Юлия Щербинина, Вениамин Шер
Гордость, зомби и демон

Пролог

30 января, 2014 год от Р.Х. Индия, поселок Сангар, заброшенный цех по изготовлению сумок.

– Еще раз повторяй! Ублюдок! – рыкнул Евгений на перепуганного монаха, к голове которого был приставлен пистолет.

– Прошу вас… Это б-бесполезно, если в ч-человеке нету демона, – судорожно пролепетал монах на корявом английском, запинаясь и произнося слова с диким акцентом.

В заброшенном помещении, на какой-то окраине Индии, находились четыре человека в чёрных кожаных куртках. У всех короткая стрижка, а у некоторых на лице шрамы. С виду – вылитые бандиты. Здесь также присутствовал испуганный пожилой монах со смуглым лицом, в желтом одеянии и стрижкой под «ёжик». Он из раза в раз повторял свои мантры перед кругом изгнания демонов, в котором находился сам Евгений.

За пять месяцев, с тех самых пор, как потерял свою любимую, без дела он не сидел. Рыскал и рвал землю зубами, чтобы найти, понять, куда пропала Маруся. Если бы не помощь гадалки, Нины Витальевны, он бы, может, и спился совсем, как в своих видениях это видела его невеста.

За это время он сделал очень многое. И даже нашёл одного из святош, что терроризировали их до того, как случилась пропажа. Евгения очень сильно удивило то, что этот Диего, как только увидел своего «мстителя», встал на колени и в слезах начал рассказывать всё, что произошло в тот роковой вечер. Только поэтому Женя и его друзья пощадили этого святого отца из Ватикана. Так как у них появилась информация о том, куда делась Маруся, и кто истинный виновник её исчезновения.

За все это время Евгению приходилось убивать. И убивать жестоко, безразлично и отстранённо. Ведь военный начальник официально не существующего подразделения армии России оказывал ему всяческую поддержку. А за его услуги приходилось платить ответными услугами.

Но он нисколько не жалеет, поскольку теперь находится практически у конечной точки своих поисков – четыре месяца назад Нина Витальевна в подробностях описала ему эту сцену, что происходила здесь и сейчас. Скоро он исчезнет, так же, как и его невеста. И, возможно, появится вновь со своей любимой через некоторое время.

Гадалка его предупредила о том, что будущее всегда меняется, когда о нём узнают. Именно поэтому она так и не сказала, через какое время он воссоединится со своей половинкой. И воссоединится ли вообще…

Нина Витальевна предположила, что Маруся попала в другое измерение – ад. Потому как она не видит её «судьбу» в этом мире. Это же подтвердил и свидетель тех событий – Диего. Зная уже не понаслышке, что загробная жизнь существует, и такому как он предписана дорога в ад, – его любимая песня группы «AC\DC» – Евгений был готов отправиться хоть к самому Сатане, чтобы вернуть единственный светлый лучик в своей жизни.

– Замолчи и старайся лучше, урод! Мою невесту ты не задумываясь отправил в ад… – процедил Евгений, стоя в центре круга.

Двое его военных друзей, которые охраняли вход в это заброшенное здание, со вздохом покачали головой, считая своего друга хоть и очень сильным бойцом, но в конец слетевшим с катушек. Их переводчик как раз держал пистолет у затылка монаха и переводил слова оппонентов.

Переводчик Александр не был другом Евгения, и согласился на такую «аферу» только по просьбе его начальника, Константина Васильевича. Только из-за продвижения по карьерной лестнице. Никак иначе.

Он с откровенным скепсисом смотрел на эту двухнедельную «операцию», которой командует Женя. А сейчас сжимал рукоять направленного в голову монаха пистолета и чуть устало переводил каждое слово, совершенно отстранившись от всего этого бреда. Он был уверен, что Евгений тронулся умом. Но против начальства не попрёшь.

– Я всего лишь изгонял демона… Всё дело в эфире. Происходят аномальные возмущения пространства, – поджав губы, печально сказал монах. Александр быстро перевел его слова.

– Никто не просил вас изгонять этого демона! Твари вы божественные! Я! Заслуживаю попасть в ад! Но никак не Маруся! – с озлобленным лицом заорал Женя, услышав перевод от Александра.

Его товарищи были на грани того, чтобы бросить весь этот спектакль и молча уйти, оставив двух сумасшедших разбираться между собой. Всё, что они слышали в разговоре блюстителей духовности и Евгения, было для них совершенно нелепым сумасшествием. Полным бредом! Сам Женя ничего им не рассказывал и просто хмуро требовал выполнения задач.

– Господин. Я раскаиваюсь… и вместе с вами горюю. Но это правда бесполезно… В вас нужно вселить демона, и только тог… – продолжил монах говорить, держа одну руку перед собой в буддийском молитвенном жесте. Но Евгений понял, о чем он говорит, и, наставив на него уже свой пистолет, крикнул:

– Я сказал продолжай! – Его крик не требовал перевода и для монаха, поэтому тот печально покачал головой и начал чтение мантр заново.

Евгения одолевало бешенство. Он был готов убить этого монаха, если и на этот раз ничего не получится. Нет. Он был готов долго мучать свою жертву, получая от этого удовольствие. На краю сознания Женя понимал, что он практически сошёл с ума, и что его друзья смотрят на него чуть ли не волком. Но ничего не мог с собой поделать – его переполняло отчаяние, горе и неудержимая злоба, которую он держал титаническими усилиями.

Сами Ангелы Господне давно приметили этого человека, смотрели на него и находились в недоумении от того, что человек способен так ужасно проявлять любовь. И поэтому они отослали «досье» на этого человека стражам Нарака, которые тоже очень удивились и приняли решение разрешить «изгнать» человека в ад, раз уж он того желает. Чтобы, так сказать, провести с ним воспитательные меры.

Когда монах прочитал половину своих мантр, вокруг Евгения засветился круг сансары. По закрытому помещению разгулялся лёгкий ветерок. До этого момента товарищи Евгения стояли с откровенным скепсисом на лице, но теперь стали ошалело разглядывать круг. Монах же, который ощутил чувство «изгнания» демона, с новой силой и эмоциями начал издавать неразборчивый текст мантры.

Через пару минут вокруг них бушевал довольно сильный ветер. Круг сансары светился, озаряя всё помещение, что до этого находилось в полумраке. Евгений почувствовал приближение своего исчезновения, он уверился в том, что не сошел с ума. Поэтому, подняв руки вверх и запрокинув голову, громко и истерично рассмеялся, подтверждая статус того, кем его считали товарищи. Но его ликование состояло ещё и в том, что он справился не за полгода, как предсказывала его любимая, а за пять месяцев.

Спустя несколько секунд смеха произошла яркая вспышка, и всех присутствующих в комнате раскидал по стенам оглушительный хлопок.

– Этого не может быть… – прошептал монах на санскрите.

– Жека! Куда он делся! Что за чертовщина?! Витя, ты видел?! – воскликнул тот, что охранял выход, вставая и судорожно вертя головой.

– Я ни хрена не видел! Точнее, я видел полную чертовщину! Он исчез сразу после вспышки! – сказал второй, поднимаясь с пола.

– Это нахрен невозможно… – бормотал вместе с монахом ошеломлённый «переводчик», но на русском языке. В полулежащем состоянии он глядел на пустующий круг сансары, даже не пытаясь подняться с пола.

Комната была абсолютно «герметична», ведь она закрывалась изнутри на ключ, который был у одного из сторожей. Никто не покидал эту комнату. Это понимали все.

Но только лишь монах, стоя на коленях в молитвенном жесте, знал наверняка, что этот человек добровольно отправился в ад!

Глава 1

Невыносимая боль ушла моментально, а так как я управлял телом девушки, то тут же машинально открыл глаза и долбанулся спиной о землю. По ощущениям, мы упали с небольшой высоты прямо в траву.

– Что за тапки сатаниста… – кряхтя, приподнялся я с травы и осмотрелся.

Платье Маруси было задрано, показывая всему лесу её черные трусики.

– М-мы в аду? И почему в ад я направилась вместе с тобой? Ты же говорил, что я не грешница! – воскликнула Руся, перехватывая управление телом и поправляя своё платье.

Причем она перехватила управление очень жёстко, как будто меня подвинул трактор! Я даже противиться этому не мог! Что за сатанист?!

– Дорогая моя, не-грешница. Мы явно не в аду! К тому же, ты жива и находишься во плоти, – недовольно сказал я у девушки в голове.

После моих слов она изумлённо обхватила свою грудь, а потом начала ощупывать себя всю. Сев на колени и поджав под себя ноги, стала осматриваться. Только вот я заметил необычные листья деревьев и странные маленькие цветочки жёлтого цвета, имеющие конусную форму бутона. Я, конечно, не ботаник… но таких цветочков на Земле я не припомню. Уж сильно они примечательные…

– Я ж-жива? Нас переместило куда-то в район Красноярска?! – сыпала она вопросами и постепенно начала смеяться, срывая с земли зеленую траву. – А я-то поверила. Ха-ха-ха! Уже приготовилась! – продолжала смеяться она, а я настороженно смотрел её глазами.

«Что-то здесь явно не так…» – пробормотал я сам себе.

– Маруся. Здесь разгар лета. А в Красноярске почти осень… – попытался я объяснить ещё одну явную несуразность аномально теплой погоды. Но девушка меня не слушала, продолжая смеяться, как умалишённая.

Из-за этого я попытался перехватить управление её телом, но был просто ошарашен! Я как будто упёрся рогами в бетонную стену! Я не могу пошевелить даже её мизинцем!

– М-Маруся… У нас проблемы! – взмолился я, обнаружив совершенно нереальный факт.

– Какие проблемы, Крондо? – отсмеявшись, выдала Руся и поднялась на ноги. – Не в тайгу же мы попали? – хихикнула она.

– Думаю, мы попали не просто не в тайгу… – прошептал я и тут же вылетел в межастралье.

Как обычно, я отстранился от её души и направился прямиком на выход из её тела. Ведь была еще одна странность: потока видений нет совершенно! Обычно я отсекал их на автомате, чтобы не забивать голову моему носителю. А тут просто-напросто пусто!

– Что за тапки обрыганного сатаниста!? – заорал я, попав в то место, что раньше было межастральем.

Здесь были не чёрные пески с сизым туманом. Здесь была солнечная выжженная пустыня оранжевого цвета! Я тут же пролетел на границу с основным астралом, и меня обуял неконтролируемый страх – за астралом не было ада или рая! Здесь нечто чуждое, невообразимо другое! За астралом находился только один мир, и с очень могущественными сущностями!

– Я ничего не понимаю… – пробормотал я, наблюдая, как какой-то золотой червь, размером с длинный эсминец, выныривает из песка и своей широкой пастью падает на некую тварь, вроде носорога с пучком рогов на голове.

Всё это я наблюдал в шаге от границы с астралом. Если я туда ступлю, то не смогу вернуться к Марусе. А если я не смогу вернуться к своему носителю, то для нас обоих это будет равносильно смерти. Смерти неизвестной, бесповоротной и окончательной.

Ада нет и… рая нет. Астрал совершенно другой. Что ждёт Марусю и меня на «той стороне» – непонятно. Но ясно одно: домой я сейчас не вернусь.

Я немедленно вылетел обратно, Маруся в это время уже вовсю звала меня. Даже перестала улыбаться, испугавшись моего отсутствия.

– Крондо!

– Тут я… – буркнул я, когда вернулся назад.

– Фух… А-то я уже надумала всякого… – демонстративно протерла она лоб.

– И правильно надумала… Руся, мы не на Земле… – тяжело сказал я, чувствуя сосущий страх в своей астральной груди.

Небольшая пауза.

– Т-ты прикалываешься? – пробормотала она, слегка запинаясь. Она тоже обратила внимание на странные растения, которые никогда не видела на Земле.

– Провалиться мне ниже ада! Именно сейчас я серьёзен, как Аббадон! Астрал другой, и ада больше нет! Мы совершенно в другом мире! И здесь другие хозяева, – возбуждённо сообщил я и поёжился от своих же слов.

– И где мы тогда? – ошарашенно спросила Маруся, рассматривая конусный цветочек, что привлёк меня с самого начала.

– А я откуда знаю!? – рыкнул я. – Сатанистскую вашу мать! Говорили же по новостям, что происходят возмущения эфира в пространстве! Даже ангелы куда-то пропали! Нет же, послушал тебя и остался до самого конца ритуала изгнания! – начал орать я в голове у девушки.

– К-Крондо! Ты, о чём? Какое возмущение эфира… – непонимающе спросила Руся вслух.

– В этом году у вас на земле аномальная жара, катаклизмы и так далее. У нас в аду и даже в рае тоже происходят катаклизмы. Куча душ пропало неизвестно куда при пространственном переходе! Такого не было со времен сотворения! И если бы я ушёл, когда ты лежала в кругу, в том подвале, то никто бы из нас не исчез! Монах не смог бы физически переместить в ад человека! А я бы наконец закончил свой отпуск! – проорал я, обвиняя девушку во всех смертных грехах.

– Нам же сказала Нина Витальевна… – прошептала она и плюхнулась опять на колени.

После моих слов у неё начали наворачиваться горькие слёзы, и через пару секунд она разрыдалась. Моё бешенство сразу пошло на спад, потому как я понимал, что она не могла знать о такой ситуации. Тем более что гадалка ясно и чётко дала понять: если я уйду – Маруся умрёт или не сможет вернуться. Так что, даже если бы я знал о нашем путешествии, то, наверное, я бы её не бросил. Слишком много пересмотрел «марвелловских» фильмов. Моралист сатанисткий…

– Марусь, успокаивайся. Уже всё платье мокрое. Не бросил бы я тебя, даже если бы знал об этом. Просто меня накрыла ярость и ещё никогда себя не чувствовал таким беспомощным, – вздохнул я, так как она беспрестанно плакала уже пару минут.

– Прости, Крондо… – сквозь слезы говорила она, прижимая к своему лбу иномирный цветок.

– Маруся! Хватит! – повысил я голос, машинально опять пытаясь перехватить управление. Но, как и ожидалось, ничего не смог сделать. – Если я тут, значит, мы сможем вернуться на Землю! Об этом было предсказано ясновидящей!

– Ты не злишься на меня? – вытирая глаза, произнесла Руся.

– Злюсь. Но понимаю, что если бы я знал, куда попаду, то всё равно бы тебя не бросил.

Девушка, не успев вытереть слёзы, начала капать следующими.

– Спасибо, Крондо… Ты мой первый и настоящий друг… – призналась она, посматривая на свои мокрые кулачки, которыми тёрла мокрые глаза.

А меня её слова растрогали, наверное, ещё больше… Ведь мне такого никто никогда не говорил. Вот такой вот я сопливый демон… Тапки сатаниста!

Все же применив титанические усилия, чтобы самому не пустить слезу, я с усмешкой начал говорить:

– Куда ж я без такой красавицы. А вдруг ты меня ещё раз в гости пригласишь, на курорт, – гоготнул я.

– Тебе лишь бы отдыхать на курортах… – усмехнулась она, опять вытирая глаза. – Что будем делать? Ты прав. На Земле явно нет таких растений, и… – запнулась она и надавила на цветочек, который тут же вытянулся и обхватил её за палец лепестками.

Этот цветок явно насекомоядный, типа наших ловчих кувшинок. И это мы ещё ни метра не продвинулись по этому лесу!

– И двух солнц… – добавила Руся, когда отцепила от пальца цветок и подняла взгляд на голубое небо.

В нём присутствовало привычное жёлтое солнце, но помимо этого рядом с ним находился белый шарик, который светил чуть ярче. Или это опаленная солнцем планета?

– Кстати… я не могу управлять твоим телом, – добавил я, завороженно наблюдая эту небесную аномалию.

– А я-то думала, почему такая легкость? – задумчиво протянула она, отводя взгляд от неба. – А если я разрешу?

