но вот на счет навязчивости… – она выразительно посмотрела на меня.

– Нет, что вы, поймите меня правильно, – я поспешил снять с себя обвинения. – Я как раз ни на чем не настаиваю. Так что не надо равнять меня с ним!

– Значит, водитель, да? – она усмехнулась.

– Хотел показать, что купить вас не удастся. К тому же, если бы я сказал, что я ваш молодой человек, вы бы меня отшили сразу.

– Так и есть.

– Но почему? – невольно воскликнул я. – У такой эффектной женщины как вы, просто обязан быть молодой человек или ревнивый муж, это же классика!

– Потому что эта эффектная женщина предпочитает быть свободной и независимой, – немедленно ответила Елена. – Не все женщины мечтают о замужестве. У некоторых на это слово даже аллергия.

– Вот поэтому я и представился водителем, – вздохнул я. Ничего, никуда она от меня не денется. Хотя завоевывать эту королеву придется долго. – Вас подвезти?

– Даже не знаю, – ответила Елена. – Нет, спасибо за предложение, но сегодня такая чудесная погода! Я даже не села за руль, хотела пройтись немного после работы. Я живу не так далеко отсюда.

– Позволите вас проводить? – я увидел, что Елена сомневается, о чем-то задумавшись. – Не переживайте, я помню: у вас дочь и все такое. Вы всем это говорите?

– Это правда, между прочим, – чуть нахмурилась она. – Ее зовут Злата.

– Красивое имя. Расскажите мне о ней.

Мы шли по весенним улицам города и болтали обо всем. Сначала о детях, потом о работе, потом о предпочтениях в музыке и литературе. С Еленой можно было поговорить буквально обо всем, она внимательно слушала, интересно рассказывала и понимала меня с полуслова. У меня мелькала мысль, что вот такую женщину я хочу видеть рядом с собой всегда.

К сожалению, как мы не петляли, мы все-таки дошли до ее дома. И во дворе нам навстречу вылетела маленькая девочка лет четырех со светлыми кудряшками.

– Мама! – она с радостным визгом бросилась на шею Елене. Та подхватила дочь на руки.

– Привет, золотце! Вы так поздно гуляете… – она не успела закончить, как к нам подскочила полная пожилая женщина. Как я понял, это соседка тетя Маша, которая по вечерам присматривала за Златой. Она была очень взволнована.

– Леночка, солнышко, – тетя Маша всхлипывала, прикладывая к глазам платочек. – Мы тут специально вас ждали…

– Что случилось? – занервничала Лена.

– Такая беда! У меня отец умер, недавно звонили… – Она снова всхлипнула, но взяла себя в руки. – Мы уезжаем завтра с утра всей семьей. Ты извини, что так вышло, я обещала посидеть со Златочкой, но я не могу!

– Конечно, теть Маш, ну что вы, перестаньте, – голос Елены был мягок и наполнен сочувствием. – Езжайте обязательно, я очень сожалею, что так получилось с вашим отцом.

– А ты как же? У тебя же завтра такой день!

– Это не проблема, не переживайте еще и за меня. Идите, собирайтесь, все нормально.

Тетя Маша убежала, не отрывая платка от глаз, а Елена качала дочь, сосредоточенно о чем-то задумавшись.

– А что будет завтра? – решил я прояснить ситуацию.

– Отчетный концерт нашего фитнеса. Я там все организовываю, большинство выступающих – мои ученики. Ну и ведущая тоже я, само собой, – она вздохнула. – Завтра суббота, садик не работает. Тети Маши не будет.

– Так что проблема все-таки имеется? – я смотрел, как девочка обнимает маму и завидовал почти по-черному: я тоже так хочу! Вот именно так, за плечи и за шейку.

– Можно взять Злату с собой, – задумчиво сказала Елена. – Но боюсь, она там потеряется. Да и вести ее на общественное мероприятие такого масштаба в разгар весенней пандемии гриппа глупо. Попытаюсь найти кого-то посидеть с ней, – Елена отпустила девочку, и та побежала к песочнице. – Если успею до трех дня.

