Эмилия Рамм
Лишь солнце, море и ты

Пролог

Мои замки из песка получаются очень правдоподобными и реальными, с тонкими шпилями башен и массивной крепостью стен. Я украшаю их маленькими ракушками и поблескивающими камушками, вырисовываю черепицу на крышах, двери и окна на стенах. Из открытого туннеля заливается вода, которая струится как ручеек по вырытому каналу вокруг замка. Прибывающие волны грозятся снести мой замок, на что я смеюсь и укорительно качаю ему пальцем.

– Тебе не удастся взять мой замок, даже не мечтай, – воинственно восклицаю, вставая перед своим другом. На что тот облизывает резко подступившей волной мои ноги, подмочив бриджи до колен.

– С кем это ты там разговариваешь, чудачка? – слышу я приближающихся.

О нет, это Тима с Натаном. Мальчики из третьего «Б» класса. И мои злейшие враги. Из богатых семей. Всегда вместе, как два сапога пара. Всегда достают и издеваются над теми, кто, как они считают, не «дотягивают до их уровня». Мажоры чёртовы. И всё то у них получается, все перед ними стелются и помогают, потакая их капризам. Даже учителя в нашем небольшом пригороде. Вот мальчики и считают, что им всё дозволено.

Мальчики самодовольно корчатся, посмеиваясь над моими строениями.

– О, она же опять разговаривает сама с собой, – некрасиво смеётся Натан и подходит ближе.

Я не двигаюсь с места и вытягиваю шею, расправляю плечи, пытаясь казаться выше и сильнее, хотя самой очень страшно.

– Это не правда! Я не говорю сама с собой!

– И с кем же тогда? Мы здесь никого не видим, – неужели можно обладать настолько неприятным голосом?

– С… – я осекаюсь, вспоминая как все реагируют, когда я говорю, что разговариваю с морем. Даже мама смеётся надо мной, когда я рассказываю ей, что море действительно слушает меня и сопереживает. Помогает справиться с моими трудностями и переживаниями, – …морем.

Мальчики ожидаемо покатываются со смеху. Держась за животы и тыча в меня пальцем. Как некультурно!

– Ты слышал?

– Да, она говорит с морем! Ой не могу, – хоть бы они померли со смеху!

– Мира, а может ты и с камнями разговариваешь? И вон с теми деревьями? – продолжают потешаться они надо мной.

Я густо краснею. Знаю, что они тугодумы и не стоит с ними ругаться. Уже много раз наступала на эти грабли, но остановиться не могу.

– Нет! И это вас не касается! Шли бы вы отсюда!

Они угрожающе надвигаются на меня. Рядом с ними я кажусь ещё более крошечной, ещё более мелкой, хотя меня не назвать коротышкой. Но я старательно поднимаю подбородок, не позволяя увидеть им, как на самом деле мне страшно, как дрожат мои ноги.

– Ну иди тогда поплачься ему! – Натан со всего размаха пинает построенный мной замок и топчет его, превращая мои многочасовые труды в несимпатичную кашу из песка.

Мальчики хохочут и злобно улыбнувшись мне так, что видны все их белоснежные зубы (повыбивать бы им парочку!), уходят. Ещё долго слышно, как они обсуждают меня и смеются над моими словами.

Слёзы обжигают глаза, ком подступает к горлу. Я смотрю на бывший замок, от которого теперь ничего не осталось и бросаюсь к воде. Не обращая внимание на то, что одета, и сейчас далеко уже не лето.

Друг принимает меня в свои тёплые пенистые объятия, успокаивающе проходясь по спине, плечам, намачивая волосы. Смывает мои слёзы, убаюкивает на волнах. Я плачу от обиды, рассказываю какие же плохие эти мальчики. Как они уже надоели мне. Как долго я строила этот замок и каким он красивым был, а мальчики всё разрушили. Объясняю, как ненавижу богатеньких, как мажоры разбалованы и отвратительны. Прошу наказать всех, ответить за меня. Пусть они тоже ощутят ту же горечь, что и я сейчас!

Море успокаивающе шумит. Как обычно уносит с собой все мои стенания и обиды. И я снова благодарю его, что оно рядом. Пусть никто и не понимает нашей дружбы. Пусть никто и не знает, каким оно может быть, если ему открыться.

Глава 1. Или любовь не обязательно живёт три года

У вас бывают такие моменты, когда оглядываешься на что-то: на пережитое прошлое, на воспоминания, на пройденный путь и прошлую себя; и понимаешь, что что-то пошло не так? Задаёшься вопросом: как всё могло сложиться подобным образом?

Когда сидишь и не понимаешь, что здесь делаешь, как ты здесь оказалась. Чувствуешь себя не на своём месте. Словно всё это – просто чей-то спектакль. Ненастоящее. Вот и со мной случилось подобное.

Это был переломный момент. Момент, которым характеризуют самые важные перемены в жизни. На самом же деле бессовестно списывают все обстоятельства, которые были до этого и которые как снежный ком собирались в одну глобальную проблему, выхода из которой больше не видишь. Наивно полагать, что лишь один момент, одно стечение обстоятельств и перевернуло всё с ног на голову.

В действительности, если быть абсолютно честной, трещины в наших отношениях с мужем пошли гораздо раньше. О, задолго до этого судьбоносного дня.

Я вышла замуж за прекрасного парня. Простого, доброго, чуткого и заботливого. Именно такого, о каком мечтала и рисовала в своих мыслях с детства. Он не задаривал меня подарками, нет, и не носил на руках. Но мне это и не нужно было. Он был надёжным и верным. Крепким оплотом, могучей стеной. А ещё тем, кто приготовит тебе куриный бульон, когда ты болеешь, или побежит в аптеку спросонья. Кто будет баловать тебя сладким и после называть милым щекастиком. Кто никогда не влезет в твоё личное пространство, и не будет ревновать, всецело тебе доверяя. Кто не будет забывать накрыть тебя одеялом, если ты снова раскроешься во сне или позволит тебе иногда смотреть фильмы до утра, даже если ты ему мешаешь.

Однако среди всего этого мне всегда недоставало эмоциональности, чувств и страсти, не хватало романтики, нежных слов и объятий ни с того ни с сего. О, девушкам всегда чего-то не хватает, скажете вы. И будете правы. Но в моём случае отсутствие этого «чего-то» оказалось критическим. Тем, без чего я не могла чувствовать себя нужной и любимой. Ведь у каждого свои потребности. Увы, свои я поняла слишком поздно.

Или же дорисовывала не хватающие качества своему любимому до тех пор, пока краски не закончились. Или же он умело притворялся, либо старался, выпрыгивая из штанов, представая не тем, кем являлся на самом деле. Сейчас уже не узнать.

Таких людей, как мой муж, обычно называют сухарями. Однако узнала я это, когда влюбленность у него схлынула, а тихое и спокойное чувство укоренилось в его сердце, которое он теперь называет любовью. Эти изменения не оставили ни единого шанса на спонтанные проявления прежних чувств. Тогда я и начала замечать, насколько мы, оказывается, разные.

Ещё во время подготовки к переезду, во время ремонта нашей первой квартиры, подбора обоев, мебели и сантехники, мы чуть не перегрызлись. Тогда я и начала задумываться, что вместо того, чтобы мечтать о пополнении нашей семьи и вступлении в новый виток семейной жизни, возможно, стоит остановиться, оглянуться и хорошенько подумать: а так ли я хотела жить? О таком ли человеке, с которым пройду всю жизнь рука об руку, мечтала? Действительно ли он такой чудесный, добрый и заботливый, или это я приклеила идеальный образ на совершенно другого человека?

Задумывалась и после очередного примирения вновь надевала розовые очки, веря, что нужно просто перетерпеть, пройти через огонь и воду, как говорится, и всё у нас обязательно сложится. Что это лишь этап притирки.

Но отрезвляло то, что с каждой ссорой, каждой обидой нужно было гораздо больше сил и огромное количество времени, чтобы прийти в себя, вновь собрать себя по осколкам, а не закрыться в раковине, не желая никого видеть и слышать. А чувство собственной ненужности и неправильности происходящего становилось не просто невыносимым, а начинало буквально душить. Каждый раз выгоняя из меня по частям, по крупицам чувства любви, нежности и желания к нему.

После таких ссор я чувствовала себя опустошённой. Абсолютно вымотанной. Найти в себе прежние чувства было тяжелее, а отзываться на слова когда-то любимого человека – сложнее.

Я понимала, что однажды наступит момент, когда глупому израненному сердцу просто надоест все прощать и забывать. Когда я больше не смогу в себе найти сил и желания смотреть на мужа.

Вот и сейчас, вместо того, чтобы успокоиться и трезво посмотреть на ситуацию, мы изрыгаем друг на друга проклятия. В его глазах плещется арктический холод и отчуждение. В моих слёзы и обида, неверие что все повторяется по кругу.

– Чего ты от меня хочешь? – устало спрашивает он и опускается на кровать.

– Чего я хочу? Твоих чувств, твоего внимания! Я каждый день в четырёх стенах, ты приезжаешь ближе к ночи с работы. Но даже в дни, когда ты отдыхаешь, я не могу тебя никуда вытащить! Неужели так сложно выйти и пройтись, прогуляться хоть по парку, например? Обязательно сидеть всегда дома и смотреть этот чёртов телевизор? Я хочу ЖИТЬ!

Я пытаюсь говорить спокойно, но мне не удаётся справиться с голосом, и он дрожит от слез и спазма, который всё сильнее сводит горло. Мои слова для человека, не знающего нашей истории могут показаться капризными, достойными пятилетней избалованной девочки. Но меня буквально душило то, во что превратилась наша совместная жизнь. Наши выходные и праздничные дни не отличались от будней. Недостаток внимания мужа пугал, я не верила, что такой человек может любить. Не понимала, куда мы движемся.

– А сейчас ты что, не живешь?

И так всегда. Он вычленяет что-то одно из общего текста и делает вид, что остальное неважно. Все остальное просто пустой звук. От этого хочется рычать и рвать на себе волосы. Вот как можно донести до этого человека, что я больше не могу так жить? Что мы превратились в тюленей, которые только и делают, что в свободное время валяются на кровати и пялятся в телевизор. Кушают, смотрят и лежат. И так по кругу.

А я не могу так жить. Хочется гулять, дышать, узнавать что-то новое вокруг, бывать иногда в социуме, в конце концов! Мне хочется делать это с ним. Ведь именно его я люблю, именно с ним мне хочется разделить все впечатления и радостные моменты.

– Тебе просто нужно поменять работу, – говорит он, и я чувствую, что готова взорваться.

Да, конечно! Всё дело именно в моей работе! В работе, которую я люблю и которой дорожу. К которой я так долго шла, наконец, найдя способ работать на себя, из дома, чтобы не тратить полжизни на разъезды на работу и обратно, и больше не страдать от желания повеситься от выкрутасов начальства и коллег вокруг. Я поменяла работу из-за ухудшившегося здоровья и желания уделять больше времени своей жизни, себе. И это именно тот выбор, сделав который, я ни разу не пожалела. Он знает об этом.

И несмотря на это, сейчас говорит, что дело просто в том, что я работаю из дома и поэтому нигде не бываю. Не езжу туда-сюда и ни с кем не общаюсь. Дело во мне, а не в нём. Нет, это же не он бесчувственный сухарь, который за последний год не сводил меня ни на одно свидание, не подарил ни единого цветка. Не он всё время отнекивался на мои попытки уговорить, расшевелить и попытаться вытащить его куда-то. Не он безжалостно отворачивался от меня и спокойно засыпал, когда я оставалась сидеть рядом со слезами на глазах, пытаясь поговорить с ним. Я даже не помню когда мы в последний раз спокойно обсуждали или рассказывали друг другу что-то.

В этот раз я попросила его съездить к родителям на выходных. Выбраться вместе на природу. Он категорически отказался, аргументировав, что к ним нужно долго ехать, а затем на следующий день вновь «переться» обратно. Затем я предложила нам самим выйти и прогуляться по парку, ведь завтра очень удачно открывается ярмарка мастеров хенд-мейда. То, что мы оба очень любили. Раньше не пропускали подобные мероприятия, с радостью приобретая что-то себе на память. Но он упёрся и не соглашался ни в какую. Тогда я предложила ему самому выбрать. На что он вновь заявил, что не обязательно куда-то выбираться. Можно посидеть дома.

– И вообще, мне нужно ложиться. Завтра рано вставать.

Как и обычно, я осталась одна в оглушающей тишине комнаты, буравя взглядом его спину. Он делал вид, что засыпает, в очередной раз уходя от разговора в своей излюбленной манере.

С трудом сдержав подступивший приступ рыданий, я встала и ушла на кухню. Закрыла дверь. Как мне сейчас хотелось с треском захлопнуть её, стащить со стола скатерть, и разбить что-нибудь. Всё во мне кричало от обиды и боли. Но я знала, что это ничего не даст, лишь испорчу дорогие сердцу вещи. А он даже не шелохнётся. Даже не подойдёт узнать, откуда шум и почему.

Вместо этого я опустилась на пол, надеясь заразиться холодом его поверхности, чтобы хоть немного остудить и успокоить бешено колотящееся сердце. Голова опять раскалывалась, в висках барабаном стучала кровь. Давясь слезами, я до боли сжала ладони, вгоняя ногти глубоко в кожу. Как же хочется не чувствовать, не понимать, не любить его. Просто отключиться от всего. Не чувствовать эту боль в груди.

Это заставляло меня злиться на него ещё больше. Ведь он абсолютно не обращал внимания на то, до чего доводил меня своими стараниями. Не видел, как я упиваюсь корвалолом и закидываюсь успокоительными, чтобы пережить очередную ночь ужасов для меня.

Но в этот раз я не смогла уснуть, да и не захотела ложиться рядом с ним. Понемногу приходя в себя, решила занять себя полезным делом. Я сидела за ноутбуком до рассвета и готовила очередной проект клиента, время от времени вставая и наблюдая за поднимающимся солнцем с балкона.

В последнее время я часто заставала его восход. Замирала у открытого окна и впитывала в себя его тепло, ласковые лучи пробуждающегося дня. Наблюдая за рассветом, я представляла, как сама напитываюсь его силой. Обретаю новую надежду и непоколебимую веру, что все у меня будет хорошо. Что следующий день будет лучше. Рассвет действовал на меня успокаивающе, за спиной будто вырастали новые крылья на смену прошлым, что с треском рвались о гремучие заросли будних дней и нескончаемых ссор.

Я закрыла глаза и глубоко вдохнула свежий воздух, что сладкой патокой тянулся через распахнутое окно от ближайшего леса к нашим новостройкам. И вдруг поняла, что не могу оставаться здесь. Прямо сейчас мне нужно взять ключи от машины и уехать. Куда угодно. Не хочу видеть его с утра и вновь чувствовать себя актером немого кино. Не хочу после его ухода вновь давиться от слез, сворачиваясь калачиком на нашей постели. Не могу больше сидеть в этих стенах и мучиться от кошмаров, что преследуют не только во снах, но и в реальности.

Это чувство будоражащей волной пробежалось по венам, поднимая стройный хор мурашек по всему телу. Было странно и волнительно осознавать своё намерение. Словно я собираюсь сделать что-то запрещённое, собираюсь выбиться из норм и правил, из рамок быта и закостенелого ритма своей жизни.

Наспех переоделась, не позволяя себе сомневаться, и на секунду замерла у большого зеркала в прихожей. На меня смотрела усталая девушка с грустными зелёными глазами и длинными каштановыми волосами, что взлохмаченными прядями сейчас спускались до лопаток. Обычно я была симпатичной. Но сейчас была противна себе, не могла долго смотреть на свое отражение. Свободная широкая футболка скрадывала мою полноту. Да, за последние годы я раздалась на удивление знакомым и родственникам, хотя ранее могла похвастаться завидной фигурой. Было бы неплохо похудеть на пяток другой, а может и на все пятнадцать, чего душой кривить. Очень грустно осознавать, что сейчас мои лучшие друзья – это сладкие булочки и одежда оверсайз.

Я нахмурилась и решительно отвернулась, взяла ключи от машины и поспешила на улицу. Утреннюю тишину разрезал лишь шум редких машин, проезжающих по ближайшей трассе и веселое чириканье птиц.

Остановилась, глубже вздохнула и поняла, что всё правильно. Если останусь хоть на мгновение в квартире, остановлюсь, заставлю себя потерпеть хоть секунду, то задохнусь, захлебнусь и больше никогда не смогу ничего изменить в своей жизни.

Нужно куда-то ехать. Просто взять и уехать из этого места, чтобы не чувствовать себя безжизненной отчаявшейся безделушкой.

Я уверенно устремилась к машине. Ещё не знала куда поеду, но это было не важно. Сейчас было важно только оказаться как можно дальше.

Глава 2. Молния никогда не бьет дважды в одно место

Дорога сама привела к месту, к которому в последнее время меня буквально тянуло магнитом. Однажды у меня даже появилась мечта когда-нибудь поселиться здесь. Несмотря на то, что дома здесь стоили целое состояние.

Это был коттеджный посёлок, где были построены очень красивые и баснословно дорогие дома. Здесь жили богатые семьи, обеспеченные люди, первые лица нашего города. Но знаете что тянуло меня именно сюда? Не престиж и популярность, нет. Посёлок находился прямо на берегу моря. Невероятно красивого, могучего и тёплого моря.

С детства выросшая в пригороде, но вблизи моря, теперь не представляла себя без него. Кого-то манят горные вершины и ледяные утёсы, а меня гипнотизирует и не отпускает родное и абсолютно волшебное море. Вот моё место силы. И ничто не заставит меня переехать отсюда.

В последнее время я часто бывала на пляже этого посёлка, хотя раньше предпочитала другие, более уединенные уголки нашей местности. Но это место было невероятным. Скалы вдоль моря здесь были особенно крупными и живописными. Кое-где вырастали прямо из песка, а где-то посреди прибрежной зоны в море. Совсем рядом росли деревья, создавая желанную тень во время дневной жары. Идеально выложенная и ухоженная трава переходила в красивый золотистый искрящийся на солнце песок. Это было очень приятное и уютное место, хоть и многолюдное во время купального сезона. Здесь была и шашлычная рядом, и удобные скамейки, выстроенные вдоль брусчатой дороги для пеших прогулок. Туристов так и тянуло сюда, что не удивительно.

Сейчас было не жарко. Даже немного прохладно. Чувствовалось начало лета. Я пожалела, что не захватила с собой кофточку. Но ничего страшного, через полчаса солнце ещё больше нагреет воздух и станет комфортно.

