# Пламенные строки холодного графа

Инна Федералова

Герцогиня, милая моя… Где найти слова и как высказать, что у меня на душе? Я окончательно сошёл с ума. Вижу твой образ, ощущаю прикосновение нежных рук и такой знакомый аромат тела… Но тебя рядом нет. Называй это одержимостью. Моё сердце жестоко ранено, я более не вижу смысла для себя. И лишь тебе решать – вместе или никогда.

## ПРОЛОГ

У нас, вампиров рода Кейзерлинг, есть поверье. Если наследник клана проведет первую ночь совершеннолетия с девушкой голубых кровей, то от близости с ней он наделяется еще большей силой. Ведь сила любви – это все. Любовь способна сделать правление куда более плодотворным и удачным…

Но, увы, в моем случае – мимо. Избранница была уже замужем. Правда, в некоторых случаях это абсолютно не мешает. Все происходит по договоренности: либо с женщиной, либо – просить ночи с ней у ее супруга.

Моего друга не надо было уговаривать, он сам мне выдвинул кандидатуру Лэр-Рэзамель. Асмодей немного иного угла зрения нежели те, кто считал это “таинство” абсолютным абсурдом. На первом месте у него стояли власть и влияние, а уже потом женщины.

Он говорил, что крепкое партнерство демонов и вампиров только на пользу. И, как оказалось, чувства супруги его совсем не интересовали. демон сумел заверить меня, что у них это обоюдно.

Следуя нашему плану, Асмодей пригласил меня на коронацию своей невесты, чтобы в дальнейшем я скрепил с ней магические узы. А дальше дело техники – то есть, моего обольщения.

Как же мы были наивны…

## ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ТЫ И Я. ГЛАВА 1. Как все началось

{“Все скрыто под улыбкой искусительницы,

самой сладкой шлюхи дьявола.

Ты кормишь огонь внутри меня,

Ты заставляешь чувствовать себя таким живым.

Это начало страданий.

А я тону в собственной лжи…”}

Тогда я увидел ее впервые. Она предстала в облегающем – как вторая кожа – красном платье. Пышные и длинные волосы туго затянуты в хвост на затылке. Прическу завершали несколько ниспадающих прядей. От ее черноты глаз, обещавших вечность, и томных пухлых губ – я потерял голову.

Зачем вообще инкубу земная девушка? То есть, она была ею. Сейчас обращена в демоницу. Ладно бы была просто раба, как и все. Но, нет, он хочет сделать ее супругой.

Что же в ней особенного? Об этом и спрошу ее при удобном случае.

Теряясь в догадках и затаив дыхание, я продолжил наблюдать за чудной дивой. Сейчас состоится ритуал коронации.

Асмодей грубовато взял её за локоть и потащил на пьедестал к трону. Лэр-Рэзамель выглядела недовольной и дула свои прелестные губки. При виде хозяина и будущей хозяйки Вертерона гости тут же стихли.

Когда демон взошел на трон, приказал невесте опуститься на колени. Прозвучало это у неё в голове, мягко, так что она с покорностью выполнила приказ: демоница послушно встала на одно колено и склонила голову в вежливом поклоне. Из-за спины будущего мужа вышел Абигор. В руках провидец держал красную подушку, на которой красовалась красивейшая золотая диадема. По толпе сию же секунду прошелся гулкий шепоток, послышались восторженные вздохи.

Не понимая, в чем дело, Лэр-Рэзамэль снова подняла на жениха глаза. Тот усмехнулся ей краешком губ и торжественно произнес, что теперь она – полноправная правительница Вертерона, и он титулует ее Темной Герцогиней.

После, вдел диадему ей в волосы. Как только он это сделал, от украшения к ее волосам и плечам заскользили зеленые всполохи пламени. В месте ключицы золотой нитью прочертился символ самого инкуба. Наверное, это было больно

– Это моя метка, – полушепотом произнес Асмодей. – Теперь ты принадлежишь мне.

На этом церемония посвящения не заканчивалась. Впереди у них должна была состояться брачная ночь. Но это лишь формальность. Ее не будет. Так как мы оба рассчитывали на то, что Лэр-Рэзамэль согласится скрепить со мной магические узы.

Асмодей помог ей встать и повернул ее лицом к гостям, чтобы те могли увидеть, как метка на ней прогорает голубым пламенем, оставляя замысловатый рисунок. Приглашенные гости восторженно загалдели и подняли свои бокалы.

– Продемонстрируешь перед гостями свой талант? – предложил Асмодей, обхватив ее плечи ладонями.

В довершение его слов зал в тот же миг поглотил мрак, оставив освещенной лишь небольшую сцену поблизости. Зазвучали султанские мотивы вперемешку с динамичной дарк-музыкой.

Плавной походкой, с гордо поднятой головой, герцогиня прошествовала туда и остановилась у микрофона. Начав двигаться в такт мелодии, она непринужденно исполнила красивую песню. Голос демоницы был сладок и мелодичен – им заполнилось все пространство вокруг, проникнув глубоко в мое замершее сердце.

От того же Асмодея слышал: она была знаменитой музыкантшей до того, как оказалась его пленницей.

Из официальной обстановка сделалась расслабленной. Лэр-Рэзамэль расположила гостей своим чарующим голосом, заставила женскую часть гостей двигаться в том же ритме. Когда она закончила выступление, спустилась со сцены навстречу ожидавшему ее советнику, который повел ее вглубь толпы.

Тогда я не заставил себя ждать и переместившись за доли секунды, оказался напротив. Вероятно, обомлев от моего эффектного появления, та прижала руку к сердцу.

– Мое почтение, Герцогиня. Вы так очаровательны, что я не в силах оторвать от вас глаз. – я провалился в омут темного взгляда, взял хрупкую руку в свою и, не опуская глаз, оставил свой пламенный, возможно, немного холодный, поцелуй. – Я – граф Дар Люций, наследник главы клана Кейзерлинг, внук Гляйхмута фон Кейзерлинга и сын Грэма фон Кейзерлинга, текущего главы клана. Принадлежу одному из самых древних вампирских родов. Асмодей очень ценит нашу связь, потому пригласил на вашу коронацию. Мои ожидания оправдались, и теперь я очень рад, что повстречал такую леди.

После столь увлекательного представления себя, я поспешил улыбнуться. Демоница опустила взгляд, явно уставившись на торчащие из под верхней губы, кончики моих клыков.

– Приятно познакомиться. Я предпочитаю, чтобы меня звали просто Лэр. Или же, Илэриас, – выпустив свою руку, герцогиня просканировала меня с ног до головы.

Надеюсь, я ей хоть немного понравился. Конечно, как инкуб, не был высок. Но вместе с тем многие считают меня гораздо привлекательнее демона-друга. Да я сам тащусь от своей внешности, всякий раз, как смотрюсь в вампирское зеркало! И, спешу заверить, что, пожалуй, самые красивые (в классическом понимании) мужчины – рождаются именно моем клане.

Мужчины рода фон Кейзерлинг прославлены плавными мягкими чертами лица и полными, четко очерченными, губами. Черные волосы острижены по последней современной моде и вполне гармонировали с бордовым удлиненным пиджаком, полы которого выделялись позолоченной отделкой.

На человеческий возраст мы выглядим не старше тридцати.

Выждав, пока она удовлетвориться моей прекрасной внешностью и сделает определенные выводы, я таки озвучил свои сомнения:

– Признаться, было трудно поверить в разумность Асмодея. Но вам удалось не только произвести фурор на всех присутствующих, но и украсть часть моего сердца.

Услышав сие, Лэр хихикнула:

– Аха-х, граф, насмешили… Позвольте узнать, кому же принадлежит другая часть вашего сердца?

Поняв, что сморозил вопиющую глупость, я ощутил неловкость. Заведя руки за спину и наклонившись к прелестнице, заговорщически произнес:

– Я готов отдать вам все свое сердце, лишь бы вы разрешили досаждать вам своим частым присутствием.

Демоница снова рассмеялась и, как мне показалось, даже вспыхнула румянцем.

Но кровь быстро отлегла от ее лица и вместо беззаботности в ее глазах появилась холодная злоба. Я проследил за взглядом, обернулся. Он был направлен на Асмодея, который в данный момент окружен своими наложницами. Те беспрестанно оглаживали его плечи, спину и торс, кормили фруктами с рук и подносили чашу с вином. В тот миг Асмодей тоже взглянул на нее. Его губы тронула ухмылка.