– Считай, уже нашла, – неожиданно выпалил я. Елена вопросительно посмотрела на меня и сразу все поняла.

– Нет, что ты, Макс, – мягко улыбнулась она. – Спасибо, конечно, но нет.

– Почему? Я вообще-то хорошо лажу с детьми. Знаешь, сколько у меня племянников? Как родных, так и двоюродных. А у тебя замечательная дочка. Послушная, спокойная.

– Это только на первый взгляд. Я тебя не так давно знаю… – она осеклась и опустила глаза. Мне стало неловко. Конечно, я осел! Кто доверит своего ребенка незнакомому человеку, которого видит третий раз в жизни? Да еще мужчине?

– Тогда давай так. Я предлагаю не просто посидеть с ребенком. Я приглашаю твою дочь завтра в гости к моей маме.

– Ну, это совсем уж неудобно! – опешила Елена.

– Ничуть. Моя мама обожает детей. Она живет на шикарной даче, и вся семья регулярно подбрасывает ей внуков. Завтра суббота, так что наверняка Злате будет, с кем там поиграть. Одним ребенком больше, одним меньше, поверь, маму это не испугает. После смерти родителей семь лет назад она полностью переключилась на внуков. И очень обижается, когда к ней никто не приезжает хотя бы на один выходной.

– Это родные внуки, а тут…

– Поверь, с соседскими ребятишками она играет не менее охотно. Можешь навести справки у Виссариона, его дети обожают бабушку. Я тоже там буду, так что Злата будет в безопасности.

– Ну, я не знаю, – голос Елены звучал неуверенно.

– Сделаем так. Ты завтра звони всем, кого знаешь. Если кто-то найдется на роль няни, о моем предложении забудем. Если нет – я заеду и заберу вас к маме. Хорошо?

Елена не стала отказываться, ситуация и правда выглядела безвыходной. Но сейчас хотя бы моя красавица немного успокоилась: один приемлемый вариант у нас уже был.

Мы еще немного постояли под вечерними фонарями, потом Елена позвала дочь, и пришлось прощаться. Если бы не Злата, я бы попробовал поцеловать ее маму хотя бы в щечку на прощание. Но девочка так внимательно на меня смотрела, что я не решился. И только проводил своих девчонок тоскливым взглядом.

Елена

Конечно, я никого не нашла, чтобы посидеть с золотцем. Ситуация с соседкой совершенно выбила меня вчера из колеи. Если бы не Максим, я бы повела себя не лучшим образом. Пропустить сегодняшний концерт я не могу, это не обсуждается. Тащить туда Злату небезопасно. Найти няню за несколько утренних часов невозможно. Все знакомые, которые теоретически могли бы помочь, либо отсутствовали в городе, либо были заняты. К обеду я начала всерьез рассматривать предложение Максима. И скоро мы уже мчались по объездной дороге на дачу его мамы.

Она встретила нас сразу же за массивными воротами. Невысокая сухонькая женщина с короткими седыми волосами на первый взгляд казалась божьим одуванчиком. Но скоро становилось понятно, что энергия в ней била через край. Она живо открыла-закрыла ворота, подскочила к сыну, обняла.

– Максим, дорогой! Не ожидала тебя увидеть! Ты же должен был улететь сегодня?

– Планы изменились, мам. Знакомься – это Елена и ее дочка Злата.

– Здравствуйте, – тихо произнесла я.

– Длясте! – Крикнула Злата во все горло.

– Здравствуйте, мои дорогие! Меня зовут Нелли Аркадьевна. Но лучше просто – бабушка Нелли. Проходите, проходите! – женщина повела нас к дому, который явно не тянул на простой дачный. Это было добротное двухэтажное здание из красного кирпича, красивое и уютное. – Я так рада гостям! Златочка, хочешь посмотреть на кроликов?

– Кьолики? – глаза дочки загорелись таким восторгом, что у меня защемило сердце.

– И кролики, и курочки, и рыбки, – все есть! Леночка, у Златочки нет аллергии на животных? – обратилась ко мне бабушка Нелли.

– Нет, – улыбнулась я.