Я выбралась из машины и направилась к пляжу. К самому краю пляжа, где блестящий ухоженный газон переходил в песок. Облюбовала дерево, которое своими могучими и длинными ветвями склонялось к земле, скрывало от посторонних взглядов пятачок, на котором так уютно примостилась скамейка.

Забралась с ногами на лавочку и устремила взгляд на воду, сейчас абсолютно спокойную и тихую. Мне не хватало этой тишины в душе. Абсолютной и безусловной. Но, слушая мягкие переливы воды, шуршание песка и шелест листьев над головой, и вдыхая полной грудью свежий воздух, я понемногу успокаивалась. Солнце мягко согревало своим нарастающим теплом не только море, но и меня – единственного посетителя на пляже.

Здесь, рядом с морем, этим могучим гигантом, на душе наступал покой, ураган стихал. Я чувствовала себя маленькой букашечкой, рядом с очень могущественным и мудрым существом. А море точно живое, поверьте мне. Рядом с ним все проблемы уже не казались столь глобальными и непреодолимыми, мысли упорядочивались, в душе наступала гармония и умиротворение.

В такие моменты вспоминалось, как в детстве я считала море своим лучшим другом. Делилась с ним секретами и переживаниями, просила совета и доверяла самые сокровенные тайны. Тогда меня было не оттащить от моря. Не хотелось оставлять друга. Друга, который так чутко отзывался на мои переживания и столь тепло поддерживал в тяжёлые минуты. Казалось, что никто не понимал меня так хорошо, как оно.

С тех пор прошло много времени, я повзрослела. Однако также беззаветно обожала море, хоть и перестала разговаривать с ним. Понемногу я и сама стала считать, что это странно и неправильно.

Сегодня мне было нужно переждать здесь четыре часа, пока муж не уедет на работу. Затем можно ехать обратно и приниматься за свою. У меня тоже есть дела и бессонная ночь этому не оправдание.

Я подтянула ноги к себе и примостила подбородок на колени. Закрыла глаза, позволяя волшебным звукам и запахам унести меня по волнам убаюкивающего и расслабляющего спокойствия.

Мысли плавно перетекали с одной на другую. Отстранённо я думала обо всем хорошем, что было между мной и мужем. Ещё совсем недавно, пару недель назад, когда я с горем пополам смогла все-таки уговорить его съездить покупаться, мы были здесь. Я была очень радостной и не хотела думать ни о чём плохом. Старалась не замечать, что муж делает над собой усилия, чтобы не портить мне настроение, но не замечать его отстранённость было невозможно. Тогда мы сильно обгорели, загорая на пляже, и спустились охладиться в воду. Я наслаждалась моментом, вновь веря и надеясь, что ураган, бушующий между нами в последнее время, уляжется, и мы сможем вернуть теплые отношения и уделять больше внимания друг другу.

В какой-то момент в мыслях вновь всплыл образ парня, которого я увидела в тот день. Когда мы купались с мужем (именно купались, ведь он не умел плавать), я заметила только пришедшего на пляж парня. Он был в одних красных длинных шортах чуть выше колена. Но здесь все были полуголые, это же пляж! Однако мой взгляд почему-то привлёк именно он. Хотя не только мой, судя по тому, что все девушки вокруг следовали моему примеру и пожирали его глазами.

Он был очень красив, но эта красота не была смазливой и самодовольной, а была другой: мягкой и харизматичной, притягивающей взгляд. Не понятно почему, но он не был похож на других парней, которые сейчас клеились к свободным девушкам и своим подругам. У парня было замкнутое и отрешённое выражение лица. Словно мыслями он был не на переполненном людьми пляже, а где-то очень далеко.

Я могла лишь догадываться, что, возможно, он был чем-то подавлен. Его нахмуренное лицо то и дело приковывало мой взгляд. Как бы я ни старалась не обращать на него внимания.

Он уверенно шёл к воде, сосредоточенно смотря только вперёд, всем своим видом давая понять, что стремится поскорее очутиться в желанной прохладе. Его высокий рост (я бы сказала даже очень высокий по средним меркам), подтянутая фигура и широкие плечи говорили о хорошей спортивной подготовке. Очень хорошей, судя по рельефным мышцам на торсе.

Он не обращал внимания ни на кого: ни на девушек, что пожирали его глазами, ни на приветствия парней, видимо его друзей и знакомых – а всё так же целенаправленно и хмуро погружался в воду, чтобы затем мощными гребками уплыть до самых буйков. Проплывая мимо нас, он лишь мазнул по мне взглядом в ответ и всё.

Когда он оказался далеко, я, наконец, опомнилась и одернула себя, заставила оторвать от него взгляд. Ругала себя за рассеянность и вообще: у меня муж есть! Тоже высокий, статный и красивый. Не зря же я влюбилась в него с первого взгляда. Что это я! Как будто красавцев до этого не видела. Хотя, я признавалась себе, что таких действительно никогда не видела. Эта фигура, крепкое телосложение и абсолютно обезоруживающе искреннее и в тоже время отталкивающе отчужденное выражение лица делали его инопланетянином среди обычных людей.

Вот спрашивается, почему я сейчас опять о нём вспомнила? С воспоминаний о приятных моментах с мужем плавно перетекла на мысли об абсолютно незнакомом мне парне, которого я и видела-то всего лишь раз в жизни. И вероятнее всего никогда больше не увижу. Ну зацепил своей внешностью, и что? Увидела – увидела, а теперь взяла и забыла!

Я раздраженно открыла глаза, вдыхая больше воздуха в грудь, пытаясь вновь настроиться на мирный лад, и осеклась. На не так давно на пустынном пляже теперь сидел маленький мальчик. Сидел у самой кромки воды прямо на песке в своих белых джинсовых бриджах. Он что-то рисовал пальцами на песке, а затем стирал это, смешивая песок.

В моей душе заворочалось волнение. Почему этот мальчик один в такое время? Дети в столь раннее время обычно спят. А вокруг больше ни души. Да и как я не услышала, как кто-то прошёл мимо меня? Настолько задумалась? И где его родители? Не мог же он прийти сюда один.

Мальчик спокойно сидел, лишь изредка что-то высекая на песке своими маленькими пальчиками. Ему было лет пять-шесть на вид, не больше.

Я немного поколебалась, вопросы в голове не оставляли меня в покое. Ещё раз оглянувшись вокруг, и убедившись, что он действительно здесь один, направилась к нему.

Услышав приближение, он вздрогнул, но увидев меня, успокоился, лишь вопросительно посмотрел. Я осторожно опустилась рядом с ним на песок, стараясь не совершать резких движений и не напугать его.

– Мальчик, что ты здесь делаешь в такое время? Где твои родители? – спросила спокойным голосом.

Он внимательно посмотрел на меня.

– Мне нельзя говорить с незнакомыми.

Я улыбнулась. Ну хоть что-то привычное.

– И правильно. Если ты здесь один, может быть тебе лучше пойти домой? Хочешь, я провожу тебя? – но заметив его настороженный взгляд, продолжила: – Не бойся. Меня зовут Мира. Вот мы уже и знакомы.

Но он молчал, не решаясь больше заговорить со мной.

– Хорошо, если тебе нельзя говорить, давай я просто посижу с тобой рядом, ладно? Ты не против? Мне тоже сейчас одиноко.

Он странно посмотрел на меня и кивнул, продолжая дальше выводить непонятные рисунки на песке. Не стану же я говорить ему, что волнуюсь и не могу позволить хоть и незнакомому, но маленькому мальчику сидеть без присмотра на пляже.

Спустя несколько минут тишины, во время которых я продолжала гипнотизировать море взглядом и думать о том, почему он оказался здесь, на мою радость, мальчик привык к моему присутствию и решил поговорить.

– А ты почему здесь так рано? – спросил он и, не выдержав, повернулся ко мне.

– Мне было очень грустно и одиноко дома. И я решила навестить друга, – ответила я.

Он стал удивленно оглядываться вокруг.

– Но здесь никого нет.

– Это не так. Здесь есть море. А море – мой друг.

Он неожиданно светло улыбнулся и ответил мне:

– Ты похожа на моего брата.

Я фыркнула. Вряд ли есть кто-то, кто также сильно любит море как я.

Повернула к мальчику голову и ласково улыбнулась.

– Может быть всё-таки скажешь, как тебя зовут? Мне тоже родители говорили в детстве не разговаривать с незнакомцами.

Мальчик вернул мне улыбку. В его светлых голубых глазах весело заплясали отражения бликов солнца на воде.

– Даниэль.

– Приятно познакомиться, Даниэль. А расскажешь, что ты здесь делаешь так рано один? Я хоть и не знаю тебя, но волнуюсь.

Не совсем честный, но хитрый ход. Обычно срабатывает с детьми, которые не хотят что-то рассказывать. Но он лишь нахмурился и снова уставился на песок.

Да, облегчать мне дело он не собирался. Сиди дальше, Мира, и гадай, что же произошло. Моя совесть не позволяла оставить мальчика здесь одного, поэтому, на его счастье или нет, я не собиралась сдаваться.

– Знаешь, иногда, когда я никому не могу о чем-то рассказать, я прихожу вот так к морю и разговариваю с ним. Рассказываю то, что заставляет меня грустить. Проговариваю то, из-за чего на душе тяжело. А оно меня слушает. После этого мне становится легче. Да и проблема почти всегда разрешается, – да, пришлось слукавить. Но ведь в детстве я действительно так делала.

Мальчик с сомнением посмотрел на меня, потом на море. Затем всё же ответил.

– Вряд ли море поможет моим родителям больше не ругаться.

Внутри меня все сжалось от жалости к мальчику. Такие простые слова, но я чувствовала, как они больно отзываются в его душе. Как ему беспокойно и страшно от этого. От того, что он не понимает, что происходит. Видимо поэтому мальчик так странно ведёт себя. Вместо того, чтобы спокойно спать в своей кроватке, сидит здесь, чтобы не слышать, не видеть, как родители ругаются. Таким детям часто приходится раньше взрослеть.

– Ты убежал сюда из дома?

– Нет, я пришёл с братом. Он сейчас бегает.

Я снова оглянулась. Вокруг никого не было. И на пеших тротуарах, которые использовали для пробежки тоже. Как же его брат мог оставить маленького мальчика одного?

Во мне проснулась злость. Наверняка безответственный подросток лет четырнадцати-пятнадцати сейчас наяривает круги, чтобы накачаться и выглядеть привлекательнее в глазах девушек, а заодно получает возможность оказаться подальше от ссоры родителей. Ему самому нужно задать трепку. Разве можно так оставлять ребёнка одного на пляже? А если он решит зайти в воду и утонет? Или его кто-то уведёт.

В разумности и осознанности маленького мальчика я, конечно, по собственным наблюдениям, не сомневалась, но всё же! Даже взрослые люди теряются без вести.

Ну пусть его брат только заявится! Я с ним хорошенько поговорю на этот счёт. Это, конечно, не моё дело, но как можно остаться в стороне, когда маленький мальчик сидит в одиночестве у самой воды, а вокруг ни души?

– И часто ты здесь так сидишь один? – в моем голосе все-таки проскользнули опасные нотки, поэтому мальчик удивлённо посмотрел на меня.

– Иногда, пару раз в неделю. Брат не всегда бегает, иногда он плавает рядом.

Похоже мальчик пытался выгородить старшего брата. И в кого он такой проницательный?

– А вот и он.

Мальчик повернулся на попе и устремил взгляд мне за спину. На его лице тронулась улыбка.

Я, готовясь хорошенько отчитать этого безответственного брата, также развернулась и устремила взгляд на приближающегося. И замерла. К нам шёл парень в красных шортах. Тот, которого видела на этом пляже в прошлый раз и была уверена, что никогда больше не увижу.

Глава 3. Другому пожелаешь – себе получишь

Это был вовсе не подросток. А взрослый парень, с тем же хмурым лицом, которое я запомнила в прошлый раз.

– Дэн, я же просил не разговаривать с незнакомыми.

Мое оцепенение от того, что я вновь увидела того, чей образ лишь недавно вспоминала, после его слов спало.

Вот это беспечность! Оставляет младшего одного и ещё недоволен, что к брату кто-то подошёл. А если бы это была не я, а какой-нибудь маньяк? Что, маленький мальчик смог бы противопоставить силе взрослого человека?

Я встала с песка, отряхнула шорты и чуть не присела обратно, когда услышала:

– Она сама ко мне подошла.

Что? Я чуть не подавилась воздухом от негодования, вот тебе и здрасьте! Я оказывается ещё и виновата, что волновалась за этого мальчугана.

Но я не стала брать пример с этих невоспитанных парней, и решила для начала хотя бы представиться.

– Меня зовут Мира. И к чести твоего младшего брата, он действительно не хотел говорить со мной. Я же и не подошла бы, если бы не увидела, что мальчик сидит абсолютно один среди пустынного пляжа, без присмотра. С ним, кстати, могло случиться что угодно!

Парень и бровью не повёл, лишь пристально посмотрел на меня. От его пронизывающего взгляда по всему телу побежали мурашки. На его поблёскивающем от пота лице сверкали и метали молнии ярко-голубые глаза. Ещё более яркие, чем у Даниэля. На его высокий лоб упали влажные светлые волосы.

Он откинул их с глаз и, не обратив внимания на мой возмущённый тон, вновь посмотрел на младшего брата.

Эй! Вообще-то я здесь стою! Что за наглость! Мог хотя бы из вежливости ответить.

– Машина еще…

– Не уехала, – закончил вместо него мальчик и погрустнел.

– Ясно, – ответил парень и тем самым закончил непонятный и скомканный диалог.

Затем посмотрел на меня так, словно не ожидал, что я все ещё стояла рядом с ними, что ещё не ушла.

Действительно. Что я всё ещё здесь делаю? Нашла себе беспокойство на голову. Как будто у меня своих проблем не хватает.

– Что же, раз всё в порядке, я, пожалуй, пойду.

Я хотела тут же уйти. Но посмотрела на мальчика и вновь почувствовала, как моё сердце сжимается от жалости к нему, от всей несправедливости, с которой ему пришлось столкнуться. Поняла, что за такое короткое время прониклась к нему симпатией. Несмотря на то, что он был маленькой копией своего нахального брата. Сейчас я не могла просто уйти и выкинуть из головы то, что он сказал мне ранее.

Поэтому повернулась к нему и присела. Взяла его за маленькую ручку, на что в ответ получила удивлённый взгляд.

– Не забывай о том, что я тебе сказала, хорошо? Море может стать и твоим другом. А у твоих родителей, я уверена, всё образуется. Не переживай. И главное, пожалуйста, постарайся не оставаться один надолго, ладно? Это может быть опасно, – ласково сказала я ему.

Затем поднялась и, нацепив на лицо холодно-непроницаемое выражение, обратилась к старшему брату.

– Надеюсь, в дальнейшем ты будешь более ответственным по отношению к своему брату.

Наконец, хоть что-то промелькнуло в его взгляде. Кажется, это была растерянность.

Удовлетворенно кивнув себе и решив, что выполнила всё, что хотела и теперь нет причин беспокоиться о мальчике, направилась к скамье, на которой до этого сидела. Проверила время на телефоне. Без пятнадцати шесть. Еще пара часов и можно будет выдвигаться домой.

А пока я так же, как и раньше, примостила подбородок на колени и закрыла глаза, вновь пытаясь отыскать желанное спокойствие в душе, и стараться не думать о тех, кто сидел не так далеко от меня.

Спустя несколько минут попыток упорядочить мысли, я всё же приоткрыла глаза и посмотрела в направлении мальчика Даниэля с братом. Теперь младший брат сидел в телефоне, видимо его брата. А старший откинулся на спину на песке, закинув руки за голову. Хоть занятие нашёл для братика, раз не собираются идти домой. И не ушёл, вновь оставив мальчика одного.

В моей душе всё ещё бушевало раздражение и возмущение поведением брата Даниэля, хоть умом и понимала, что мое появление оказалось для него неожиданным. Я вновь призвала свои мысли заткнуться и закрыла глаза. Но меня не отпускали слова и грустные глаза мальчика. Почему дети должны страдать, когда два человека перестают любить друг друга?

Тут же в сердце словно кольнуло иглой. Я не могла не заметить явного сходства. А что происходит между мной и мужем? Что будет, если у нас появится ребёнок, дети, если я уже сейчас не представляю, как жить с ним таким дальше? Мне было страшно даже представить, что я могу также причинять боль своим детям, из-за того, что их родители ругаются и ссорятся. Неужели то, что я увидела может стать моим будущим?

Я посильнее зажмурилась, пытаясь выкинуть эти мысли из головы. Нет, такого не будет. У нас ещё не всё потеряно.

Отсутствие отдыха ночью начало брать верх, и моё тело под звуки шуршащих листьев над головой и немного забеспокоившегося моря с его легкими набегами волн на песок стало постепенно расслабляться.

Облокотившись одним боком на скамейку и отвернувшись от компании на берегу, я задремала. В какой-то момент, услышав звук проезжающей машины, увидела, что Даниэль с братом поднимаются и уходят с пляжа.

Ну и пусть уходят. Я лучше посижу ещё немного под лучами теплеющего ласкового солнца.

Не знаю сколько прошло времени, но проснулась я от лёгкого толчка в бок. Жмурясь от непривычно яркого и поднявшегося солнца, посмотрела на того, кто побеспокоил меня. Мамочки, я что заснула?

Проморгавшись, наконец, увидела человека рядом. Старший брат Даниэля, парень в красных шортах. От неожиданности ситуации у меня внутри всё вспыхнуло и перевернулось, словно стопка книг разом упала с полки. Я оторопело уставилась на него, силясь понять, что он здесь забыл.

Он видимо задавал себе тот же вопрос, судя по тому, как оглядывался вокруг. Но его рука уверенно протягивала мне ветровку. Мужскую, явно его.

– Ты обгоришь на солнце, если продолжишь здесь спать.

Действительно, предплечья и кожа рук, не защищённые тонкой футболкой, немного пощипывали и горели.

– Я не спала, а просто…

Но он лишь хмыкнул, и ткнул мне свою ветровку. Мне пришлось взять её.

– … задремала.

Он присел рядом. А я, не понимая зачем он вообще сюда пришёл, накинула его ветровку на плечи и спрятала руки в рукавах, в которых буквально утонула. Как и в самой ветровке вообще-то, несмотря на то, что миниатюрной меня сейчас не назовёшь. Меня обдало тёплым запахом с его одежды. Терпким, сладким запахом.

