# Проклятие правителя Мельсапа

Анна Дорина

Вторая книга цикла (продолжение книги "Вдоль границы тумана") Когда, казалось бы, её миссия ясна, и попавшая в Девальвир из другого измерения девушка готовилась спасти магический мир, из тени вдруг вышли три сверхрасы, населявшие его. Сестра и брат, оказавшиеся в центре вечной войны между сверхсуществами, даже и не подозревали, что на их род тысячу лет назад божественные наблюдатели наложили проклятие, выращивая себе оружие в потомках сильного мага-короля. Чью же сторону выберут принц и принцесса?.. Ведь в это проклятие свою часть тайно внесла сверхраса далькоров. Их правитель сотни лет заботливо воздействовал с помощью родной магии на всех детей рода королей Мельсапа, создавая ребёнка для восстановления расы. И отдавать божествам своё творение могущественный сверхмаг уж точно не собирался…

## Глава 1 Магия Мельсапа

– Ты разлил пену на поверхности сразу же после её телепортации? – спросил Аёвен мужчину, почтительно стоявшего рядом. На кровати, у которой они оба находились, лежала королева Фалеппа, Плея. Глаза её были закрыты, но ровное дыхание показывало, что женщина просто спит.

– Да, правитель. В ту же секунду, как вы телепортировали её, – ответил тот.

– Хорошо. Благодарю, Дейрен.

– Жаль, что вам придётся заблокировать её память. У неё там, наверное, осталось много родных, – вздохнул Дейрен. Он находился на должности тронбрейва в государстве Маэлия, где правил Аёвен. Кроме того, Дейрен был и лучшим другом правителя. Он знал, что тот давно уже любит эту женщину, с тех пор, как она начала постоянно являться в его видениях будущего. И у них даже была одна встреча в реальности, когда правитель приплыл, чтобы вмешаться в предстоящие будущие события и спасти ей жизнь, телепортировав на свой подводный корабль. Правда, после встречи пришлось заблокировать этот момент в памяти фалеппийской королевы.

Изменив будущее Плеи тогда, они отправились назад в своё государство, до него предстояло ещё около трёх месяцев плавания. Но через несколько дней Аёвен приказал возвращаться назад к островам в тумане. Ему пришло очередное видение, в котором Плея должна была умереть. Королева больше не влияла на события вокруг той девушки, играющей огромную роль в спасении Девальвира. Оставить её после сохранения жизни на месте означало бы сильно вмешаться в будущее, а этого делать нельзя. Итог был бы плачевный для всего народа Маэлии. Их государство раскрыли бы сверхсущества, раса, называющая себя божественными наблюдателями и управляющая жителями основного материка Девальвира.

Магически мир огромен, и магии божеств не хватало, чтобы посетить противоположный конец планеты, где в глубине Всемирного океана скрывалось государство Маэлия. Маэльцы были тоже сверхрасой, зародившейся три тысячи лет назад в результате аномальных всплесков магического источника, образовавшего Девальвир. Их телам не нужно восстанавливать свою родную магию, она изначально стала неиссякаемой в их совершенных организмах. Маэльская магия, равная по силе той, что имели божественные наблюдатели.

Как и божества, маэльцы тоже обладали способностью телепатии. Достаточно посмотреть на человека и захотеть слышать его мысли или говорить с ним – такое свойство имела маэльская магия. И это было очень удобно, иначе, если одновременно непрестанно слышать мысли всех окружающих, то так можно и потерять самого себя.

– Другого выхода нет, – грустно произнёс Аёвен, спустя несколько минут молчания, вырвав друга из размышлений. – Она умерла там, от магии тумана, брошенной слугой далькоров. Так ей суждено. Теперь возможно жить, лишь начиная с чистого листа…

– Я никогда не забуду, как тогда она вас просила не убирать себя из её памяти… Мне кажется, вы стали дороги её сердцу, – с сожалением сказал Дейрен, надеясь, что правитель передумает. Тронбрейву жаль было друга, который в те дни буквально летал на крыльях от счастья, узнав от самой Плеи о её влечении к нему.

– Я должен, Дейрен! – твёрдо сказал Аёвен. Он старался держать себя в руках. – Я рассчитал, что мы сможем заблокировать всё за пять сеансов. Начинаем. Следи за её состоянием. – Он приложил ладонь к голове королевы, а Дейрен свою на сердце Плеи. От руки Аёвена в голову бывшей фалеппийской правительницы полился яркий алый свет…

Последнее, что Плея увидела перед тем, как провалиться в небытие – это летящий в неё туманный смерч, выпущенный бывшим королём Мельсапа. В ту же секунду свет померк. Она не знала, сколько прошло времени, но сознание вернулось к ней, а глаза открыть не получалось, как и пошевелиться. Тело не слушалось.

«Значит, я всё же умерла, – подумалось ей. – И что, это вот так происходит после смерти? Лежишь и не можешь пошевелиться, и темнота…»

Её охватило сильное беспокойство, перерастающее в ужас: «Неужели теперь так будет вечно?!» Но вдруг до неё донеслись голоса. Она услышала до боли знакомое имя. Но откуда она может его знать? Аёвен… Кто этот человек? Почему… «Стоп! Я же слышу голоса, значит, я не умерла! Или это божественные наблюдатели несут мою душу в свой мир?» – начала размышлять она. Но голоса раздались снова, и Плея услышала, о чём они говорят. Ей хотят заблокировать память! Как жестоко! Божества не должны так поступать! Она ведь хочет дождаться и увидеть ещё раз своих родных… Ей захотелось заплакать, но ведь тела не было, и плакать не получилось.

«Я должна защититься! – снова подумалось ей. Ещё в Фалеппе, когда она подготавливала заклинания к походу, то отправила несколько на блокировку сознания в свою кровь. Плея вспомнила о них, но тут же с горечью подумала: «Так ведь тела с кровью нет…»

«Стоп! Не сдаваться, попробуй!» – приказала она себе и попыталась вызвать из крови заклинание. Как раз это время в её голову уже полилась алая магия Аёвена. Образы, события, вся жизнь королевы закружилась в её сознании. Заклинание блокировки удалось вызвать, и она пыталась выхватить из этих образов, бегущих перед закрытыми глазами, хоть что-то, удержать в памяти хотя бы кого-то из родных, так жестоко отбираемых этими злыми божествами. Плея сопротивлялась, пытаясь сохранить какие-то остатки памяти, она вызывала одно за другим из своей крови заклинания блокировки сознания, пока они не закончились.

Всё это стоило невероятных усилий и королева начала терять сознание, уже не услышав, как Дейрен, державший руку на её сердце, воскликнул:

– Стоп!

Аёвен прекратил сеанс и убрал ладонь с головы королевы Фалеппа. Оставалось провести ещё четыре таких же…

***

Ночь уже подходила к концу, а Милана никак не могла выбраться из тумана. Иногда до неё доносились голоса ищеек далькоров, и она искала укрытие в лесу, из которого старалась не высовываться. Должна же она хоть куда-то прийти. Девушка очень сильно устала. Последние несколько часов вокруг была тишина, скорее всего те, кто её разыскивали, остались у берега. Милана осмелела и вышла из лесной зоны. Здесь была получше видимость, и туман стоял совсем слабый. Девушка увидела широкую поляну, а за ней… Были ворота красивого замка, стоявшего перед небольшим городом.

Принцесса Малия даже не догадывалась, что пришла в мельсапийский Орель, город охотников, где очень часто любили проводить время её отец, король Варел, с сыном, принцем Фейроком. Королева Алеста тоже ездила сюда с ними, сначала одна, а потом, как появилась Малия, то с дочерью. В этих местах находились самые лучшие охотничьи угодья, знаменитые на весь Девальвир. И сюда часто приезжали богатые семьи из других королевств, выкупая у казны привилегию поохотиться.

Девушка сначала испугалась и присела, спрятавшись в высокой траве, когда увидела перед собой замок и дома. Но долгое время ничего не происходило. От улиц не шло никаких звуков, стояла гробовая тишина. Это был мёртвый город. Милана поняла, что это один из тех, в которых погибли все жители от тумана, и решилась пойти в замок. Внутри помещений тоже стоял туман, сильно рассмотреть не получалось. Она бродила по комнатам и залам, даже сама не понимая, что ищет.

Вдруг Милана почувствовала влечение. Точно такое же появлялось при виде энергетического источника в каждом из королевств. Она пошла теперь уже целенаправленно, ведомая этим ощущением. Девушка вышла к небольшой комнате, где внутри не было тумана – там бил вверх огромный фонтан красной активной энергии Мельсапа!

Милана устремилась к источнику и зашла в него. Вспомнив, что сначала надо попытаться вытащить часть лейро, она представила её в памяти. Почти мгновенно в зажатом кулаке появилось что-то твёрдое. «Удалось!» – мелькнула радостная мысль, и девушка теперь полностью отдалась удовольствию от насыщения тела активной магией. Спустя двадцать минут Милана вышла из источника. Душа пела и ликовала, сил ощутимо добавилось, несмотря на то, что очень хотелось есть. Принцесса уменьшила часть лейро и отправила в свою кровь, как её учили.

Пока она искала выход из тумана, то не раз пыталась создать хотя бы зеркало связи с корвенским дворцом, но оно даже не начинало и образовываться. Похоже туман блокировал любую магию королевств. Милана вспомнила про Торола. Селвиор, где обитал тысячелетний зануда фантом, тоже находился в её крови. Она тогда тщательно подготовилась к походу на остров с мельсапийским источником. Выучила, как выглядит изображение этой части лейро и захватила селвиор, чтобы сразу зарядить.

При воспоминании о походе она вспомнила погибшую тётю Плею, и на глазах девушки показались слёзы. «Прекрати! – мысленно сказала она себе. – Отомстишь за неё, а потом будешь оплакивать! Возьми себя в руки!»

Скрепя сердце, Милана последовала своему совету и снова вспомнила о селвиоре. Похоже, пришло время зарядить его и вызвать старого мага. Не выходя из комнаты, она уселась на пол возле источника в любимую позу, скрестив ноги по-турецки. Вызвала силой мысли из своей крови селвиор и, недолго думая, опустила его перед собой тоже на пол. Накрыла реликвию рукой и отправила в неё чистую активную энергию магии Мельсапа.

Артефакт насыщался примерно двадцать минут, как и сама Милана до этого в источнике. Вскоре он перестал поглощать магию, и девушка поняла, что зарядила его полностью. С замиранием сердца она взяла в руку селвиор и трижды произнесла:

– Торол! Торол! Торол!

Из артефакта повалил густой красный дым, а не туман, как раньше. Словно у Миланы в руке находился добрый пучок дымовых шашек. «Пару десятков шашек, не меньше!» – подумалось ей и она прикрыла глаза, отвернув голову от дыма, хорошо ещё он шёл в противоположную сторону от того места, где Милана сидела.

– Что такое шашки? – сказал вдруг кто-то громко.

Девушка подскочила от изумления, открыв глаза. Торол прочитал её мысли?! И увидела перед собой занудного старика уже в отличном физическом теле! Это не был больше призрак!

– К… к… как? – только и смогла выдавить из себя Милана.

– Вот так! Я давно говорил, чтобы зарядили селвиор! Но с такими сердюками, как вы, только свяжись, – печально вздохнул Торол. Девушка в шоке молчала. Он окинул её придирчивым взглядом:

– Ну, выкладывай, принцесса Мельсапа, свои новости. Я вижу, мы находимся в туманных землях.

Старик уселся на пол так же, как сидела до этого Милана, и жестом указал напротив себя, сообщив с важным видом:

– Садись и всё рассказывай, я никуда не спешу!

Милана рассказала Торолу обо всём случившемся с момента последнего вызова фантома. А после отважилась спросить:

– Вы теперь всегда будете вот таким… э-э… – она замялась, подбирая слово.

– «Э-э» я не буду, и то, что я приобрёл тело – это лишь иллюзия, заклинание, – с усмешкой сказал Торол. – Просто мне так удобнее вести разговоры. Надоело увеличиваться из-за каждого сардюка!

– Иллюзия?! – воскликнула Милана и, поддавшись любопытству, наклонилась и попробовала схватить старика за руку. Ей это удалось! Рука была настоящая, и она в ответ стукнула девушку ладонью по лбу.

– Вот же глупый потомок! – возмутился Торол. – Никак не хочешь повзрослеть! Магическая иллюзия даёт полное восприятие объекта. В школе не училась, что ль?

– Училась! – обиделась Милана.

– Да не в той, похоже! – съехидничал Торол и вдруг хлопнул себя по лбу, издав довольно звонкий звук. – Ах, я сам сардюк! Тебе же надо дать азы мельсапийской магии!

Он поднялся с пола и, проведя магические пассы, вызвал книгу с надписью «Начальная магия Мельсапа».

– Иди, стань перед книгой, – приказал Торол. Милана подчинилась, она уже знала, что будет. Маг разрушения и созидания, родной магии принцессы, щёлкнул пальцами, и книга начала листать на скорости страницы. Через пятнадцать минут всё закончилось. Девушка вопросительно посмотрела на Торола.

– Что смотришь-то, создавай зеркало связи с Фейроком! – заявил старик.

– Оно не создаётся здесь из-за тумана, – сокрушённо сказала Милана.

– Потому что его пытался создавать глупый потомок! – вынес заключение вредный маг. – Создавай зеркало из трёх магий!

– Это как? – удивилась девушка.

– Когда желаешь создание зеркала, мысленно представь три луча – корвенский синий, мельсапийский красный и далькоровский серый. Всё просто! – пожал плечами Торол и вдруг опять себя хлопнул по лбу. – Ах, да! Забыл сказать, как только зеркало создастся с помощью тумана, тебя почувствует правитель далькоров и будет знать твоё местоположение. Надо быстро создавать телепорт с королём Корвена, поняла?

– Откуда вы знаете про это? – удивилась Милана. Раньше старик не мог даже вспомнить, что далькоров называют далькорами.

– Я много чего знаю, что вам и не снилось! – усмехнулся Торол. – Просто без мельсапийской магии моя память была на три четверти повреждена… Так! Хватит болтовни! Вызывай брата, говори ему название города, где ты находишься – он ему известен. И скажи к телепорту добавить луч магии Мельсапа, затем создавай со своей стороны так же из трёх лучей, добавив и далькоровскую. Запомнила? Всё надо делать быстро! Очень быстро, девочка! И возьми в руку селвиор, а то оставишь меня здесь на радость далькорам!

## Глава 2. Далькоры

Король Корвена Фейрок и наследный принц Орлик находились в покоях корвенского правителя. Они сидели в креслах, и перед каждым висело зеркало наблюдения для поиска пропавшей в тумане Миланы. Правитель Ламории, Элвем, телепортировался в своё королевство. Ему требовался источник с его родной магией, а также он, со своей стороны, организовал поиски принцессы, усадив слуг за руны наблюдения.

Прошли почти сутки после происшествия на острове. Милана так и не появилась. Но ни бессмертный король, ни её брат, ни «жених по соглашению» не сдавались и продолжали поиск и наблюдение за всей территорией вокруг туманных земель. Фейрок связался с правителями всех королевств и получил разрешения на расположение зеркал вдоль границ с туманом их государств. Все королевские семьи с радостью согласились, уже зная о принцессе Малии как о спасительнице от магического тумана. Кроме королевства Верон, где правитель запросил высокую плату за использование его земли.

Когда-то Лаот, король Верона, дружил с мужем королевы Плеи, правителем Фалеппа Ставром. Оба короля заключили соглашение о браке своих детей: принца Верона Давира и принцессы Фалеппа Лиоры. Ставр, не пережив принесение в жертву туману среднего сына Ювия, скончался. Плея, следующая правительница Фалеппа, продолжала дружеские отношения с Вероном.

Однако, более полугода назад оба правителя очень сильно поссорились. Скандальный брак принца Давира на девушке, в которую он влюбился, уничтожил соглашение с Фалеппом. Плея посчитала это попыткой принца опозорить её дочь, принцессу Лиору, из-за его выбора другой девушки, да ещё и из свалов, сословия простолюдинов. Не из семьи королевской крови, когда Лиора могла бы вызвать её на поединок и защитить свою честь.

Брак принца Давира всё же не продлился долго, через несколько месяцев его молодая жена погибла. Королева Плея посчитала это возмездием божеств за тот поступок. Она предложила возобновить соглашение, в память о муже, желавшем этого брака, и дать срок утихнуть горю принца, столько времени, сколько он пожелает. Принц Верона, от отчаяния и тоски не находивший себе места, потеряв любимую, категорически отказался. Это послужило окончательной точкой в разрыве отношений двух государств.

А теперь Корвеном правил племянник погибшей Плеи, и поиск шёл её племянницы. Так почему же король Верона должен бесплатно предоставлять свои земли родственникам той, с которой у него был конфликт. Даже после смерти королевы Фалеппа он не собирался её прощать. Плея выставила его семью в неприглядном свете перед всеми государствами Девальвира, открыто возмущаясь поступком принца Верона. А ведь могла бы просто промолчать и смириться с выбором Давира…

Принц и король Корвена сидели и упорно смотрели в зеркала наблюдения. У них не было желания разговаривать. Кроме того, Фейрок совсем не был настроен дружески по отношению к Орлику, мягко говоря. Но правителю Корвена приходилось его терпеть. Слуга из-за двери попросил разрешения войти. Получив его от короля, он вошёл и доложил, что королева Релькия просит принять её с важным сообщением. Фейрок кивнул.