– Ну попробуй… – скептично сказал я, но был приятно удивлен – тут же «бетонная» стена пропала, и я сразу перехватил тело девушки.

Правда оно было какое-то ватное, как будто управляю роботом. Как минимум, процентов восемьдесят нервных окончаний я точно не чувствовал. Похоже, накрылся мой шашлык.

– Жесть… – прокомментировал я, рассматривая женские руки.

– Что такое? – спросила Руся у меня в голове.

– Я могу управлять твоим телом, но очень плохо его ощущаю. Как будто оно мне говорит: «Это не твое тело». У тебя никаких изменений нет?

Маруся прислушалась к своим ощущениям.

– М-м-м… Есть. Теперь я чувствую, как ты управляешь моим телом. Причем в разы ярче, чем раньше.

– Понятно… Значит, какая-то глобальная установка мироздания… – хмыкнул я, передавая управление телом Русе.

– Что за мироздание? – заинтересованно спросила она.

– Мироздание – это как истинный бог вселенной. Кому поклоняются все боги, которые когда-либо были созданы или придуманы… – отмахнулся я. – Давай уже продвигаться куда-нибудь. Иначе мы так с голоду помрём. Я его уже начинаю чувствовать, – настороженно добавил я.

– Я ела недавно! Пару суток без еды точно выдержу, – фыркнула Руся, но принялась двигаться сквозь кустарник.

– Пару суток – Я не выдержу! Даже на работе, будучи голодным, я мог пойти в столовую и захомячить сладкой человеченки или рагу из ракуса с мясом минотавра…

– Фу-у-у! Демон позорный! – поморщилась Руся, дёрнув плечом от отвращения. Она жутко не любила, когда я рассказывал о еде ада.

– Ну что ты всё фыркаешь. Мы же не вашу гнилую плоть жуем, а проекцию, которая наполняет наши желудки, – недовольно сказал я. – Хуан, между прочем, мне постоянно кусок своей ляжки на шашлык давал… – хихикнул я, глядя как девушка пробирается по кустам.

– Крондо! Ещё слово, и я буду жалеть о том, что нахожусь здесь с тобой! – повысив голос, заявила она.

А я почувствовал дикий негатив, который чуть ли не физически на меня давит. Причем очень больно и прямо в середину груди. Ещё я ощутил дикую печаль от того, что я здесь «лишний». Что за хренотень человеческая?!

– Руся. Прекрати. Мне… больно… – запинаясь, сказал я через пару минут. Так как уже не мог выдержать её негативных мыслей.

– Э-э. Что прекратить? – удивлённо задала она вопрос, резко снизив мою «тянущуюся» боль.

– Думать обо мне плохо. Этот мир устроен по-другому. Мне больно… Причем больно физически… – пробормотал я, расслабляясь.

– Бред какой-то… Хорошо, я постараюсь не думать о тебе плохо, – сказала она, и меня тут же озарила радость от её слов. Похоже, в этом непонятном мире мы поменялись ролями.

– Так-то лучше… – расслаблено вздохнул я.

– Просто не упоминай больше о… – попыталась сказать она, но я резко перебил её, снова ощутив неприятное чувство:

– Не буду! Хватит! – судорожно пообещал я, и меня опять отпустило.

Пройдя где-то километр по лесному массиву, Руся сказала:

– Какое странное чувство… Я как будто чувствую чужие эмоции.

– Э-эм. Я чувствую только твоё недоумение, и почему-то… – Прикусил я свой язык, чуть не сказав, что не слышу её мыслей. Она-то об этом не знает.

– Какое-то странное чувство… Голода? Да ну… Бред какой-то, – махнула девушка рукой и продолжила путь.

– Марусь… Может, не надо идти к этим странным домам… – проговорил я, рассматривая через поле какие-то строения.

Не хватало ещё, чтобы местные жители нас умертвили. И умертвили по-настоящему. А на том конце, на мясницком столе блюстителя духовной чистоты, могу оказаться я, собственной персоной… Мне это даже в самых жутких кошмарах не могло сниться! Бр-р!

– Крондо, все в порядке. Вроде обычные, и… богатые дома за городом. Почему ты так… боишься? – недоуменно спросила Руся. Какого сатаниста она чувствует мой страх?!

Она как будто просвечивает меня рентгеном, а я её мысли слышу крайне отдалённо, можно сказать, и не слышу вовсе. Такого унижения я ещё ни разу не испытывал! Да что это за антидемонический мир такой?!

– Э-Э-Й! Л-Ю-Ю-Д-И! – крикнула мой носитель, когда увидела далекое шевеление у этих домов. – Ну вот! Видишь? Там кто-то есть у домов. Слава богу, мы попали в человеческий мир… – вздохнула Маруся, продолжая махать людям, которые увидели нас на поле и судорожно ломанулись в нашу сторону.

– Руся. Я думаю, они так быстро бегут не для того, чтобы нас зацеловать… Хотя, если «до смерти», то возможно… – произнёс я, замечая, что двигаются они слишком необычно и быстро.

А ещё у некоторых отсутствовала одежда, и кожа у них… подозрительно серая. И вообще… они выглядят неадекватно! Звери, не иначе!

– Они, конечно, похожи на людей, но мне страшновато… Крондо, что это? – жалостливо спросила Маруся, тоже наблюдая за тем, как местные жители сокращают расстояние.

Я мысленно сглотнул слюну и сказал:

– Давай-ка, дорогая… Передавай полное управление телом. И не вздумай мне противиться. Только одно твое желание сразу вернёт тебе управление телом. Тогда драться с этими спринтерами придётся тебе. Что-то мне подсказывает, что этих бегунов будет ещё много.

В этот момент я подумал, что значит русское выражение: «Сжимается очко». Именно сейчас, от предстоящей неизвестности, я мог перекусить железный прут!

– М-может, они так знакомятся? – боязливо изрекла Маруся, когда поле вокруг нас зашевелилось, потому как громко рычащие агрессоры бежали через него, и, оказывается, со всех сторон.

– Возможно. Но мне это напоминает наш последний просмотренный фильм. Если мы переживем эту заварушку – точно будет видно, – пробормотал я, боковым зрением увидев под ногами девушки бейсбольную биту.

Маруся передала мне полное управление телом, и я сразу подхватил это орудие телекинезом.

«Значит, одна моя врождённая способность работает – уже хорошо!» – нервно усмехнулся я.

Следом попытался напитать её тело своей духовной силой, но ничего не вышло, так как сейчас я еле как управляю её телом. Чтобы слегка укрепить кости и кожу, мне пришлось применить титанические усилия, но так бой вести было невозможно. Поэтому я плюнул на это дело и принялся встречать обитателей этого мира так… С телекинезом и бейсбольной битой в руках.

Три секунды, и первым из кустов вылетел окровавленный мужик с распахнутым ртом! Он щёлкал в воздухе челюстью, и я саданул телекинезом, снося её, словно своей когтистой лапой.

На нас начали вылетать сразу по нескольку психов в разорванных и окровавленных одеждах. Были даже женщины, с такой же серой кожей и неистовым бешенством в затянувшихся бельмом зрачках.

– Это нахрен зомби! – провизжал я голосом Маруси, одновременно снося головы этих мертвяков своими невидимыми лапами.

– М-мамочки! Крондо! Нельзя, чтобы они меня укусили! Иначе ты будешь в теле зомбячки! – судорожно произнесла девушка у меня в голове, когда от нехватки концентрации мне пришлось применять бейсбольную биту. Потому как крошить зомбаков и тут же защищать девушку от брызг их крови у меня просто не хватало телекинетических рук.

– А я-то не знаю! Это всё походит на «Войну Миров Зет»! Они бешеные, как суслики! – рявкнул я демоническим басом, расплющивая телекинезом башку мужика в разодранном красном костюме, и бейсбольной битой проломил голову какой-то женщине.

Тут же на нас вылетели сразу пять зомбаков. Двоим я сразу расплющил головы в блин, третьему проломил бейсбольной битой, а остальным двум направил энергию пирокинеза прямо в голову. Их «пищеприемники» взорвались, как будто в арбуз закинули громадную петарду!

– Крондо! Нас окатило их мозгами! Что ты сделал?! – ошалелым голосом выпалила Руся, ощущая на своём теле вонючую кровь зомби.

– Упс… – пробормотал я, чувствуя стыд от своей же глупости и продолжая крошить мертвяков.

Я просто физически не смог защитить всё тело Маруси от кроваво-мясной шрапнели головёшек зомби. Лицо и грудь я защитил телекинезом, а вот руки, ноги и живот – всё было в ошметках!

– УПС?! – возмутилась она. – А если я заражусь?!

– Маруся! Заткнись! – рыкнул я и от злости перерубил вокруг себя сразу пять зомби.

Пришлось превратить энергию телекинеза в тонкое лезвие, потому как невидимыми руками я много не расплющу. На краю сознания я понимал, что то, что я сделал, чревато заражением. Но мне просто физически было не до этого. Их поток не уменьшался, но и, слава Сатане, не увеличивался.

Спустя какое-то время, когда вокруг нас образовалась внушительная гора из гниющих трупов, меня это всё заколебало, и я принял единственное верное на тот момент решение: «Бежать нахрен!»

– Руся! Держись! – рявкнул я, и, оттолкнувшись от земли своими невидимыми руками, взлетел в воздух.

Над землёй я могу держать максимальную высоту в пять метров – это мой предел расстояния в телекинезе. И то – чем дальше моё воздействие, тем тяжелее мне это дается. Поэтому на такой высоте я перемещался крайне медленно, со скоростью легкого бега.

Зомбаки тут же начали сучить руками и бешено подпрыгивать, пытаясь нас достать. А мы спокойно парили в сторону леса, вот только я напрягался так, что почувствовал, как у меня вот-вот отвалится хвост. Никогда не занимался таким бредом, как таскать себя в воздухе телекинезом!

– Почему ты раньше не взлетел?! Мы ведь могли избежать… – начала было возмущаться Маруся.

– Потому что я не знал, на что они способны! А ещё с высоты мы привлекаем много внимания! Гляди, какая толпа за нами направляется, – перебил я и обернулся.

За нами в этом момент двигалась разрастающаяся, как на дрожжах, армия зомби. Словно муравьи, они ручейками стягивались со всех сторон в общую кучу и продолжали двигаться за нами. Рычание и нечленораздельные звуки всё нарастали.

– Господи… Ты же сможешь так двигаться … долго? – в страхе пролепетала Руся.

– Я сейчас уже готов сорваться вниз… – прокряхтел я и тут же снизил высоту до четырех метров.

– Крондо! Держись!!! – прокричала девушка, когда увидела, что я сделал.

– Успокойся. Теперь мне легче. Чем выше, тем тяжелее… Так высоко они всё равно не подпрыгнут… – облегченно сказал я и только потом подумал, что на каком-нибудь перепаде высот они вполне могут и допрыгнуть.

– Хорошо… – тоже с облегчением выдохнула Маруся. – Нам нужно как-то оторваться от них!

– Легко сказать…

Не обращая внимания на бешеные рыки зомби, я остановился и приподнялся на рекордные пять с половиной метров, чтобы оглядеться.

Присмотревшись, обнаружил далёкие высотные дома, правее от леса и левее от частного сектора. Оглядывался я недолго – секунд двадцать. Но мне резко пришло осознание, что рычащие звуки под нами словно приблизились, и нас кто-то схватил за ногу!

– А-А-А-А! – завизжала у меня в голове Руся.

А я в этот момент обернулся, и увидел, как окровавленная женщина в спортивном топике и бриджах с бешенными глазами вцепилась зубами в лодыжку моего носителя! Я тут же саданул бейсбольной битой ей по черепу, но… укуса избежать не удалось! Эти зомбаки, тогда, когда мы остановились, начали из самих себя делать кучу, по которой они со всей прытью взбирались наверх!

Я с натугой двинулся прочь от их зловещей горы. Как только я отлетел от них на десяток метров, сразу снизил высоту и с помощью телекинеза, как паук, рыхля лапами землю, направился к домам со средней скоростью автомобиля. На такой высоте они смогут нас достать, потому как прыгают они высоко. Но вот догнать не получится.

– Крондо! Меня укусили?! Это конец! Я скоро превращусь в ходячий труп! – плача, орала у меня в голове Маруся, пока я судорожно маневрировал среди деревьев.

В такой ситуации я не знал, что ей сказать. Но если мы и правда заражены, то выход всё равно есть.

– Маруся, успокойся! Даже если ты заражена – себя не потеряешь! Мы перейдем в межастралье! А оттуда мы опять сможем захватить тело! – рявкнул я, уклоняясь от подпрыгнувшего к нам зомби.

– Не дай мне превратиться в Это… – всхлипнула девушка.

– Обещаю, всё будет хорошо, – сказал я, сомневаясь в своих же словах. И, к сожалению, девушка это почувствовала…

Спустя десяток минут мы, точно пробка из бутылки, вылетели на асфальтированную улицу. Она полностью пустовала, если не считать полную разруху: разбитые автомобили, мусор, скелеты и заросли вокруг домов. От мертвяков мы полностью оторвались, что не могло не радовать. Но нам нужно было где-то спрятаться.

Я остановился у семиэтажного дома и стал лапами телекинеза цепляться за стены, быстро поднимаясь на самую крышу. Самый верх здания был огорожен металлической сеткой и засыпан мелким гравием. Вполне себе современная постройка. Перемахнув через ограждение и не обнаружив никого на крыше, я спокойно опустил нас на гравий и, нагнувшись, сразу стал рассматривать место укуса.

– Укус неглубокий… Слегка кожа повреждена… Клыков-то у них нет, – вздохнул я.

– Ты что, фильмов не смотрел? Достаточно одной царапины… – возразила поникшая Маруся.

– Мы же не в кино! И вообще не на Земле, так что, может быть…

– Да ничего не может быть! Из-за чего, по-твоему, на этой «не-Земле» толпы мертвяков?! Не демонами же они заразились?! – вспылила она.

– Ты себя плохо чувствуешь? – приподняв бровь, задал я вопрос.

– Нет, вроде… Но место укуса ноет…

– Вот и не наводи панику раньше времени! – сказал я басом, а затем сразу сузил голосовые связки. – Нам сейчас главное ‒ найти какой-нибудь ночлег в этом здании. Забаррикадироваться, обработать укус, найти крепкую одежду, еду и, желательно, какое-нибудь оружие, – добавил я, сжав в руке бейсбольную биту, и направился к ограждению на крыше.

Руся на мою реплику промолчала, упиваясь сожалением и безнадежностью ситуации. Хорошо, что на меня её чувства не действовали, как в лесу. Поэтому я спокойно осмотрелся с высоты многоквартирного дома.

В принципе, можно подумать, что мы находимся в другой стране. Такие же улицы, кварталы и дороги с пожелтевшей разметкой. Но неумолимо понимаешь, что находишься в другом мире. Потому как, элементарно, дома, были необычными. Так даже в аду не строили, с еле заметным конусным наклоном. А некоторые многоэтажные дома блистали овальными окнами.

Автомобили были в основном с тремя колесами и с кузовом треугольной формы. Конечно, были также и с четырьмя колёсами, с типичным кузовом седанов и хэчбэков, но эти машины совершенно не напоминали земные модели. А еще отличались дорожные знаки. Точнее, я предполагаю, что это дорожные знаки, потому как стрелки и идущие человечки на некогда белых прямоугольных плакатах явно намекали, что переходить дорогу нужно «здесь».

Иногда встречались шевелящиеся иссохшие трупы. Один раз вдалеке промелькнула какая-то фигура, которая карабкалась по высотному зданию в соседнем квартале. Но на таком расстоянии было невозможно разобрать, зомби это или еще кто.

Около часа я изучал видимую область города, пока большое солнце не приблизились к горизонту. Температура на улице практически не поменялась, но я почувствовал, как тело девушки начал бить озноб, а место укуса серьёзно припухло.