Не отказываться же в конце концов от того, что предлагают? Это по крайней мере невежливо. А о том, что я бестолковая умудрилась уснуть под солнцем, хоть и в тени, и чуть не обгорела, вообще молчу.

– Я отправил Дэна поспать.

Оу, мне показалось, или в его голосе послышалось извинение? Наверное, всё-таки послышалось.

– Родители уехали?

Он кивнул, не смотря на меня. Видимо, ему было неудобно, что приходится говорить о подобном с незнакомым человеком. Что же, я его не заставляла подходить ко мне.

– Чего сам не пошёл?

– Мне не до сна, – едко хмыкнул он.

Затем он замялся и, всё же сумев решиться, вмиг растерял всю невозмутимость.

– Вообще-то ты была права. Мне не стоило оставлять его так одного.

Аллилуйя! Он признал свою ошибку, и, наконец, понял, что я пыталась ему втолковать до этого.

– Раньше я уходил один и привык либо бегать, либо плавать, чтобы отвлечься от всего этого… – он быстро кинул на меня взгляд и вновь запнулся. Было видно, что ему непривычно говорить о семейных проблемах с кем-то. – Но затем Дэн заметил, что я ухожу и начал проситься со мной. Как я мог отказать ему, понимая, что он будет просто лежать и слушать всё? Начал брать его с собой, но не подумал о том, что может быть опасно оставлять его одного, а самому продолжать заниматься тем же, чем и раньше, – его подавленный тон заставлял сердце сжиматься. Столько искренности и грусти было в голосе взрослого парня.

– Он был грустным, сидя там один на берегу. Вот я не выдержала и подошла к нему.

Он вновь кивнул, принимая мои объяснения.

– Скоро он должен поехать в лагерь, надеюсь, хоть там он отвлечется от всей этой ситуации. Он ещё слишком мал, чтобы понимать, что происходит, – было видно, что он сильно переживает за своего брата.

А я удивлялась, с чего он вообще подошёл и стал рассказывать всё это мне. Было странно вот так просто сидеть и разговаривать с незнакомым человеком. Да, нужно чаще бывать в социуме, Мира! Уже разговор с другими людьми тебя смущает.

Он моргнул и посмотрел на свои руки, в которых, оказывается, держал две небольшие бутылки воды и пакет с печеньями. Положил одну бутылку и пакет с печеньями между нами, на скамейку.

– Я хотел позавтракать, но увидел, что ты всё ещё сидишь здесь. Ты, наверное, тоже не завтракала?

Я вроде и не ужинала. Поэтому, почувствовав, как от вида импровизированного «завтрака» заурчал желудок, бодро взялась за печенье и воду.

– Спасибо.

Он тоже отхлебнул воды, а затем посмотрел на меня изучающим взглядом и спросил:

– А ты что здесь делаешь так рано? Нашу причину малой тебе уже рассказал, так что поведай свою.

Да, недовольство от того, что кто-то теперь знает их семейную драму, из него так и сочилось. Поэтому, видимо, решил оторваться на мне, не оставив пути отступления.

– Я не хотела оставаться дома, – уклончиво, но всё же ответила.

Возможно, нечестно с моей стороны бесцеремонно разговаривать с ним о его семейной проблеме, и утаивать свою, но что я могу ему сказать? Что сбежала от мужа?

– Тоже родители? – спросил он, но затем его взгляд скользнул по моей руке, держащей бутылку. Да, на правой руке красовалось обручальное кольцо, – Или…

– Да, или, – поспешно ответила я, чувствуя, как грудь вновь что-то начинает сдавливать.

– Понятно, – так же коротко отозвался он.

Между нами повисла напряженная тишина, поэтому я потянулась за очередной печенькой, чтобы хоть чем-то себя занять. Но он видимо решил также, поэтому наши руки на мгновение соприкоснулись. Я отпрянула и покраснела. Как же неловко вышло. И совершенно не так картинно, как это показывают в фильмах, а очень неуклюже и неловко.

– Постой, я, кажется, тебя видел.

Я промолчала, надеясь, что он не вспомнит. Не думала, что он вообще заговорит об этом. Ведь в тот день, когда я впервые увидела его, он был полностью отрешённым от происходящего и никого вокруг не замечал.

– Ты отсюда? – продолжал он спрашивать.

– Нет, я живу в городе, недалеко отсюда.

Он продолжал смотреть на меня, видимо пытаясь вспомнить, где и когда меня видел. Затем кивнул своим мыслям и отвернулся. Видимо, все-таки вспомнил. Но я не хотела уточнять. Вновь повисло молчание, которое давило и заставляло чувствовать себя не в своей тарелке. Чтобы разрядить ситуацию, я решила хоть о чём-то спросить его. Да! Он же бегает. Вот об этом и спросим.

– Ты часто бегаешь?

– Каждый день, – удивился он моему вопросу, – А что?

– Ничего. Думала тоже начать.

Ляпнула первое, что пришло в голову, но бегать я действительно хотела начать уже давно. Мне было это нужно как воздух, учитывая мои лишние килограммы. Но в последнее время заставить себя работать в этом направлении практически не получалось.

А теперь, когда мы часто ссорились с мужем, и находиться дома рядом с ним становилось невыносимым, я все чаще задумывалась о том, не начать ли бегать. Хотя бы для того, чтобы не контактировать с ним по утрам, рискуя в очередной раз поссориться.

– Если думаешь, то начинай. Для этого ничего не нужно. Только две ноги и желание.

Я улыбнулась тому, как он интересно подобрал слова. Ведь действительно, не нужны ни дорогущие спортивные костюмы и лосины, так модные сейчас. Ни суперудобные кроссовки, ни все эти навороченные гаджеты и аксессуары. Лишь две ноги и желание. А всё остальное – это лишь отговорки.

– Я не умею правильно дышать и бегать, поэтому не думаю, что от таких тренировок будет большая польза.

Да и места у нас там нормального не было. Либо бегать рядом с лесом, где водятся зайцы, лисы и кабаны. Либо около трассы, дыша выхлопами машин.

– Хочешь, можешь бегать здесь. По утрам почти никого не бывает. А я могу подсказать как нужно, если решишься.

Я удивлённо посмотрела на него, думая, что он шутит. Но его лицо было предельно серьёзным, без грамма прежнего нахальства. Его и без того светлые голубые глаза, сейчас так похожие на моё любимое море в ясный день, сверкали на солнце, притягивая взгляд.

Он предлагает мне бегать с ним? Серьезно? Хотя, терять мне было нечего (кроме лишних килограммов, конечно), девушка я замужняя, а значит и бояться нечего.

Но место дальнее, для этого мне нужно будет рано вставать и приезжать сюда. Стоит ли это того? В то же время, смотря на его подтянутую спортивную фигуру, нужно было признаться, что полезнее будет бегать под его советами, чем в одиночку. Он однозначно знает толк в этом. Так что бегать вместе может оказаться полезно не только для моей фигуры, но и здоровья.

Эх, была не была!

– Наверное… да, хочу. И приму твоё предложение. Но знай, подготовка у меня никудышная, работы будет много.

Хотела же куда-то выбираться иногда. Вот и причина. Рядом будет любимое море, свежий воздух, приятная местность и… непозволительно симпатичный парень. М-да, последнее уже не плюс, а скорее минус.

На его лице впервые наметилось некое подобие улыбки.

– Вообще-то я предложил тебе бегать здесь, а не быть твоим тренером.

Нет, нет, нет, так я даже сотни метров не пробегу. Знаю же, что если меня не подгонять, то я распластаюсь подобно улитке, оказавшейся без своей раковины в жаркий день на берегу. Да и он о моих желаниях немного сбросить вес не знает, а рассказывать нельзя. Неудобно как-то.

– На меньшее я не соглашусь, – сказала я, пытаясь скопировать его наглый и самоуверенный тон, который слышала прежде.

Выставила так, будто он меня уговаривал. Хотя сама же и заговорила об этом. Ой-ой, надеюсь я не переборщила. Он удивлённо хмыкнул, явно не ожидая от меня такой прыти, но тут же хитро прищурился.

– Тогда ты должна будешь иногда сидеть с моим братом, когда мне придётся уводить его с собой из дома.

Пфф, он явно не знал, что такое сделка. Я всё равно не смогла бы каждый день бегать, зная свои атрофировавшиеся мышцы, особенно в начале. А учитывая, что рассказал Даниэль о частоте ссор между их родителями, посиделки с ним будут мне как раз кстати.

– По рукам, – довольно ответила я.

Затем счастливо зажмурилась под солнышком, осознавая, что скоро мои грустные, полные тоски и отчаяния дни сменятся более активными и насыщенными. Даниэль был приятным мальчиком, хоть и был лукав, как его брат, но проводить время с ним не будет в тягость. Я найду чем нас занять.

Кстати, о его брате, я вдруг осознала, что так и не знаю его имени.

– Ты не сказал, как тебя зовут, – вообще-то люди обычно знакомятся до разговоров, а не после.

– Адриан.

Я вежливо улыбнулась и протянула ему руку.

– Дай свой телефон.

Он удивлённо посмотрел на меня, но достал свой телефон из кармана.

– Зачем?

– Надо обменяться номерами. Я ответственно отношусь ко всем договорённостям. Поэтому, когда завтра приеду, мне нужно знать как найти тебя.

Он согласно кивнул и, после того как я записала свой номер и вернула ему телефон, кинул мне звонок. Мой заиграл мелодией. Я подняла его и увидела, что сейчас уже почти семь. В душе пробежался холодок. Скоро проснётся муж и увидит, что меня нет.

– Просто приезжай сюда же. Оденься легко и… – он окинул взглядом мои покрасневшие ноги в шортах, – лучше намажься солнцезащитным кремом.

От его внимания мне стало неловко. Всё же непривычно, когда кто-то незнакомый, ну ладно уже знакомый, но всё же посторонний человек говорит подобное.

Мы договорились встретиться здесь в шесть утра. Обычно он выходил в это время, если не было экстренных случаев вроде сегодняшнего дня.

Если я буду ложиться пораньше, смогу высыпаться и быть бодрячком утром. Хотя… назвать себя жаворонком я не могла. Поспать я всегда любила. А спать утром – это вообще святое. Ладно, будем решать трудности по мере их поступления.

Мои мысли прервал звонок. Проснулся. Чуть раньше, чем обычно. Не представляла, что скажу ему. Да и вообще говорить с ним не хотела. Как разговаривать с человеком, который говорит на другом языке?

Пока я гипнотизировала телефон и обдумывала что делать, Адриан, наблюдавший за моими действиями, спросил:

– Не собираешься ответить ему?

Глава 4. Ты моя опора или капкан?

Проницательность видимо у них в крови. Хотя он, наверное, заметил, как на дисплее высветилось «Любимый».

Я отрицательно замотала головой и сбросила вызов. Затем быстро набрала сообщение, что со мной всё в порядке и вернусь часа через два (чтобы его точно не было дома), поставила телефон на беззвучный режим и убрала в карман шорт. Вцепилась руками в ноги, пытаясь совладать с волнением в душе. Я представляла, как он сейчас злится и не понимает, где я. Как Артур набирает меня снова и снова, но я не отвечаю. Всё же меньше, чем через час ему придётся уехать на работу, продолжая беспокоиться и не понимать, что случилось.

Да, именно не понимать. Ведь он всегда не понимает. Такое ощущение, что он живет в скорлупе и ничего дальше своего носа не видит. Или не хочет видеть. А мои объяснения просто разбиваются о стену его непонимания.

Я вдохнула глубже, осознавая, что сейчас не время вновь заниматься пережёвыванием мыслей на этот счёт, и обернулась к парню, сидящему рядом. Оказывается, всё это время он наблюдал за мной.

Блин, неудобно получилось. Хотя, с другой стороны, мне ведь рассказали о проблемах в их семье. То, что он увидел часть моих – не велика беда. В конце концов, он будет помогать мне с пробежками.

На моё удивление он не стал задавать неудобных вопросов. Тактично промолчал и перешёл к делу.

– Расскажи мне о твоём уровне подготовки.

Я моргнула и, осознав смысл вопроса, чуть не прыснула со смеху. Этот самый уровень у меня находился ниже плинтуса. Но увидев его сосредоточенное, серьезное выражение лица вовремя удержалась.

Сама же вынудила его согласиться, теперь изволь следовать плану.

– Уровень практически нулевой. Я не хожу в зал, не тренируюсь, спортом особо не увлекаюсь. Но в детстве я была очень активной, – в конце оправдалась я, видя, как с каждой фразой его лицо всё больше вытягивалось и постепенно превращалось в маску, за которой он пытался что-то скрыть. Зуб даю, что жалость и пренебрежение.

Конечно, такой человек как он, родившийся и выросший прямо на берегу моря, увлекающийся бегом и плаванием, наверняка не понимает, как можно жить иначе.

Точно, плавание!

– Но я очень люблю плавать, – выражение его лица немного потеплело, – могу плавать очень долго, несмотря на усталость. Море даёт мне силы.

Уголки его губ поползли вверх, но он тут же вновь сосредоточился и кивнул мне.

– Я подумаю, с чего нам лучше начать, а завтра попробуем с основ.

– Хорошо, спасибо, – я искренне улыбнулась ему.

Ведь он мог и не помогать мне. Я практически вынудила его согласиться. Мои редкие посиделки с его братом вряд ли могли сравниться с тем, что он взял на себя. Хотя, возможно он ещё не знает, что взял на себя. Хе-хе.

А ещё моё первое впечатление об Адриане было всё же неверным. Но не стоит судить слишком рано. Цыплят по осени считают.

Увидев, что он засобирался, я поспешила снять с себя ветровку. Но он остановил меня.

– Не нужно, вернёшь завтра. Если ты сильно обгоришь, то завтра не сможешь приехать.

И снова этот тон. Строгий, но непривычно внимательный.

Я понимала, что это обычная вежливость, правила хорошего тона и забота о ближнем. Но я не ближний, а совершенно далёкий для него человек. Поэтому я вновь смутилась и кивнула ему, вместо прощания. Он поднялся и направился в сторону дороги.

Я смотрела ему вслед, пытаясь понять, правильно ли поступила. Времени из-за большого объема работы у меня сейчас было катастрофически мало, а я нашла себе ещё одно занятие. Но я не могла больше сидеть дома. Чувствую, что скоро взвою, если не найду чем отвлечь себя.

Посидев ещё немного, я все же засобиралась. Буду медленно ехать, вдыхая свежий воздух соснового леса из окна, остановлюсь у круглосуточного магазина на дороге, чтобы перекусить мороженым. Так и стукнет восемь, когда можно будет спокойно идти домой, не столкнувшись с мужем.

Так я и поступила. Моё любимое мятное мороженое приятно охлаждало перегретый на солнце организм. Медленно, смакуя каждый кусок, я растягивала приятный холод, растекающийся по организму. Он будто запирал мои чувства, обиды и горечь внутри. Вздохнув свободно, я спокойно направилась домой. Мужа уже, конечно, не было. Дома привычно царил бардак после его сборов.

Я закинула вещи по своим местам и решила немного вздремнуть. Бессонная ночь давала о себе знать. Если я хочу быть завтра бодрой, то нужно возмещать недостаток сна.

Как только моя голова коснулась подушки, я провалилась в крепкий сон. Сон, где мальчик Даниэль, с которым я недавно познакомилась, бежал и тянул меня за руку за собой. Он отчего-то был очень весел, смеялся во весь рот, увлекая меня за собой только в ему ведомом направлении. На горизонте переливалось море, отражая яркое солнце над головой, не позволяя прямо смотреть на него. Я смеялась в ответ мальчику. В душе переливалось счастье и безудержная радость.

Спокойный и радостный сон заволок мой разум, даруя крупицы счастья и ощущения радости. Однако хорошее, как правило, не длится вечно. Я проснулась и обнаружила, что проспала до двух часов дня. Голова раскалывалась от сбитого режима, ломота во всём теле заставляла сомневаться: это был сон или я действительно бегала за этим озорником, сбивая ноги и не переставая хохотать, заражаясь его весельем.

Я встряхнула головой, стерпела боль, молотком застучавшую в висках, и поднялась, чтобы сделать себе какао. Изводить свой организм ещё больше любимым кофе я не решилась.

Остаток дня я занималась рабочими моментами, готовила проекты клиентов, провела пару звонков. Время от времени возвращалась мыслями к берегу моря, где сегодня произошло неожиданное знакомство с двумя парнями. Ну ладно, мальчиком и парнем.

Через некоторое время мне стукнуло в голову, что для завтрашней пробежки у меня нет подходящей одежды. Что бы там Адриан не говорил про две ноги и желание, хотя бы что-то минимальное иметь нужно. Мои джинсы точно не подойдут, а о шортах лучше забыть, если я не хочу стать похожей на обгоревшую головешку.

Пришлось ехать в спортивный магазин и в срочном порядке покупать велосипедки, топы и свободные футболки. Когда вернулась обратно домой времени оставалось лишь приготовить мужу ужин и скрепя сердце ожидать его возвращения.

Вот уже стукнуло семь и в прихожей зазвенел звонок. Не стал открывать своими ключами? Что ещё за проверка? Видеться с мужем всё ещё не было желания. Но мы живем в одной квартире, продолжать прятаться от него было невозможно и по меньшей мере глупо.

Я открыла ему дверь и пропустила в прихожую. Хотела тут же вернуться в кухню, чтобы закончить с готовкой, но меня успели обнять и практически ткнули в нос букетом цветов.

Сказать, что я растерялась – значит ничего не сказать. Я не ожидала подобного поворота. Уже успела привыкнуть, что на мои обиды и возмущения никак не реагируют и ничего не предпринимают, делая вид, что всё как прежде. А тут явная попытка исправить случившееся. Неожиданно.

Крупные белые розы были красиво обёрнуты в крафтовую бумагу. Всё как я любила. Но на душе появилось гадкое ощущение, что мой муж пытается откупиться. Вот что я за женщина? То внимания мало, то ищет подвох, скажете вы? Вот пусть он подарит цветы без всякого повода, без промчавшейся бури накануне, тогда я буду действительно рада.

Я натянула улыбку и кивнула ему, принимая цветы.

– Спасибо, но не нужно было.

– Извини меня.

На глаза вновь стали наворачиваться слёзы. Я с трудом сглотнула их и посмотрела ему прямо в глаза.

– Скажи, за что ты извиняешься?