Чтобы сгладить возникшую внутри герцогини бурю страстей, я поспешил заметить:

– Кстати, инкуб сегодня сам на себя не похож.

– А какой он обычно? – насторожилась демоница.

Из интереса ее темные глаза обрели манящий синий блеск, и я уступчиво продолжил:

– Смотря для кого. Но рядом с Вами он ведет себя очень волнительно. Даже сейчас не сводит с вас глаз, – наклонившись, прошептал ей в самое ухо, и не удержавшись, коснулся его губами. А когда отстранился, увидел как прежний румянец вернулся на щеки искусительницы.

– То есть, раньше вы за ним такого не замечали? – уточнила Илэриас.

– Нет. По-моему, это вы должны всем гостям ответить на этот вопрос. Что в вас такого особенного? По мне, вы – обычная, – как есть сообщил я.

Ох, зря!

Советник давно оставил ее и теперь она, словно ощутив беспомощность, снова обвела взглядом зал, на сей раз избегая места, где сидел Асмодей. Пользуясь моментом, я нагло и бесцеремонно прочел ее мысли. Ей тоже было интересно, почему именно она из бесчисленного множества девушек, побывавших во власти этого могущественного инкуба, вдруг стала Темной Герцогиней.

Еще ей хотелось куда-нибудь убежать. От супруга, от гостей, от меня в том числе.

Внезапно появился тот самый советник:

– Моя дражайшая Герцогиня, нам нужно на нижний ярус. Хочу кое-что показать, – он уже обвил ее плечи и, будто только сейчас замечая меня, извинился: – Прошу простить меня, я должен ее украсть на неопределенное время.

– Всего наилучшего, Дар-Люций, – герцогиня взмахнула ручкой.

– Просто Дар. Зовите, Дар, – оскалился я в фальшивой улыбке.

Советник увел Илэриас. А я, уверенный, что этим вечером ее больше не увижу, отправился домой.

Это была наша первая встреча, которая оставила пищу для размышлений.

## ГЛАВА 2. Обратный отсчет

[Дар] | Письмо на первые сумеречные сутки

{Никогда не забуду тот момент на пляже. Помнишь? После стантрайдинга^трюковая езда на спортивном мотоцикле^ вблизи Климб Скай?^обитель вампира (так зовется центр в Демонии, в честь него назван клуб, принадлежащий клану Кейзерлинг)^ Илэриас, прости родная, я был не прав. Я позволил себе слишком много. Та твоя страсть на пляже – следствие проклятия Вертерона^проклятие (как внутри, так и вне) обители Асмодея. Время от времени Илэриас вынуждена ощущать желание к тому мужчине, который находится рядом.^ Тебе стало неловко, и ты сбежала домой.}

…

После коронации, той же ночью, я написал Илэриас красивое признание, чтобы иметь возможность встретиться с ней, только она проснется после демонской вечеринки.

Как говорится, путь к мужчине лежит через желудок, но ведь я не собирался пробовать демоницу. Так что предпочел узнать у Асмодея, чем любит лакомится его супруга. И он сказал, что она страсть, как любит все мучное. Долго размышлять не пришлось, и я остановил свой выбор на двух ароматных булочках с корицей и шоколадной стружкой.

[Письмо

{От Дара фон Кейзерлинга, навеки твоего верного фаворита.

"Доброе утро, моя дорогая Герцогиня. Признаться, я вчера сделался очарованным Вами. И по возвращении домой я не мог перестать думать о Вас. Моя Герцогиня, кажется, я потерял голову и сделался Вами плененным. Прошу, нет, умоляю о встрече, приходите сегодня в райский сад Асмодея. Асмодей дозволил нам встретиться.

Если Вы читаете это письмо, значит уже проснулись и сейчас завтракаете. Приятного аппетита. Эта прекрасная черная роза – цветок из моего сада для Вас.

Илэриас, я уже с нетерпением жду. Я в саду Асмодея".}]

Я был готов прийти к ней в любое время.

Предчувствую ваш вопрос: Дар, а разве солнце тебе не причиняет боль, как многим вампирам? Нет, мне не нужно бояться солнечных лучей – я всегда защищен собственной тьмой, которая окутывает меня и защищает даже от непогоды.

Ко второй нашей встрече я подготовился как следует – приоделся по-современному брутально.

Удобные кроссовки, зауженные к щиколоткам черные брюки со стрелками спереди, футболка с V-образным вырезом и накинутая на плечи кожаная куртка с шипами на плечах. На обеих руках красовались кожаные браслеты с заклепками и вполне обычными декоративными безделушками. Правое запястье дополнили часы от Льюис Вутон.

[Илэриас. Раский сад]

Дожевывая вторую булочку, я дошла до конца письма. Очень удивилась, ведь даже при жизни человеком мне еще никто не делал таких скоропалительных признаний. "Он ведь уже ждет!" – внезапно спохватилась я, наскоро осушив стакан сочного апельсинового сока, соскочила с кровати.

Строение Вертерона было круговое. И внутри него действительно располагался чудесный Асмодеев сад. Меня окружило большое многообразие цветов, все они мерцали и благоухали, источая сладкие ароматы. В несколько рядов, чередуясь с деревьями тропических плодов, тянулись кусты с особыми диковинными плодами. В центре красовался большой фонтан с прозрачной, почти голубой, родниковой водой.

Над всем этим в воздухе витало много странных разноцветных огоньков – они словно живые разумные существа то и дело хаотично мелькали в стороны, не задерживаясь ни на миг, будто сделались напуганными. "Кто это? Быть может, крошечные создания?"

От попытки разгадать неизведанных существ меня отвлек Дар, появившийся словно из ниоткуда. Он возник напротив и из-за его присутствия сад разделился на день и ночь: тьма, преследовавшая вампира, окутывала его словно кокон. Я обомлела.

Дар тепло улыбнулся и протянул руку. И когда я взялась за нее, то оказалась на его сумеречной стороне. Позабыв о маленьких живых огоньках, я смотрела на него во все глаза. Он выглядел не таким, как вчера. "Может от того, что светские приемы диктуют свою моду?" Сейчас на нем была вполне современная одежда, в которой смешались два стиля – брутальность и классический гламур.

– Здравствуй, моя Герцогиня, – приветствовал вампир, как оказалось следивший за модой.

– Привет, – я кивнула и несколько растерянно улыбнулась.

– Ты не против перейти на "ты"?

– Ну, конечно.

Моя ладонь продолжала находиться в руке Дара, он перебирал мои пальцы своими и, как мне показалось, с упоением разглядывал меня.

– Тебе, наверное, много раз доводилось слышать, что ты очень милая, – Дар улыбнулся вновь, в этот раз растянув только краешек четко-очерченных полных губ.

“Нет, что ты. Ты первый, кто мне это говорит”, – хотелось съязвить ему. Ну, что за дурацкие вопросы? Вроде красивый, а такой глупый!

Но, кажется, я сказала это вслух, так как вампир тут же чему-то кивнул, будто соглашаясь. От стыда у меня покраснели щеки. Замечая это, Дар накрыл их своими ладонями, и мне вмиг полегчало. Я с благодарностью устремила на него взгляд.

Его выразительные темно-карие глаза завораживающе блестели в полумраке и контрастировали с восковой гладкой кожей, будто высеченной умелым скульптором – это придавало ему неповторимый классический образ обольстителя. В особенности привлекал красный (в своей естественности) влажный рот.

Не замечая за собой, я протянула руку к его лицу и указательным пальцем повторила контур четкой линии подбородка. Дар – утонченный и изящный юноша. Мудрость прожитой доли вечности выдавали те же глаза, до сих смотревшие на меня с нежностью.

И еще мне нравились его черные волосы: были не слишком длинными, но вампир вполне мог заделать их кончики за ухо; зачесаны на одну сторону и выглядели густыми.

Разглядывая его, я почувствовала, как сердце бешено заколотилось и от его ударов меня стало раскачивать как маятник.

– Что с тобой, тебе плохо? – Дар изменился в лице и передвинул пальцы своей руки, ухватив меня за запястье. – У тебя пульс участился, ты в порядке?

Я продолжила, замерши молчать, а он обвил за талию и крепко прижав к себе, нырнул другой рукой мне под колени – поднял.

Сложилось ощущение, будто вампир не знал, что со мной делать. У нас слишком разная химия внутренних процессов.

Тут я вспомнила свой разговор с дворецким. Который рассказал мне, что у Дара фон Кейзерлинга никогда не было контактов с девушками.