– Сатанист вас дери… – пробормотал я, надавливая пальцами вокруг раны.

– Началось… – мертвецким тоном прошептала Руся, отстраняясь от зрения и слуха.

По её душевному состоянию я понял, что она потеряла всякую надежду и, ничего не говоря, провалилась в межастралье. Недавно она научилась делать это с моей помощью. Вроде как, там не опасно, поэтому я не стал следовать за ней, а встал на колено и, выдвинув лодыжку, ещё раз посмотрел на рану.

– Если сатанист не идёт к демону, то демон пойдёт к сатанисту! – рыкнул я и пирокинезом прижёг рану.

Из раны начала выходить бурлящая зеленоватая жижа. Запахло паленым мясом и какой-то кислятиной. Даже с притуплённой болью я всё равно стиснул зубы. Выжигал это всё до тех пор, пока зелёная жидкость полностью не стекла на гравий. Тело Руси начал ещё сильнее бить озноб, поэтому я резко встал и направился к выходу с крыши.

Посередине крыши-поля стояла «будка» с дверью, понятно намекая, что это спуск внутрь здания. Это, конечно, было опасно в таком состоянии, но находиться под открытым небом, когда по стенам города может кто-то лазить, – не лучшая идея. Нам нужно временное убежище, и, желательно, хоть с какими-нибудь медикаментами, едой и водой.

Дверь будки была заперта, причём с моей стороны даже не было ручки, за которую можно было потянуть. Поэтому я медленно, не создавая лишнего шума, открыл металлическую дверь, как консервную банку, вырывая её наружу.

«Странно было ожидать, что электричество до сих пор есть» – хмыкнул я про себя, заходя в полный мрак.

По внешнему виду было понятно, что этот зомби-апокалипсис длится здесь уже не первый год, а то и десяток лет. Но мне, как демону, совершенно нестрашна тьма по причине ещё одной моей врождённой способности. Поэтому экстерьер здания окрасился в черно-белые тона, показывая лестничный марш до самого низа.

Спустившись на пролёт седьмого этажа, я аккуратно открыл дверь входа на этаж и, вытянув голову, огляделся. Там сразу же показался длинный коридор, в котором валялись несколько иссохших скелетов. Поэтому, пройдя во внутрь, я начал поочерёдно и аккуратно открывать боковые двери в квартиры. Некоторые были заперты, а некоторые красовались полной вакханалией с разбитыми окнами и поломанной мебелью.

Просмотрев десяток комнат и переступая иссохший труп, я подошел к последней, торцевой комнате.

– Кх-ха-а! Ы-э-ы! – услышал я сзади, перед тем, как прикоснуться к круглой ручке двери.

Я резко обернулся и увидел тот самый поднимающийся труп. Который всё же не был скелетом, но смело приближался к такому понятию. Он еле как встал и начал оглядываться в полном мраке. Было ясно, что он ни фига не видит, в отличии от меня.

– Эй! Ты! – негромко пробубнил я басом, а зомбяк тут же развернулся и поковылял в мою сторону.

Такой прыти, как у мясистых зомби, у него не было совершенно. Он медленно хромал и, постанывая, двигался на звук.

– Изголодался, бедняжка? Ничего, в местном аду тебя покормят, – сказал я, вытянув руку ладонью вперед, и сжал её в кулак, одновременно с этим превращая зомбака в издающий хрусты комок костей и сухой плоти.

Дверь последней комнаты не поддавалась. Я всё равно планировал вскрыть те, что не открывались. А так как эта была последней, я с неё и начал. Выдрав ручку и протолкав внутренности замка вовнутрь я все же сумел её открыть.

За ней, напротив меня, сидели два обнимающихся скелета в какой-то защитной одежде, типа военной формы. В руке одного из них находился не маленький пистолет. Они сидели, оперевшись спинами на кожаный диван, и, судя по одежде, – это были мужчина с женщиной.

Осмотрев их поближе, я понял, что они совершили суицид одной единственной пулей, которая пробила единовременно две головы. Не завидуя грешникам-самоубийцам, я принялся к осмотру квартиры, которая оказалась трехкомнатной.

Все окна в квартире были закрыты какими-то толстыми пластиковыми панелями, а по раме были приварены металлические пруты, для усиления конструкции баррикады. Если те «скалолазы» обладают только человеческой силой, они ни за что не пробьются вовнутрь. Поэтому, наметив нам очень удачный вариант убежища, я принялся обшаривать комнаты в поисках полезностей.

Поискав по пластиковым обтекаемым ящикам на кухне, обнаружил какие-то металлические квадратные контейнеры, десять сантиметров в кубе. Непонятные символы на лицевой этикетке отличались различными картинками от этикетки боковой. По виду это было похоже на овощи либо фрукты.

Взяв нож, я аккуратно вскрыл один из контейнеров, по принципу вскрытия консервов, принюхался и ощутил запах маринада. Взял ягодку, которая была дико похожа на оливку, и надкусил. Это и правда оказалась оливка. Значит, небольшой запас еды у нас есть!

Обшарив почти все ящики в остальных двух комнатах, я обнаружил только шкаф с верхней одеждой, нижнее бельё и тумбочку с какими-то баночками, у которых была кнопка сбоку. При встряске там болталась какая-то жидкость, как будто я взбалтываю дезодорант. Но нажимать на кнопки я всё же не решился ‒ мало ли, что это такое. Там же я обнаружил и воду в пяти пластиковых ёмкостях вполне земного вида. Принюхивался я долго, но всё же отпил и убедился, что это простая вода.

Когда я закончил все необходимые поиски, меня заколотил бешеный озноб. Не теряя времени, я стал думать, как забаррикадировать дверь. Оглянувшись на потолок, увидел длинную металлическую трубу, пяти сантиметров в диаметре. Затем грубо со скрежетом, вырвал её телекинезом, пробив две дыры в стенке, по бокам двери, и вдел туда трубу.

С крошевом бетона и диким скрежетом я скрутил её вокруг двери, как электрический провод, и примял с двух сторон. Теперь, чтобы выйти или войти, нужно вырвать к сатанистам весь проём. Дверь, конечно, слегка болталась, но… она была металлическая, а в щель, что образовывалась при открытии, могла протиснуться разве что женская кисть.

Удовлетворившись своим высокотехнологичным замком, я прошёл влево, в соседнюю комнату, – где стояла вода – раскрыл лежащее на кровати одеяло, стряхнул его от слоя пыли, лёг на мягкий матрас и, укутавшись, провалился в межастралье.

Когда появился на песке солнечного астрала, я сразу увидел Марусю. Низко опустив голову, она сидела, обхватив руками колени.

– Маруся… Я нашел убежище, еду, и уложил тебя… – попытался заговорить я, но она, не поднимая головы, перебила:

– Скоро я превращусь в зомби. Смысл во всём этом… Я чувствую, как мне плохо… – Из песка вокруг девушки просачивалась чёрная дымка и касалась её души.

Я подошёл к ней и, сев на корточки, начал более детально рассматривать этот процесс. Эта непонятная дымка как будто втягивалась в девушку, медленно отравляя её душу. Вижу, что эта дымка исходит от астрала и просачивается в её физическое тело.

«Бред какой-то! Болезни не могут влиять на душу! Инфекции и физическое тело – это одно, а душа ‒ совсем другое!» – ошарашенно подумал я. – А ну-ка встань! – рявкнул я, потянул девушку за локоть и подхватил её на руки.

– Крондо… Что… – пролепетала она, посмотрела на меня и обхватила мою шею.

– Т-ш-ш! – шикнул я и начал рассматривать, как эта дымка образовалась уже вокруг нас, отравляя и меня, и моего носителя.

– Тапки сатаниста!

Меня обуяла демоническая злоба, которой я обычно не поддавался в силу современного тренда. Мои глаза тут же вспыхнули красным огнем, а духовная энергия вырвалась из моего астрального тела и развеяла эту отраву. Я чувствовал, что она пробивается из глубин песка, пытаясь достать до нас, но сразу же сжигалась моей духовной силой.

– Значит так! Сейчас ты будешь судорожно учиться выплескивать свою духовную силу из души! Эта инфекция духовно-физического плана, только так можно побороть заражение! – злобно выдал я, повернувшись лицом к девушке.

– Х-хорошо. Крондо, ты меня пугаешь… – заикаясь, ответила она, отводя взгляд, но не убирая своей руки с моей шеи.

– Извини… Я просто растерялся… – вздохнул я, успокаиваясь и разглаживая лицо, но продолжая давить вокруг своей силой.

– Так что это за… духовно-физическая болезнь? – неуверенно спросила Руся, осматриваясь вокруг нас.

– Это словосочетание я сам выдумал… Каким-то образом эта инфекция отравляет в придачу и твою душу… Это просто невозможно в нашем мире! Короче, хватит разговоров. Хоть время здесь течёт в несколько раз медленней, но всё же, у нас его по-прежнему мало, – сказал я и, сев на корточки, посадил миниатюрную для меня девушку спиной и ногами на свои колени, правой рукой придерживая её за спину.

– Крондо, что ты…

– Мне нужно, чтобы ты расслабилась и ни на что не отвлекалась. Если будешь напрягать свою астральную проекцию, времени на тренировку уйдет в разы больше, – пресёк я её вопросы, занимая для себя неудобную позу, так как девушка категорически не должна касаться песка.

– Закрой глаза и вспомни самое яркое чувство, неважно какое. Страх, ненависть, боль, радость, – сказал я, а Руся, расслабившись у меня на коленях, прикрыла глаза. Немного погодя я продолжил: – Когда ты выберешь самое яркое чувство, его не только нужно держать в памяти, но нужно распалить даже ярче, чем это было наяву.

Слегка снизив концентрацию духовной силы вокруг нас, я начал напитывать ею девушку, слегка направляя и корректируя её шаги к высвобождению духа. Так по астральному времени мы просидели часа два. И когда я понял, что девушка разожгла огнем своё воспоминание любви к Евгению до приемлемых величин, я полушёпотом продолжил:

– Запомни это чувство. Смени мысли, а потом пытайся его воспроизвести в точности, как сейчас. Когда это будет получаться легко, ты должна высвободить свои чувства, как будто хочешь мысленно показать их всем вокруг, – убаюкивающим голосом закончил я.

Почему, собственно, я раньше не научил её этому? Да потому что она не занималась бы такой фигнёй каждый день по нескольку часов. Так как чтобы укрепить своё физическое тело, хотя бы процентов на пятьдесят, нужны годы тренировок и медитаций. Но в данном конкретном случае нам нужно, чтобы она покрыла духовной силой хотя бы свою проекцию души.

Спустя примерно ещё час отравляющая дымка, что вырывалась из песка, уже откровенно пылала и пыталась пробиться сквозь мою духовную силу. Но наконец-то девушка первый раз высвободила свою силу. Причём приличной концентрации для смертной, которая живет третий десяток лет. Область черной отравы отстранилась ещё дальше.

– Ты должна удобно лечь на песок и не прекращать того, что ты делаешь… – прошептал я ей, тем самым тут же сбив её концентрацию.

– Я почувствовала, как будто из меня вырывается сила! – воскликнула она, улыбаясь. И осмотрелась вокруг себя. – Ой! Это что за дым?

– Эта та самая отрава души. Видишь? Она не может пробиться сквозь мой купол духовной силы. Именно так ты должна сейчас сделать.

– Т-ты уверен, что это поможет?

– Только это – не поможет. Но когда ты самостоятельно сможешь противостоять душевной отраве, я отправлюсь в твоё тело и начну напитывать своей силой уже его, чтобы полностью выгнать заразу.

– Хорошо… Я постараюсь, – кивнула Маруся, легла спиной на песок и закрыла глаза.

Через несколько минут она повторила то, что сделала до этого. А когда я отошёл от девушки и убедился, что она вполне себе нормально справляется со своей защитой, тут же ломанулся в её тело.

– С-сат-тани-ста… т-т-апки! – Тело Маруси корёжило в судорогах и выгибало дугой. А руки и ноги двигались сами по себе, бешено пытались встать и кого-то схватить!

– Н-не дождёшься! З-зараза зомбятская! – прогудел я демоническим басом, резко перехватил судороги и начал напитывать тело своей духовной силой.

Сейчас это выглядело так, как будто бы девушку поразил столбняк, но её тело перестало дергаться. А из-за того, что сейчас Маруся защищает себя в астрале, мне стало гораздо легче напитывать её тело своей духовной силой. Минут через двадцать я влил максимальную концентрацию, и тело девушки почти расслабилось. Лишь изредка её конечности охватывала судорога, вызванная бешенством.

Хорошо, что моя духовная сила и в этом мире действует физически на клетки организма. Я буквально почувствовал, как иммунитет стал пожирать заразу. Через полчаса я смачно проблевался прямо возле кровати и, с сосредоточенным лицом блокируя спазмы, продолжил поддерживать концентрацию демонического духа в теле.

Так продлилось около пяти часов. Я проблевался желчью еще несколько раз, а чтобы не было обезвоживания, тут же запивал большими порциями воды. Я не мог отстраниться от её тела ни на секунду, иначе зараза начнет по новой захватывать организм.

Еще через несколько часов сил не было даже на то, чтобы сходить в туалет. В моём бреду тело девушки опорожнило мочевой пузырь прямо на кровать. Но когда тебя корёжит, поласкает со всех щелей, и температура тела достигает сорока градусов – это мелочи.

Я потерял счёт времени. Эти перекручивания всего тела длились вечность. Я морально выдохся. Такое ощущение, что я проработал четыре смены подряд на своей работе. Находясь словно во сне, я убедился, что организм девушки вне опасности, а затем весь облёванный и мокрый, провалился в демонический сон с какими-то картинками…

Глава 2

Лето, 54 день, 11428 год. Город Датарок, Административный уровень, квартал Мируасхат, корпус 12, здание Верховного Клириата.

В ярко освещённом кабинете, выкрашенным в серые тона, за металлическим столом сидел пожилой мужчина. На вид лет пятидесяти, одетый в белый матерчатый плащ под цвет своих волос. Карими глазами он вглядывался в планшет и разбирал месячный отчёт от своих подчинённых, недовольно качая головой.

– То вас много за раз, то ни одного… – недовольно бормотал он.

– Входящий звонок от старейшины Хааса, – раздался электронный голос со всех сторон, а перед глазами выскочила голограмма входящего видеозвонка.

Мужчина вздохнул и нажал на сенсорную кнопку приема вызова.

– Менегусх. Результаты? – упустив приветствия, сухо проговорил требовательный голос, а на экране плоской голограммы появился старец в серой мантии и с белыми волосами ниже плеч.

– Здравия, старейшина, – слегка поклонился мужчина, а старец недовольно нахмурился, и Менегусх поспешил продолжить: – Результатов нет, мудрейший. Мы ничего больше не нашли. – Покачал он головой.

– Сдаётся мне, твои подчиненные плохо работают. Вы ищите замену этому крылатому духу с прошлого периода, ‒ так же сухо проговорил старец.

– Старейшина Хаас, я прошу заметить, что эти Ангелы не сыпятся с небес один за другим! – повысил голос Менегусх.

– Был один, значит, есть и второй! – Ещё громче заявил старейшина, разгладил лицо и продолжил: – Ты не хуже меня понимаешь, что это не может продолжаться вечно. Нам нужна информация с острова. Даже наши ресурсы скоро будут давать сбой.

– Я понимаю, старейшина. Мойсе и отделение поисковиков работают на износ. Те же души Нарака просто не подходят нам. Это обычные люди. Сейчас производят поиски в восточной части континента, – вздохнул Менегусх. Старец с угрозой процедил:

– Совет ждет результатов, клирик. Не подводи меня! – и тут же добавил: ‒ Что по поводу утечки информации по алтарю?

– Базы полностью зачищены. Библиотеки пусты. Осталось найти и ликвидировать трёх человек, что участвовали в переводе фолианта.

