Глава 1.

15.07.2019

Я чувствую, как он нежно гладит меня по волосам, как своими пальцами зарывается в них и перебирает каждую прядь. От этого я просыпаюсь, но лежу с закрытыми глазами, чтобы не выдать то, что уже не сплю. Чувствую на себе его взгляд и наконец еле-еле открываю глаза. Я была права, он смотрит на меня и улыбается.

–Доброе утро соня. – сказал Рома и чмокнул мой кончик носа.

–Доброе. Давно проснулся? – голос выходит хриплым и сонным.

–Час назад. – он продолжает гладить меня по голове. – Ты, оказывается, так сладко спишь. Никогда бы не подумал, что ты бываешь такой милой.

–Очень смешно. – резко отрываю голову от подушки и сажусь на кровать.

И тут виски пронзает дикая боль, как будто их сверлят. И тут я пониманию, что причиной этой внезапной боли становится вчерашняя вечеринка, на которую меня притащила подруга Маша.

–Что мы вчера пили, а главное, сколько? – простонала я.

–Не знаю, много, наверное, раз ты сегодня тут, а не у себя дома. Пили водку…

Медленно поворачиваю голову и с ошарашенным видом смотрю на Рому.

–Я не пью водку.

Он усмехнулся.

–Я бы поспорил. Вчера ты пила ее даже не запивая. Прямо как мой сосед Толик.

–Господи. – падаю обратно на постель.

Рома пододвигается и обнимает меня за талию.

–Да не парься, малыш, все же хорошо прошло. – его руки начинают скользить вниз по моему животу.

Резко отшвыриваю его руку.

–Не переживать?! Мало того, что я под домашним арестом и сбежала из дома, напилась черт знает чего, да ещё и здесь…в твоей…с тобой…

–Ой, да что ты так паришься я не понимаю? – перебил меня Рома. – Мы встречаемся уже три месяца, это нормально, каждая влюблённая пара рано или поздно приходит к этому.

Я лишь фыркнула в ответ. Честно говоря, я помнила все. Помнила, как оказалась в его постели. Помнила каждую деталь: как он жадно прижимал меня к себе, впивался губами в мое тело и мы любили друг друга, пока не кончились силы. Но пошла ли я на это осознанно? Не знаю, скорей всего нет. Если бы не алкоголь, я бы так и не решилась на это. Все-таки свой первый раз всегда представляла как-то иначе. Я думала, что это будет при свечах, в розовой комнате с приглушённым светом, на большой розовой постели, усыпанной лепестками роз. Думала, что Рома будет обращаться со мной осторожно и нежно, шептать мне на ухо бесконечно слова «я люблю тебя», и этот долгожданный момент стал бы для нас серьезным шагом и новой ступенью наших отношений. Но позже пойму, как ошибалась…

–Ладно. – встаю с кровати и пытаюсь найти одежду. – Пора уходить, а то дома меня ещё ждут родительские лекции о том, кем я стану если буду продолжать такую дурную жизнь. – я огляделась вокруг. На полу было полно мусора, пустых бутылок из-под алкоголя и недоеденных кусков еды, валялись какие-то пакеты и пустые пачки от сигарет.

–Тебе помочь, или ты сам все уберёшь?

–Беги, малыш, я тут сам справлюсь.

–Спасибо.

Я оделась, поцеловала все ещё валявшегося на постели Рому, и, схватив свою сумочку, выбежала из квартиры.

Путь от моего дома до Роминого занимал сорок минут пешком или пятнадцать минут на трамвае. На улице стояла прохладная, но солнечная погода, солнышко очень приятно согревало кожу, и я решила прогуляться. К тому же от меня разило перегаром. Нужно было выветриться.

Иду в наушниках, слушаю «Нервы». В такие моменты, когда у меня есть небольшие проблемы с предками, с Ромой, или просто с Машкой поссорились, когда немного тяжко на душе, музыка этой группы всегда немного помогает успокоиться.

Что говорить родителям? В телефоне было аж сорок пять пропущенных звонков от мамы, двадцать от папы и от брата. Наверное, только наша собака Рич мне не звонила этой ночью. Родители у меня строгие, и мать, и отец. Оба военные, даже познакомились в военной академии. Им было по восемнадцать лет, когда они начали встречаться. Несмотря на юный возраст, мама родила моего брата Костю в девятнадцать, но учебу не бросила. Практически все время обучения родителей Костю воспитывала бабушка. Характер у него не простой, совсем как у родителей, поэтому он любимый ребёнок в семье, а я? А я бесстрашная девчонка, как мне говорил Рома, «От одного взгляда твоего папы можно наложить в штаны, а ты ещё их и не слушаешься», но я их не боялась, от слова совсем. Мне просто было стыдно за себя, что я не такая, какой бы они хотели меня видеть. Все их методы воспитания от лёгкой ругани до порки ремнём не давали никаких результатов. В последнее время родителям было особенно со мной тяжело, потому что я начала встречаться с Ромой, а папа сказал: «Никаких парней чтобы не было пока не получишь хорошее образование. Не хватало ещё, чтобы залетела так рано», а я ответила: «За этим надо было следить тебе, папочка, перед рождением моего любимого братца», за что получила жесткую пощечину.

С Ромой мы знакомы с самого детства, но раньше друг друга совсем не замечали. А потом на одной из тусовок накурились травки и засосались. Позже пошли слухи о том, что мы вместе. В общем-то все, конец милой истории. Рома был очень красивым. Высокий брюнет с тёмными карими глазами, мускулистый – он был педантом. От него всегда вкусно пахло, прическа была уложена волосок к волоску, я никогда не видела у него дома разбросанных носков, его ногти всегда были чисты и подстрижены, однажды я даже видела, что он их подпиливает, а его брови....Они были лучше, чем у большинства девчонок. Думаю, он их выщипывает. Раньше Рома нравился моей подруге Маше, да и в прочем то большинству девочек в нашей школе, но по каким-то непонятным причинам решил подкатить именно ко мне. Машка тогда на меня долго обижалась, разрисовала мне школьный стул мелом и вклеила в дневник жвачку. Но все-таки меня она любила больше, чем Рому и смирилась с обстоятельствами.

Перед тем как зайти домой, долго топчусь у двери, придумывая очередную отмазку. Я так и не решила, что буду говорить родителям, но ладно. Будь что будет, подумала я, глубоко вдохнула-выдохнула и наконец открыла дверь.

В прихожей меня ждал сюрприз – собранный чемодан. Он был доверху набит вещами, а рядом с ним валялась моя косметика…и...мой любимый хайлайтер был разбит! Пол был усыпан блестящим содержимым несчастного.

–Чёрт! Это же ARMANI! Я на него три месяца копила! – приседаю на корточки и пытаюсь собрать его пальцами обратно в баночку, но ничего не получается.

Из гостиной заорал Костя.

–Припёрлась наконец?! Бери свои монатки и убирайся туда, где была!

Во мне вскипела ярость. Я сжала губы и прямо в обуви, по чистому маминому ковру пошла к брату. Он сидел, развалившись на диване и хрустел чипсами.

–Это ты сделал, засранец?! – прошипела я.

Костя строго посмотрел на меня.

–Да! Я! И что, маме расскажешь?! А может быть папе?! Лучше скажи, где была!

–Какая тебе разница где?! Это моя жизнь, не лезь в неё, я же в твою не лезу!

–Да ты всего лишь мелкая пигалица, которая треплет нервы родителям и мне! – Костя брезгливо сморщился. – Отвечай, где была! Или уматывай нахрен отсюда! И тебе ещё повезло, что родителям пришлось уехать на дачу, иначе батя бы с тебя три шкуры спустил!

Стою столбом, не зная, что ему ответить. Я так была огорчена потерей косметики и оглушена орами брата, что даже не заметила, что мамы и папы нет дома.

–Ну что, будешь говорить?! Говори немедленно! Опять со своими кавалером-мудаком ошивалась?!

Ну, все. Этот засранец окончательно вывел меня из себя. Резко прыгаю и накидываюсь на него, Костя явно этого не ожидал и вскочил с дивана вместе со мной на плече. Своими блестящими от хайлайтера руками я перемазала ему лицо, а потом стала колотить и царапать его спину.

–Отцепись от меня идиотка!