Да, вопросы в лоб мы не любили. Но он сделал первый шаг. Возможно, и поговорить он был готов. Но он как обычно бывает в такие моменты замялся, спрятал глаза и стал спешно протискиваться мимо меня в коридор, скидывая обувь на ходу.

– Ну как… за то, что обидел тебя, – сказал он, заходя в ванную.

Я горько усмехнулась подтвердившейся догадке. Действительно, просто хотел откупиться цветами. Не желая поднимать больную тему, не желая поговорить, а просто задобрить, замять, и сделать вид, что ничего не случилось.

– Понятно.

Вернулась на кухню, достала запылившуюся в заднем углу шкафа вазу и, набрав воды, опустила в неё цветы. Вот так вот и получается. От него я вижу цветы, только когда ему нужно извиниться, либо на день рождение, хотя и последнее не всегда. Незаметно стёрла всё-таки пробежавшую дорожку слёз. Не верилось, что наша былая любовь превратилась в это жалкое нечто.

Было ли это любовью? Надеюсь, хоть в этом я не заблуждаюсь и меня действительно любили.

Я закончила с ужином и положила ему поесть. Сама ушла в ванную, сказав, что мне нужно помыться. Он пытался остановить меня, обнять. Но все эти объятья, его попытки замять ссору, отвлечь меня, а не поговорить начистоту, были настолько приторны и неправильны, что меня не отпускал, душил комок слёз, вставший в горле.

Встав под душ, я снова разревелась, отпуская свои чувства, обиду и накопившиеся эмоции на волю. Неужели я не заслужила быть любимой? Быть той, о ком будут заботиться, ради кого будут стараться, с кем будут искренни? Неужели мне так и придётся терпеть и заглатывать свои обиды, превращая свою жизнь в жалкое её подобие?

Возможно, он и любит меня. Но любимой я себя не ощущала. И желанной тоже. С этим у нас всё было ещё хуже. Он оказался мужчиной, которому было достаточно одного-двух раз в месяц. Или же я его совершенно не заводила.

Сев на плитку, я позволяла струям воды течь на голову. Надеялась, что это поможет унять боль, молоточками стучащую сейчас в голове. Все эти мысли, обиды, непонимания гнетуще влияли на меня. Я чувствовала себя жалкой и несчастной. Вместо того, чтобы вместе сесть и поговорить, обсудить что думаю я, думает он, мы были по разные стороны глухой стены. Его мысли были для меня недоступны, а мои слова уходили просто в никуда.

Вода, струями стекающая с волос и плеч, действительно помогала. Спустя некоторое время, я смогла успокоится. Взбодрила себя мыслями о завтрашней поездке к морю и что, наконец, займусь тем, что давно хотела. Начну заниматься собой, начну жить активной и полной жизнью. Буду видеть окружающий меня мир и красоту вокруг, красоту любимого моря.

Наскоро выбралась из душа, замоталась в полотенце и с приподнятым настроением зашла в нашу комнату. Муж сидел за компьютером, играя в игру. Он обернулся и улыбнулся мне, всем своим видом стараясь показать мне, что всё у нас хорошо.

Не хорошо, милый. Совсем нехорошо. Я тоже улыбнулась ему, понимая, что поговорить с ним всё равно не получится, а жить как-то дальше надо. Страдать не вариант. Возможно, нам действительно нужно время, и тогда мы сможем притереться друг к другу, понять.

Устроилась на диване и провела остаток дня, смотря комедии по телевизору. Говорила себе, что всё не так плохо. Он ведь хоть как-то старается, да? Принёс мне цветы, хотел порадовать. Ладно, не порадовать он хотел, а… Всё, если продолжу копаться в этих мыслях – точно свихнусь!

– С завтрашнего дня я начинаю бегать. Поэтому не удивляйся, когда рано встану и уйду.

– Ты? – он удивлённо повернулся ко мне, оторвавшись от игры.

– Да, я.

Я так сильно сжала зубы, что услышала скрежет. Столько удивления и неверия было в его тоне. Стало очень неприятно. Раньше мы хотели начать бегать вместе, но с мертвой точки не сдвигались даже в выходные, даже в отпуск. Видимо, мне нужно начать одной.

– А где ты будешь бегать?

– Не здесь, я нашла хорошее место, на берегу моря.

– Одной опасно бегать, да и далеко это. Страшно не будет?

Он волновался. Поэтому я смягчилась и расслабилась.

– Я не буду там одна, – ой, и как сказать ему, что я буду бегать не одна? Ладно, пока не буду накалять ситуацию. Кто знает, может быть Адриан передумает и откажется, или не сможет, – Там уже бегают, я видела сегодня.

Он с сомнением посмотрел на меня, но потом кивнул и отвернулся.

– Ладно, если ты уверена.

– Просто хотела предупредить.

Он снова кивнул. Похоже ему не очень понравилась моя идея. Даже здесь он не попробовал понять меня, и подумать почему я приняла такое решение. Побеспокоится за меня дольше нескольких секунд и разузнать, что за пляж, чтобы быть в курсе.

Чувствуя, что настроение вновь закатывается под плинтус, и я вновь начинаю закипать, я махнула рукой на остаток вечера и легла пораньше. Высплюсь, встану вовремя, и завтра будет новый день!

Глава 5. Даже росток стремится к солнцу, прорастая сквозь камни

Назойливый будильник резко ворвался в сознание. Я с трудом разлепила веки, не понимая, где я, кто я и вообще зачем мне понадобилось так рано устанавливать будильник. Хотела уже плюхнуться обратно на такую тёплую, мягкую и манящую подушку, ругая свой телефон, что разбудил меня так не вовремя, как в голове начали пазлами собираться воспоминания и планы на сегодняшнее утро.

Подавив стон и бездумно уставившись на светлое небо за окном, я поняла, что поспать больше не удастся и мне действительно нужно срочно вставать, если я не хочу нарушить своё же слово. С третьей попытки все же удалось почти трезво и ясно сфокусироваться на задачах, которые передо мной стояли. Стояли! Сама же туда их и поставила. Ещё немного поворчав и пожалев себя, я всё же забралась в душ, чтобы хоть немного взбодриться.

Как я могу жалеть и ругать себя, когда всего в пятнадцати минутах езды меня ждёт тёплое и ласковое море? Собралась, ленивая лепёшка! Хоть я и не покупаюсь сегодня в нём, а буду только бегать рядом, его близость действует на меня умиротворяюще. Стоп, а кто сказал, что не поплаваю? Если у Адриана и есть планы после пробежки, то я могу заниматься чем захочу. Главное, чтобы «захочу» совпало с «могу», и я была в состоянии хоть что-то хотеть.

Я бодро запрыгнула в новые велосипедки до колена и свободную футболку такого же голубого цвета, под которой всё же надела топик. Мало ли, вдруг всё же дойду до воды? Чем не альтернатива купальникам, в которых я в последнее время стеснялась щеголять? Перед этим не забыла намазаться солнцезащитным кремом, как советовал мой будущий тренер. Хм, как это интересно звучит.

Захватила низ от своего купальника, бутылку воды, полотенце и пару яблок. Где-то читала, что кушать перед пробежкой не желательно. Так и поступим. Времени всё равно не осталось.

Думала попрощаться с мужем, но стало жалко будить его, да и, если честно, не хотелось. Поэтому я осторожно провернула ключи в замке и вышла из квартиры. Улица встретила меня свежестью и звуками оживающего города. Предвкушение нового дня бодрило и заставляло радостно подпрыгивать.

Я села в машину и неспешно вырулила на трассу к выезду из города. Затем в ответвление к посёлку, проехала длинную дорогу с близко расположенными сосновыми посадками, переходящими в густой сосновый бор, и, наконец, доехала до тупичка. Остановилась на парковке, подальше от входа на общий пляж, чтобы заметить приближение Адриана. Оставалось ещё десять минут до шести.

Я могла спокойно посидеть и дождаться его, но всё же не выдержала и вышла из машины. Пошла в сторону воды, сняв кроссовки. Как я могу не улучить несколько свободных минут, чтобы побыть рядом с этим сверкающим от солнца красавцем?

Остановилась на самом краю, не позволяя игривым набегам волн касаться пальцев ног. Чуть позже, дружище. Я ещё наплаваюсь вдоволь.

Закрыла глаза и вдохнула полной грудью свежий солоноватый запах. Улыбнулась, позволяя каждой клеточке своего тела согреться под ласковыми лучами солнца и напитаться энергией могучего моря рядом.

Боже мой, как же прекрасно просто так стоять и чувствовать себя частью столь прекрасных сил.

– Не был уверен, что ты придёшь.

Я вздрогнула и обернулась. Отвлеклась и не услышала, как подошёл Адриан.

Сегодня он был в удлиненных серых шортах и белой майке. К слову, о последней. Она скорее открывала, чем скрывала то, что, по сути, предназначена была скрывать. Его хорошо сложенные плечи и ключицы поблескивали загаром, а в широких разрезах майки была видна часть груди. Если до этого я думала, что он атлетично сложен, то теперь сомневалась достаточно ли это описание. Нет, он не был накачен в стиле крепко сбитых тренеров в фитнес-залах. Его вытянутое поджарое телосложение не позволило бы развить такую мускулатуру. Хотя, стопроцентно судить не берусь, ведь я ничего в этом не понимаю. Однако каждая его мышца отчётливо вычерчивалась при движениях.

Подожди, почему он сомневался, что я приду?

– И тебе доброго утра, – он кивнул в своей насмешливой манере, приподняв лишь один уголок губ. – Отчего же?

– Неважно, – загадочно бросил он, его светлые голубые глаза одобрительно осмотрели меня. – Несмотря на твой «нулевой» уровень подготовки, как ты вчера выразилась, ты неплохо подготовилась.

– Я не в бункере росла и понимаю, что из себя представляет пробежка.

Он усмехнулся и, бросив быстрый взгляд на море, кивнул в сторону дорожек.

– Пойдём.

Надев обратно носки и кроссовки, я последовала за ним.

– Как Даниэль?

Он бросил на меня удивлённый взгляд и отвернулся.

– Спит.

И всё? Я надеялась на более подробный ответ. Что с мальчиком всё хорошо и так далее. Он что, не в духе? Злится, что взял на себя обузу? А я напомнила ему об этом. Так я же не собиралась вечно эксплуатировать его. Мне будет вполне достаточно пары совместных занятий, чтобы с пониманием и знанием основ дальше иметь возможность продолжить самой.

Как бы я ни старалась, мне не удалось вернуть то непринуждённое общение, что было между нами вчера. Очевидно, настроение ему испортила не я, значит и не мне его поднимать.

Он рассказал об основных правилах бега, о правильном дыхании и темпе. Мы начали с небольших пробежек по несколько минут, чередующимися пешими прогулками. Несмотря на «легкий» уровень, моё дыхание сбивалось, и в боку неимоверно кололо, как бы Адриан ни пытался выровнять нагрузку. Я видела, как он нетерпеливо вышагивал рядом со мной. Наверное, мечтал сорваться на бег, а не возиться здесь со мной.

Постепенно моё настроение тоже закатилось в самый низ. Через полчаса мы решили сделать перерыв и отдыхали на скамейке на другом конце пляжа. Вернее, отдыхала я, пытаясь отдышаться и уговаривая печень, или что там кололо с боку, не расставаться с жизнью, а Адриан сбегал в круглосуточный киоск неподалеку и принёс мне бутылку воды, так как свою я уже осушила.

Вернулся и уселся рядом, не торопя и больше не ёрзая на месте. Он отщипывал листья от кустика рядом, рвал их на мелкие кусочки и задумчиво бросал перед собой. Насмотревшись на это издевательство над растением, я не смогла больше игнорировать его состояние.

– Что стряслось?

Он удивлённо обернулся ко мне и пару секунд смотрел, пытаясь понять, что я спросила. Затем вновь задумался, отвернулся и потряс головой:

– Неважно.

Да, разговорить его ещё тяжелее, чем Даниэля. С ним хотя бы хитрые механики работали. Хотя…

– Знаешь, иногда полезно делиться с окружающими тем, что у тебя на душе. Представь, что я игрушка.

Я воодушевлённо повернулась к нему, подминая под себя одну ногу. Во мне откуда ни возьмись появилось отчаянное желание разобраться и помочь ему. Возможно, из-за того, что чувствовала себя виноватой. Он возился со мной уже целый час, а я пока никак не могла ответить тем же.

– Давай, – подначивала его я.

Он ещё больше удивился моим словам. Но тоже развернулся корпусом и недоумевающе уставился на меня.

– Игрушка?

– Игрушка, дерево, мешок для бокса, воображаемый собеседник, море. Люди часто выбирают какой-то объект, чтобы сделать его слушателем. Представь то, что тебе привычнее и комфортнее и выскажи, что беспокоит. Я посторонний человек и твои слова никак не коснутся меня. Услышу, переварю и забуду. А тебе станет легче.

Он озадаченно моргнул, затем уголок его губ медленно пополз вверх, придавая его лицу привычное нахальное выражение.

– Море, – хмыкнул он, то ли повторяя мои слова, то ли решая что-то для себя.

Затем откинулся на спинку скамьи и шумно выдохнул. Его лицо замкнулось, и я уже решила, что он отверг моё предложение. Если бы я могла чем-то помочь ему, то хоть немного отплатила бы за его старания и усилия сегодня.

– Скажи, что ты сделала бы, если у тебя была необходимость съехать из дома, и к тому же от скандалов и ссор родителей, но в таком случае младший брат остался бы один в доме без твоей поддержки? – всё же поделился он.

Я тяжело вздохнула. Кажется, я переоценила свои способности переварить и забыть. Это вновь касается Даниэля, грустное лицо которого не хотело меня отпускать с вчерашнего дня. Поэтому вместо того, чтобы поддержать его, я ответила честно.

– Я бы не стала оставлять брата одного. А в идеале бы забрала его с собой, хотя бы на время, в качестве отдыха или смены обстановки.

Адриан долго изучал мое лицо, всматриваясь в глаза. Я выдержала его взгляд, хотя от этих небесно-голубых глаз в моей груди каждый раз что-то волнительно сжималось. Затем он кивнул и устремил взгляд на свои руки.

– Спасибо, что была честна.

Я задумалась о том, что было бы, уйди Адриан на какое-то время из дома и оставь Даниэля одного в такой обстановке.

– Ты нужен ему гораздо больше, чем думаешь, – продолжила, но увидев вопрос в его глазах, пояснила, – то, что ему приходится видеть как ссорятся его родители – это одно. Ты без сомнения помогаешь ему, уводя его по возможности и не позволяя выслушивать ссоры между родителями, которые позже могут прочно засесть в его воспоминаниях и даже стать психологической травмой. Но ещё важно то, что ему нужен брат, который позволит ему быть ребёнком. То, что я увидела в его взгляде, лице и поведении вчера, не было похоже на маленького мальчика, у которого имеется полноценная жизнь, наполненная всеми теми мелочами, которыми и должна быть наполнена у мальчиков его возраста.

После моих слов Адриан поник. Его плечи тяжело опустились. Через пару минут тяжёлого молчания, во время которых я дала ему подумать и больше не лезла с советами, он признался:

– Злясь на родителей, я зациклился лишь на своих переживаниях. Не подумал, что ему, возможно, приходится ещё тяжелее.

Я кивнула и протянула свою руку к его плечу. Ободряюще сжала его.

– Ты всё ещё можешь делать это. Каждый день понемногу предпринимать какие-то действия, быть рядом, чтобы этот тяжелый период в семье прошёл не так болезненно для него. Он же здесь, рядом, ничего непоправимого пока не случилось.

Мы посидели так несколько минут. Каждый переваривал услышанное. Адриан, вероятно, принимал решение как ему поступить. Я же всё больше понимала, что не желаю такой жизни для себя. Нужно было что-то делать в наших отношениях с мужем. Мириться с тем, что происходит? Чтобы в один момент стать такой же парой, как родители этих ни в чём не повинных ребят?

Адриан кивнул сам себе и произнёс:

– Даниэль через три недели поедет в летний лагерь. Пока я буду рядом, затем, как он вернётся, постараюсь договориться с родителями, чтобы остаток лета он провёл у меня. Надеюсь, к этому моменту ничего не поменяется.

Я улыбнулась ему, подтверждая правильность его решения.

А затем, к моему огромному сожалению, мы продолжили нашу тренировку. Он заставил меня вернуться тем же путём, добавив немного упражнений в конце нашего забега. Его лицо больше не было омрачено тяжелыми мыслями, а я была рада, что смогла помочь ему прийти к правильному решению. А ещё была рада за Даниэля, наконец, признав, что его брат, всё же не так плох, как я посчитала в самом начале.

– Ты не так ставишь ноги. Чуть шире. Правильно.

Я тяжело вздохнула, из последних сил выполняя растяжку. Адриан говорил, что если я хочу быстрее восстановиться после непривычной для меня нагрузки, то нужно обязательно выполнять растяжку.

Он оказался прав. После растяжки в теле разлилось удивительное тепло и подвижность. Я буквально чувствовала, как становлюсь сильнее и гибче. Это заставляло хотеть большего. Перед мысленным взором стояла симпатичная стройная девушка, легко бегущая рядом с этим локомотивом Адрианом. Да, я успела заметить, как он припустил, когда бегал мне за водой.

Однако меня тут же спустили с небес.

– Завтра сделай перерыв. У тебя будет болеть всё тело и ноги. Поэтому старайся завтра отдохнуть, много не работай – не нагружай мышцы.

Я кивнула, пытаясь стереть кислое выражение с лица. Мне вновь приехать завтра. Как бы тяжело не было вставать по утрам, здесь я чувствовала энергию, чувствовала себя живой. А дома, казалось, я вновь закаменею, затвердею и превращусь в скульптуру, сидящую в четырёх стенах, отрешённую и закрывшуюся от всего мира.

– Или можешь приехать поплавать. Я напишу тебе вечером, понадобится ли компания на утро для Даниэля, – сказал он, заметив моё поникшее лицо.

Глава 6. Лишь море и я

Вечером? Кстати, да, я думала об этом. Как я смогу узнать, что нужно посидеть с Даниэлем, если в то время буду спать у себя дома. Я озвучила свой вопрос Адриану.

– Мама редко ночует у нас дома. Чаще остаётся в своём отеле. Но когда она приезжает, чтобы увидеться с нами, то на утро обязательно случается скандал с отцом. Это уже почти закономерность.