– Это второстепенная задача. Концентрируйся на поиске разумных духов.

С последним сказанным словом старейшина отключил видеосвязь.

– Где же мне найти этих разумных духов… – недовольно пробормотал Менегусх, направив взгляд обратно в планшет.

* * *

Лето, 54 день, 11428 год. Заброшенный город Перианит, улица 78, жилое здание 16, межастралье.

– Крондо… Ответь… – сквозь дрёму услышал я голос мамы.

Я увидел её, как наяву. Мама зовёт меня, протягивая ко мне руки, хочет, чтобы я к ней вернулся… Ведь она единственная демоница, что любит меня человеческой любовью… Я так соскучился по тебе, мама…

– Ма-ма… – прошептал я, вытягивая к ней руки.

– Крондо! Вставай! – проорал девичий голос, и чья-то ладонь зарядила по моей щеке не сильный удар.

И тут меня выкинуло из дремы! Я открыл глаза и недоуменно уставился на Марусю, что возвышалась надо мной.

– Что произошло? – ошарашенно произнёс я, понимая, что лежу на песке в межастралье, а возле меня на коленях сидит Руся.

– Это ты мне объясни! Я уже даже не знаю, сколько дней нахожусь тут! Когда ты без сознания появился и сбил мне концентрацию, узнала, что эта отрава исчезла. Ты же спал непробудным сном, дергался во сне и что-то бормотал. Я уже подумала, что зомби-вирус перекинулся на тебя! – возбужденно закончила Руся и, схватив меня за щёки, начала их растягивать.

– Што ты делаефь! – обалдело отмахнулся я.

– Тискаю своего спасителя! – улыбнулась она мне.

– Вот уж тоже… – смущённо буркнул я и сел на задницу, вытащил из-под себя свой хвост и завилял им из стороны в сторону. – Я видел какие-то картинки, и… свою мать, – сказал я и когтем почесал свой лоб.

– Ну, видимо, ты сильно переутомился. Сны о родине и родных – это нормально, – пожала плечами девушка.

– То есть? Ты хочешь сказать, что это были с-сновидения?! – возбужденно спросил я.

– Э-м. Ну да. А что в этом такого? – На лице девушки читалось полное недоумение.

– Демонам недоступны сны! Это невозможно! Я первый раз увидел непонятные картинки, при этом получая сон! – ошалело воскликнул я.

– Похоже, в этом мире всё иначе, – пожала она плечами.

– Это просто жесть… Ноусо услышит – не поверит… – пробормотал я, вставая. – И сколько мы уже тут находимся?

– Не знаю. По ощущениям, чуть ли не пару дней… – вздохнула Руся, тоже вставая с песка.

– Охренеть… Хоть и неудивительно. Последний раз я так использовал духовную силу только на последнем экзамене. С непривычки я устал, как последний грешник, – сказал я и начал ходить из стороны в сторону, но спустя десяток секунд остановился и недоумённо посмотрел на Русю. – А чего не проведала своё тело, если я так долго дрых?

– С тобой сидела, мало ли что… – неуверенно произнесла она и опустила взгляд. – Ну и… Я боялась выходить туда… И сейчас боюсь…

– Ладно… В реальном мире прошло, может, часов двенадцать. Твоему телу всё равно нужно было восстановиться. Очень тяжело далась эта зараза… – вздохнул я.

– Главное, что она вообще далась…

– И то верно, – улыбнулся я. – Ну что, возвращаемся?

– Наверное. Надо же как-то выходить из этой ситуации, – невесело улыбнулась Руся.

– Ну, значит, пошли! – объявил я и первый вылетел из астрала.

«Ну шляпа сатаниста! А ведь я забыл сказать Русе, каким образом мне далась эта зараза!» – подумал я, когда открыл глаза своего носителя и огляделся, чувствуя ужасный рвотно-кислый запах.

Все её платье было в зеленоватой жиже, а под девушкой было сыро, как будто на кровать вылили пару ведёр воды.

«Пожалуй, не буду рассказывать подробности выведения зомби-заразы» – разумно решил я, и в этот момент Руся перехватила управление телом.

– Фу-у-у! Ужас! Что за вонь?! – воскликнула она, зажимая нос и противясь своего мокрого платья.

– Последствия выведения заразы из организма, – невозмутимо ответил я. – В соседней комнате стоит комод и шкаф с одеждой и нижним бельём.

– Да мне нужно отмываться с хлоркой! Какая к чёрту одежда?! – возмутилась девушка, вставая с кровати и тут же стягивая с себя платье.

Из забаррикадированных окон просачивался свет, так что девушке хватало освещения, чтобы как-то взаимодействовать с окружающей средой. А я же с облегчением вздохнул, осматривая её тело, на которое она направляла взгляд, – никаких изменений и серого оттенка кожи. В глубине души я боялся, что мы вытравили только «духовную заразу», но никак не физическую.

– Возьми ненужную тряпку из комода, полей воды и оботрись. Воду экономь. Неизвестно, сколько ещё нам придётся обходиться без неё, – хмыкнул я, попытавшись спрятать свои мысли, но она всё же услышала моё облегчение. Благо, невысказанные вопросы прервал её урчащий живот.

– Ещё бы покушать… Ты вроде говорил, что еду обнаружил, – сказала Руся, настороженно выходя из комнаты.

Запах в зале был гораздо лучше, но девушка ошеломлённо уставилась на скелеты в центре.

– Не боись. Это давно умершие люди, – усмехнулся я. – Соседняя комната справа.

Девушка обратила внимание на межкомнатный проём и направилась туда в нижнем белье с бутылкой воды в руках. В полумраке пошарив в вещах, она, фыркая, выбрала кое-что из верхней одежды и нижнего белья.

Дело в том, что ассортимент женского нижнего белья состоял из одних только «стрингов», которые девушка терпеть не могла. Нормальных, «каркасных», бюстгальтеров в этой квартире тоже не водилось. Так что ей пришлось надевать «мини-бикини», а сверху обтягивающие спортивные штаны и топик. И, как всегда, она не дала мне посмотреть, что из этого получилось.

«Ну и сатанист с тобой…» – буркнул я про себя, когда одетая и почти помытая девушка вышла из комнаты.

– Э-э! Руся! На даме, что сидит рядом с «Отелло», отличная защитная экипировка под твой размер! – осенило меня, когда девушка с опаской проходила мимо скелетов в сторону кухни.

– НИ-ЗА-ЧТО! Я не надену вещи после сгнившего трупа! – возмутилась Маруся, заходя на кухню.

– Ай-яй-яй! – покачал я головой. – Разве можно так говорить о усопших?! Грех на душу берешь! – хихикнул я.

– Очень смешно, – фыркнула она и нашла глазами те самые банки, о которых я говорил.

– А если серьёзно, то тебе придётся это сделать. Военная форма с броней под женскую фигура и, к тому же, твоего телосложения. Сразу видно, что ни один зомбак её не прокусит. Это снижает шанс оказаться ещё раз в том положении, что мы пережили. Или ты думаешь, что нам всегда будут попадаться такие удачные убежища?

Маруся меня проигнорировала, рассматривая банки. Но я отдалённо чувствую, что она понимает мою правоту, а сейчас просто готовится морально. А для этого ей нужно поесть.

– Ну хоть кукуруза тут есть! – воодушевлённо сказала она, открыв банку и отпив из неё сладкий сок.

– Открытую банку оливок не забудь доесть, – усмехнулся я.

– Я не люблю оливки, – буркнула Маруся, а я тут же сделал жесть «рука-лицо». Она серьёзно не понимает, что находится на грани голодной гибели?

Девушка услышала мои мысленные возмущения и всё же опустошила банку оливок, а затем и кукурузы. Остальные девять банок сложила в найденный пыльный рюкзак с пластиковыми вставками, подобрала себе дополнительную сменную одежду и положила туда же. В конечном итоге, она подхватила загруженный рюкзак, неуверенно остановилась у скелетов и озадаченно спросила:

– И что? Мне прямо кости ломать?

– Передай мне управление, я сам все сделаю… – с безнадёгой вздохнул я.

– Спасибо… – ответила она и выполнила мою просьбу.

Я поставил рюкзак на пол, схватил скелет за грудки и поднял над собой. Туловище сразу отделилось, оставив низ девушки на полу. Рука и голова мертвого мужчины, на удивление остались на месте. Я же, потряхивая урбанистический женский доспех с одеждой, вытряхнул все кости, что имелись, на пол. Маруся от такого вида отстранилась от зрения с рвотными позывами.

– Ты, надеюсь, не против, если я тебя одену? – гоготнул я.

– Делай, что нужно… – сказала она ослабшим голосом, не открывая глаз.

Вынув кости из всей одежды, я был приятно удивлён – она оказалась в отличном состоянии. Слегка пыльная, но это мелочи. Нательное бельё, или, можно сказать, поддоспешник, был из какого-то удивительного материала. Оно не рвалось, как бы я ни пытался его растягивать. Причем я даже применил телекинез с хорошим усилием, и оно выдержало.

Само нательное было серого цвета и с короткими рукавами, но покрывало всё тело и даже ступни. Верх и низ одежды стыковались между собой на хитрые застежки-петельки с помощью ремня. Сверху надевался сам доспех зеленоватого оттенка с наплечниками, сделанный из какого-то прочного пластика. Он закрывал спину и грудной отдел выше пупка.

Ещё отдельно надевались перчатки, почти по локоть. Наколенники, высокие сапоги и борсетка с двумя карманами, в которых лежали два цилиндра, похожие на батарейки. Все эти вещи были сделаны тоже из пластика, но мягкого и податливого. А в перчатках так вообще было ощущение, что кожа дышит прямо через них. Их технологии явно опережали земные лет на пятьдесят.

Сняв топик и бриджи, я с удовольствием облачил девушку в такую великолепную броню. Кстати, на наплечниках были какие-то три символа в виде перечеркнутого треугольника. Типа военные знаки отличия что ли? Хм…

В удобной броне я хорошенько размялся. Маруся открыла глаза и прокомментировала:

– Это прямо как в фильмах про будущее. Даже чашечки под грудь легли идеально! – Она перехватила управление телом и удивлённо схватилась за свой бюст.

– Я ещё не закончил, – недовольно сказал я.

– Э-м. Ну ладно… – опять отстранилась Руся, передавая мне управление.

Я тут же схватил пистолет, что был в руке мужчины, и начал вертеть его в руках, щёлкая курком, но признаков жизни он не подавал. Привычную обойму с патронами я тоже не обнаружил. Но заметил с тыльной стороны рукояти ползунок, и с усилием потянул его вниз. Из того места, где должен быть магазин, сразу выщелкнул какой-то цилиндр. Подняв его с пола, я пригляделся и узнал в нём батарейку, что лежит в борсетке на бедре. Вставил предположительный боезапас в рукоять, и на месте, где должен быть боёк пистолета, тут же засветился маленький огонёк. Затем загорелся небольшой экранчик на левой стороне пистолета, а следом начали подсвечиваться рожки прицела.

– Ха! Странная штуковина! – хихикнул я и направив его в стену надавил на курок.

Прозвучал глухой выстрел вместе с голубой вспышкой, а отдача неожиданно откинула мою руку чуть в сторону! После выстрела в стене задымился голубой огонёк, который моментально начал наливаться белым, затем желтым, и в финале вовсе стал краснеть.

– Вот это по-нашему, по-земному! – возрадовался я и подошёл к стене.

Огонёк уже потух, но в стене зияло отверстие до самой комнаты, где мы спали.

– Крондо, я, вообще-то, не умею обращаться с оружием… – скептично сказала Руся.

– Я тоже. И чё? – беззаботно ответил я, рассматривая пистолет.

– Мы же себе отстрелим чего-нибудь! – возмутилась девушка.

– Хе-хе, Руся-Руся… Мы попали в мир, где больше шансов, что тебе что-то откусят. Так что советую брать на вооружение мой опыт, – вновь хихикнул я и положил палец на огонёк, что на бойке пистолета, и он тут же погас.

Удовлетворившись своей сообразительностью, я повесил его за спиной, на ремень, что стыкует верх и низ нательного, так как сзади у него была кобура. Символы на экране пистолета были совершенно непонятными, но после выстрела я точно понял, что они изменились. Нам по-любому нужно как-то раздобыть информацию о местной письменности, или хотя бы нумерации, для начала.

– Ты же рассказывал, что мастерски владеешь мечами? – задала вопрос Маруся, перехватив управление телом.

– Ха! Причем обеими руками! Ну и… сотню лет назад стрелял из револьверов! – посмеялся я.

– Может, стоит найти что-то режущее? Или ты думаешь, что пистолет бесконечный? – хмыкнула Руся.

– Конечно, не думаю. Не просто же так эта парочка пустила себе пулю в висок… Холодное оружие бы не помешало… Но где его найти? – озадаченно задал я риторический вопрос.

– Ну, может, еще найдём. Ты вроде говорил, что нам стоит изучить обстановку в городе?

– Само собой. Нам нужно понять, что вообще делать. Мы даже местных цифровых символов не знаем. Так что возвращай мне свое тело, и двигаемся полётом по городу!

– Ладно…

Как только я смог двигаться, хотел выломать дверь, но остановился и взглянул на борсетку, что была у мужчины.

– Забыл… – пробубнил я и начал расстегивать магнитные застежки.

У мужика в сумке была еще одна батарейка. Также прибор, похожий на смартфон, но без каких-либо кнопок или разъёмов, и две белые пластиковые карточки, похожие на банковские. На каждой карточке синим и черным были нанесены выпуклые символы. Что это всё такое, я пока разбираться не стал, а закинул всё в нашу борсетку и с чувством выполненного долга выломал нам выход из квартиры.

Перед тем, как выйти на улицу, мы всё же решили обследовать здание на предмет полезностей и начали с того этажа, где и находились. Поочередно я заходил в комнаты и проверял все шкафчики, что были в квартирах. В открытых комнатах ничего особенного не нашлось, кроме руин и всякого хлама.

А вот в шести закрытых мы обнаружили одного высушенного зомби, которого я тут же обезглавил, и дополнительный запас воды с консервами. Унести мы смогли только половину из того, что нашли, остальное было бы совершенно неудобно нести. Приоритет в поиске у нас стоял на оружие и боезапас.

Самое интересное то, что окна в закрытых комнатах не были забаррикадированы, и в каждой из них по одному окну были выломаны. Соответственно, там не было никого, помимо той, в которой находился старый зомбарь. Это и наводит на мысль, что я тогда видел именно враждебного «зомби-скалолаза».

Дальнейшие этажи порадовали большим количеством высушенных живых мертвецов и малым количеством закрытых дверей. Так как съестное нам уже было не к месту, долго на этажах мы не задерживались. На третьем этаже мы нашли скелет мужчины в аналогичной форме, что и у нас. А его оружие нас очень сильно порадовало: армейский нож и огнестрел, похожий на дробовик.

Ножны от ножа я прицепил на пояс с левого бока. Мельком осмотрев острое воронённое лезвие и, удовлетворившись одной из находок, переключился на оружие. Футуристический черный дробовик тоже не подавал признаков жизни, но по наитию я нашёл аналогичный ползунок слева. Он выглядел, как механический затвор на земных винтовках, вот только когда я за него потянул, в сторону с громким щелчком отлетела аналогичная батарейка, но большего размера.

Следом я полез обшаривать карманы мертвеца, надеясь отыскать боезапас. И он тут же был найден: три батарейки большего размера, одна из которых защёлкнулась в выемку с левой стороны оружия.

На рукояти так же загорелся синий огонёк, а следом из-под ствола вспыхнул сочно-синий лазер. Справа загорелся небольшой экранчик, который был более информативный, потому как помимо непонятных символов показывал ещё и мигающую зелёную шкалу, поделённую на десять черточек. Логично было предположить, что это запас энергии.

