В. Гранд
Вкус крови

Глава 1. Сердце вампира

Поздним вечером в маленькую хижину посреди леса ворвался крепкий седовласый старик в богато расшитой мантии и с блестящей металлической звездой королевского мага на груди. За ним следовал невысокий серокожий гоблин в несуразной одежде раба.

Старик начал быстро сновать по горнице, открывая многочисленные шкафчики и переворачивая вещи внутри. Иногда он пользовался магией, чтобы быстрее открыть ящики. Ничего не помогало: нужный ему артефакт как сквозь землю провалился. Гоблин растерянно стоял посреди дома, обеспокоенно оглядываясь.

– Где же оно? Куда я его положил? – хмуро бормотал маг, озираясь по сторонам и пытаясь что-то вспомнить. – Ищи, чего стоишь! – сердито бросил он рабу, изо всех сил ударив его по спине. Маг был достаточно силен для своего возраста, так что гоблин отлетел к стене, больно приложившись об нее головой. Отлепился, потирая маленькой рукой разбитые губы. И бросился шнырять по всем углам. – Ну? Сколько тебя ждать, мерзкая тварь? У нас совсем нет времени, – злился старик.

– Я сейчас, я найду, где-то тут, – виновато бормотал гоблин. Наконец, он подлетел к самому дальнему шкафу. – Вот оно! – он вытащил из потайного угла сверток и с поклоном отдал его хозяину.

Маг развернул сверток. Прозрачный алый камень с кулак величиной засиял в его руке. Старик улыбнулся. Сердце вампира – настоящее сокровище для любого ученого! Оно переполнено магией. И кому эта магия перейдет, может получить совершенно невероятные и непредсказуемые способности. К сожалению, его очень трудно добыть. Ведь для того, чтобы сердце вампира не растеряло свою магию, его нужно достать из еще живого тела. Только тогда сердце превращается вот в такой алый камень, наделенный волшебными свойствами. А какой же вампир позволит добровольно убить себя ради науки?

Старик вспомнил, как совсем недавно он привел вот в эту хижину глупенькую девушку-вампиршу. Она доверяла главному магу королевства, до последней секунды не сознавая, что является всего лишь объектом его научных изысканий. Он не хотел убивать ее. Но, как говорится, магия требует жертв, ничего личного. И сейчас именно ее сердце сияло в его руках. Кто же знал, что у этой безродной простушки такие высокие покровители?

За окном мелькнула тень, и старик вздрогнул: преследователи уже здесь! Он занервничал. Камень надо спрятать как можно быстрее, за убийство вампира без видимой причины даже самого великого мага ждет неминуемая казнь. К сожалению, в домике не было хороших тайников. Внезапно мага озарило: он прочертил рукой в воздухе небольшой круг. Перед ним возникло маленькое окно портала, и маг изо всех сил кинул туда камень.

Вот так. Теперь его не найдет никто. Правда, он сам тоже не найдет, но сердце вампира всегда можно призвать назад с помощью особого ритуала откуда угодно. Наверняка валяется сейчас где-нибудь в лесу, ждет своего часа.

Гоблин, с благоговением взирающий на действия старика, дернулся. Он хотел спросить, не забыл ли хозяин, что сегодня на небе полная луна с дочкой. А это значит, что любая магия сейчас особенно сильна и может сработать непредсказуемо. Но он промолчал, опасаясь гнева мага.

Как только окно портала исчезло, в хижину ворвались трое вампиров. Маг застыл посреди комнаты, гоблин шмыгнул за его спину.

– Дэр Альвоннис, – с неудовольствием протянул один из мужчин, высокий светловолосый вампир первого ранга. Маг хорошо знал его – дэр Хольгерд, владелец богатого замка Бальрау. Двое других были ему незнакомы. – Не ожидали встретить вас тут.

– Королевскому магу всегда может что-то понадобиться в самых дальних уголках страны, – сухо ответил Альвоннис, гордо выпрямившись. Несмотря на свой почтенный возраст, маг был в отличной форме. Никто бы не догадался, что всего пять минут назад он изо всех сил мчался в хижину, чтобы успеть замести следы магических преступлений. А потом не менее энергично метался по дому в поисках сердца вампира.

– Мы тут ищем кое-что, – хриплым басом сказал еще один вампир. Он был чуть выше Хольгерда и выглядел гораздо массивнее – настоящий воин. Черные мощные крылья подергивались за спиной, наверняка им сложно было поднимать в небо такую тушу.

– Что именно? – невозмутимо спросил маг. – Может, я могу помочь?

– Сердце моей сестры Эрке! – тонким голоском выкрикнул третий, очень юный вампир из-за спины Хольгерда. Это оказалась девушка лет семнадцати – невысокая, стройная, очень напоминавшая свою несчастную сестру. В ее руках блестели обнаженные сверкающие клинки вампирских стилетов. – Я чувствую, что оно где-то тут!

– Юная дэрна, вы понимаете, в чем обвиняете меня? – в голосе мага лязгнул металл. – Это мой дом. Если тут есть сердце вампира… Это приведет к печальным для меня последствиям. Но уверяю вас, его тут нет.

– Не сомневаюсь, – понятливо кивнул Хольгерд и развернулся, чтобы выйти. Похоже, они не успели, старик успел подчистить следы.

– Стойте! – воскликнула вампирша. – Мы же можем призвать ее сердце! У нас с сестрой одна кровь!

– Для этого нужно знать ритуал, – с удивлением посмотрел на нее Хольгерд. Он не сомневался, что маг откажется его проводить, найдет причину. Но девушка считала иначе.

– Если дэр Альвоннис ни в чем не виноват, он проведет ритуал вызова сердца! – молодая вампирша в упор посмотрела на мага. Тот побледнел. Отказаться означало признать свою вину. В присутствии трех вооруженных вампиров это было бы неразумно. Но как же жалко было терять ценный артефакт!

– Хорошо, я проведу вызов сердца, – обреченно сказал маг и приступил к подготовке ритуала. Он отвесил подзатыльник гоблину, и тот принялся быстро чертить черным мелом пентаграмму с колдовскими знаками на полу хижины. Слуга от усердия обводил их по нескольку раз, так, что мел в руках крошился.

– Я вам покажу, как не верить королевскому магу, – бормотал старик про себя, настраивая круг призыва так, чтобы туда попало не только сердце, но и все, что его окружает. Он надеялся, что в круге появится кто-нибудь из хищников, бродящих по лесу многочисленными стаями. Пусть эти наглые вампиры получат по заслугам.

Он произнес заклинание призыва сердца и капнул в пентаграмму каплю крови из ранки на руке вампирши. Потом старик вложил в портал всю свою магическую силу. Вместе со злостью, обуревающей его сейчас. Он знал, что в круге появится что-то кроме камня.

Но никак не ожидал увидеть в нем незнакомую девушку!

Молодая темноволосая вампирша в немыслимом розовом платье и с глянцево-черными крыльями за спиной стояла в круге и с изумлением смотрела на мага. Одной рукой она держала небольшую металлическую палку непонятного назначения, от которой вниз спускался длинный шнур. В другой руке явно блестели алые искры. Маг сразу узнал их по цвету и еле сдержал разочарованный вздох: магию сердца вампира только что использовали.

– Это она! – закричал он в ярости. – Вот кто убил Эрке и воспользовался магией ее сердца!

– Я убью ее! – молодая вампирша выскочила из-за спины мага и прыгнула вперед, занеся над головой незнакомки блестящие стилеты.

Я стояла перед зеркалом с плойкой в руке, подкручивая последние локоны. Длинные темные волосы красиво падали на плечи. Я улыбнулась своему отражению: сейчас меня все устраивало в моей внешности. В будние дни я не выглядела особой красавицей. Обычные карие глаза, обычные чуть волнистые волосы, обычная фигура. Достаточно женственная, но в целом ничего особенного. Средняя такая девушка 26 лет. Разве что с хорошей памятью и аналитическим складом ума. Но этого по внешности не увидеть.

А сегодня мы с подружками решили сходить в клуб. И тут уж можно было себе позволить стать красавицей. Это нетрудно, если знать как. Яркое коралловое платье точно по фигуре, правильный макияж и эффектная прическа почти из любой невзрачной девушки сделают звезду танцпола.

Я выключила плойку и взяла телефон, чтобы вызвать такси. Вдруг прямо передо мной возникло странное голубое свечение с блюдце величиной. Я не успела даже испугаться, как оттуда что-то вылетело и больно ударило меня по лбу. Я автоматически потерла место удара, опасаясь, что вскочит шишка, потом посмотрела на пол.

Там лежал красивый алый камень. Он светился и переливался всеми гранями и так и манил к себе. Я не стала его сразу брать: слишком уж неожиданным вышло его появление у меня в комнате. Потом положила раскаленную плойку на подставку, а телефон в карман, наклонилась и все-таки осторожно коснулась камня. Ничего не произошло. Я взяла его и поднесла ближе, чтобы рассмотреть получше.

И вдруг он как будто вспыхнул у меня в руках! Я взвизгнула и хотела отбросить его, но не успела. Камень рассыпался яркими искрами. Они падали на меня и тут же исчезали.

Сердце застучало как сумасшедшее. Я понимала, что все это очень странно. Но холодный практичный разум говорил, что пока не происходит ничего страшного, паниковать и вопить вовсе необязательно. Я стояла еще какое-то время, разглядывая остаточные алые искры у себя на ладонях, потом потянулась за плойкой и выключила ее из розетки.

Я хотела подумать и проанализировать происшествие, но не успела. Передо мной снова возникло голубое свечение, и меня как будто втянули туда с огромной силой. Я не успела даже пикнуть, только зажмурилась, пролетая сквозь свет.

Открыв глаза, увидела перед собой седого старика с пронзительным взглядом ярко-голубых глаз и в странной одежде. Рядом с ним шевелило ушами невероятное существо – невысокий человечек с серой кожей и уродливым лицом с толстым сморщенным носом. Настоящий гоблин!

Грозный старик секунду стоял неподвижно, потом показал на меня и что-то громко крикнул. Сразу после этого из-за его спины выскочила светловолосая девушка. Она тоже крикнула что-то непонятное и занесла надо мной длинные острые то ли мечи, то ли кинжалы. Я успела отметить блеск начищенной стали, красивую резьбу на крестовинах и раскрывшиеся крылья за спиной девушки.

Тело среагировало мгновенно, сказались многолетние занятия по самбо. Хоть я и занималась на легком любительском уровне, но уклониться от оружия сумела. И тут мозг решил, что теперь как раз пора паниковать, и можно даже кричать. Я завизжала изо всех сил, оттолкнула опешившего старика на агрессивную девушку и бросилась к выходу. Там меня встретили еще двое человек. Ну, или не человек, не знаю: за их спинами тоже виднелись крылья.

Один из них, высокий светловолосый мужчина, сразу же отошел в сторону, что-то крикнув приятелю. Тот попытался меня остановить, встав своей мощной тушей у меня на пути. Я ткнула в него все еще горячей плойкой, целясь в лицо. Он, видимо, не принял плойку за оружие и схватился за раскаленный металл. Тут же заорал благим матом и отбросил коварный прибор. Я не стала подбирать свою собственность, а кинулась к двери. Что ж, хорошие ожоги этому вояке обеспечены. Он еще что-то вопил на незнакомом языке, но я уже выскочила наружу и нырнула в кусты, окружающие дом.

Сзади хлопнула дверь, мужчины что-то кричали, тон их голосов не оставлял сомнения: меня все еще хотели убить, и они намерены это сделать немедленно.

Я мчалась по густому лесу с одной мыслью – мне надо как можно быстрее убраться отсюда. Вопросы типа что со мной произошло и где я вообще нахожусь, сейчас не осознавались как важные. Я понимала, что за мной гонятся какие-то маньяки, и мне надо от них оторваться, а потом найти адекватных людей.

Я бежала, пробираясь сквозь густые кусты, радуясь, что уже вечереет, и найти меня в темноте будет сложно. Хорошо, что на ногах домашние резиновые тапочки с пятками, не спадут. И жаль, что сзади что-то сильно мешает бежать. Я обернулась. Над моей головой висели черные крылья. На мгновение ноги мне отказали. Я споткнулась и кубарем полетела в кусты, царапая нежную кожу.

Я лежала не очень долго. Мозг говорил, что не стоит бежать от реальности, какова бы она ни была. Ее надо осознавать, принимать и действовать по ситуации.

Вообще я всегда гордилась своим холодным практическим умом и хорошей памятью. Именно они сделали меня начальником аналитического отдела в крупной компании в довольно молодом возрасте. Правда, этот же ум сильно мешал мне в жизни: я даже влюбиться не могла, как следует. Так, чтобы как в кино: безрассудно и на всю жизнь. Вместо этого я вечно анализировала свои чувства и недостатки избранника, что сводило на нет все попытки наладить личную жизнь. Так, о чем это я? А, обычная защитная реакция мозга на стрессовую ситуацию. Ну нет, я не позволю себе раскиснуть.

Я села и прислушалась. За мной пока не гнались. Уже хорошо. Осмотрелась. Лес как лес. Уже довольно темный. Деревья высокие, но стоят не вплотную друг к другу. Лес только казался густым, из-за кустов. На самом деле, сквозь просветы даже видно небо.

На небе висела почти знакомая полная луна. Почти, потому что она была бледно-зеленого цвета. И рядом с ней на небольшом расстоянии расположился такой же зеленоватый спутник. Ну что ж, логично: у нашей планеты есть спутник, и у луны должен быть.

Так. Теперь надо принять еще одну действительность. Я обернулась. Крылья никуда не делись. Черные, блестящие. Я дотянулась рукой до одного крыла и потрогала. Да, это мое крыло, несомненно, я почувствовала прикосновение.