– Ну и отлично! Вы к нам надолго, надеюсь? Скоро приедут ребята Васечки, Златочке будет с кем поиграть.

– Мам, Лена сейчас уедет, ей не с кем оставить ребенка, мы посидим пару часов?

– Конечно! – всплеснула руками хозяйка дома. – Леночка, езжайте, ни о чем не беспокойтесь. В этом доме бывает столько детей, тут все безопасно!

Искренность этой женщины подкупала. И хоть у меня сердце по-прежнему было не на месте, я стала чувствовать себя гораздо спокойнее.

Максим вышел провожать меня за ворота.

– А куда ты должен был лететь сегодня? – поинтересовалась я.

– В Таиланд, – усмехнулся Макс.

– Почему не полетел?

– А кто бы тогда вам помог? Так что я сдал билеты. – Он посмотрел на меня так, что у меня перехватило дыхание. В том числе от понимания ситуации. Такое что, бывает? Вот чтобы ради трехдневного знакомства настолько менять планы! И это ради меня? Мне стало ужасно неудобно, но вместе с тем чертовски приятно. – Я отвезу тебя в фитнес, потом вернусь сюда, – спокойно продолжил Максим.

– Нет, я лучше вызову такси. Побудь тут, чтобы я не нервничала, хорошо?

– Ну что ты, все будет в порядке, – он тепло улыбнулся мне, и я утонула в его синих глазах. Я всегда была самостоятельной и самодостаточной женщиной, которая может решить любую проблему в одиночку. Но рядом с этим мужчиной я чувствовала себя маленькой девочкой, которую любят и о которой заботятся. Может, пора уже заняться личной жизнью? Слишком долго я ставила на ней крест.

Максим вызвал мне такси, согласившись, что так будет лучше. Перед тем, как усадить меня в машину, легонько чмокнул в щечку на прощание. Я не отстранилась, и всю дорогу в фитнес думала не только о Злате, но и об этом потрясающем мужчине.

Концерт прошел великолепно. Сначала я сильно нервничала из-за дочери – все-таки оставила ее в незнакомом доме с малознакомыми людьми. Но умница Макс каждые полчаса присылал мне фотографии золотца. То с кроликами, то с птичками, то с детьми. Похоже, мой ребенок там отлично проводил время и о маме вообще не вспоминал.

Номера концерта шли один за другим, никаких накладок не случилось. Хорошо, что я все распланировала и предусмотрела заранее. Однако закончилось наше мероприятие довольно поздно. Когда я вышла из фитнеса, уже темнело. Я начала вызывать такси, но машины в это время к дачам не ездили. Да, совсем забыла, есть у нашего города такой недостаток. В отчаянии я стояла на крыльце, не зная, что делать. Надо было идти за своей машиной, но это долго, а времени терять не хотелось.

Неожиданно меня окликнули. Евгений! Вот уж кого мне сейчас меньше всего хотелось видеть.

– Елена! Как я рад, что встретил вас тут! – мужчина сиял от счастья.

– Здравствуйте. Я тоже рада, – через силу улыбнулась я.

– Простите, что не сказал вам этого после концерта, но там было столько народу! Вы отлично провели мероприятие! Все было на самом высоком уровне, просто восторг!

– Спасибо, – отделаться от этого человека не получалось. Он был не только отцом одной из моих учениц-подростков, но и заместителем директора фитнеса. И давно пытался за мной ухаживать. Я старалась держать его на расстоянии, обычно у меня это хорошо получается. Но этот мужчина никогда не оставлял попыток сблизиться.

– Вы ждете своего водителя? – он слегка нахмурился.

– Нет, он отвез дочь на дачу к друзьям и присматривает там за ней. А я вот не могу вызвать туда такси.

– Зачем такси? Давайте я вас туда отвезу!

– Вас жена и дочка не потеряют? Поздновато уже.

– Ну что вы. Я им сообщу, что подвезу нашу замечательную учительницу. Моя дочь от вас в восторге, между прочим! Как и я, – он многозначительно улыбнулся. Меня чуть не передернуло. Не люблю гуляющих мужчин, которые этого даже не скрывают. Но сейчас придется, видимо, воспользоваться его сомнительными услугами. Вряд ли меня это к чему-то обяжет.