Взяв оружие в боевое положение, я нащупал левой рукой переключатель, которым тут же щёлкнул. Коридор третьего этажа озарил холодный свет, и он светил оттуда же, откуда секунду назад бил лазер. Хорошо протерев оружие от пыли, я прицелился лазером в дальнюю стенку коридора и выстрелил. В руку сразу ударила довольно сильная отдача. Такая же голубоватая вспышка, и в стене – за десять метров от нас – крошевом бетона образовалась рваная дыра, размером с футбольный мяч. И, как это было с пистолетом, дробовик пробил стену насквозь.

– Сила у этого оружия, конечно, убойная, – констатировал я, выключая дробовик.

– Только какой толк, если будет напирать армия зомби, – прочитав мои мысли, озвучила Маруся. Причём она, похоже, реально их прочитала!

– Ты что читаешь мои мысли?! – ошалело спросил я. Потому как думал, что она это делает только с моими эмоциями!

– Да. Полчаса назад это обнаружила, – хихикнула она. – Но откуда ты знаешь, что я могу читать твои мысли?

«Да потому что ты произнесла то, что я подумал! Совсем глупая?! Только я мог читать твои мысли! Упс! Белый медведь! Я думаю о белом медведе!» – подумал я и судорожно спохватился. Тут же сделал вид, что не услышал её вопроса, и начал стягивать со скелета кобуру для дробовика, что крепилась на спину.

– Ах вот оно что! Демон ты недоделанный! За два месяца, что ты у меня в голове, не мог этого сказать?! – начала возмущаться девушка.

– Я не хотел тебя нервировать! Ты бы всякие глупости начала думать, если бы я тебе сказал! А теперь мы практически поменялись ролями! – ответил я своим голосом с таким же возмущением.

– Всё равно! Ты! Подлец! – обозлилась девушка и мысленно отвернулась от меня.

– Да-да. Вот такой вот я – подлый демон… – проговорил я, защёлкивая застежки кобуры на груди.

Правой рукой попытался вставить дробовик за спину. Вес оружия был приличный, может, килограмма три. Поэтому мне пришлось чутка влить в руку духовной силы, чтобы кое-как всё же попасть в кобуру. А когда дробовик удобно сел за спину, я забрал у покойника ещё две пластиковые карточки и надел рюкзак.

– А почему ты сказал, что мы почти, поменялись ролями? – уже спокойно спросила Маруся.

– Потому что я чувствую твои эмоции, но не мысли. Чтобы услышать хоть что-то, мне нужно применить всю концентрацию и титанические усилия, – вздохнул я и двинулся на выход с этого этажа.

– Хм… Вот так тебе и надо! Нравится? – хихикнула Руся, просвечивая мою голову, как рентгеном. – А я уже знаю, что не нравится! – начала она смеяться и откровенно веселиться.

Мой глаз задергался от злости и обиды, но, не произнося ни слова, я продолжил путь. Пусть упивается своей маленькой местью одна.

Когда мы обошли второй и первый этаж, снеся головы десяти зомби, Руся начала нудеть:

– Ну Крондо! Ты чего? Обиделся? Ну извини. Меня ведь тоже можно понять. Теперь мы в расчете!

– Демоны не обижаются, а злятся, – недовольно хмыкнул я.

– Ну не злись, мой злой и модный демон-спаситель, – улыбнулась она у меня в голове, а я почувствовал её эмоции «умиления» моими словами.

– Какой-то тут несправедливый мир…

– По-моему, в данном конкретном случае, он более чем справедлив, – опять захихикала Руся

– Весело тебе, я погляжу… Вот вернемся мы на Землю, – усмехнулся я.

– Уж поскорее бы. Я даже молча переживу факт подслушивания своих мыслей. Некоторое время, – вздохнула девушка, а я в этот момент осторожно вышел из здания.

На улице было пасмурно. Небо затянуло облаками, и дул небольшой ветер. Подняв нас телекинезом на пять метров ввысь, я двинулся вглубь города. Отсюда виднелось несколько небоскребов, поэтому путь я наметил именно туда.

За следующим зданием, у перекрестка, мы обнаружили толпу из тридцати зомби. Словно в режиме ожидания, они стояли и слегка покачивались, не издавая при этом никаких звуков. А так как мы тоже двигались совершенно без звука и ещё на высоте, то нас они совершенно не заметили.

На улицах встречались и одиночные зомби различных возрастов. Некоторые иссохшие мертвяки были совершенно без одежды, а некоторые, аналогичные им, валялись на асфальте, практически не шевелясь. Иногда мне приходилось перецепляться телекинезом за стены домов, потому как была опасность быть замеченными кучкой зомби. Помимо намеченной цели, я высматривал витрины помещений на первых этажах, наивно надеясь наткнуться на оружейный магазин. Маловероятно, конечно, ну а вдруг…

– Это что за бред… – обалдело прошептал я, когда через час нашего передвижения по городу мы наткнулись на удивительную картину: маленькая девочка-зомби, сидит в заросшей клумбе и, дёргая головой, жует стебель какого-то цветка.

– Вот и объяснение, почему они все не превратились в мумии, – сказала Руся.

– Надежда встретить живых людей тает с каждым часом…

– Без помощи других людей мы навряд ли найдём путь домой. Так что не надо лишнего негатива, – фыркнула девушка.

– Как скажешь, – пожал я плечами и продолжил путь по стене здания, мимо странной девочки-зомби.

Некоторое время мы продолжали аккуратно двигаться в сторону небоскребов, но за несколько кварталов до них я решил отдохнуть от напряжения и оглядеться на пятнадцатиэтажном здании. Такие многоэтажки теперь попадались гораздо чаще. Логично предположить, что небоскребы находятся в центре города.

Когда до крыши оставалось совсем немного, Маруся громко сказала:

– Что-то сзади нас!

А затем и я почувствовал позади бешеную злобу. Как будто оказался на адской пустоши, и меня одного заприметил Улурантроп – демоническая прямоходящая кошка, размером с бегемота. Очень агрессивная животинка.

– Крондо! – крикнула Маруся, когда я приземлился на крыше.

– Я чувствую, – ответил я и оглянулся.

По противоположному аналогичному зданию спускалось гориллаобразное накачанное существо. Оно было серого цвета и абсолютно безволосое, но с двумя бараньими рогами, торчащими из макушки черепа.

– Это что за демон-уродец… Сатанист тебя дери… – прошептал я.

Он впивался в бетон здания длинными когтями, огибая окна, и с большой проворностью спускался вниз. Через десяток секунд он оказался на земле и, шлифуя по асфальту, выбивал из него искры. На четвереньках понёсся к нашему зданию. Несколько секунд, и он уже со всей прыти выбивает крошево из бетона нашего здания.

– Интересная зверушка… – хмыкнул я.

– Крондо! Это чудовище нас убьет! – поддалась панике девушка, чувствуя всю неистовую злобу существа.

– Не волнуйся. Один уродец нам ничего не сделает. Если, конечно, он не обладает телекинезом. В чём я очень сомневаюсь, иначе бы он так не поднимался сюда, – уверенно сказал я.

– Н-но… его чувства. Эта злоба…

– Всякое бывает. Ты просто не встречалась с адской фауной, – усмехнулся я, вот-вот готовясь подцепить уродца телекинезом.

– Давай… Пять метров… – прошептал я, волнуясь в предвкушении, как будто стоял на раздаче в столовой и молился, чтобы на меня хватило человеческих котлеток.

За пять секунд зверушка оказалась на расстоянии десяти метров и просто подпрыгнула ввысь, суча своими мускулистыми и когтистыми конечностями в нашем направлении.

– Хвать! – засмеялся я, вытянув руку и схватив уродца телекинезом за горло. – Какая прелесть! – продолжил я хохотать, вытягивая мутанта наверх.

Он хватался, бешено сучил конечностями, в попытке дотянуться до нас, даже не обращая внимания, что я сжимаю его глотку.

– Интересный экземпляр, – с улыбкой добавил я, когда оттянул его на крышу и выставил перед собой за три метра. – Это и есть «скалолаз»?

– Ч-что ты собрался делать? – чуть отойдя от шока, спросила мой носитель.

– Немного изучить… – ответит я и резко схватил подопытного за все конечности.

Он с натугой начал натягивать канаты своих мышц, пытаясь вырваться из захвата. У этой особи были странные рога, острые и изогнутые, которые растут совершенно не из типичного места. Маленький, но зубастый рот и два больших тёмно-красных глаза, полностью монотонных. Его харю можно было бы назвать лицом, если бы не эти мелочи и дичайшая гримаса ярости в мимике.

– Ты чё такой серьезный? – с улыбкой прогудел я демоническим басом и подошёл ближе к мутанту. – А если вот так? Тебе будет больно? – добавил я и сломал его позорные рога у основания.

Этот недодемон забился в конвульсиях, а когда из рогов пошли темные струйки гнилой крови, взревел, как тысяча коз! Его бешеный вопль эхом начал разноситься по всему мертвому городу!

– С-скотина-а-а! Заткнись! – рыкнул я и смял шею монстра в труху.

Он тут же замолчал и перестал шевелиться. А когда я отпустил захват шеи, его башка повисла в неестественной для позвоночного существа позе. Но на этом я не остановился и разломал его грудину, чтобы посмотреть воочию на его внутренности.

– Что ты делаешь? – ослабшим голосом произнесла Руся и закрыла глаза. Управляй она телом, её бы вывернуло от омерзения.

– Нужно понять хоть примерные возможности этих существ. Для этого нужно начать с их внутренностей, – невозмутимо сказал я и начал рассматривать содержимое мутанта, а посмотреть было на что.

У этой особи было два сердца! Две пары легких, две печени – всё остальное в единственном экземпляре, но увеличенное в размерах. Первичные половые признаки отсутствовали, а мозг был маленький и вытянутый, как огурец.

Я не патологоанатом, но такие элементарные вещи могу отличить от обычных. Почему я изначально подумал, что это какой-то мутант? Да потому что строение скелета у него абсолютно человеческое. Если судить по обыкновенным зомби, то мир населяли не менее обыкновенные люди. И это факт.

– Интересно и забавно, – хмыкнул я и тут почувствовал целенаправленный и осознанный взгляд со стороны самого большого небоскреба. Тут же развернулся и хмуро стал выискивать кого-то, однако ощущение слежки сразу исчезло.

– За нами кто-то наблюдает! – воскликнула Руся, открыв глаза.

– И этот кто-то – явно разумный. Слова… были слышны непонятные слова, – сосредоточенно сказал я, не отводя взгляда от вершины небоскреба вдалеке.

– Крондо… Почему мы слышим тех, кто на нас смотрит? – задала девушка насущный вопрос.

– Ты разве до сих пор не поняла? – вздохнул я и перевел взгляд на труп мутанта. – Здесь совершенно другой астрал, и твоя способность ясновидения преобразилась в способность телепатии. А моя врождённая способность чувствовать пристальный взгляд очень хорошо гармонирует с твоей. Какие ещё сюрпризы принесёт этот мир – неизвестно. Ведь…

Не успел я закончить, как неподалёку от нас со всех сторон прозвучал пронзительный вопль, на разном отдалении.

– Точь-в-точь как у этого чудовища! – сказала девушка, а я ощутил, как её душа просто стынет от страха.

– Похоже, они ещё могут общаться, таким образом… – удивлённо заключил я и с усмешкой добавил: – Вот бы пару этих зверушек забрать в ад…

– Да как ты… – запнулась Руся, когда вместе со мной услышала хруст бетона, отдающий вибрацией по нашему зданию.

– Не может быть… – прошептал я, и в этот момент аналогичная тварь, но побольше, вылетела справа от нас.

С гулким хлопком разлетающегося гравия на крыше чудо-юдо приземлилось в семи метрах от нас. Я тут же преобразовал энергию телекинеза в лезвие и как только чудовище на нас прыгнуло – располовинил его башку по горизонтали.

Сразу после этого вылетело ещё две твари, с которыми повторилась та же самая ситуация. На шестом мутанте я схватил дробовик и, взлетев на три метра над крышей, начал палить по окружности, потому как они стабильно начали выпрыгивать по две-три особи. Да и хотелось проверить оружие в деле.

Но, к сожалению, как против бетона, это оружие не было так эффективно. Грудину мутантов оно до конца не пробивало, потому как кости тормозили этот снаряд непонятный природы. А вот голову дробовик сносил подчистую, но попасть по прыткой цели – то ещё занятие. Поэтому я засунул дробовик обратно за спину и, приземлившись, начал рубить оккупантов проверенным методом – телекинезом за пять метров.

За десять минут я уничтожил около полтинника этих тварей. Вся крыша была усеяна их трупами. Но до этого, на двадцатой особи, я прямо почувствовал восхищённый взгляд, что опять появился со стороны небоскрёба – это по-любому люди!

– Фух… Мне кажется, они сбежались прямо со всего города, – прокомментировал я, вытирая выступивший пот со лба.

– Ну то-то же на нас с придыханием смотрят пять человек, – ответила мой носитель.

– Ну не факт, что это именно люди. Но я тоже надеюсь, – улыбнулся я.

– Я уверена. Их мысли…

– С каких это пор ты понимаешь чужой язык? Или ты специалист в тонкой душевной конституции людей? Что так с ходу можешь определить это, – захихикал я и начал махать руками в сторону небоскреба.

– Я видела образы, как они смотрят друг на друга – это люди, – со всей серьезностью ответила Руся.

– Т-ц… Меня и тут обделили, – недовольно цыкнул я.

– Если бы не твои врождённые способности и умение работать с духовной силой, я бы тут и нескольких часов не продержалась. Так что хватит комплексовать! От каждого по способностям и каждому по потребностям! – решила поднять мне самооценку Маруся, просвечивая мои не радужные мысли.

– Ну, твоя правда… – улыбнулся я спустя некоторое время. – Вроде никто теперь на твою попку не зарится. Готова двигаться к иностранцам? – добавил я, оглянувшись по сторонам.

– Готова, защитник моей пятой точки, – хихикнула она.

Глава 3

До центрального небоскреба я нёсся, как угорелый, так как старался это делать по стенам домов. Мы теперь точно знали, что там есть люди, но осторожность лишней не будет, так как тащить за собой паровоз голодных зомби крайне нежелательно. Всё это время за нами наблюдали два человека, в их мыслях я ощущал волнение, но никак не враждебность или страх.

– Я думаю, они не начнут палить в нас из оружия. Ты показал мастер-класс по уничтожению чудовищ, – серьёзно сказала Руся, прочитав мои сомнения на этот счёт.

– Хватит в наглую копаться у меня в голове! – возмутился я вслух, быстро передвигаясь по стене здания.

– Ты у меня в голове копался два с половиной месяца, и я даже об этом не знала! Терпи! – мстительно возмутилась она.

– Для демона терпеть такое – унижение, – фыркнул я.

– Для демона, как ты сказал, недоступно видеть сны. А поэтому здесь – это норма. Вот когда вернёмся домой, тогда и будешь возмущаться, – аргументировала девушка.

– В ближайшие полгода мы точно должны вернуться.

– Это еще почему?

– Вспоминай видения… по поводу твоего Евгения. Теперь мы понимаем, что значит «пропал» и «провалился сквозь землю». Неужто он того индуса… – задумчиво бормотал я, но девушка меня перебила:

– Ты думаешь… он попадёт сюда?!

– В том-то и дело, что не факт. Просто нам очень не повезло попасть под очередное возмущение эфира. Скорее всего, он отправится в ад. Хотя с этим эфиром ничего не поня…

– Не говори так! – злостно воскликнула девушка.

– Марусь… Представь, он попадает сюда и натыкается на орды зомби. Что с ним произойдёт с большей вероятностью? – осторожно спросил я.

– А вдруг он призвал себе демона? – парировала она.