Сознание как будто разделилось. Одна часть билась в истерике от ужаса происходящего, вторая холодно удивлялась и советовала изучить данное явление подробнее. Я решила последовать второй половине, полагая, что рыдания на траве посреди леса все равно не принесут никакой пользы.

Я встала и попыталась пошевелить крыльями. Надо же! Получилось. Теперь я ощущала их как еще одну пару конечностей, чувствуя каждый сантиметр новой части тела. Хорошо, что у меня глубокий вырез на спинке платья, – вдруг подумалось мне. Крылья не порвали ткань.

Конечно, первой же мыслью было, что можно взлететь. Но это оказалось невозможно: крылья послушно приподнимали меня над землей на несколько сантиметров, а потом я теряла баланс и падала. Видимо, учиться летать надо долго, как и ходить.

Я снова села на землю. Вот теперь можно проанализировать все имеющуюся информацию. Первое – я теперь не человек. Или человек, но с крыльями. Крылья, в общем-то, не мешают жить и даже по-своему интересное явление. Но я бы избавилась от них при первой же возможности. Может, сделать операцию и отрезать эту пакость? Ладно, обдумаем.

Второе – я не на Земле. У луны моей планеты точно нет спутников. Да и людей с крыльями в моем мире не бывает. Уж по Интернету это точно бы показали, такое не скроешь. И я тут не одна такая. Как минимум еще три человека из той хижины тоже были с крыльями. Кроме старика. Он вроде был простым человеком. А значит, люди тут есть. Про гоблинов лучше вообще пока не думать.

Выводы были просты: другие миры существуют и в них можно попасть порталом. В чудовище меня превратил тот красный камень, который я подняла с пола (вот дура! Да кто ж знал).

Мне стало страшно. Еще ни разу в своей жизни я не испытывала такого ужаса: полное, абсолютное одиночество в темном лесу чужого мира превращало меня в дрожащий неразумный студень. Я понимала, что так легко сойти с ума. И попыталась взять себя в руки и проанализировать свой страх.

В конце концов, никакой реальной опасности для моей жизни пока нет. Причины моего страха всего лишь в незнании этого мира. Неизвестность пугает больше всего. Значит, надо изучить этот мир и решать проблемы по мере поступления.

А вот решения проблемы пока не было. С одной стороны, если есть портал в одну сторону, то должен быть и в обратную. Надо идти к людям за информацией. С другой стороны, меня хотели убить. И как тут добывать сведения? Впрочем, уже поздно, пора устраиваться на ночлег. Может, это все временно, за ночь я каким-то образом попаду обратно, и проснусь завтра утром в своей тепленькой постели?

Я нарвала веток с деревьев, попутно приглядываясь к местной флоре. Деревья были хвойные, но длинные колючки поражали мягкостью. Что-то типа кедровых, только еще нежнее. Сейчас это было очень кстати: постель получилась большая и мягкая. Я зарылась в ветки и стала смотреть в просвет деревьев на небо.

Звезды такие же, не знаю, как на счет созвездий. Единственное, которое я знаю – Большая медведица, но его не было видно. Полная луна со спутником так и висели, не давая ни малейшей надежды на то, что все это мне просто кажется. Я вздохнула. Первая часть сознания, истеричная, все никак не хотела успокаиваться. Ну, ничего, ничего, все будет хорошо. С этой нелогичной в данный момент мыслью я и заснула.

Спалось очень тревожно. Меня мучали кошмары, в которых я убегала от жутких монстров с кинжалами. Они всегда меня догоняли, и я просыпалась в холодном поту. Реальность выглядела не менее кошмарной: лес не спал, повсюду слышались шорохи, вдали раздавалось глухое рычание каких-то существ.

Один раз я услышала чьи-то осторожные шаги совсем рядом. Потом кто-то стал ходить вокруг дерева, под которым я лежала, и шумно обнюхивать его. В темноте я видела только огромную серую тень. Нервы, уже и так бывшие на пределе, не выдержали. Я схватила телефон и включила фонарик. Яркий луч ударил по глазам и мне и зверю. Я разглядела перед собой оскаленную пасть какого-то чудища, похожего на тигра, только величиной с хорошего быка. Острые клыки и закрученные как у архаров рога сверкали в ярком свете.

Я завизжала, уже не контролируя свои эмоции, мои крылья взметнулись вверх, разбросав вокруг ветки. Чудище тоже взвизгнуло, как-то совсем по-человечески, и быстро отпрянуло, захлопнув пасть. Хвост у чудища тоже имелся, я успела его заметить, когда зверь драпал от меня на всех парах. Тоже испугался, да? Так тебе и надо, будешь знать, как будить добрых девушек.

Я долго стояла, держась за сердце. Оно стучало так, что было больно дышать. Потом, наконец, пришла в себя и закопалась в ветки поглубже, держа наготове фонарик. Другой защиты у меня тут не было.

Рано утром меня поднял очередной шорох вокруг моей постели. И эти звуки были необычными. Слишком наглые, слишком постоянные. Неизвестный зверь не уходил, а кружил поблизости. Я выглянула из своего укрытия и остолбенела: на меня смотрела усатая морда огромной длинной твари, похожей на гигантскую сороконожку. Мощные жвалы медленно шевелились.

Я бы снова заорала, не контролируя себя, но вовремя посмотрела чуть дальше ужасной морды. И увидела не менее удивительную вещь: у сороконожки на спине оказалось седло, на котором восседал один из моих знакомых в этом мире. Орать сразу расхотелось, и я выползла из веток на свет божий.

Вчерашний высокий блондинчик соскочил с седла и подошел ко мне, внимательно разглядывая. Я тоже рассматривала его, отмечая, насколько правильные черты лица у этого существа. То, что он не человек, при свете дня стало ясно окончательно: его ярко-голубые глаза с вертикальным зрачком и черные глянцевые крылья за спиной указывали на особый вид разумных существ.

Я хмуро смотрела на него, а в голове крутилась только одна глупая мысль – наверняка мой вчерашний идеальный макияж приказал долго жить. И вот шикарный мужчина стоит передо мной, красавчик этакий, хоть и с крыльями, а я – чучело чучелом. И в моих крыльях застряли иголки, я чувствую это: наверняка уродливо торчат в разные стороны.

Он что-то сказал мне на непонятном языке и вытащил кинжал. Я дернулась.

– Только посмей убить меня, гад! – прошипела я. – Знаешь, какая я обычно злая с утра? Мало кто рискует меня будить! – я подняла с земли палку побольше, решив дорого продать свою жизнь. Но мужчина улыбнулся, вскинул руки в успокаивающем жесте и снова что-то сказал.

– Ты придурок? – я все еще была зла. – Не видишь, что я тебя не понимаю? Чего тебе надо?

Он показал на тканевую розу на моем плече, понятным жестом объясняя, что хочет ее отпилить кинжалом и забрать себе.

– И на фига тебе это надо? – изумилась я. – Это же просто атласная брошка со стразами, в ней нет ничего такого. – Я сама сняла брошь и кинула ему. Он одобрительно кивнул. Потом загнал свой кинжал в ножны и положил его на землю перед собой, показав, что я могу его взять. Не поняла. Это что? Плата за брошь? Странно. Но я взяла оружие. В этом лесу оно мне точно пригодится.

– Почему ты помогаешь мне? – задала я бессмысленный вопрос. Он только улыбнулся и показал на себя. – Хольгерд, – я послушно повторила его имя. – А я Вика. Приятно познакомиться.

Хольгерд снова улыбнулся и указал рукой куда-то в сторону. Он что-то говорил, показывая то на меня, то в том же направлении. Я поняла, что мне надо идти туда. Когда я показала ему, что готова туда идти, он снова кивнул, лихо вскочил на свою сороконожку, и они умчались в противоположную сторону.

Я же потопала туда, куда указал Хольгерд. Оснований не доверять ему у меня не было – он единственный из встреченных мною тут людей не пытался меня убить. Вон даже кинжал подарил. Или не кинжал: я рассматривала полученное оружие с удивлением. Больше похоже на длинный острый стилет с резной крестовиной. Короче шпаги, но длиннее обычного кинжала. Хотя, откуда мне знать? В жизни не держала в руках ничего опаснее кухонного ножа. Этот же стилет был очень острым, что здорово помогало прорубать себе дорогу в особо густых зарослях.

Я шла довольно долго. По моим ощущениям, время давно перевалило за полдень. И если проблема с водой была решена с помощью нескольких небольших ручейков, в которых я заодно смогла умыться, то унять голод было невозможно. Я хорошо понимала, что выжить в лесу самостоятельно я не смогу. Вокруг сновало множество мелких зверушек. Но я не смогла бы их ни поймать, ни как-то приготовить до приемлемой съедобности. Попадались мне и ягоды разных цветов и форм. Их я не решалась не то что пробовать, даже просто трогать.

Наконец, когда я совсем уже выбилась из сил, мне улыбнулась удача. На очередной зеленой полянке я наткнулась на крупного волка. Вернее, это был не совсем волк, а какой-то большой белый зверь с округлыми ушами и очень острой мордой. Он оскалился, и я покрепче схватилась за оружие. Но зверь не напал. Он пристально посмотрел на меня, а потом повернул морду назад и громко завыл. Тут же из-за деревьев показался человек.

Это была старая сгорбленная старуха в темном платье и с корзиной в сухой желтоватой руке. Длинные седые волосы аккуратно заплетены в мелкие косички, внимательный взгляд темных глаз пронзал насквозь. Она что-то сказала мне на незнакомом языке.

– Простите, я не понимаю, – ответила я, а мои крылья расправились за спиной.

Старуха вздрогнула и отпрянула. Но не испугалась, а просто некоторое время изучающе на меня смотрела, что-то бормоча себе под нос. Потом обернулась и позвала еще кого-то. Вскоре рядом с ней появился рослый молодой парень с оружием в руке, похожим на арбалет, только гораздо меньше. Парень смотрел на меня настороженно, что-то спрашивая у старухи. Та пожимала плечами, не отрывая от меня взгляда.

– Уважаемые, – нетерпеливо прервала я их разговор, – вы не могли бы мне помочь? Я хочу есть и пить, – я недвусмысленно показала на рот и живот. Любой бы понял. Но они отпрянули, на лицах проявилось удивление. Наконец, парень неторопливо подошел ко мне и подал руку ладонью вверх. Я не поняла, что надо делать, и решила повторить жест, вдруг это просто приветствие. Глаза парня стали еще больше от удивления. Он махнул мне рукой, приглашая идти за ним, и я двинулась к старухе.

Они шли через лес как раз в ту сторону, куда указал Хольгерд. Я плелась за ними. Впрочем, я быстро поняла, что это время можно провести намного полезнее. Ведь я не понимаю их языка, а это существенно затрудняет общение. Так что я решила узнать по дороге хоть что-то. Я начала показывать им на предметы и называть их. Мои провожатые быстро сообразили, что мне нужно, и подключились к обучению.

К вечеру я уже знала, что старуху зовут Зельда, а парня Лус. Он, очевидно, был ее родственником, возможно, внуком, сопровождающим бабушку в лесу. Он настороженно посматривал по сторонам, держа наготове арбалет. Старушка же смотрела только на растения, иногда срывая нужные побеги и нежно укладывая их в корзину. Большого белого зверя звали Рудик, это был вульд. Я так поняла, обычные серые вульды живут в лесу, а этот вроде как прирученный. Он шел впереди, разведывая дорогу. Его огромные округлые уши улавливали каждый шорох в лесу, острая морда иногда поворачивалась назад, и я разглядывала ее снова и снова. Похож на волка, но не волк. В нашем мире таких зверей точно нет.

За время пути я выучила довольно много новых слов. Я их проговаривала, старательно копируя произношение людей. Те улыбались и кивали. Память у меня была хорошая, слух тоже, так что проблем с обучением не возникло.

Вечером Лус подстрелил какое-то животное, похожее на крупную белку. Старуха тут же объявила привал. Она живо развела костер, пока Лус свежевал зверька. Парень достал кружку и нацедил из нее крови. Подал мне, показывая, что я должна это пить.

– Кровь? – удивилась я. – Зачем? Нет, спасибо, – меня замутило. Не переношу вида крови, даже анализы сдаю, закрыв глаза. Я отвернулась, показав на старуху, уже поджаривающую свежее мясо на костре. – Мне вон тот кусочек, если можно.

Старуха чуть не выронила мясо от удивления. Потом она дала один кусок Лусу, тот сразу вцепился в него зубами. Рудик тоже получил свою порцию мяса. Один кусок достался и мне. Я откусила и скривилась: мясо было безвкусным. Противным. Гадким. Как будто ем кусок поролона или бумаги. Что за черт? Лус с явным удовольствием ел свой кусок, да и бабуля грызла косточку со смаком. Они усмехались, глядя на меня, а я злилась. Получается, мне не подходит такая еда? А что я тогда ем?

– Вообще-то я хочу есть, – грозно сказала я. – Очень хочу! А вы смеетесь. Ну, раз вы знаете, что мне лучше есть, покажите это мне!

Лус поднялся с земли и снова принес мне кружку с кровью, которую он так и не вылил, когда я от нее отказалась.

– Ты шутишь? – побелела я. – Это что, действительно моя еда? – Я тоскливо смотрела на густую жижу в кружке, чувствуя, как тошнота подступает к горлу. Но желудок заурчал так отчетливо, что надо было хотя бы попробовать эту пакость. Я закрыла глаза, попыталась представить, что это просто томатный сок, и глотнула крови из кружки. Проглотила, прислушиваясь к ощущениям. Да, это определенно съедобно. Тоже безвкусно, похоже на какой-то белковый коктейль из спортивного питания. Мерзко, но насыщает. Я глотнула еще раз, так и не открывая глаз. Больше трех глотков сделать не получилось.