Вошла Релькия и низко поклонилась. Одежда на ней была такая же, как и ранее на торжестве, изготовленная из грубой материи, только на этот раз у неё был синий цвет Корвена. Таблички с надписью на груди уже не висело. Король редко виделся с ней, предпочитая избегать бывшей хозяйки. Он бы и в ледник её упрятал, но, надо отдать должное, женщина была очень послушна и вела себя всегда почтительно. И, как бы ни ненавидел её Фейрок, он не мог поступить несправедливо.

Орлик даже не взглянул на мать. Она пыталась много раз заговорить с сыном, ещё с момента его прибытия во дворец. Но принц всё время молча смотрел сквозь неё, будто королевы не существовало. И старался быстрее уйти, часто даже телепортируясь. Релькия вопросительно посмотрела на короля, ожидая разрешения.

– Говори, – кратко сказал тот бесцветным голосом.

– Я могла бы помочь в поисках, – произнесла королева с надеждой. – Вы же знаете, что у меня сильная магия. Я бы помогла с зеркалами.

– Не хочу снимать с тебя браслеты, – сообщил король. – Уж как-нибудь сами справимся.

– А вы думали, что она могла уже пройти мимо ваших зеркал? – поинтересовалась королева. – Я считаю, что надо осматривать и ближайшие селения. У меня получится распределить зеркала по селениям и собрать их в одном, зациклив только на принцессе. И я бы не выходила из ваших покоев, здесь бы и работала с ними.

Орлик с любопытством и неприязнью глянул на мать, она точно что-то задумала, но вмешиваться не стал. Фейрок сам разберётся со своей женой. И снова начал смотреть в зеркало.

Король на мгновение задумался. Да, магия королевы сильная, как и у принца. Релькия могла бы расширить территорию поисков. Он решился.

– Создавай зеркала, – приказал Фейрок, сняв с Релькии блокирующие браслеты. Та с радостью подчинилась.

Спустя полчаса перед королём Корвена неожиданно возникло зеркало связи, и в нём появилась Малия собственной персоной, а возле неё стоял какой-то старик. Ого! Не какой-то!

– Сестра! Торол! – вскричал Фейрок, вспомнивший мага, вызываемого когда-то отцом, и вскочил перед зеркалом. Орлик сорвался с кресла и мгновенно оказался рядом с зеркалом. – Где ты?!

– Времени нет, – торопливо заговорила Милана. – Я в туманном городе Орель, в замке, в комнате с источником. Сюда срочно нужен телепорт из корвенской и мельсапийской магии, я помогу добавить туманную энергию. Скорее! Обо мне уже знают далькоры!

Фейрок начал сразу же создавать зеркало телепортации. Орлик стал помогать ему, усиливая своей магией. Королева подошла к ним и находилась сбоку от Фейрока. Она заметила движение вне комнаты и застыла в изумлении. Там, в тумане, где никто не может выжить, стояли двое очень красивых мужчин лет тридцати.

Милана создавала телепорт, направив все лучи, как говорил Торол. Зеркало уже почти сформировалось, как до девушки донёсся очень приятный бархатистый мужской голос из другой комнаты:

– Не стоит, дорогая Малия. Ты сейчас пойдёшь со мной.

– Шагни в источник! Быстр-р-ро! – прорычал Торол, и Милана шагнула в мельсапийскую энергию. Стоя там, девушка посмотрела на того, кто говорил с ней, ожидая увидеть чудовище далькора.

– Хитрый ты, Торол, – усмехнулся высокий красивый мужчина с тёмными волосами, уложенными в короткой стильной стрижке. Одет он был во что-то чёрное, похожее на рубашку и костюм с пиджаком. Милана могла бы поклясться, что это обычный человек с Земли.

– Но она там не сможет стоять вечно. Устанет и выйдет. А мы никуда не торопимся, ведь, правда, Лойс? – обратился «человек с Земли» к мужчине, стоявшему рядом.

Тот, кого говоривший назвал Лойс, был тоже высок ростом, статен и красив. Его чёрные волосы, отливавшие синим оттенком и уложенные в короткой стильной причёске, привлекали своей необычностью. Одеждой ему служила какая-то вещь, похожая на земное мужское пальто длиной почти до колен. Милана невольно задержала взгляд на Лойсе. Тёмные глаза мужчины тоже изучающе смотрели прямо на неё.


– И не надейся, проклятый Тойвен! Я вытащу её раньше отсюда, ты ничего не сможешь! – рявкнул в ответ Торол. Милана поняла, что первый говоривший был королём далькоров. Но как?! Она себе представляла чудовищ, а здесь находились… люди!

– Они же люди! – она всё же не удержалась и сказала это тысячелетнему магу.

– Нет! Глупый потомок! Они умеют принимать чужой облик и менять его, как захотят! – прошипел Торол.

– Не обманывай девушку, старое ты чудо, – хохотнул Тойвен. – Хотя, ты тогда благополучно сдох и не знаешь, что своим заклинанием лишил нашу магию этой способности. Ну да ладно, и без этого справляемся и живём, а вот ты уже, увы, нет!

– Это наши собственные облик и тело, – медленно произнёс Лойс, не сводя чёрных глаз с Миланы. Его голос завораживал своей мягкостью. – А ты красивая девушка, принцесса! Мне нравишься! Отличная будет королева из тебя!

– Обойдёшься, наглец! – вскинулся Торол уже на него.

Орлик и Фейрок с ужасом наблюдали происходящее. Они поняли, что в источнике чистой энергии Малию достать далькоры не могут, и это была ценная информация, которую донёс до них Торол. Но вот, к сожалению, пойти туда сквозь уже готовый зеркальный телепорт никто из них не мог, туман мгновенно разрушил бы их тела. Маг повернулся к зеркалу связи и зашипел:

– Что стоите, безмозглые сардюки? Отправьте сюда Элвема с руной!

– Но его сразу же обездвижит туман, – удивлённо и в то же время с надеждой сказал Орлик. Бессмертного короля туманная магия не могла убить, разрушив тело, но зато мгновенно обездвиживала, как заклинание инея от мага холода.

– Его – да, руну – нет! – снова рявкнул Торол. Заметно было, как он сильно нервничает. – Присылайте, я сам всё устрою!

Далькоры переглянулись.

– Умный старикашка! – усмехнулся Тойвен. – Когда уже до тебя дойдёт, что она не сможет вечно от нас бегать. Лучше прекратить бесполезные метания сразу, время сэкономите и нам, и себе!

– Вызвать перриек? – вопросительно глянул на него Лойс. От его слов лицо Торола перекосилось. Он заорал в зеркало:

– Быстрее!

А по ту сторону зеркала связи и так торопились, Элвем уже проходил сквозь телепорт в корвенский дворец.

– Не надо, – качнул головой правитель далькоров в ответ на вопрос Лойса.

– Но, отец, они же сейчас так заберут её! – нетерпеливо вскликнул далькоровский принц, которым являлся Лойс.

Милана вообще не понимала, как собирается поступить тысячелетний маг. Только радостно встрепенулась от известия, что за ней прилетит Элвем. А далькоры вроде и не такие уж страшные, как их описывали. Пострашнее будут сёстры королевы с их ветками, и бывший король Варел.

– Она сама придёт в Перрию, – спокойно сказал Лойсу король далькоров. – Королевы не успеют сюда.

– Малия, – обратился Тойвен к девушке. – Я жду то время, когда ты разберёшься во всём сама. Хотелось бы, чтобы твой выбор прийти к нам был сознательным и добровольным. Если же нет, могут погибнуть твои родственники и друзья. Мне бы этого не хотелось.

Милана молча смотрела на него со страхом в глазах и ненавистью. Это существо, или кем оно там является, убило её тётю, угрожало её друзьям, обратило её отца и Ювия, и пожирало жертвы. Каждые десять лет убивали невинных! И он говорит о добровольном выборе! Шантажирует тем, что убьёт дорогих ей людей!

А король далькоров продолжал говорить:

– Знай кое-что, принцесса. Ты не удивилась, откуда обладаешь магией тумана? – Торол внимательно начал вслушиваться в его слова.

– Когда вон тот твой глупый предок, – указал король на Торола. – Попытался уничтожить нашу расу своим могучим заклинанием, я вернул ему часть с моей родной магией. Наши разведчики донесли о готовящемся божествами проклятии на потомков этого идиота. Божественные наблюдатели, или как они там себя называют, вложили в проклятье всю магическую энергию от сверхмага Торола, совсем не заметив в её составе и нашу, – закончив монолог, Тойвен подмигнул застывшему в шоке тысячелетнему сверхмагу.

– Вернул ему?! – пересиливая себя, спросила Милана. – Тысячу лет живёшь что ли? – а про себя подумала: «Что за чушь несёт!»

– Три тысячи, – сообщил правитель далькоров.

Милана посмотрела на Торола, тот нехотя кивнул, подтверждая слова короля, и сказал:

– Да, эти твари бессмертны. Поэтому так сложно их убить.

Сверху что-то сильно загремело, и раздался ужасающий треск. Стало гораздо светлее. Милана подняла голову – потолка и крыши не было, на их месте зияла огромная дыра, над которой далеко вверху еле виднелась руна бессмертного короля. Элвем вылетел на руне из телепорта, созданного королём Корвена, в чистый воздух поверх тумана точно над крышей башни замка, где внизу в источнике находилась Малия. Правитель Ламории сорвал крышу с помощью рун, и начал опускать свой полёт в башню. Как только летающую руну окутал туман, король утратил способность двигаться и застыл, как камень.

Но Торол мгновенно перехватил управление руной и спустил её в источник, взметнувший свой фонтан далеко в воздух сквозь дыру, проделанную бессмертным королём. Сверхмаг приблизился к Милане и произнёс:

– Закрой глаза и представь себя на руне. И не отвлекайся! Иначе не смогу тебя туда поместить! Лучше зажми уши, чтобы не слышать никого! И крепко держи селвиор!

Девушка выполнила всё, как сказал старик. Через секунду фиолетово-розовая светящаяся руна начала подниматься в воздух уже с Миланой, Элвемом и Торолом. Никто из них уже не заметил, что далькоровский принц Лойс сделал магический жест и отправил следом за ними небольшой дымный сгусток, который нагнал руну в воздухе, где не было источника, и проник в голову Миланы. Тойвен заметил действие сына и одобряюще усмехнулся.

Далькоры тоже собрались уходить, но зеркало телепорта, всё ещё по-прежнему торчащее возле источника, ожило, покрывшись рябью. И в комнату влетел свиток. После этого зеркало исчезло.

## Глава 3. Лойс, или Откуда взялись далькоры

Тойвен подошёл и поднял свиток. Прочитал и загадочно улыбнулся, передавая сыну. Тот начал читать вслух:

– Благородный король далькоров! Возьмите меня к себе на службу! Я готова служить вам, как другие королевские особы! Мне взамен нужна лишь возможность отомстить! Королева Корвена Релькия, – закончив читать, он глянул на отца.

– Надо уважить королеву, – снова улыбнулся тот. – Я видел, что негодник Фейрок с ней творит. Жалко такую яркую женщину!

– Отец? – Лойс вопросительно посмотрел на правителя далькоров. Принц не мог понять, шутит король или нет. Его отец всегда был очень непредсказуем и умел удивлять. Тойвен приобнял сына за плечи и сказал:

– Всему своё время, Лойс! Скоро всё узнаешь, а пока начинай воспитание будущей королевы. Отличная задумка, порадовал меня! Пойдём.

Пока все в спешке пытались вытащить Малию из Ореля, позабыв о королеве Релькии, та прослушав, что говорили далькоры, быстро написала несколько предложений на магическом свитке. Затем, пока Фейрок создавал телепорт в воздух над башней, где была в источнике принцесса, Релькия незаметно активировала рябь на зеркале телепорта в комнату с Миланой и бросила туда свёрнутый свиток. Затем сняла активацию у телепорта. Теперь оставалось ждать и надеяться, что далькоры прочтут её просьбу и удовлетворят.

Вскоре к ней подошёл Фейрок и молча одел браслеты. Затем жестом указал на дверь, давая понять, что в королеве больше не нуждаются. Релькия смиренно поклонилась и вышла. А в мыслях королевы бушевала буря: «Хотя бы они увидели моё послание! Я готова для вас что угодно делать, кем бы вы ни являлись, только помогли бы отомстить!» – мысленно говорила она существам, которых называли далькоры.

Из зеркального телепорта в покои короля Корвена влетела фиолетово-розовая руна Элвема. К рунному магу уже вернулась подвижность, благодаря магии тумана от Миланы, выполнившей все магические действия под диктовку Торола, пока они поднимались в воздухе к телепорту. Едва спрыгнув с полёта Элвема, девушка оказалась сразу же заключена в крепкие объятия счастливого брата. Фейрок, наконец, смог обнять свою сестру и прижимал к себе так, словно боялся, что снова её кто-то отберёт у него. На его глазах блестели слёзы радости.

Орлик с волнением и обожанием смотрел на свою невесту, не менее счастливый, чем Фейрок. Сколько внутренних мук пришлось перенести принцу за эти сутки её отсутствия, известно лишь одним божествам. Бессмертный король тоже не отрывал любящего взгляда от девушки, за которую готов был умирать бесконечное количество раз, если б это было возможно. Торол всё это наблюдал молча и с насмешливым видом, скрестив руки и стоя чуть поодаль от висевшей руны, которую забыл рассеять радостный Элвем. Но вскоре сверхмагу надоело созерцать счастливое воссоединение, и он скептически произнёс:

– Нас сегодня кормить собираются? От обнимания, знаете ли, голод никуда не денется!

– Ой, извини, Торол! – спохватился Фейрок, совсем не удивившись странному требованию еды от фантома. – Сейчас распоряжусь! – и он вызвал слугу, отдав тому приказ накрыть стол в обеденной зале.

Зато удивился Орлик, увидев Торола в настоящем теле:

– Это как тебе удалось приобрести тело?

– Когда-нибудь научу, сардюк! – важно ответил сверхмаг, довольный восхищённым взглядом мага холода, ранее бесившего тысячелетнего Торола своей надменностью.

После обеда Милану начало клонить в сон. Она чуть не уснула ещё за столом. Фейрок, увидев её усталость, создал телепорт в покои, которые сам приготовил для сестры, наблюдая за обустройством комнаты лично. Орлик и Элвем вызвались охранять её сон, присоединившись к Фейроку. Король Корвена согласился, чем больше магов, тем выше шанс отбиться от убийц далькоров. Особо отдыхать было некогда, сестре предстояло посетить Гивей. Торол сразу же назвал, в каком городе он спрятал часть лейро и объяснил, почему не получилось вытащить этот кусок в королевском источнике. Город назывался Белумьер.

Эта часть не смогла попасть впоследствии в общее разветвление гивейской родной магии, от которого по всей стране выходили на поверхность источники с чистой энергией. Город, находившийся глубоко в пустыне, атаковали странные магические твари, неподдающиеся ни одной из магий Девальвира. Когда гивейцы не смогли отражать их атаки, и много жителей погибло, то правитель Гивея Ровий, правящий страной в то время, обратился за помощью к известному во всём Девальвире сверхмагу Торолу. Тот тоже не смог уничтожить тварей, но сумел запечатать их в городе. А сам город засыпать песком.

Старик Торол уже тогда был немного рассеянным и благополучно забыл, что источник с частью лейро он, таким образом, тоже запечатал. После король Гивея распорядился стереть Белумьер со всех карт и убрать из всех летописей, чтобы ненароком никто не нашёл его и не повредил наложенные заклинания сверхмага.

Перед принцессой Малией и её спутниками стояла очень трудная задача. В сам город можно было и не заходить, но с него придётся снять запечатывающие заклинания, чтобы в другом источнике можно было достать часть лейро, которая сможет двинуться в разветвление с магической энергией. Только вот как удержать тех тварей в городе, пока она будет это делать – сложный вопрос.

Когда сверхмаг запечатывал его, внутри находилось много еды в виде жителей города для тех тварей, и они все собрались внутри. Теперь же там еды не было тысячу лет. Все надеялись, что твари не выжили. Но гарантий сверхмаг не давал, он считал их по образу и подобию повторявшими далькоров и предполагал, что они бессмертны и могут просто спать, в ожидании свежей еды…

Когда Милана засыпала, Торол не мог оставаться снаружи селвиора, потому что только сознание девушки автоматически удерживало его вне артефакта. Поэтому, когда девушка уснула, все три мага, сидевшие на дежурстве в её комнате, вздохнули с облегчением. Тысячелетний сверхмаг, конечно, незаменим в помощи, но был таким занудой!

Милана почти заснула, как почувствовала, что до конца заснуть ей что-то не даёт. Сознание работало, а вот открыть глаза и пошевелиться она уже не могла, словно спит. Вдруг в голове очень знакомый голос весело произнёс:

– Привет, красотка! Мы совсем недавно расстались, а я уже без тебя скучаю!