Он пытался скинуть меня на пол, но у него не получалось. Я крепко вцепилась в него.

–Что ты, чёрт возьми, городишь, придурок?! Что ты вообще себе позволяешь! – вопила я и тут заметила его торчащие трусы из-под штанов. Сразу возникла прекрасная идея в моей светлой голове. Крепко хватаюсь за резинку и резко натягиваю вверх.

Раздался жалобный и громкий визг брата. Он упал на пол вместе со мной, и мы начали кататься по ковру.

–Что здесь происходит?! – папа вернул меня в реальность и вся ярость мигом испарилась.

Мы с Костей поднялись с пола, все потные и красные, я от злости, он от напряжения и боли.

–Это не я, это все Аська! – он больно тыкает меня указательным пальцем в бок так, что я даже подскакиваю.

Наступила минутная тишина. Мама молча ушла на кухню разбирать пакеты с покупками, а папа стоял и осматривал нас с ног до головы.

–Ты. – указал он пальцем на Костю. – К себе в комнату. А ты. – теперь отец обращался ко мне. – За мной на кухню.

Брат посмотрел на меня и ехидной улыбкой. В его глазах я прочитала «ошибочка вышла, тебе не повезло» и ушёл к себе.

Войдя на кухню, я и папа сели за стол, мама уже ждала нас.

Выпрямляю спину, и беру из вазы конфету. Медленно освобождаю её от блестящей обёртки и вальяжно откусываю кусочек. Ммм…моя любимая, шоколадная с кремовой начинкой и орешком внутри.

Папино лицо исказилось гримасой ярости.

–Лиза, да ты посмотри на неё! Ее всю ночь не было дома, а она важно тут сидит и трескает конфеты, не хочет даже объясниться и извиниться, дрянь! – с этими словами отец долбанул мне по руке так, что сладость отлетела в стену и шлёпнулась на пол. Этим быстро воспользовался Рич.

–Ты что, с ума сошёл?! – возмутилась я.

–Я с тобой уже давно с ума сошёл! И мать сошла! Какие методы нам ещё применять для того, чтобы остепенить тебя, скажи? – отец вопросительно посмотрел на меня, я пожала плечами. – Не знаешь? Дак вот, я скажу тебе. – он выдохнул. – Я лишу тебя карманных денег, про новую одежду и телефон можешь забыть раз и навсегда, про гулянки тоже. Твоя поездка в Италию отменяется.

–Чтоооооооооо?! – вскакиваю со стула. – Но ты обещал что я поеду вместе с вами!

Наша семья собиралась выбраться на отдых в августе. Я с нетерпением ждала дня отлёта, а тут такой облом.

–Ты тоже обещала нам с матерью, что будешь вести себя прилежно, а что в итоге?! Ты безобразно учишься, учителя звонят мне и жалуются, постоянно гуляешь Бог знает где, отравляешь репутацию нашей семьи! Ты не моя дочь, ты просто ничтожество!

Сижу в ступоре, не зная, что ответить. Мне было больно слышать эти слова от своего отца, хотя, может, так и есть? Да, я ничтожество, просто пустая трата времени и родительских сил. Никчёмная дочь, которая на самом деле не нужна своим родителям, они просто заботятся о своей репутации, им важно мнение людей, но не я. Мама даже не заступилась за меня. Она смотрела строго, держа язык за зубами, и позволяла ему унижать меня.

–Ты прав. – вдруг выпалила я.

Папа посмотрел на меня с удивлением, а далее я прочитала в его глазах раскаяние. Он встал из-за стола и хотел подойти ко мне, но я отпрянула.

–Прости меня… – не успел договорить отец, как я уже смылась с кухни.

Глаза щипало от слез, не хотелось показывать свою слабость, даже родителям. Я забрала из прихожей свои вещи, с которыми Костя собирался выгнать меня из квартиры, и унесла все обратно в комнату.

Целый день провожу на кровати в компании айфона и наушников, утопив себя в депрессии. Родители не заходили ко мне, лишь Костя, осознав, что поступил как самое настоящее дерьмо молча принёс мне какао с маршмеллоу и сразу ушёл.

В детстве мы с братом были очень близки. Он был моей поддержкой и опорой. Всегда защищал меня, когда я не могла за себя постоять, да даже если и могла, он все равно всегда приходил на помощь. Когда нас наказывали родители и запирали в комнате с приговором "ты под домашним арестом!", мы приносили друг другу какао, чтобы хоть как то поднять настроение. Но потом что-то изменилось в нём, он стал все больше походить на отца, и я стала для него не так важна, как прежде. Так мы и отдалились друг от друга. Я порой скучала по своему брату, прежнему Костику, особенно в такие дни, когда особенно плохо, а он это чувствовал.

С этими мыслями я провалилась в сон.

Меня разбудил телефонный звонок. Звонила Маша.

–Алло. – сонным и хриплым голосом ответила я.

–Привет, Асик. Ты чего не звонила весь день? Я уже начала беспокоиться, жива ты там или нет. – Маша засмеялась.

На заднем фоне грохотала громкая музыка и было слышно много разных голосов.

–Да так, семейные разборки. Предки опять устроили разнос и наказали.

–Серьёзно? Им не надоело?

–Видимо нет.

–Так! – подруга уже изрядно выпила, это было понятно по её голосу. – Давай выбрасывай из головы все грустные мысли, собирайся и чтобы через десять минут стояла у двери подъезда. Мы с Ромой сейчас за тобой заедем.

Я даже подскочила.

–С Ромой?!

–Ну да. Ты только не обижайся на него, мы с Соней гуляли по набережной, а они с парнями тусили неподалёку. Саша позвонил Соне и позвал нас.

–Отлично просто! – возмущению просто не было предела. – А мне он не думал позвонить хоть раз? Я тут вообще-то люлей от семьи получила, а он даже и не узнал, как я себя чувствую!,

–Эй, эй, Асик. Притормози. Он же не знал.

Лишь фыркаю в ответ.

–И вообще, я наказана и никуда не пойду!

–Ой, да брось ты, первый раз чтоли? В общем жди. – с этими словами Маша бросила трубку.

Встаю с кровати и аккуратно открываю дверь комнаты. В квартире нигде не горит свет. На часах было девять вечера. Так рано мои родители не ложатся спать, а брат тем более. Значит, никого кроме меня дома не было. Отлично! Мне это только на руку. Я умылась и посмотрела в зеркало. Боже, какие огромные синяки под глазами! Надо срочно от них избавляться. Наношу как можно больше консилера на свои синюшные подглазины, подкрашиваю брови, быстро надеваюсь, и, выходя из квартиры, понимаю, что меня заперли снаружи! Вот чёрт, я должна была предвидеть это, но ничего страшного. Благо моя семья жила на первом этаже и мне не составило труда вылезти из дома через балкон. Раньше я часто таким образом сбегала из дома, когда родители наказывали меня.

Маши и Ромы еще не было на месте, поэтому я присела на лавочку у подъезда и закурила сигарету. Как только я сделала пару затяжек, у меня закружилась голова. Вообще, я не заядлая курильщица, иногда балую себя парой сигарет в неделю. А пачку прячу в шкафчике с обувью, чтобы родители случайно не нашли.

Через пять минут моего нахождения на улице подъехала белая «Шестёрка». Нет, не «БМВ», как могут все подумать, а «Жигуль». Рома только недавно получил водительские права, и папа не захотел покупать ему дорогую тачку, которую, с его слов он «быстро раздолбит». Из машины долбила музыка, а из окна переднего пассажирского сиденья вполтела торчала Машка и пила шампанское прямо из бутылки.

Увидев меня, она радостно воскликнула.

–О, Асик, любовь моя, карета подана.

Молча сажусь в машину, и мы трогаемся с места. За рулём был Рома, и они с Машей передавали друг другу бутылку спиртного. Вообще, Архипов часто ездит пьяный за рулём и один раз даже попал в аварию. Тогда у него был какой-то старенький «Мерседес». В общем, теперь не «Мерседеса», не столба у нас во дворе. А Ромке хоть бы что, живой и здоровый, не одной царапинки. Правда, отец потом рожу ему начистил знатно.

Рома промямлил что-то вроде "привет, малышка", и сразу осознаю, насколько много он выпил.

На сидении рядом со мной замечаю бутылку вина, и, открыв ее, присоединяюсь к Машке и Роме. Сегодня был морально тяжелый день и мне срочно нужно расслабиться.