Я открыла глаза и отдала кружку Лусу.

– Так себе, – скривилась я, – невкусно. Но спасибо, вроде нормально пошло.

Лус улыбнулся и снова протянул мне руку в странном жесте, запястьем вверх. Он показал на венки у себя на руке, и до меня вдруг дошло, что он предлагает мне отведать его крови. На секунду я представила, как пью его кровь, и мой желудок все-таки взбунтовался. Я еле успела отбежать чуть дальше от костра, как меня вывернуло. Только что проглоченная кровь обагрила траву. Меня все рвало и рвало, уже даже без крови. Меня трясло, я плакала.

Как же так? Как так получилось, что я не человек, а какой-то вампир? Чудовище, питающееся кровью людей. Причем, они вроде как и не возражают.

– Что же это за мир такой? – всхлипывала я между позывами к рвоте, – Как же мне тут жить? Я не могу так! Я не хочу питаться только кровью! Я хочу гамбургер! – истерика, сдерживаемая холодным разумом со вчерашнего вечера, сейчас прорвалась наружу. Я чувствовала, как старуха гладит меня по волосам, что-то говорит успокаивающе, а парень стоит рядом и тоже бурчит что-то под нос. У них потрясающее терпение, – вдруг подумалось мне. Возятся с неизвестно кем из леса, накормить пытаются, а я тут нюни распустила.

Я встала, вытерла рот каким-то платком, который подала мне старуха и показала, что готова идти дальше. И чтобы окончательно не тронуться умом, продолжила спрашивать названия предметов. Мои спутники смотрели на меня одобрительно, помогая в учебе.

Поздним вечером мы вышли к небольшому селению. Нас встретила толпа людей самых разных возрастов. Все смотрели на меня с удивлением, но не агрессивно. Надеюсь, меня тут не убьют. Впрочем, от пережитого потрясения с кровью, да и от голода тоже, голова соображала плохо. Внезапная слабость накатила на меня, ноги подогнулись, и я упала, потеряв сознание.

Хольгерд вернулся в хижину сразу же после встречи с незнакомкой в лесу. Он все время вспоминал эту странную девушку, которую они с друзьями искали всю ночь. Его напарники облетели все окрестные деревеньки, где она могла спрятаться. Но местные жители ни о какой неизвестной вампирше ничего не знали. Она как сквозь землю провалилась! Не помогло даже ментальное воздействие – люди действительно не видели ничего подозрительного. Кто ж мог знать, что девушка не полетит, а пойдет пешком через лес, да еще и заночует там?

Хольгерд наткнулся на нее совершенно случайно – чуткая многоножка Юни обнаружила ее лежанку. Вампир улыбнулся, вспомнив хмурый взгляд разбуженной девушки. Вид у нее был тот еще: короткое розовое платье с блестками, растрепанные черные волосы, круги под глазами от краски. Но она не сдавалась, а подняла палку, готовая к бою.

Хольгерд не собирался причинять ей зло, он был уверен, что она не имеет никакого отношения к сердцу бедной Эрке. Но вот своих друзей он не сможет в этом убедить. Да и маг постарается возложить вину на эту бедолагу, а она ведь даже языка не знает, не сможет себя оправдать! План созрел мгновенно. Он раздобыл лоскут от ее одежды, отдал ей свой стилет, чтобы было чем обороняться от хищников, и указал направление ближайшего селения. А сам отправился в хижину.

Там его уже ждали.

– Ну что? – с надеждой во взгляде встретили его напарники. Маг стоял рядом, пристально вглядываясь в лицо вампира.

– Нашел, – сухо ответил Хольгерд, бросая на стол атласный цветок с платья девушки. – Ее загрызли вульды. Это единственный целый кусок от платья, все остальное разорвано и в крови, – он хладнокровно врал, стараясь, чтобы никакие эмоции не отразились на лице. На секунду почувствовал попытку магического вмешательства в память и усмехнулся про себя: маг пытается понять, говорит ли он правду. Не выйдет: на вампиров первого ранга магия не действует.

– Значит, все было зря, – сестра Эрке чуть ли не плакала, – и мы никогда не узнаем…

– Мы продолжим расследование, – твердо ответил Хольгерд. – И когда-нибудь обязательно раскроем это преступление. Но сейчас нам лучше вернуться в замок. Больше нам тут нечего делать, – он забрал цветок с платья девушки себе, опасаясь, что маг по этой вещи сумеет определить правду.

Двое вампиров полетели по домам, а Хольгерду пришлось везти королевского мага в ближайший город на Юни. Всю дорогу он жестко контролировал свои мысли, чтобы ни одна из них Альвоннису не досталась. Пусть храбрая незнакомка живет спокойно, где бы она сейчас ни была.

Глава 2. На новом месте

Молодая вампирша провалялась в забытьи почти сутки. У нее поднялась температура, ее знобило и трясло, сознание было спутанным, она то что-то бормотала на незнакомом языке, то просто плакала. Хозяйка дома, куда пристроили это чудо, ей не обрадовалась. Это была крупная полная женщина лет тридцати пяти в простом крестьянском платье, и она сразу высказала свое мнение о незваной гостье. Причем, на всю деревню.

– Вы же знаете, как я ненавижу вампирье! – кричала она, уперев руки в боки, когда людская процессия принесла Вику в ее дом. – Тащите ее куда хотите! Лучше всего туда, где нашли!

– Успокойся, Рокката, – жестко ответил ей староста деревни Игнар, крепкий темноволосый мужчина солидного возраста. – Из всей деревни только в этом доме много свободного места, ведь твои старшие сыновья уже живут своим хозяйством.

– И что? Теперь можно мое жилище в отхожую яму превратить?

– Это решение народа, – повысил голос староста. – Прекрати верещать и приготовь ей постель.

Рокката фыркнула, но ушла выполнять приказ. Никто не спорил с действующим старостой селения, он уже не раз доказывал свою преданность народу, и его суждения всегда были мудры и верны.

Люди думали, что вампирша придет в себя, когда немного отлежится. Но она все не приходила в сознание. Через сутки в доме Роккаты собрался совет, чтобы решить, что делать с гостьей. Тут были хозяйка дома, староста, старуха Зельда с внуком и муж Роккаты Джамик, который, хоть и не имел веского слова в этом доме, все-таки официально являлся его хозяином.

– Она так и не приходит в себя, – сердито сказала Рокката. – Больная какая-то.

– Это от нервов, – глубокомысленно произнесла старуха Зельда.

– Какие нервы могут быть у вампира?

– Рокката, мы шли с ней по лесу целый день, и она выглядела очень печальной, хоть и старалась это скрыть.

– Я б сказал даже, что она как будто чего-то боялась, – пробасил Лус.

– Это же ее искали те вампиры за день до этого, да? – вмешался муж Роккаты Джамик, смешно сморщив остренький носик. Редкие волосенки вздыбились надо лбом.

– Несомненно, – кивнул староста. – Получается, они ее так и не нашли. Надо бы ее им переправить, но мы не можем с ними связаться. Придется ждать и как-то ее вылечить.

– С этим могут быть проблемы, – Зельда многозначительно посмотрела на внука.

– Да! – оживился тот. – Вы только не смейтесь, но нам показалось, что она не переносит кровь!

– Это как? – все были изумлены.

– Она ведь голодная! И нам показывала, что есть хочет. А кровь не пила. Мы предлагали свою, а она даже не поняла, что нужно делать. А потом я нацедил ей крови убитой гальчи, она выпила, и ее вырвало, вот!

Зельда подтвердила слова внука, рассказав заодно, как Вика пыталась есть обычное жареное мясо, что для вампира немыслимо. И еще как она плакала, когда поняла, что ей предлагают человеческую кровь.

– Что же это за вампирша такая, что не знает вкус крови? – задумался Игнар.

– Может, ее держали где-то взаперти и кормили так, что она не понимала, что ест? – предположила Зельда.

– Или она просто сошла с ума, – отрезала Рокката.

– Она голодная уже больше двух суток, ее надо как-то накормить, – встопорщил бородку Джамик.

– Вот и предложи ей своей крови, – буркнула его жена. – А по мне так пусть хоть сдохнет с голоду.

– Рокката, прекрати, – осадил ее староста. – У нас тут уже погиб один вампир недавно, – Игнар обвел всех присутствующих тяжелым взглядом. Те мгновенно притихли. – И вы знаете, при каких обстоятельствах. Хорошо, что вчерашние вампиры об этом не спросили. А если тут погибнет еще один вампир по нашей вине, нашу деревню спалят со всеми жителями, не задумываясь.

– Но если она действительно ничего не ест?

– Дай ей выпить крови насильно, когда она будет в бреду!

Так и решили. Рокката нацедила полкружки крови у щедрого мужа и начала подкармливать больную.

Не знаю, сколько времени я провалялась в постели. По ощущениям, чуть ли не неделю. Сначала я еще воспринимала реальность, потом у меня поднялась температура, кажется, высокая, потому что у меня даже появлялись галлюцинации. Мне то казалось, что я до сих пор в лесу и меня ест какое-то рыжее чудовище, то я была у себя в офисе и пила горячий кофе с молоком. Сны смешивались с действительностью, сводя с ума.

Иногда я выныривала на поверхность своего бреда и видела хозяйку дома, хмурую Роккату и ее толстые золотые косы щекотали мне руки, когда она поила меня теплым компотом. Он был очень вкусным, не то что та звериная кровь в лесу. Это питье напоминало подогретый клюквенный морс, приятный, с кислинкой. Я жадно пила его, и потом мне становилось намного лучше. Были и другие компоты, кажется, со смородиной и брусникой, если они есть в этом мире.

Через несколько дней мне стало получше, и я самостоятельно села на кровати. Рокката как раз принесла мне очередную кружку с компотом. Я глотнула, не глядя. Мммм, как вкусно! Сейчас ягодной кислинки не было, отдавало сладкими абрикосами. Я заглянула в кружку, ожидая увидеть желтый напиток и вздрогнула – жидкость была темно-бордового цвета.

– Это кровь, да? – хрипло спросила я, меня опять начала бить крупная дрожь, слезы покатились по щекам. – И чья?

Рокката поняла меня. Она показала на Луса, сидевшего в дальнем углу. Он внимательно смотрел на меня. Потом кивнул, мол, пей еще. Я всхлипнула и закрыла глаза, чтобы не видеть, что пью. Через силу глотнула раз, другой. Все тот же сладкий напиток со вкусом абрикосов. Так вот каков вкус человеческой крови для вампиров! Интересно, а почему они меня кормят?

Я отдала кружку и снова легла. Меня накрыла апатия. Не хотелось не то что вставать, но даже думать. Мысли крутились в голове одна другой мрачнее. Я в чужом мире. Я вампирша. Я пью только кровь. И что делать дальше, не знаю. Жизнь вышла из-под контроля, от меня сейчас ничего не зависело. И это вгоняло в самую настоящую депрессию. Так я и пролежала еще два дня, уставившись в стену.

Однажды в дом заглянул неожиданный гость. Тот самый вампир, который помог мне в лесу, Хольгерд. Рокката привела его в мою комнату, и они долго о чем-то говорили. Я уловила свое имя, поняла, что речь обо мне. Потом Хольгерд подошел и сел ко мне на кровать. Я снова рассматривала его, и это приносило хоть какую-то радость. Красивый четкий профиль с тонкими аристократичными чертами, светлые волосы средней длины, голубые глаза с вертикальным зрачком, глянцево-черные крылья за спиной, – картинка!

– Как дела? – спросил он меня, взяв за руку. Его прикосновение было мне приятно. И почему-то захотелось плакать. Ведь он – единственный в этом мире, кто знает, как я сюда попала. И возможно, знает, как мне отсюда выбраться.

– Нормально, – ответила я.

Мы разговаривали уже на языке этого мира. Все-таки некоторые слова я успела выучить за несколько дней.

– Учишь язык? – недвусмысленно показал он жестами.

– Как видишь, – усмехнулась я. – Это вот кровать, это лампа, вон окно, вон Рокката и ее дети.

– Молодец, – явно одобрил он.

– Возьмешь свой кинжал? – я показала на оружие, с которым никогда не расставалась.

– Нет, оставь себе, – он показал, что у него есть другой. – Ну что ж, я пойду, – он встал, направляясь к двери.

– Ты придешь еще? – этот вопрос я задала на своем языке и меня не поняли. Хольгерд только улыбнулся, показал, чтобы я учила язык, попрощался и вышел.

С этого дня апатия меня покинула. Не знаю уж, по какой причине: то ли красавчик Хольгерд на меня так подействовал, то ли я, наконец, нашла мотивацию к жизни. Действительно, сначала надо выучить язык. И дальше уже решать, что делать и искать выходы.

Несмотря на то, что я еще несколько дней провела в постели (слабость была невероятная, то ли от температуры, то ли от нового вида питания), я изо всех сил старалась запоминать новые слова. Моя замечательная память не подводила: словарный запас с каждым днем увеличивался в геометрической прогрессии. Я заставляла младших детей Роккаты повторять мне слова, но мальчишкам это было неинтересно. Разве что старшая дочка, шестнадцатилетняя Льяна, терпеливо называла мне все предметы и действия. Скоро я начала вставать с постели и проговаривать простые предложения: я встаю, ты встаешь, мы ходим, она готовит еду, мальчики бегают. И так далее. Учитывая, что это единственное доступное мне тут занятие, прогресс впечатлял.

В один из дней я встала с постели и надела приготовленное мне платье, простое серое крестьянское, со шнуровкой впереди. Сзади, судя по всему, прорезали специальную дыру для крыльев, которые сейчас висели бесполезным грузом. Я почувствовала, что мне надо срочно выйти на воздух.