– Хорошо, если вас не затруднит, подбросьте меня до Жуковских дач, – я все еще в сомнении. Интуиция просто кричит, что не следует этого делать. Да и здравый смысл говорит то же самое. Это главное правило красивых женщин – не принимать знаки внимания, тем более помощь от поклонников, с которыми не планируешь встречаться. С моей стороны это всего лишь просьба, а он может посчитать это согласием на все. Ведь логика у влюбленного мужчины отсутствует. Но сейчас мои мысли были только об оставленной в чужом доме дочери.

– Отличный район! – Евгений, в отличие от меня, фонтанировал оптимизмом. – Вы там живете?

– Нет, там живет мой друг.

– Ваш молодой человек? – Евгений пристально посмотрел мне в глаза, но я только удивленно подняла брови. – Ох, извините, это же не мое дело, – тут же пошел на попятную он, провожая меня к машине.

Мы недолго ехали молча. Скоро Евгений снова начал нахваливать концерт, мои уроки и моих учеников. Когда мы выехали на объездную, он резко прибавил скорость, отчего я сильно занервничала.

– Евгений, пожалуйста, не могли бы вы не гнать так? Или вы торопитесь?

– Ничуть! – он расхохотался. Было видно, что мужчина сильно не в себе от близости ко мне. – Просто я люблю скорость, а ваше присутствие поднимает настроение на небеса!

– Вот мне очень не хотелось бы там оказаться сегодня, – пробормотала я. – Евгений! Вы меня слышите?

– Не бойся, девочка, все будет нормально! За рулем – ас!

– А на пассажирском сидении – мать маленькой девочки, у которой больше никого нет! – я перешла на повышенные тона. Ненавижу людей, которые рискуют чужими жизнями. Ладно, если только своей, если тебе ее не жалко, это твое дело. Но я-то тут при чем? – Евгений, я сейчас рассержусь! И больше никогда не сяду с вами в машину!

– Серьезная угроза! – кажется, это его проняло. – А если я снижу скорость, ты согласишься на свидание со мной? – он обернулся ко мне, его рука легла на мое колено.

– Перестаньте! – дернулась я, возмущенная до глубины души.

– Ну, как хочешь, – снова рассмеялся он, обгоняя на полном ходу едущую впереди легковушку.

– Тут же поворот! – взвизгнула я, но мужчина только отмахнулся.

– В это время тут никто не ездит, трусишка ты моя!

Он был неправ. Из-за глухого поворота прямо на нас выехала машина. И не простая легковая, а тяжелая фура, которую просто так не объедешь. Прошмыгнуть между двумя машинами не было никакого шанса. Евгений ударил по тормозам, уходя вправо, но машина задела попутку, нас закружило и выбросило на встречку прямо под фуру. Удар был такой силы, что я отключилась сразу.

Глава 3. Близкие люди

Елена

Я пришла в себя рано утром. То, что я нахожусь в больнице, стало понятно сразу: вокруг были белые стены и приглушенный свет, слышались голоса врачей в коридоре. Видимо, это меня и разбудило – начинался утренний обход пациентов. Я начала судорожно ощупывать свое тело и поморщилась – болело буквально все! Но в какой-то степени это меня радовало: все части тела явно были на месте, гипса тоже нигде не наблюдалось. Разве что обнаружились бинты на ноге и руке.

В палате находились еще трое женщин, но они пока спали. Дверь открылась, и в палату вошли врачи. Один из них, невысокий пожилой мужчина увидел, что я не сплю, и подошел ко мне.

– Доброе утро, Елена Викторовна! – бодро начал он. – Как спалось?

– Отлично, – хрипло ответила я. – Что со мной?

– А вы не помните?

– Помню, конечно, – немного раздраженно ответила я. Неужели нельзя просто ответить? – Мы с Евгением попали в аварию, он не вписался в поворот… Кстати, а как он?