Мы катались по вечернему городу, такие пьяные, и в этот момент я чувствовала себя счастливой. Заехали в Макдоналдс, набрали кучу бургеров и картошки фри. Машка перелезла ко мне, мы пили "на посашок", громко смеялись и танцевали. Я старалась не думать о проблемах в своей семье, и у меня это прекрасно получалось.

Намотав по городу километров двести и к счастью не встретив ни одного полицейского, я решила посмотреть на время. Часы показали пол первого ночи! Чёрт возьми, родители, наверное, уже вернулись и обнаружили, что меня нет. Я попросила ребят срочно отвезти меня домой.

Рома вышел из машины вместе со мной, еле-еле держа своё болтающееся из стороны в сторону тело на ногах.

–Я провожу тебя.

–Машу провожай. – рявкнула я.

–При чём тут твоя подруга?

–При том, Ром. Ты ни разу мне не позвонил, но зато ты пошёл бухать с друзьями и Машу подцепил. Ты же знаешь, пусть ты и со мной, она всё равно от тебя не отстанет.

Я жутко ревновала Рому к ней. Потому, что когда он появлялся на горизонте, каждый раз замечала, как у неё блестят глаза, а ещё я видела, как она отворачивается, когда Рома целует меня.

–Ась, прекращай ревновать меня к ней. Сколько это может продолжаться?

–Ровно столько, пока ты ей не скажешь об этом.

–Да я уже миллион раз с ней разговаривал, что между нами ничего быть не может.

Он взял моё лицо в свои ладони и посмотрел в глаза.

–Это глупо. Во-первых, она мне не нужна, я уже устал это повторять тебе. А во-вторых она твоя подруга. Прекращай.

Рома поцеловал меня в кончик носа и крепко прижал к себе. От его объятий стало спокойнее, и я расслабилась. Но всё же заметила, как Маша, завидев такую картину, присосалась к бутылке вина, как пиявка и большими глотками принялась опустошать содержимое.

***

Домой попадаю старым проверенным способом. Через балкон. На самом деле я уже привыкла так попадать в квартиру, в последнее время приходилось это делать довольно часто. Благо выход на балкон находился в моей комнате.

Я очень тихо прокралась в дом и прислушалась. Кажется, моя семья после того как вернулась даже и не заметила мое отсутствие, они просто не заходили в мою комнату. Поэтому телефон не разрывался от кучи пропущенных вызовов и смс-ок с требованиями вернуться домой.

Фух, пронесло, повезло же всё-таки. Быстро переодеваюсь в любимую пижаму с пандой и решаю сегодня больше не попадаться на глаза родителям.

Ложусь в постель и потягиваюсь. Она была немного прохладной из-за того, что я не закрыла балконную дверь, но так даже лучше.

Ещё некоторое время я катаюсь на «алкогольном вертолёте», и, взявшись за изголовье кровати, наконец, засыпаю.

Глава 2.

01.09.2019

Меня разбудил мерзкий звон будильника. Этот ужасный звук давил на мою голову, и я нервно взяла его с тумбочки и отшвырнула в угол комнаты. Но даже тогда он не перестал мешать мне спать.

–Чёрт бы тебя побрал! – я вскочила с кровати и мне все-таки пришлось его выключить.

На мои крики прибежала с кухни мама.

–Что тут у тебя происходит? – она вопросительно осмотрела мою комнату. – Ты проснулась?

–Конечно проснулась, мам! Как от этого… – указываю на причину моего пробуждения.-…можно не проснуться?!

–Ну, вот и хорошо, тебе пора в школу. Сегодня первый учебный день. Одевайся и завтракать, я приготовила тебе блинчики.

Я плюхнулась обратно на кровать лицом в подушку.

–Никуда не пойдууууу. Мне плохо.

–Так, не придумывай, а вставай. Иначе отцу позвоню.

С этими словами мама удалилась обратно на кухню.

Делать нечего, придётся собираться в школу. Не хватало ещё, чтобы папа мне трепал нервы с утра.

Я встала и посмотрела в зеркало. Мои некогда блестящие тёмно-каштановые волосы стали больше похоже на мочалку. Пухлые щёчки пропали. Их заменили чётко выраженные скулы и впадины, и на их фоне нос стал казаться мне ещё больше, чем был. Цвет лица какой-то зелёный, мне даже тональник перестал помогать. Все потому, что последнее время у меня пропал аппетит, постоянно сонное состояние. Даже гулять стала меньше, почти не вылезала из дома и вот во что превратилась.

Экран айфона загорелся. Смс от Маши:

«Зайду за тобой через пятнадцать минут. Будь готова»

Наношу на себя тонну тонального крема, чуть ли не умываюсь им, пудру, чтобы хоть как то замаскировать своё болезненное лицо. Ярко выделила брови, сделала стрелки и подкрасила ресницы. Волосы забрала в высокий конский хвост.

–Вроде бы ничего.

Копаясь в куче шмоток и придирчиво осматривая каждую, решаю остановиться на белой блузке с красивыми серебристыми пуговицами, короткой чёрной мини-юбке и лоферах.

Зазвонил мой мобильник.

–Ну, и долго мне ещё топтаться у твоего подъезда, я вообще-то на каблуках? – с возмущением спросила Машка.

–Да иду уже, иду.

Я сбросила трубку. Быстро полетела в ванную почистить зубы и после зашла на кухню взять бутылку холодной воды.

Мама крутилась у плиты, приготавливая очередную порцию блинов.

–Мам, я побежала в школу. – быстро чмокаю ее в щечку и собираюсь было уйти.

–Стоп. А ты что, завтракать не будешь?

–Не, мне пора.

–Ась, скажи, для кого я тогда тут это все стряпаю?!

–Костя съест. Все, я ушла. – хватаю с вешалки свою сумочку и выбегаю с подъезд.

-Ну, наконец-то! – Маша приветственно обняла меня. – Я думала, ты забыла где выход.

Маша была кудрявой блондинкой с пышными длинными волосами, которые почти всегда забирала в небрежный пучок. Но сегодня она вытянула свои волосы утюжком и от этого они казались ещё длиннее, ей так очень шло. Ее красные губы бросались в глаза даже издалека, а коротенькая юбочка, еле-еле прикрывавшая сами знаете, что, подчёркивала длинные ноги. Дополнением образа стали лодочки на высоком каблуке.

–Ты выглядишь как дорогая шлюха. – пошутила и поморщилась я.

–А ты как дешёвая.

Мы с Машей громко рассмеялись.

На улице было очень тепло. Не смотря на осень лучики солнца приятно согревали кожу, и никакого ветра. Помню, как в том году мы шли в школу под зонтами, перепрыгивая лужи.

Благодаря хорошей погоде школьная линейка проходила на улице.

Из колонок громко орала песня «Учат в школе», шум и гам школьников, которые пытались перекричать друг друга, сменялся звонкими голосами учителей, пытавшихся выстроить всех в «линейку».

Мне не очень нравилась наша школа. Директриса была древнее мамонта. Ей всегда похрен на всё происходящее. Она была похоже на женщину-слизняка Роз из мультика «Корпорация монстров». Такая же противная, мерзкая и медлительная. Учителя как-то писали какую-то бумажку в Департамент Образования с просьбой свергнуть нашу директрису, но получили отказ. Дак она им потом такое устроила, что они еще месяц на уроках заполняли какие-то отчёты и были дико злющие.

Маша что-то болтала про нового красавчика-химика, а мне хотелось рухнуть на землю. От всего этого у меня начала кружиться голова, да ещё солнце печёт так, что на моём лбу уже можно смело жарить яичницу. Перед глазами пелена и неприятное покалывание на кончиках пальцев резко одолели меня.

–Мне плохо. – пошатнувшись, я ухватилась за локоть подруги, чтобы сохранить равновесие.

–Ты чего? – Маша уставилась на меня.

–Белянская, Липатова, вот вы где! – к нам подбежала наша классная руководительница Юлия Сергеевна. – А ну ка быстро в строй! Весь одиннадцатый «А» уже на месте, только вас нет!

Она взяла Машу за руку и быстро дёрнула за собой. Вместе с ней дёрнулась и я.