Я шла по залитому солнцем переулку и смотрела в голубое небо. Вокруг меня немедленно начала собираться толпа детишек, они молча и с интересом меня разглядывали. Быть обезьянкой из зоопарка мне не хотелось, и я вернулась в дом Роккаты.

– Чем тут занимаются вампиры? Что мне делать? – спросила я женщину, которая крутилась на кухне. Та с удивлением и неприязнью посмотрела на меня. Она уже меня понимала: на простом бытовом уровне я объяснялась сносно. Правда, иногда я еще вставляла слова из своего языка, но пониманию общего смысла это не мешало.

– Откуда ты взялась такая, что ничего не знаешь? – буркнула в ответ женщина.

– Я ничего не помню, – я решила придерживаться этой легенды.

– Ну, так вспоминай и не отвлекай честных людей от работы.

Я вздохнула: меня тут не жалуют. Пару дней я праздно шаталась по деревне, удивляясь, зачем меня вообще кормят и почему не прогоняют. Позволила бы я кому-нибудь просто так пить свою кровь? Да ни за что! Впрочем, дочка Роккаты Льяна, которую окончательно приставили ко мне для обучения языку, приоткрыла мне глаза на здешние порядки, когда я еще немного подучила язык.

Оказывается, местные вампиры являются владельцами почти всех земель королевства. А люди для них – работники и источник пищи. Поэтому к ним относятся хоть и с презрением, но заботятся. Фактически люди являются собственностью вампиров. Такое вот крепостное право. Правда, местный хозяин недавно погиб, и жители деревни ждали прибытия наследников. Ну, или новых наместников, если с наследниками будут проблемы.

Ожидание затянулось: на юге страны Гальтернау магического мира Эртолия, куда я попала, шла война с неким полукровкой Грайцем. И вампирам было пока не до далеких провинций. Тем не менее, я была вампиром, а эта раса тут считалась высшей. Поэтому меня воспринимали хоть и не радушно, но терпимо. Трогать нельзя, кормить по необходимости. А общаться со мной лишний раз незачем.

Льяна была мэйдой, незамужней девушкой, в отличие от ее матери – мэйдис, как следовало ее называть в приличном обществе. Недели две мы с Льяной были практически неразлучны. Она учила меня языку, а я напрягала всю свою замечательную память, впитывая новые слова навсегда. Через две недели я уже могла довольно сносно объясняться на чужом наречии. Конечно, писать стихи и романы мне было еще рано, да и язык этих людей был простым, так что я часто использовала слова из родного языка, перемешивая их с местным. Да и язык жестов хорошо помогал. Меня уже всегда понимали, что невероятно радовало. Льяна также рассказывала мне об устройстве этого мира и животных, удивляясь, почему я не летаю. Я же не воспринимала себя вампиром и ввысь не стремилась. Но благодаря той же Льяне я узнала, чем еще вампиры отличаются от людей кроме крыльев.

– Я перепробовала кровь всех жителей деревни, – сказала я ей как-то, когда мы вернулись домой после длительной вылазки в лес, – а твою еще ни разу не пила.

– Мне мама запрещает, – потупилась девушка. Она сейчас выглядела особенно нежной и хрупкой со своими светлыми кудряшками и ясными голубыми глазами.

– Несовершеннолетним нельзя отдавать кровь? – пыталась понять я.

– Чего? Нет. Ты же пила кровь моих младших братьев. Можно. Просто у меня очень вкусная кровь для вампиров.

– Да? И что?

– Ну… Ты можешь не удержаться и выпить меня досуха, – тихо ответила Льяна.

– Как это? – я была в шоке. – А что, такое бывает?

– У меня были две старшие сестры-близняшки раньше. Наш хозяин часто их пил. Ну и выпил.

– В смысле? – похолодела я. – Они что, умерли?

– Ну да. Мама очень плакала. Да и нам было жалко, – девушка вздохнула.

– Не удивлена, что она ненавидит вампиров, – в шоке пробормотала я. – Убила бы гада.

Льяна посмотрела на меня с изумленной улыбкой.

– Ты очень странная вампирша, совсем не такая, как наш хозяин. Я совсем не боюсь тебя. Хочешь попробовать мою кровь? – она протянула мне запястье.

– Перестань, – смутилась я. – Я даже не знаю, как надо кусать. Вы же мне всегда сцеживаете крови.

После долгих ахов и охов на тему как это вампир не умеет делать укус, Льяна попыталась научить меня этому заумному делу. Ведь сцеживать очень неудобно и больно. А если пить из укуса, то совсем не больно. Во всяком случае, из руки. А вот из шеи так себе. Я попыталась укусить запястье Льяны, но у меня ничего не получалось. В конце концов, я сообразила, что надо сделать зубами что-то типа прокола, причем, главное, попасть в венку на запястье.

У меня что-то начало получаться и я даже слизнула пару капель крови девушки, почувствовав действительно восхитительный вкус клубничного милкшейка.

– Ну как? – заинтересованно спросила Льяна.

– О! Это просто сказка! – я закатила глаза, притворяясь, что совсем не контролирую себя, и прорычала, – сейчас я выпью тебя всю!

– Ой! – Льяна сначала испугалась, но потом увидела, как я смеюсь и оттаяла. – Ах, ты, злобная вампирша! – Начала в шутку отбиваться она. – Оставь меня, я невкусная, я маме скажу!

Мы со смехом носились по комнате, играя в догонялки, но вдруг в дверь ворвалась Рокката и застала нас за этим глупым занятием.

Ох, как она орала! Она схватила меня за шкирку и отшвырнула как котенка к дальней стене. Потом взяла табуретку и двинулась на меня. Льяна пыталась ее остановить, кричала, что это мы просто играем, но женщина ее не слушала, она смотрела на меня совершенно безумными глазами. Когда табуретка уже была готова обрушиться на мою голову, я схватила ее за ножку и резко дернула в сторону.

Я не думала, что у меня что-то получится: Рокката выглядела как боец сумо, что я, хилая вампирша, могла ей противопоставить? Но оказалось, что очень даже могла. Я отшвырнула табуретку с такой силой, что женщина не смогла ее удержать. Она бросилась на меня с кулаками, но я, уже почувствовав свои способности, схватила ее за руки и отбросила к стене. Бедная Рокката впечаталась в стену и сползла по ней, еле переводя дыхание.

– Ой, ты извини, конечно, – пробормотала я, – я не хотела. Но ты первая начала!

– Ненавижу вампирье, – прохрипела женщина. – Откормили ее на свою голову, получила силушку богатырскую. Надо было дать тебе сдохнуть, жаль Игнар заступился.

– Да что я вам сделала-то? – выкрикнула я, потрясенная ненавистью в ее глазах. Рокката не могла мне ничего сделать физически, но ее взгляд испепелял. – Это не я убила ваших дочек! И Льяну я бы не обидела!

– Не смей говорить про моих дочек… – она была готова снова броситься на меня, но тут в дом вбежали ее младшие сыновья, и она проковыляла к ним, дернув за руку Льяну, чтоб не оставлять ее со мной.

С этого дня Льяна старалась со мной не общаться, хоть и смотрела на меня издали грустными глазами. Я тоже не навязывалась, не хотела, чтобы у девушки из-за меня были неприятности. Жить в этом доме было сложно, я даже как-то спросила у старосты, не мог бы кто-то другой меня приютить.

– Понимаешь, девочка, – медленно произнес тот, – у нас в деревне к вампирам очень плохое отношение. Наш хозяин был тот еще … (это слово я пока не знала, но сразу же запомнила). Наши дома ты видела: они маленькие. Не уверен, что кто-то сможет делить с тобой комнату. Только у Роккаты есть свободные комнаты, ее старшие сыновья уже живут своими семьями.

– Понятно, – загрустила я. – Жить я буду там, а вот на глаза хозяйке дома мне лучше не попадаться, да?

– Правильно. Может, тебе лучше жить в замке бывшего хозяина? Там сейчас пусто.

– Наверное, я так и сделаю. Только мне надо выучить ваш язык получше. И тогда я уйду.

– Ты и так уже неплохо говоришь, – улыбнулся мужчина. – Даже удивительно.

– Я еще многого не понимаю, – вздохнула я. – Только вот Льяна теперь меня учить не будет, а остальные заняты.

– А ты иди с Зельдой в лес, там и поговорите. А то ее всегда Лус сопровождает, а он этого не любит, считает потерей времени.

Так я и напросилась к Зельде в помощницы. Я исполняла роль охранника, уже нисколько не опасаясь за свою жизнь в лесу. Моя сила и скорость превосходили не только человеческую, но и многих животных, я специально проверила это на знакомом вульде Рудике. У меня получилось удерживать огромного зверя руками, когда он пытался от меня вырваться. Да и бегала я быстрее него. Так что убежать я всегда смогла бы от любой опасности. А вооруженная стилетом Хольгерда, я вообще чувствовала себя бессмертной.

Шустрая старушка всегда была рада поболтать, а с молчаливым внуком это у нее не получалось. Так что она только обрадовалась, когда я предложила свою помощь в сопровождении. Теперь мы целыми днями бродили по лесу, она учила меня языку, а заодно названиям растений и животных. Я же слушала, запоминала и помогала в сборе нужных побегов.

Однажды Зельда попросила меня взлететь, так как нужные ей шишки находились высоко в кроне дерева.

– Ой, мэйдис Зельда, вы что, я не умею летать, – смутилась я.

– Как это не умеешь? – удивилась она. – У тебя хорошие здоровые крылья, – она зашла мне за спину и начала ощупывать лишние конечности, а я съежилась. – Ты летала когда-нибудь?

– Я пробовала, но так трудно держать баланс!

– Это ты когда пробовала? Когда была маленькая? – Зельда смотрела на меня в упор, и в ее взгляде было столько участия и желания помочь, что я чуть не расплакалась.

– Когда я была маленькой, я была человеком! – неожиданно выпалила я.

Старушка посмотрела на меня с изумлением, потом задумчиво кивнула:

– Это объяснило бы все твои странности… Садись, – она указала мне на небольшой пригорок и первая подала пример, с удобством располагаясь на травке. Я плюхнулась рядом. – Рассказывай.

И я рассказала ей все, начиная с появления в моей квартире странного красного камня.

– Невероятная история, – пробормотала Зельда, когда я закончила. – Получается, ты вообще из другого мира! Да еще и бывший человек, надо же. Но я не удивлена. В ту ночь на небе была полная луна с дочкой, а это самое магическое время в нашем мире, так что произойти могло что угодно. К тому же ты встретилась с самим королевским магом, только у него есть этот противный ручной гоблин. Красный камень – это сердце убитого вампира. Сами вампиры к магии неспособны, разве что ментальной, и то это доступно только высшим. А вот их сердца наделены небывалой силой. Видимо, именно оно и превратило тебя в вампира. Маг, скорее всего, хотел просто призвать сердце, а получилось, что не рассчитал силы и вытащил тебя тоже.

– А мне можно как-то попасть назад? – спросила я со страхом.

– Не знаю, – вздохнула Зельда. – Скорее всего, можно. Если есть дорога сюда, то есть и отсюда. Тебе надо обратиться к хорошим магам, кто занимается порталами.

– А где найти этих магов?

– В больших городах. В столице, например, точно должны быть. Но лучше бы тебе пока остаться тут, подучить язык и наши обычаи… Бедная девочка! – вдруг воскликнула она, обнимая меня.

Я редко плачу, полагая, что слезы совершенно бесполезны, только портят лицо. Но тут все же расплакалась: у меня давно уже не было родной бабушки, но вот эту нежность пожилых старушек, их доброту и мудрость я хорошо помнила. Возникло ощущение, что меня обнимает моя родная бабушка, по которой я до сих пор скучаю.

– Ничего, ничего, внученька, – Зельда гладила меня по голове, – все будет хорошо, выкрутимся как-нибудь.

– Спасибо, – всхлипнула я, отстраняясь, – я вот еще летать научусь, столько шишек вам насобираю!

– Попробуй, – улыбнулась она.

Оставшиеся полдня я упрямо училась летать. Несмотря на ссадины от многочисленных падений. Зельда даже уже стала побаиваться моей настойчивости в обучении, ей явно было меня жалко. Но у меня была цель, и я к ней шла. Вернее, летела. К вечеру я уже могла подниматься над землей метра на три-четыре, судорожно махая крыльями. К сожалению, я при этом еле держала баланс, а уж вперед и вовсе не продвигалась. Зато теперь я спокойно срывала лучшие шишки с самых высоких веток и бросала их Зельде.

А еще я увидела тех самых гигантских многоножек, на одной из которых ездил Хольгерд. Оказывается, эти звери жили в глубоких норах, но за едой забирались на деревья. Они охотились на гальчей и диких свинок. Хотели как-то поохотится и на нас, но я смогла отогнать тварь стилетом. На мой вопрос, почему я видела только одну прирученную многоножку, старуха удивилась:

– А зачем? Их мясо невкусное, есть не получится. Сами они ужасно тупые, дрессировке не поддаются.

– Постойте, но я же видела, как Хольгерд ездит на такой же, да еще и в седле!

– А, ну так это ж вампир, наверное, высший. Они владеют ментальной магией, он ей просто приказывает мысленно, куда его везти, вот она и везет. Я ж говорю, тупые они. А нам, простым людям, лучше ездить на более послушных животных, например, на кьялах. А про ментальную магию ты расспроси Хольгерда в следующий раз.

Я не стала отвечать, и, кажется, покраснела. Мне почему-то очень хотелось увидеть этого вампира и похвастаться успехами в изучении языка.

За следующую неделю я немного научилась двигаться вперед на небольшой высоте. Но развить мои новые умения не получилось.

