Ключевые идеи книги: Культовый: язык фанатизма. Аманда Монтелл

Оригинальное название:

Cultish: The language of fanaticism

Автор:

Amanda Montell

www.smartreading.ru

На грани добра и зла

Культы бывают разные – от «классики» вроде Церкви сайентологии[1] до вполне светских – взять хотя бы приснопамятный МММ[2]. Человеку со стороны бывает трудно понять, каким образом люди добровольно становятся участниками подобных объединений, учитывая очевидную сомнительность их идей. Между тем риск подвергнуться воздействию есть и у очень умных и образованных людей – запрещенные приемы, которые используются культами, вполне могут лишить их способности критически мыслить.

Аманда Монтелл, будучи лингвистом, объясняет этот феномен возможностями языка – именно они становятся эффективным оружием в руках харизматичных лидеров, именно с их помощью секты и прочие культовые сообщества привлекают и удерживают людей.

Грань между талантом вовлекать людей в какую-то общую деятельность (что может оказаться полезно для участников) и злоупотреблением культовой харизмой, как выясняется, очень тонка.

Рассказывая истории современных культов, Аманда Монтелл дополняет исследования и факты собственным опытом: ее отец провел подростковые годы в культе Синанон[3], а сама она на короткое время попала к сайентологам. Прочитайте саммари – и вы будете гораздо лучше понимать степень уязвимости человеческой психики, а также научитесь видеть «красные флажки», сигнализирующие о том, что кто-то покушается на вашу волю.

Почему люди вообще вступают в культы?

Люди плохо переносят одиночество. Нас всегда привлекали племена единомышленников – еще со времен, когда сплоченные группы были главным условием для выживания среди опасностей дикой природы. XXI век принес нам бытовой комфорт, а еще – постоянные перемены и безграничные возможности выбора, что, как оказалось, парализует волю и держит нас в постоянной тревоге. Родители миллениалов внушали им, что они смогут стать теми, кем захотят, и должны следовать зову сердца, но экономическая и политическая нестабильность, глобальная конкуренция и ошеломляющее количество альтернатив с непредсказуемыми последствиями приводят к тому, что многие миллениалы хотят иметь наставника, который сказал бы им, что делать. При этом религии теряют свои позиции – исследование Гарвардской школы богословия, проведенное в 2015 году, показало, что молодые люди по-прежнему стремятся «как к глубокому духовному опыту, так и к социальному опыту», чтобы наполнить свою жизнь смыслом, но меньше, чем когда-либо, удовлетворяют эти желания обычной верой.

По определению теолога Тары Бертон, религии обеспечивают человеку удовлетворение следующих потребностей: смысл, цель, чувство общности и ритуал. Но сейчас функции религий на себя берут подчас неожиданные сообщества – например, спортивные секции, такие как SoulCycle и CrossFit, или инстаграм-инфлюэнсеры.

Современный человек может завести привычку спрашивать себя, что делала бы на его месте Екатерина Шульман[4] или известный создатель стартапа из Кремниевой долины.

По сравнению с другими развитыми странами США могут похвастаться особенно тесными и устойчивыми отношениями с культами. Во всем остальном мире уровень религиозности падает вместе с ростом качества жизни (высокий уровень образования, ожидаемая продолжительность жизни), но в США развитая экономика парадоксально сочетается с обилием верующих. Это несоответствие можно отчасти объяснить тем, что граждане европейских стран пользуются системами социальной защиты, а либертарианская[5] традиция в США чаще оставляет людей наедине с их проблемами.

До ХХ века слово «культ» означало нечто вполне нейтральное – всего лишь дань уважения или подношения богу или богам. От него произошли слова «культура» и «культивирование». Этот термин начал приобретать свою мрачную репутацию ближе к началу Четвертого Великого Пробуждения, когда в Америке появилось много нонконформистских духовных групп. Культы стали вызывать беспокойство у консерваторов и ассоциироваться с шарлатанами и чудаками. Но они все еще не считались большой общественной угрозой или криминальным приоритетом – до знаменитых убийств «семьи»[6] Чарльза Мэнсона в 1969 году. А за ними последовало «революционное самоубийство» представителей секты «Храм народов» – в 1978 году 918 участников общины, включая 276 детей, отравились цианидом. Именно тогда тема культов начала по-настоящему будоражить общество.

Несколько ученых попытались уточнить и определить конкретные критерии культа. Вот ключевые признаки:

▶ харизматичные лидеры;

▶ поведение, направленное на изменение сознания адептов;

▶ сексуальная и финансовая эксплуатация;

▶ менталитет «мы против них» по отношению к внешнему миру;

▶ философия «цель оправдывает средства».

Термин «культ» чаще применяется к группам, которые в какой-то степени верят в сверхъестественное, но в реальности далеко не все культы связаны с мистикой.

Культ как спектр

Сейчас слова «культ» и «культовый» несут как пугающие, так и позитивные оттенки смысла. В современном дискурсе их можно с одинаковым успехом отнести к новой религии, стартапу и бренду косметики. Можно сказать, что культовость – это некий спектр влияния на мышление людей, и это влияние может быть как опасным, так и полезным (ведь нам нужны яркие бренды и герои, чтобы вдохновляться ими и брать пример).

Некоторые лидеры и сообщества используют традиционно культовые приемы для привлечения людей, но сектами при этом не являются. Как же отличить хорошие культы от плохих?

Стивен Хассан, консультант по психическому здоровью и исследователь феномена популярности Дональда Трампа, считает, что деструктивные группы используют три вида обмана:

▶ сокрытие важной информации;

▶ искажение информации, чтобы сказанное казалось более морально приемлемым;

▶ откровенная ложь.

Одно из основных различий между так называемыми этичными культами (группой поклонников Мадонны или сообществом любителей йоги в гамаке) и вредными заключается в том, что этичная группа будет откровенна относительно того, во что она верит, чего хочет от участников и к каким последствиям приводит членство в ней.

Кроме того, из этичной группы можно уйти без последствий для своего кошелька, репутации и психического здоровья.

Язык как средство эксплуатации

Аманда Монтелл утверждает, что язык – это ключевой инструмент, позволяющий лидерам культов получить такое мощное влияние на последователей. Он позволяет харизматикам создавать воображаемые миры со своими правилами, а затем заставлять своих последователей их соблюдать. Без языка не может быть религии. Вот список основных языковых и психологических инструментов, с помощью которых лидеры культов и подобных им сообществ управляют мнениями и настроением людей:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Церковь сайентологии – религиозное движение, основанное в 1954 году Роном Хаббардом. Сегодня это один из самых влиятельных культов, насчитывающий 13 тысяч сотрудников в 107 странах.

Вернуться

2

МММ – крупнейшая в истории России финансовая пирамида, созданная Сергеем Мавроди.

Вернуться

3

Деструктивная секта, существовавшая в Калифорнии в 1960–1980-х гг. Известна своими тоталитарными правилами и причастностью к нескольким преступлениям.

Вернуться

4

Известный российский политолог и публицист, ведет популярный блог на YouTube.

Вернуться

5

Либертарианство – это политическая система, в которой приоритетами считаются свобода и минимум государственного регулирования. В частности, это приводит к меньшей социальной поддержке уязвимых слоев населения.

Вернуться

6

«Семья» Мэнсона – деструктивная секта в Калифорнии 1960-х, лидером которой был американский преступник Чарльз Мэнсон. 8 августа 1969 года четверо членов «семьи» по приказу Мэнсона совершили жестокое убийство пятерых человек, включая жену режиссера Романа Полански Шэрон Тейт.

Вернуться