–С Днём Знаний, дорогие ученики! – в микрофон говорил лягушачий голос директрисы. – Надеюсь, в этом году вас ждут успехи и хорошие оценки! Ура!

Раздались хлопки и улюлюкание учеников.

Девятый «Б» пустил в воздух воздушные шарики…Так, стоп, какие-то странные шарики.

–Аська, смотри! – Машка начала хохотать вместе с остальными учениками.

В воздухе кружилось много надутых презервативов разных цветов. На всех были нарисованы смешные рожицы. Наталья Ивановна – классная руководительница девятого «Б» стояла красная, как спелый помидор. Директриса была в таком шоке, что чуть не грохнулась в обморок. Наш физрук вовремя подставил стул под её большую задницу.

–А ну ка все в школу, живо! – разоралась физичка.

Наталья Ивановна стояла столбом, не шевелясь.

–Девятые «Б», всем два по физике, понятно?! Все кому смешно, тоже два! Нарисую одну большую двойку на весь классный журнал!!! – не унималась физичка.

Под веселый хохот мы стали гурьбой заходить в школьные двери.

После «торжественной» части мы отправились на классный час. Меня бросало то в жар, то в холод. Руки тряслись, голова вот-вот расколется, как грецкий орех. Что со мной происходит?

Пока учительница объясняла нам про то, как важен этот год и предстоящее ЕГЭ, которое мы можем не сдать и всю жизнь потом работать на ферме доя коров и убирая за ними дерьмо, я думала лишь об одном: "Когда у меня последний раз были месячные?". В спешке открываю "Женский календарь" на своем айфоне и осознаю, что уже два месяца…Боже мой! Месячных нет два чёртовых месяца! Как я могла это проворонить?! Нервно грызу ногти. Сердце сейчас выпрыгнет из груди. Подождать конца урока? Нет, я так умру от неизвестности.

–Извините, можно выйти? – перебиваю училку своим вопросом.

–Ты куда? – спросила Маша.

–Надо кое-что срочно выяснить.

Не дожидаясь разрешения Юлии Сергеевны, хватаю сумку и пулей вылетаю из аудитории.

Несусь, как угорелая по коридору, даже успеваю сбить с ног биологичку, которая крепко держала в руках террариум с чем то ползучим. Надеюсь, при падении эта дрянь не выползла и не устроила ей урок человеческой анатомии на её же примере.

По дороге до аптеки я выпотрошила всю мелочь, которая только была и кинула всю эту большую горсть копеек и рублей фармацевту. В аптеке длинным рядом друг за другом выстроились бабули, но я проскочила в наглую, не дожидаясь своей очереди. Конечно же, на меня посыпался шквал проклятий.

–Мне тест на беременность и баночку. – запыхавшись попросила я.

Через минуту тест уже лежал в кармане в компании недогрызенных семечек.

Какая-то старая пиголица назвала меня проституткой, когда я выходила из дверей аптеки.

Как же я нервничаю, кто бы знал…По дороге до школы выкуриваю аж три сигареты, от которых мне потом становится тошно и начинает трещать голова ещё сильнее.

Охранник сидел на входе закинув ноги на свой рабочий стол и читал газету. Я нагнулась и на корточках проползла чуть ли не по полу так, чтобы он меня не заметил. А то если заметит, этот стукач обязательно сдаст меня директрисе.

Миновав охранника, я успела навернуться в коридоре на мокром полу. Да уж, грация кошки, ловкость картошки. На этот грохот из ближайшего класса выбежала училка.

–Эй, Липатова, почему не на классном часу? – возмутилась физичка.

–А, ну..у меня… – я придумывала оправдание, тем временем пытаясь встать на ноги.

–Что у тебя? Пожар, наводнение, похороны, как всегда?

–Ой, Светлана Юрьевна, на этот раз всё хуже. Месячные. Бегала по-быстрому в магазин за тампонами.

–Ясно. Ну раз за тампонами, тогда беги. – помиловала меня физичка.

Интересно, почему на мою жопу всегда приходятся одни приключения?

***

Снимаю прозрачную обёртку с коробочки с тестом зубами. Для умных людей там есть специальная цветная полоска, за которую можно потянуть и без проблем открыть упаковку, но я, как всегда обнаружила этот лайфхак в последний момент.

Так, что там написано в инструкции? "Опустить в мочу, подождать пятнадцать секунд, положить на ровную поверхность и оценить результат максимум через пять минут. Одна полоска – не беременна. Две – беременна". Не так уж и сложно, тем более для человека, который делает этот ритуал в первый раз.

Я положила тест на подоконник, и, отвернувшись спиной к окну, засекла время. Хорошо, что идёт урок, мне не нужны любопытные лица. Чёрт, почему же так крутит живот? Наверное, от волнения. А если две? Я не готова еще…Так всё, там одна, успокойся, Ась, всё нормально, ведь было то один раз, от одного раза ничего не бывает, наверное просто гормональный сбой, как у многих девчонок в моём возрасте.

Год назад в нашей школе уже был подобный случай. Алиса Синицына из десятого «Б» залетела от какого-то старпёра, который подвозил её в школу на огромном мотоцикле. Все были, мягко сказать, в шоке. Родителям было наплевать, Алиса была из неблагополучной семьи и они постоянно бухали. В итоге из школы она ушла. Машка мне потом рассказывала, что этот мужик какой-то богач и увёз её во Францию и теперь они там живут. Даже фотки показывала в её Инстаграмм. Вот так вот, всю жизнь ждёшь принца на белом коне, а получаешь толстого волосатого мужика на железном скакуне. Бедная девка. Все тогда жёстко над ней прикалывались, но мне было её жалко. Ей теперь жить с ним пришлось, и никуда не сбежишь ведь. Но зато есть свои плюсы: во Франции много красавчиков, с которыми можно покрутить интрижки.

Прошло уже целых двадцать минут, но у меня не хватало духу отважиться и посмотреть на тест. Фух, ну с Богом.

Я повернулась…

Глава 3.

16.01.2020

Я сижу у кабинета врача и жду маму. Колени трясутся, ладони и подмышки ужасно вспотели от нервов. Ещё и ребенок испинал мне уже все внутренние органы, наверное, чувствует моё состояние.

Кладу руку на живот и глажу малыша. Интересно, кто у меня там, девочка или мальчик. Если будет девочка – назову её Ева. Мне это имя кажется таким сказочным, как у принцессы. А если будет сын – назову Владислав. Да, именно так всё и будет. Уже мысленно представляю, как покупаю своей дочке красивые розовые платья, а сыночку самые крутые машинки и игрушки. Господи, могла бы я еще год назад представить, что в свои самые юные годы буду думать не о том, в каком клубе можно развести богатеньких мужиков на коктейли, а о детях, причем своих.

***

Про свою беременность я рассказала сразу всей семье, включая Рому и Машу. У меня был День Рождения. Не знаю, почему мне вдруг померещилось, что это самый подходящий момент. Может быть в честь праздника мне повезет и я не получу по башке слишком сильно?

Друзья сильно удивились, когда получили смс-ки с текстом «Отмечать буду дома», так как я никогда не отмечала его там, тем более с родителями и братом. Раньше это была отвязная вечеринка в каком-нибудь не менее отвязном месте с громкой музыкой, кальянами и кучей алкоголя, сигарет и травки. Но сейчас все изменилось, и я не могла больше жить только ради себя и вливать в организм кучу пойла. Именно в этот день, в свой День Рождения, было принято окончательное и бесповоротное решение оставить его, моего будущего малыша, даже если родители будут против.

Мы с мамой наготовили кучу салатов, накрыли стол и стали сервировать посуду. На минуточку промелькнула мысль о том, что лучше бы убрать ножи и острые предметы подальше.

Все гости расселись по своим местам, весело болтали, но одной мне было как-будто нечем дышать. Рядом со мной сидел Рома и держал меня за руку, он почувствовал, что что-то не так.

–У тебя все нормально? – осторожно поинтересовался он.

Я осторожно взглянула на него, сдерживая ком в горле. Рома смотрел с беспокойством. Лишь бы не заплакать, только не сейчас.

–Скажи, ты любишь меня?

Он немного смутился от моего вопроса.

–Конечно, малышка, очень.

–Мы же всегда будем вместе?

–Да. Что происходит? У тебя такое лицо, будто ты умираешь.