Однажды утром, когда я уже собиралась уйти из дома в очередной поход в лес, в сени вбежали дети Роккаты и заорали на весь дом:

– Мама! Там какой-то вампир прилетел! Это другой, не тот, который приходил!

Мы с Роккатой переглянулись, и я увидела испуг в ее глазах. Впрочем, я тоже испугалась – вдруг это меня ищут? Мы выскочили на крыльцо. По улице недалеко от нас действительно шел вампир, которого я никогда раньше не видела. Хорошо одетый мужчина средних лет что-то отрывисто говорил старосте, тот кивал и кланялся. Вот, оказывается, как надо почитать вампиров. Я хмыкнула, Рокката зло посмотрела на меня. Льяна встала между нами.

– Это твой родственник? – спросила она меня.

– Нет.

– Откуда ты знаешь? Ты же ничего не помнишь.

– А это помню! Он не имеет ко мне никакого отношения. И я не хочу даже показываться ему на глаза, – я направилась обратно в дом, услышав за спиной презрительное:

– Первый раз вижу вампира, предпочитающего остаться в человеческой лачуге. Может, все-таки пойдешь к своим?

Но отвечать на насмешку Роккаты не стала. Да, с ее точки зрения действительно странно, что я не пыталась связаться с вампирами, предпочитая общество людей. Не объяснишь же ей, что я тоже человек. Мою тайну знала только Зельда, а она не спешила делиться этой информацией с соседями.

Вампир не стал задерживаться в деревне, улетел буквально через полчаса. И тут же в дом Роккаты явился староста в сопровождении Зельды и Луса. С ними было еще несколько человек, по встревоженным взглядам я поняла, что намечаются неприятности. Но в дом больше никто заходить не стал.

– Это был вестник от короля, – не стал томить нас неизвестностью Игнар. – Он сообщил, что наследников не нашли, а новый наместник прибудет через неделю. Велел приготовить замок для проживания.

– Ну и отлично, ну и приготовим, – отрезала Рокката.

– А еще он сказал, что с ним прибудет следователь для выяснения обстоятельств гибели хозяина, – невозмутимо продолжил Игнар. – Мы ведь не сообщили, как именно он погиб. Просто нашли мертвым и все. Похоронить-то мы его похоронили. Но ведь не сожгли.

– А надо было, – буркнула Рокката.

– Так нельзя ведь, – вздохнула Зельда, а до меня начало кое-что доходить.

– Подождите, а как именно он умер? – вмешалась я.

– Не твое дело, – бросила мне Рокката.

– Думаю, теперь как раз ее, – выдержал многозначительную паузу староста.

– Вы сами его убили? – спокойно спросила я очевидную вещь. Все молчали, потупив глаза. – Ну, признавайтесь, чего уж там, – усмехнулась я. – Я о нем ничего хорошего не слышала. А учитывая, что он позволял себе убивать людей…

– Дэр Лекзон заслуживал смерти! – вскинулась Рокката. – Если бы мы не вмешались, он так и продолжал бы выпивать людей досуха! Не представляешь, скольких людей он извел. И мы все хотели его смерти! У нас не было выхода.

– И теперь многие из нас в опасности, – прервал ее Игнар. – Следователь наверняка заметит раны от арбалетных болтов и вряд ли решит, что хозяин самоубился. Десять раз.

– Как же вы смогли это сделать? – восхищенно присвистнула я. – Ведь скорость и сила вампиров не сопоставима с человеческой!

– Вампиры иногда спят, – прищурилась Рокката, а я вздрогнула: я ведь тоже спала в ее доме. Ну, спасибо, что хоть меня не убили.

– Нам надо уходить из деревни, – подал голос молчавший до того Джамик. – Всем, кто имел отношение к убийству.

– И всем, кто об этом знал, – подтвердила Зельда.

– Да это почти вся деревня! – воскликнула Рокката. – Бросать свои дома из-за какого-то вампира! Убили одного, убьем и другого. Вон на южной границе королевства, слыхали? Восстание людей и полукровок. Значит, и здесь можно…

– Как ты себе это представляешь? – перебил ее староста. – У восставших есть оружие и много людей. Но они воюют уже второй год, а победить все не могут.

– Так один вампир легко положит пару десятков человек, – хмыкнул Лус, посмотрев на меня.

– Точно, положу, – храбро кивнула я. – Да и кто тут будет сражаться-то? Среди вас только охотники и мирные рыбаки, – кивнула я на мужа Роккаты. Тот отродясь ничего опаснее удочки не держал. – Вы убили старого разжиревшего беспечного вампира во сне и думаете выйти против настоящих бойцов?

– Лучше смерть в бою, чем жизнь в постоянном страхе за себя и своих детей! – гордо ответила Рокката.

– Не сомневаюсь, ты вполне способна умереть геройски, – хмыкнула я. – Только давай ты сначала детей на ноги поставишь, ладно? – я скосила глаза на Джамика, и Рокката нахмурилась. Действительно, надежды на то, что муж без нее справиться с детьми, у женщины не было.

– Надо уходить, – припечатал староста. – И чем скорее, тем лучше.

– А куда? – спросил Лус.

– Думаю, придется покинуть королевство. Направимся на восток, к русинтам. У них нормальный король у власти, не вампир. Да и вообще там вампиров мало.

– Нам же нельзя покидать деревню без разрешения хозяина, – озадаченно смотрел на старосту Лус.

– Нас поймают сразу же и вернут, – подтвердила Рокката. – Мы до ближайшего замка не дойдем. А если и дойдем до пограничной стены, то нам за нее все равно не выйти.

– А вот в этом, я надеюсь, нам поможет Вика, – староста хитро посмотрел на меня. Все остальные тоже уставились на мое милое личико, ожидая моего согласия.

– Рассказывайте, – без лишних эмоций приготовилась слушать я.

Оказалось, что в этом мире действительно существует что-то типа крепостного права. Все люди должны жить на одном месте под начальством хозяина-вампира. Переходить на другое место жительства категорически запрещалось. Если только хозяин давал на то свое позволение. Иногда в особо серьезных случаях такое случалось: например, в случае сватовства из других деревень или отправление на учебу одаренного человека. Были, конечно, свободные люди – торговцы или преуспевающие ремесленники, которым государство давало вольную за особые заслуги. Но их было мало. Особое сословие составляли маги и их семьи, которые пользовались определенными привилегиями в королевстве. Но все маги состояли на службе у короля, колдовать для собственной выгоды, не зарегистрировавшись официально, строжайше запрещалось вплоть до казни.

А вот путешествовать с хозяином, обслуживая его и предоставляя необходимое питание, было возможно. Староста как раз и предложил мне такой вариант: сделать вид, что я хозяйка-вампирша, а люди из деревни – мои слуги. Тогда мы все сможем пересечь королевство без проблем.

– Конечно, ты можешь отказаться, – вздохнул он, – лично тебе от этого никакой выгоды. Кроме того, что ты спасешь жизни тех, кто спас жизнь тебе. Без твоей помощи нам в любом случае придется уйти из деревни и пытаться пробиться к границе. Ну, или вести дикое существование в лесах. Как только мы попадемся вампирам, нас убьют. Тебе же не грозит никакая опасность. Так-то ты запросто можешь остаться тут, даже переселиться в замок, вряд ли наместник тебя выгонит, учитывая, что ты ничего не помнишь.

– Ты не убивала дэра Лекзона, – подтвердила Зельда, – наместник это поймет. Но мы все погибнем, Игнар прав. Ты добрая девочка, Вика, помоги нам.

– Конечно, – смутилась я, – о чем речь. Я помогу, – я посмотрела на Роккату, та только фыркнула, сложив руки на груди. Ну, что от нее еще ожидать? А остальные заметно повеселели, услышав мое согласие. – Значит, мы пойдем к восточной границе королевства, как путешественники, да? Но я ничего не понимаю в сборах. Как тут путешествуют? Порталами или…

– Какие еще порталы, – фыркнула Рокката. – Знаешь, сколько магических сил надо, чтобы открыть портал на большое расстояние? На это мало какие маги способны. Да и денег понадобится куча, чтобы им за это заплатить.

– Королевский маг наверняка может, – хмыкнула Зельда, а меня передернуло. Нет уж, королевского мне как раз не надо. – А путешествуют обычно на повозках. В них можно запрячь кьялов, но так будет медленнее. А можно воспользоваться магическими камнями, они будут двигать повозки быстрее.

– Кстати, а где взять деньги? И еще я ведь выгляжу как крестьянка в этом платье. Мне надо что-то приличнее, если уж я собираюсь играть роль вашей хозяйки.

– Пойдем в замок, там много чего есть, – быстро сообразил Джамик. – И магические камни наверняка имеются, и деньги. Мы ничего не трогали… Ну почти, – хитро улыбнулся он. – Зачем простым людям кафтаны с рюшами?

В замок мы отправились немедленно, терять время было опасно. Жилище вампира не впечатляло. Так, небольшое каменное строение с парой высоких башен по бокам. Мрачное темное помещение с крутой винтовой лестницей, тусклый свет из окон не освещал всех углов дома. Там было мрачно и неуютно. Мы проследовали по нескольким комнатам, отмечая, что можно взять с собой. Набрали одеял, теплых вещей, магических светильников и несколько вампирских стилетов, похожих на мой. Другого оружия тут не было. Нашлось немного денег в тумбочках хозяина и под бельем.

Конечно, женской одежды тут не имелось. Но мне сказали, что путешествующая вампирша запросто может надеть дорожный костюм с брюками. Надо только чтобы он не выглядел совсем уж как мужской. Так что я присмотрела себе милый брючный костюмчик синего цвета. Примерила – и утонула в нем. Но Льяна тут же вызвалась подшить-ушить-пришить все, что надо в течение буквально пары часов.

До самого вечера в деревне все были чрезвычайно заняты, собирая в дорогу нехитрый скарб. Только глубокой ночью все успокоилось. Отправляться решили рано утром.

Глава 3. Убийство в замке Дассенди

Мы передвигались быстро. От замка хозяина брали начало довольно хорошие дороги, вымощенные специальными крупными и плоскими камнями. Одна из дорог вела прямо на восток, куда мы и стремились. У нас было несколько больших крытых повозок с разным добром, их же можно было использовать как место для ночевки. За повозками резво бежали кьялы – местные то ли лошадки, то ли коровки. Они были невысокими, едва доставали мне до плеча, и нестрашными, рогатыми и забавными. На них можно было ездить, их доили и ели иногда. Так сказать, наш провиант на будущее, если что.

А провианта потребуется немало: на кьялах и в повозках ехало около десяти семей в составе сорока человек. Тут были и женщины, и дети, и суровые мужчины-охотники. Семейство Роккаты присутствовало в полном составе. Лус тоже отправился в путь, как и Игнар, который внес серьезную лепту в смерть прежнего хозяина. Зельда же осталась в деревне, говоря, что дорогу она не перенесет. Лично в убийстве она не участвовала, так что тронуть ее не посмеют: хорошая травница нужна даже вампирам.

Повозки ехали с приличной скоростью, пешком не догнать. Я уже знала, что местным транспортом может стать что угодно, если поставить на колеса магический двигатель. Он работал от тех же накопителей, которые использовались для освещения домов. Небольшие плоские серые камни с черной точкой посередине, которые при активации излучали магическую энергию. А уже ту можно было использовать как в светильниках, так и для движения повозок.

Удобно. Правда, их у нас было немного, и энергия в них скоро закончится. Заряжали эти камни раз в месяц при полной луне и ее дочке. Сделать это мог любой маг, но у нас его не было. В замке же хороших магических камней мы не нашли, так что вытащили из слабых светильников. Я уже знала, что одного такого камня хватало всего на полдня. Значит, времени у нас не больше недели. Впрочем, люди уверили меня, что мы успеем добраться до ближайшего замка – цитадели Дассенди. Там как раз можно было разжиться новыми хорошо заряженными магическими камнями.

Дорога была несложной. Я ехала в первой, самой лучшей открытой повозке, тревожно всматриваясь вдаль. Мне хотелось поговорить с кем-то о здешнем мире или просто поучить язык, но мне было велено сидеть спокойно и выглядеть уверенно, постоянно изображая из себя хозяйку крупного каравана. Моя роль была незавидна: я теперь избалованная благородная вампирша, не желающая лететь на изнеженных крылышках, предпочитая путешествовать с максимальным комфортом.

Благородных вампирш тут называли дэрнами. Не забыть бы, если встретим кого-то по дороге. Я никогда не должна была выходить из роли, потому что в любой момент в небе могли появиться местные вампиры – стражи порядка, которые регулярно патрулировали дороги.

Однажды мы увидели. Занервничали все. Но Игнар жестко велел всем продолжать ехать, как ни в чем не бывало.

– Это просто стражи, – твердо ответил он на беспокойный вопрос Джамика и повернулся к Роккате, ехавшей на соседней повозке. – Женщина! Немедленно положи топор на место! Никакой агрессии. Следователи еще даже не прибыли в замок, никакого расследования не было, это не за нами.

Рокката недовольно отбросила топор и угрюмо уставилась на приближающиеся сверху фигуры.

– Ты тоже не нервничай, – повернулся ко мне староста и наткнулся на мой совершенно безмятежный взгляд.

– А я спокойна, не переживайте, – пожала я плечами. Не буду же я говорить ему, что мое хладнокровие стало пищей для анекдотов уже в школе. Неважно, какие чувства я испытывала на самом деле, внешне я всегда выглядела безупречно невозмутимой. Конечно, сначала мое самообладание в этом мире оставляло желать лучшего, но сейчас моя выдержка снова была на высоте.

Три вампира в синей форме с красной отделкой спустились перед повозками. Пришлось остановиться.