Девушку охватил ужас – это был голос далькора Лойса. И что он делает в её голове? Или, может, это всё-таки такой сон. Она столько пережила в последние дни, что не мудрено и страшному сну присниться.

– Нет, я не сон, я Лойс, мы недавно познакомились, – усмехнулся голос, словно прочитав её мысли. – Я и, правда, говорю с тобой.

– И каким образом ты забрался в мою голову? Убирайся, чудовище! Я хочу спать! – мысленно возмутилась Милана. Потом вспомнила о блокирующих сознание заклинаниях Фалеппа и злорадно мысленно усмехнулась.

– Не поможет! – расхохотался в голове Лойс.

Но Милана всё-таки вызвала заклинание из крови и попыталась заблокировать сознание.

– Проверила? – съехидничал принц далькоров. – Почему ты не веришь тому, что тебе говорят твои братья по магии?

– Кто-о-о?! – вскипела Милана. Ей очень сильно захотелось проснуться, только вот не получалось. Тогда она зло сказала:

– Братья не убивают, а вы изначально посылали ко мне убийц и хотели убить! С чего мне вам верить?

– Ну, здесь ты права, признаю нашу ошибку. Нам поступила неточная информация насчёт тебя. Сама понимаешь, бюрократия там всякая, через множество рук, пока дойдёт… Всё, как испорченный телефон…

– Телефон?! – при этом слове если сказать, что на девушку обрушился шок, то это будет мягко сказано.

– Мы когда угодно можем проходить в твоё измерение на твою Землю, – рассмеялся Лойс. – И тебя бы туда сводил с удовольствием! Как насчёт свидания где-нибудь в Париже, или предпочтёшь что-то экзотическое?

Милана потрясённо молчала. Это было соблазнительное предложение. Она так сильно скучала по маме и прежней жизни…

– Ну, хорошо, пусть будет мама и Санкт-Петербург, там тоже много мест есть интересных, – беззаботно сообщил Лойс.

«Боже! Мама! Они знают, где она находится!» – ужас охватил её сознание, что мама теперь в огромной опасности.

– Ничего с ней не случится, – успокоил далькоровский принц. – Конечно, соблазнительно было бы тебя ею шантажировать, но не буду. Мы же друзья, ведь так? И я надеюсь на свидание, милая девушка, ты мне, правда, очень понравилась!

«Ага! Как же, поверила, что не случится…» – если бы она не спала, то точно сейчас бы заплакала от отчаяния и тревоги.

– Ой, только без слёз, не люблю женских слёз! – недовольно сказал Лойс. – Приходя на Землю, мы теряем магическую силу и становимся обычными людьми. И назад можем вернуться лишь с помощью артефакта, что всегда берём с собой. Теперь успокоил?

В голове девушки разыгралась целая буря эмоций от полученной информации. Ей так хотелось бы увидеть и обнять маму… Какое заманчивое предложение! Но она приказала себе не сдаваться и ни на что не соглашаться. Сначала нужно закончить миссию, и тогда мама будет здесь с ней!

– Какая сильная девушка! – восхитился Лойс. – Ладно, я вот чего постучал к тебе. Хочу рассказать о ваших драгоценных божествах. Ты слышала историю с одной стороны, послушай теперь и с нашей.

Милана была в полном шоке от того, что ей рассказал далькор. Он говорил настолько убедительно, что она почти поверила ему. С его слов божественные наблюдатели – не божества вовсе, а сверхмаги-девальвирцы, достигшие своим развитием в магических способностях совершенства, что смогли перейти на другую ступень бытия почти четыре тысячи лет назад, обретя бессмертие и огромную силу. Они создали себе отдельный мир Латтен, освещающий теперь Девальвир по ночам и состоящий из трёх малых миров, на которых сверхсущества жили соответственно своей иерархии и с того момента стали называть себя божественными наблюдателями. Получив власть, благодаря своим сверхспособностям над обычными девальвирцами, божки написали свои законы для всех государств и заставили народы подчиняться и следовать им.

В то время на материке было семь королевств и пустые срединные земли, которые назывались Далькория. Более трёх тысяч лет назад всё в один момент изменилось для той территории. На энергетическом сгустке, образовавшем мир Девальвир, произошли аномальные всплески энергии посередине полюсов планеты. Эти всплески пришлись как раз на Далькорию и ещё одни земли, что находились с противоположной стороны Девальвира на огромном острове, расположившемся на северном полюсе. Та территория называлась Маэлия, но тогда ещё далькоры о них не знали. Да и до сих пор никто не знал, кроме далькоров.

Так появились две сверхрасы: далькоры и маэльцы. В результате всплесков их тела и магия претерпели изменения. Новые жители этого мира не были похожи на обычных девальвирцев. Обе расы получили бессмертие и способность к телепатии. У каждого народа образовались свои особенности в телепатии. Маэльцам достаточно посмотреть на человека и пожелать слышать его мысли. Далькорам же это помогали сделать различные заклинания их родной магии.

Маэльцам повезло, магия в их телах была неиссякаемая, и им теперь не надо было подпитывать себя из источников. А вот далькорам, наоборот, стало сложнее. Хотя их магия не исчезала совсем из крови, но они могли восстановить свои силы полностью, только испив энергию у других девальвирцев. Им не нужно было это часто делать, сильным магам королевской крови правителя Тойвена – всего лишь раз в десять лет. А магам послабее – раз в три года. Они выходили в королевства и платили за энергию девальвирцам, выпивая её из их тел не до конца, чтобы люди не умирали.

Имея бессмертие, обе сверхрасы столкнулись с проблемой рождаемости. Дети появлялись на свет слабые и выживали лишь редкие единицы. И вскоре учёные новых рас сделали открытие, что лучше зачать одного ребёнка один раз в десять лет, тогда он точно выживет. Мощные сверхспособности позволяли далькорам не подчиняться законам божественных наблюдателей. Народ Далькории принял свои законы внутри страны. Божества решили их наказать без предупреждения, сообща подготовили заклинания и обрушили их один за другим на новую расу.

Уничтожить далькоров божествам не удалось, но вот магию их видоизменили, добавив в неё всего лишь ядовитое свойство. Теперь, выпивая энергию у девальвирца, далькор впрыскивал этот яд в кровь жертвы, чем частично умерщвлял её плоть. Если выпить всю энрегию, то девальвирец умирал телом, а душа оставалась запертой внутри. Можно было частично оставить живым тело девальвирца, но он всё равно не мог уже жить без этого вещества далькора. Кроме того, далькор при перемещении теперь рассеивал вокруг себя туман, убивающий любую плоть, если в ней нет присутствия туманной магии.

Далькоры выдвинули ультиматум божкам. Те поставляют им нужное количество девальвирцев для питания энергией, и тогда сверхраса не будет идти на королевства и убивать всё живое. На том и договорились. Но потом разведка далькоров, их обращённые мертвецы, что могли ходить по королевствам, донесли о готовящемся магическом ударе со стороны сверхмага Торола, открывшего способ, как убить далькоров. И когда он нанёс удар, те были готовы, но до конца отразить не получилось, и многие слабые маги далькоров погибли. Король Тойвен отзеркалил Торолу его удар, добавив в него туманную магию для проклятья. И затем потомки сверхмага, на которых легло это проклятье, не выживали, кроме одного, выбранного наследником.

Далькоры ждали из этих потомков второго ребёнка-девочку после объявленного наследника, что справится с магией тумана и выживет. Этот ребёнок станет живым источником и спасением сверхрасы. Женщины далькоров, будучи слабыми магами, погибли во время удара Торола. Получив такой неиссякаемый источник-женщину, далькоры бы решили проблему не только с наполнением магией своей крови, но и с рождаемостью.

– А теперь представь, сколько девальвирцев ты спасёшь, если добровольно отдашь нам себя, – закончил свой рассказ Лойс.

– Меня предупреждал Торол и все окружающие, что вы горазды врать! – недоверчиво произнесла Милана. Ей совсем не улыбалось стать средством пополнения магических сил далькоров и жить в вечном тумане, да ещё и рожать им детей. Та ещё перспективка! Тем более кровожадность далькоров никто не отменял, они не щадили людей, убивали сами и при помощи своих убийц. Что-то уж не очень-то похожи на пострадавшую несчастную новорасу, каким пытается представить перед ней свой народ Лойс. Милана, пройдя жестокие уроки, полученные в результате своей доверчивости, больше уже так не доверяла.

– С чего бы мне тебе врать? – удивился Лойс.

– Кстати, почему твой голос сейчас такой красивый у меня в голове, а когда я слышала голос в голове Ювия, принца Фалеппа, он был ужасным и скрипучим? – вдруг задала Милана вопрос.

– Это из-за искажения заклинания управления, что помещено в его мозг. Хорошо… признаюсь честно. Когда ты улетала, я подсадил в твоё сознание заклинание связи, чтобы иметь возможность с тобой общаться. Мне хотелось, чтобы мы узнали друг друга лучше. Нам ведь предстоят годы бессмертия вместе, – сообщил будничным тоном далькоровский принц.

– Иди-ка ты в баню с «годами бессмертия вместе»! – от души пожелала девушка нахальному принцу. – Я найду способ вытащить «это» из моего сознания!

– Удачи в нелёгком деле! – пожелал в ответ обидевшийся «нахальный принц». – Ладно, спи! Приятно было пообщаться, кроме последней твоей фразы. Я скоро вернусь, детка! Не скучай!

Спустя секунду Милана крепко уснула.

## Глава 4. Одной королевой меньше…

Правитель Фалеппа Кеврий отдал распоряжения тронбрейву об организации траурных недель в королевстве по погибшей королеве Плее и зашёл в покои, где лежала принцесса Гивея. Ивьере уже стало немного получше, опасный период, когда она находилась на грани смерти, миновал. Но девушка ещё была очень слаба. Вернуть энергию частично удалось реликвиями, принесёнными матерью принцессы, королевой Неймен, сразу же, как случилось несчастье. Кеврий и король Корш создали телепорт между государствами для этой цели. Неймен оставалась рядом с дочерью с того момента и ждала её выздоровления. У Гивея не было такого сильного целителя, каким являлся лекарь Фалеппа.

Когда Кеврий зашёл к принцессе, королева Гивея после суток бодрствования у постели дочери всё же сдалась и удалилась в свои покои спать, убедившись, что опасность для жизни Ивьеры миновала. Король Фалеппа сел в кресло, стоявшее у кровати гивейской принцессы.

– Благодарю за спасение! – произнесла Ивьера слабым голосом, почти прошептав слова. – Мои глубокие соболезнования… – она перевела дух и собиралась с силами, ненадолго замолчав. – Я у вас в долгу за спасение моей жизни…

– Не надо говорить, вы ещё слабы, – мягко ответил Кеврий и легонько сжал пальцы её руки, бессильно лежавшей на кровати.

– Ваша мама… – из глаз принцессы полились слёзы. – Моя мама всё рассказала, что случилось…

– Она защищала Малию, – вздохнул Кеврий. – И много раз мне говорила, что хочет загладить свою вину перед сестрой Алестой. Это угнетало её всё время после гибели семьи сестры. Она по-другому не могла поступить, я уверен, что её душа теперь спокойна и обитает в мирах божественных наблюдателей…

– Малия…

– Пока не нашли, – покачал головой Кеврий. – Если её не забрали далькоры, то она выберется из тумана. Повсюду вдоль границы тумана зеркала наблюдения, руны и наши смотровые водопады.

Только король Фалеппа закончил говорить, как перед ним возникло зеркало связи, на котором появилась сама Милана, о которой только что вспомнили. Глаза Кеврия расширились от изумления, и на мгновение он потерял дар речи. Слишком уж неожиданное получилось появление принцессы. Позади неё он увидел Фейрока, с беспокоством смотрящего в зеркало.

– Братик! – сказала Милана, и в глазах её появились слёзы. – Я… не знаю слов, чтобы… – как она ни старалась держаться, всё-таки разрыдалась.

– Наши соболезнования, брат! – с горечью в голосе произнёс Фейрок. – Если тебе нужна какая-либо помощь, только скажи, я всегда буду рад сделать для тебя всё, что попросишь, возможное и невозможное!

Благодарю, Фейрок! Очень признателен за предложение! – вежливо ответил Кеврий, слегка поклонившись, и более мягким голосом обратился к Милане:

– Всё хорошо, малышка. Не плачь! Мама исполнила то, что жаждала сделать уже много лет её душа, она постоянно жила, чувствуя вину перед сестрой.

– Как Ивьера? – с беспокойством и надеждой спросила Милана.

– Ей лучше, смерть больше не угрожает ей, – фалеппийский король развернул зеркало, направив на лежащую Ивьеру. – Вот и она.

Ивьера слабо улыбнулась и слегка приподняла руку.

– Выздоравливай, Ивьерочка, поскорее! Мне тебя очень не хватает, любимая подруга! – в голубых глазах Миланы стояли любовь и сочувствие.

– Стараюсь, – снова улыбнулась гивейская принцесса.

Попрощавшись с фалеппийским королём, Фейрок следующим зеркалом связи вызвал короля Корша и договорился о визите сестры и её сопровождающих на следующий день. Следовало, не откладывая, найти город, где был заблокирован лейро. Далькоры не дадут расслабиться и скоро уже должны нагрянуть их посланники. Король Корвена сокрушался, что из-за своего восшествия на трон он не мог ещё сам идти с сестрой и приходилось надеяться только на её спутников и Торола. Он помнил сверхмага, часто сопровождавшего отца повсюду, поэтому сразу узнал его, увидев рядом с Малией.

Милана, проснувшись, попыталась рассказать брату о своём разговоре с далькором Лойсом перед сном, где принц выдал ей так много информации. Но с удивлением обнаружила, что не может сказать ни слова из его рассказа, как и о том, что он засунул в её голову заклинание связи. И вот это уже было страшно! Она вообще никак не могла рассказать о нём! Девушка попробовала написать, и это тоже не принесло результатов. Она лихорадочно искала способ донести до брата, что в её сознание может проникать далькор и способен даже читать её мысли. Но никак не могла ничего придумать.

Милана села в кресло и, пока Фейрок разговаривал с королём Коршем, пыталась отогнать невесёлые думы. Она старалась не слушать, о чём договаривались короли, ведь теперь всё это может сразу узнать далькор! Вдруг кресло, стоявшее рядом с ней, кто-то придвинул ещё ближе. Орлик бесцеремонно уселся почти вплотную к девушке. Он положил свою тёплую ладонь на её руку, лежавшую на подлокотнике. Милана не стала убирать руку, присутствие рядом корвенского принца давало какое-то чувство защищённости. А она в защите теперь очень нуждалась.

– О чём задумалась, милая Малия? – в зелёных глазах принца плескались любовь и восхищение. Девушка, поймав его взгляд, даже невольно подумала, что теперь это неизменное состояние бывшего «чудовища», похоже, будет длиться вечно.

– Не знаю, – вздохнув, честно ответила она.

«Да ладно! Не всё так плохо!» – неожиданно появился в её голове Лойс. «Исчезни, чудовище! Оставь в покое!» – разозлилась мысленно Милана. «Я по делу! – сообщил он. – Кое-что надо тебе сказа…» – и вдруг оборвался. Девушка в этот момент почувствовала корвенскую энергию, входившую в её руку. Принц не знал, что являясь живым источником, принцесса Малия могла ощущать магическое заклинание, проникающее в неё, если магия, из которой оно изготовлено, уже в ней присутствовала.

Орлик, счастливый, что она не убрала руку, решил закрепить достигнутое расположение к нему принцессы и добавить в свои действия заклинание симпатии, которым обладали сильные маги холода. Недолго думая, хитрый принц направил эффект, замораживающий любой негатив, в голову принцессы через касание её руки. Заклинание девушке симпатии к Орлику не прибавило, Милана была невосприимчива к магиям, которые уже присутствовали в ней. Зато на время приморозило средство связи далькора, находившееся в её голове.

– Ты ничего сейчас не делал? – поинтересовалась она у принца. – Никаких заклинаний?

– Э-эм… – замялся пойманный на месте преступления Орлик. Но говорить неправду любимой он не мог. – Просто добавил тебе возможность видеть меня в более привлекательном свете… – признался он и ждал со страхом в сердце, что Милана теперь разозлится на него.

Но следующей фразой она сразила его наповал:

– Делай так как можно чаще! Особенно, когда я попрошу! Хорошо?

Опешив от неожиданности, он согласно кивнул. Эмоции влюблённого мужчины зашкаливали: «Она отзывается на мои чувства! Я ей нравлюсь!» Фейрок краем глаза заметил действия принца и ответную реакцию сестры. Вернее, никакой реакции – она не отняла свою руку, а продолжала разговаривать с Орликом. «Что ж, Малия, какой бы ни был твой выбор, я соглашусь с ним…» – вздохнув, подумал корвенский король.