За завтраком я рассказала о знакомстве с ним и затем узнала, что до меня так тесно вампир не общался ни с одной девушкой. Бесконечные занятия фехтованием, искусство владения мечом, разные техники рукопашного боя, боя дальнего – на суше и на море, изучение стратегий войны, история рода клана Кейзерлингов, дипломатия и политика, всевозможные высшие математические расчеты… И многое другое то, чем был обычно занят каждый мужчина рода Кейзерлинг с рождения.

И потому времени думать о девушках у него даже не представлялось возможным. Исключение – редкие светские приемы. Наш с Асмодеем – оказался для него четвертым.

– Я в порядке! – предприняла попытку убедить Дара и смотрела с изумлением. Из страха упасть, пришлось обвить его вокруг шеи.

Вопреки моим словам он понес меня на руках до ближайшей скамьи, там аккуратно опустил.

– Извини за такую вольность, мне просто очень хотелось это сделать, – Дар выдавил улыбку.

Внезапно в его руках материализовалась гитара, и я очень удивилась, тут же переключившись на нее. Голос Дара – мелодичен и временам понижался до хрипа. Пел вампир очень красиво и проникновенно. Он исполнил пару красивых песен, и обе были о несчастных влюбленных. Этих песен я никогда не слышала.

Когда Дар закончил петь, мы встретились взглядами.

– Хочешь, прокатимся?

Вопрос был столь неожиданным, что на мгновение я растерялась.

– А это возможно?

– Ну, конечно, – закинув гитару на плечо, Дар, встал, протянул мне руку: – Пойдем, ты не пожалеешь.

Будучи заинтригованной, я с радостью откликнулась и теперь гадала о возможном маленьком приключении.

Когда мы вышли из сада, за высокими воротами я увидела мега-навороченный мото-байк вампира. Значит, мы сейчас куда-то поедем. Хорошо, что на мне кожаные лосины. Иначе, как-бы я села?

Увидела, как, гитара на спине Дара вдруг сделалась дымчатой и рассеялась. Чудеса! В ту же минуту по щелчку его пальцев впереди нас открылся пылающий портал с расплавленными краями. Оттуда переливаясь огнями и мерцал неизвестный ночной город.

– Там, где я живу, всегда ночь, – пояснил он. Усаживаясь на байк, потянул за собой. Продолжив удерживать за руку, дождался, когда я усядусь позади, затем бросил через плечо:

– У меня к тебе просьба.

– А? – подавшись к нему, я опустила руку на предплечье и скользнула ею вниз, не замечая за собой, что это выглядит как ласка. Поняла об этом, когда прочла мысли вампира. Ему понравился мой жест.

Да что там, Дар испытал настоящее смущение. И несмотря на это тут же накрыл мою руку своей – предупреждающе продолжил:

– Советую обнять меня как можно крепче.

– Хорошо, – согласилась я и сделала, как мне велели.

Обнимая его, я нащупала под тонкой тканью свободной футболки его тугой торс, который вдруг захотелось исследовать тщательнее. От прикосновений к Дару я будто забылась, а сам он чего-то замер. Тогда перенесла руки ему на грудь: от ощущения ее рельефов под пальцами я судорожно вздохнула и выдохнула.

Ангелы побери, что со мной?!

– Ну, ты готова? – осторожно поинтересовался он, будто боялся отвлечь меня.

– Да.

Как только я устремила взгляд вперед, раздался гул мотора, подобный рыку льва: Дар вдавил педаль газа до упора и после, мы пулей оказались по ту сторону портала. Какое-то время мчались по прямому ровному шоссе. А когда въехали в город, наполненный высотными зданиями, вампир взял курс выше – перешел на стены самих небоскребов.

Мне сделалось страшно, но уже в следующее мгновение я почувствовала себя в безопасности. Дар уверенно вел свой страшный байк, он владел им, как серферы доской в океане.

Я честно пыталась выхватить взглядом хоть что-нибудь, но попросту не успевала – все вокруг смешалось в единый мерцающий вихрь. Тогда, довольно-таки крепко стиснув вампира в объятии, прижалась щекой к его спине и решила не заморачиваться разглядыванием города, а попросту наслаждаться самим ощущением стремительного полета.

Наконец, Дар значительно сбавил скорость, и тогда я с облегчением вздохнула. Ветер донес запах моря. Мы у причала? Я боязливо открыла глаза и обернувшись, обнаружила, что город оказался далеко позади, а впереди действительно бушевало море.

Спустя еще некоторое время, мы заехали на песочный пляж. И как только вампир остановился, я сползла с сидения – повалилась на песок. Голова кружилась. Прохладное море тут же лизнуло подошву сапог. Дар повалился рядом. Мы встретились взглядами, и потом он мечтательно устремил свой на звездное небо.

– Что думаешь? – он вновь взглянул на меня, в этот раз испытующе.

– Это было потрясно, – прошептала в ответ, улыбнулась: – До сих пор голова кругом.

Счастливо глядя на меня, вампир придвинулся – тогда мы оказались непозволительно близко друг к другу. Собственное сердце заколотилось с такой силой, будто готовилось сломать грудную клетку и выскочить. Испытывая смущение, я только на мгновение закрыла глаза, как сразу же почувствовала, что Дар прижался к моим губам своими.

Вампир привлек к себе за талию и я, повинуясь возникшему из ниоткуда наваждению, стремительно переметнулась, нависая сверху – пьяно взглянула в глаза. Тогда он вновь притянул к себе, обвив за шею, и поцеловал. На сей раз успев раздвинуть губы языком.

Поцелуй был робким и наивным. Но потом, когда Дар осмелел, сильнее впился в губы. У меня закружилась голова. И чтобы не свалиться на вампира, я прижалась к его груди своей. Дар простонал. Наверное я его сильно сдавила. Только попыталась отстраниться, как он сцепил руки на моей спине – не позволяя сделать это. Прижался к моим бедрам своими, снова простонал, сквозь поцелуй, в свою очередь сделавшийся голодным и ненасытным.

Если он сейчас не отпустит меня, я задохнусь! Только подумала об этом, вампир ослабил хватку и перестал терзать мой рот. Взглянул, словно загипнотизированный, переместив взгляд туда, где из под корсета вздымается и опускается моя грудь.

Фух! Реально чуть не задохнулась.

– Прости, – вдруг с сожалением произнес он.

Я поднялась с колен и не глядя более на Дара, настойчиво потребовала:

Отвези домой! Я хочу домой.

Мне стало очень стыдно за свое поведение и такую раскрепощенность.

Решившись взглянуть на вампира, я обожглась его вмиг похолодевшим взглядом. Его губы теперь были плотно сжаты от досады.

– Зачем ты так со мной? – слова прозвучали с такой обидой, что я почувствовала себя еще более неловко.

– Прости, Дар. Дело не в тебе. Ты очень классный для такой, как я… – только порывалась признаться ему в том, что те чувства, которые мне уже довелось испытать раннее, вовсе не искренние, а кем-то или чем-то навеянные, как вампир грубо прервал:

– Только лицемерить не надо…

– Я не лицемерю! – тогда жестко отрезала я и уже начинала злиться на то, какой же все-таки Дар еще ребенок.

Сейчас он был так сердит, что не замечает моих чувств!

Вдруг смягчившись во взгляде и деловито приблизившись, он опустил ладонь на мою щеку – произнес:

– Ты должна верить мне, Лэр. Я точно знаю, чего хочу.

– И чего же ты хочешь? – собственный голос задрожал.

Дар порывисто прижал к себе, обвив талию обеими руками, опустил голову на мое плечо:

– Я хочу быть с тобой, – произнес он, но тут же усмехнулся и добавил: – но я не настолько наглый, чтобы чувства не были взаимными.

Тяжело вздохнув, я отстранилась, подняла на него глаза:

– Как бы там ни было, ты благороднее, чем Асмодей. И я бы предпочла оказаться в твоем плену, нежели его, – это было искреннее признание с моей стороны.

– Тогда, мне следует отвоевать тебя? – подавшись вперед, спросил Дар вкрадчиво.

Его взгляд и улыбка вселяли надежду на спасение и освобождение от оков Асмодея, потому в следующее мгновение я без обиняков согласилась:

– А знаешь… Не возражаю. Надеюсь, тебе это удастся.

– В таком случае я сделаю все, чтобы вырвать тебя из его цепких лап. Мое джентльменское слово, – пообещал Дар.