– К сожалению, основной удар пришелся на его сторону, – доктор вздохнул. – Так что вашего приятеля спасти не удалось. А вам сильно повезло – в такой аварии отделаться только сотрясением и ушибами – это чудо. Если вы хорошо себя чувствуете, мы переведем вас из реанимации в палату. Как вы думаете?

– Ага, хорошо, переводите, – слегка заторможенно ответила я. И вдруг новость запоздало ударила по нервам, – как это не удалось спасти? – я чуть не подпрыгнула на кровати. – Он что – совсем… Это…

– Он умер, – спокойно ответил доктор. – Лежите спокойно, пожалуйста! Вы лучше не о нем думайте, вы о себе думайте. Ему ведь уже не помочь. А вам надо поправляться. У вас же дочь, насколько я знаю, она вас ждет.

– Точно! Дочь! – я начала нервничать еще больше, переключившись с одной шокирующей новости на другую. – А где она?

– Я так понял, за ней есть, кому присмотреть, – пожал плечами доктор. – Позавчера я переговорил с вашим молодым человеком по телефону. Его кажется зовут Максим, да? Он просил передать, чтобы вы ни о чем не беспокоились и скорее выздоравливали.

На мои глаза навернулись слезы. Не знаю, отчего больше – из-за смерти Евгения или из-за доброты Максима.

– Э, нет, дорогая, раскисать не надо, – строго сказал врач. – А то оставлю вас в реанимации еще на денек, – я тут же вытерла слезы. – Вот так-то лучше. Попробуйте-ка встать.

Я осторожно села, потом попыталась встать. Врач меня поддерживал, параллельно задавая вопросы типа не кружится ли голова, не трудно ли дышать, не пропала ли чувствительность в ногах и так далее. Я на все отвечала как можно подробнее – очень хотелось побыстрее выйти отсюда. Но слабость и головокружение пока никуда не делись. Меня перевели в общую палату, наказав тщательно следить за состоянием здоровья.

– Когда меня выпишут? – спросила я у доктора напоследок.

– В лучшем случае через пару дней.

– А сегодня нельзя? – слабо возразила я. – Я хорошо себя чувствую, вот честное слово! – я покачнулась. Хорошо, что сидела на кровати. Если бы не это, уже наверняка упала бы.

– Ни в коем разе! С таким сотрясением, как было у вас, постельный режим как минимум на неделю! Да и ушибы могут неизвестно, как обернуться, надо понаблюдать, сделать анализы и подождать.

– А где мой телефон?

– Вместе с вашими вещами. Я скажу медсестре, чтобы принесла.

– Спасибо, – я откинулась на подушки.

Телефон был почти разряжен. Но главный звонок я сделать успела.

– Максим! Привет! Это я.

– Леночка, как я рад тебя слышать! Как ты, родная? – радость в его голосе согрела мне сердце и отогнала все страхи.

– Все хорошо, только болит все. А вы там как?

– Все нормально, не беспокойся. Злата все дни проводит с кроликами, кушает хорошо, спит тоже. Только жалеет, что кроликов нельзя с собой в постель брать. Ну и по тебе скучает очень. Давай поправляйся быстрее, мы все тебя ждем.

– Да я бы с радостью. Врач сказал, что меня могут выписать уже через несколько дней, если я буду соблюдать постельный режим дома. И вообще говорит, что мне повезло. А вот Евгению… – мой голос сорвался.

– Так. Ну-ка перестань! За рулем была не ты, ты ни в чем не виновата.

– Но это именно меня он подвозил! – я говорила громким шепотом, чтобы соседки по палате не слышали. – Понимаешь? Если бы не я, ничего бы не случилось!

– Я так думаю, это не ты попросила о помощи, – хмыкнул Макс на том конце провода.

– Конечно, не я! Я пыталась вызвать такси. А тут он. Ну и предложил. И был при этом довольно настойчив. Но я ведь могла отказаться! Или хотя бы там, в машине… вести себя по-другому.

– Что ты имеешь в виду? – голос Максима ощутимо напрягся. – Он приставал к тебе в машине?