Королева Корвена, всеми заброшенная, так и не получив ответа и от далькоров, отчаялась и уже ничего не ждала. Скорее всего, она опоздала со своим посланием, и они тогда уже покинули то место. Релькия вышла на террасу, ведущую в летний сад, и посмотрела на темнеющее небо, где уже начали зажигаться первые звёзды. Надвигалась ночь. Королева решила прогуляться перед сном. Это единственное, что ей теперь было доступно – бродить по саду в одиночестве и не видеть усмешек слуг вокруг во дворце. Эти наглецы даже и не пытались их скрывать. Постоянное унижение убивало, но она держалась и не сдавалась. Ради мести она должна была всё перенести и дождаться своего часа.

Релькия задумчиво шла по аллее с высокими цветущими деревьями и вдыхала удивительно приятный аромат цветов. Вдруг на аллею, метрах в двадцати от бывшей правительницы Корвена, вышел мужчина в черном плаще и в капюшоне. Он стоял и ждал. Сердце королевы забилось сильнее: «Далькоры прочли мой свиток!» Она смело приблизилась к тёмному человеку. Подойдя ближе, она невольно ужаснулась – перед ней стоял мельсапийский король Варел.

– Вы… наверное, пришли за своей дочерью? – еле смогла проговорить она, даже позабыв поприветствовать этого убийцу-мага от далькоров. Почему-то вспомнилось услышанное случайно повествование Орлика о смерти королевы Фалеппа, когда тот рассказывал об этом Фейроку. По спине женщины пробежал ледяной холодок. Релькии показалось, что она вдруг сильно замёрзла.

– Нет, – спокойно сказал Варел. – Мне теперь её не победить, у неё есть мельсапийская магия. Я за тобой, Релькия. Ты просила хозяев об обращении. Они согласны.

– Обращении? – поёжилась королева. – Я просила взять меня на службу…

– Это и есть служба, – усмехнулся Варел. – Как ещё ты собираешься выжить в магическом тумане? Он уничтожит твою плоть мгновенно.

– А как я попаду внутрь его?

– Подойдешь к нему близко в месте, что я укажу, и тебя телепортируют хозяева, – сообщил с невозмутимым видом Варел. – Меня отправили к тебе лишь потому, что надо снять твои браслеты. Обычно транспортировкой новых слуг занимаются служители пониже рангом. Так что, я оказал тебе честь, запомни этот момент! – он издал язвительный смешок.

– Ну что, готова? – спросил он.

– А я могу взять время подумать? Я не знала, что обращать… – начала она, пытаясь выиграть время. Что-то ей перестала нравится эта затея.

– Не можешь, – он смерил её презрительным взглядом. – Ты просила, подписалась. Твою просьбу приняли и утвердили. Будь добра прибыть на место сейчас же! Я сниму твои браслеты и делай телепорт к месту, куда отправляете десятилетние жертвы. Всё надо делать быстро, или Фейрок настигнет тебя. Ты же знаешь, что он, как правитель, почувствует твой телепорт.

– Знаю, – кивнула она, а про себя подумала, что может и стоит задержаться с телепортом, и тогда король Корвена успеет оградить её от страшной участи.

– Если ты не успеешь, и корвенский король настигнет нас, я тебя сразу убью, – просветил её Варел, уничтожив надежду, и, пожав плечами, добавил:

– Подумаешь, одной королевой больше, одной меньше…

Релькия снова вспомнила описание пены, оставшейся от Плеи, и сердце похолодело от ужаса. Но жуткий посланник далькоров не дал ей опомниться и резким движением сорвал браслеты, закинув их далеко в траву.

– Но почему не заберёшь? – удивилась его поступку королева.

– Они на нас не действуют, как теперь не подействуют и на Малию, зачем они нам? Бесполезная вещица, – усмехнулся Варел. – Создавай телепорт! И быстро!

Релькии ничего не оставалось, как подчиниться и отправиться навстречу своей новой жизни. Или жизни после смерти, как подумалось ей, когда она проходила в телепорт, пропускаемая вперёд «джентльменом» Варелом.

Фейрок мгновенно почувствовал зеркальный телепорт, который не был с ним согласован, как и место, куда тот вёл. Он в секунду создал своё зеркало и влетел в него, в надежде остановить нарушителя. Когда он вышел, то увидел Релькию возле тумана и какого-то человека в чёрном. Король Корвена швырнул заклинание инея, чтобы обездвижить наглецов. Но опоздал на какую-то долю секунды. Королева растворилась в воздухе, её спутник отмахнулся туманным щитом от заклинания Фейрока со своей стороны и шагнул в туман…

## Глава 5 Котики далькоров

Фейрок, увидев, как исчезла Релькия, плюнул в сердцах:

– Туда тебе и дорога! Значит, больше не числим в живых! – он развернулся и ушёл в телепорт. Зеркало рассеялось. Если бы король хоть немного задержался, он бы увидел, как через секунду воздух снова задрожал, и перед туманом возникла божественный наблюдатель Еливия, тоже торопившаяся перехватить корвенскую королеву. Богиня повернулась к туману и, словно видела там кого-то, произнесла:

– Ты начал нарушать договор, Тойвен? Особу королевской крови вне графика?

Оказалось, она, и правда, там увидела далькоровского короля, потому что тот не замедлил с ответом, усмехнувшись:

– Я не нарушил. Она сама добровольно попросила.

К богине вылетел из тумана свиток, развернулся и повис в воздухе так, чтобы она смогла прочитать. Еливия скривилась, передёрнув плечами:

– Уму непостижимо! Какое тысячелетие живу, а такое вижу впервые! Да уж! Эта королева – образец под стать вам!

– А что в нас не так? – поинтересовался Тойвен.

– И ты ещё спрашиваешь! Вы – недоразумение этого мира! – гневно сказала богиня, нахмурив прекрасные брови. – Пьете энергию у живых людей! А теперь ещё и превращаете их в живущих мертвецов. Некромантия запрещена в Девальвире!

– Хм… А не напомнишь ли, дорогая Еливия, кто нас сделал теми, кто превращает людей в живых мертвецов? – глухим угрожающим голосом спросил правитель далькоров.

– Вы изначально не должны были существовать! – заявила божественный наблюдатель.

– Хорошо же вам ваши старейшины промывают мозги! – издевательски хохотнул Тойвен. – Может, пока не поздно, красавица Еливия, присоединишься ко мне? Не хочешь стать далькоркой? Я только буду рад помочь этому произойти, кто откажется от такой шикарной женщины! – вкрадчиво сладким голосом добавил он.

– Наглец! – вспыхнула богиня, предательский румянец выступил на её щеках. Воздух задрожал, и Еливия исчезла.

Фейрок не увидел их разговор. Но зато Еливию заметил Элвем, возвращающийся в Корвен на светящейся руне после посещения своего королевства. Когда Малия уснула, он вернулся в Ламорию, чтобы завершить государственные дела, так как предстояло новое путешествие в Гивей, и кто знает, когда правитель снова появится в своей стране. Всё управление опять легло на плечи гира Сворда.

Элвем наложил на себя инвиз и бесшумно спустился на руне поближе. Он слышал почти весь разговор. Ему подумалось, что не зря он подозревал божеств. С божественными наблюдателями что-то было не так. Получается, далькоров сделали такими сами божества? Еливия, увлечённая разговором с королём далькоров, позволив эмоциям нарушить своё спокойствие, потеряла на какое-то время возможность чувствовать человека в невидимости. Однако, Тойвен, не утративший сосредоточенности, прекрасно его определил и, когда рассерженная богиня исчезла, сказал собиравшемуся улетать бессмертному королю:

– Стой! В городе, куда вы собрались, те твари ещё живы. Передай Малии, чтоб поменьше игралась с заклинанием симпатии принца Орлика, иначе мы вынуждены будем убить наследника Корвена!

– Тойвен? – Элвем был потрясён, что невидимый в тумане собеседник видит его, рунного мага, в инвизе. – И почему я такое должен ей сказать?

– Если не скажешь – вы все погибните. Мой наидобрейший сын решил помочь Малии. Как по мне, так он затеял бесполезную возню, я бы предпочёл видеть вас мёртвыми, – произнёс король далькоров с сарказмом в голосе. – В город пусть войдут первыми сестры из Перрии, они уведут тварей. Хотя, можете нам сразу отдать Малию и избежать пустой беготни, но то ваше дело. Рано или поздно, моё терпение лопнет!

– С чего мне тебе верить, что твои сёстры не заберут её с собой? – вскинулся Элвем. Но ему больше никто не отвечал. Спустя некоторое время правитель Ламории понял, что Тойвен просто ушёл, не попрощавшись. «Кажется мне, что и божества, и далькоры – это стороны одной и той же руны…» – подумал король, вышел из инвиза и полетел во дворец, подняв руну в воздух.

– Что ты делаешь с заклинанием симпатии? – в лоб спросил Орлика Элвем, столкнувшись с ним в покоях Миланы. Бессмертный король, прилетев во дворец, сразу же телепортировался в комнату принцессы Мельсапа. Милана услышала его вопрос и удивилась:

– Откуда ты знаешь?

Элвему пришлось сказать, что просил передать Тойвен. И ещё он рассказал о разговоре богини Еливии и короля далькоров. Орлик и Фейрок были шокированы. А Милана, наоборот, сидела спокойно и ничему не удивилась. Зато её спокойствию удивились Фейрок, Орлик и Элвем, наконец, обратившие внимание, что это всё для девушки не новости. Но на все вопросы она только пожимала плечами с несчастным видом. Как объяснишь, что тебе не дают говорить обо всем, что узнаёшь из общения в голове, если и объяснение не дают сказать. И тогда решили вызвать Торола.

Сверхмаг, рассерженный, что его так долго не выпускали из селвиора, сначала стоял молча и с обиженным видом, скрестив руки. Затем проговорил лишь фразу о морении голодом и жаждой беззащитных стариков проклятыми сардюками. Фейрок распорядился накрыть стол прямо в покоях Малии, раздавая приказы вперемешку с укоризненными словами в адрес Торола:

– Тебе ведь это совсем не нужно, иллюзия ты старая!

– Много ты понимаешь! – недовольно заявил сверхмаг. Король в ответ только вздохнул, покачав головой.

– Хех, так ты теперь у нас больше не женат? – подмигнул повеселевший от вида различной еды старик Фейроку, когда уже уселся за стол, уставленный блюдами с яствами и напитками. – Была королева Корвена и не стало королевы!

– Ну-ка ещё раз повтори и медленно, что тебе сказал проклятущий Тойвен? – обратился Торол к Элвему. Выслушав снова весь рассказ, сверхмаг поджал губы и задумался. Спустя несколько минут он произнёс:

– Значит, всё усложняется. Я думал, если мы обнаружим тех тварей живыми, использовать силы Малии. Она бы справилась с ними, но теперь ей нельзя и близко подходить к городу, далькоры всё знают и будут её ждать. Мда-а-а…

Все выжидающе молча смотрели на него. Он пристально глянул на Милану и сказал:

– Меня вот интересует ещё, при чём здесь заклинание симпатии и… – он осёкся и вдруг вскочил из-за стола. – Далькоры знают о городе. Заклинание симпатии, замораживающее негатив! Вот оно!

Милана смотрела на него с надеждой в глазах. Торол подошёл к ней и приложил руку к затылку девушки. Его лицо помрачнело. Он повернулся к ожидающим трём магам:

– В глупом потомке средство связи далькоров! – На лице старика отражался неподдельный страх, который охватил теперь и всех присутствующих.

– И как это вытащить? И почему она не говорит о нём ничего? – засыпал Торола вопросами начавший переживать Фейрок и обратился к самой Милане:

– Они связывались с тобой?

Милана молча смотрела в ответ, не имея возможности даже подать какой-либо знак. Но за неё ответил сверхмаг, в его голосе сквозило отчаяние:

– Она не может об этом рассказать. Конечно, уже связывались. Иначе, откуда им знать о городе и заклинании симпатии. Оно на короткое время нарушает работу далькоровского средства связи, принимая его за негатив в мыслях девушки. Я знаком с такой штукой. Они подсадили в голову моего сына подобную вещь, и хотя мы с божественным наблюдателем блокировали тогда заклинание, будучи уверенными, что справились, король Тойвен всё равно узнал всё о готовящемся мной нападении. И, получается, о проклятии, приготовленном для моих потомков в качестве второго оружия против далькоров, тоже знал, подмешав в него свою магию.

– Как это убрать из её головы? – снова повторил свой вопрос Фейрок.

– Никак! – огрызнулся Торол. – Это заклинание надо было отразить ещё в пути, когда оно летело в её голову! А я, старый дурак, забыл об этой способности далькоров, когда мы улетали из Ореля на руне бессмертного короля!

На глазах бедной девушки выступили слёзы. «Боже! Он теперь что, навсегда останется в моей голове?!» – с ужасом подумала она. «Ну почему навсегда, – сразу же отозвался Лойс невозмутимым голосом. – Как только ты придёшь ко мне и добровольно отдашь себя нам, необходимость в этом отпадёт».

«Обрадовал!» – язвительно ответила девушка. Её взяло зло. Да кто эти далькоры такие, какое у них вообще право предъявлять на неё, Милану, права! Она своя собственная и больше ничья! Как же любят в этом мире подчинять себе, брать в рабство, навязывать свою волю! Использовать бесконтрольно магию на тех, кто слабее!

«Ого! – восхитился Лойс, подслушав её мысли. – Сразу видно уроженку планеты Земля. Хотя, у них там тоже всё так же, разве что, без магии только. У нас всё изощрённее, и от этого интереснее!» – последнее предложение он уже добавил с озорным смешком.

А тем временем Торол и трое магов, создав звуконепроницаемый купол, скрылись в нём и обсуждали, как сделать так, чтобы открыть город, остановить тварей, а Малию не подпускать туда и скрыть в каком-то из источников поблизости, чтобы она ждала знака, когда вытаскивать лейро. План постепенно вырисовывался.

«Лучше скажи тем идиотам в куполе, чтобы не совались в город, иначе неминуемая смерть, – покровительственно произнёс Лойс. – В том городе живут наши котики».

«Кто?!» – переспросила удивлённо Милана, подумав, что ослышалась.

«Ну, кошки. Ты их знаешь, на Земле они как домашние животные живут у людей, – начал пояснять Лойс. – Около пары тысяч лет назад, одна из жён моего отца, бывая на Земле, обратила на них внимание, какие они миленькие. Но сюда из того измерения не перенести живое существо, все умирают сразу. И люди, и животные. Тогда попробовали приручить сурелов, видоизменив их магическую составляющую с помощью туманной магии», – он замолчал.

«И дальше что?» – спросила Милана, которую стало разбирать любопытство, чем же закончилась история одомашнивания жутких сурелов.

«Произошёл какой-то сбой в эксперименте, твари вырвались из лаборатории и начали пожирать наших обращённых слуг, – вздохнул принц далькоров. – Пришлось переместить их в глубину пустынь Гивея, где никто никогда не жил. Откуда нам было знать, что судно какого-то торговца потерпит крушение на скалах, выходящих к морю, и торговец отправится через ту пустыню с семьёй в столицу, а посередине у оазиса останется жить. И вскоре там разрастётся город Белумьер».

«Твари сожрали там всех?!» – ужаснулась Милана.

«Почти всех жителей, – подтвердил Лойс. – Котики оказались бессмертны, как и мы из-за магии тумана. И невосприимчивы к магиям королевств, как и мы. Ну и последнее, они тоже питаются магической энергией из тел девальвирцев, как и мы», – он снова замолчал. Милана, потрясённая, тоже молчала. Лойс, не дождавшись от неё ни звука, продолжил:

«Они сейчас в спячке. Мы их тогда отправили в глубину пустыни, полагая, что они там так и будут спать. Но люди – свежая еда, разбудили наших кошечек, – в его голосе совершенно не было сочувствия или сожаления, и это казалось Милане очень возмутительным. – Твои друзья умрут. Если сунутся туда. Но я тебе помогу их спасти, потому и пытался тогда сказать, а ты меня заклинанием симпатии в ответ, такая вредная девушка!» – последние слова он произнёс наигранно обиженным тоном.

«Интересно, с чего бы ты был таким добрым! И как ты поможешь?» – спросила она.

«Я отправлю туда лучших укротительниц самых злых котиков в мире! – весело произнёс Лойс. Похоже, ситуация его очень сильно забавляла. – Они их удержат на месте, пока город будет распечатан. Ты в это время вытаскивай своё лейро. А после пусть старикашка запечатает город назад, как только сёстры-перрийки выйдут оттуда».

«А ты знаешь для чего лейро? – поинтересовалась с ехидством девушка. – Наверняка знаешь!»

«А то! Конечно! Чтобы убить нас, далькоров», – расхохотался принц.

«И после этого ты мне помогаешь?!» – Милане что-то не верилось в честную помощь далькора.

«Ну, знаешь ли, я обожаю риск! Адреналин опять же, как говорят у вас на Земле, – коварно усмехнулся Лойс. – И уверен, что ты не убьёшь нас, а будешь нашей королевой. Так что, развлекайся пока со своим лейро. А после я тебя заберу, если сама не придёшь».

«Смотри, какой уверенный! – в свою очередь съехидничала Милана. – Развлекусь с лейро так, что вам придёт конец, убийцы невинных людей!»