Тогда я обхватила его лицо ладонями и притянув к себе, с трепетом поцеловала. Поцелуй длился недолго, и я отстранилась, напомнила:

– Мне нужно вернуться.

– Хорошо, – согласился вампир и взмахнув ребром руки, прорезал портал сразу в Асмодеев сад.

Только я оказалась по ту сторону, Дар окликнул меня. Обернувшись, я счастливо улыбнулась, а он заявил: – Мы скоро снова увидимся.

Края портала вновь срослись, будто его вообще не бывало.

## ГЛАВА 3. Будь моей Темной Леди

[Дар] | Письмо на вторые сумеречные сутки

{Мне очень стыдно! Правда, Илэриас! После фаербола я повел себя как истинный мудак! Слишком много возомнил о себе. Это было невежественно с моей стороны.

Никогда не забуду страх в твоих глазах на тот роковой момент. Становится так горько, что щемит в груди. Я не должен был слушать Асмодея.Я слишком поздно понял это. И потерял твое доверие.}

…

После первого свидания, той же ночью, я написал Илэриас. Мне хотелось показать ей, как великие Вселенной Асмодеум вершат свои споры и заключают сделки при помощи фаербола^достаточно зрелищная международная игра огненным мячом по тем же правилам, что и футбол.^ А после, я собирался позвать ее на вечеринку в честь своего совершеннолетия в клуб Климб Скай. Мне очень хотелось, чтобы она провела ночь в моих объятиях.

[Письмо

{От Дара фон Кейзерлинга, навеки твоего верного фаворита.

Моя Темная Леди (можно я Вас буду звать именно так?)

Спешу Вас уведомить в том, что сегодня около 10 сумеречных часов начнется международная игра по фаерболу среди народных содружеств Вселенной Асмодеума. Надеюсь о ней Вы уже кое-что знаете… Так вот, на кону наше с Вами будущее, моя Темная Леди. Как я и сказал, я буду пытаться вырвать Вас из лап Асмодея. Условие – моя победа в этой игре. Но и сейчас, пока она не началась, я прошу Вас о сопровождении. Независимо от начала и исхода игры, Вы весь день и вечер проведете в моем обществе, как и обещал мне Асмодей. Для меня Вы почтенный гость, ведь сегодня день моего совершеннолетия и мне исполняется 123 года.

P. S.: Я уже жду Вас внизу.}]

[Илэриас. Вертерон]

На следующее утро только я проснулась, дворецкий с каменным лицом вручил мне конверт и без тени улыбки произнес:

– Вам письмо, моя герцогиня.

– От кого? – подражая его настроению, также без тени улыбки отозвалась сухо, не стала принимать конверт в протянутой руке и отодвинула ее от себя. Потребовала: – Прочти мне.

– Это снова Дар фон Кейзерлинг. Он испытывает к вам повышенный интерес, моя герцогиня?

Что? Так быстро? Я удивилась. Не прошло и суток…

– Можно и так сказать. Читай. – я смутилась от такой бестактности своего слуги, подумала, что сама виновата в этом.

– Крм-крм, – тот откашлялся, поднеся ко рту руку, затянутую в белую перчатку и затем озвучил содержимое.

Не успела я, спросить про само совершеннолетие Дара, как Себастиан (так зовут моего слугу) резко вытащил следующий конверт и уведомил:

– Вам еще письмо. От господина Абигора.

– Прочти, – потребовала я.

Когда я обратила внимание на печать, заметила, что та с такой же витиеватой буквой только "А".

Распечатав его, Себастиан бесстрастно прочел:

"Илэриас. Вероятно, ты уже прочла письмо господина Дара фон Кейзерлинга. Прошу, не переживай. Асмодей будет наблюдать за тобой. Я знаю, что он, если и отпустит тебя от себя, то только к вампиру. Моя просьба к тебе, веди себя, как можно непринужденнее. Вероятно сейчас у тебя масса вопросов, но на них я отвечу позже, когда выдастся время".

– Все. На этом письмо господина Абигора заканчивается. Наверное, оба письма будет лучшим сейчас сжечь, да герцогиня? – вдруг спросил дворецкий.

– Да, Себа, сожги, – я в задумчивости кивнула.

Как оказалось, когда я поспешила предстать перед Даром, внизу меня заждался не только он. По другую сторону с ноги на ногу переминались прочие асмодеевцы. Сам же инкуб как всегда вальяжно восседал на троне, перекинув ногу на ногу.

Недавно, как я заметила, он улыбался, а увидев меня, стал холоден и непритязателен.

– Господин Уфир, Господин Абигор, здравствуйте, – оказываясь у подножия лестницы, по очереди приветствовала я друзей кивком головы.

– Здравствуй, герцогиня.

– Привет Илэриас.

– Ну, привет, моя Темная Леди, – вкрадчиво отозвался Дар и привлек к себе, обвив за талию.

Я смутилась от уверенности вампира, но в следующий миг, столкнувшись с ним взглядом, счастливо улыбнулась ему. Старалась следовать предписаниям Абигора. Губы вампира дрогнули и он, улыбнувшись, наклонился – прошептал уже на ухо:

– Чудесно выглядишь.

Со стороны Асмодея раздался ленивый голос:

– А со мной здороваться не надо, Илэриас?

Я едва не вздрогнула, рискуя выдать свое волнение. Но в следующую секунду обернулась к нему и снисходительно улыбнулась:

– Видеть вас я особенно рада, Асмодей.

Инкуб фыркнул и тут же отвернул голову, устремив взгляд куда-то в сторону. Я несколько опешила, посчитав это за ребячество. Но, заметив улыбку на лице провидца Абигора, едва не прыснула со смеху. Абигор подмигнул.

Почувствовав уверенность и решив больше не забивать голову глупыми доводами, я последовала с Даром.

Снаружи друг за другом стояло четыре спорткара, время от времени, будто в нетерпении, вспыхивающих голубыми языками пламени. Поразившись их мощи и красоте, я не выдержала и в восхищении охнула. Демоны стремительно расселись по машинам.

– Не волнуйся, – мягко позвал Дар. – Я точно сегодня выиграю, – с этим уверенным заявлением он открыл передо мной дверцу первого авто, усадил, затем обошел его и опустился рядом.

Он повернул ключ зажигания – раздался рев двигателя, напоминающего рев плененного и рвущегося на свободу зверя. Дар переключил сцепление и нажав на педаль газа, резко сорвался с места, принявшись с жадностью глотать километры, как хищник сочное мясо.

Когда легкое головокружение от высокой скорости прошло, а бабочки в животе успокоились, мне подумалось, что автомобиль вампира словно жил своей жизнью и сам решал, куда нужно повернуть и где прибавить скорость. Я отвлеклась от дороги впереди и с интересом сосредоточилась на пейзаже за окном, впервые замечая, что по обеим сторонам от трассы простирались целые мегаполисы и жилые города. Эти просторы звались Демонией.

Прошло еще какое-то время, и мы оказалась на прекраснейшем месте, вдали от Вертерона. Это был Призрачный Колизей, место для всевозможных турниров, в том числе фаербола.

Асмодей настоял на собственной охране для меня. И теперь по его велению рядом со мной на трибуне стоял неимоверных размеров служивый. При виде него мне сделалось смешно, но, когда я увидела в его руках большую дубину, мгновенно посерьезнела.

– А это для чего? – спросила тогда инкуба, почему-то не отходившего от меня.

– От назойливых и любопытных рук, – стало мне ответом.

"Колизей" находился под куполом и внутри него ночь. До того Дар пояснил, что не все терпят дневной свет.


Когда по периметру арены зажглись огромные прожектора и поочередно заискрили пламенные гейзеры, над головой взорвался салют. Откуда-то возник едкий дым, он маревом окутал пространство вокруг, время от времени, возникая перед самым лицом и мешая рассмотреть, что же происходит там, внизу.

Атмосферу дополнили бойкие треки от "Thousand Foot Krutch", музыка оказалась уместной и доносилась отовсюду, задавая атмосфере необычный драйв.

Наконец, пребывая в боевом настрое, что-то крича и улюлюкая, появились асмодеевцы, взмыли вверх один за другим, расправив крылья. Их было слышно так, что казалось, будто они находились совсем рядом.