– Тем более! – сказал я вслух. – Он просто призовёт продавца трусов, который устроит ему адскую жизнь. Демон до последнего не допустит, чтобы его изгнали, поверь мне. Я белая ворона среди демонов, в этом плане, – улыбнулся я.

– Так а как он тогда пропадёт без демона внутри?! – девушка уже явно была на нервах.

– Ещё раз. Вспоминай свои видения. Он пропал без всякого демона. Если бы он был – ты бы его обязательно увидела, – отрезвляющим тоном говорил я.

– Ты так спокойно говоришь, будто попасть в ад – это меньшее для него зло, чем попасть в сюда. – Голос девушки уже начал дрожать от обиды.

– Если он попадет в Нараку, будучи во плоти, его переместят в центральный ад для распределения. Да, его не отпустят, видя его грехи, но это будет ситуация из ряда вон, так как он не дожил свой век. Полгода препирательств с раем, и его отпустят домой, предварительно стерев ему память. Подобное уже происходило, – припомнил я случай пятидесятилетней давности.

– Я… поняла… Ему действительно нельзя здесь появляться… тогда… – поникла Руся и с надеждой спросила: – Но его ведь отпустят? Ты говоришь правду?

– Даю слово демона, – серьёзно проговорил я. – Я поэтому тебе и сказал, что нам нужно вернуться раньше, чем через полгода, чтобы предотвратить его пропажу. Но даже если мы проведём гораздо больше времени здесь, и к нашему возвращению его не отпустят, – мои родственнички не последние демоны в аду. Я сделаю так, чтобы его отпустили без разбирательств. Не вешай нос, моя прекрасная одержимая, – закончил я с улыбкой.

– Хорошо. Спасибо, Крондо. Давай попробуем вернуться за полгода, – с ответной улыбкой выдохнула Руся.

– Значит, стараюсь не только я один! – гоготнул я.

– Я буду делать всё, и даже больше! Обещаю! – воскликнула девушка, а мы в это время остановились возле стеклянной стены небоскреба.

– Ладно… Поднимаемся к гостям… – пробормотал я, цепляясь телекинезом за выступы.

Высотное здание было относительно гладкое, поэтому продвигаться наверх с большей скоростью не получалось. Потому как если представить способность телекинеза – это как дополнительные руки и ноги. А им так же, как и физическим конечностям, нужно находить сцепление с поверхностью. Грубо говоря, мне приходилось когтями цепляться за сочленение и выступы между стекол.

Кстати, ещё одна особенность этого мира – я не могу проявлять никакие свои врождённые способности, пока у меня нет прямого управления телом носителя.

– Ты прямым текстом называешь себя паразитом. Почему ты иногда называешь меня «носителем»? – возмутилась девушка, когда прочла мои мысли.

Сейчас она ощущала страх от огромнейшей высоты. Поэтому я сделал вид, что меня не трогает её копание в моей голове.

– Потому что с научной точки зрения, в данном конкретном случае, я являюсь симбионтом. И с моей стороны будет логично называть тебя моей носительницей, так как моя душа сосуществует с твоей в твоём теле, в мире и согласии. Гы-ы! – важно и с расстановкой произнёс я, а затем гоготнул. – Но вот некоторых моих сородичей можно закономерно назвать паразитами, так как в большинстве своём они отравляют жизнь своему носителю. И переставай так бояться, ты половины не услышала из того, что я сказал.

– А если мы сорвёмся с такой высоты? – неуверенно спросила она, так как мы находились где-то на сороковом этаже, и оставалось ещё столько же.

– И что? Пролетим десяток этажей вниз, а затем опять зацепимся, – беззаботно ответил я.

– А если будет более пяти метров от стекол здания?

– Ну, значит, полетим до самого низа. Это же логично, – хихикнул я.

– Я не могу понять твои мысли! Мы же умрём! А ты страха не чувствуешь! – завелась девушка.

– Не сцы, мадмуазель. Зацепимся за что-нибудь! В крайнем случае, тряханёт хорошо, когда мы приземлимся на асфальт. Проломим в нём четыре дырки, – заверил её я.

– Ты уверен? Где ты такое успел опробовать? – недоверчиво спросила Маруся.

– Где-где… В аду! Конечно, не с такой высоты, но с одноклассниками мы чего только не вытворяли. И не забывай, что я с детства владею телекинезом. Для меня это то же самое, что для тебя сделать лодочку языком.

– А ты что… А ну да! – хихикнула девушка, вспоминая мой удлинённый язык.

Когда Руся расслабилась, мы наконец достигли последнего этажа и перемахнули через метровый бордюр крыши здания. Этот небоскрёб гораздо больше походил на удлинённую пирамиду. Основание высотки было массивное и широкое, а самая верхушка была метров тридцать в квадрате.

Как и ожидалось, нас ждали на крыше. Трое вооружённых мужчин в камуфляжной экипировке серого цвета и в тактических военных шлемах. Они настороженно сжимали в руках автоматы, напоминающие «М16» с глушителями и более серьёзным теплоотведением в виде толстого ствола с насечками. На оружие также присутствовали дисплеи и лазерные указатели, которые пока что в нашу сторону направлены не были.

Один мужчина, лет сорока пяти, был без шлема. Короткие тёмные волосы с сединой на висках, обыкновенное европейское лицо с карими глазами. На нас он смотрел более уверенно, чем его товарищи, стоящие по бокам.

Позади них, из проёма выхода на крышу, появились две девушки, обеим в районе двадцати пяти-тридцати лет. Они были в аналогичной Марусе экипировке, но в такой же серо-камуфляжной, как и у мужчин. Оружие девушки в руках не держали, их пистолеты висели на поясе.

Пристройка спуска в само здание являлась телекоммуникационной вышкой с высоким двадцатиметровым шпилем. Чтобы не нервировать людей, я приземлился на мелкую гальку в семи метрах от них.

– Dt’yak tartzon ren’nion? – вопросительно подал голос мужчина.

– Похоже, это будет не так просто… – озадаченно пробормотал я, совершенно не узнавая язык.

Я свободно разговариваю на пятнадцати самых известных языках мира, и это помимо официальных церковных: итальянского, испанского, латыни и греческого. Владею немного арамейским и санскритом, на уровне «твоя моя не понимать». Поверхностно изучал шумерский и древнеегипетский, баловался различными языками славянской подгруппы, по приколу изучал старинные китайские диалекты. Но даже при всём при этом этого человека я совершенно не понимаю. Просто не могу вычленить знакомые слова среди этой белиберды.

– Am… Do you speak English? Latinus? Elliniká? – неуверенно спросил я.

Мы с ним начали перекидываться ничего не значащими друг для друга словами, а когда поняли, что всё это бесполезно, – они стали что-то между собой обсуждать.

– И что мы будем делать? Я совершенно не понимаю их мысли. Только эмоции со смазанными картинками… – озадаченно сказала Маруся.

– Нам нужно всего лишь изучить новый язык, – пожал я плечами. – Одного месяца плотного общения с этими ребятами нам будет более чем достаточно, чтобы разговаривать.

– Издеваешься? Да мне ни за что не выучить целый язык за месяц! Я английский-то одолеть не смогла, – фыркнула мой носитель.

– У тебя есть я. Который по человеческим меркам – выдающийся полиглот. К тому же, благодаря телепатии, мы сможем изучать их язык как по учебнику, – мысленно отозвался я и усмехнулся.

Народ увидел, что девушка слегка улыбнулась, и тут же напряглись, продолжая переговариваться. А два парня, что возраста девушек, сняли шлемы и начали эмоционально спорить со старшим. Я попытался исправить ситуацию, вытащив из рюкзака несколько консерв, затем протянул их людям со словами:

– Ребята, давайте жить дружно? Это – ням-ням, – потряс я банками перед удивлённо затихшими людьми.

Маруся от моих слов просто взорвалась смехом, совершенно сбивая мой мысленный настрой.

– Diro’ong Nyam-nyam? – удивлённо спросил старшой и сделал пару шагов ко мне.

– Да. Всё правильно! Это – ням-ням! – улыбался я под раскатистый смех Руси у себя в голове.

После этого главарь подошёл на расстояние пары метров и, ударив себя в грудь кулаком, слегка склонился и сказал:

– Vir on tarzon ren’nion. Visku’ula zenf.

Он поднял голову и с благодарностью принял у меня консервы на пятерых.

Затем он в приглашающем жесте вытянул руку в сторону выхода с крыши. От двух парней чувствовалось недоверие, девушки были в замешательстве, а вот главарь находился в воодушевлении, скорее всего, от моего эффективного уничтожения мутантов.

– Ну вот, практически нашли общий язык, – хмыкнул я, проходя вместе со старшим мимо молодых.

– Будет интересно посмотреть, как ты дальше продолжишь с ними общаться, – хихикнула Руся.

– Всё как в девятнадцатом веке с аборигенами. Начну дарить им бусы, а они нам отдадут своё оружие, – беззаботно сказал я, а Руся опять заливисто рассмеялась.

Вот только я не понимаю, почему молодые парни отнеслись к нам с таким недоверием. Всё-таки перед ними предстал не угрожающий вояка, а молодая и красивая девушка. Они тут что, все подряд содомиты из «ЛГБТ» тусовки? Бред какой-то…

– Всё намного проще и сложнее одновременно… – отсмеявшись, сказала девушка, опять нагло прослушав мои мысли. – Они крайне сильно обеспокоены нашей силой. А ещё их пугает мой редкий цвет волос, – серьёзным тоном закончила она.

В это время мы спустились по узким ступенькам, миновав несколько пролётов, и открыли дверь в небольшой коридор, за которым оказался лифт с открытыми створками. А напротив него были двухстворчатые двери с узорами в металлическом исполнении.

– Опять картинки-образы? – поинтересовался я, двигаясь за старшим.

– Ага. Очень непривычно видеть такое. Но я могу довольно легко блокировать их мысли, – отозвалась девушка.

Мы стали наблюдать, как командир иностранцев с натугой потянул одну створку двери в сторону, а она со скрипом начала отъезжать куда-то в стену. После этого мужик сделал приглашающий жест а-ля: «после дамы», но, хоть и насторожившись, я всё же прошёл первый.

Ничего криминального здесь не обнаружилось. Неряшливый пентхаус-студия со странной барной стойкой в центре. Вокруг обширного места для готовки стояли кожаные диваны, столики, кресла, большой стол, напоминающий биллиардный, но с какими-то ребрами в середине.

Но всё это я заметил только спустя десяток секунд, потому как изначально нас с Марусей привлекли телевизионные панели над барной стойкой. Три широченных телека, приделанных к потолку, вещали какие-то кадры охоты на зомби, от первого лица. А один из них показывал говорящего журналиста, который ходит по какому-то военному городку. Звук был отключён, поэтому все было как в немом кино конца девятнадцатого века.

Место для готовки было лишено каких-либо съестных продуктов. Видимо, у ребят в последнее время проблемы с поиском провизии. Собственно, поэтому все были в шоке, когда я добровольно отдал им припасы.

Когда молодые вошли за нами, старший отдал девушкам банки консервов и что-то им сказал. Они кивнули, и, как я понял, принялись за готовку еды, так как они положили банки на стол и скинули с себя броню. Одна из них достала кастрюлю, начала наливать воды из какого-то крана, другая открывала консервы специальным инструментом.

Парни тоже поскидывали броню на пол и, отойдя в сторону, недовольно поглядывали на нас со старшим. Он же в это время пригласил нас на полукруглый диванчик с небольшим столиком, а когда я сел на другой конец дивана и взглянул на их командира, уже вовсю заинтересованно разглядывал нас, не произнося ни звука.

Я не отставал в этом деле и рассматривал его серьёзное морщинистое лицо, на удивление гладко выбритое. Хоть он и наставил на нас «покерфейс», но строгим всё же не выглядел. Его лицо с густыми бровями, тронутыми сединой, вполне можно назвать добродушным.

После пары минут гляделок я, приподняв бровь, подтянул к себе рюкзак и, чуть усмехнувшись мужику, вынул оттуда еще двенадцать банок консервов. Старший заулыбался и загорелся, как рождественская ёлка. Он сжал кулаки обеих рук, приставил их к груди и, склонившись, начал говорить какую-то тарабарщину. А когда он закончил, девушки с благодарным видом забрали остальные банки.

Нужно было с чего-то начинать знакомство, поэтому, тронув себя за грудь, я сказал:

– Маруся.

Мужик понял, что я имею в виду и, повторив мой жест, ответил:

– Аяронт.

Наше знакомство длилось с полчаса, пока мы пытались выговорить имена друг друга. Так как опыт в различном произношении у меня был громадный, мне ничего не стоило выговорить его имя. А вот с именем моего носителя вылезли проблемы. Аяронт просто физически не мог ровно произнести «Мару́ся», у него получалось только «Мару-и-ся», в итоге мы просто махнули рукой и остановились на сокращении «Мару», так как «Руся» он произносил тоже «Ру-и-ся».

Затем пришло время для изучения имён остальных членов команды. Девушек звали Пэи и Рауи, а парней ‒ Дзонт и Рабат. Произношение было нетипичное, какая-то ядерная смесь китайского и немецкого – грубость и проглатывание звуков. Но для меня, в принципе, ничего сложного. И, пока произносил всё это сам, я также заставил делать то же самое Русю, чтобы она равномерно и одновременно со мной осваивала их язык.

А когда мы сели есть суп из приготовленных консервов, первые десять минут я практически ничего не смог добиться от ребят, так как они за обе щеки уплетали суп, вылакав по две порции. Но надо отдать им должное ‒ они грамотно усваивали пищу, тщательно пережёвывая даже мельчайшие зерна бобовых и кукурузы. Видно, с голодом они знакомы не первый раз.

Но когда все от пуза наелись, девушки принесли всем воды, а я продолжил расспросы, в силу своих возможностей. Поначалу это было неимоверно глупо. Взяв какую-то исписанную голубоватую бумагу, что лежала на том же соседнем столе, что и ручка, начал делать заметки. Затем театрально показывал жесты и говорил их значение на русском.

Поначалу они не понимали, чего я от них хочу, но один из молодых парней удивлённо сказал: «Fiortha». А затем состроил такое же грустное выражение лица и ткнул сам в себя пальцем. Я же повторил за ним и так же ткнул пальцем в себя, вопросительно глянул. А когда он кивнул, я, улыбаясь, взялся за следующий жест, действие или эмоцию. Все это корректировала своими видениями мыслей Руся и активно участвовала в формировании словарного запаса.

Одно из солнц скрылось за горизонтом, а на нашем листке уже было записано более сотни слов. Вот только полезных из них было штук десять, такие как: «Бежать», «Дай», «Есть», «Спать», и так далее. Пока что с таким словарным запасом невозможно было о чем-то поговорить. Мы с Марусей, были сейчас, как маленькие дети-вундеркинды, что судорожно впитывали новые слова.

Всем было относительно интересно учить нас, но с наступлением ночи у них как будто резко села батарейка. Молодые ушли в свои комнаты, – которые я не замечал до этого момента – а Аяронт, встав с дивана, сказал:

– Покажу кровать. Пойдем.

Руся откровенно радовалась, что за такой короткий срок поняла эту фразу из трёх слов. Мне же этого было мало, так как я планировал совершить рекорд в «полиглотстве» – освоить этот язык за пару недель. Сложно, но возможно.

Старший отряда выживших отвёл нас в угловую комнату, где не было окон-витрин пентхауса, но было тусклое холодное освещение от прикроватного светильника вытянутой формы. Сама комната была пять на пять метров. Кровать одноместная, но с на удивление чистым постельным. Аяронт что-то сказал напоследок и прикрыл за нами дверь. Благо, защёлка была изнутри, поэтому я тут же запер дверь и в этот момент Руся перехватила управление.

– Фух! Вот это да! Я столько информации не впитывала даже в колледже! А уж тем более, другие языки так не учила! – возбуждённо начала она вслух, одновременно скидывая с себя броню и начав стягивать нательное.