«Глупая принцесса, но очень миленькая, – покровительственным тоном сказал принц далькоров. – Ты даже не знаешь, какое оружие уже в твоих руках, и способности, что даёт наша магия! Отправила бы уже всех подальше и развлекалась в своё удовольствие. У тебя наша чистая магия, та, что была изначально, до изменения её божками. С её помощью ты можешь перемещаться со скоростью света не только в этом мире, но и на Земле, перемещаться в соседнее измерение, сохраняя магию при себе! И этому всему мы могли бы тебя научить!»

Милана потрясённо молчала. Ну вот, опять он соблазняет её перемещением на Землю. Как же безумно хочется обнять родителей…

## Глава 6. Музыка, или Как поют принцессы

Лойс отлично слышал мысли Миланы и не преминул сообщить в ответ на её думы о родителях: «Кстати, свободно перемещаясь с нашим артефактом на Землю, ты бы маму смогла вернуть в её родной мир!»

«Нет уж, думаю, ей там лучше живётся, чем будет здесь!» – отрезала Милана.

«Я могу проведать её и сообщить о тебе хорошие вест… – он не договорил, потому что мысленный крик девушки «Не-е-е-т!» заглушил все слова принца. «Ладно-ладно! Как хочешь, я просто предложил», – примирительно сказал он.

«Уйди, а? Замолчи хоть на время!» – взмолилась Милана, которой надоело слушать назойливый голос далькора в голове.

«И не подумаю! Мне здесь очень комфортно», – поддразнил он девушку.

Милана подумала, что надо попросить Орлика о заклинании симпатии. Но мягкий и ласковый голос Лойса вдруг резко сменился на жёсткий и угрожающий: «Не советую! Больше никаких заклинаний симпатии, или я убью корвенского принца! И поверь, мне совсем не сложно это организовать. Ты желаешь ему быструю смерть или не очень?»

Девушке от отчаяния захотелось заплакать. Лойс лишь усмехнулся. И тогда она решила петь. А вот петь ей удавалось, на самом деле, очень плохо. В детстве Милану не брали даже в школьный хор, когда готовились выступать к каким-нибудь праздникам. А Дед Мороз, приходивший ежегодно с подарками, предпочитал слушать только её чтение стихов и ни в коем случае не пение песен возле ёлки. Поддавшись какому-то непонятному предчувствию, она запела. Девушка пела все песни в мыслях, какие только могла вспомнить. И свершилось чудо! Голос Лойса сразу же исчез из головы. Она помолчала, перестав петь, но в голове по-прежнему царила блаженная тишина.

Тойвен и Лойс сидели недалеко друг от друга, каждый утопая в своём уютном кресле. Король далькоров просматривал зеркала развлечений и новостей, принц занимался разговором с Миланой. Комната, где они находились, напоминала большую гостиную в доме какого-нибудь современного бизнесмена с Земли. Помещение было обставлено со вкусом, идеальный интерьер в стиле модерна.

Плавные линии и округлость обстановки и отделки комнаты полностью сочетались в одно целое, во всём преобладали пепельные цвета, огромные четыре окна и круглые большие светильники украшали узорные витражи. На стенах расположились барельефы. Вся мебель была выполнена из натуральной древесины. Перед креслами, где сидели король и принц далькоров, посередине стены был сделан красивый большой камин, внутри уютно потрескивал огонь. В глубине комнаты виднелась широкая лестница с перилами, которые обвивал великолепный узор в виде цветущих веток земной сакуры. Лестница вела на следующий этаж. Пол устилал натуральный паркет.

Вдруг принц вскочил со своего кресла, на его лице была недовольная гримаса. Он подошёл к камину, где на полке стояла статуэтка из серебристого материала в виде раскрывшегося диковинного цветка. Лойс провёл над ней рукой, и в комнату полилась красивая классическая музыка в рок-обработке. Это была земная мелодия из многочисленных музыкальных сборников Лойса, взятых с собой во время посещений им Земли. Пространство наполнили звуки Douce Melodie в исполнении Peter Wekers & L.S.O.

– Что случилось? – с любопытством спросил Тойвен сына. Похоже, что-то произошло у Миланы, если принц не смог продолжать разговор с ней.

– Она просто ужасно поёт! – поморщился Лойс, который являлся истинным ценителем и почитателем музыки. Пение Миланы пока что отбило охоту общения. Принц далькоров стоял, слушал прекрасные звуки этюда, пытаясь забыть пение девушки, и с возмущённым видом смотрел, как от души хохочет Тойвен. Король далькоров, остановив смех на время, озорно взглянул на Лойса и поучительным тоном произнёс:

– Не так уж и плох тот факт, что её пение фальшиво. Это не настолько опасно, как активация лейро! У всего, сын, есть свои минусы и плюсы. Главное, найти нужный плюс! Этим плюсом является она сама. Тебе придётся долго терпеть её пение и даже привыкнуть к нему, – и он расхохотался громче, увидев, как помрачнело лицо принца ещё сильнее.

Ранним утром короли Корш и Фейрок настроили телепорт в гивейский дворец. Всё теперь решали, исключая из бесед Милану, в голове которой находилось средство связи далькоров. Поэтому она молча подчинялась тому, что ей говорили делать. Лойс, получив мощную порцию мысленного концерта из невероятно фальшивого пения девушки, пока не возвращался в её мысли, и это очень её радовало. Похоже, она нашла способ выгонять его из своей головы и без помощи заклинания симпатии.

К сожалению, чтобы Торол был активен, принцесса Малия с селвиором должна быть поблизости. Благодаря магии реликвия позволяла сверхмагу находиться не дальше десяти километров. Элвем пролетел над местом, где находился запечатанный город с тварями, и нашёл несколько гивейских источников магии, расположенных в пределах десятикилометрового радиуса. Чтобы не оставлять Милану одну, рядом с ней теперь всегда неизменно устанавливался звуконепроницаемый купол, внутри которого маги, сопровождающие мельсапийскую принцессу, обсуждали планы.

Наконец, всё обговорили. Нашли в пяти километрах подходящий источник, располагавшийся в большом оазисе. Вся местность вокруг оазиса прекрасно просматривалась. Король Корш с самыми лучшими гивейскими магами вызвался лично охранять там Малию, пока Торол с Элвемом и Орликом будет распечатывать город. Бессмертный король и корвенский принц собирались летать на руне рядом с городом и создавать совместные защитные заграждения по периметру. Оставалось лишь надеяться, что хотя бы на время это удержит магических тварей внутри открытого Белумьера.

Фейрок и Корш создали телепорт буквально в шаге от источника, чтобы в случае опасности Милана могла сразу телепортироваться в Корвен. Далькоры, находившиеся тогда в Ореле в своей родной магии, могли мгновенно перехватить принцессу у телепорта. Но вне магии тумана такой способностью не обладал никто, что очень радовало. Так как здесь пребывание в источнике не спасёт Милану. Сильные маги далькоров, обладающие перрийской и веронской магией, могли захватить девушку.

Спутники принцессы тщательно разработали этот план, и всё предусмотрели. Сама Милана ничего не знала. Её доставили через телепорт в какой-то оазис, где бил сильный фонтан огненной магии Гивея. Рядом с источником находился телепорт. Девушке сказали стоять в источнике и ждать знака, когда нужно представить часть лейро и вытащить его. Времени на получение куска артефакта было очень мало, лишь несколько минут. Этот период Орлик и Элвем надеялись удержать тварей внутри распечатанного города.

«Они не смогут, – вдруг сообщил голос Лойса в голове Миланы, стоявшей в источнике. – Стой и жди моего сигнала, и тогда тащи лейро. Не вздумай петь, погубишь своих друзей. Тебе же хуже будет!»

«Хорошо!» – согласилась девушка. Выхода у неё другого и не было. А тревога за Элвема и Орлика усилилась ещё больше. Эти магические твари обладали всеми способностями далькоров и могли перемещаться со скоростью света на небольшие расстояния. А кого они не могли настичь, достигала магия тумана, которой щедро их наградили «экспериментаторы».

Торол, Элвем и Орлик подлетели к месту, где должен находиться город Белумьер. Они увидели стоявших внизу трёх магов. Это были сёстры-перрийки и Варел. Не успели прибывшие маги что-либо предпринять, как бывший король Мельсапа им крикнул:

– Мы здесь, чтобы помочь! Хозяева не хотят вашей смерти!

– С чего нам вам верить? – крикнул в ответ Торол.

– С того, что у вас нет вариантов других, – усмехнулся Варел. – Торол спускайся сюда, остальные нам не нужны. Пусть взлетят повыше, эти «кошки» молниеносны.

Маги, стоявшие на руне, переглянулись. Торол решился:

– Мне они ничего не сделают. Посмотрим, что задумали. Если что-то не так будет, шлите сигнал Коршу и улетайте сами.

– Им надо видеть, когда город будет распечатан! – крикнул Торол снова Варелу.

– Не надо! Они и передать не успеют, как умрут! Принцессе дадут сигнал, не волнуйся!

– Всё это очень странно! – произнёс с сомнением Элвем. – для чего далькорам приближать собственную смерть? Или мы что-то ещё не знаем о лейро?

– Всё мы знаем! – рявкнул изрядно нервничающий Торол. Он и сам ненавидел ситуации, когда в воздухе висит неизвестность, но не мог подрывать свой авторитет, показывая, что ему какие-то факты неизвестны об артефакте, который сам лично и сделал. Хватило уже узнать подробности о собственном проклятии на своих потомков, куда подмешал магию король далькоров Тойвен. И что, как теперь выяснилось, стало причиной смерти многих детей, рождающихся у королей Мельсапа. Далькоры, обращающие девальвирцев в своих слуг-живых мертвецов – изощрённые экспериментаторы с телами, жизнью и смертью. Подобное было запрещено в Девальвире. Но этим туманным убийцам никакой закон не писан. И они очень коварны, уж это Торол знал на личном опыте, более чем…

– Поднимитесь выше и ждите. В любом случае здесь вам ничего не сделать, а я попытаюсь. Если я исчезну, значит, вернулся в селвиор. Сразу сообщите потомку, пусть вызовет меня! И предупредите её! И не забудьте, а то я вас знаю, сардюки! – Торол пытался скрыть своё беспокойство за отвлекающими словами. Он мгновенно очутился рядом с Варелом, покинув руну, и махнул рукой бессмертному королю и принцу, чтобы те поднялись выше в воздух.

– Интересно, что задумали твои хозяева, Варел, – произнёс сверхмаг, пристально разглядывая бывшего короля Мельсапа, так хорошо ему знакомого. – Я тебе давал знания. Не я ли тебя выручал всегда и находился рядом, помогал! А ты отдал себя в служение этим убийцам, вместо того, чтобы достойно умереть! – последние слова Торол произнёс с презрением и негодованием.

– Ты заблуждаешься, Торол, – спокойно ответил Варел. – Пока я живой – это благо! И могу действовать и что-то сделать полезное для моей семьи, которую твой божок отобрал у меня! Но ничего, хозяева всё исправят!

– Благо? – невесело рассмеялся старик. – Подобную жизнь, как у тебя, ты называешь благом?

– А лучше погибнуть? – ответил вопросом на вопрос король и гордо добавил:

– Мои хозяева – сверхсущества! У них огромные способности, и в отличие от божков они никому не навязывают свою волю, предоставляя выбор!

– Хорош выбор – влачить такое жалкое существование, как у тебя, или умереть. Вот и весь выбор, – усмехнулся Торол. Сверхмаг видел, что от прежнего Варела, которого он знал, мало осталось. Король уже был почти мёртв. «Жизнь» в телах обращённых могла поддерживаться около двадцати лет, и затем они всё равно окончательно умирали.

– Ладно, что от меня требуется, объясняй, – сказал Торол после секундной паузы. – Вижу, тебе поправили мозг в ту сторону, как им было нужно. Уж перекраивать тела твои хозяева мастера!

– Королевы Перрии станут перед воротами города и, когда ты снимешь с него заклинания печати, окажутся внутри и будут удерживать тварей. Затем по моему знаку запечатаешь назад и погрузишь в пески, как делал раньше.

– Кстати, а где их третья сестра? Насколько помню, ты с ними тремя дружил, они были неразлучны, – заметил Торол.

– Это тебя не касается. Хватит разговоров, сам же сказал, – съязвил Варел.

Торол начал шептать заклинание. Во время прочтения он постепенно вытягивал руки перед собой ладонями вверх, словно поднимал на них что-то. Король Мельсапа с интересом наблюдал за магическими действиями старика. Орлик и Элвем сверху увидели, как побежали пески, пустыня дернулась и начала расти. Поднимавшийся из песков город по периметру был огромен. Бессмертный король и принц точно не успели бы везде ставить заграждения. Спустя двадцать минут город освободился от песков полностью и возник во всей красе.

Красивые рифлёные белые стены тянулись, огораживая дома по всему периметру. А сами здания внутри были огромны, некоторые доходили пяти ярусов. Суживаясь к верху. На всех зданиях имелась лепнина, покрашенная в цвета радуги. На каждом присутствовал только один какой-то цвет. И подобрано это было так, что все здания сочетались друг с другом. Посередине города раскинулся красивый белоснежный дворец, который возвышался над всеми строениями, будучи выше примерно в два раза. Его башни все были украшены серебристыми сверкающими в лучах орелия куполами. Стены дворца покрывали различные рельефы и скульптуры. Элвем узнал в архитектуре Балумьера мастерство мельсапийских строителей.

Королевы-перрийки подошли вплотную к воротам и выполнили руками магические пассы. Вокруг города по стенам поползли синие ветки с колючками, уже знакомые Орлику и Элвему со встречи с двумя сёстрами в Гивее. Ветки росли вверх, поднимаясь в воздух, так как доступ внутрь города всё ещё был запечатан. Наконец, маги природы посчитали их размер достаточным и похоже отправили телепатически сигнал Варелу, потому что он повернулся к Торолу и произнёс:

– Снимай печати.

Сверхмаг продолжил говорить заклинания, ладони его вытянутых перед собой рук уже были нацелены на город. Через десять минут ворота поддались и начали открываться. Сёстры-перрийки мгновенно исчезли за ними и просвет между створками сразу же переплели ветки. Выросшие в воздух до этого ветви, упали в виде сетки, накрыв весь город. Элвем и Орлик сверху с ужасом увидели, как в эти сети стало ломиться множество огромных тварей, выпускающих вокруг себя туман. Вскоре весь город исчез в их тумане. Элвем поднял руну ещё выше, иначе туман зацепил бы и короля с принцем. Они оба поняли, что без помощи далькоров не смогли бы никакими силами удержать этих магических тварей. И уже погибли бы, ещё с момента открытия ворот.

В тот миг, когда печати слетели с ворот, в голове Миланы раздался голос Лойса:

– Лейро! Сейчас и быстро!

Девушка сразу представила нужную часть и почувствовала, как та появилась в руке. «Всё!» – мысленно сказала она Лойсу.

Варел повернулся к Торолу:

– Готовь печати. Начинай заклинание.

Торол начал бормотать необходимые слова. Створки ворот стали закрываться и в последний просвет просочились тенями обе сестры наружу. В следующую секунду ворота захлопнулись. Только вот секунды как раз и хватило, чтобы одна из тварей тоже оказалась снаружи города. Магический зверь чувствовал, что где-то в воздухе есть еда. Живая еда! Ещё мгновение и он, прыгнув в воздух, попытался эту еду достать. Не допрыгнув, тварь всё же сумела выпустить туманную магию на руну бессмертного короля. Элвем застыл, а Орлик, не удержавшись на руне, начал падать. Принцу очень сильно повезло, что туманная магия зверя не зацепил его, иначе обездвиженный маг холода не смог бы смягчить своё падение на песок.

Элвем, потеряв подвижность, не мог управлять руной, и она стремительно падала вниз. Торол заметил её падение уже недалеко от земли, занятый помощью сестрам при ловле магической твари. Он перехватил управление руной и рявкнул стоявшему без дела Варелу:

– Помогай, чего стоишь!

– Да ему ничего и не будет, бессмертный же. Подумаешь, покалечится, выздоровеет! – ответил король, демонстративно скрестив руки на груди. Но вдруг кинулся помогать перрийкам, загнавшим зверя в сетку из ветвей, и отправил туманный смерч в тварь, чтобы обездвижить её. Очевидно, Варелу отдали приказ в голове его хозяева. Торол благополучно приземлил руну с королём, принц поднялся с песка и подошёл к Элвему. Снять туманную магию с правителя Ламории сможет теперь только Малия.

Сёстры еле удерживали множеством веток бившегося в природных магических сетях не получившегося «котика» далькоров. Ветки также приглушали и туманную магию, которую зверь пытался выпустить на стоявших не так далеко принца с королём, чувствуя неподалёку свежую еду. Торол начал накладывать на сетку из ветвей, сдерживающую зверя, те же заклинания печати, что до этого на город. Вскоре тварь была запечатана. Сёстры переместились к Варелу. Сверхмаг погрузил тварь и Белумьер снова в песок пустыни. Спустя полчаса ничего не указывало, что здесь находился город.

– А ты всё так же могущественен, Торол! – с усмешкой, но и с невольным восхищением в глазах, произнёс бывший король Мельсапа.