Всё, не могу больше сидеть и ждать особого момента и вываливаю всё, как на духу. У папы в руках лопнул бокал с шампанским, он сжал его с такой силой, что тонкое стекло не выдержало. Мама несколько раз переспросила меня, правда ли это, Костя орал, как злющий питбудь, да так, что его слюни летели во все стороны. Маша с каменным лицом молча встала и прошла к входной двери, прихватив куртку, а Рома…он убежал, прямо в домашних тапочках. Мне так была нужна поддержка в тот момент. Я знала, что реакция моих родителей будет шоковой, но лучшая подруга и любимый парень…Как же они были нужны мне.

Никто из них не берет трубку и по сей день. Обивая пороги Роминой квартиры и чуть ли не ночуя у него под дверью, в конце концов, я сдалась и бросила эту затею. Маше отправила за все это время большое количество смс-сок, завалила директ в инстраграм и вконтакте. Я видела, что она выкладывала сторис: то гуляет с одноклассниками, то в клубе. Специально игнорирует меня. Как же обидно, ведь кроме неё у меня больше нет подруг, к которым можно было в любой момент прийти за поддержкой и помощью, рассказать то, что у меня болит и поплакаться в плечо. Машка меня бросила, было непонятно и больно, почему же…

Остальное время я не посещала школу, родители договорились с учителями и перевели меня на домашнее обучение. Я не выходила на улицу, только в больницу. Не хотелось никого видеть и слышать, отец со мной практически не общался, мама пыталась вытащить меня из дома, чтобы проветрилась, но безуспешно. Меня разбили, как фарфоровую куклу и я понятия не имела, как собрать себя по осколкам.

***

Из моих мыслей меня вытащила мама, которая высунула голову из двери кабинета и позвала меня зайти. Она взяла меня за руку и посадила на кушетку рядом со столом докторши.

На меня смотрела и улыбалась во все тридцать три зуба, скорей всего, их было даже больше, учитывая то, что её улыбка занимала практически пол лица, ослепительная блондинка в очках. Белый халатик еле-еле сходился на её груди. Кажется, я даже слышала, как бедная пуговица, которая держалась из последних сил, тихонечко звала на помощь.

Её свисток, накрашенный ярко-красной помадой, заговорил.

–Здравствуй, милая. Меня зовут Милана, я буду твоим доктором и буду сопровождать тебя до самых родов. – Милана небрежно пожала мне руку и стала копаться в документах.

–Как я вижу, срок у тебя уже почти двадцать пять недель. Анализы, которые ты сдавала сегодня утром – в прекрасном состоянии. Мы с твоей мамой поговорили и подумали, что для тебя будет лучше находится в нашей клинике до появления малыша.

Это меня немного смутило.

–Получается, домой я уже сегодня не вернусь?

–Все твои вещи я собрала. – вдруг выдала мама. – Поверь, тут тебе будет гораздо лучше, чем дома сидеть и тухнуть. Здесь свежий воздух, очень большая территория больницы с парком, много других рожениц, с которыми ты сможешь общаться и не будет…прежнего круга общения, который только тревожит тебя.

–Я всегда буду рядом. – вмешалась Милана. – У нас тут бассейн, психологические курсы, тренажерный зал, йога, аэробика для беременных. Могу дать место в палате с твоими сверстницами, чтобы тебе было комфортно или поселить в отдельную палату. Все необходимые процедуры будешь прямо проходить здесь.

Я оглядела кабинет и задумалась. Все стены были увешаны глянцевыми плакатами с изображением беременных женщин, маток и её составляющей. Также висело очень много фотографий врача Миланы с разными семьями, мамами и папами, которые держали в руках младенцев в конвертах и широко улыбались, кто-то из взрослых на фотографиях даже плакал. Доктор заметила, как я разглядываю фотографии.

–Это небольшая коллекция фото моих пациентов. Все они удачно и спокойно выносили своих малышей под моим пристальным наблюдением. Ты тоже можешь оказаться среди них.

На самом деле это было не плохой идеей, если учитывать моё постоянное меланхоличное состояние, то тут мне будет спокойней и даже веселей. До родов оставалось примерно три месяца. То, что придётся провести их не дома, даже лучше. Мне уже осточертели эти четыре стены с голубыми обоями в цветочек, безумно надоел этот телефон, который постоянно молчал и безумно надоело ждать чего-то хорошего. Проведу время здесь, терять мне всё-равно нечего, буду ждать приобретений…

–Я согласна.

–Вот и умница. – мама поцеловала меня в щёку и отдала мой паспорт Милане.

Она начала что-то быстро печатать на компьютере и кликать мышкой.

–Сейчас я подготовлю для вас договор оказания медицинских услуг нашей клиникой. В стоимость ведения беременности также входит проживание и все дополнительные услуги в рамках нашей клиники. Оплатить сможете мне после размещения в палате. – раздался скрежечущий и щелкающий звук. Милана достала из принтера внушительную стопку бумаг и протянула мне.

–Там стоят галочки, где нужно поставить подпись.

Бегло оглядываю бумагу с кучей текста и расписываюсь. Рука как будто была тяжелой, поэтому вышла не подпись, а какие-то каракули. Ручку не брала в руки с тех пор, как перестала ходить в школу.

Милана попросила медсестру показать мне клинику, пока мама повезла чемодан в палату.

Снаружи, как и внутри, это было белое здание с большими колоннами, которые отходили от крыши к земле. По архитектуре чем-то оно напоминало усадьбу "Середниково", в которой снимали сериал "Закрытая школа". Длинное здание в форме буквы "П" имело узкие коридоры. В правом крыле находились кабинеты врачей и всякие процедурные. В левом – палаты пациенток и столовая. Всё было начищено до блеска. Даже пол был покрыт светло-бежевым паркетом, который, вернее всего, уборщицы намывали каждую секунду.

На заднем дворе находилось еще одно двухэтажное небольшое здание с панорамными окнами. В нём находились бассейн и тренажерный зал.

Мне тут понравилось. В клинике не было запаха больницы, от которого с беременностью меня стало тошнить. Тут пахло чем-то очень приятным и сладким. А ещё меня безумно привлекло то, что тут нет докторов мужчин. Все мужчины, которые окружали меня в последнее время, были кончеными козлами, и не хотелось бы иметь с ними никаких дел.

После прогулки по коридорам я наконец пришла в свою палату. Палата была просторная и уютная. В ней было всё, что требовалась в обычной жизни людям: большой шкаф с одеждой, в которой моя мама уже разложила вещи, кровать с чистыми белыми простынями, которые пахли свежестью и стиральным порошком, холодильник, телевизор и о Боги, туалет и душ находились прямо в палате! Не нужно будет вступать в бой с мамашами, у которых, также, как и у меня мочевой пузырь требует опустошения каждые полчаса.

–Ну как тебе, Асик? – поинтересовалась мама, раскладывая продукты по полкам холодильника.

–Всё круто. – коротко отвечаю и падаю на кровать от усталости. Мой ребенок тем временем танцевал джигу-дрыгу у меня в животе.

–Честно говоря, думала – ты будешь против.

–Нет мам, что ты. Если бы моя дочь залетела в семнадцать, я бы тоже хотела ее сплавить как можно дальше.

–О чем ты говоришь?! – мама резко повернулась и случайно выронила пакет с яблоками, которые еще не успела положить на место.

–Да ладно тебе, не скрывай. Слышала же, о чем вы разговаривали с папой, поэтому меня не удивил этот внеплановый переезд.

Однажды, сидя на унитазе, я подслушала, как родители обсуждают моё дальнейшее нахождение в доме и в нашем городе. Город у нас маленький и слухи разносятся со скоростью ветра. Мои родители, которые мыслят по принципам людей из прошлого века, считали мою беременность позором и всячески увиливали от встреч с друзьями и соседями. Если вдруг моя соседка, с которой, кстати, моя мама всегда тесно общалась, умудрялась поймать её на пути из магазина, всегда начинался разговор обо мне со словами "о Господи, как же так вышло?", "а как она будет дальше учиться?", "а кто будет сидеть с ребенком?", "а вот я слышала, что парень её, ну тот, Архипов, бросил её, это правда? Бедная девочка". Куча людей начало интересоваться её непутёвой дочкой Асей, чей залёт стал чуть ли не новостью всемирного масштаба. Тогда то мои предки и порешали то, чтобы поместить меня подальше от дома. Они думали, что все забудут обо мне и им станет легче жить.