– Ты потише только… На сегодня наше обучение не окончено, – настороженно осадил её я.

– Как ‒ не окончено? – удивилась Руся, скидывая ботинки и штаны. – Я устала и хочу спать! – недовольно добавила она.

– Дорогая моя мадмуазель. У нас есть такое ма-а-аленькое преимущество, как межастралье. Там мы можем спать и одновременно учиться! Так что укладывай свою попку в кровать, и поехали в астрал! – недовольно сказал я.

– Ты просто изверг! Дай поспать нормально! Мы и так очень много усвоили! – не унималась Руся.

– Как будит по-ихнему «стол»? – со всем скепсисом спросил я.

– Э-э… «кричаан», вроде…

Я гоготнул и рявкнул:

– Ложись – два! Бегом в астрал!

Руся недовольно плюхнулась в кровать, завернувшись в одеяло, легла на бочок и провалилась в астрал. Если бы не железная дверь, которая запирается исключительно изнутри, я бы ни за что не поступил так опрометчиво, так как в астрале мы довольно уязвимы, из-за сниженной чувствительности наших способностей. Ещё секунд десять я прислушивался своими ощущениями взора и прослушки, и, удовлетворившись тем, что за нами никто не следит, двинулся следом за девушкой.

Появившись на той же солнечной пустыне, я подошёл в Марусе сзади и стал завороженно глядеть на бой двух гигантских червей, что с пыльными взрывами вырывались из песка и пытались укусить друг друга за хвосты. Необычная битва продолжалась минут пять, пока один из червей не сдался и не провалился сквозь землю, убегая от противника.

– Они нас точно не тронут? – с сомнением спросила девушка.

– Ты пару астральных суток тут провела, и никто тебя не тронул. Это почти такое же безопасное межастралье, как и у нас, – хмыкнул я.

– Поня-а-а-атно… – протянула она задумчиво.

А мне надоела эта тягомотина и я решил удивить своего носителя, так сказать, внести «лампового» разнообразия в наше с ней обучение.

– Значит так, моя дорогая ученица! Преподаю тебе начальный урок! – весело сказал я и подтянул девушку за талию в противоположную сторону от основного астрала. – Как у вас там говорится? А! Кхе-кхе! СИМ-САЛАБИМ! – вытянув руку перед собой, выкрикнул я.

В это время прямо из песка перед нами вылезла школьная парта со стульями. Точь-в-точь как в школьных воспоминаниях Маруси.

– Т-ты как это сделал?! – изумлённо спросила она и с энтузиазмом подбежала к парте.

– Будешь хорошей ученицей, так и быть, поведаю тебе, – хихикнул я, а Руся с яркими восторженными эмоциями села за парту.

– Я вас слушаю, учитель! – хихикнула она.

– Урок номер один! – улыбаясь, щёлкнул я пальцами.

Мои джинсы, черная футболка и мотокуртка колыхнулись водной рябью и сменились на чёрный официальный костюм с белой рубашкой и галстуком. На лице возникли круглые очки, а в руках появилась школьная указка. Руся радостно захлопала в ладошки.

– Астрал – это не что иное, как переход между коренными измерениями. Он же существует благодаря всем разумным в совокупности, будь то лягушка, собачка, человек, архидемон или архангел! Поэтому как ты себя здесь чувствуешь – так оно и будет являться. Здесь присутствует возможность материализации мысли, – заулыбался я, наблюдая, как чёрное платье Маруси меняется на купальник-бикини, в чем она сейчас спит.

– Ой! Что за! – пискнула девушка, прикрываясь за партой.

– Гы-гы! Вижу, урок ты усвоила! – играя бровями, растянул я свою улыбку до ушей в стиле Пеннивайза. – Так, Маруся Савенко! Что за вульгарный стиль одежды в школе?! – улыбаясь, хлопнул я линейкой по ладони.

Одежда на девушке тут же преобразилась в привычные ей камуфляжные бриджи, короткий топик и кеды.

– Простите, учитель… – подыгрывая мне, чуть смутилась она.

– Кхм-кхм. Далее. Астрал – это пространство, вполне физическое для находящегося в нём субъекта. Но взаимодействие с объектами данного слоя реальности происходит путём выделения духовной силы и с применением эмоционально-образного мышления разумного. Как пример – яркое представление чего-либо и перенос образа в слой реальности астрала…

Не успел я закончить, как Руся подняла руку и спросила:

– Вот так, учитель?

В этот момент позади меня выросла широкая прямоугольная школьная доска со множеством мелков на бортике.

– Хм. Именно! – поправляя очки, улыбнулся я. – Но! Есть ограничение по переносу образов! – важно поднял я свой когтистый палец. – А именно ‒ материализованные объекты не должны превышать объём выработки духовной силы самой души. И находится это по формуле…

Я взял мелок и умелым движением начал писать заученную со школьных лет формулу.

– Э-э… Учитель Крондо, а как её применять? – недоуменно протянула Маруся.

– Очень просто. Бафомет равно лямда в корне из шестисот шестидесяти шести, делить на сигму. Где Бафомет – это объём возможной затрачиваемой духовной силы, лямбда…

В общем, теоретическую часть мой носитель не поняла совершенно. Но хоть усвоила, что в астрале она не может создавать количество вещей, которые в совокупности равны четверти кубометра на данном этапе развития её души. Но это временно и ещё может измениться, если она постоянно будет упражняться.

В конечном итоге, наш урок плавно перетёк в насущные проблемы, а именно ‒изучение инородного языка. А спустя около шести часов по астральному времени мы всё же плавно свернули обучение, так как Руся практически на зубок выучила все доступные на данный момент слова. А когда мы оказались в её теле, девушка, засыпая, сказала:

– Спасибо за уроки, Крондо. Рада быть твоей ученицей…

«Хи-хи! Ну, значит, не зря стараюсь. Приятно, когда твои труды ценят» – смеясь, подумал я, одновременно проваливаясь в пучину странных картинок.

Глава 4

– Всё, Крондо. Давай уже поменьше этих астральных уроков. А то я чувствую, как моя голова даже там вспухает, – первое, что сказала Руся, когда рано утром перевернулась на другой бок.

– И тебе пламенного утра, – усмехнулся я. – Согласен. В крайнем случае, у нас есть рукописный толковый словарь. И так многое сделали за это время.

– Да ладно?! – ошалело открыла она глаза и встала с кровати. – Я не верю! Это ты говоришь?!

– Хи-хи! Радуйся, моя мадмуазель, я сегодня добрый, – захихикал я.

В пентхаусе мы живём уже около месяца. Первую неделю у нас был крайне плотный график обучения с нашими новыми друзьями. Девушки, Пэи и Рауи, постоянно и с большим удовольствием занимались с нами определением новых слов местного языка, который дословно назывался «Интернациональный язык международного содружества» и причём это название страны – «Международное Содружество». Азарт девушек только крепчал, потому как мы день ото дня продвигались в изучении этого языка семимильными шагами.

Конечно, наш прогресс происходил не без использования астрала, хоть моему носителю и наскучила эта нудная зубрёжка слов. Поэтому, как и в первый наш урок, мне приходилось разбавлять эту нудятину таинством структуры мироздания и всяческими тонкостями слоёв пространства астрала, рая и ада. А ещё мы занимались тренировкой её духовной силы.

Через неделю после начала нашего обучения Аяронт подошёл к Марусе и сказал, что им нужно отправиться за пропитанием, так как те запасы, что выделила мой носитель, уже опустели. Мы сами хотели это предложить, потому что понимали, что запасы не бесконечны, а на пятерых они тратились гораздо быстрее.

В тот день мы с Русей не пустили рисковать жизнью наших ценных источников информации. Мы убедили старшего, что знаем, где находится еда, и сами принесем её. Парни, Дзонт и Рабат возмущались и не хотели отпускать Мару одну. Аяронт быстро прекратил их препирательства и отпустил нас вместе с местным богом в путь.

Спустя около шести часов мы притащили целый пластиковый ящик консервов, объёмом в половину кубометра. Могли бы взять больше, но этот поддон и так весил килограмм триста. Его было крайне неудобно нести даже телекинезом. Если взять ещё один такой – то это было бы тяжело. А тяжесть была бы чревата проблемами в виде потери всей провизии.

Помимо консервов, мы притащили штук двадцать различных «дезодорантов» с кнопкой, что мы видели ранее, чем несказанно порадовали всю компанию. «Дезодоранты» оказались различными медикаментами, от дезинфекторов и регенераторов до очистителей тела. После такого обильного улова ребята начали учить нас с утроенной силой. Даже с каких-то офисных этажей раздобыли нам удобную тетрадь для записей, которая была завёрнута в вакуумную упаковку и не подверглась различным воздействиям окружающей среды и времени.

Нашим знакомым было крайне тяжело достать еду, потому что им приходилось передвигаться по заражённому городу, при этом сильно рискуя привлечь внимание большой толпы зомби. А особенно они страшились «Изменённых» – тех самых мутантов, что я шинковал перед небоскребом. Они были настоящим бичом для людей, по понятным причинам их резвости и зачатков интеллекта.

Еще через неделю мы уже вполне сносно могли общаться в режиме «онлайн», то есть, не жестикулировали, как макаки, и не зависали, вспоминая нужное слово. Вот тогда-то мы и узнали, что по этому миру зомби-апокалипсис разверзся пять лет назад. С западной части континента. Чтобы наглядно нам это показать, Рабат нашёл где-то бумажную карту мира. У них работали смартфоны, на которых можно посмотреть навигацию, и то, где мы находились в реальном времени, – спутниковая связь присутствует до сих пор – но гораздо удобнее это было делать на большой карте.

Этот мир состоял из одного громадного континента. Присутствовали, конечно, острова, но это всё мелочи. Они относительно необитаемы, потому как островов, которые находятся на экваторе, ничтожное количество. Остальные располагались у южного и северного полюса, что довольно суровы для обитания людей из-за дикого холода.

Температуру мы оценить не смогли, потому как у них идёт непонятная градация, ориентирующаяся не на замерзание воды, а на остановку движения молекул какого-то другого вещества. Для того, чтобы всё правильно понять, нужно изучить письменность. Чем мы и занимались последующие две недели, одновременно пополняя свой словарный запас.

За это время мы узнали довольно много информации, помимо основной цели – изучения языка. Особенно нам с Марусей понравилось то, что по телевизорам в пентхаусе транслировались реальные кадры людей, подключенных через интернет к единой медиасистеме в прямом эфире. Любой, кто владеет хотя бы смартфоном, может транслировать свои приключения на весь оставшийся мир. Это, можно сказать, своеобразные блогеры-любители. Но обычно такое снимают только группы выживших ‒ одиночкам по определению не до этого.

Хоть в этом мире интернет полностью свободный, и для него довольно легко брать энергию, чтобы поддерживать оборудование в рабочем состоянии, освещением того, что происходит в мире, занимаются очень немногие. В основном, люди сидят в помойках-форумах и на других различных ресурсах.

На юго-востоке континента существует целый укреплённый город-миллионник с полной инфраструктурой для комфортного проживания людей. Именно от жителей этого города, в основном, и транслируются видео. Считается, что в этом городе находится более трети всего оставшегося человечества – но это не точно, так как это всего лишь предположение группы ученых, что обитают в этом городе, под странным названием «Самликор». Существуют ещё два города, полностью неприступных для зомби. Это город «Датарок» и «Сайскан». Первый, по населению, как Самликор, а второй в два раза меньше, но тоже считается одним из ковчегов планеты.

Собственно, настал тот день, когда наше двойное усердие и труд победили языковой барьер письменности, а разговаривали мы уже практически не задумываясь, но конечно, с диким акцентом.

– Вы меня прямо сегодня радуете, месье Крондо, – захихикала Маруся в моей манере и плюхнулась опять на кровать.

– Ты не расслабляйся. Слышишь же ‒ Аяронт сидит в зале и пристально выжидает, когда ты встанешь, – навеселе сказал я.

– Ничего. Подождет чуть-чуть, – буркнула она, потягиваясь в кровати.

– Из-за того, что нас разделяет дверь, его мысли не слышны. Но намерения… Он хочет предложить нам что-то серьезное.

– Да знаю я, – отмахнулась девушка. – Уже даже самой интересно.

Она лениво поднялась с кровати и подошла к креслу, взяла баллончик очистителя, прыснула на зубы вещество, которое сразу обволокло весь рот девушки, вызывая чувство чистоты и свежести. Затем шикнула на меня, чтобы я закрыл глаза, сняла нижнее бельё, проделала такую же операцию со всем телом и надела чистое сменное бельё.

Эти средства не маскируют запахи, а действуют куда лучше земных аналогов, вызывая чувство чистоты как после полноценного мытья и качественной чистки зубов. Первое время даже я находился в лютом восторге от этих штук, а сейчас всерьёз задумываюсь украсть и расшифровать формулу таких веществ, чтобы в аду пойти в министерство науки и зарегистрировать премиальный патент Данталиона.

«Хи-хи! Вот такой вот я – корыстный!» – подумал я, когда девушка оделась в свою неубиваемую экипировку и вышла из комнаты.

– Мару, здравого утра! – сказал старший, как только мы вышли из комнаты.

Их язык совмещает значение добрый и здравый, но в приоритете это слово значится как «выздоровевший».

– И тебе доброе утро, Аяронт, – улыбнулась ему девушка и прошла к барной стойке, чтобы запустить аппарат приготовления тонизирующего коктейля.

– Я хотел бы поговорить с тобой о нашем будущем, – добавил он, когда пересел на высокий стул, ближе к нам.

– Знаю, – улыбнулась она, читая мысли оппонента в которых было главное слово «уезжать».

Он вздохнул и невесело сказал:

– Я не хочу обременять тебя. До сих пор не могу привыкнуть, что нам повезло встретить жрицу Ренниона…

– Аяронт, я ещё раз повторяю. Я никакая не жрица Ренниона! И даже ни разу не была в этом городе… – фыркнула девушка, доставая из аппарата похожий на холодильник, горячий напиток с цитрусовым запахом.

– Это неважно. Твоя сила… – хотел он сказать, но Маруся опять перебила его:

– Аяронт, куда ты собрался переезжать? Ты же об этом хотел поговорить?

– Хорошо, – кивнул он, соглашаясь. – Как ты знаешь, мы живем в этом месте уже три года. Когда еле как спрятались от громадной толпы мёртвых. Мы не хотели здесь жить, но это был единственный безопасный вариант… – начал он очередной раз рассказывать свою историю.

Дело в том, что зомбаки, по какой-то непонятной причине, не могут преодолеть высоту больше двухсот пятидесяти метров над уровнем моря. Даже Изменённые не справляются с такой задачей. Не потому, что это здание «стеклянное», и они просто не могут взобраться по нему, а потому, что выше этого уровня они ничего не видят – как слепые котята. С чем связан такой феномен, ученые Самликора до сих пор строят теории, но предметных исследований пока ещё никто не делал.

Именно поэтому семеро выживших из военного отряда Аяронта смогли осесть тут, когда убегали от ужасающей волны зомби, что в то время населяли этот город. Изначально в их отряде было одиннадцать человек.

Когда их отряд увидел меня, резвящегося на крыше соседнего здания, ребята были чуть ли не на грани голодного обморока. Потому как с утра они впятером доели последнюю банку консервов, что смогли обнаружить в паре кварталов от их обители. Целый год они питались запасами каких-то злаковых культур со склада, что базировался на шестьдесят третьем этаже небоскреба, пока в конечном итоге они не закончились.

За этот год толпы зомби, в своей большей части, покинули город, и у ребят появилась возможность аккуратно прочёсывать ближайшие здания на предмет провизии. Но из-за Изменённых погибли двое – женщина и мужчина. С тех пор оставшиеся жили только на синтетических допингах и одной банке консервов в сутки. До нашего появления они уже обдумывали план дезинфекции и приготовления зомбятины для пропитания. Все ужасно боялись этого момента, но голодная смерть пугала ещё больше.