Наверняка пытаются раздразнить команду Дара. Мяч оказался в его руках. Свиду он был самым обычным. Но как только вампир провел по нему пальцами правой руки, тот запылал словно факел. Дар ударил по фаерболу снизу, и тот стремительно взлетел к звездам. В ожидании обратного падения фаербола ему даже нашлось время подурачиться на месте изобразив непонятный танец. Толпа засмеялась.

Увидев, что я смотрю на него, он послал мне воздушный поцелуй. Я ощутила жар, приливший к щекам.

Огненный мяч уже падал назад, набрав обороты. Завидев его, Дар взмыл уровнем выше и удар его ноги пришелся точно по мячу, который он направил в воздушные ворота Асмодеевцев.

– Засчитано. Это первый гол команды "Кейзерлинг", уважаемые зрители. Каков же будет ответ Асмодеевцев, сейчас мы это увидим! – весело вещал комментатор.

– Есть! – обрадовались члены четы Кейзерлинг и подражая наследнику, принялись изображать забавные танцы.

Теперь предстояла очередь Уфира (^медсоветник; демон-лекарь, принесший присягу Асмодею, служит инкубу по контракту; имеет клеймо Асмодея; зовет себя лучшим другом Илэриас^). Вместе со всеми замерла в ожидании, что же будет дальше. Под начавшуюся песню "Born This Way" Уфир стянул с себя футболку и произнес:

– Становится жарко.

И это в контексте того, что демоны толком играть еще не начинали. Шутник! Как и другие зрители, я засмеялась, когда Уфир забавно поиграл мышцами рук и груди.

Держа мяч на вытянутой руке, другой – он направил в него мощный поток своей энергии и тот, ослепительно засияв и пульсируя, улетел в сторону вампиров. Мяч должен был добраться до ворот или хотя бы оказаться в руках бека. Светящийся шар сам обходил вампиров, кидающихся поймать его. Но беку клана Кейзерлинг это удалось без всякого труда и тогда он поплатился за это – мяч буквально отсалютовал запечатанной в нем энергией демона.

– Чтоб тебя! – и было слышно несчастного, буквально оказавшегося в центре огненной бури.

Ослепительный свет мог обжечь нежную кожу вампира. И когда он понемногу рассеялся, стало видно, как обуглился защитник. Он покачивался на месте, словно пьяный и, казалось, вообще не видел перед собой. Комментатор выкрикнул, что гол не засчитывается, а Дар поспешил дать знак своим, чтобы те убрали с поля жертву неуместной и злой шутки. Он смотрел на беднягу с сочувствием, а когда взглянул на Уфира, мгновенно посуровел в лице:

– У тебя нет чести, Белоснежка! – произнес он это вслух, зная как демон не любит свое прозвище. Уфир ощерился и выкрикнул в ответ:

– Вам не поможет подмена! Мы разнесем вас в клочья!

В ответ Дар улыбнулся, а Уфир встретил взгляд, говоривший ему "как бы не так".

– Поскольку гол не забит, мяч переходит к "Кейзерлингам"! – озвучил невидимый комментатор. – Ох, становится и правда горячо! Вы только взгляните на грозного красавчика Дара. Его взгляд. Я знаю этот прием! Но это файербол без правил и тут можно все!

Вампир хвастливо задрал нос и ловко крутанул мяч на указательном пальце, заставив его быстро вращаться вокруг собственной оси, потом убрал руку из-под него и оставил так крутится в воздухе. Будто почувствовав силу вампира, фаербол стал вбирать ее в себя и от того засветился еще ярче, чем обычно. Теперь его свет ослеплял даже демонов.

– Уауууу! А что же еще умеет наш бессмертный мальчик? – не унимался диктор, комментируя все, что видит.

"Бессмертный мальчик" пнул по фаерболу так, что тот, пролетев через все поле, поднял за собой комки земли и оставил внушительных размеров глубокий ров. Защитником асмодеевцев был Абигор. И он, готовясь принять на себя мощный толчок, даже зажмурился, вероятно думая о том, как скорее бы это закончилось. На его месте я бы сама испугалась!

Наконец, мяч добрался до него, и Абигора, поймавшего его своей грудью и руками, отбросило вместе с воротами далеко назад.

Я находилась вблизи представления. Приставленный телохранитель, мгновенно среагировал – встал на мое место и принял весь летящий мусор на широкую грудь. Мне оставалось только взволнованно охнуть, увидев как провидец огненной стрелой улетел далеко за трибуны.

– Прикольно, малыш, – присвистнул диктор. – Я засчитываю гол, так как наш товарищ оказался за пределами поля боя.

– Что? Так можно было? – стал возмущаться Асмодей.

Только сейчас я заметила инкуба, до того никак не выказывавшего себя какими-либо эмоциями. Глядя на очередные реверансы вампиров, он небрежно фыркнул и сейчас выглядел больше, чем разъяренным.

Когда настала его очередь ловить фаербол, он, кувыркнулся в воздухе и в два счета обхватил огненный шар ногами.

– Ну, что, дамы и господа… – продолжил свою дискуссию со зрителями вещатель. – Вот он, наш Великий, всеми любимый, князь тьмы. Давненько же его не было видно! Посмотрим, сохранилась ли его ловкость за столь длительное отсутствие! – последовал убойный трек "Down" той же группы. И под биты, сопровождавшиеся хлопками и топаньем всех присутствующих, Асмодей произвел эффектный дриблинг мяча:

– Я вернулся, – зло усмехнулся он.

Пробормотав соответствующее заклинание, послал "мертвый мяч", предварительно задав ему определенную траекторию и сверхмощную скорость.

Среди мелькающих туда-сюда вампиров фаербол пролетел без происшествий – да с такой силой, что волосы у другой команды взметнулись по инерции. И по пути подпалив нос одному из противников, уже готов был врезаться между штангой и перекладиной, как сделался остановлен.

– Вот же, досада! Дар применил свой гипноз! – взорвался эмоциями диктор. И после его слов фаербол с гулким грохотом упал у ног вампира. – Асмодей хотел ничью, но у него ничего не вышло. Это чистая победа клана Кейзерлинг!


– Вот жеж, болваны! – выругался Асмодей, дав подзатыльник одному из карателей^лига бойцов в армии инкуба^. – Почему мы трое только должны отдуваться?!

– Ничего, в следующий раз возьмем реванш, – похлопал его по плечу Уфир.

Абигор, шедший рядом с ним, выглядел спокоен как-никогда и чему-то улыбался. Я знаю, ему было все равно кто выиграет, главное – следовать нашему плану.

***

[Дар]

Игра была окончена, Я видел, что демоница проявила ко мне большее любопытство нежели обычно, это польстило. Уже по направлению в Климб Скай поймав ее один такой взгляд, я улыбнулся и даже осмелился положить руку на ее колено:

– Как тебе фаербол, понравилось?

Оказалось, мои мысли были недалеки от возможного ответа.

– Да, это было впечатляюще, – Лэр несколько смутилась из-за моей ладони на ноге, но решила не показывать этого и вести себя уверенно и дальше. Она склонилась ко мне и глядя в глаза, по-хозяйски облокотилась о плечо: – Особенно твоя игра, – добавила демоница, зачем-то закусив нижнюю губку. – Ты очень сильный противник.

Услышав это, я ухмыльнулся краешком губ. Сейчас мне очень хотелось остановить свой спорткар и пропустить впереди себя колею демонов, которые сопровождали нас. Мне нестерпимо пристало поцеловать Лэр, но держался я изо всех сил.

Когда довез демоницу, то сам вышел из машины и лично открыл перед ней дверцу.

– Климб Скай – обитель вампиров, защищена противосветовым куполом. Но я вскоре должен сделаться сильнее и тогда никакой свет точно мне страшен уже не будет.

Мы припарковались неподалеку от мигавшей вывески с названием "Ордлон". Видя изумление спутницы, я также коротко бросил:

– Я владелец вот этого ночного клуба. Пойдем, нас уже заждались, – взял ее за руку и тепло улыбнувшись, потянул за собой.


Бодро играла рэп-музыка и болезненно для глаз мигали частые блики света, когда Лэр и демоны оказались у меня в гостях. Празднование моего дня рождения началось конечно же без моего присутствия и длилось у вампиров уже долгое время: все вокруг выглядели изрядно выпившими и расслабленными.

Как только мы вошли, собравшиеся гости наперебой закричали: "С днем рождения, Дар!"

Демонов я разместил над концертной ареной, на втором этаже клуба. Там был бар, можно закурить сигару редких коллекций и даже посмотреть на беснующуюся толпу снизу.