– Уважаемая дэрна, мирного дня, – слегка кивнул мне один из стражей. – Дорожный патруль королевства Гальтернау. Куда и с какой целью направляетесь?

– Мирного дня, – ответила я, и лица у стражей чуть вытянулись: явно заметили мой акцент, от которого мне пока не удалось полностью избавиться. Но я сделала морду кирпичом. – Я дэрна Виктория, путешествую по королевству от самых западных земель. Хочу доехать до южных ворот… Или до восточных, еще не решила, – я капризно надула губки. – Цель путешествия – просто путешествие, люблю перемену мест. Это мои слуги, я предпочитаю комфортную дорогу.

– Уважаемая дэрна, в королевстве неспокойно, – стражники переглянулись. – В южных провинциях восстание полукровок, в восточном направлении тоже небезопасно. Дальше столицы вы не проедете.

– Вот как? – я нахмурилась. – Да, я слышала о беспорядках. Это возмутительно! Впрочем, мы не собираемся рисковать. Если все так, как вы говорите, то мы остановимся в цитадели Дассенди, она как раз по дороге. Дальше решим, что делать, – я томно закатила глаза, давая понять, что разговор окончен, и не дело стражникам лезть в жизнь благородной дэрны.

Те понятливо откланялись и улетели. Вокруг меня раздался дружный вздох. Я оглянулась. Все смотрели на меня с одобрением, даже Рокката.

– Молодец, девочка, – хмыкнул Игнар. – Как всю жизнь жила принцессой.

Я только пожала плечами. Ничего сложного, если взять чувства под контроль.

В цитадель Дассенди мы прибыли уже через четыре дня. Это был огромный замок, куда больше того, который мы покинули. Да и вампиров тут жило больше. Нас встретила семья из пяти вампиров – высокий очень толстый мужчина лет сорока пяти с короткими черными волосами, торчащими во все стороны, его субтильная молчаливая жена и трое парней-подростков в сторонке.

– Мирного дня, дэрна! – первым поприветствовал меня хозяин замка, подавая мне руку. Я мило улыбнулась и воспользовалась помощью. – Меня зовут дэр Тиндар из рода Дассенди, второй ранг. Это моя жена Катаноя. Рад приветствовать вас в нашем скромном жилище, – его дыхание было тяжелым, маленькие бегающие глазки быстро ощупали меня со всех сторон, сальная улыбочка искривила губы. Интересно, как воспринимает эти откровенные взгляды его жена?

– Дэрна Виктория, – кивнула я чуть свысока, – очень приятно, что в такой глуши можно встретить настоящее гостеприимство. Вы поможете разместить моих людей?

– Разумеется! – он махнул рукой парочке вампиров в серой форме слуг, и те направились к моим повозкам. – Не беспокойтесь за них, прекрасная дэрна, их разместят с комфортом. Прошу в дом, – он подал мне руку, и я двинулась в замок. Жена и дети молча поплелись рядом. – Судя по вашему необычному говору, вы прибыли из далеких мест? – продолжал разглагольствовать хозяин замка.

– О да, мне есть, что рассказать, – я очаровательно улыбнулась.

В замке мне предложили комнату для переодевания и попросили, как буду готова, спуститься вниз для трапезы. Мне было невероятно интересно, как проходит вампирская трапеза в настоящем замке. Неужели мне предложат несколько видов крови?

Так и оказалось. За огромным столом уже сидело все семейство, на столе стояли разного размера и цвета склянки с кровью. Я знала, что местные вампиры иногда добавляют в кровь антикоагулянт, выделяемый из обычных пиявок, что позволяло хранить пищу довольно долго. Но сейчас я смотрела на это изобилие, испытывая только раздражение и злость.

– Зачем столько крови? – не сдержалась я. – Мы же столько не выпьем! – я вспомнила, что лично мне с головой хватало всего пары стаканов в день, чтобы чувствовать себя здоровой и бодрой. Все-таки человеческая кровь – это не только напиток, она дает особую силу и много энергии.

– Я могу это себе позволить, – самодовольно ухмыльнулся толстый вампир, видимо, приняв мои слова за комплимент. – Советую начать с большого графина, – он кивнул на сосуд неподалеку от меня. Слуга тут же подскочил ко мне, наливая почти полную кружку. Но я отпила всего несколько глотков. На вкус эта кровь напоминала чуть подслащенный крепкий чай с чабрецом.

– Хм, никогда не пробовала такого, – невольно заинтересовалась я.

– Теперь переходите к кисло-сладким напиткам, – дэр и его семья тянули кровь мелкими глотками, явно наслаждаясь процессом. Я старалась делать так же. Один из напитков показался мне знакомым – абрикосовый компот. Я постаралась не удивляться. В конце концов, мало ли на свете людей, похожих по составу крови?

Но следующий напиток заставил меня вздрогнуть – клубничный молочный коктейль! Льяна. Ее кровь ни с чем не спутать.

– Откуда это у вас? – вскочила я. – Чья это кровь?

– Что с вами? – Тиндар удивленно смотрел на меня. – Вам не понравилось?

– Это кровь моей служанки!

– С чего вы взяли? Впрочем, возможно, – пожал плечами хозяин замка, – мои слуги наверняка попробовали крови всех ваших людей, чтобы отобрать для трапезы самую вкусную. Что тут такого?

– Это мои люди! И я не давала разрешения их трогать! – я была в ярости.

– Это просто люди, нельзя так нервничать из-за корма, – дэр нахмурился.

– Где они? – я вышла из-за стола. – Отведите меня к ним немедленно!

Дэр молча кивнул одному из вампиров, и тот повел меня на выход из замка.

Мы быстро пересекли двор цитадели и спустились вниз по лестнице в большое подвальное помещение. Там я обнаружила нечто ужасное: несколько моих людей, в том числе Льяна, лежали на высоких кушетках, прикованные к их железным спинкам цепями. Несколько вампиров стояли рядом, сцеживая кровь из разрезанных вен на руках. Вдалеке у стен сидели другие люди – жители цитадели, ожидавшие своей очереди.

– Что вы делаете! Прекратите немедленно! – я бросилась к Льяне, схватила ее за руку, пытаясь остановить кровь. Девушка посмотрела на меня мутным взглядом. – Дайте мне бинты! – прорычала я вампирам-слугам, – или тряпки какие-то! Да помогите же мне кто-нибудь!

Я разорвала цепи на Льяне, потом подскочила к другим людям, освобождая их. Увидела Роккату, помогла сбросить цепи и ей. Слуги-вампиры с ужасом шарахались от меня, понимая, что я запросто могу сейчас их убить. Мои люди кинулись помогать друг другу. Рокката занялась дочерью, которая не смогла даже встать с кушетки самостоятельно.

– Сволочи, какие же сволочи, – бормотала я, перевязывая раны девушке, пока Рокката гладила ее светлые волосы и тихонько плакала. – Эй, слуги! – гаркнула я опешившим вампирам, – немедленно тащите сюда жареное мясо, вино и сладости! Если хоть с одним моим человеком хоть что-нибудь случится, я вас сама сожру! Лично! Марш!

Те зашевелились, забегали, и скоро Льяна пила какой-то горячий напиток с запахом местных трав, и ела сыр. Остальные люди, из которых выкачивали кровь, тоже получили кто колбасу, кто пироги. Я уже не делила людей на своих и не своих, мне одинаково жалко было всех.

Вскоре в подвал зашел хозяин цитадели. Из-за его спины выглядывала испуганная Катаноя.

– Что тут происходит? – с явным неудовольствием, еле одолев одышку от спуска по лестнице, спросил дэр. – По какому праву вы распоряжаетесь в моем замке и прерываете мою трапезу?

– Вашу трапезу? – холодно и презрительно спросила я. – Вы соображаете вообще, что говорите? Вы спокойно выцеживаете кровь из людей, хотя вам столько совсем не нужно. А ведь для них это жизнь! Неужели вы настолько подлы и бесчеловечны, что способны убить разумное существо из-за ненужного вам лишнего глотка крови? Вы чудовище!

– Что? – взъярился хозяин замка, – это оскорбление!

– Нет, – яростно продолжала я. – Это факт. Вы злобная бесчувственная разжиревшая на чужой крови тварь. Я бы убила вас, если бы могла, этот мир стал бы лучше и чище.

Все вокруг замолчали. А дэр схватился за горло и прохрипел:

– Ах так! Ну что ж, я предоставлю тебе такую возможность, глупая девчонка. Завтра же на рассвете ты выйдешь против меня на дуэль! – он кивнул слугам-вампирам, и те окружили меня. Я не знала, что и делать от неожиданности. Меня куда-то повели, сопротивляться было бессмысленно.

Вскоре я оказалась в небольшой комнате-камере. Кроме кровати и небольшого закутка с отхожим местом там ничего больше не было. Вместо двери стояла решетка, сквозь которую я наблюдала, как мои тюремщики покинули подвал. Тусклый свет из окошка высоко над землей почти ничего не освещал, а лишь создавал гнетущее ощущение опасности.

Вот так. Каким-то образом я снова влипла в неприятности. Интересно, как тут проходят дуэли? Я отчаянно надеялась, что не до смерти. В любом случае, дуэль меня не сильно пугала: я уже знала свои способности, да и опыт боев в своем мире у меня какой-никакой, а имелся. А дэр Тиндар выглядел откровенно плохо для любой борьбы. Он ведь даже ходил с трудом на заплывших жиром ногах. Конечно, мне придется постараться, чтобы одолеть его, но победа казалась вполне реальной. Надо как следует продумать стратегию и просчитать возможные варианты его защиты. Этим я и занималась остаток вечера.

С наступлением ночи я легла на кушетку и закрыла глаза. Но сон не шел. Меня всегда угнетало отсутствие информации, в этом случае подключается воображение, а оно у меня хорошо развито. Я не была голодна, за трапезой дэра я получила столько крови, что хватило бы на несколько дней. Но меня почему-то мутило.

Вдруг неровный свет задрожал на стенах моей комнаты: кто-то спускался по лестнице. Я села. И с удивлением увидела, как к решетке моей темницы подходит Катаноя. Минуту мы молча смотрели друг на друга. Я, наконец, смогла разглядеть ее вблизи. Тоненькая, невысокая, темноволосая вампирша была очень красивой. Изысканное, но простое белое платье в пол подчеркивало идеальную фигуру. Даже и не скажешь, что ей уже много лет и у нее трое детей. Я не стала задавать ей вопросы, полагая, что она сама начнет разговор. Вряд ли она хочет освободить меня.

– Я пришла, чтобы сказать тебе, – тихо произнесла женщина, – не переживай за своих людей, я позабочусь о них после твоей смерти. – Ее голос был глух и робок, было заметно, что она не часто решается открывать рот в этом доме. Как еще не побоялась прийти сюда?

– Какой еще смерти? – сурово спросила я. – Я лично умирать не собираюсь.

– Но как же дуэль? – удивилась Катаноя. – Ты же сама вызвала моего мужа на бой до смерти!

– И не думала вообще-то, – буркнула я. – Просто сказала, что убила бы гада. А он решил, что это вызов?

– Ну да, это и есть вызов, – женщина недоуменно смотрела на меня. – Прямое оскорбление и пожелание смерти… Разве там, где вы жили раньше, другие обычаи?

– Другие. Я просто не знала, вот и получилось это недоразумение. А объяснить мне никто не потрудился. Может, вы сообщите мужу об этом, и меня выпустят? – во мне проснулась надежда.

– Я скажу, конечно.

– И дуэль отменят?

– Да. Вы должны просто извиниться, объяснить причину, отдать нескольких людей, которых он выберет, и спокойно покинете наш замок. Я так рада за вас! – она искренне улыбалась. Видимо, действительно не видела проблемы.

– Что значит, заберет себе моих людей? – насторожилась я.

– Не переживайте, обычно забирают не больше половины. У вас останется достаточно слуг для питания.

– А если я не захочу отдавать? Может, лучше деньгами?

– Как же еще загладить вину? – удивилась женщина. – Ведь оскорбление все же было, оно никуда не денется от того, что вы не знаете законов. И деньги тут не помогут. Теперь все будут называть моего мужа …

– Разжиревшей свиньей, я помню, – усмехнулась я. – Тогда, боюсь, мне все-таки придется сражаться. Делиться своими людьми я не намерена, тем более, я знаю, что он ни во что их не ставит и запросто может выпить до смерти.

– Да, такое у нас тут часто бывает, – вздохнула женщина. – Не то чтобы я сильно осуждала его, он же мой муж. Но некоторые его поступки бессмысленны и жестоки.

– Вы вообще не имеете на него никакого влияния?

– А какое влияние может иметь безродная девушка из нищей семьи? – горько усмехнулась Катаноя. – Он взял меня без приданого, без связей. Я всю жизнь благодарю его за мое безбедное существование.

– В роли бессловесной шлюхи?

– Ты остра на язык! – воскликнула Катаноя, фонарь в ее руке дрогнул. – И наносишь оскорбление уже мне! Тиндар убьет тебя завтра, и правильно сделает!

– О, так ты все-таки умеешь злиться? – улыбнулась я. – Знаешь, тебе это здорово идет. Выглядишь не такой забитой, а настоящей вампиршей, хозяйкой огромного замка, – я заметила, как женщина снова сникла. – Скажи, а ты хотела бы, чтобы я победила завтра? Что будет, если это не он, а я убью его на дуэли? Ты будешь горевать?

– Это невозможно, – она подняла на меня глаза, и я увидела в них боль и сумасшедшую надежду. Потом она резко развернулась и пошла на выход. Перед лестницей оглянулась и тихо произнесла:

– Я сделаю все возможное, чтобы он как следует поел сегодня и был занят всю ночь. Утром он будет уставшим. Вы будете драться на стилетах. Он очень силен, но не быстр, его ноги давно больны. Воспользуйся этим, – и она быстро выбежала наружу.