Его мама владеет отелем. Мама дорогая! Я тут же почувствовала себя не в своей тарелке. Среди моих друзей и знакомых всегда были люди примерно моего круга. Обычные школьники, а затем студенты из обычных семей среднего достатка. Богачей среди них по определению не было. Если не считать парочки мерзких мальчиков в детстве. Даже повзрослев, они всегда держались особняком и не любили общаться с другими.

Я всегда считала, что богачи (хотя что это я, говорю как ребёнок), то есть люди с высоким достатком, не приятные и эгоистичные, считающие себя выше других на голову. Что с ними невозможно общаться и дружить. Одноклассники и одногруппники лишь доказывали это, везде задирая нос и действуя так, что было видно: остальные для них не ровня.

Конечно, я знала, что это элитный спальный посёлок и ожидать другого было бы глупо. Но Адриан и Даниэль хотя бы своим поведением и непринужденностью никак не вписывались в мои представления о детях из богатых семей.

Я встряхнула головой и постаралась выкинуть эти мысли из головы. Действительно рассуждаю как консервативная пенсионерка. Люди бывают разные. И не всегда это зависит от количества денег на счетах. Кивнула Адриану, теперь понимая, как мальчики заранее распознают, что на утро им нужно как можно скорее уйти из дома. Это было очень печально. Ведь Даниэль наверняка скучает по обоим родителям. А день, когда приезжает мама, кроме радости приносит и горечь понимания, что она вновь поссорится с отцом.

– Ты теперь домой? – спросил Адриан, вырывая меня из раздумий.

Он косился в сторону одной из улиц, уходящих чуть выше по дороге. Видимо, ему было пора. Вероятно, Даниэль уже мог проснуться.

– Нет. Я думала немного искупаться.

Адриан вновь обернулся ко мне и обвёл взглядом мое тело, отчего по мне вновь побежали мурашки. Чёртовы мурашки!

– Ты устала, смотри чтобы ногу не взял спазм. Старайся не заплывать глубоко. Будь осторожна.

Я улыбнулась, чувствуя заботу и внимание. Он был очень ответственным парнем. Его легко можно было принять за настоящего тренера.

– Сможешь плавать одна? Сейчас в воде никого нет.

Он осмотрел воду внимательным взглядом. От его беспокойства мне начинало становиться неловко, поэтому я махнула рукой.

– Конечно, в воде я как рыбка. Просто хочу скинуть усталость. Иди и передавай Даниэлю привет от меня.

Адриан ещё раз осмотрел меня и неуверенно кивнул.

– Спасибо за сегодняшнее занятие, из тебя получился бы отличный тренер.

Он ухмыльнулся, хотел что-то сказать, но передумал.

– И тебе спасибо, что была честна.

Я улыбнулась. Очень надеюсь, что смогла помочь ему, и что теперь и Даниэлю станет чуть легче. Обвинять Адриана я не могла. Ведь он сам был жертвой драмы между родителями. Сколько бы лет тебе ни было – это также сильно влияет на тебя, как и на любого другого.

– Не за что.

Мы дошли до моей машины, и я остановилась, чтобы посмотреть на время. Прошло чуть больше двух часов. Подумать только, как пролетело время. Адриан отпил оставшуюся воду в бутылке и посмотрел на меня.

– Увидимся, Мира.

Он криво улыбнулся мне, пригвоздив к месту пронзительным взглядом своих ярко-голубых глаз. Я лишь смогла несвязно ответить ему тоже самое, а когда он развернулся и зашагал прочь, отвернулась и прижала ладони к своим горящим щекам.

Что ещё за реакция такая? Да посмотрел странно, ну и что? Красивые глаза у парня. А ты что тут устроила? Захотелось влепить себе затрещину. Замужняя девушка не должна так реагировать на других мужчин, между прочим. Мне ещё сильнее захотелось поскорее оказаться в желанной прохладе воды, чтобы смыть эти непрошеные и странные мысли в голове.

Захватила часть купальника из машины и уверенно направилась к песку. Переоделась в предназначенной для этого кабинке и оставила свою одежду в незаметном месте за бугорком кем-то построенной широкой башни из песка.

Стоило мне зайти в море, как по моему телу разбежались мурашки удовольствия. Боже, как же хорошо. Ощущения ласкающих тело шелковистых волн было ни с чем не сравнить. Я зашла чуть глубже и погрузилась под воду с головой. Таким образом я отрезала себя от окружающего мира, даруя себя драгоценные секунды абсолютной тишины и гармонии. Лишь море и я.

Затем проплыла вдоль пляжа в обратную сторону от той, куда мы бегали. Откинулась на спину и позволила волнам мягко поддерживать моё тело на весу, не прикладывая к этому никаких усилий. Раскинула руки и ноги, принимая форму звезды. В теле царила удивительная лёгкость и живость. Хотелось смеяться и петь. Надо мной проплывали редкие перистые облака. Такие мгновения были волшебны для меня. Я полностью расслаблялась и казалось, что нет ничего, что могло бы потревожить меня.

– Как же хорошо, – произнесла я вслух, качаясь на волнах.

А затем засмеялась. Кажется, я вновь разговариваю сама с собой. Хотя, почему бы и нет? Кто меня слышит? Да и к тому же, не сама с собой, а с морем, единственным слушателем, который всегда выслушает и поддержит, ни в чём не обвинив и не поставив слова под сомнение.

– Я бы так хотела видеться с тобой чаще, чаще приходить сюда и плавать. Сейчас столько мыслей в голове, и только твоё присутствие помогает мне держаться на плаву.

Я открылась старому другу, вспомнив как делала это в детстве, и продолжила изливать свою душу, рассказывая о том, что сейчас происходит с мужем. Что не понимаю, что мне делать. Как исправить ситуацию, можно ли ещё спасти наши отношения, или я цепляюсь за то, чего уже нет? Рассказывала о мальчике Даниэле, что он не заслужил столько грусти и печали. О том, какой он чудесный и просила, чтобы ситуация с его родителями наладилась.

Немного замявшись, рассказала и об Адриане. Было неудобно говорить о нём вслух, как будто меня кто-то мог подслушать. Я просила, чтобы в его душе настало спокойствие, и он стал опорой для своего младшего брата.

Море в ответ лишь привычно молчало, поддерживая меня лёгкими качаниями волн. После того, как я выговорилась, мне стало намного легче. Я расслабленно улыбнулась и проплыла ещё немного вдоль берега. Остановилась, лёжа на спине и отдыхая. Закрыла глаза, чтобы солнце, светящее в лицо, не слепило. Лениво перебирая руками и ногами, держала себя на поверхности.

Мгновения полного спокойствия излечивали душу. Дышалось гораздо легче и свободнее. Со всех сторон меня обнимало тёплое море, ласково скользя волнами по моему телу. Когда я набралась сил, чтобы двинуться обратно, чтобы вновь вернуться в бой, в свою будничную жизнь полную сомнений и боли, я открыла глаза и заметила, что волны отнесли меня чуть ближе к берегу. Это был уже не общий пляж. Кажется, это были небольшие кусочки личной береговой линии домов. Мой расслабленно блуждающий взгляд наткнулся на открытую террасу второго этажа большого дома напротив из светлого камня. Там стоял человек, облокотившись на перила, и смотрел в моем направлении.

Я не смогла разглядеть человека из-за слепящего солнца, но ощущать себя под прицелом чьих-то глаз было неуютно. Только хотела отвернуться и поплыть обратно к общему пляжу, как заметила, что на террасу выбежал ещё кто-то. Маленький мальчик. Через секунду он стал усиленно махать мне рукой.

Меня осенила догадка. Это Адриан с Даниэлем? А я уже испугалась, что кто-то незнакомый следил за тем, как я плавала. Но как так получилось, что я оказалось напротив дома ребят? Получается они живут совсем рядом и прямо на первой береговой линии. Но всё же, это было очень странным совпадением.

Я вытянула руку и помахала Даниэлю в ответ. Тот запрыгал и перестал мне махать. Я не выдержала и, поддавшись секундному порыву, решила немного развеселить мальчика. Немного смущало присутствие Адриана, но не для него же я собираюсь делать это. Если хочет, пусть смотрит.

Юрко нырнула под воду и перевернулась, активно двигая руками и выталкивая свои ноги на поверхность. Помахала одной ногой, второй, изобразила ножницы и сделала оборот вокруг себя, согнув одну ногу в колене.

Этому я научилась давно, когда меня впечатлили соревнования синхронных танцев под водой. И я не думала, что тело всё ещё помнит движения. Давно не баловалась таким, да и негде было. Все пляжи обычно были переполнены снующими везде людьми. Найти клочок уединенности было практически невозможно. Но не теперь. В это время люди попросту еще не успевали прийти на пляж.

Вернулась на поверхность и жадно втянула воздух. Отсутствие практики давало о себе знать. Легкие судорожно сжимались, с упоением принимая желанный кислород. Но наградой мне стали радостные подпрыгивания и махания мальчика. Адриан стоял прямо, вытянувшись в ровную линию. Ему не понравилось, что я показала?

Точно, он же сказал быть осторожной. Ой.

Он поднял руку и начал махать, словно говоря: «Плыви сюда». Просит выйти к ним? Зачем? Заплывать прямо из моря было как-то очень странно. Немного помявшись, я все же двинулась в их направлении. А мальчики зашли в дом, чтобы спуститься ко мне.

Когда я вышла на их песчаный берег, то не смогла стереть улыбку с лица, наблюдая, как Даниэль летит ко мне со всех ног. Он врезался в меня, в последний момент увязнув сандалиями в песке. Я едва успела удержать его от удара. Несмотря ни на что он весело смеялся. Я рассмеялась ему в ответ и, не удержавшись, приобняла мальчика. Какой же он все-таки милый.

– Мира, Мира! Как ты это сделала? Ты покажешь снова? Я хочу посмотреть поближе! Скажи, ты спортсменка?

Он завалил меня вопросами, не останавливаясь ни на секунду. Я потормошила его по волосам.

– О да, она ещё та спортсменка, – услышала я недовольный голос Адриана.

Он неспешно направлялся к нам. Моя улыбка так и осталась словно припечатанной к лицу, несмотря на его хмурое лицо. Под наплывом эмоций я рассмеялась и показала ему язык, показывая, насколько мне важны его замечания.

– Где ты этому научилась, Мира? Мира!

Мальчик не переставал и частил вопросами. Он хватал меня за руку, несмотря на то что с меня капала вода.

– Я этому нигде не училась. Говорила же, что море – мой друг. Оно и научило меня, – подмигнула ему я, одновременно выжимая волосы.

Адриан протянул мне полотенце. В его глазах плескалась буря, лицо напряжено, похоже я заставила его понервничать.

Я смущенно улыбнулась и поблагодарила его, забирая полотенце. Только сейчас до меня дошло, что в отличие от одетых мальчиков, стою перед ними в чёрных трусах от купальника и таком же топике. Практически полуголая.

Украдкой бросила взгляд на Адриана, но он рассматривал море за моей спиной, не обращая никакого внимания на меня. Отчего-то в душе кольнула обида, но затем я вновь шикнула на свои мысли и обратила внимание на мальчика, который не переставал болтать. Он увлёк меня присесть на лежак, находящийся на их пляже. Подумать только, я на частном пляже. Поплавала называется.

Я протёрла стекающие капли и обернулась в полотенце, чтобы хоть как-то скрыть свои вдруг показавшиеся чересчур толстыми ноги.

– Ты научишь меня? А то Адриан совсем не любит учить меня плавать… – пожаловался Даниэль, тут же сделав щенячьи жалобные глазки.

Я рассмеялась и притянула его к себе.

– Конечно, научу, если брат разрешит.

Мы одновременно посмотрели на Адриана. На что тот замотал головой, но всё же кривая улыбка проскользнула на его лице.

– Чему угодно, но не этому. Это опасно.

Мальчик завыл в голос, недовольный тем, что услышал.

– Я бы и тебе не советовал больше заниматься этим, Мира. Но разве же ты послушаешь?

Он посмотрел на меня взволнованным взглядом, а в моей душе в ответ что-то резко ухнуло вниз.

Глава 7. Маленькая рыбка

Я завороженно смотрела в его искрящиеся глаза цвета светлого утреннего неба, чувствуя, как на душе собирается волнительное тепло. Поэтому, не отдавая себе отчёта с шальной улыбкой произнесла:

– Не послушаю.

Он улыбнулся глазами и покачал головой.

– Ты верно сказала. Маленькая рыбка.

Даниэль рассмеялся, услышав брата и тут же подхватил, вмиг забыв о своём недовольстве.

– Маленькая рыбка! Мира – маленькая рыбка. А тебе идёт!

Я рассмеялась вслед за ним, радуясь, что наконец наблюдаю нормальное поведение для мальчика его лет.

А еще поражалась, как этот мальчик умудряется за такое короткое время расположить к себе людей. Он же совсем не знает меня, а ведёт себя словно я его давняя знакомая.

– Ну ладно, мальчики. Мне пора собираться домой.

– Ты поплывешь обратно, маленькая рыбка? – не унимался Даниэль.

– Нет, – встрял тут же его брат, – я провожу её пешком. И так нагеройствовалась сегодня, – а затем всё же не выдержал и обратился ко мне, – я же говорил, что нужно дать отдохнуть организму. Ты может и не веришь, но после таких активностей не привыкшее тело легко может свести спазм в воде. Привыкнешь к пробежкам и перестанешь задыхаться – плавай сколько влезет.

Я почувствовала себя ущемлённой. Словно ребёнка отругал. И ничего я не задыхаюсь! Если только совсем каплю, но я думала, что он не заметил.

Мне пришлось покорно кивнуть и согласиться вернуться пешком.

– Только, как же я вернусь? Вся моя одежда осталась на общем пляже.

– У мамы куча одежды здесь, которую она не носит. Она не заметит, – предложил Даниэль задумавшемуся брату.

– Да, так и сделаем. Пойдём. Наверняка у неё есть что-нибудь, что тебе подойдёт.

Я подняла руки и хотела возразить.

– Нет, мальчики. Я так не могу, это уже не…

Но Даниэль не дал мне договорить и, схватив за руку, потащил за собой в дом. Мне было очень неудобно оказаться в чужом доме, да ещё в таком виде. Полуголая, завернутая в одно полотенце. Но меня никто не спрашивал.

Дом оказался очень просторным и впечатляющим с первого взгляда. Огромный холл, уложенный огромными плитами мрамора на полу, изящные большие хрустальные люстры, низко свисающие с гигантской величины потолка, картины эпохи возрождения на каждой стене. Сомневаюсь, что это копии. Диваны и кресла, пуфики и банкетки, обитые дорогущим бархатом, размером с две мои кровати. Вокруг было расставлено много красивых ваз с ухоженными цветами, растения высотой с мой рост в гигантских горшках и белоснежные статуэтки.

Я поёжилась, ощутив себя неуютно в столь непривычной и вычурной обстановке, и остановилась, мотая головой из стороны в сторону. Здесь было красиво. Как в музее. Но совершенно точно не уютно. Хотелось разглядеть различные мелочи, но Адриан подтолкнул меня, положив ладонь на спину. Даже через полотенце я почувствовала это прикосновение, поэтому с трудом поборов подступающий жар к щекам, поскорее устремилась за Даниэлем.

В путающихся мыслях я не заметила, как мы оказались в комнате их мамы. Точнее, это оказалась гардеробная, размером с приличную гостиную. Здесь было множество открытых систем хранения и шкафов с аккуратно расставленными сумочками, обувью и различной бижутерией. Хотя, о чём это я, вряд ли это бижутерия.

Адриан приблизился к одному из шкафов и открыл прозрачные дверцы.

– Выбери что-то из этого. Но, – он сделал паузу и насмешливо посмотрел мне в глаза, – тебе придётся это сразу вернуть, как только мы дойдём до твоей одежды.

К чему этот тон и насмешливый взгляд? Точно! Его ветровка! Он одолжил мне её вчера, сказав, что я могу вернуть её сегодня. А я совсем забыла о ней. И что он подумал? Блин.

– Я забыла твою ветровку, извини, – сказала я, чувствуя себя ещё более неудобно в сложившейся ситуации.

– Всё нормально, забудь, – ответил он, блеснув глазами, – Просто мама может заметить. Нам потом придётся объяснять. Это не критично, но лучше если не придётся.

– Я поняла. Спасибо, – казалось, что смутится ещё больше было невозможно, но мои щёки сейчас предательски горели пожаром.

Просмотрев, что есть из одежды, которую она почти не носила, по словам мальчиков, я выбрала самое простое на вид и свободное легкое шифоновое платье простого, но широкого покроя типа колокол. Оно было тонким и даже просвечивающим в бежевом цвете. На нём были вышиты крупные белые цветы. Было видно, что это платье уже не новое, и его уже давно не носили.

– Это же… – хотел что-то сказать Даниэль, в его глазах стояли непонятные мне эмоции.

– Подойдёт, – прервал его Адриан и подмигнул мне. А затем взял Даниэля за плечи и увёл его к дверям, – Одевайся, мы подождём.

Что это было? Я выбрала что-то не то? Но Адриан тогда сказал бы мне, так ведь? Секунду подумав, я все же надела его поверх успевшего немного подсохнуть топика и купальника, и посмотрела на себя в зеркало во весь рост, которое стояло напротив двери.

Моргнула, показалось, что это не я. Видимо потому, что давно не носила платьев. Со времён первого курса, насколько помню. Обычно я в джинсах, бриджах или шортах. А сейчас я как будто смотрела на кого-то другого.

В платье я совсем не выглядела полной. И позабытая талия вернулась, несмотря на свободный крой платья. И ноги меня совсем не смущали. Я подсушила полотенцем растрепанные волосы, провела по ним пальцами, приводя в порядок. Ещё раз подняла с пола свою челюсть, и улыбнувшись себе, вышла к мальчикам. Вот что делает с человеком красивая хорошая одежда, подобранная со вкусом.

Мальчики при виде меня тоже на секунду затихли. Затем Даниэль удивил меня, разом погрустнев. Он подошёл ко мне и, потянув меня вниз за руку, поцеловал в щеку и попрощался.

– Пока, Мира. Приезжай завтра, ладно?

– Конечно, Даниэль! – растерянно ответила я.

Он ушёл, не сказав больше ни слова, а я озадаченно посмотрела на Адриана. Но заметила, что он рассматривает меня. Нет, не так. Платье на мне. Он, задумчиво постукивая костяшками пальцев по губам, смотрел на платье. Да что с ним не так?

Затем он кивнул в сторону выхода.