Я остался с Илэриас внизу – принимать поздравления, но почти сразу же прерывал малейшие попытки каждого гостя завести со мной длительный разговор, стремясь представить спутницу – "ту самую Темную Герцогиню, свою почетную гостью", которую за все время ни разу не выпустил из своих рук.

В один момент устремив взгляд наверх, где находились асмодеевцы, я заметил, что инкуб очень явно разглядывает нас. Тогда я задумался: ревнует Илэриас или же сомневается в моей способности – очаровать ее?

Что бы там ни было, я собирался следовать нашему плану: несмотря на то, что госпожа герцогиня – его супруга, он сделает все, чтобы отдать ее мне; взамен на это я поделюсь с ним своей Силой, которую получу в эту же самую ночь – ночь своего совершеннолетия. Конечно, если Илэриас отдастся мне…

Что же получит сама герцогиня? Мои бесконечные – любовь, и внимание, будучи в статусе уже моей супруги – богатства, власть и влияние в клане. И, пожалуй, самое главное в этом вопросе – избавление от всех оков инкуба, в том числе проклятия Вертерона.

Для Асмодея я приготовил особое развлечение. Среди вампиресс наверху, компанию демонов развлекала Ингвингунда. Это моя сестра, считавшаяся одной из самых сексуальных и влиятельных в клане Кейзерлинг. Моему расчетливому другу-искусителю она была не нужна. Хотя, однажды они оказались не прочь провести ночь в обществе друг друга.

…

Потягивая коктейли один за другим, я сделался пьян. Лэр мне сказала об этом и предложила выйти на свежий воздух. Да, нам нужно туда.

Я взял ее за руку и мягко дернул вглубь темноты за собой. Демоница тоже покачиваясь от количества выпитого. И если бы моя хватка не была крепкой, то она могла упасть.

Растолкав впереди снующих туда-сюда гостей, мы выбрались на крышу "Ордлона". После, я устремил на Лэр обожаемый взгляд, коснулся ладонью ее щеки. Одновременно с этим, со свистом прорезав воздух, за моей спиной разверзлись черные кожистые крылья, которых я ей еще не показывал. Увидев это вблизи, демоница восторженно пискнула, а я не сдержал улыбки.

Затем взглянул на луну и та, словно приветствуя меня, засияла ярче обычного, даже стала казаться непривычно ближе: только протяни ладонь. С еще большим удивлением демоница отметила, как на моей мертвенно-мраморной коже появились сияющие разломы – такие, словно горячая лава стремилась выбраться наружу из под асфальта.

Так давала о себе знать проявляющаяся сила на ночь совершеннолетия вампира.

– Я не могу поверить глазам, это реально? – охнула она, вспомнив похожий феномен у героев "Сумерек". Только у них кожа светилась не от луны, а от солнца.

– Реально. Такое случается редко у вампиров. Раз в год и то в дни рождений, Каждый раз, когда это происходит, мы становимся сильнее.

– У нас, вампиров Кейзерлинг, есть поверье, – повернувшись к ней, я взглянул проникновенно и говоря следующее, понизил голос, едва слышно озвучил: – Если наследник клана проведет первую ночь совершеннолетия с девушкой голубых кровей, то от близости с ней он наделяется еще большей силой. Ведь для нас, Кейзерлинг, сила любви – это все. Любовь способна сделать правление куда более плодотворным и удачным…

– Постой. Замолчи… Что-то я не совсем понимаю…

Черт меня попутал сказать ей об этом! Вот пьяная башка!

Я злился в мыслях сам на себя, наблюдая за тем, как до Лэр начинает доходить произнесенное мной. Это отразилось на ее безупречном лице. Она нахмурилась, затем расширила глаза от ужаса и плотно сжала губы, словно силилась совладать с собой.

Я стал приближаться, а Лэр принялась шаг за шагом отступать. Возможно, она заметила животный блеск в моем взгляде, проявление которого я не мог контролировать в тот момент. А меня все распирало от прилива Силы.

– Дар, я не… – конечно, герцогине сделалось неприятно, я даже ощутил ее резкое покалывание в груди – как свое собственное.

Она испугалась, захотела развернуться и вспорхнуть, как я схватил ее за руку и с несвойственной мне грубостью притянул к себе – развернул ее и прижал к себе так крепко, насколько мог.

– Лэр, ты не понимаешь… – зашептал ей в ухо, дрожащими пальцами дотронулся до щеки и с сожалением глядя в глаза, принялся гладить, будто успокаивать.

– Меня. Что… просто отдают в пользование? – по щекам моей Темной Леди потекли слезы.

– Ты станешь счастливой со мной, – будто и не слыша демоницу, продолжил говорить яр и все также гладить ее по лицу.

Она снова попробовала отступить, но я в который раз хищно перехватил за руку – демоница вскрикнула:

– Я… я тебя… презираю! Ты такой же бесчувственный монстр, как и Асмодей!

Но, что бы там ни думала Лэр, эти слова для меня оказались пощечиной, сильной и болезненной.

– Тс-с-с, – я опустил палец на ее губы и затем примкнул лбом к ее, закрыл глаза, судорожно вздохнул и заговорил: – Илэриас… Я был с тобой искренен. Мои чувства к тебе настоящие… Хочешь, мы сбежим с тобой прямо сейчас? Куда угодно… Исчезнем до тех пор, пока не забудут наши имена.

– Ну, что ты несешь… – герцогиня всхлипывала.

А я все продолжал, будто не замечал ее состояния:

– Ты бы могла забыть и его имя и никогда больше не вспоминать инкуба… – я наклонился к Лэр и потерся носом о ее щеку. – И даже готов пожертвовать титулом в клане …только-бы быть вместе с тобой, – последнее сказал уже хрипло и полушепотом.

Демоница подняла на меня глаза, а я надеялся, что она увидит – я не лгу, я искренен. Но даже несмотря на это она в отрицании замотала головой:

– Я не могу.

– Почему?

– Я люблю другого, – Лэр сглотнула.

– Что? Когда успела полюбить? – я отшатнулся, верить в услышанное совсем не хотелось.

– Ко мне вернулась память. И в своих воспоминаниях я с этим демоном уже давно.

Эти слова оказались еще одной пощечиной для меня – более сильной, более болезненной.

– Кто. Кто этот демон?!

– Абигор, – призналась Лэр, она смотрела на меня с испугом. – Прости. Прости меня, Дар. Я совсем не хотела делать тебе больно.

Боясь потерять демоницу и от того чувствуя, что схожу с ума, я перехватил ее руки выше локтей и не ведая, что творю – с силой затряс:

– Этого не может быть! Скажи, что ты пошутила, ведь это просто не может быть правдой. Ты его не любишь, ты любишь меня, Лэр! Я же помню, какая ты была со мной. Тогда… – в следующий момент наклонившись к ее пухлым губам, произнес вкрадчиво и с надеждой заглянул в глаза – разве ты можешь быть такой с кем-то еще?

Я нетерпеливо раздвинул языком сладкие розовые губы Темной Леди, вдруг ставшие непривычно непослушными. Упираясь ладонями в грудь, она тихо зарыдала и затряслась как осиновый лист,

– Дар, – неожиданно раздался властный голос позади нас.

– Отпусти ее, – послышался второй, более угрожающий.

Из мрака показались Абигор и Уфир, со стороны Илэриас раздался предательский облегченный вздох.

Я не ожидал появления демонов, и был очень удивлен. Их взгляды не предвещали ничего хорошего. Когда я вновь взглянул на Лэр, то увидел, какие были у нее красные глаза и как дергались пухлые губки в безмолвном плаче.

Герцогиня жалостливо смотрела на него, вероятно ожидая, что я ослаблю хватку.

[Лэр]

Как только Дар отпустил меня, разревевшись, я подбежала к Абигору. Провидец скоропалительно распростер руки для объятий, прижал к себе.

– Все хорошо, тш-ш-ш. – попытался успокоить. Следующие его слова были адресованы моему обидчику: – Ты зашел слишком далеко, Дар фон Кейзерлинг.

Будучи в надежных руках, я позволила себе обернуться и найти глаза вампира.

– Ты обещал помочь! – Уфир толкнул Дара в плечо, но тот и не думал сопротивляться.

Услышав слова мед советника, я удивилась.

– Дар, убежище, – напомнил ему Абигор, а я еще больше запуталась и не могла понять, о чем толкуют эти трое.