– На скорости это было бы затруднительно. Он очень сильно гнал. И попросил меня о свидании, тогда бы он снизил скорость. Вот нет бы мне согласиться! Потом можно было сказать, что пошутила. А я ничего не сделала, и его теперь нет! Представляю, как его семья меня теперь ненавидит! – я уже почти скатилась в истерику, но мне надо было высказать все это хоть кому-то. А единственным близким мне человеком в этой ситуации оказался Максим.

– Успокоилась немедленно! – твердо сказал он. – Знаю я, как женщины умеют себя накручивать на пустом месте. И испытывать чувство вины за действия разных уродов. Как ты живешь с таким чувством ответственности за всех, не понимаю? Так вот, дорогая. Ты сильно ошибаешься, думая, что все в этом мире зависит от тебя. Это не так. Некоторые вещи происходят, не подчиняясь твоей воле. Ты не могла отказать этому толстяку, чтобы он тебя подвез, потому что ты торопилась к дочери. А предположить, что он себя так поведет, ты тоже не могла. И ту фуру ты тоже не могла предусмотреть, ты же не ясновидящая. За рулем сидела не ты. Не надо брать на себя ответственность за действия других. Это глупо. Он целиком и полностью виноват сам. В том, что погиб, и в том, что ты из-за него пострадала. Ты должна злиться на него, а не жалеть и защищать, поняла? Не слышу!

– Поняла, – всхлипнула я. – Удивительным образом его слова поставили мне мозги на место. В конце концов, чего это я расклеилась? Какой-то урод убился сам и запросто мог оставить мою дочь сиротой, чуть не убив меня, а я чувствую вину за собой? Действительно, глупость какая-то. – Спасибо, Максим.

– Не за что. Завтра мы с золотцем придем тебя навестить. Что тебе принести?

– Шоколадку! – тут же отреагировала я. Обычно я строго ограничиваю себя в еде – учительница танцев не может быть толстой. Но тут, в больнице, должно хоть что-то радовать?

– А тебе можно? – с сомнением спросил Максим.

– У меня сотрясение мозга, а не желудка, – фыркнула я.

– А, точно, поэтому ты там так странно рассуждаешь.

Наш разговор стал милым и ироничным, я положила трубку, совершенно придя в себя. Жизнь снова стала прекрасной.

Я увидела их на следующий день в часы посещения. Мою лапочку дочку и замечательного мужчину, который решает мои проблемы, ни в чем не упрекнув. Я смогла выползти в коридор, чтобы не смущать соседок по палате. К сожалению, спуститься в зал для посещений мне пока не разрешили.

Злата сразу же бросилась мне на шею. И к лучшему – вид высокого синеглазого Максима приводил меня в необычное волнение. Мне хотелось смотреть на него, обнять, поцеловать… И так далее. Даже думать об этом не хочу… Не влюбилась ли я на самом деле?

Максим

Я не стал рассказывать Елене, как обрывал все телефоны больницы, чтобы мне сказали внятно, что происходит с моей девушкой. Да, я уже считал ее своею. Особенно, когда узнал, что мог ее потерять. Хорошо, что телефон Лены не был заблокирован, и одна из медсестер смогла позвонить по последнему номеру, чтобы сообщить об аварии.

То, что в машине был именно Евгений, я понял сразу по его описанию. Моей ярости не было предела. Хорошо, что этот гад сдох. Я ходил из угла в угол по залу, а мама следовала за мной по пятам.

– Максик, ну все же хорошо, ну что ты так распереживался? – ее голос немного успокаивал.

– Да потому что эта тварь чуть не убила мою девушку! – прорычал я. – Он был за рулем, в аварии виноват он, это не просто несчастный случай, раз они оказались на встречной полосе. Наверняка лихачил, чтобы повыделываться перед Ленкой, он же давно вокруг нее вьется, она его все время отшивала. А тут села к нему в машину, чтобы поскорее к дочери попасть. Представляю, как он обрадовался! В прямом смысле до смерти. Да только вот Ленка тоже пострадала, неизвестно еще, чем обернется, – я тут же осекся, увидев расширенные глаза Златы, как раз вошедшей в комнату. Она весь день играла с кроликами, потом с племянниками, но сейчас дети разъехались по домам, и девочка сидела в доме.