– Пойдём, я провожу тебя. Приплыть к нам, как оказалось, гораздо проще, чем прийти и выйти.

Я задохнулась воздухом от возмущения! Как можно так бесцеремонно играть на чувствах человека?

– Я просто плавала и не ожидала увидеть вас! И тем более не планировала заплывать!

Он вновь пронзил меня острым взглядом и усмехнулся.

– Я знаю. Не кипятись.

Честное слово, это уже ни в какие ворота не лезет! Он же издевается надо мной! У-у-ух.

Мы вышли из дома. Я в очередной раз поразилась непривычно роскошному интерьеру дома, а затем и искусно созданному ландшафтному дизайну во дворе, разглядывая окружающее во все глаза. Здесь был даже мини-парк с фонтаном и небольшим прудом, через который был перекинут мостик. Молча я дошла до ворот в его компании, после чего он открыл мне калитку через специальный пульт.

Выйдя на дорогу, я свободно вздохнула, перестав чувствовать гнетущее и давящее чувство, которое преследовало меня с первого шага в их дом. Как они там живут? Я бы точно не смогла жить среди хрустальных метровых люстр, вычурной бархатной мебели и изящных колонн на каждом углу.

Надеясь, что Адриан не заметил моего состояния, и я не умудрилась его никак задеть, я попыталась разрядить давящую обстановку и спросила:

– А сколько лет разницы между вами с Даниэлем?

Этот вопрос уже давно интересовал меня. Никогда не видела такой разницы в возрасте между родными братьями.

– Девятнадцать.

Я остановилась, поражённая услышанным. Не может такого быть! Это же очень много.

Адриан тоже остановился и пояснил.

– Даниэлю шесть лет, а мне двадцать пять.

Двадцать пять? Я думала, что он моложе, гораздо моложе. Почему-то была уверена в этом. А оказалось, что он даже старше меня на один год. И почему я была так уверена в обратном? Видимо потому, что чувствовала себя старушкой, а свободные молодые люди кажутся мне непозволительно молодыми.

Он посмотрел на дорогу под ногами и пнул лежащий камень рядом.

– Была ещё сестра между нами, но… умерла от болезни до рождения Даниэля. Он не знал её.

Я сжала зубы, коря себя за то, что ненароком задела больную тему. Мира! Умеешь же задавать неудобные вопросы!

– Прости, Адриан, я не знала.

Он вскинул голову и кивнул, показывая, что всё нормально. Запустил руку в волосы, ещё больше растрепав их.

– После этого родители и начали ссориться. Они не смогли простить себе смерть ребёнка.

Я не выдержала его поникшего вида и подошла, коснулась предплечья. Потерять родного человека, понимать из-за чего ссорятся родители, видеть как всё начинается и усугубляется с каждым годом и не быть в состоянии ничего изменить. Наверное, это очень тяжело.

– Мне очень жаль.

Он посмотрел на меня. В его взгляде где-то очень глубоко затаилась грусть и тоска, хотя он старался скрыть это. Он нервно усмехнулся и вновь тряхнул головой. Но его взгляд продолжал прожигать меня. Я вздрогнула. Меня вновь пронзило от пробежавшего по телу разряда тока. Его глаза совершенно точно что-то странное делали со мной. Я осторожно убрала руку и отодвинулась от него.

Двинулась дальше по дороге, и Адриан последовал за мной. Больше я не говорила ни слова, боясь вновь ненароком задать не тот вопрос. Когда мы дошли до общего пляжа, я быстро переоделась в кабинке и вернула ему платье его мамы.

Протягивая платье, нечаянно коснулась его пальцев. Смущение в груди доходило до пика. Я отвернулась, но один вопрос всё же мучил меня. Поэтому поборола смущение и спросила. Возможно, это тоже чувствительный вопрос, но он будет беспокоить меня, если я не буду знать ответа.

– Что не так с этим платьем, Адриан? Почему Даниэль так отреагировал?

Он усмехнулся и посмотрел на платье, которое сжимал в руках.

– Ты выбрала платье, которое мама надевала в последний раз, когда мы всей семьей ходили на пикник. Это был хороший день. Пожалуй последний, когда они с отцом ещё нормально общались. Без ссор и ругани. Не думал, что Даниэль запомнил, что было на маме в тот день.

Я стукнула себя по лбу. Ну как можно быть такой «удачливой»? Из всех платьев выбрало «самое непримечательное». Ага, как же!

– Всё в порядке, не переживай. Оно шло тебе, – сказал он, вновь обводя взглядом мою фигуру. Теперь он точно смотрел на меня. Я почувствовала, как горло свело судорогой от волнения. – Тебе идут платья. Чаще носи их.

Он говорил это обо мне? О девушке, которой следовало скинуть хотя бы десять килограммов, прежде чем она перестанет стесняться чужих взглядов?

Я снова покраснела и кивнула.

– Хорошо, как будет такая возможность.

Что я несу? Какая ещё возможность? Боже мой, снесите мне голову и дайте новую.

Он улыбнулся одним уголком губ и кольнул меня дерзким взглядом. Затем проводил до машины.

После всего случившегося волнение не отпускало меня. В горле першило, и я не могла просто сказать ему пока и уехать. Мы потоптались около машины, болтая о ерунде вроде тёплой хорошей погоды и наводнивших посёлок туристов.

Но у меня зазвонил телефон и, мы, наконец, попрощались. Он ушёл, а я села в машину, пытаясь привести дыхание в нормальное состояние. Закрыла глаза и пару раз глубоко вздохнула.

Что это сейчас было? Почему он так вёл себя? Где его нахальство и отстранённость? А что творю я? Улыбаюсь чужому парню и краснею. У-у-у, прибейте меня. Хотелось основательно побиться головой об стену, чтобы в ней всё встало на свои места.

Тяжело вздохнув и заставляя себя больше не думать об этом, чтобы ещё больше не нервничать, я посмотрела на телефон. Звонила подруга. Я тут же ей перезвонила, чтобы хоть немного отвлечься от всего произошедшего.

Оказалось, что подруга приехала в город и хочет встретиться. Мы договорились увидеться в торговом центре города через два часа. Поэтому у меня как раз оставалось время, чтобы заехать домой, принять душ и переодеться.

Она без умолку тараторила и рассказывала, как решила окончательно переехать к нам в город и найти здесь работу. Моя подруга была неугомонной. Из тех, кто никогда не унывает и всегда в курсе всего. И, конечно же, была жуткой болтушкой.

Поэтому при встречах с ней я расслаблялась, позволяя вывалить на меня все подробности событий, недавно случившихся с ней. Это позволяло мне хоть немного отвлечься от своих. Всё, что она рассказывала было в основном очень интересно и смешно, ведь она постоянно влезала в какие-то передряги. Поэтому при наших встречах мы частенько выглядели подвыпившими неадекватными подружками с красными лицами от смеха и слезами на глазах. Несмотря на то, что ни одна из нас на тот момент не пила.

– Погоди, ты рассталась с ним из-за того, что увидела его волосатые ноги? – казалось, что я сейчас начну неприлично хрюкать, пытаясь хоть как-то сдержать смех.

– Да! Ты представь, они не просто волосатые, а прямо заросли! Представь себе обезьян. Вот такие же волосатые ноги!

Я опустила голову на стол, не в силах сдержать приступ хохота.

– Лина, ну бывает такое. Бывают у мужчин волосатые ноги, что поделать?

Она вытерла слёзы смеха, откинула золотистый локон и серьезно сказала:

– Я предложила ему сходить на лазерную эпиляцию. Но он отказался. Тогда я и не выдержала.

Тут уже мы обе взорвались хохотом. Я знала, что она и сама прекрасно понимала, что несмотря на то, как смешно это звучит, в этом нет ничего зазорного. Но то, в каком свете она представляла все обстоятельства было просто уморительным. А ещё видимо для неё излишняя волосатость было последней каплей в отношениях с бывшим парнем. Нашла причину, так сказать.

Я была рада встрече с ней. Рада, что она заставляла меня смеяться и забываться. Поэтому, когда мы обсудили насущные вопросы касательно её переезда, она принялась за меня. Вот это было уже моей нелюбимой частью разговора.

– Ну как ты, рассказывай? Вышла замуж и теперь до тебя не достучаться, не дозвониться. В соцсетях не сидишь, никуда не выбираешься.

– Нормально, живём потихоньку, – непринужденно ответила я, пытаясь придать бодрости голосу.

Но от неё было невозможно что-то скрыть. Поэтому я даже не удивилась, когда она после моих слов сощурилась и поставила подбородок на сложённые домиком пальцы рук.

– Так, так. Рассказывай. Что случилось?

Вот всегда так. Даже если я честно ей скажу, что всё в порядке, каким-то образом она всё равно почувствует, что что-то не так. Она чувствовала меня так, как, пожалуй, никто за всю мою жизнь.

– Нечего рассказывать. Просто мы с мужем не очень ладим в последнее время. Пустое, кризис двух лет, – попыталась я пошутить.

Она осталась серьёзной и обеспокоенно посмотрела на меня. Как бы Лина ни относилась с юмором к своим передрягам в жизни и легко о них рассказывала, а затем забывала, серьезно относилось ко всему, что касалось меня и переживала за меня.

Я тяжело вздохнула, понимая, что откреститься не получиться. Придётся рассказывать.

Глава 8. Возводить новые, а не сжигать мосты

– Что случилось? – обеспокоенно спросила она.

– Я не знаю. В какой-то момент я поняла, что больше не могу выносить всего этого. Он стал закрытым. Ничем не делится, ни о чём не рассказывает. Мы не можем с ним поговорить дольше минуты, посидеть спокойно рядом, не поругавшись. Поэтому я больше не могу находиться дома и сбегаю от него хотя бы по утрам.

Подруга ошарашенно смотрела на меня. Да, не ожидала такого. Но нет, это не какая-то единичная ссора из-за пустяка. Здесь тяжело найти первопричину ухудшившихся отношений с мужем.

– Я не знаю, что с нами стало. Не уверена, что ему нужно всё это.

Тяжело вздохнула и закрыла лицо руками. Было тяжело думать об этом. Несмотря на все мои обиды и боль, которая поселилась в душе в последнее время, я всё ещё любила его. Любила того родного и любимого Артура, который стоял пол ночи под моим окном, уговаривая выйти к нему. Того, кто готовил торт своими руками. Того, кто заставлял улыбаться и оставлял записки с признаниями на каждом листочке бумаги поблизости и во всех моих блокнотах.

– А тебе, Мир?

Перечеркнуть все светлые, радостные и дорогие сердцу моменты вот так просто было невозможно. Но сердце ныло и болело, понимая, что всё далеко уже не так радужно, как было.

– Конечно нужно! Иначе я бы не пыталась последний год, теряя последние силы и нервы, хоть как-то исправить это. Только вот у меня ничего не получается. Я не могу принять его таким, какой он сейчас. Меня словно не существует в его голове, он живёт по своим правилам, не обращая внимания на меня…

Слова лились из меня бурным водопадом, пока я, наконец, не выговорила все свои обиды. Лина терпеливо выслушала меня, понимая, что мне нужно выговориться, иногда задавая уточняющие вопросы и всё больше мрачнея на глазах.

– А я-то думала, что это я что-то упускаю из жизни, не выходя пока замуж, – пошутила она и приобняла меня, пытаясь приободрить, – Но нет, видимо показалось.

Я улыбнулась, принимая её поддержку.

– Мне очень жаль, что у вас всё так. Не думаю, что сама бы выдержала такое. Но я не ты. И не знаю всей вашей истории. И всё же позволь дать совет?

Я кивнула. Была бы рада сейчас любой помощи, любой свежей мысли. Вдруг взгляд со стороны способен на большее, чем мой избитый изнутри? Хоть и не верилось, что что-то способно помочь нашей проблеме.

– Развейся. Отвлекись. Займись чем-то новым. Тоже не обращай на него внимания. Он, возможно, передохнёт от рутины, ваших ссор и разберётся в себе. Осознает что-то для себя.

– Ты читаешь мои мысли, – усмехнулась я, – Уже занялась кое-чем, только получилось как-то спонтанно.

– Да? И что это? Очередной новый проект? – скептически посмотрела она на меня.

– Нет, – рассмеялась я, осознавая, что в последнее время действительно закопалась в работу, раз близкие мне люди не верят, что я действительно могла найти для себя интересное увлечение, не связанное с работой, – Я начала бегать. А новый знакомый помогает мне с этим.

– Погоди, новый знакомый? – зацепилась она за самое интересное.

– Да, он помогает мне начать бегать. Я же никогда этим не занималась. А он, можно так сказать, профессионально этим занимается.

– Помогает? – она удивлённо и намекающе выгнула бровь.

– Ничего такого! – я тут же замахала руками, пытаясь развеять её пошлые мысли насчёт меня и Адриана, – Это действительно только взаимовыгодная помощь друг другу. И ничего больше. Я его толком даже не знаю.

– А чем ты ему помогаешь? – всё так же скептично и заинтересованно спросила она.

– Буду сидеть иногда с его младшим братом.

После моих слов она угомонилась, продолжая лишь тихо улыбаться. В её глазах плескались удивление и… одобрение? О да, эта сердцеедка поддерживала меня, хоть и беспокоилась, что я могу разрушить и так шаткий и хрупкий мир своей семейной жизни.

– Познакомишь меня с ним? – сексуально улыбнулась она, играя бровями и взбивая короткие кудри руками.

В первую секунду хотела выпалить «Нет», но затем остановилась и озадаченно задумалась. Что за реакция? Почему это не хочу? Лина сейчас не в отношениях и её реакция предсказуема – она может встречаться с кем угодно. Но отчего-то внутри меня что-то заскреблось и не хотело этого делать.

Я разозлилась на саму себя, и придушив странные мысли и давящее чувство у горла, поспешно ответила:

– Да, конечно.

Она радостно сверкнула глазами и принялась расспрашивать про Адриана. Я коротко, в двух словах описала его, заметив, что ему сейчас вероятно не до отношений. Рассказывать почему не стала, всё же это личные семейные проблемы ребят. Ощущение того, что я делаю что-то не то не отпускало.

В итоге подруга уже в мыслях строила воздушные замки и возможную встречу с ним. Дразнила она меня или нет, я так и не поняла.

Я же сидела грустная и задумчивая. Мне тоже вдруг захотелось, как она, быть свободной и иметь возможность строить, выбирать и плыть по жизни, встречаясь с парнями, чувствовать себя любимой и нужной. Той, внимание которой будут добиваться, которую будут ценить и беречь.

Эта иллюзия свободы захватила моё сознание, что я не скоро опомнилась, стыдясь собственных мыслей и желаний. О чём я думаю? Я уже выбрала, определилась. И вышла замуж за прекрасного парня, души в котором не чаяла. И которого люблю. Какое ещё строить, выбирать и встречаться! С ума сошла, точно.

После разговора мы сходили в кино, как в старые добрые времена. Поели попкорн и с приподнятым настроением распрощались и разбежались по домам. Лина поехала на встречу с арендодателем квартиры в городе, я вернулась домой.

Дома быстро перекусив сэндвичами на скорую руку, засела за работу. Это помогло мне отвлечься от непрошенных мыслей после разговора с подругой. А вспоминать было о чём. Против воли, всплывали мысли касательно свободной жизни, заставляя гореть щёки и гулко биться сердце в груди.

Нет, ну как так можно? Это не то, о чём следует сейчас думать. Лучше хорошенько подумай, Мира, как можно наладить нашу семейную жизнь с Артуром. И не важно, что я перепробовала уже почти всё, что можно.

Остаток дня я запретила себе возвращаться к этим мыслям. Приготовила мужу овощное рагу с мясом. Прибралась дома. Затем встретила мужа с твёрдым намерением поступить так, как посоветовала подруга, но не увлекаться.

Поела с мужем впервые за долгое время. Расспросила его о делах на работе. Что нового. Старалась быть отрешённой и не зацикливаться конкретно ни на чём, но оставалась участливой. Артур был рад смене моего настроения и поведения, и говорил больше обычного, постоянно спрашивая меня, что случилось. Я не давала ему вывести себя на откровения и наш вечер успешно завершился без ссор, моих слёз и обид.

Лина написала, что нашла вариант и собирается остаться в выбранной квартире. Поэтому мне можно было не беспокоиться за неё.

Мы легли спать. Привычно засыпая в обнимку с подушкой, я вдруг почувствовала, как объятия мужа окутывают меня со спины. Прижалась к нему теснее, принимая долгожданную теплоту и заботу. Так и уснула: с улыбкой в объятиях мужа.

Глава 9. Всё к лучшему

На утро я неожиданно проснулась разбитой. Всё тело ломило и болело, и я несколько минут пыталась сообразить, что со мной случилось. Даже успела подумать, что заболела и чуть не уснула снова, но мелодия зашедшего на второй круг будильника вновь вырвала меня из сна.

Медленно ко мне стали возвращаться воспоминания и я, кряхтя и ворча про себя, как столетняя старуха, дотянулась-таки до телефона. Выключила будильник и открыла уведомления, чтобы проверить не написал ли Адриан по поводу сегодняшнего утра. Если нет, то я ни на миллиметр не сдвинусь сегодня с кровати.

И вскочила как ошпаренная. Адриан написал вчера ночью. Короткое сообщение со словами о том, что его родители вновь разругались и было бы неплохо, если бы я приехала и посидела с Даниэлем.

Я посмотрела на время. Половина пятого. Чёрт. Уже рассвело, а значит ребята скоро уже выйдут.

– Что случилось? – сонно спросил муж, разлепив глаза.

– Ничего, мне нужно бежать, – я уже хаотично собирала свои вещи и быстро переодевалась. На душ банально не оставалось времени. Ничего, я бегать сегодня не собираюсь. Искупаюсь в море.

– Так рано? Да ладно, поспи сегодня.

– Нет, я должна идти. Пока, Артур, – я поцеловала его в щеку, закинула телефон и купальник с топиком в рюкзак и поспешила в ванную. Умылась, пытаясь согнать с себя сонный вид, наскоро почистила зубы, пару раз провела по волосам массажкой и поспешила на выход.

Уже на улице вспомнила, что опять забыла взять с собой ветровку Адриана, хотя вчера специально приготовила её. Блин, надеюсь муж не наткнётся на неё случайно.

Метеором я долетела до пляжа. Бегом спустилась к воде, и тут же моё сердце сжалось от вида двух парней, которые плечом к плечу сидели на песке. Даниэль облокотился на брата и, кажется, посапывал.