– Не тебе говорить об этом! – огрызнулся старик и пошёл к руне, не сказав ни слова на прощание. Варел и перрийки следили за улетающей руной бессмертного короля, управляемой Торолом. Вскоре царственные слуги далькоров исчезли из поля зрения трёх магов на руне.

***

«Твои друзья возвращаются, скоро прибудут и надо будет вернуть подвижность правителю Ламории», – весело сообщил Лойс Милане.

«Что с ним?» – не на шутку испугалась за Элвема девушка. Её сердце сжалось и заболело с невероятной силой. Ужас охватил сознание практически мгновенно. «Только не он!» – пульсировала единственная мысль у Миланы, совсем забывшей о Лойсе. И вот тут-то принц далькоров понял, кто способен нарушить все его планы и старания по привлечению принцессы Малии на сторону далькоров. Он увидел все воспоминания, связанные с бессмертным королём, что в один миг пролетели перед глазами Миланы. Она выдала свои чувства к Элвему полностью. Лойс был взбешён очень неприятным открытием. Никакие силы не помогут заставить эту девушку обратить внимание на кого-либо другого. Она уже любила!

Далькор Лойс понял, что задача усложнилась. Он взял себя в руки. Значит, придётся воздействовать на её сознание сильной магией и менять его. Такая магия была у отца, правителя далькоров, одарившего потомков Торола этой энергией. Придётся действовать жёстче. Жаль, конечно, можно так повредить необратимо её мозг, но других вариантов не было. В любом случае и в любом состоянии она далькорам подойдёт для их конечной цели. Но хотелось бы сохранить её невредимой. Для себя. Лойс вынужден был сам себе признаться, что девушка понравилась ему и чем-то растревожила его душу, несмотря даже на ужасное пение. Это он мог поправить в ней с помощью магии, когда она будет рядом. «Ладно, дам ей ещё немного времени», – подумал он, решив отодвинуть пока на некоторый период использование сил отца.

«Ты должна мне поцелуй за мою помощь!» – неожиданно проговорил Лойс в голове переживающей за Элвема Миланы, пока она ждала руну с магами.

«Вот ещё!» – возмутилась она и, вспомнив про часть лейро, уменьшила её и отправила в свою кровь.

«Это такие слова благодарности говорят на Земле за спасение жизней друзей? Что-то не встречал там такого…» – обиделся принц далькоров.

«Нет, спасибо огромное! – спохватилась Милана. – Но я до сих пор не могу понять причину твоей помощи. Лейро должно убить вас!»

«А я готов рискнуть и, если проиграю, то, значит, умру, раз уж так хочешь ты, – грустно сказал хитрый Лойс. – Можешь мне не верить, но ты попала в моё сердце с момента, как впервые увидел тебя!»

«Конечно, не верю!» – заявила девушка.

«Тогда сама ответь, зачем я помогаю тебе создать смертельное оружие против себя самого», – заметил принц далькоров.

В словах Лойса чувствовалась правда. Только вот он опоздал, в сердце Миланы жил Элвем. И она это как раз сейчас поняла, когда очень сильно испугалась за состояние бессмертного короля, даже зная, что он бессмертен. Для девушки её чувство к правителю Ламории оказалось неожиданным открытием. Она готова была отказаться от себя самой, только бы с ним ничего не случалось! Милана подняла голову к небу, вспоминая слова, которые сказал ей тогда ночью под звёздами влюблённый в неё Элвем, и счастливо улыбнулась. А потом заметила подлетающую фиолетово-розовую руну и, забыв, что должна находиться в источнике, выскочила из него и побежала к приземляющемуся полёту рунного мага…

## Глава 7. Алеста

Далькор стоял перед Тойвеном, почтительно склонив голову. Такая же короткая стрижка, как и у короля, чёрный костюм, напоминающий земной. У этого мужчины присутствовал даже галстук. Можно подумать, что он явился только что с соседнего измерения, с планеты Земля. На самом деле, так оно и было. Крельс, как звали советника короля далькоров, побывал на Земле в городе Санкт-Петербурге по поручению Тойвена. Король ненавидел все названия должностей, установленные божествами на материке в королевствах, поэтому посты для королевских людей назывались по принципу принятых на Земле, где далькоры, пока их магию не повредили божественные наблюдатели, могли бывать неограниченное время.

Теперь же личные артефакты для нахождения в соседнем измерении восстанавливались пять дней, а хватало их только на три. Зато сами божественные наблюдатели могли находиться на Земле сколько угодно дней или лет. Каждый далькор получал такой артефакт от рождения, соединял магическую вещь и родившегося младенца лично сам правитель, имеющий наибольшую силу родной магии. Дети рождались очень редко, и редко выживали.

Далькоры и до нападения Торола были малочисленной расой. А теперь и вовсе не могли восстановиться даже хотя бы до того периода, как сверхмаг почти уничтожил их расу, пытаясь закончить начатое божественными наблюдателями истребление. Торол тысячу лет назад убил всех женщин-далькорок во время своего магического удара, но часть его заклинания была отражена королём Тойвеном и усилена туманной магией, отправленной правителем далькоров вместе с частью отражённого заклинания. Сверхмаг, получив смертельные ранения, вскоре умер.

– Дмитрий уверен, что это именно она там проживает? – спросил король далькоров стоявшего перед ним советника, только что сделавшего свой доклад.

– Да, Тойвен. Он говорит, что там действительно живёт эта женщина. Она уже не в самом городе. Та станция называется Назия. Это дачный посёлок. Её зовут Дарья Степановна Кирелькова.

– Да! Это она! Отлично! Передай Дмитрию, что через два часа мы будем в его офисе, пусть подготовит машину! – произнёс Тойвен довольным голосом.

Крельс поклонился и вышел. Лойс услышал приход советника, находясь в спальне. Принц встал с кровати, наскоро накинул белоснежную рубашку и вышел к отцу.

– Королева Алеста найдена! Собирайся, – приказал Тойвен сыну.

Мужчина в тёмно-сером деловом костюме, одетом на светло-голубую рубашку, сидел за широким и длинным Т-образным письменным столом в кабинете. Вдоль стола по обеим сторонам находились десять офисных кресел. Большое окно с панорамным видом на многоэтажные здания было слегка приоткрыто, и лёгкий ветер немного шевелил воздушную бежевую занавеску. Почти вдоль каждой стены располагались различные шкафы и стеллажи, идеально вписывающиеся в интерьер комнаты. Кое-где стояли статуэтки, изображавшие богов греческой мифологии. В двух местах на стенах висели картины с изображениями лесных водопадов. На стене за спиной мужчины находился огромный экран телевизора.

За тем же столом, сбоку, сидело двое мужчин в стильных костюмах чёрного цвета. Галстуков, в отличие от хозяина кабинета, на них не имелось. Рубашки того же оттенка, что и костюмы, у обоих расстёгнуты на две пуговицы сверху. тёмные волосы одного из них в поднятой чёлке отливали фиолетовым тоном. По поведению мужчин было заметно, что хозяева здесь как раз они, а не тот, кто сидел напротив с испуганным выражением лица. Далькоры Тойвен и Лойс (двое мужчин в тёмных костюмах были именно они) молча слушали доклад.

– Дмитрий, – произнёс Тойвен голосом с металлическими нотками. – Почему мы ещё должны ждать машину? – Он сжал губы и с недовольным видом буравил сидящего за центральным столом мужчину тяжёлым взглядом. – Я ведь прислал к тебе человека и озвучил время для подготовки.

– Да-да, простите, господин Тойвен! Водитель застрял в пробке, ему пришлось съездить на заправку. Машина вот-вот подъедет, – ответил заискивающе Дмитрий. Он являлся генеральным директором крупной фармацевтической фирмы «Ньюмен», принадлежащей советнику короля далькоров. Сам Тойвен был владельцем холдинговой компании «Орелий», державшей в числе контрольного пакета акции и этой фирмы. Лойс презрительно глянул на дрожавшего Дмитрия и усмехнулся. Люди настолько слабы и немощны. Хотя, что удивляться, у них нет магии.

У далькоров до нападения божеств, около трёх тысяч лет назад, сохранялась магия при перемещении на Землю. Но после видоизменения туманной энергии, на земле они становились обычными людьми, лишь сохраняя своё бессмертие.

В одном из закрытых офисов бизнес центра, где находились Тойвен и Лойс, материализовался божественный наблюдатель. Это был Солвен, следивший за браками и семейными отношениями девальвирцев. Именно он сочетал браком Фейрока и корвенскую королеву. Бог переоделся в земную одежду. Теперь в своём светло-сером костюме он ничем не отличался от современных жителей Земли. Открыв дверь офиса карточкой-ключом, он вышел, захлопнул дверь, затем проверил, заперта ли, и направился к лифту. Через пять минут он уже входил в офис Дмитрия.

– Вы опоздали, Солвен, – заметил Тойвен с невозмутимым выражением лица.

Божественный наблюдатель улыбнулся и произнёс примирительным тоном:

– Да, на некоторое время задержали, извините! Не от меня зависит многое, сами же знаете, господин.

На столе Дмитрия зазвонил телефон. Выслушав позвонившего человека, мужчина посмотрел на Тойвена и, вздохнув с заметным облегчением, проговорил:

– Машина ожидает, господин Тойвен!

– Отлично! – король далькоров резко поднялся со своего места и повернулся к спутникам. – Пойдёмте!

– Вы нам не нужны. Водитель знает адрес? – эти слова Тойвена уже предназначались Дмитрию.

– Да, конечно же, господин Тойвен! Он проинструктирован.

Тойвен в ответ лишь молча слегка кивнул и вышел.

Чёрный BMW M8 остановился возле одного из частных домовладений в посёлке Назия. Двухэтажный дом был хорошо виден за небольшим сетчатым забором. Вокруг росли зелёные насаждения, а перед домом находился роскошный палисадник из кружевных розовых и красных гвоздик. Тойвен ещё в окно машины увидел, как отодвинулась коричневая штора на одном из окон и сразу же задвинулась.

– Алеста в доме, – произнёс король, ни к кому не обращаясь. – И она нас увидела. Идемте.

***

Когда Милана больше не выходила на связь через зеркало, и никто так и не пришёл забрать мельсапийскую королеву в Девальвир, Алеста поняла, что больше можно не ждать. Она рассказала всю историю своему земному мужу, даже не надеясь, что он поверит. Но, Валерий, бывший полковник, теперь уже вышедший на пенсию, поверил. Он попросил друга, у которого была дача в Назии, поселить на некоторое время туда Алесту. Тот, зная, что у полковника есть свой шикарный дачный участок, даже не стал спрашивать зачем, а просто дал своё согласие и ключ.

Услышав шум подъезжающей машины, королева Мельсапа встревожилась. И, когда она увидела лицо Тойвена, смотревшего прямо на неё в окно, то поняла, что плохое предчувствие не обмануло. Далькоры, преследовавшие её семью от самого начала, были здесь. Только вот, что им нужно? Если они здесь, значит, Милана не у них. Иначе. про королеву никто бы и не вспомнил. «Они хотят мной шантажировать дочь!» – мысль резанула острым ножом по материнскому сердцу. Но бежать и прятаться негде. Остается встречать судьбу с поднятой головой.

Божественный наблюдатель, сохранивший свою магию и на Земле, без труда справился с замками, и вот, в дверях дома, где укрывалась Алеста, появились все трое прибывших. Королева не стала звонить мужу, он бы, скорее всего, уже не успел. А если успел, то и того хуже – его просто убили бы. Она сидела в кресле и молча смотрела на входивших далькоров и божество.

– Приветствую, королева Мельсапа! – весело сказал Тойвен и, подмигнув, добавил:

– Мы не виделись уже больше восемнадцати лет, а вы всё так же прекрасны! Могу я здесь сесть? – и он расположился на диване, не дожидаясь разрешения. Лойс сел рядом с отцом, а Солвен нашел себе второе кресло. Алеста всё так же молчала.

– Видите, сколько вы наделали проблем себе и своей семье? – притворно вздохнул Тойвен. На секунду замолчал и продолжил с сожалением в голосе:

– Отдали бы девочку сразу тогда, и у вас с Варелом ещё родилось потом много деток. Я всегда выполняю свои обещания, милая Алеста! И снял бы с вас проклятье, а теперь… – он опять вздохнул.

– Вы… – с ненавистью в глазах выдавила из себя женщина. – Вы – само зло во плоти! Ещё издеваетесь?!

Королева помнила, как больше восемнадцати лет назад, когда она с семьёй находилась в Ореле, ей кто-то из слуг принёс записку, где было написано, что она должна прибыть на границу Мельсапа с туманом, иначе её дети погибнут. В то время божественный наблюдатель бессменно день и ночь находился возле принцессы. Божества говорили, что у её дочери особая миссия перед миром. Она тогда столько слёз пролила о судьбе Малии, но против богов не пойти.

Конечно, отчаянная Алеста прибыла, куда указывалось в записке, взяв с собой тронбрейва и несколько слуг-магов. За завесой тумана её ждал король далькоров Тойвен. Он рассказал ужасные вещи. Как тысячу лет назад подмешал в проклятье на потомков Торола магию тумана, и что из-за этого умирали почти все дети рода мельсапийских правителей. У самой Алесты умерло двое, не дожив и до годика. Выжили только Фейрок, и вот, Малия, которой только исполнилось два года. Но божества уверяли, что принцесса будет жить, и ей уготовано великое будущее.

Ещё Тойвен сказал, что не хочет убивать жителей её государства и государства Перрии. И если королева отдаст обоих своих детей, Фейрока и Малию, то он снимет проклятье с рода Торола, и у неё с мужем ещё много детей будет. Он пожаловался, что глупый Варел, вместо того, чтобы послушать его и выполнить просьбу, наоборот спрятал сына, предназначавшегося им, далькорам, в жертву. И отказался отдавать дочь-источник.

Королева не поняла тогда, почему Тойвен называет Малию живым источником. Король далькоров сообщил страшную вещь. Будто он на протяжении этого тысячелетия управлял рождаемостью рода Торола и выводил себе нужного ребёнка-девочку на восстановление расы, почти уничтоженной сверхмагом. И этим ребёнком в результате его влияния через туманную магию стала Малия. И заявил, что девочка принадлежит ему. Она должна стать королевой далькоров, и с ней всё будет хорошо. Он гарантирует, что принцесса будет счастливо жить у далькоров. А взамен он не тронет королевство и его жителей. Даже сказал, что готов отказаться от Фейрока, но дочь надо отдать.

Алеста понадеялась на защиту божественных наблюдателей и резко ответила наглому королю далькоров. Ни одна мать не отдаст своего ребёнка! Тойвен сказал, что убьет всех жителей Мельсапа и Перрии, куда отправили принца, и всё равно заберёт обоих детей. Что она, Алеста, сейчас совершила великую глупость, отказав ему, да ещё и в таком тоне. За невежливость ей полагается личное наказание. Тойвен пригрозил, что придёт за девочкой, а королеву и Варела обратит в полумертвых своих слуг, и они будут влачить жалкое существование, став его раллерами.

И вот, спустя восемнадцать лет, он сидит собственной персоной перед ней, разыскав её в другом измерении на планете Земля. И Алеста понимала, что пощады не будет, она отлично читала это в холодных глазах короля далькоров, как бы хорошо он ни одевал маску добряка на своё красивое лицо. Только вот одна надежда, что Малия справится и не поведётся на шантаж.

– Между прочим, я должен поздравить вас. Ваш сын, Фейрок, стал королем Корвена, – торжественно сообщил Тойвен, не сводя тёмных глаз с королевы.

Она встрепенулась еле заметно. «Сын? Жив?! Фейрок жив!» Слёзы радости показались на её глазах.

– Понимаю… – со вздохом опять произнёс далькор. – Так хочется жить, увидеть своих детей и обнять… Если бы отдали тогда их, я бы предоставлял вам такую возможность, но теперь… увы! Кстати, как вам жилось на этой планете, понравилось?

Королева упорно молчала. Она не собиралась разговаривать с этим зверем. Бесполезная трата времени.

– Какая вы скучная женщина, Алеста! И невежливая! – съязвил Тойвен. – Впрочем, за это и будете наказаны. – Поняв, что не получится развлечься разговором с жертвой, попавшей в его сети, он взглянул на божественного наблюдателя и приказал:

– Создавайте зеркало связи.

Божество подошло к королеве и собралось приложить ладонь к её лбу. Алеста резко отшатнулась от руки Солвена и, посмотрев на него с презрением, отчеканила слова:

– Вы! Предатель! А ещё называетесь божественным наблюдателем и смеете диктовать законы Девальвиру! Вас рано или поздно вычислят ваши старейшины, и поплатитесь за все!

– Глупое существо, – ласково улыбнулся бог. – Благодаря вам и вашей дочери я сам стану главным старейшиной. Не дергайтесь и примите свою судьбу!

– И не подумаю! – Алеста вскочила, собираясь сопротивляться.

Тойвен нехотя поднялся:

– Солвен, мне что, держать её? Засунь уже меннон

[1] в её голову, и покончим с этим. Я буду управлять ею.