– Спасибо, Катаноя! – крикнула я ей вслед. Так. А теперь срочно спать. Я должна быть свежей и отдохнувшей.

Рано утром меня вывели в один из внутренних дворов цитадели. Он был небольшой, наверняка использовался именно для таких вот мероприятий. Интересно, сколько дуэлей здесь уже прошло? Или я первая?

По кругу у самых стен замка стояли люди дэра вперемешку с моими. Между ними то тут, то там сновали слуги-вампиры. Как я поняла, они были такими же бесправными, как и люди, разве что им не грозила смерть от обескровливания, и они могли при желании уйти от хозяина. С другой стороны – куда им идти? Слуги-вампиры занимают самый низший ранг среди безродных, они вынуждены работать на высших вампиров за кровь их людей.

От размышлений меня отвлекло появление дэра Тиндара. Он выглядел откровенно плохо: одутловатые щеки превратили глаза в щелки, он тяжело переваливался на ногах, явно переел вчера, да и не спал чуть ли не всю ночь. Что ж, спасибо Катаное. Сзади как раз шла его жена, скромно опустив глаза.

Мы с Тиндаром встали напротив друг друга, нам принесли длинные вампирские стилеты. Так. Теперь надо быть очень внимательной и не дать толстяку пронзить меня. Я несколько раз представляла себе нашу битву сегодня ночью, и уже почти не боялась. Ну не сможет эта жирная старая свинья меня поймать! Для меня было важно лишь одно – не дать ему приблизиться. Я должна быть очень быстрой, наносить раны и сразу убегать.

А вот самым трудным будет убить его. Этого я никак не могла себе представить. Я не убивала раньше, и не планировала этого делать в будущем. Но в этом мире в данной ситуации без этого нельзя, а значит, придется, как бы я ни была против. Поэтому я заглушила все чувства в нежном сердце, стараясь думать только холодной головой. Бить надо будет прямо в сердце.

Слуги дэра Тиндара дали сигнал, и вампир тут же бросился на меня. Ого! Он не так уж и медлителен, я еле успела отскочить. Он развернулся и расправил крылья. Тяжело взлетел чуть над землей и спикировал ко мне. Упс, а вот крылья-то я и не учла: была уверена, что эта туша давно не летает. Хорошо, что он не может взлететь высоко, такого толстяка никакие крылья не выдержат. Я снова увернулась, пытаясь зайти сзади. Я кружила вокруг него и петляла, делала обманные движения, постоянно следя за его перемещениями. Хорошо, что у меня был опыт боев в самбо. Пусть я всего лишь любитель, сейчас те тренировки мне здорово помогали. Например, просчетом действий противника.

Я все еще не могла нанести достойного удара, но попыток сделала множество. Причем, некоторые были удачными – на одежде Тиндара появилась кровь. Я тоже получила несколько царапин, которым пока можно было не придавать значения. Дэр был более опытным в дуэлях, мы ускорились так, что люди вокруг казались замершими.

Я чувствовала, что Тиндар выдыхается, и когда он случайно открылся, после очередного неудачного разворота, я не упустила момент. Подскочила чуть сбоку, выставив вперед стилет и целясь в сердце. Моя рука дрогнула, я на мгновение представила, как стилет входит в сердце и замешкалась.

И тут дэр внезапно для меня повернулся и жестким ударом выбил из рук стилет. Оружие звякнуло о камни, отскочив в толпу вокруг нас. Я услышала дружный вздох людей и поняла, что дэр обманул меня: он подставился специально, разгадав мою тактику поиска незащищенного места. Я осознала это за полсекунды, но мне это уже не помогло: второй рукой Тиндар схватил меня за горло и отбросил на жесткие камни так, что из меня чуть дух не вылетел. Я не могла ни встать, ни пошевелиться, ни даже дышать. Просто смотрела, как Тиндар чуть взлетел и пикирует на меня с победным оскалом, направив клинок прямо мне в сердце. Это выглядело как в замедленной съемке, но я ничего не успела бы сделать.

Я попыталась заслониться от вампира руками, понимая, что это бесполезно, я уже почти чувствовала холод металла в груди. Но вдруг тело Тиндара пронзили штук десять арбалетных болтов, заставляя его тушу немного сменить траекторию полета. Через мгновение хозяин замка рухнул на землю у моих ног, подняв облако пыли.

Он был еще жив, бешено вращал глазами и хрипел. Вампир перевернулся на бок и пополз ко мне, загребая одной рукой пыль, а другой судорожно сжимая блестящий стилет.

Я вскочила, пытаясь определить, нахожусь ли я еще на этом свете, или уже на том, а все происходящее бред. Глубоко вздохнула, пытаясь привести мысли в порядок и тут же поняла, что мой противник и не думает сдаваться, ведь арбалетные стрелы не достали до сердца через толстый слой жира. И он все еще ползет меня убить!

Вспомнились слова Катанои, что бой идет до смерти, и никак по-другому. Я прыгнула к вампиру и выбила стилет из его рук. Схватила и, не задумываясь, пронзила его сердце. Тиндар дернулся и затих. Из открытых злобных глаз ушла жизнь. Я отскочила. Руки и губы тряслись, мозг отказывался принимать реальность. Не знаю, каким чудом меня держали ноги.

Секунду и я, и вся толпа стояли неподвижно. Затем все зашевелились, послышался лязг оружия, кто-то завизжал. Я осмотрелась: люди с арбалетами направляли оружие на слуг-вампиров, те вытащили стилеты и арбалеты, все готовились к бою. Вампиров было мало, но я не сомневалась, что при желании они победят.

– Стойте! – заорала я из всех сил. – Замрите все!

Гробовая тишина накрыла двор, я услышала чириканье птичек на высокой крыше замка. Я с удивлением начала понимать, что дэра убили не мои люди – у них не было столько арбалетов, чтобы выстрелить одновременно. А значит, его убили свои же. Хорошо, что возвращается мое хладнокровие и способность быстро мыслить. Сейчас надо срочно решать проблемы, а не истерить. Иначе все умрем. А поплачу потом, когда можно будет себе это позволить.

– Хозяин замка убит, – как можно спокойнее констатировала я. – И я благодарна за это тем, кто помог мне это сделать. Ни я, ни мои люди не будем наказывать виновных. А так же, полагаю, не сделает этого и новая хозяйка дома, – я кивнула на Катаною, которая, ни жива ни мертва стояла между людьми и вампирами. – Дэрна Катаноя! Прошу вас.

Женщина отмерла и на непослушных ногах двинулась ко мне. По мере того, как она подходила, она держалась все смелее. Ко мне подошла уже совсем уверенная в себе настоящая хозяйка цитадели Дассенди. Она была бледна, но улыбалась мне. Потом развернулась к толпе.

– Жители и гости Дассенди! – произнесла она. Ее голос немного дрожал, но говорила она четко и с воодушевлением. – Мой муж убит. И да простят меня боги, но я об этом не сожалею! – она гордо подняла голову, люди и вампиры потихоньку опускали оружие. – Я обещаю вам, что мое правление в замке не будет жестоким. И я, и мои сыновья будем заботиться о людях, никто больше не будет страдать от притеснений вампиров. Слово дэрны Катанои из рода Дассенди! – ее темные волосы развевались на ветру, падая на изящное серебристое платье, черные крылья развернулись за спиной, блестя на солнце, в глазах горели сила и свобода. Даже я засмотрелась на эту красавицу. А уж люди и подавно. Все население замка, подняв оружие, приветствовало новую госпожу победным криком.

Мы с Катаноей поспешно ушли в замок, велев подготовить тело хозяина для погребения.

– Ну, ты даешь, подруга, – ухмыльнулась я, приходя потихоньку в себя, когда мы с ней оказались в закрытой гостиной.

– Что? Нормально прошло? – все еще немного нервно спросила она.

– А то! Классно получилось. Похоже, у тебя теперь полно преданных слуг. Ты ведь кровопролитие предотвратила. Оказывается, ты не такая уж тихая и забитая, как мне показалось сначала.

– Меня просто Тиндар слишком хорошо воспитывал, чтобы я стала покорной и молчаливой, – блеснула глазами женщина, – долго воспитывал, надо сказать, очень долго.

– Ты, главное, теперь будь хорошей хозяйкой, чтобы твои слуги не пожалели о том, что сделали для тебя.

– А вот тут может быть проблема, – посмотрела она на меня.

Оказывается, после смерти любого вампира, особенно высшего, каким являлся дэр Тиндар, неизбежно проходит расследование. Дознаватели должны определить, как именно умер вампир, и нет ли в этом чьего-то злого умысла. При этом нет необходимости даже в присутствии тела или улик: при применении специальной ментальной магии, которой владеют следователи, и люди, и вампиры расскажут правду.

– Ты понимаешь, что убийцы моего мужа не могут находиться тут?

– Значит, им придется уйти, в чем проблема? – пожала я плечами. – А я и так не задержусь.

– Проблема в том, что люди не могут передвигаться по королевству самостоятельно без хозяина или его сопроводительных документов. Я бы с удовольствием сделала им эти документы, но это долго. А следователи прилетят уже через пару недель.

– Я так поняла, ты предлагаешь мне взять убийц твоего мужа в свой караван? – озвучила я очевидное.

– Ты против?

Конечно же, я согласилась. Ведь эти люди, по сути, спасли мне жизнь.

– Тогда я буду отправлять тебе почтовых птичек с сообщениями о том, как идет расследование.

– А покажи птичек! – не выдержала я. Конечно, я уже знала, что сообщения в этом мире передаются с помощью специально выведенных птиц, с магически восприимчивой нервной системой. Но никогда их не видела в реальности. Катаноя отвела меня в специальный птичник, и я вдоволь налюбовалась на эти невероятные создания.

Птицы походили на небольших соколов. Было видно, что раньше, до магического вмешательства, это были хищные и очень быстрые птицы. Теперь же все их предназначение в жизни было передавать сообщения по адресам из соответствующих списков. В списке было около ста адресов, и птички знали их все. Стоило написать сообщение, обернуть его вокруг лапки птицы и назвать адрес, и все, та летит, не останавливаясь, до пункта назначения. Где ее гарантированно вкусно накормят.

– Вы сделаете следующую остановку в замке Бальрау, – сказал Катаноя. – Этот адрес есть в списке, так что ждите вестей там.

Мы всю ночь проговорили с Катаноей, решая, что нам понадобиться в дороге, и какими путями нам лучше ехать. Разговор неизбежно коснулся и новых людей в моем караване.

Вечером я навестила старосту, Игнара, и спросила совета, взять ли нам еще людей. Тот согласился сразу же: негоже бросать своих спасителей в беде. Оповестили и жителей цитадели, чтобы к утру каждый, кто желает уехать, смог бы собраться. Медлить было нельзя, выдвигаться решили как можно быстрее.

Рано утром мы с Катаноей вышли во двор. Все люди уже были готовы, повозки уложены. Хозяйка замка выделила нам еще три отличные повозки. Теперь поедем с еще большим удобством. Чуть в отдалении стояли две дюжины человек из замка, которые должны были ехать с нами. Большинство из них – крупные угрюмые мужчины, но были и женщины, их жены, и даже дети. Целые семьи решили покинуть цитадель. Я уже знала, что всем этим людям бывший хозяин причинил немало лютого зла, включая побои и смерти близких. И никто из жителей Дассенди не жалел о его гибели. Большинство из них вообще решили доехать со мной всего лишь до южных провинций и присоединиться к воюющим против вампирам полукровкам. К счастью, к новой хозяйке замка все относились с уважением. Но жить под началом вампира больше никто из них не хотел.

– Прощайте, – сказала им Катаноя. – Я уважаю вас за ваше решение и благодарю за… Мою свободу. И свободу моих детей, – она кивнула на стоявших рядом мальчиков. А я подумала: это каким же надо быть деспотом, чтобы твои собственные дети тебя ненавидели? – Похороны мужа состоятся завтра, вам незачем терять на это время. Езжайте, и спасибо вам за все.

Неожиданно от кучки слуг-вампиров отделились пятеро. Молодые статные вампиры со стилетами в ножнах и с арбалетами за спиной. Они подошли ко мне, игнорируя удивленный взгляд хозяйки.

– Мы тоже хотели бы покинуть цитадель и отправиться с вами, – глубоким звучным голосом произнес один из них, высокий вампир с короткими рыжеватыми волосами. Двое других, тоже рыжеволосые, только гораздо моложе него, обнаруживали явное сходство с говорящим. Наверняка родственники, возможно братья. – Позвольте присоединиться к вашему каравану.

– Но почему? – удивилась я. Это же вампиры, их-то тут вряд ли обижали.

– Мы телохранители дэра Тиндара, – мужчина посмотрел на меня в упор, и я поняла. Нет, сами они не стреляли, я уже знала, что на службе телохранители приносят клятву не причинения вреда. И в магическом мире такую клятву нарушить невозможно. Но скорость у вампиров невероятно высока. Они не могли не заметить нацеленные в сторону хозяина арбалеты. И запросто могли бы остановить нападавших. Но не сделали этого. Это с их попустительства погиб их начальник. Надо же, что ж такого он им-то сделал?

– Почему вам не уйти одним? Мы беглецы, идем к восставшим, там вам делать нечего, южные провинции как раз истребляют вампиров. Вы могли бы улететь в разы быстрее, чем передвигается караван.