Мама всплеснула руками.

–А что ты думаешь, мы чувствовали каждый день, выходя на улицу?! Эти презрительные мерзкие взгляды, осуждающие. Эти вонючие людишки решили, что им позволено очернять мою семью!

–Очернять? – я привстала с постели, и, упёршись о локти, уставилась на маму. – То есть это я испортила ТВОЮ семью, и именно поэтому вы запехали меня сюда?!

–Да ты знаешь, сколько денег мы отвалили за твоё содержание здесь?! Должна быть благодарна, что вообще позволили его оставить!

Я меня глаза на лоб полезли от услышанного. Насколько же моя мать закрытый человек. После новости о моей беременности она не разговаривала со мной некоторое время, но потом, как я думала, она смирилась и даже допустила мысль о том, что хочет, чтобы в нашей жизни появился ещё один человечек. Она очень много успокаивала меня, когда все от меня отвернулись. Оказывается, это было всего лишь маска благодетельницы. Вот что она думает на самом деле.

После её слов я молча встала и вышла в коридор. Спина ужасно ныла, ноги отекли и были больше похожи на два здоровенных пельменя. Не хочу оставаться больше с ней в одной комнате, лучше подожду, пока свалит.

Медленно прогуливаясь по больнице, я и не заметила, как дошла до кабинета Миланы. Мама должна была зайти к ней перед отъездом. Дверь была приоткрыта, и я увидела её в компании доктора Миланы. Они перешёптывались между собой, и, пытаясь подслушать, плотно прислонилась спиной к стене и навострила уши. Как бы не старалась, ничего толком не услышала. Раз не получится подслушать, значит подсмотрю. Вдруг Милана встала и открыла небольшой шкафчик, который находился у нее за спиной, а там…сейф. Подобрав код, она достала оттуда белый пухлый конверт и передала его маме. Что там такого может быть? Если он хранила его в сейфе, значит, это какие-то важные документы или деньги. Но почему Милана отдаёт их маме, ведь должно же быть наоборот…?

Глава 4.

24.04.2020

Живот уже настолько большой, что мои тонкие ноги уже не выдерживают вес собственного тела. Мне не нравится, как я выгляжу в зеркале: уродливые синюшные растяжки, похожие на шрамы, покрывают всю нижнюю часть живота, а кожа натянута так, что как будто вот-вот треснет. Я больше не выхожу из палаты, даже в столовую, еду мне приносят медсестры, а на процедуры езжу в инвалидной коляске. Отёкшие ноги больше не влезают в тапки тридцать шестого размера, поэтому пришлось купить на три размера больше. Мне казались ужасными мои внешние изменения и было такое ощущение, что я так и останусь в этом теле навсегда.

С другими пациентками подружиться не удалось, но зато я очень сблизилась с психологом. После моего приезда в клинику стала часто посещать её. Лилия и сама прибегала ко мне поболтать за чашечкой какао в нерабочее время. Разница в возрасте у нас была не такая большая, ей было всего двадцать три года, может, поэтому нам было интересно вместе.

Моим любимым занятием стали просмотр фильмов и пожирание всяких вкусняшек, которые приносит мама. Несколько раз ко мне приезжал Костя вместе со своей новой девушкой Ликой, чтобы привезти продукты, когда мама была занята работой. Лика мне понравилась, потому что практически не разговаривала. Папа так ни разу меня и не навестил. Да и плевать, я старалась гнать мысли о нем как можно дальше.

Малышка росла не по дням, а по часам. Я часто разговаривала с ней. Рассказывала ей всё о своей жизни, спрашивала её, как же она там, не тесно ли ей, удобно ли? Она как будто меня слышала. На мои вопросы отвечала активными шевелениями. Я часто, разговаривая с ней, пыталась разузнать о том, как она выглядит. Поглаживая живот, я спрашивала:

–Ты будешь блондинкой?

В ответ молчание. Хм, значит – нет.

–У тебя будут темные волосы?

Резкий пинок мне куда-то под рёбра.

–А какие у тебя глаза? Как у меня? Зелёные?

Малышка замерла.

–Не угадала, да? Неужели, как у твои папаши? Карие?

Дочь начала танцевать у меня в животе. Меня это очень умиляло. Так странно разговаривать с тем, кого ты ни разу не видела и который растёт у тебя внутри. Само ощущение беременности становится странным уже на поздних сроках, если ты его еще ни разу не испытывала. Не верится, что вот так вот просто что-то может расти во мне такое, что не является опасным. Ощутив первые шевеления, мне не верилось, что это ребенок. Не было чувства радости и восторга, я просто испугалась и сразу побежала к маме узнать, нормально ли это. Она посмеялась и успокоила меня, заверив, что всё в порядке.

***

День «Х» жду с нетерпением, а он все никак не наступает. Я уже переходила больше, чем должна была, а моя малышка не хотела покидать своё укромное местечко. Уже не хватало терпения ждать и хотелось взглянуть на неё. Думаю, что дочь будет похожа на меня. Все-таки, я, испытав, все прелести беременности по полной программе заслуживала этого.

Милана осматривала меня в кресле и сказала, что матка уже готова к родам и нужно принимать экстренные меры.

–Будем стимулировать роды путём отслоения нижней части плодного пузыря. Процедуру проведем прямо сейчас. Не переживай, это не больно. – с этими словами доктор принялась за дело.

Ага, не больно, да я чуть не взлетела в воздух вместе с этим креслом. Это было жутко не приятная и острая боль, но, как оказалось, это не сравнится с тем адом, что начал происходить через два часа. Начались схватки.

Начало тянуть внизу живота, боль была похожа на ту, что преследует, когда начинаются месячные, промелькнула даже мысль о том, что это они.

В айфон сразу же скачала приложение «Счетчик схваток» и решила сначала проверить, оно ли это. Приложение даже предупреждает, настоящие это роды или тренировочные. Очень удобненько.

На всякий случай я сходила в душ и накрасилась. Не знаю, зачем я это сделала, но мне не хотелось встречать свою дочь с таким ужасным лицом. От переизбытка гормонов меня обсыпало прыщами, кожа была в плохом состоянии. В зеркало я заглядывала теперь редко, и то, чтобы посмотреть на себя и поплакать от того, каким чудищем стала. Не буду пугать ребёнка, дети ведь ни в чем не виноваты. Поэтому я уселась у подоконника с зеркалом и своей огромной косметичкой и стала наносить макияж. Пока я красилась, боль внизу живота быстро набирала обороты и усиливалась.

Я находилась в палате и скакала на большом надувном мяче. Это очень помогало. Схватки тем временем нарастали и становились всё сильнее и дольше, а периодичность становилась всё чаще.

Ко мне зашла Милана, и, завидев эту картину, ахнула.

–Ася, что ты делаешь?

–Началось! – запыхавшись ответила я. – Уже час считаю. – протягиваю телефон и показываю доктору измерения. Она стала нервно водить пальцем по экрану, пролистывая показатели.

–Что же ты молчала?!

–Я не знаю…я..я думала, нужно еще подождать какое-то время.

–Да не нужно ничего ждать! Быстро на осмотр! – Милана выбежала из палаты и крикнула медсестру, которая тут же ринулась ко мне и усадила меня в инвалидную коляску.

Мы быстро ехали по коридору, едва ли не сшибая всех на своем пути. Живот был просто каменный и горел огнём. Ко всему этому в меня как будто впились своими иглами тысяча ежиков и бесконечно елозили, нанося всё больше и больше ран. Но ран не было, не было даже крови. Было странно ощущать такую невыносимую боль и не видеть крови, почему же тогда так больно?

Меня привезли в светлое помещение с большими окнами. Медсестра помогла перебраться на кушетку. Чувствую себя беспомощной бегемотихой. Рядом с кушеткой стоял большой монитор, от которого отходило много разных проводов. Она стала прилеплять мне к животу датчики и присоски.

–Что это? – сквозь зубы, сдерживая крик, спросила я.

–Это аппарат КТГ. Он отслеживает твоё состояние и состояние ребенка.

В дверях кабинета вижу Милану, которая разговаривала с кем-то по телефону и нервно ходила из стороны в стороны. Закончив разговор, она подошла ко мне.