Божественный наблюдатель выполнил пасс, и в голову Алесты пролетел такой же дымный сгусток, который когда-то подсадил Милане Лойс. Только девушка в силу свойств своей магии лишь терпела присутствие голоса Лойса в голове. А вот у королевы Мельсапа это заклинание будет работать в полную силу. Далькор сможет управлять сознанием королевы, как если бы это была сама Алеста.

Король далькоров подошел к королеве, севшей обратно в кресло. Солвен стоял рядом с ней.

– Зеркало с Малией, – приказал Тойвен, став возле них. Божественный наблюдатель создал зеркальную связь, и вскоре появилось лицо Миланы. Рядом с ней стоял король Фейрок. Позади них виднелась часть покоев и сидевшие принц Корвена и правитель Ламории. Девушка и её спутники, без каких-либо дальнейших происшествий, уже вернулись в корвенский дворец из Гивея. Милана восстановила ещё у гивейского источника, подвижность короля. И теперь они все ждали в покоях принцессы, пока слуги накроют стол для ужина.

– Мама! – вскричала Милана, увидев, кто на изображении внезапно появившегося зеркала.

– Мама! – воскликнул и Фейрок. – Как же я счастлив тебя видеть!

– Я тоже, мои дорогие! – ответила, радостно улыбаясь Алеста. А внутри неподчиняющегося тела билось и кричало от боли сознание королевы, не имеющей возможности предупредить детей.

– Мама! Тот человек рядом с тобой – далькор! Осторожно, мама! – закричала Милана, увидев рядом с матерью Тойвена. Фейрок при её словах впился взглядом в зеркало и тоже закричал:

– Только посмей причинить зло ей, убийца! Я найду способ тебя достать и уничтожить!

– Спокойно, дети! – остановила их крики Алеста. – Это друг! Вот рядом стоит божественный наблюдатель Солвен!

И действительно, Фейрок узнал Солвена, проводившего его брак с Релькией. Он повернулся к Милане и сказал:

– Да, там правда с мамой божество Солвен, всё в порядке, она под защитой.

– Но всё равно, мама, как ты можешь верить далькорам! – возмутилась Милана. – Как божественный наблюдатель может им верить?

– Всё хорошо, Малия! Тебе всего лишь надо собрать до конца лейро и оставшиеся магии, и прийти к далькорам. Их расу нужно спасать, мы поговорили с ними, и пришли к соглашению, – мягким голосом сказал божественный наблюдатель. – Ты сможешь исправить нашу ошибку в отношении их. Мы поступили с ними несправедливо, как и твой предок Торол.

– Меня заберут в Девальвир, и я вскоре свяжусь с вами, – пообещала королева. – Фейрок, заботься о сестре, мы уже совсем скоро сможем увидеться!

– Конечно, мамочка! Я обещаю! – воскликнул корвенский король.

– Малия, дочь! Слушай, что тебе будет говорить делать Лойс, он поможет справиться с задачей быстрее, и ничего не бойся! Все неприятности теперь позади! – ласково сказала королева Мельсапа дочери. «Не-е-е-т!» – билось, как птица в клетке, загнанное в угол сознание настоящей Алесты.

– Хорошо, мам, если ты так говоришь, – произнесла Милана, задумавшись: «Она никогда меня не называла Малией, даже во время разговоров последних, как всё выяснилось, я была Милана для неё… странно!»

– Мам, а ты не сообщала на мою работу в школу, что я увольняюсь? Там люди, наверное, ждут. Я переживаю! – вдруг с сожалением проговорила Милана.

– Нет, забыла! Хорошо, передам обязательно! – ответил Тойвен через Алесту, управляя её телом.

«Маму подчинили!» – сердце девушки охватила дикая боль. Милана никогда не работала в школе, и её мать это прекрасно знала. Принцесса всмотрелась в глаза матери, увидела в них невероятное отчаяние и всё поняла. Но взяла себя в руки, и запретила себе думать, прогоняя все мысли, надеясь, что не услышал о её догадке Лойс.

Когда зеркало с матерью исчезло, она мысленно позвала Лойса. Но ответа не было. Девушка подумала, что он, скорее всего, тоже в другом измерении, и быстро сказала брату:

– Это не мама говорила, она в беде! Это далькор управлял ею, как управлял раньше Ювием. Я скоро не смогу об этом говорить, и мне нельзя об этом думать. Знай ты! Мамочка в беде! – и она разрыдалась, уткнувшись в грудь брата. Фейрок стоял, потеряв дар речи, в ужасе от этого известия и, обняв, крепко прижимал к себе плачущую сестру…

– Умница, Алеста! – похвалил король далькоров несчастную королеву и погладил по голове. – Теперь идём со мной. Тебе предстоит стать моей послушной девочкой! Тебя там уже подруга с Корвена заждалась в компанию. Её тело почти умерло, скоро и ты такой же будешь милой.

Лойс молча смотрел на отца. За всё это время, начиная от офиса, и до этого момента принц далькоров не произнёс ни слова. Ему почему-то стало жаль бедную королеву, тем более она была матерью девушки, которая ему понравилась. Лойс вздохнул, он ничего не мог изменить, всё решает отец. Далькоры телепортировались в Девальвир, сразу в свою лабораторию, где не было тумана, потому что она стояла на самом источнике их родной магии. Они прихватили с собой и королеву. Божественный наблюдатель вышел из дома и отпустил водителя с машиной, затем вернулся в дом и тоже телепортировался в своё измерение.

Алеста, попав в лабораторию, не успела осмотреться, как сразу похолодев от ужаса, увидела прямо перед собой прикреплённую ремнями к какому-то длинному столу Релькию. Бывшая королева Корвена лежала, не шевелясь, и постоянно негромко стонала. Глаза Алесты расширились от испуга. Тойвен заметил и усмехнулся, его тёмные глаза сверкали от предвкушения и, не отрываясь, следили за эмоциями жертвы:

– Сейчас начнём и тебя обращать. Это будет огромное удовольствие для меня, Алеста, дать тебе жизнь после смерти. Даже не сомневайся! А после ты сможешь встретиться с мужем…

## Глава 8. Надейся только на себя

Лойс слышал мысли Миланы. Она догадалась о матери. Но принц не стал говорить отцу, так как девушке это могло принести новую опасность. Тойвен любил эксперименты с разумом человека. А Лойсу хотелось, чтобы Малия оставалась самой собой, она оказалась такой смешной и интересной. Он теперь очень часто молча подслушивал её мысли, не выдавая своего присутствия и не мешая девушке размышлять. Принц стоял и смотрел, как отец прикрепляет Алесту к столу для обращения. Инстинкт далькора сработал, внутри Лойса появилось нестерпимое ожидание наслаждения при питании энергией королевской крови.

При зарождении сверхрасы из-за аномальных магических вспышек на сгустке энергии, образовавшем мир Девальвира, появилась новая магия далькоров – магия тумана и дыма. Она не была ядовита, и далькоры могли свободно перемещаться по планете со скоростью света, не убивая всё живое туманом, как теперь. Магия также находилась и в своём разветвлении от сгустка, образуя во многих местах источники, как и во всех королевствах. Только вот изменённая сверхраса уже не могла её напрямую брать из самих источников. Зато они могли подпитать себя энергией любого королевства из тел девальвирцев. И далькоры тогда не убивали, оставляя часть энергии в человеке, чтобы у него имелись силы пополнить её от источника своей родной магии.

После попытки божеств истребить расу далькоров, туманная магия преобразилась в ядовитую, уничтожающую любую плоть. Она стала сопровождать каждого далькора, рассеиваясь вокруг него на протяжении множества километров, при желании далькор мог распространить её гораздо дальше, но уменьшить это расстояние было невозможно. На тех площадках, где тянулось в землях далькоров разветвление, и в местах источников, магия тумана не распространялась и не сопровождала далькоров. Вот по таким коридорам они проводили к себе свои жертвы, и на таких участках строили лаборатории, что бы обращать добычу, питаясь её магической энергией.

Плоти обращенных магия тумана уже не была опасна, а маги, оставленные на двадцать процентов живыми, могли даже использовать не только туманную магию, но и свою родную, подпитываясь из источников на границе тумана с другими королевствами. Такой эффект почти мёртвых людей был достигнут Тойвеном в результате многих экспериментов над простыми магами, доставленными обращёнными слугами. Они просто похищали нужных людей из королевств для исследований правителя далькоров, пытающегося сделать всё возможное для восстановления своего народа.

Обращённые на сто процентов живые мертвецы получались в результате воздействия на их тела яда, вливаемого в кровь далькорами во время питания, заменяя родную магию жертв. Плоть умирала, кровь насыщалась туманной магией. Такие живые мёртвые могли использовать только магию тумана. И самое страшное, что сознание не умирало, душа оставалась запертой внутри мертвого тела, подчиняющегося только обратившему его хозяину. Они отличались от частично обращенных сильных магов, у которых отсрочка окончательной смерти отодвигалась на двадцать лет. Оставшиеся двадцать процентов живого тела отмирали постепенно, в течение этих двадцати лет.

Тойвен обладал огромной магической силой. Тысячу лет назад он был равен Торолу, а теперь развился ещё больше. И не собирался останавливаться на достигнутом. Основная проблема – это нехватка самой энергии, которая могла поступать лишь с телами девальвирцев. Но заботливо выращенная им в потомках Торола девочка Малия решит все проблемы далькоров. Она будет питать их своей неиссякаемой магической энергией и рожать детей, которых не было вот уже тысячу лет. И тогда правителю сверхрасы хватит сил, чтобы уничтожить божественных наблюдателей. Всех. Он не собирался оставлять ни одного из них в живых.

Алеста перед тем, как её уложил Тойвен на длинный стол, стоящий рядом с такой же подставкой, где лежала стонущая Релькия, успела осмотреть часть лаборатории. Королева Мельсапа надеялась, что может, будет какой-то момент, когда она сможет вырваться и выскочить в туман, чтобы сразу умереть и не служить далькору. Знать бы только, куда выбежать. Помещение лаборатории оказалось круглым, и в нём не присутствовало ни окон, ни дверей. Похоже, далькоры сюда входили только через телепорт. Вдоль стен по кругу находились столы и стеллажи, уставленные различными баночками, пробирками, коробками. На столах стояли какие-то аппараты с трубками и стеклянными колбочками и колпаками.


Оказавшись на подставке, королева увидела, что под потолком висело множество трав и веток. Лаборатория напоминала ту, что когда-то была и у них во дворце Мельсапа. Ничего необычного, кроме отсутствия дверей.

– Можем поговорить напоследок, Алеста, если хочешь, – произнёс вдруг Тойвен, поправляя и аккуратно укладывая рассыпавшиеся по столу пышные локоны прекрасных светло-каштановых волос королевы. Тойвен слегка наклонился над её лицом, и Алеста увидела в его умных тёмных глазах, внимательно смотревших на неё, сочувствие. Она подумала, что ошиблась и ей показалось. Но король далькоров, читавший её мысли через меннон, сидевший в голове королевы, возразил мягким голосом:

– Не показалось, я, действительно, сочувствую тебе. Жизнь – это бесценное сокровище, что есть у каждого человека, подобного тебе. У вас нет бессмертия, присущего нам. А сейчас я отберу у тебя и ту часть, что ты могла бы ещё прожить, – Тойвен замолчал, но не сводил изучающих глаз с лица королевы.

– Зачем ты хочешь обратить меня? – тихо спросила она с надеждой, поддавшись на его сочувствие. – Может, пощадишь?

– И теперь ты это просишь? Спустя восемнадцать лет после уничтожения твоего народа, Алеста? – ещё ласковее произнёс Тойвен. – Знаешь, сколько сотен тысяч твоих подданных так просили: «Может, пощадишь нас, наша королева? Отдать дочь за наши жизни, вероятно, не такая уж большая цена?» Сказали бы они тебе. Тем более, твоя дочь не умерла бы, а жила в богатстве и почёте.

Алеста потрясённо молчала и только слушала. А король далькоров продолжал:

– А ты знаешь, Алеста, как мне тяжело было видеть умирающих вокруг меня мельсапийцев, разрушаемых магией, пока я переместился за девочкой в твой дворец? Думаешь, я поощряю напрасные смерти?! – Тойвен помолчал, затем ещё ниже наклонился к лицу королевы, и ей стало казаться, что она тонет в его чёрных бездонных глазах. – Твой народ не заслужил погибнуть, вместе со своими достижениями и культурой. Из всех государств я больше всего восхищался Мельсапом. И именно это королевство мне пришлось уничтожить из-за тупых правителей! – с последней фразой он повысил голос.

– Но почему мои дети, почему именно они?! Почему ты выбрал именно этот род, Тойвен? – не выдержала Алеста, и слёзы полились из её глаз.

– Потому что за ошибки надо платить. И часто расплачиваются потомки за своих предков, хотят они того, или нет. Но так уж устроен Девальвир! – горько усмехнулся Тойвен. – Торол уничтожил мою расу, потомкам Торола её и восстанавливать! Ты вышла замуж не за того мужчину, Алеста, разделив с ним проклятие его рода! И прими мои соболезнования, я забыл сказать, что твоя сестра недавно погибла, спасая твою дочь. И тоже бесполезная смерть. Твоя дочь всё равно будет у нас, а королевы Фалеппа больше нет. Мельсапа – нет, тебя тоже скоро не станет! Чего добилась, а, Алеста?

– Сестра! – воскликнула несчастная королева и слёзы полились ещё сильнее.

– Вот и умница! – произнёс король далькоров и нежно провёл пальцами по мокрой щеке Алесты. – А теперь я оставлю тебя на несколько часов, чтобы раскаяние, как следует, проникло в твоё сердце!

Лойс понял цель отца. Тот хотел сделать пир вкуснее. По горящей от душевных мук крови королевы энергия будет безудержно носиться, и магические волны накроют с головой, доставляя особое наслаждение тому, кто начнёт питаться магией Алесты.

***

– Еливия! Ты нужна мне, Еливия! – вскричал вдруг Фейрок с надеждой, вспомнив слова богини, говорившей, что она придёт, когда он позовёт её. – Ты обещала явиться по моему зову!

Воздух задрожал, и божественная Еливия начала постепенно проявляться перед изумлёнными взглядами подошедших к Фейроку Орлика и Элвема. Вскоре богиня окончательно сформировалась.

– Ты звал меня, мальчик мой, надеюсь, из-за чего-то очень важного! – строго посмотрело на корвенского короля божество.

– Что может быть важнее матери?! – с отчаянием воскликнул Фейрок. – Помоги спасти! Её нашли далькоры! Я умоляю тебя! – мужчина встал на колени перед божеством.

– Поднимись сейчас же, правитель Корвена! – недовольно произнесла богиня.

Милана и Орлик с Элвемом стояли, молча наблюдая за разговором. В глазах девушки светилась надежда, что маму получится спасти. Это же божество, а они всё могут!

– Я не смогу ничего сделать для неё. Ей надо было лучше думать о своём укрытии на Земле, – вздохнув, произнесла Еливия, отрезая детям Алесты любую надежду. – Мы заблокировали зеркальное средство связи в другое измерение, чтобы Орлик не выдавал местонахождение королевы. Любой далькор во время прохода в измерение Земли может перехватить направление магии связи. Уже за это она должна благодарить нас, ей оставалось лишь найти себе хорошее укрытие. Планета та огромна, я не понимаю, почему королева оказалась так глупа!

– Почему вы не перенесли её в Девальвир?! – накинулась Милана на богиню, совершенно забыв о почтении к божеству.

– Потому что твоя мать была неосторожна в своих действиях и словах в отношении нас с самого начала, как родился Фейрок! У нас не было желания возвращать её сюда! – резко ответила Еливия. – И следи за своим поведением, девочка! Моё терпение не безгранично!

Фейрок взял сестру за руку и сжал, испугавшись, что обозлённая богиня может причинить ей неприятности.

– По поводу Алесты меня больше не вызывай, Фейрок! – произнесла строгим голосом Еливия. – Только, если что-то касающееся тебя лично! Меня не волнуют твои родственники!

Фейрок сначала хотел сказать о божественном наблюдателе Солвене, но потом решил не говорить. Всё равно мать спасать не будут. Так пусть хотя бы что-то навредит этим божкам. Еливия растворилась в воздухе, даже не попрощавшись.

– Я должна быстрее собрать лейро и убить этих тварей-далькоров! Никто не поможет! Надеяться надо только на себя! Не успею спасти маму, значит, хотя бы отомщу! – угрожающе спокойно вдруг произнесла Милана, словно прочитав часть мыслей брата. И все увидели, как её тело начало светиться энергиями пяти магий, уже попавших в кровь. Мало того, девушка при этом впервые не изменила внешность, оставшись собой. Она обвела взглядом троих присутствующих мужчин и сообщила:

– Я не хочу, чтобы вы жертвовали своими жизнями! Справлюсь одна!

– Нет, сестра! Пока в тебе нет ещё двух магий – не справишься, а лишь подвергнешь себя риску быть захваченной далькорами, – мягко возразил Фейрок.

Но вместо ответа Милана, продолжая светиться, потребовала:

– Давайте сюда ваши следующие книги по родным магиям, всё, что я должна знать! Времени нет!