С тяжёлым чувством на душе я поскорее подбежала к ним, и увидела, что Даниэль действительно спит. Адриан поднял на меня такие же сонные глаза. Кроме следов бессонной ночи в них также стояла безграничная грусть, странная пустота и что-то ещё, объяснение чему я не нашла. Он слабо улыбнулся мне одними губами, и поднёс палец к губам, показывая на брата.

Я осторожно опустилась около него. От их вида у меня всё разрывалось в душе. Почему мне кажется, что сегодня случилось что-то плохое?

– Привет, извини, что опоздала.

– Я написал очень поздно. Не думал, что вообще придёшь.

– Хватит встречать меня этой фразой, – попыталась улыбнуться я. Получилось плохо, – Я же обещала.

Он кивнул и снова посмотрел на брата. Нет, сегодняшнее утро не похоже на то, когда мы познакомились. Тогда Адриан был зол, не в себе, а сейчас что-то другое. Его плечи были опущены, а во взгляде, направленном на брата, было столько сожаления и отчаяния, что я с трудом сглотнула.

Я взяла его за предплечье, в порыве поддержать. Он повернул голову ко мне. Его грустные глаза небесного цвета, обычно искрящиеся светом, были потухшими.

– Адриан, скажи, что-то случилось?

Он пару секунд вглядывался в моё встревоженное лицо, затем снова кивнул.

– Ты угадала, – он глубоко вздохнул и направил взгляд на море, – Наши родители разводятся.

Призрачная надежда, что ещё теплилась в душе с треском разорвалась. Я надеялась, что их родители просто сильнее прежнего рассорились и всё.

– Боже, мне так жаль, – я хотела хоть как-то поддержать его, но могла лишь продолжать сжимать его руку.

Он кивнул и даже не стал смотреть на меня. Казалось его занимало только море перед глазами. Ничего больше его не волновало. Или он хотел, чтобы так и было.

– Адриан, но может это к лучшему?

Парень резко развернулся ко мне, отчего Даниэль заворочался. И со злостью посмотрел на меня. Я тут же отняла руку и отшатнулась.

– Лучше для кого? Для Даниэля? – его глаза метали молнии. Он приобнял брата за плечи, удобнее устраивая его на своей груди.

Я опустила голову, осознавая какую глупость ляпнула. Они потеряют семью. А семья, какой бы они ни была – остаётся семьёй. Целой, хоть и с частыми ссорами и скандалами.

– Извини, ты прав.

Даниэль ещё очень мал, чтобы понять и спокойно пережить такое. Как ему объяснить, что мама и папа больше не хотят быть вместе? Что теперь ему придётся видеть одного из родителей гораздо реже другого?

И сердце Адриана болело больше за младшего брата, чем за себя. Он сам, наверное, уже давно понимал, к чему всё идёт.

– Он слышал?

– Это было невозможно не услышать, хоть сегодня Даниэль и спал в моей спальне, а это вообще в другой части дома.

Я понимала его злость. Вместо того, чтобы тихо выяснять свои отношения или делать это в другом месте, их родители ругались прямо перед носом у своих детей.

– Сомневаюсь, что он понял, но точно почувствовал, что что-то изменилось. Это ведь он разбудил меня. Ты бы знала какой испуганный у него был взгляд.

Я зажмурилась, представляя и жалея мальчика. Хотелось обнять его, закрыть его от этих событий. Но даже его брат не мог ничего с этим поделать. Куда уж я?

Так мы просидели на берегу не знаю сколько долго. Лишь плеск волн и крики редких чаек разрезали тишину, словно ядовитую змею, расползшуюся вокруг нас. Я не хотела прерывать размышления Адриана. Лишь также как он, смотрела на море и обдумывала случившееся.

В какой-то момент Даниэль заворочался и проснулся. Не знаю, как он вообще умудрился уснуть на неудобном песке. Видимо они совсем рано пришли сюда.

– Мира, ты пришла? – он улыбнулся мне такой искренней, простой детской мальчишеской улыбкой, что я не выдержала и потянулась к нему.

Он радостно обнял меня и стал спрашивать, почему я приехала, и что здесь делаю так рано.

Нельзя показывать ему своё настроение. Он пока не должен знать. До тех пор, пока кто-нибудь ему нормально всё не объяснит. Поэтому я широко улыбнулась ему и стала отвечать на его вопросы, попутно пихнув локтем Адриана, чтобы он пришёл в себя и стал придерживаться такой же тактики, если не хочет расстроить брата.

– Я приехала к тебе. Хотела посидеть, пока брат будет бегать, или что он там обычно делает по утрам, – и снова пихнула Адриана.

Если не может взять свои эмоции под контроль, то пусть бежит, на все четыре стороны, хоть в море, пока Даниэль не вспомнил всё произошедшее и не стал расстраиваться ещё больше.

Адриан, верно истолковав мои намёки, встрепенулся и поднялся на ноги. Отряхнул тёмные бриджи.

– Вы не против, если я сделаю пару кругов?

– Вокруг моря? Да, пожалуйста, – ответила я.

Адриан рассеянно и озадаченно посмотрел на меня, а Даниэль залился хохотом.

– Вокруг моря! Ой, Мира, не могу, – он откинулся мне на колени, заражая своим весельем.

Адриан понял, что я пошутила и, кивнув, пошёл в сторону беговых дорожек.

– Мира, ты правда приехала ко мне? – восхищённо спросил мальчик.

– Правда, сегодня у меня болит всё тело, поэтому решила спокойно посидеть с тобой на пляже.

– А да, Адриан говорил, что… – он смешно поставил палец на подбородок, видимо пытаясь вспомнить дословно что сказал брат, – что ты вчера чуть коньки не отбросила.

Я выпучила глаза и зашлась кашлем. Ну, спасибо, ну удружил. А мне говорил, что я неплохо справляюсь. Ну… червяк недоделанный!

– А что ещё сказал твой брат? – зловеще спросила я.

Он тут же поменялся в лице, поняв, что только что выдал Адриана с потрохами.

– Больше ничего, только то, что ты хорошая.

Хорошая? Вряд ли это сказал Адриан. Похоже кто-то пытается меня одурачить. Поэтому я стала щекотать его, приговаривая и спрашивая:

– Признавайся, что он ещё такого обо мне сказал? Ну-ка говори, маленький проказник. А то защекочу!

Он залился хохотом, кривляясь в моих руках и стуча ногами по песку.

– Больше ничего! Честное слово, точно, больше ничего!

Я попытала его еще пару секунд, с удовольствием наблюдая, что мне удаётся отвлечь мальчика и поднять ему настроение. Но я бы покривила душой, если бы сказала, что мне неинтересно что ещё такого обо мне сказал Адриан.

Отпустила Даниэля и ласково потрепала по макушке. Он устало отполз от меня подальше, боясь попасть на вторую раздачу, если таковая будет.

– Больше не буду. Не буду, Даниэль. Обещаю!

– Не надо, – ответил он, осторожно возвращаясь ко мне.

Мы посмеялись над его боязнью щекотки, и я стала думать, чем бы его занять. Тут же в голову пришла идея. И воспоминания, как я любила в детстве лепить замки.

– А давай слепим крепость из песка?

– Я уже лепил, это скучно, – ответил он.

Так, не получилось.

– Давай ты лучше покажешь, как плавала под водой, как вчера?

Я застонала, буквально ощутив, как мышцы болезненно сжались, представив это действо.

– Нет, только не сегодня. Иначе я действительно, как сказал твой брат, отброшу коньки.

Он хохотнул и посмотрел на меня, ожидая что тогда предложу взамен.

– Тогда… давай лепить не крепость, а… – что может быть интересно современному маленькому мальчику? А, точно, придумала! – развлекательный центр. Где много игровых автоматов и… этот, как его? Точно, лазертаг! – не так давно по дороге домой, во дворе я слышала, как пара мальчиков восхищённо разговаривали об этой игре, поэтому и запомнила. Хотя сама в таких местах не бывала и смутно представляла что это такое.

Глаза Даниэля мгновенно загорелись от этой идеи. Мы стали лепить из песка непонятные штуковины типа автоматов, мячиков с корзинами, мотоциклы и лабиринт лазертага.

К тому моменту как вернулся Адриан, мы уже построили игровую площадку длиной в два метра. И Даниэль с гордостью презентовал брату плоды своих трудов, объясняя, где что находится.

Адриан впечатлился и похвалил брата. В целом он уже выглядел лучше. Бег ему действительно помогает. Теперь понятно куда он сливает всю злость и раздражение.

На его лбу поблескивали капли пота, и в целом он выглядел усталым. Явно не плёлся как со мной вчера. Сейчас он был полностью расслаблен и спокоен. Поэтому я тоже незаметно для них спокойно выдохнула. И совсем не заметила, как разговор повернул в другое русло.

– А может быть поедем в настоящий развлекательный центр, раз уж вы такой шедевр тут настроили? – спросил он и подмигнул брату.

Э-э-э, он же это про них двоих?

– Да! Да, я очень хочу! Мира, пожалуйста, поедем с нами!

– А-а-а… – озвучила я свои очень содержательные мысли вслух.

Даниэль подбежал ко мне и стал смешно тереть в ладошки, выставив их перед собой. Ещё бы глаза сделал как у кота из Шрека. А, вот и сделал. Вот же хитрый мальчуган.

– Я вам точно там не помешаю? Мне как-то неудобно, – наконец смогла я произнести то, о чём думала.

Адриан закатил глаза и закачал головой.

– Точно. Не включай здесь стеснительную барышню. С моим братом посидела? Посидела. Считай это наградой.

Сомнительная награда, я бы сказала. Я бы лучше растянулась сейчас на каком-нибудь массажном кресле, а не шла туда, где от меня явно потребуются активные действия. Но отказывать Даниэлю не хотелось. Хотелось отвлечь его, порадовать.

Поэтому я кивнула, смирившись с тем, что награду для меня выбрали за меня. Ничего, потерплю часик-другой.

– Только, я не планировала что поеду куда-то ещё, и так поехать не могу, – сказала и осмотрела свои бриджи в песке и легкую футболку-шаровары.

– Зайдём к нам, потом заедем к тебе, переоденешься.

Теперь это выглядело ещё более неудобно. Но я приказала своим мыслям заткнуться, понимая, что если откажусь, то буду жалеть ещё больше. Сама же хотела поднять настроение Даниэлю. Придумала идею с развлекательным центром. Ну и что, что это был песочный вариант. Давать задний ход теперь некрасиво.

– Хорошо, так и сделаем.

– Ура, ура! А ещё мы поиграем в лазертаг! – радостно воскликнул Даниэль.

Я растерянно уставилась на ребят. На что я подписалась?

Глава 10. И зачем я на это согласилась?

Домой к ребятам заходить я не стала. Подождала в машине. Мы решили, что до меня поедем на двух машинах, а там уже я поеду с ребятами. Обратно они меня подвезут, потому что дорога обратно пролегала через меня.

Когда они подъехали, я даже сперва не поняла, что это они. Около меня остановился белоснежный спортивный Mustang. Видимо это была машина Адриана.

Я сглотнула, увидев эту красоту, помахала ребятам и поехала первой. Было странно показывать им, где я живу, но в тоже время сама я уже была у них в гостях. Так что я снова запихнула неуместные мысли подальше и, как только мы припарковались, поспешила к дому.

Выбирать, что надевать я не стала. Принципиально. Это не свидание, не какая-то встреча. Поэтому уже была одета в джинсы и светлую футболку, когда мой взгляд случайно упал на летнее платье, которое я купила, но так ни разу и не надела.

В голове всплыли слова Адриана о том, чтобы я почаще носила платья. Чертыхаясь на Адриана, и на себя, что веду себя как дурочка, я стала стаскивать с себя одежду. Вот на кой чёрт мне надевать платье в развлекательный центр? В пользу платья можно было сказать, что оно было свободным по типу колокол, когда верх шёл по фигуре, а от талии к ногам он расширялся так, что там могли уместиться две меня. Платье было чуть выше колена, белого цвета с маленькими дырочками в виде узоров цветов.

На ноги всё же надела белые простые кроссовки и, переложив необходимые вещи в сумку поменьше, спустилась вниз.

Через лобовое стекло я заметила кривую улыбку Адриана, наблюдавшего за моим приближением. Увидев это, я едва смогла подавить волну теплоты и волнения, стремительно поднимающуюся в груди. Вот зачем, зачем я надела это платье?

Поэтому я уверенно направилась к задней двери, к Даниэлю. Он сидел в детском кресле и похоже был очень недоволен этим.

– Ты не против, если я составлю тебе компанию?

– Спасибо, я уж думал, что буду ехать один сзади.

– А вот и нет, – я радостно потрепала его по макушке, и пристегнулась.

Словила в зеркале заднего вида смеющийся взгляд Адриана и поспешно отвернулась. Нечего на меня так ехидно смотреть. Да, надела платье. Сам же говорил, что мне идёт. Так нечего меня сейчас приводить в смущение. Хотя в душе я уже сто раз обругала себя, что сделала это. Он мог расценить это, как попытку понравиться ему. Но об этом и речи быть не могло!

– Поехали? – спросил он.

– Да! Вперёд, в развлекательный центр! – весело вскрикнул Даниэль.

Машина с приятным спортивным урчанием тронулась с места. Я опомнилась, осознавая, что впервые нахожусь в подобной машине. Конечно же ехать в ней было очень комфортно. Ни малейшего стука и тряски, к которым я уже привыкла в своей старенькой мазде.

– Надеюсь мы тебя не оторвали от дел, Мира? – спросил Адриан.

– Нет, всё в порядке. Моя работа не привязана ко времени. Я работаю на себя, в интернете.

Он одобрительно покивал.

– Фриланс?

– Что-то типа того, – улыбнулась я.

На самом деле я занималась продвижением интернет-магазинов, и уже давно не считалась фрилансером – имела своё небольшое агентство. Но это было сейчас совсем не важно.

– А ты чем занимаешься, Адриан? – в ответ поинтересовалась я.

– У него свой бизнес, – важно ответил Даниэль за него. – Тюнингует и ремонтирует спортивные машины, – было видно, что он считал очень крутым то, чем занимается брат.

На самом деле я ожидала, что сын богатых родителей будет помогать им и дождётся, пока придёт черёд взять на себя дела компании. Но оказалось всё не так.

Парень-то молодец. Я одобрительно улыбнулась ему в зеркало.

– Похвально. Тогда понятно почему у тебя такая машина.

– А что с ней не так? – нахмурился Адриан.

– Всё так, она потрясающая.

Он надолго задержал на мне глаза и кивком ответил на улыбку.

Спустя несколько минут мы добрались до пункта назначения. Развлекательных центров в городе было много. Но Адриан выбрал самый крупный. Здесь Даниэль точно сможет отвести душу.

– Наверное, часто здесь бываете? – спросила я, заходя в зал с переливающимися всеми цветами автоматами и игровыми симуляторами. Здесь было шумно, но Адриан услышал.

– Вообще-то нет, – ответил он, наклонившись ко мне, – Всего-то пару раз в месяц на каникулах.

Я рассмеялась. Действительно. Очень редко.

Мы старались поспеть за Даниэлем. Он уверенно устремился к симулятору мотоцикла.

Адриан застонал и провёл ладонью по лицу.

– Это надолго. Не скучай, Мира. Посмотри пока что есть. Может быть, тоже что-то понравится, – сказал он и направился к брату составить тому компанию, или точнее соперника.

Я пошла за мальчиками и какое-то время смотрела, как они «гоняют» на мотоциклах. Всё же мальчики в любом возрасте остаются мальчиками. Несмотря на показную реакцию, Адриан не меньше брата включился в игру.

Он умело перекатывался с одной стороны на другую, «лавируя по дороге» между машинами, другими мотоциклами и на поворотах. Его белая тонкая кофта натянулась на руках, выдавая напряженные мышцы. А я как завороженная смотрела на то, как он плавно и ювелирно двигался. Готова поспорить, он отлично водит не только игрушечный, но и настоящий мотоцикл.

Адриан заметил мой взгляд и, повернувшись ко мне, подмигнул. Я моргнула и опомнилась, краснея. Так, пора себя чем-то занять.

– Есть! Я выиграл! – тут же вскрикнул Даниэль.

– Ещё два раунда, не обольщайся, – ответил ему брат.

Я покачала головой, посмеиваясь над таким детским весельем мальчиков и, бездумно скользя взглядом по окружающим меня автоматам, направилась к бильярдным столам. Сейчас здесь никого не было. Можно было лениво погонять шары. Но стоило мне взять в руки кий, как рядом материализовался незнакомый парень.

– Составить компанию? Я уже думал, что не дождусь соперника.

– Вряд ли меня можно назвать достойным соперником, – ответила я.

– Ничего страшного. В конце концов, мне будет приятно поиграть в компании красивой девушки.

Судя по интонации и манере речи, он был не местным. Я подняла брови на его комплимент. Не любила лесть «с порога» от малознакомых людей. Но всё же согласилась.

Конечно же, я проигрывала партию за партией. Меня было трудно назвать умелым игроком. Правила знала, кий держать умела и поделом. Поэтому я скучающе катала шары, даже не пытаясь включиться в игру.

Турист подошёл ко мне ближе и широко улыбаясь, обвёл меня масляным раздевающим взглядом. Я даже слегка дёрнулась от отвращения. Настолько неприятным было это откровенное разглядывание.

– Уступаю даме, – сказал он и, пройдя в миллиметре от меня, словно невзначай задел рукой.

Я едва удержалась, чтобы не скривиться. Уже открыла рот, чтобы заявить, что больше не хочу играть. Но тут перед нами появился Адриан.

– Мы закончили, Даниэль хочет пойти на лазертаг, Ты с нами? – он настороженно просверлил взглядом моего соперника и, взяв кий из моих рук, положил его на стол.

– Да, – я выдохнула, радуясь столь своевременному появлению Адриана.

Затем он, как ни в чём не бывало, взял меня за руку и увёл от этого неприятного туриста.

В тот момент желание поскорее оказаться как можно дальше от этого неприятного парня было настолько велико, что оно даже пересилило моё смущение. Поэтому я тоже сжала его ладонь и поспешила уйти.

Даниэль встретил нас у лазертага, уже одетый в экипировку, и озадаченно посмотрел на наши руки.

Я только сейчас поняла, что мы так и не расцепили рук. Мои мысли всю дорогу занимал этот тип, заставляя ёжиться и озираться на него. Осознав это, я тут же отдернула руку. Щеки по закону подлости обожгло огнём. Надеюсь, скудного освещения в этом помещении не хватит, чтобы увидеть моё покрасневшее лицо.