Проблем с водой у них не было. Так как телекоммуникационная вышка, что стоит на крыше, таковой не являлась. А точнее не только телекоммуникационной – это была ещё и автономная электростанция, которая не просто снабжала энергией верхние этажи, но и аккумулировала воду из воздуха в отдельный резервуар. А в дождь на её верхушке вообще открывается целый зонт-уловитель воды.

Конечно, этого не хватало на каждодневный приём душа, но раз в неделю ребята стабильно мылись. Именно поэтому мы и удивились, что они так холодно отнеслись к нашим запасам воды, что мы носили в рюкзаке, в первый день.

– Знаю, Аяронт, – перебила его девушка, не став слушать по пятому кругу его историю. – Я согласна вам помочь. И буду рада, если я вас вытащу в тот город, – тут же озвучила Руся, окончательно разобравшись в мыслях командира.

Он хочет с нашей помощью попробовать преодолеть три с половиной тысячи километров на летательном аппарате. Эту новость он ещё не рассказывал остальным членам группы, полагая, что Мару может отказаться, преследуя в этом городе свои цели.

И, кстати, причина, по которой их ещё никто не спас, – хоть они и имеют связь со всем миром – довольно интересная. Интернет восстановили, по словам ребят, около двух лет назад, силами двух городов, Датарока и Самликора. И тут же во все три города со всех уголков планеты посыпались крики о помощи. Но к тому времени города были набиты битком. Поэтому спасательные службы отписались всем заложникам ситуации ‒ таких как наши ребята – мол: «Места у нас мало. И собирать вас со всего мира у нас нет возможности. Сами доберётесь – возможно, примем. А нет – ну, значит, так Реннион решил». Жестоко? Возможно. Но, в принципе, разумно. Если у них проблемы с местом.

– Мару! Великая Жрица! Благодарю вас! – растрогался Аяронт и, долбанув себя кулаком в грудь, низко склонился перед ней.

– Командир, – улыбнулась Руся и тронула склонившего голову за плечо. – Что нужно сделать, чтобы мы полетели? – спросила она, а он удивлённо поднял голову и слегка улыбнулся.

– Я говорил, что ты не можешь не быть жрицей Ренниона! – На этих словах Руся закатила глаза, а он тут же перешел к делу: – У нас есть разобранный гражданский глондер, в цокольных помещениях этого здания. Мы можем постепенно его перетащить на крышу и собрать! Но нам не хватает аккумулятора Тиберона. Только ты его сможешь принести, так как он находится на окраине города, на военной базе, – закончил он, довольно быстро дополняя все тонкости плана.

Глондер – это что-то вроде маломестного летающего автомобиля, который, в зависимости от модели, может унести на своем борту от шести до двенадцати человек. Чем-то похож на квадрокоптер, но только с тремя турбодвигателями. Может взлетать с места. Штука в этом мире не удивительная, но была в пользовании исключительно у богачей. Обычные граждане пользовались наземным транспортом, потому как летающий им был не по карману.

А аккумуляторы Тиберона – это что-то вроде ядерной батареи, но с совершенно непонятной энергией. Их могут заряжать в специальных подземных электростанциях, а Тиберон ‒ это тот, кто открыл возможность аккумулирования громадного количества энергии из энергии земли. Ещё две сотни лет назад люди пользовались транспортом на двигателях внутреннего сгорания, а добыча электроэнергии происходила, как и на Земле – с крайне низким КПД.

– Что думаешь, Крондо? – мысленно обратилась ко мне девушка.

– А что тут думать? Не вечно же торчать здесь. Мы, конечно, за пару месяцев можем и сами добраться до этого города. Но проще это будет сделать со знакомыми и на высокой скорости. Так что я за, – улыбнулся я мимикой Пеннивайза.

На мои слова Руся широко улыбнулась и сказала командиру:

– Собирай всех, Аяронт. Будем воплощать твой план в жизнь.

Так, как это сказала девушка, здесь не говорят. Но этот повидавший жизнь вояка сразу всё понял и воодушевлённо начал вызывать всех по смартфону. У нас, кстати, смартфон тоже есть. На следующий же день, после знакомства с этой компанией, Дзонт, как бывший инженер-программист, зарядил и взломал смартфон, что мы забрали у скелетов на седьмом этаже. Поэтому связь у нас тоже была.

Удивительно, но их оборудование может находиться месяцами без подзарядки, благодаря высокой энергоэффективности их технологий на энергии Тиберона. И, по сути, они проиграли эту войну с зомби из-за неизвестной природы вируса. Нулевого пациента они не обнаружили, и, мне кажется, понятно почему – из-за духовной составляющей этой заразы. Учёные просто не смогли понять, откуда берётся такая дикая контагиозность – заразность вируса. Которая, к тому же, вызывает у некоторых мутации.

Через полчаса Дзонт и Рауи поднялись с нижних этажей. Они занимались ремонтом какого-то модуля энергосвича, для стабильной переброски энергии с автономной электростанции. А Рабат и Пэи, улыбаясь друг другу, вышли из своей комнаты.

Русе очень повезло в том, что за весь месяц никаких «подкатов» с мужской половины группы не происходило. Так как вышеописанные пары ‒ это пары и в любовных делах. А Аяронт смотрит на Марусю, как на спустившуюся с небес спасительницу, поэтому никаких домоганий не было и в помине.

Но я же не просто так личный демон Маруси, хи-хи! Иногда эта грешница вспоминает о прелюбодеяниях, ночью, и во сне хватается за промежность. Как истинный джентльмен в демоническом обличии, я не хихикал над ней. Но на утро ехидно спрашивал, как она спала этой ночью. Человеческая плоть слаба, чтобы противостоять физическим потребностям, но ум сильнее плоти. Поэтому, я уверен, – она дождётся своего суженного. Ну а если нет, то применю тяжелую астральную артиллерию! Ха!

– Капитан Аяронт… – хотел заговорить сосредоточенный Дзонт, сидя за общим столом около минуты. Но тот его тут же перебил:

– Пришло время действовать. Как вы знаете, Реннион послал нам шанс на спасен… – он тут же запнулся, увидев недовольный взгляд Руси. – Я к тому, что у нас есть возможность поставить в строй тот глондер, что пылится в подвале здания «НеттоПрог». Вы же помните, о чём мы говорили год назад? – задал он вопрос ребятам.

Они удивлённо посмотрели на него и перевели взгляд на Марусю.

– Неужели ты хочешь… – начал было Рабат.

– Я хочу. Не бросать же вас всех здесь, – улыбнулась парню Руся.

– Мару! Ты самая великолепная из всех жриц! – воскликнула сидящая рядом с парнем Пэи, восхищённо глядя на моего носителя.

– Начинаем обсуждение плана, – хмыкнул Аяронт и достал из борсетки какую-то шайбу.

Положив её в центр стола, он нажал на кнопку. В воздухе, в нескольких сантиметров над ней, засветилась голограмма всего города с детальной прорисовкой домов. Даже я завороженно глядел на это чудо техники. До такого не дорос даже ад, хотя у нас появляются новые технологии быстрее, чем на Земле. По понятным причинам – все технологии от дьявола! Хи-хи!

Составление нашего плана продлилось в итоге около часа. Ничего особенного в нём не было. Ребятам следует сегодня же спускаться в цокольный этаж по шахте лифта, забаррикадировать дверь внизу и начать поднимать мелкие детали. Остальные части кузова-фюзеляжа им придётся поднимать лебёдкой с внешней части здания, потому как они не пролезут ни в одну шахту лифта. Но это будем делать мы с Марусей, когда вернёмся с батареей из другого конца города.

Наша часть плана была известна только в том, где находится эта военная база с запасами аккумуляторов. Совершенно непонятно, остались ли они там до сих пор, и что происходит вокруг базы. Но для нас это относительные мелочи, если не нападёт толпа изменённых. Драться с ними в воздухе возможно только с помощью огнестрельного оружия – которое, на самом деле, не огнестрельное, а энергетическое.

Мы с Русей не отчаивались из-за предстоящей неизвестности, а вполне себе понимали, что исполним нашу миссию без проблем. Главное, чтобы эти аккумуляторные колбы присутствовали на этой базе. Потому как даже с течением времени, если они находятся не в агрегате, заряд не деградирует. Он может сохраняться десятилетиями, не снижаясь ни на процент.

Поэтому, не теряя времени, когда все фигуры установились на шахматной доске, мы вышли на крышу. Перехватив управление телом Маруси, я взмыл в воздух и, с улыбкой помахав нашим товарищам, направился к краю крыши и сиганул вниз.

– КРОНДО-О-О! – завизжала у меня в голове девушка.

– Какой прекрасный, пасмурный день… – хихикнул я, наслаждаясь ветром что бил в моё лицо.

Глава 5

– ТЫ! Демон-суицидник! – на нервах прокричала Руся, когда я своими телекинетическими руками, дробя фундамент, остановился у самого асфальта. – Если бы я была в своём теле, то описалась бы от страха!

– Ты уже второй раз прыгаешь со мной. Можно было и привыкнуть, – хихикнул я. – И ‒ да, демоны не страдают таким грехопадением, как суицид. Я знаю, что делаю, – добавил я, кроша несколько черепов зомби, что нас заметили и подбежали.

– Если я вернусь на Землю седой!.. Я тебе этого никогда не прощу! – прикрыв глаза, эмоционально сказала она.

– Не волнуйся. Адреналин в твоём теле сейчас регулирую я. В крайнем случае, твою седину я покрашу ночью, пока ты спать будешь. Даже ничего не заметишь! Хи-хи! – засмеялся я, кроша ещё парочку зомби.

– Я тебе в астрале потом рога оторву! – возмутилась девушка.

Страх Маруси при падении дал мне много сил. Это как адреналин, что питал не её, а меня ‒ духовно. На Земле можно было получить сырую энергию души только от страданий носителя. А тут удивительно – я получаю не сырую энергию, а уже готовую духовную, от паники и страха. Это ещё одна особенность этого непонятного мира.

– Кстати, хорошо, что напомнила. Пока ты спала, я успел поразмыслить о словах Аяронта.

Сейчас я потихоньку пробирался по стенам здания в нужном нам направлении. Девушка успокоилась и заинтересованно спросила:

– Ты о чём?

– О сказочных жрецах Ренниона, которые из Датарока. Ты же помнишь, он сказал, что они могут вызывать каких-то чудовищ для защиты. Мне кажется, они просто очень хорошо взаимодействуют с астралом и могут подчинять себе его обитателей, временно материализуя их тела в этом мире.

– Аяронт рассказывал это с припиской «ходят легенды», – скептично ответила девушка. – Он о них ничего не знает наверняка. Даже до апокалипсиса о этом Датароке ходили лишь легенды. Они никому не показывались и жили в закрытом городе-государстве.

– Вот именно! Мы как раз будем пролетать над таким государством, и имело бы смысл туда заглянуть, – заметил я.

– Ну может быть… Для начала нам нужно вообще полететь, а уж потом думать, – ответила она с тем же скепсисом.

Недооценивает она сказки. Что-то мне подсказывает, что эти жрецы точно дадут нам ответы на вопрос по мироустройству, и как нам вернуться домой. Уж очень я на это надеюсь. Маруся слышала мои мысли, но комментировать эти надежды не стала, ибо надеялась на это не меньше меня.

До указанной точки на карте смартфона мы уже двигаемся пару часов. Это при условии, что мы около четверти пути срезали по заросшему парку, населенному толпами зомби. Со временем мертвецов тянет на природу, и понятно, почему – там есть хоть какая-то еда в виде растительности.

Живность в округе они давно всю сожрали. Мышей, собак и так далее. Единственная живность, что иногда попадается, – это птицы. Но поймать их зомбаки не могут физически.

Кстати, классная особенность этого вируса: практически на всех зверей эта зараза не действует совершенно. Но их тело так же является носителем заразы, так как они хоть как-то, да контактировали с ним, будь то мясо для падальщиков или какие-то заражённые отходы.

Вне организма вирус может жить месяцами, даже на костях старого зомби. Но учёные обнаружили, что с годами, спящий вирус внутри животных уничтожается их же иммунитетом. Эти выводы они сделали, изучая грызунов и мелких собак на протяжение пары лет.

Когда мы только узнали об этом, Руся покрылась мурашками, так как мы надели амуницию мертвеца. Но закономерно, что никакой заразы в ней уже давно не было. Да и узнали мы это только спустя две недели после тех событий. И вообще, я почти что уверен – тело моего носителя приобрело иммунитет! И у нас было событие, которое заставило подумать так:

Когда мы отправились за провизией и, обшаривая очередной дом, натолкнулись на довольно «мясистый» отряд зомби, они ринусь на нас толпой с верхних и нижних этажей. Пока рвал на части этих мертвяков, я не уследил, как один вылез сзади и кинулся на нас сверху. Его я успел располовинить по диагонали, и нас окатило с ног до головы кровью, которая попала в лицо, глаза и рот девушки.

Когда зомбаки закончились, Руся опять ударилась в панику, и я, если честно, тоже. Так как через полчаса нас начало знобить, бросая то в жар, то в холод. Мы опять забаррикадировались в одной из комнат обследуемого здания и, набравшись смелости, приготовились отражать заразу.

Но в дальнейшем ничего не произошло. Вылетев в астрал, мы не обнаружили ожидаемой астральной отравы из песка. Вернувшись в тело, начали мониторить состояние, которое с каждой минутой становилось всё лучше и лучше. Затем, убедившись, что мы не заражены, я принялся оттирать и смывать кровь водой.

Вернувшись к ребятам, мы не стали рассказывать об этой ситуации и задавать уточняющих вопросов на эту тему, дабы не вводить их в ступор нашим незнанием элементарных вещей. Пэи же забрала нашу амуницию и провела дезинфекцию в специальной вакуумно-термической камере – таков у них регламент.

Лично я сделал предположение, что заражение вызывает укус. А именно: контакт слюны заражённого через повреждённый кожный покров жертвы. Судя по просмотрам трансляций репортажей блогеров, заражение может вызвать и грязная царапина. Но свои размышления мы на этом приостановили.

– Я до сих пор не могу привыкнуть – у тебя вечно столько мыслей. Как ты можешь одновременно думать обо всём и ещё сосредоточенно наблюдать за всем вокруг! – подала голос Руся, выводя меня из размышлений.

– Вот поживешь с моё, в молодом теле, и не такое сможешь, – гоготнул я.

– Я не владею бессмертным телом. Но уметь такое хотелось бы, – улыбнулась она.

– Ну, если научишься в совершенстве владеть духовной силой, то сможешь прожить до двухсот лет.

– Ага. И быть к тому времени дряхлой старухой, – иронично сказала она.

– Необязательно. На Земле существуют люди, которые прожили практически половину тысячелетия. В относительно молодом теле. Германия во время Второй мировой даже поймали одного такого, для детального изучения его возможностей. – Пожал я плечами.

– Да ладно! Серьёзно? И почему весь мир о них не знает?

– Кому надо – те знают. И за свою жизнь эти мастера духовной силы научились скрываться и менять свою личность по десятку раз за всю жизнь.

– Интригующая перспектива… – задумалась Руся.

– Кстати о возрасте. Ты в курсе, что в этом мире тебе всего двадцать лет? – хихикнул я.

– Н-да? Это почему же? – тут же заинтересовалась она.

– Арифметика, мадмуазель, арифметика! – улыбаясь, облизнулся я. – В этом мире в году четыреста дней. Длинна суток приблизительно одинакова с Землёй, но вот длительность полного оборота этой планеты вокруг центрального солнца на сорок суток больше. Так что находим, сколько дней ты прожила на Земле, и делим всё на количество дней в году этого мира. Теперь ты гораздо моложе наших приобретенных товарищей, – наставительно сказал я и усмехнулся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.