Она создала зеркало и связалась с Кеврием, попросив его о магических книгах Фалеппа. Фалеппийский правитель наладил телепорт вместе с Фейроком между государствами, и Лиора, сестра Кеврия, прибыла в корвенский дворец, чтобы обучить принцессу Мельсапа следующим ступеням фаллепийской магии. После Кеврия Милана создала зеркало связи с королём Коршем и попросила того прислать в Корвен сильного мага, чтобы обучить её всем заклинаниям магии Гивея. Ивьера ещё была слаба, выздоровление шло медленно, поэтому гивейский правитель, обещавший помогать во всём принцессе Малии, прибыл лично, оставив управление государством на тронбрейва Лептока.

Милана начала своё обучение. Она стояла, вся охваченная всполохами пламени из разноцветных оттенков пяти магий Девальвира, и просматривала магические книги, подлетающие к ней одна за другой. В покоях принцессы присутствовали самые сильные маги пяти королевств: Элвем от Ламории, Орлик от Корвена, Фейрок от Мельсапа, Лиора от Фалеппа и Корш от Гивея. Принцесса Малия не позволяла себе ни минуты отдыха, решив изучить все магические книги, сколько бы времени на это ни потребовалось. Следующая часть лейро находилась в воздушном королевстве, и предстояло посетить источник в недружественном Корвену государстве – Вероне. А от правителя той страны доброго расположения никто не ждал.

Торол находился неподалёку от Миланы, молча наблюдая за процессом. После всех книг он собирался передать девушке часть своих знаний – личных открытий. Когда ему рассказали о королеве Алесте, он заявил, что этого следовало ожидать и туда ей и дорога. Милана пригрозила, что никогда больше не вызовет его, и он будет сидеть в селвиоре, пока тот не рассыплется в прах. Сверхмаг, увидев её в пламени из пяти магий, и прочитав реальную угрозу в глазах живого источника, решил не рисковать и замолчал. Этот странный потомок был непредсказуем, возьмёт и правда так сделает!

В момент, когда Милана начала светиться, Лойс потерял связь с сознанием девушки и не мог понять, что случилось. Он решил подождать некоторое время и пока не говорить отцу. Возможно, принцесса всё-таки решилась на очередное заклинание от Орлика. Но ничего, вот наладится контакт, и Лойс её окончательно напугает!

## Глава 9 Жизнь с чистого листа, или Жизнь после смерти

Уже прошла почти неделя плавания после того, как правитель Маэлии спас жизнь фалеппийской королевы. Аёвен сидел у кровати, где всё ещё лежала Плея, и задумчиво смотрел на спящую женщину. В его серых глазах стояла печаль. Комната, где находилась королева Фалеппа, ослепляла своей белизной. Кроме кровати с Плеей, стеклянного столика сбоку от изголовья и стула, на котором сидел Аёвен, больше ничего не было. На первый взгляд, в помещении отсутствовали окна и двери, но это впечатление оказалось обманчивым, потому что часть стены отъехала в сторону, и показался входной проём. Вошёл Дейрен, тронбрейв Маэлии.

– Какие воспоминания будем наносить? – спросил он сразу же, как вход снова скрылся за ставшей на место стеной.

– Достань память принцессы Нейрессы, – ответил, не поворачиваясь, Аёвен. – Она успела побывать во дворце и что-то запомнить до своей гибели.

Дейрен кивнул. Нейресса была дочерью предыдущего избранного народом Маэлии правителя, но она погибла вместе с отцом во время прогулки за пределами купола, накрывавшего Маэлию, находившуюся в глубине вод на дне океана. Тогда их корабль по неизвестной причине взорвался и рассыпался так, что даже не удалось и выяснить, из-за каких обстоятельств это случилось. Девочке только исполнилось пятнадцать лет.

Тронбрейв подошел к стене, что была напротив кровати с Плеей, и перед ним сразу же отодвинулся квадратный кусок стены, открыв множество полок с различными стеклянными пластинками, стоявшими на подставках. На пластинках виднелись какие-то знаки. Он взял одну из них и подошёл к Аёвену. Стена автоматически закрылась, скрыв все полки. Правитель Маэлии вытащил стекло из подставки и положил себе на ладонь. Перед глазами понеслись воспоминания принцессы. Он выбрал все, касающиеся своего дворца и обстановки в нём, зачистив разговоры и лица людей. Отобранный материал вскоре был готов для нанесения на память Плеи.

Аёвен приложил ладонь к её затылку и мысленно отправил все отобранные воспоминания в совершенно чистую память королевы Фалеппа. В предыдущие пять дней все сеансы по удалению её воспоминаний прошлого успешно провелись Аёвеном и его тронбрейвом. Затем король маэльцев составил брачный контракт между собой и Плеей, которую отныне будут звать, как погибшую принцессу – Нейресса. Королевы Фалеппа больше не существовало. К жизни возвращалась королева Маэлии и жена Аёвена – Нейресса.

– Сейчас я её разбужу, – произнёс Аёвен. – Ты можешь пока выйти, Дейрен. Я тебя вызову.

Тронбрейв поклонился и вышел. Правитель Маэлии ласково посмотрел на Плею и снова приложил ладонь к её затылку…

«Проснись, Нейресса!» – услышала приятный мужской голос в своём сознании Плея. И он ей понравился, он звал, цепляясь за её мысли. – «Любимая моя, проснись! Нейресса!» Надо же, она кем-то любима. Плея попыталась открыть глаза, но они не слушались. Тогда она попробовала вспомнить, кто же это её любил. В голове стали проноситься какие-то обрывки воспоминаний. Вот она бежит ещё юной девочкой по огромному коридору с красивой обстановкой. Но она же знает, что не юная уже. «Проснись, Нейресса, жена моя любимая!» – а голос всё настойчивее и настойчивее звал её. Так кто же он?

А вот и её спальня, широкая розовая кровать посередине комнаты с золотыми узорами по балдахину. Она помнит, что любила проводить по ним рукой, они такие рельефные… «Я так скучал по тебе, Нейресса!» Кто же по ней скучал? Ну почему нет его лица? Королева усиленно пыталась вспомнить. Значит, её зовут Нейресса, и у неё есть муж, который её любит. Глаза почему-то не собираются слушаться, а так хочется открыть и увидеть его! «Я так люблю тебя, Нейресса! Проснись, жена моя!»


Ох, вот это да! Она вспомнила, как захватило дух, когда она вдруг очутилась вне дворца! О, так это был дворец, надо же, какой он красивый снаружи! Он огромный, и много башен. И все стены красные с золотыми узорами. Если задрать голову вверх, то всё равно не увидеть его окончания, верхушки башен уносятся куда-то ввысь. А это что за чудо?! Вдали, за стеклом, плавали разноцветные рыбы, она хотела бы рассмотреть их поближе. «Иди ко мне, Нейресса! Открывай глаза, любовь моя!» Королева сделала первый шаг по направлению к стеклу с рыбами. «Ещё, милая! Шагай дальше, я жду! Очень жду тебя!» Она шагнула снова, это оказывается и не сложно – шагать на такой приятный голос! Веки дрогнули, и Плея открыла глаза.

– С пробуждением, любовь моя! – ласково сказал Аёвен и, наклонившись, нежно поцеловал свою жену в губы.

«Как приятно!» – подумала Плея и увидела склонившееся к ней лицо мужчины. – «Какой он красивый! А как его зовут? Почему я не помню?»

– Это я, твой муж Аёвен, любимая! Не узнаёшь меня? – произнёс он своим чудесным голосом и снова её поцеловал.

– Кажется, не узнаю… – почти прошептала она, когда он оторвался от её губ.

– Ничего, не переживай, я всё помогу тебе вспомнить, милая моя Нейресса, – нежно улыбнулся он и погладил её по волосам. – Ты пострадала в аварии с кораблём, но твоя жизнь уже вне опасности. Это самое главное! Я так переживал, ведь мог потерять тебя навсегда…

Плея попыталась сесть. Аёвен, поддерживая её со стороны спины, помог.

– Хочешь вернуться в свои покои? Лечение уже позади, любимая! Нет нужды здесь оставаться, – заботливо спросил он её.

Плея кивнула. Аёвен взял её на руки, словно пушинку, и прижал к себе. Не удержался и снова поцеловал. Королева ощутила огромное наслаждение от его поцелуя, ей так нравилось, когда он касался её губ своими. Ей так уютно было в его руках. Она улыбнулась счастливой улыбкой и заглянула в его красивые серые глаза. О, сколько же плескалось в них любви! И это всё для неё, Нейрессы! Он вынес её из белой комнаты в широкий коридор. Здесь был полумрак, и Плея ничего толком не разглядела, кроме магических светящихся шаров, летевших впереди них и освещающих путь. Она положила голову на плечо мужа. И ещё раз подумала, какой он милый. Она, наверное, его любила тоже. Просто надо вспомнить.

Откуда бедной королеве было знать, что Аёвен применил к ней телепатически магию чувств, влияя на её сознание, подчинив его себе и заставив принять все эти эмоции по отношению к нему, как свои собственные. Правитель Маэлии не мог рисковать. Плея сможет жить в его стране только в качестве его жены и под его контролем. Ждать, пока у неё появятся к нему собственные чувства, не было возможным. Именно поэтому он находился все эти дни в печали. Аёвен так никогда и не узнает, полюбила бы его королева Фалеппа всем сердцем по-настоящему сама, как он любил её. Навязанная любовь – искусственная, не любят искренне по приказу. Но зато она будет жить. Хотя бы так. А он никогда не забудет, как обещал ей тогда, в первую встречу, стирая себя из её памяти, что будет помнить её зародившуюся симпатию к нему за них двоих…

***

Алеста лежала, прикреплённая ремнями к столу, и рыдала после ухода далькоров. Сестра погибла, и она больше не увидит её! Хотя, чего она, скоро и сама умрёт. Сестре ещё повезло уйти сразу, а вот её, Алесту, ждёт участь пострашнее – быть в рабстве у этих монстров обращённым мертвецом-магом. И, вполне возможно, её будут выставлять против её же детей и других девальвирцев, и она будет послушно служить своим хозяевам.

Рядом всё так же тихо стонала Релькия. Её стоны не прекращались ни на секунду с момента, как Алеста оказалась в лаборатории. Наверное, обращение – это очень больно. Как королева Корвена здесь оказалась? А Фейрок – король Корвена? Всё очень странно. Милана рядом с братом, это уже хорошо. Может, сыну удастся её спасти от этих убийц. Но, что такое говорил Тойвен? Он не хотел убивать народ Мельсапа? Она и её муж, Варел, виноваты в гибели всех жителей их королевства? Слёзы ещё сильнее полились из её глаз.

Может, она была не права, и как правящая королева, должна была принести дочь в жертву за народ? Тойвен давал нерушимые гарантии. Такой же свиток договора, как составлен между ним и божествами. Магическое слово правителя, связывающее его. Малия бы стала, действительно, королевой далькоров. Но какая ужасная участь ожидала бы её! Алеста искала в себе прежнюю ненависть к правителю далькоров, что давала ей силы держаться и всё вынести, но почему-то уже не находила. Как бы действовала она, королева сильного государства, если бы её народ уничтожали вот так, как поступили с далькорами? Наверное, так же, как и Тойвен… Оставшееся время текло в раздумьях и душевных муках королевы Мельсапа, неумолимо приближая последние минуты её жизни…

Правитель далькоров и его сын появились в лаборатории, телепортировавшись туда спустя три часа после последнего визита. Красивое мужественное лицо короля было мрачным, несмотря на то, что предстояло вкусное пиршество. Ему не хотелось убивать Алесту. Ещё одна бессмысленная смерть, которая произойдёт в результате действий божественных наблюдателей.

Лойс чувствовал состояние отца, даже когда тот внешне ничего не показывал, слишком хорошо принц его знал. А сейчас это было явно. Тойвен не желал смерти матери Малии. Но Лойс молчал, не вмешиваясь, отец не любил, если на его решения кто-либо пытался влиять.

Алеста услышала появление далькоров и тяжко вздохнула. Со страхом повернув голову в сторону и глянув туда, откуда послышался небольшой шум, она встретилась с чёрными глазами короля. Он задумчиво смотрел на неё, не отрывая взгляда. Но в его глазах невозможно было прочитать, о чём он думает. Она снова судорожно вздохнула и отважилась сказать:

– Я не виню тебя, Тойвен… Ты защищаешь свой народ и в этом прав, – в её голосе сквозили нотки печали и неизбежности. – На твоём месте я бы тоже делала всё, но только оказалась слаба из-за материнской любви… Ты прав, я не могу называться истинной правительницей пяти миллионов мельсапийцев, доверивших мне и моему мужу свои жизни.

Тойвен по-прежнему молча смотрел на неё и слушал. Его лицо было неподвижным, словно камень. Алеста продолжила:

– Могу я тебя попросить хотя бы об одном? Не отказывай мне в смерти, прошу тебя! Я хочу умереть сразу, как моя сестра. Сжалься и просто убей!

Король далькоров оторвал взгляд от лежавшей перед ним женщины и глянул на сына:

– Что там решила Малия? Что она думала последнее время и после разговора с матерью? – его взгляд пронизывал насквозь, и Лойс понял, что утаить от отца ничего не получится. Оставалось лишь сказать правду и срочно придумать, как спасти девушку в случае чего.

– Она догадалась, что всё подставлено, – принц опустил голову. – Но я найду способ привести Малию к нам, отец!

– Это и всё, что ты имеешь мне сказать? – Тойвен прекрасно читал своего сына.

– Нет. Фейрок обратился к божественному наблюдателю Еливии, она отказала в спасении Алесты.

– Естественно, – усмехнулся король. – Мельсапийская королева у богов в печёнках сидит за свои выступления против них из-за обоих детей. Божки злопамятны. Только порадуются её смерти.

Он с сожалением посмотрел на Алесту и произнёс:

– Малия догадалась. Значит, не будем рисковать, начнём с Верона, пусть достанет часть артефакта, и заберём принцессу. Ты забываешь, сын, что в девушке есть пять активных магических энергий королевств. Она уже может оказывать очень сильное сопротивление. Это риск. Нам понадобится Алеста.

– Отец, я не пойму, почему ты даёшь Малии собрать это лейро? Она же может убить им нас, – не выдержал Лойс, задав в какой уже раз, давно мучающий его вопрос. Ранее король отказывался на него отвечать, но попробовать узнать всё равно стоило. И чудо свершилось! Принц получил ответ!

– Потому что там не лейро, – многозначительно усмехнулся коварный сверхмаг далькоров. Лойс с изумлением посмотрел на отца. – Это мейс[2], который я привяжу к ней, как делал тысячу лет назад с каждым родившимся у нас младенцем. Иначе, каким образом ещё она сможет стать королевой нашего народа?

– Но как артефакт попал к Торолу? – ещё больше удивился принц.

– Его сын, управляемый мною, подменил лейро на мейс, – ответил Тойвен с очередной усмешкой. – Лейро у меня. Наш артефакт просто ждал сотни лет, пока совершенный ребёнок появится на свет и соберёт его.

– Но лейро и мейс по-разному выглядят! – воскликнул принц.

– Не смеши, что такое иллюзия на тысячелетия? Детская забава, – отмахнулся могущественный сверхмаг. И Лойс в очередной раз поразился невероятной магической силе своего отца.

Алеста с ужасом слушала их разговор. Дочь в западне и не знает об этом. А её, Алесту, Тойвен всё-таки не убьёт и обратит, чтобы использовать в качестве приманки для Малии. Дыхание королевы сбилось из-за охватившей её душу паники. И в этот момент к ней приблизился Тойвен с кинжалом в правой руке. В левой маг смерти держал какой-то пузырёк с прозрачной жидкостью. Король разрезал одежду на груди Алесты, оголив место, где билось сердце, быстро сделал на коже несколько довольно глубоких разрезов и вылил на них всю жидкость из пузырька.

Отложив кинжал в сторону, он накрыл раны своей ладонью и начал тянуть в себя из крови женщины наполнявшую её магическую энергию, которая сразу же активировалась, когда королева оказалась в Девальвире после восемнадцатилетнего отсутствия. Резкая боль охватила всё тело королевы Мельсапа, когда вместо мельсапийской энергии артерии и вены начали получать яд туманной магии.

Внутри Алесты расползался жгучий огонь, который, не прекращая проникать в каждую частичку тела, захватывал всё новые и новые территории. Женщина чувствовала, как из неё уходит сила, она больше не ощущала своих конечностей – они уже не слушались её и лишь наполнялись жжением. Словно раскалённую лаву вливали в каждый кровеносный сосуд её организма. Тойвен стоял и впитывал магическую энергию королевской крови, не отрывая ладони. На лице мужчины отражалось блаженство. Спустя пять минут он убрал руку и сделал знак сыну.

# Примечания

1

Заклинание, выполняющее роль средства связи для далькоров, и как средство управления сознанием всех, кто не является далькором. Также позволяет читать мысли того, кому вложено заклинание.

2

Артефакт далькоров, изготавливаемый их правителем перед появлением нового далькора и присоединяемого к младенцу после рождения, позволяя тому пересекать измерение и находиться на планете Земля.