–Ну что, милая, давай посмотрим тебя.

Осмотрев меня, она сказала, что раскрытие шейки матки уже восемь сантиметров и скоро меня отвезут в родовую. Я всё время ворочалась с левого бока на правый, пытаясь хоть как-то утихомирить эту боль. Ася, нужно потерпеть, терпят все, и ты сможешь. Я пыталась абстрагироваться и расслабиться, как советовали врачи, но с каждой новой схваткой чувствовала, что вот-вот потеряю сознание. Ну что же ты меня так мучаешь, моя маленькая, я и так тебя девять месяцев проносила.

–Разговаривала с твоей мамой, она уже едет сюда и будет с минуты на минуту. – Милана взяла меня за руку и стала изучать показатели на мониторе и что-то записывать.

–Что-то не так? – поинтересовалась я.

–Нет, всё хорошо. Ты и твой ребёночек в порядке, скоро вы встретитесь. – она наградила меня ослепительной улыбкой.

Господи, надеюсь это «скоро» наступит очень быстро.

Через несколько минут мама ураганом ворвалась в кабинет. Сзади плёлся папа с пакетами, которые доверху были набиты продуктами.

Она кинулась ко мне.

–Доченька, как ты себя чувствуешь? – мама поцеловала меня в щёку и потрогала лоб.

–Ой, мам, лучше не спрашивай. – стараюсь не кричать и правильно дышать, как учили на предродовой подготовке.

Мама погладила меня по голове.

–Это нужно пройти, ты у меня сильная и справишься со всеми трудностями.

Смотрю на папу. Он стоит в дверях и испуганно смотрит на меня. Я прочитала в его глазах, что ему безумно жаль меня, и он переживает.

В памяти вдруг всплыли воспоминания о том, как в детстве папа спас меня от дворовых собак. Весной их собирались целые толпы в нашем дворе, а я шла из мясной лавки с колбасой в пакете. Собаки окружили меня и стали лаять, скалясь зубами. Оказывается, папа увидел меня с балкона и бросился на помощь. Я просто стояла и громко рыдала, пока он не выбежал и не разогнал собак метлой. Папа долго успокаивал меня и сказал, что я его маленькая принцесса, и он никогда не даст меня в обиду.

Вспомнив это, я поняла, насколько соскучилась по своему любимому папочке и на глаза навернулись слёзы. Вот она я, твоя маленькая принцесса, о которой ты забыл на такое долгое время и которую даже не навещал. Но я всё равно люблю тебя, папа, ты всегда будешь моим героем. Может быть, ты чувствуешь тоже самое…?

Вскоре мне совсем поплохело: в глазах появились темные пятна и белые мушки, уже с трудом различаю и осознаю происходящее. И вот я уже тут, в родовой палате, вокруг суетятся врачи, Милана сунула в мои губы резиновую прозрачную трубочку, в которую нужно было дышать, когда был очередной потуг. Лежу на спине в кресле, а мои тощие ноги подпирали подлокотники, располагающиеся по бокам. С каждой схваткой меня как будто переезжал грузовик и ломал напрочь все кости. Эту боль невозможно описать. Уши заложило, я практически никого не слышала.

–Давай, осталось совсем чуть-чуть! Набирай как можно больше воздуха и тужься, что есть силы! – кричала мне Милана.

Вцепившись в мамину руку и медленно выдыхая воздух в трубочку, терпя очередную схватку, я стараюсь наконец родить. Кажется, я даже слышала, как хрустит мой узкий таз и чувствовала, как раздвигаются кости. Боже, да я ведь могу остаться инвалидом после этого кошмара! Или получить психологическую травму! От отчаяния я просила Милану ввести меня в наркоз и сделать кесарево, лишь бы я этого больше не чувствовала, но она сказала, что голова уже снаружи и мне нужно поднажать.

–Головка уже у нас, Асенька, теперь нам нужно ускориться! Тужься!

Раз, два, три напрягаюсь, что есть силы, стараюсь вытолкнуть из себя дочь. Пот стекает с моего тела ручьём, волосы липнут к лицу. Чёрт, так и знала, что надо было заделать волосы в пучок. А я припёрлась с распущенными, да еще и с мейк-апом, от которого уже ничего не осталось.

–Вытащите её уже из меня пожалуйстаааа!! – у меня уже не осталось сил, и я просто молила врачей, чтобы они помогли мне, но они были бессильны, это могла сделать только я сама.

На последнем потуге выплёвываю эту чертову трубку изо рта и ору, как раненое животное, которого подстрелили охотники.

Давай же, ты сможешь!

В этот момент я испытала облегчение. Вместе с моими криками, закричала и моя дочь. Врачи сгребли в охапку этот маленький камочек и положили на мою грудь.

–Моя девочка… – прошептала я.

В глазах постепенно всё начало мутнеть, а к горлу подступала тошнота. Темнота.

–Милана, скорей сюда! – последнее, что слышу – это крики мамы.

Глава 5.

–Что ты сделала?!! – мама трясла меня за плечи и била по щекам.

Я была всё в том же кресле, но оно находилось не в родовой палате, а в каком-то другом месте. Вокруг было темно. Углов комнаты не было видно в этой темноте, также как окон и дверей. А куда делись все врачи? Где я, черт возьми, нахожусь?

–Что случилось?!

Из ниоткуда вышла Милана с детским конвертом в руке, из которого доносился оглушающий крик.

Она посмотрела на меня и улыбнулась своей «фирменной» счастливой улыбкой.

–Поздравляю, дорогая, вот твоя девочка. – она отдала мне в руки дочь.

Детский плач тут же смолк. Доктор стала смотреть на меня серьёзно и выжидать.

–Смотри же, ну.

В конверте было пусто, ребёнок куда-то исчез, а на его месте разлилось ярко-кровавое пятно.

–Ева умерла, ты не смогла её родить, и она задохнулась! – прокричала Милана жутким голосом.

Из-за её спины появилась мать.

–Это всё ты виновата!

–Нет! Такого не может быть! – яростно верчу в руках конверт и трясу его. Нет, это всё не правда, я же слышала плач доченьки перед тем, как отключилась. Они врут. Что они задумали?

–Убийца!!!!

–Ты убила мою внучку!!!

–Заткнитесь, замолчите!!! – не хотелось слышать ничего, этого не может быть.

–Живи с этим, убийца!!! – мама дала мне жёсткую пощёчину.

***

Стало трудно дышать, и я вскочила с кровати, сорвав кислородную маску.

–Тихо. Тише. – Лилия взяла в руки моё лицо и потрогала лоб. – Ты вся мокрая, ложись обратно. – она попыталась силой положить моё тело на постель.

–Что с ней? Где моя дочь?!

–Не беспокойся, с ней всё хорошо, её сейчас осматривают доктора. Пожалуйста, ложись, тебе надо отдохнуть. Девочку скоро к тебе принесут. Кстати. – Лилия полезла в карман халата. – Вот бирочка, которую медсестра разрешила тебе передать. – она протянула мне квадратный маленький клочок бумаги, на котором была эмблема клиники и надпись «Поздравляем с рождением дочки. Липатова Ася Борисовна, девочка, рост – пятьдесят один сантиметр, вес – три килограмма шестьсот грамм, время – 19:01.»

Значит – это был просто сон, такой жуткий и кошмарный сон. Камень с души упал, и стало легче.

Лилия положила свою ладонь мне на лоб. Она была прохладной и это действовало на меня успокаивающе.

–Ась, я хотела с тобой поговорить. – начала Лилия. – Понимаю, я должна была сделать это гораздо раньше…но…

–О чем ты? – с недоумением спросила я.

–В общем…

Лилия не успела закончить фразу, как в палату зашли мои родители и Милана, на руках с Евой, завернутой в пеленку.

–Ну как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась мама.

–Нормально, только ноги не слушаются совсем, это ничего?

–Просто ты устала, без сознания провела всего час, еще не успела оправиться. А это. – доктор аккуратно, придерживая за головку, вложила мне в руки младенца. – Малышку нужно покормить.

Моя милая доченька, моя Ева. Ну, вот мы и встретились.