– Де мама? – тонким голоском спросила она, мгновенно интуитивно вникнув в происходящее. Это отрезвило меня сильнее успокаивающих манипуляций мамы.

– Иди сюда, золотце, – я присел, протянув ей руки. Ребенок доверчиво приблизился. – Твоя мама попала в аварию. Она жива, с ней все хорошо, ты не переживай. Только сейчас она в больнице.

– Она не пидет?

– Пока не придет, – за сегодняшний день я научился понимать ее тарабарский язык в совершенстве. – Поэтому ты еще немного побудешь тут, хорошо? Поиграешь с кроликами.

– Кьолики, – улыбнулась девочка, но тут же посерьезнела. – А мама?

– А к ней мы поедем завтра… Или послезавтра, когда она чуть-чуть поправится. А потом заберем ее домой.

– Сюда?

– Возможно, – это уже вмешалась мама. – Я буду только рада. – Она взяла Злату за руку, а на меня многозначительно посмотрела. Я вздохнул – к маминым попыткам женить меня на «хорошей девушке» я уже давно привык. К сожалению, наши с ней вкусы сильно различались. Впрочем, Лена ей, кажется, понравилась. – Пойдем наверх, тебе пора спать.

– Пидем, – покладисто согласилась Злата. Идеальный ребенок! Сегодня я окончательно понял то, о чем подозревал со дня первого знакомства: Елена не хочет отношений не из-за ребенка. Злата добрая, послушная и спокойная. Она прекрасно со всеми ладила и совсем не капризничала. А вот почему Елена никому не дает шанса, мне еще предстоит выяснить. Хоть бы с ней все было в порядке!

Навестить ее нам разрешили только через двое суток. И то попросили подняться на нужный этаж, а не заставлять ее спускаться вниз.

Елена сидела на диванчике в коридоре. Увидев нас, осторожно поднялась. На ней сейчас был белый больничный халат, и одноразовые тапочки, которые никак не смотрелись на ее изящных ножках.

– Мама! – взвизгнула Злата и помчалась к ней. Елена подхватила дочь на руки и тут же рухнула назад на диван.

– Осторожней! – бросился к ним я, но мои девчонки меня совсем не замечали, вцепившись друг в друга и смеясь. – Привет, – подошел я ближе.

– Привет, – подняла на меня Лена сияющий взгляд, от которого у меня перехватило дыхание. Ее яркие голубые глаза выглядели огромными на осунувшемся лице.

– Как ты?

– Сейчас просто отлично! Я так соскучилась, – она не стала уточнять, по ком именно, за что я был ей очень благодарен.

– Мама, я там иглаю с кьоликом, – Злата начала взахлеб рассказывать о своей жизни в доме моей мамы, а мы с Леной только переглядывались.

– Я привез вещи, – сказал я тихо, кивнув на сумку. – Они целые, только пришлось постирать, – я не стал рассказывать в подробностях, как меня шокировал вид окровавленных Лениных вещей, когда я забирал их из больницы.

– Спасибо. Максим, мне очень неудобно тебя напрягать. Похоже, я испортила тебе отпуск, – опять это чувство вины в ее глазах!

– Меня это нисколько не напрягает, – твердо ответил я. – Мне все равно нечего делать дома. Да и в Таиланде было бы скучно, я там уже бывал. Поверь, с твоей дочкой мы проводим время гораздо веселее.

– Да, с ней не соскучишься, – чуть улыбнулась Елена.

– Когда тебя выпишут? – я пристроился рядом с ними на диванчике, стараясь не придвигаться слишком близко. А то халатик у Лены короткий, а собачка замка так и дразнит – вот бы дернуть ее вниз! Вряд ли я бы это сделал, но зачем рисковать?

– Должны выписать послезавтра. Если с анализами все будет в порядке.

– Я заеду и отвезу тебя домой.

– Не стоит, я могу…

– Можешь, – перебил ее я немного сердито. – Но лучше не надо.