– По-моему, он вообще сейчас не мыслит адекватно, – глядя на него, еще больше начинал сердиться Уфир: – Не видишь, прилив перворожденной силы ему в голову ударил?!

Я перевела взгляд с Дара на Абигора:

– О чем вы?

Вампир очень неодобрительно смотрел на меня в тот момент. Ему явно не нравилось, что демон, в лице которого сейчас он видит противника – продолжает прижимать меня к себе. Дар скривился и отвернувшись, горестно усмехнулся:

– Надеюсь, вы не забыли о том, что госпожа герцогиня нуждается в прислуге.

Совсем скоро вместе с Даром мы оказались у его чудесного поместья. Контраст красок завораживал так, что чуточку отвлечься от недавней мрачной ситуации и не восхититься было невозможно.

– Теперь все вокруг в твоем распоряжении, – раздался над моим ухом голос вампира.

Я восторженно вздохнула. Его земельное владение, о котором демоны недавно упомянули, было большим и простиралось на тысячи километров. Впереди стоял дом. Его первый этаж полностью застеклен, и я заметила, как отражается необыкновенный мягкий свет от луны над головой, которая была почему-то розовой.

У ног причудливым ковром стелется прозрачный туман. Но с передвижением он потихоньку растворился, обнажив траву насыщенного зеленого цвета. На ней разноцветными бликами переливались капли росы.

Вдали, в кроне лесного массива, было слышно, как мило щебетали маленькие пичужки. Из леса навстречу вдруг вышел самый настоящий большой волк – в пасти своей он нес цветы. И пока волк приближался, я оцепенело замерла. Высота зверя в холке достигала величины доброго демона. Такой проглотит и не заметит.

Когда тот остановился рядом, Дар вытащил букет из его пасти и протянул его мне:

– Это тебя так приветствует Дали, – он погладил своего лесного питомца по холке. – Познакомься с ним, теперь он твой новый друг, – вампир взял мою руку в свою и протянул в сторону головы волка.

Дали послушно подставил ее, став ластиться, словно домашний пес. Я нашла этот момент очаровательным и заливисто рассмеялась, немедля впустила пальцы в его длинную серую шерстку. Янтарные глаза волка смотрели так проникновенно, будто он мог видеть меня насквозь.

– Он охраняет эту территорию. И в случае чего даст знать о проникновении чужаков, – величественно заведя руки за спину и обернувшись, бросил вампир.

Заметив резкую перемену в его настроении вампира, Абигор лениво растянул краешек губ.

– Я запечатаю куполом для невидимости? – поинтересовался он и не дожидаясь ответа, отвернулся, возведя руки над головой и уже приготовившись произнести слова заклятия.

В тот момент я зачарованно замерла, наблюдая за колдовством провидца. Высоко в небе растянулись поперечные черные полосы и, образовав нечто вроде полусферы, протянулись сетью далеко за пределами видимости. Затем сетка увеличилась, обратившись в дымку, отчего в полусфере сделалось еще темнее; и потом она рассеялась, будто ее и не было.

– Да. Еще вы можете охотиться здесь… надо же вам чем-то питаться.

Услышав об этом, я повернулась и встретилась взглядом с вампиром, его губы дрогнули в усмешке.

В ответ я рассеянно усмехнулась, отчего-то почувствовав себя неловко. Но в следующий миг, опустив ладонь на его плечо, поспешила поблагодарить:

– Спасибо. Ты знаешь, как я тебе признательна.

– Ну что ты, – Дар накрыл мою руку своей и взглянув в глаза, напомнил: – Я же поклялся, что защищу тебя от Асмодея. Пусть он считает, что все прошло по его плану и теперь ты в моей власти, – он заговорщически подмигнул и хотел было дотронуться лица, как управившийся уже Абигор приблизился к нам. Провидец ревностно обвил меня за талию и притянул к себе:

– Нам пора.

– До связи, – деловито произнес ему Дар и вновь усмехнувшись, тут же растворился в воздухе.

Когда вампир исчез, мы поспешили в дом.

## ГЛАВА 4. Илэриас: Кто я есть? Кто они есть?

Много в земном мире живет историй, легенд и преданий. Есть среди них и такие, что повествуют о женщинах, встречающихся с демонами и вступающих с ними в близость. Поговаривают, что с этими существами можно испытать такое удовольствие, которое никогда бы не смог доставить обычный земной мужчина. Демоны умело подстраиваются под желания жертв, чтобы те не допускали и мысли о сопротивлении. Они редко ограничиваются одной ночью похоти и внушают жертвам зависимость от своих визитов. Женщины, отлученные от них, непереносимо страдают. Боль от разлуки с демоном настолько сильна, что жертва умирает в муках, осыпая проклятиями своего «героя». Эти страдания превращаются в энергию, с помощью которой демоны могут перемещаться не только в земном, но и между другими мирами в поисках новых жертв. Сухие, скупые на эмоции отчеты и протоколы святой инквизиции все же сумели сохранить не только признания жертв, но и их последние слова – проклятья в адрес обольстителей и пожелания, чтобы когда-нибудь родилась Та, что отомстит демонам за всех обиженных женщин.

Пророчество это гласит, что избранная влюбит в себя самого главного соблазнителя – Асмодея. Он настолько пленится ею, что разлука станет для него невообразима. А когда она сломит портал между двумя мирами – миром земным и миром демонов, – Асмодей увидит, что ее душа – самая ценная из всех, что ему когда-либо доставались. Тогда он не сможет более сдерживать себя и коронует ее, назвав своей "темной герцогиней", которая вскоре явит миру демонов лже-наследника, нового князя тьмы.

…

Мне сказали, я рождена Той Самой, чтобы устроить собственный ад над демонами. Я ношу несколько имен. Но мое основное – Проклятие асмодеевцев. То есть, всех тех, кто прислуживал по контракту Асмодею.

Почему я говорю во множественном числе? Потому что вместе с ними я проживаю их ад вновь и вновь. Картина всегда одна и та же.

“– Ты одна. Это замкнутый круг, Лэр. Мы… То есть, я, Асмодей, Абигор, Уфир и Дар, и все-все-все остальные, переживаем эту же самую историю с тобой уже которую сотню раз. Честно? Я сбился со счета. Мы пережили все, что только могли. Даже не могу предположить, что нас ждет в этот раз?… Знаешь, это и есть наш персональный ад. Ад демонов. И нам суждено вариться в одном котле у Люцифера”.

– эти слова принадлежат моему приближенному слуге Себастиану.

Можете называть это Пророчеством. В принципе, так оно и есть. И с некоторых пор мой слуга стал любовником, от которого вскоре появится лженаследник.


Асмодей, как всегда, не знает о своем проклятии. И, как всегда, бьется в бою с Абигором и Уфиром, чтобы запечатлеться с малышом. Этот процесс зовется Созерцанием.

Инкуб считает, что бесопуз внутри меня – его отрок. У демонов принято смотреть в глаза своему новорожденному отроку, чтобы прочесть всю его жизнь наперед и тем самым облагородить от возможных опасностей в будущем.

Суть появления лженаследника в погибели самого Асмодея. Демон должен поплатиться за все загубленные души женщин, которые его подпитывают веками. Для этого, как я уже знаю, есть особая тюрьма в Поднебесье. Он попадет туда, если раньше его не убьет Таро. Таким именем он наречет своего бесопуза.

А еще у меня родится Хиро. И сверхинновационный гаджет медсоветника Уфира определит, что второй бесопуз принадлежит Абигору.

Как так вышло? Это все хитрое проклятие Вертерона – ответочка Асмодея после того, как он обо всем узнал в самый первый раз. Я испытываю непреодолимое желание рядом с любым мужчиной. Это всегда происходит внезапно, естественно я мучаюсь не все двадцать четыре часа. Таким образом в одни сутки я переспала сразу с двумя демонами. До фаербола это был Себастиан, а после – Абигор.

Ношение внутри себя двух детей от разных демонов – противоречит всякой физиологии. С каждым разом судьба испытывает меня все изощреннее. Это никогда не кончится.

НИ-КО-ГДА!

В этой жизни я намерена все пустить на самотек. Пусть будет, что будет. Пускай Абигор и дальше грызется с Асмодеем и с Даром. А сам Дар со всеми: пускай хоть из кожи вон лезет, чтобы заполучить меня. Уфир притворяется моим лучшим другом, хотя втайне мечтает меня трахнуть…

Будь они прокляты, я сыта по горло этими хищниками, которые не хотят менять свою сущность. Все предрешено, в этот раз нужно закончить общий цикл быстрее.