– Мы не можем улететь, – хмуро отозвался второй вампир, гораздо моложе первого, – у нас повреждены крылья. Немного летать мы можем, кости не сломаны. Но восстановление будет идти еще долго. Оставаться в замке не хотелось бы, а идти неделю до ближайшей цитадели одним без еды…

– Ладно, – я была в шоке. Тиндар что, ломал крылья своим слугам? Теперь конечно им не дойти, без крови-то. А оставаться в замке нельзя, они косвенно, но причастны к гибели босса. Вряд ли их казнят, но накажут несомненно. – Только я спрошу у моих людей, будут ли они кормить вас, – я повернулась к старосте Игнару. – Мастер Игнар, что скажете?

– Скажу добро пожаловать, – немедленно отозвался тот. – Лишняя охрана нам не помешает, особенно по дорогам на неспокойных землях. А прокормить прокормим, их все-то пятеро.

Он был прав: наш караван теперь значительно вырос, вопрос о еде для вампиров не стоял. Через четверть часа хорошо укомплектованные повозки покинули цитадель на приличной скорости. Катаноя на радостях дала нам столько магических камней, что можно было не экономить. Мчались с ветерком.

В первой повозке, как всегда, ехала я. Староста направлял ее по дороге. После долгих обсуждений того, что произошло в замке, он помялся и задал необычный вопрос:

– Дэрна Виктория, а как ты поняла, что из наших людей берут кровь? Ты примчалась с такой скоростью, кровь успели выкачать только у Льяны и Луса.

– Так по вкусу! – пожала я плечами. – Кровь Луса сразу подали на стол, я и глотнула. Но сначала еще сомневалась. Потом мне попалась кровь Льяны. А уж этот вкус ни с чем не спутаешь. Клубничный молочный коктейль, объедение! – я сглотнула слюну.

– И ты что, вот так запросто можешь определять, кому какая кровь принадлежит? – вытаращился на меня староста.

– Ну да. Наверное, все вампиры это могут? – я посмотрела на ошарашенного старосту, и поняла, что все-таки не все. Я позвала в нашу повозку одного из вампиров и спросила у него, может ли он по вкусу крови определить, чья она. Тот только опешил от такого вопроса. Нет, конечно. У крови не такой уж и разный вкус. Одна чуть слаще, другая кислее.

– Как видишь, это только твой особый дар, – усмехнулся Игнар.

– Надо же, – задумалась я. – А ведь я не только определяю, где чья кровь. Я даже могу определить родственников того, чью кровь пью. Вот в семье у Луса, например, у всех кровь с фруктовым оттенком, как будто добавили абрикосов или слив. А в семье у Роккаты кровь у всех сладкая, с молочным оттенком и сладкими ягодами, малиной там или клубникой. Только у младшего сына кровь с фруктовым вкусом почему-то… – я осеклась, увидев, как напрягся взгляд Игнара.

– А вот об этом тебе лучше помалкивать, – тихо сказал он, отворачиваясь.

Я тут же припомнила, как часто домой к Роккате заглядывал Лус, вроде как меня проведать. А вел-то он себя там совсем как дома. Я усмехнулась. Вот так, Рокката все успевает: и дом на ней, и огород, и дети, и муж, и личная жизнь бьет ключом. Неудивительно – пышнотелая здоровая женщина в самом соку, довольно красивая со своими золотыми косами, а какие формы! И неважно, что Лус ее младше лет на десять. Зато наверняка многое может, в отличие от задохлика-мужа, который вечно пропадает на рыбалке.

– Как вообще такая боевая женщина вышла замуж за такого… – я даже продолжать не стала.

– Он раньше другим был, – хмуро ответил староста, – а как хозяин его дочек старших убил, любимых, так у него проблемы и начались. И с мозгом, и с телом. Рокката сильнее, она все выдержала и мужа выходила, вон даже еще ребятишек настругали. Но не тот уже Джамик, не тот. Так что не суди ее, она и так всю семью тянет.

– Я не сужу, что вы, – открестилась я. Не мое это дело, в конце концов. Надо думать, как вести себя дальше.

Мы ехали три дня, и нас иногда снова проверяли дорожные патрули. На этот раз от нас отставали быстрее: во-первых, я не говорила, что мы едем на восток через восставшие провинции. Так, просто путешествуем из замка в замок, погостить у соседей. Во-вторых, с нами была внушительная охрана в виде рыжеволосых братьев-вампиров и парочки их друзей. Так что никаких подозрений мы не вызвали.

Кстати, один из братьев, самый юный из них, рыжеволосый красавчик, все время увивался вокруг повозки с Льяной. Как-то на привале я даже услышала обрывок их разговора.

– Ты, наверное, тоже хочешь попробовать моей крови? – грустно спросила девушка, прижимая к груди маленький букетик цветов.

– Зачем ты так? – вспыхнул вампир. – Нет, не хочу. И никогда не захочу, не смей больше предлагать мне такое! – он обиженно отвернулся.

– Извини, – девушка положила ладошку ему на плечо. – Мне трудно верить вампирам. Но я постараюсь. В конце концов, если есть на свете один добрый вампир, наша Вика, то должен быть и еще один, правда? Спасибо за цветы, они очень красивые.

– Ты красивее, – неуклюже сделал он комплимент и тут же убежал. Я улыбнулась, увидев, с какой нежностью девушка смотрит ему вслед. Никого вокруг она больше не замечала.

Вечером расспросила кое о чем Игнара.

– Конечно, бывает, чтобы вампиры и люди влюблялись друг в друга, иначе откуда тогда полукровки? Но это редко бывает, все-таки мы слишком разные. А зачем тебе? – он подозрительно посмотрел на меня. – Кто-то из людей приглянулся?

– Нет, что вы, просто интересно, – рассмеялась я. Но подумала, что со мной как раз запросто может приключиться такая история, ведь, несмотря на мою внешность, я человек по сознанию, и на вампиров как на возможных партнеров даже не смотрю. Если меня кто и привлечет, то это будет именно человек. Хотя… Светлый образ Хольгерда все чаще вставал перед глазами. Но с этим вампиром мы вряд ли когда-нибудь встретимся. А жаль, мне хотелось задать ему много вопросов. Да и просто увидеться было бы здорово!

Через несколько дней путешествия мы подъехали к следующей цитадели – замку Бальрау.

Глава 4. Цитадель Бальрау

Замок Бальрау понравился мне гораздо больше, чем Дассенди. Он был не таким огромным и выглядел скорее уютно, чем роскошно. Крепость располагалась в живописном месте – на небольшой возвышенности, неподалеку от быстрой прозрачной реки. Мы вышли сюда ближе к вечеру, хотя солнце еще и не думало садиться.

Нас встретили несколько человек довольно опрятного вида. Они проводили нас к входу, где нас уже поджидали хозяева. Увидев их, я оцепенела, а сердце бухнулось куда-то вниз. Хозяином замка оказался Хольгерд собственной персоной! По бокам от него стояли те самые двое вампиров, которые пытались меня убить в домике. Я не смогла вымолвить ни слова, судорожно просчитывая варианты развития событий.

– Мирного дня! – поприветствовал хозяев замка один из моих рыжеволосых вампиров, заметивший, что я почему-то молчу. – Караван дэрны Виктории из рода Дассенди просит пристанища на ночь и гостеприимства от цитадели Бальрау.

Все правильно, мы так и договорились действовать. Катаноя разрешила и даже настаивала, чтобы я использовала имя Дассенди. У ее мужа было много родственников в самых разных уголках королевства, некоторые из них даже не знали друг друга в лицо. А уж посторонние люди-вампиры и подавно ни о чем не догадаются. Только вот Хольгерд точно знал, что я не из их рода. Надеюсь, он меня не выдаст. Интересно, узнают ли меня его спутники?

– И вам мирного дня, – Хольгерд кивнул мне, приглушив явное изумление в глазах, – цитадель Бальрау приветствует вас и предлагает кров и пропитание на все необходимое вам время. В данный момент старшие хозяева замка в отъезде, поэтому по всем вопросам обращайтесь ко мне. Мое имя – Хольгерд, высший вампир первого ранга из рода Бальрау. Это – мой двоюродный брат дэр Эльтонт, – он кивнул на мощного черноволосого вампира с угрюмым взглядом, – и наша гостья дэрна Вирджина, – взгляд переместился на молоденькую светловолосую вампиршу, которая напала на меня первой в том злосчастном доме.

Вампиры вполне дружелюбно мне кивнули. Не узнали! Впрочем, неудивительно: в домике они имели со мной дело всего несколько секунд, и что они могли запомнить? Яркое блестящее платье и темные растрепанные волосы? Сейчас на мне был совершенно другой костюм, темно-синий, да и волосы убраны в толстую косу под шляпку. Хольгерд, конечно, совсем другое дело. Он вел себя со мной как с незнакомкой. Чем явно показывал, что мне лучше не раскрывать своей личности. Я поняла, что его спутники не знают о том, что я выжила.

– Проходите в замок, – он подал мне руку, – ваших слуг сейчас разместят и накормят, – он посмотрел на грузного мужчину, стоявшего неподалеку, – мой управляющий распорядится. Вы приехали как раз к ужину. Правда, наша трапеза может вас разочаровать, мы ужинаем без изысков, а гостей мы не ждали.

– Нет, что вы, меня все устраивает, – быстро сказала я, – не стоит подавать ради меня много еды, я неприхотлива и больше стакана крови все равно не выпью.

Хольгерд удивленно и одобрительно улыбнулся, внимательно посмотрев на меня. Явно отметил, что я успела неплохо выучить язык всего за полтора месяца, и говорю довольно бегло, хоть и с акцентом. Я же опустила глаза и кажется, покраснела. Красив, блондинчик, а какая улыбка! Сердце забилось быстрее: я была рада его видеть. Надеюсь, это просто радость от встречи старого знакомого.

В трапезном зале был накрыт небольшой стол, на котором я увидела всего несколько сосудов с кровью. Слуги быстро принесли еще один столовый прибор, состоявший из нескольких высоких прозрачных стаканов, длинной ложечки и пары соломинок.

Я, Хольгерд и его родственники разместились за столом, переговариваясь о всяких пустяках. Ни об убийстве дэра Тиндара, ни о нашем статусе беглецов я, естественно, не сказала ни слова.

Я пробовала кровь, отметив ее довольно приятный вкус, рассказывала о дорожных приключениях, а хозяева замка вставляли комментарии и давали советы, как лучше ехать.

– Вам, наверное, не стоит двигаться по Южной дороге, – переглянулся с Хольгердом Эльтонт. – Южные провинции охвачены восстаниями под предводительством полукровки Грайца. Король направил туда войска, вы можете оказаться в районе боевых действий.

– Даже если там уже все зачистили, в лесах полно мародеров с обеих сторон и разбойников из числа как людей так и вампиров, – подтвердил Хольгерд. Туда сейчас никому не посоветую ехать. Впрочем, что происходит на северной дороге, тоже непонятно. Может, лучше отдохнете у меня в замке, пока все не успокоится?

– Не хотелось бы вас стеснять, – возразила я. Еще чего не хватало! Нам надо убираться отсюда поскорее, но не расскажешь же, что мы все, в общем-то, в бегах. – Возможно, мы доедем до столицы, а там переждем сложные времена. Как раз осмотрю этот город, я там раньше не бывала.

– Хм, ну что ж, не смею вас задерживать, – с видимым сожалением ответил Хольгерд.

После ужина он предложил мне осмотреть замок, на что я с радостью согласилась. А его гости, почему-то пряча глаза, сослались на неотложные дела и покинули нас.

– Чего это они так смутились? – удивилась я.

– Они просто убежали полетать над замком. На закате там невероятные виды, – его взгляд погрустнел, делая своего хозяина еще более очаровательным. – Я уже давно не могу летать, вот им и неудобно называть истинную причину ухода, не хотят меня расстраивать.

– А почему вы не умеете летать? – не удержавшись, задала я бестактный вопрос.

– Мои крылья пострадали при взрыве иллюминара, – тихо ответил Хольгерд. – Я закрылся ими, защитив себя и Эрке. Мы выжили, но мои крылья оказались серьезно повреждены. Причем, это магическое повреждение, восстановление невозможно. Я больше никогда не поднимусь в небо. А ты часто летаешь? – внезапно сменил он тему, посмотрев на меня в упор. Я потеряла дар речи. – Все хотел спросить тебя: почему ты не улетела тогда? А шла по лесу пешком? Мы все окрестности облетели, нам и в голову не пришло, что ты шагаешь по кустам.

– Я тогда не умела летать, – тихо ответила я. – Да и сейчас не умею особо. У меня тоже есть вопрос: почему ты помог мне тогда? Да и сейчас не выдал?

– Потому что я не считаю тебя виноватой, – задумчиво ответил он. – Вряд ли именно ты убила Эрке, хоть и воспользовалась магией ее сердца.

Он, наконец, объяснил мне кое-что, о чем мы с Зельдой могли только догадываться.

Эрке, безродная девушка-вампир, стала жертвой убийцы, охотника за магическими сердцами вампиров. Ее случайно нашли бездыханной в лесу, неподалеку от того домика, в который я попала при перемещении. Тело девушки было цело, пропало только сердце. Убийца спрятал тело очень хорошо, но он не знал, что именно по тем местам часто бродят охотники с прирученными вульдами. А уж те быстро почуяли неладное.

Следователи не смогли установить личность убийцы – все следы были магически скрыты, никакие приспособления не давали четкой картинки. Только образ домика в лесу. Хольгерд был знаком с девушкой, потому что она была сестрой Вирджины и подругой Эльтонта, тот был отчаянно влюблен в Эрке. Правда, та не отвечала ему взаимностью. Но о расследовании Хольгерд знал. И уж конечно, он понял, что это был за домик в лесу, так как знал и королевского мага. Доказательств у него не было, поэтому он просто рассказал все Вирджине и Эльтонту, и они помчались на место преступления.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.