Боже мой, какая ты красивая! На меня с интересом смотрели большущие карие глаза. Их очарование досталось явно от Ромы: такие же пушистые реснички, а этот взгляд…за который я отдала бы всю жизнь. И буду отдавать её тебе, буду жить для тебя, моя крошка. Её белая кожа практически сливалась с пелёнкой. Носик картошкой – такой же, как у меня. От Евы пахло молоком и чем-то очень сладким. Ты прекрасна! Мы с тобой всё преодолеем. Нас двое, и нам больше никто не нужен.

Папа молча стоял и вытирал скупую мужскую слезу, а потом вышел из кабинета, когда я, налюбовавшись дочкой, принялась её кормить.

Ева была тихой малышкой. Приложив её к груди, она поняла, что нужно помочь своей глупой мамаше и сама взяла грудь.

Мне хотелось прижать её к себе и больше никому не отдавать, греть её, заботиться об этом милом комочке, который тихонько, с закрытыми глазками посасывал молоко.

Когда Ева покушала, Милана снова забрала и унесла её от меня, попросив Лилию помочь.

Со мной осталась только мама, папа ждал в коридоре.

–Замечательная у тебя малышка.

–Знаю. – было неловко, да и к тому же еще не полностью пришла в себя после родов. – Мам, скажи…папа до сих пор не может принять это всё?

Она задумалась и посмотрела в потолок, как будто пряча глаза.

–Да нет. Честно говоря, ему стало наплевать на всех. На соседей, которые суют нос, куда не нужно, на работу, на нас с Костей. Боря закрылся в себе. Иногда я что-то ему рассказываю, а не слушает, пропускает мимо ушей. Когда твоего брата нет дома, я как будто одна, хотя вот он, сидит рядом, читает газету. – мама быстро вытерла слезу, пытаясь скрыть её, но я видела эти красные и уставшие глаза. – Он принял. Уже давно. Но это всё изменило его, а мне так больно от этого.

–Не хотелось доставлять вам всем проблемы, мам. – наши пальцы переплелись. – Пойми, я не могла от неё отказаться, даже ради вас и вашей спокойной жизни. Если вы хотите, я могу уехать с Евой куда-нибудь подальше из города, чтобы вас оставили в покое.

Мама до боли крепко сжала мою руку.

–Не переживай об этом. Скоро все решится само собой. – она достала из сумки платок и вытерла щеки и нос. – Ложись спать, тебе нужно восстанавливать силы, а завтра ещё поговорим.

Не стану возражать, так как действительно устала, веки были ужасно тяжёлыми.

Как только мама вышла за дверь, я зарылась с головой в одеяло и выключилась.

***

Проснулась от того, что чья-то рука тормошила меня за плечо. С трудом разглядев, кто стоит передо мной, я удивлённо уставилась на неё и потянулась к светильнику, чтобы зажечь свет, но рука остановила меня.

–Стой! Не включай! Она может увидеть нас! – это была Лилия.

–Что ты тут делаешь?

–Ася, пожалуйста, выслушай меня. – она была в чёрной одежде, жутко нервничала и тряслась.

–Ты чего так шифруешься? – её маскарад казался смешным.

Лилия смотрела своими безумными глазами и глубоко вдохнула, пытаясь что-то сказать, но слова не выходили. Стало понятно – что-то случилось.

–Так, присядь сюда. – пришлось силой усадить её на кровать и дать бутылку воды, чтобы она хоть немного пришла в себя.

–Боже. Прости меня. Прости, что не сказала раньше. – слова летели из неё как из пулемёта. – Понимаешь, она запугала меня, мне было страшно, понимаешь?

–Сейчас я ничего не понимаю. – мысли перемешались в голове. Лилия хоть и психолог, но, по-моему, психолог сейчас не помешал бы ей самой.

–Ася, беги отсюда, прямо сейчас. Бери Еву и уматывайте, как можно дальше. – Лилия вытащила из шкафа мой чемодан и начала укладывать вещи. Да что тут нахрен происходит?!

–Ты что, не в себе? Пойду позову Милану, чтобы она тебя успокоила.

Не успев дойти до двери, рука Лилии цепкой хваткой вцепилась мне волосы, а другая закрыла рот.

–Тихо. – шепнула она мне в ухо. – Пожалуйста, не ори и не шуми. Я хочу тебе помочь. Сейчас тебя отпущу, а ты выслушаешь меня.

Я бы и выслушала, если бы ты не вела себя так дико, Лилия.

С этими словами она меня отпустила и встала столбом, опустив глаза вниз.

–Тебе нужно уезжать как можно скорее. Это всё она, Милана. Прости меня, я должна была раньше сказать о её намерениях, ведь всё знала.

Мы встретились с ней два года назад, только в другой больнице. Она работала там гинекологом, а я проходила практику от университета в качестве психолога. Сначала Милана показалась мне милой девушкой, часто заходила ко мне в кабинет, интересовалась, как у меня дела, помогала, угощала коньячком после работы. Так мы и подружились, а потом мне дали там работу. Я была студенткой, успешно закончивший академию с красным дипломом, и Милана подсуетилась, поговорила с начальством и меня взяли. Всё шло, как по маслу. Подруга рядом, должность, зарплата, работа в кайф.

А потом к нам в клинику поступила женщина лет тридцати пяти со своей беременной дочкой, которой было четырнадцать. Эта тётка была наркоманкой и проституткой, девочка забеременела от какого-то её собутыльника. Заметили поздно, поэтому аборт не успели сделать. Решили на этом навариться и продать ребенка еще одним нашим клиентам, у которых было дофига денег, но детей родить не получалось. Милана лихо провернула это дело, а я узнала об этом только потом, подслушала разговор с этой богатой пациенткой. Наркоманка с дочкой получили неплохую сумму за ребенка, как и сама Милана. Видела бы ты, как у неё сверкали глаза, когда она получила столько бабок. Успешная сделка вскружила ей голову настолько, что она хотела еще и еще. Это как у торчков, с каждым разом им всё мало.

Я пыталась отговорить её, потратила на это уйму времени и сил. Милана пропускала мимо ушей мои слова, что-то городила о совместном деле, огромных деньгах и роскошной жизни. А я не могла сдать её, считала её своей подругой.

В той больнице это делать было очень опасно. Её могли засечь.

Спустя еще две сделки, она решила открыть свою клинику, в которой до сих пор нет проблем это проворачивать.

Глава 6.

Задаюсь вопросом: зачем ты мне всё это рассказываешь, при чем тут я?

–Милана упрашивала меня поехать с ней. Конечно же, я отказалась, пока она не приставила мне дуло пистолета к виску. Только я знала всё, ей было опасно уезжать одной. И вот теперь мы тут. Знаешь, сколько уже было таких девочек, как ты?

С каждой фразой Лилии мозг начинал расставлять всё по своим местам.

–Много, Ась, очень много. Она подделывает свидетельства о смерти детей, но на самом деле продаёт их тем, кто готов за это заплатить. Твои родители в курсе, через Милану проходит сделка и передача денег.

В памяти всплыл тот день, когда я видела Милану с мамой в кабинете. И этот конверт, который она достала из сейфа. Это были деньги за мою дочь.

–Через пару дней после рождения малышей отдают в новые семьи, а мам забирают родители. Тех девочек, кто против, накачивают какой-то хренью и отправляют в психушку, у неё куча связей. Милана просто больная, а я…просто подлая трусиха, которая боялась за свою задницу. Не могу больше молчать и скрывать, даже если это будет стоить мне головы. Ты должна уехать отсюда как можно быстрее, вместе с Евой. Я помогу тебе забрать её, прямо сейчас. Завтра уже будет поздно…

Мысли перемешались, внутри что-то раскололось на мелкие осколки и болью резануло грудь. Обнимаю свой живот. Малышка была тут так долго. Я носила её под сердцем, с нетерпением ждала её появления. А теперь Еву хотят забрать от меня, отдать каким-то чужим людям. Мама…папа…это всё вы. Решили избавиться от нас таким низким способом. А ваши глаза, ваши чёртовы добрые и любящие глаза! Говорят, что глаза – это зеркало души, но как же глубоко вы смогли спрятать свою мерзкую и гнилую душу. Хотелось блевать от этого, меня жутко тошнило от своей семьи моральных уродов, от всех людей вокруг. Ну почему я такая наивная? Каждый раз пытаюсь доверять людям, а они оказываются подлыми крысами. Ненавижу! Ненавижу!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.