Я так устала!

Хочу освобождения от собственного Проклятия. Пусть на нас откроют охоту серые кардиналы – агенты Поднебесья!

## ГЛАВА 4.1. Дар: Я все знаю

После инцидента в клубе мне пришлось укрыть Илэриас от лап инкуба, чтобы он не мог причинить ей вреда. Абигор и Уфир поклялись защищать Герцогиню своими жизнями вопреки контракту с Асмодеем.

Своему другу мне придется объяснить, что я не смог взять его супругу (на которую ему абсолютно наплевать) силой. Изначально я знал, что коронация Илэриас и, вообще, сама девушка – это весь хитрый план инкуба, чтобы достать мою Силу.

Он бы не стал рисковать статусом завидного холостяка. Просто род Кейзерлинг заключает сделки только с полноценными семьями. Семья Асмодея таковой не была. Узнав об этом нюансе, он решил найти рабу среди Земных, искусить ее и забрать в наш мир, словно диковинную птичку, чтобы затем короновать ее Темной Герцогиней и преподнести мне на блюдечке. Увы, его план не сработал.

В ту же ночь – ночь своего совершеннолетия (на 123 год), я вынужден был принять поспешное решение о том, с какой из королев, кого я знал, сольюсь в магическом сексуальном ритме. Ею стало одно из могущественных темных божеств – Сколопендра. Эта девушка, прекрасно-ужасное создание – наградила меня своей меткой, даруя мне часть своей силы и тем самым благословила на процветание и благотворное правление в мой век в клане фон Кейзерлинг.

Я получил такую неведомую силу, с которой едва смог справиться. С некоторых пор внутри меня спит страшной силы монстр, который если вырвется наружу при малейшей провокации – от мира демонов и моего мира не останется и камня на камне. Я просто сотру Вселенную Асмодеума в пыль.

Спустя некоторое время после той ночи я получил от Уфира письмо. Илэриас носила под сердцем двойню. К письму прилагались медицинские отчеты, из которых я понял, что произошел какой-то резонанс, противоречивший всякой физиологии женщины.

Еще было послание от Абигора. Ненавистный мне провидец рассказал о страшном пророчестве для Асмодея.

В тот же миг, рискуя столкнуться с герцогиней нос к носу, я вернулся в свое поместье в обществе Агалира Всезнающего (близкий друг инкуба).

Вчетвером мы принялись переписывать страшное Пророчество для нашего друга.

Мы могли это сделать, в довершение запечатав строки общими магическими усилиями. Это делалось за тем, чтобы зашифровать измененное проклятие от агентов Поднебесья. Создавая “воздушную подушку” для друга Асмодея, пришлось внести свою поправочку.

Во-первых, счетчик проклятия включается только с той поры, когда инкуб узнает о нем. Во-вторых, если все же это случается, он может избежать своей участи стать смертным.

У демонов есть некий цветок Асмодиум, внешне схожий с красной калой. Этот цветок зачарован на любовь. Если инкубу удастся вручить цветок Илэриас в течение двадцати четырех часов, тогда они будут связаны навечно. Часы проклятия самого Асмодея остановятся.

Но всегда есть подвох. Нужно было учитывать то, что Илэриас потеряла память, когда появилась в обители Асмодея. Амнезия – довольно распространенный побочный эффект всех женщин, которые попадают к инкубу. Вот и наша Темная Герцогиня не стала исключением.

В тот момент на крыше, когда Илэриас стала зрителем пребывания моей священной Силы, она очень испугалась. Под властью этого страха рассказала, что вспомнила свою любовь с провидцем Абигором, чтобы остановить меня.

Как оказалось, любви было место тогда, когда герцогиня была еще человеком. Абигор сильно мешал нашему общему плану с Асмодеем. Инкубу пришлось знатно переворошить память своей будущей невесты и вселить ложные воспоминания. Чудо-сыворотка Уфира помогла ей выстроить все события в правильной последовательности и едва в очередной раз не сорвала план Асмодея.

Что касается нашего персонального ада… Я знал о том, что для обеспечения его Илэриас возвращается на этот свет вновь и вновь, и все повторяется с начала.

Только с толикой незаметной погрешности.

Собственно, насчет амнезии у Темной Герцогини…

Первый момент. В один из следующих циклов Уфир не сможет восстановить память Илэриас своей чудо-сывороткой. И стать опекуном будущих бесопузов Таро и Хиро – тоже. Потому что Таро и Хиро могут вообще не появятся на свет.

Второй момент. Если Асмодей и его герцогиня воссоединятся, все прочие – также окажутся в зоне риска и позабудут, при каких обстоятельствах могли быть знакомы с Илэриас, да и, вообще, что-либо помнить из общих воспоминаний. Все, кроме меня.

Вот такой выходит сумбур.

## ГЛАВА 5. Это наши дети, они – наследие асмодеевцев

[Дар] | Письмо на вторые сумеречные сутки

{Моя дорогая Илэриас, знала ли ты, что твоих бесопузов, Таро и Хиро – я считал своими детьми? Я был вынужден присматривать за ними, потому что Уфир не справлялся с обязанностями опекуна, а Асмодей и вовсе не хотел никого видеть, буквально заперевшись в своем кабинете.

Именно тогда, навещая растущих парней день ото дня, я понял, кто из них лженаследник. Ведь эту информацию почему-то вы (ты вместе с прочими асмодеевцами) решили скрыть от меня.

Я понял причину чуть позднее…

Заметив однажды в глазах Таро этот неестественный нефритовый блеск, свойственный только Асмодею, я понял, что инкуб запечатлился с ним – не своим ребенком. Также, я замечал за Таро способности, свойственные его настоящему отцу – твоему слуге Себастиану. Он обладал умениями, передававшимися дворцовыми слугами из поколения в поколение. Навести порядок в покоях за считанные секунды, приготовить изысканное блюдо по сложной рецептуре, сделать тебе любую прическу. В такие моменты его глаза становились красными – в тон глазам Себастиана.

Хорошо, что инкуб этого не видел. Должно быть сам Себастиан был очень горд за Таро. Вероятно, ему пришлось нелегко удерживать в узде отцовские чувства.

Зато их мог проявить я. Даже несмотря на то, что Таро и Хиро недолюбливали меня.

Нашим бесопузам уже шестнадцать лет. И они много стали понимать из того, что видят. К примеру, любовь к тебе, которая разгоралась сильнее с каждым моим последующим визитом в Вертерон.

Я сам уже чувствовал себя как член семьи. И в один из семейных застолий, ты позвала меня на уик-енд в мир людей в честь такого события. И тогда я подумал, что самое время укусить Таро и сделать своим.

Я знал, что он обретет свою демонскую силу в часы его рождения! Это мое решение – поделиться своей Силой с лженаследником через укус. Я хотел быть ближе к тебе, Илэриас. Хотел удержать тебя при помощи Таро.

Но в очередной раз, что-то пошло не так.}

…

Внутри аэропорта «Ла гардиа» оказалось людно. Нам было только на руку: обычно приход таких внеземных цивилизаций, вроде нас, сопровождается всякого рода чертовщиной и специфическим запахом. Вот и в этот раз тоже не обошлось без того, чтобы все здание аэропорта на мгновение не окунулось во тьму, будто в районе «Королей» внезапно отключили электричество. Люди взволнованно охнули, но, не успев толком испугаться, успокоились: через несколько секунд все вернулось на круги своя, заработали кондиционеры, замигали таблички с расписанием авиарейсов и светодиодные указатели. Однако среди снующих туристов прошлись шепотки о том, что запахло гарью.

Мы тоже стали возмущаться и оборачиваться в стороны с в поисках сего источника. Я едва смог совладать с рвавшимся наружу безудержным смехом. Мы стремились слиться с толпой, и у нас неплохо получилось.

Как оказалось, Асмодей предусмотрительно снял для всей нашей большой компании коттеджный дом. Бесопузы очень радовались всему, что успел выхватывать их неискушенный взгляд. Мы быстро определились со своими комнатами, а затем принялись, обживать новую территорию. По-своему, конечно. При помощи магии.

Инкуб хотел устроить вечеринку и решил, что для начала неплохо бы было найти Таро и Хиро местных девушек, чтобы затем те смогли позвать своих друзей и знакомых. Чтобы это произошло, было решено отправить их со слугами – закупать продукты на первое время.