Лена только вздохнула, прекратив, наконец, возражать. Нет, мне очень нравилась ее самостоятельность и независимость. Елена сильна женщина, этого у нее не отнять. И при этом каким-то образом не растерявшая женственности и доброты. Мне всегда нравились именно такие – королевы, которым подчиняется мир. А не изнеженные хрупкие создания, полностью зависящие от воли других. Но сейчас мне очень хотелось, чтобы мою помощь не отвергали. Мне почему-то было очень важно, чтобы Лена приняла мою заботу о ней.

Через два дня я забирал свою девушку домой. Мы со Златой ждали ее в машине на стоянке. Елена вышла из больницы в своем обычном строгом образе – собранные волосы, минимум макияжа, высокие каблуки, четкий быстрый шаг.

– Ни за что не скажешь, что у тебя все тело в синяках, – пробурчал я, выруливая на дорогу, – как погулять вышла.

– На тренировках бывали травмы и посерьезнее, – улыбнулась она.

– Еще скажи, что завтра на работу выйдешь.

– Не выйду, – погрустнела она, – у меня больничный аж на две недели. Да и вообще не знаю теперь, как мне туда возвращаться. На днях были похороны Евгения. Я звонила коллегам, там болтают, что я чуть ли не его любовница, и во время поездки… Ну, в общем, разное предполагают. Мол, из-за меня эта авария и случилась, раз я его отвлекла. Кто-то верит, кто-то нет. Я, конечно, рассказала, что он просто меня подвозил и не справился с управлением. Но сплетникам рты не закроешь.

– Вот сволочи! – я хотел сказать кое-что покрепче, но присутствие Златы меня удержало. На самом деле я был в ярости: я знаю, что красивых, умных и независимых женщин часто ненавидят из зависти. Но чтобы вот так обливать помоями из-за какого-то урода, это уж совсем свинство! – Не переживай, все уляжется со временем.

Мы подъехали к дому Елены. Они с дочкой жили в небольшой съемной двушке. Центр города, хороший район – Елена молодец, что может себе позволить такое жилье. Квартирка чистая и уютная. Да-да меня позвали в гости! Я был на седьмом небе от счастья. Правда, тут же пришлось уйти ненадолго в магазин. За время без хозяев все продукты в доме испортились. Вернулся назад с полными сумками.

Пока малая хозяйничала по сумкам, Елена подошла ко мне так близко, что я чувствовал ее тепло. Она успела переодеться в простое домашнее платье, которое только подчеркивало ее интересные формы.

– Максим, спасибо тебе за все, – тихо произнесла она, глядя на меня снизу вверх. Без сапожек на шпильках она казалась маленькой и хрупкой. – Как мне отблагодарить тебя? – Она старалась смотреть уверенно, но я заметил, как она краснеет. Я помолчал немного, наслаждаясь моментом.

– Не боишься задавать такие вопросы? – мог голос был слегка хриплым, близость этой женщины действовала на меня одуряюще. – Вдруг я попрошу что-то запрещенное?

– Не боюсь, – вспыхнула Елена, опуская глаза. – И ты такое не попросишь.

– Поверь, мне очень трудно сдержаться, чтобы не воспользоваться ситуацией, – я легко провел рукой по ссадинам на ее плече. Елена вздрогнула, но не отшатнулась. Это порадовало – ей приятны мои прикосновения. У меня тут же случилась полная боевая готовность от ощущения нежной белой кожи под пальцами. – Не бойся, секс мне нужен, конечно, но не в качестве благодарности, а только по взаимному согласию. Как видишь, я стараюсь быть идеальным мужчиной.

– У тебя это здорово получается, – подняла на меня взгляд Елена. Она смотрела на меня так хорошо и по-доброму, что не поцеловать ее было бы преступлением. Я шагнул ближе. Но ничего не успел сделать.

– Мама! – Злата подскочила к нам. – Кьолик! – она ткнула в нас игрушкой, которую я присмотрел в магазине. Раз уж девочке так нравятся кролики, почему бы не побаловать ее?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.