Адриан не подал виду, что заметил мою реакцию. Либо же ему действительно не было до этого дела.

– Одевайтесь, – сказал Даниэль, – команды не полные, всего по три человека. Они уже внутри, ждут нас.

– Повезло что вообще кто-то, кроме нас, пришёл так рано, – ответил его брат.

– Ребята, вы же имели ввиду троих, не включая меня, да ведь? Кто-то уже пришёл до вас во вторую команду? – спросила я, изо всех сил надеясь услышать положительный ответ.

– Включая, – сказал Адриан, весело смотря на то, как моё лицо вытягивается.

– Но я не умею играть в лазертаг и не знаю правил. Может я лучше подожду вас здесь?

– Три человека на три человека, Мира, – ответил Даниэль, посмеиваясь. Похоже их забавляла моя реакция.

– Ты можешь войти и отсидеться на базе, – сказал Адриан, – важно количество игроков, а не то, чтобы все играли.

Я выдохнула с облегчением. Иначе всё это начинало казаться страшным сном. Какой ещё лазертаг? Я с детства не могу смотреть на перестрелки, а тут участвовать, хоть и в игре, но всё же!

– Так будет неинтересно, – расстроенно заверещал Даниэль.

– Интересно. Я заменю тебе двоих, – подбодрил его брат.

– Только покажете, где находится эта база, ладно? – попросила я, пытаясь скрыть испуганные нотки в голосе и беря в руки протянутый мне автомат.

На нас надели белые жилеты с щитами на груди. На голову повязали белые повязки. На колени наколенники, на локти тоже защиту. От количества надеваемых элементов мне становилось всё страшнее. Зачем так защищать тело? Мы можем пораниться?

– Не переживай, это просто обычная игра, – сказал Адриан, заметив моё волнение, – Если в тебя попадут, просто немного повибрирует в районе груди и всё.

Перед нами раскрыли двери, и я с ужасом увидела, как во все стороны расходится множество коридоров. Всё тонуло в темноте. Лишь иногда сверху подмигивала лампочка. Заиграла атмосферная апокалипсическая музыка, и все волосы на моем теле встали дыбом.

Мамочки! Можно я просто останусь около двери? Зачем мне вообще сдался этот лазертаг? На песке он выглядел совсем не страшным.

Считавшая себя обычно храброй, сейчас я была готова умолять, чтобы ребята всё-таки передумали. Но нас толкнули в спины и двери закрылись. На секунду я ослепла, пытаясь привыкнуть к темноте. И тут же раскинула руки, надеясь дотянуться хоть до кого-то из ребят.

Но меня опередили, снова взяли за руку и потянули в какую-то сторону. Крик застрял в моем горле.

– Это я, – сказал Адриан.

Глава 11. Я тебя затанцую до головокружения… моего

Стены лабиринта местами мерцали слабым светом, клочками освещая местность вокруг, поэтому я немного успокоилась, когда спустя пару секунд разглядела спину Адриана впереди.

Он вёл меня через лабиринт. Даниэль бежал впереди, «прикрывая» нас. Всегда было тяжело воспринимать хоть немного всерьёз такие игры. Но декорации и непосредственное погружение в атмосферу в виде быстрой и волнительной музыки, а также темноты вокруг с потрескивающими вокруг вспышками света и полосами сверкающих люминесцентных ламп меняли ситуацию.

Когда мы дошли до этой самой базы, ребята зачем-то зарядили мой лазерный автомат, а на вопрос зачем сказали, мол, на всякий случай. Интересно, что это за случай такой – всякий? Затем поставили за стенкой, прямо около ядра базы.

Оказывается, каждая сторона должна захватить чужую базу. На этом моменте моя логика сказала «пока». Потому что я перестала понимать, что здесь делаю, если другие станут стремиться именно сюда. Может стоило остаться где-нибудь в более неприметном месте? Чем я смогу помочь? Я точно не стрелок и тем более не «боевая единица».

– Я буду защищать базу, ты стоишь и бдишь за приближением с другой стороны, ладно? Если что кричи мне. Даниэль будет атаковать чужую базу, он маленький, его не заметят.

Я закивала, надеясь, что действительно всё поняла. В голове стояла его фраза: «Это просто обычная игра». Да, Мира, просто игра, блин.

После сигнала, обозначившего начало игры, всё утонуло в ожидании. Я стояла прямо под табло, в которое должны были стрелять наши соперники, чтобы «захватить» нашу базу и смотрела в спину Адриану, стараясь не потерять его из виду.

Но вот, он дёрнулся в бок и стал стрелять по крадущемуся сопернику. Моё сердце ушло в пятки. Игрок первой команды его поздно заметил, поэтому попав под «пули», на некоторое время скрылся из глаз.

Но тут же, с другой стороны, к нему подкрался второй соперник, я не успела окликнуть Адриана, и в него попали. Адриан расстроенно обернулся ко мне, а затем в его глазах что-то промелькнуло, и он быстрым шагом направился ко мне.

Так, не нравится мне этот опасный блеск в его глазах. Явно не сулит мне ничего хорошего.

Он подошёл и выставил меня вперёд, сам же остался за моей спиной. Это ещё что такое? Очень мужественный поступок, да.

Я оказалась прямо перед вторым соперником, и мы посмотрели друг на друга. В голове щёлкнуло, что либо я его «застрелю», либо он меня. Поэтому быстро подняла автомат и стала нажимать на курок. Его щит начал мигать, показывая, что я попала, но и мой жилет завибрировал довольно ощутимо. Мы одновременно «застрелили» друг друга.

Я вздрогнула от неприятных ощущений, и в тот же миг мне на ухо шепнули:

– Умница.

И задвинули обратно себе за спину.

Я была рада снова оказаться в безопасности, а не быть мишенью. Адреналин кипел в крови, в ушах отдавался стук сердца. Это что за подстава сейчас была? Ну, Адриан, спасибо! Просто стоять тихонечко у базы значит?

Двое соперников были около нашей базы, значит защищал чужую базу всего один. Они избрали другую тактику. У Даниэля действительно был шанс.

Словно в подтверждение моим словам заиграла сирена обозначающая, что чью-то базу взяли. Это была не наша, так что получается Даниэль смог проскочить и захватить базу соперника.

Остаток времени продолжился в таком же духе. Даниэль умудрился ещё два раза взять чужую базу. А нашу захватили лишь один раз, когда Адриана в один из моментов отвлёк первый атакующий, а я не заметила второго.

Каюсь, в тот момент я стояла, погружённая в свои мысли и не могла дождаться, когда же закончится игра.

После окончания игры я с облегчением на слабых ногах вышла из зала, обещая себе больше не играть в такие игры. Ни под каким предлогом, ни в коем случае. Это было абсолютно не для меня.

– Здорово! – выбежал довольный Даниэль.

Рада, что мои «страдания» стоили хоть чего-то.

– Тебе понравилось, Мира? – спросил мальчик.

– Очень, – ответила я и вымученно улыбнулась. Просто горю желанием повторить.

Мальчики рассмеялись над моим выражением лица.

– Давайте сейчас Мира выберет игру, – предложил Адриан.

А? Я разве сказала, что хочу продолжить? Но Даниэль вдохновился и усердно закивал.

Я была жутко вымотанной, и всё что мне хотелось – это присесть вон на ту уютную лавочку, растянув ноги, и не вставать хотя бы минут десять. Но на краю сознания забрезжила соблазнительная мысль.

Я ведь могу выбрать любую игру? И могла бы кое-кому отомстить. Должна же быть в этом развлекательном центре игра, в которой я хороша!

Обвела взглядом зал в поисках нужного мне объекта. Ага! Вот и он.

– Так уж и быть. Пойдёмте!

Когда я привела их к игровой танцевальной платформе у ребят округлились глаза.

Я все ноги оттоптала на такой же в детстве, и оторвать меня от этого автомата было практически невозможно. Хоть это удовольствие и считалось зарубежным веянием, но любители этих чудесных платформ нашлись и у нас. Надеюсь, навыки ещё при мне.

– Нет, только не это! – вскинулся Даниэль, – Я сильно уста-а-ал, – застонал, смешно притворяясь, – Адриан, потанцуй ты с Мирой, – он произнёс слово «потанцуй», как будто я предложила им ловить червей, а не танцевать на игральной платформе.

Так-то! Спасибо, Даниэль, я ставила именно на такую реакцию.

Лицо Адриана нужно было видеть. Помесь изумления и беспомощности на его лице заставили меня от души расхохотаться над ним.

– Ты сам предложил.

К его чести, он не стал отказываться, помня свои слова. Поэтому мысленно потирая руки, я уже начинала злорадствовать.

– Ну хорошо, – ответил он, неуверенно подходя к платформе, на которой я уже разминала ноги.

Мы запустили игру и понеслась. На долгое время весь зал заполнился нашими хохотами. Даниэля и моим.

Нет, правда, было просто невозможно смешно, что настолько спортивный и хорошо сложенный парень выглядел на танцевальной платформе коровой на льду. Он не попадал ни в один такт, нажимал не на те кнопки ногами. Просто подскакивал то на одной ноге, то на другой, внимательно смотря себе под ноги и пытаясь не запутаться в конечностях.

Это было феерично. Я была отмщена. Пока я успешно вытанцовывала движения, и набирала очки, его шкала всё падала и падала. Он не понимал, что делать, почему у него не получается и всё же умудрялся выглядеть безумно забавным и милым. С него спала вся плебейская спесь, эти его ухмылки и наглые улыбочки. Впервые я видела его таким открытым и живым. Его растерянные взгляды на меня, на автомат, горящее лицо от негодования, невероятно шальные глаза пьянили рассудок.

В этот момент я вдруг поняла, что моё сердце бьется где-то в районе горла, и я вся горю. Вместо того, чтобы танцевать дальше и следить за указаниями на автомате, я смотрела на него. Поэтому и запуталась, не заметила, как неловко переступила через свою же ногу.

Я покачнулась, потеряв равновесие, и не успела ухватиться за поручень. И упала бы, если бы Адриан вовремя не подхватил меня. А я пытаясь удержаться хоть за что-то в падении, нелепо раскинула руки и найдя опору вцепилась аккурат в его плечи.

Он отошёл на шаг назад, по инерции слезая с автомата, я же осталась в полуподвешенном состоянии, так и не упав с автомата, но упав на него. Точнее на его грудь. Мои руки остались висеть на его плечах, а его руки придерживали меня за талию. Боже, как неудобно.

Мне не стоило в этот момент поднимать голову, но взгляд тянуло к нему магнитом. И задохнулась воздухом. Наши лица оказались всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Эти глаза. Я тут же утонула в светящемся небесно-голубом океане его глаз. От его взгляда меня буквально пронзило током с кончиков пальцев на его плечах до груди. Голова закружилась, сердце, кажется, готово было выскочить из груди.

– Не ушиблась? – тихо спросил он, посылая моему телу сотни мурашек.

Услышав его, и вырывая себя, наконец, из оцепенения, я заставила себя отцепить от него свои руки. Надеюсь, я не сильно покраснела.

– Нет, спасибо.

Он помог мне принять вертикальное положение, ненадолго задержав руки на талии. Мне не хотелось отрывать взгляда от его глаз, хоть я и чувствовала дикое смущение и неправильность происходящего.

– Мира победила! – возопил рядом Даниэль, указывая на экран перед нами.

Адриан улыбнулся мне и тоже посмотрел на экран.

Я рассеянно огляделась. Резко стало как-то не до выигрыша. До конца осознавая как повела себя, мне стало очень стыдно. Запекло лицо, что-то сдавило грудь и резко перестало хватать воздуха.

Нужно срочно на выход. Мне нужен воздух! Чтобы выкинуть эту дурацкую хмарь из головы! Что вообще на меня нашло?

– Я пока выйду, вы продолжайте – бросила я мальчикам и быстрым шагом пошла к выходу.

Я схватилась за ворот платья, пытаясь оттянуть его и обеспечить себе хоть какие-то крохи свежего воздуха. Но лишь оказавшись на улице, смогла отдышаться и успокоиться. В висках стучала кровь, перед глазами плыло.

Что чёрт возьми сейчас было?! С какой стати я повела себя так? Кто разрешил так смотреть на него?! Он свободен, и его ни в чём не обвинишь, но ты Мира, между прочим, замужем! Нельзя класть руки на чужого мужчину, нельзя так смотреть ему в глаза и уж тем более нельзя так чувствовать себя рядом с ним! Чёрт!

– Всё в порядке?

Мальчики не стали задерживаться и догнали меня на улице.

Я выпрямилась, стараясь взять себя в руки. Очень надеюсь, что моё частое дыхание, горящее лицо и внутренние самобичевания останутся незамеченными для них.

– Мы не могли бы поехать домой? Даниэль? Или ты хочешь задержаться?

Даниэль с готовностью кивнул, на его лице расползлось выражение довольного объевшегося кота, на что я облегченно вздохнула. Маленький джентльмен.

– Поедем домой.

Я кивнула и первой направилась к машине, стараясь не смотреть на Адриана. Лучше вообще на него пока не смотреть. Казалось, любой взгляд, любое движение может выдать моё волнение.

Усевшись на заднее сиденье с Даниэлем, я постаралась расслабиться и отпустить ситуацию. В принципе, если судить объективно, что конкретно случилось? Ну зазевалась, упала на подхватившего меня Адриана. Это что трагедия? То, что гормоны расшалились, легко объяснить отсутствием нормальной романтики в жизни. Моё волнение – тем, что я давно не выбиралась в люди, в социум так сказать. Сижу дома взаперти, погруженная в свою работу, света белого не вижу. Вот сердечко и стучит, стоит ему попасть в необычную для него ситуацию.

Адриан включил популярную сейчас весёлую песню, и всю дорогу мальчики горланили, заставляя потихоньку и меня отойти от произошедшего и подключиться. Поездка обратно до дома прошла весело. Да и в целом наша поездка вышла очень интересной. Конечно, с небольшими исключениями. Но об этом я больше не буду думать.

Ребята оставили меня около дома. Адриан высунулся из окна и напомнил мне:

– Завтра у нас пробежка, приезжай к шести.

Я кивнула и помахала им. Посигналив мне, они уехали.

Сама себя накрутила. Ничего же не случилось. Просто впредь не нужно нарушать личных границ. Кто виноват, что я на него упала? Я. Вот и психовать не нужно. И придумывать себе невесть чего.

Остаток дня я провела спокойно. Поработала, приготовила кушать, убралась дома и умудрилась заснуть ещё до прихода мужа. Настолько сегодня вымоталась и физически, и морально.

Артур не стал меня будить, хотя сквозь сон я чувствовала, как он шуршал вещами и кушал. Лишь также потом лёг рядом и уснул. Уже ночью я проснулась в холодном поту, не понимая, что происходит, где я нахожусь.

Мне снился плохой сон, где вновь были я и тот наглый турист. Только на месте туриста затем внезапно оказался Адриан. Он лез ко мне со своими наглыми ухмылками и приставаниями. Но передо мной возникла фигура мужа и возмущённо оттолкнула его.

Я проснулась, дрожа всем телом, с чувством стыда и непонимания. Всё же тот момент в развлекательном центре зацепил меня. Прилично так.

Встала, выпила воды и легла снова, обняв мужа со спины. Чувствуя его рядом, тепло его тела и крепкую спину, потихоньку меня отпустило, и я спокойно уснула.

Глава 12. Самое красивое – всегда сокрыто от глаз

Утро встретило меня уже привычным звоном будильника. Вставать стало гораздо легче. Хотя, учитывая, сколько я проспала, оно и неудивительно.

Я не спеша сходила в душ, перекусила яблоком и переоделась в одежду для бега. Невольно я оттягивала момент выхода, но, когда уже оставалось двадцать минут до шести, вздохнула, собралась и вышла. Меня больше не волнует, что произошло вчера. Это мелочь, которая может произойти с каждым. Что мне теперь – перестать общаться с мальчиками из-за этого?

Доехала быстро, Адриан уже ждал меня на парковке. Я улыбнулась ему, одновременно напоминая себе о недавних мыслях и установках.

– Привет, Мира, – сказал он, в глазах заискрились блики от сверкающего моря.

В груди, вопреки моим планам, что-то ухнуло вниз. Всё дело в его глазах, точно. И улыбке. Вот этой, кривой наглой ухмылочке.

– Привет! Разомнёмся и побежали? – ответила я.

– Да, но сегодня я хочу совместить нашу тренировку с плаванием.

Ух ты! От этой новости я заулыбалась. Он довольно хмыкнул, увидев это. Но тут же поспешил спустить меня на землю.

– Не обольщайся. Хочу посмотреть, на что ты способна при обычной гребле. Вода также хорошо развивает мускулатуру и подтягивает тело, – сказал он и осмотрел мою «мускулатуру», точнее её отсутствие.

Вид его видимо не поразил. Потому что он сразу же предложил размять мышцы, и мы побежали. Чего нет, того нет. Но это временно. Моей целью является крепкое здоровое тело, и я обязательно этого добьюсь.

Бегать сегодня было не в пример легче. И остановки уже приходилось делать не такие долгие. Он довольно комментировал изменения в наших тренировках и даже сказал, что через месяц я смогу бегать наравне с ним.

Приободрившись такой новостью, я с ещё большей прытью устремилась вперёд, но оказалось, что мы уже добежали обратно.

Я забрала купальник из машины и хотела пойти к раздевалкам, но он остановил меня.

– Не здесь. Давай проедем чуть дальше? Тут есть пляж, где никого не бывает.

Мне не очень понравилось, что он сказал, заставив моментально насторожиться. Но он тут же объяснился, увидев мое вытянувшееся выражение лица.

– Не хочу, чтобы ты смущалась. Это не будет способствовать тренировке. И чтобы нам не мешали возможные ранние пташки, как мы. Сегодня суббота как никак.

Точно. В выходной люди приходили на пляж рано. Намного раньше, чем в будние дни. Съезжались из города и соседних мест, чтобы отдохнуть всей семьей, устроить пикники, посетить мероприятия. А в будние дни здесь околачивались в основном туристы, случайно залетевшие на этот пляж, ведь обычно возле всех отелей были свои общие пляжи, но и они подтягивались ближе к десяти утра. Вот почему я почти никого не встречала до этого.

Мы проехали на моей машине чуть дальше вглубь посёлка. Миновали улицу, на которой находился их дом. И остановились практически за посёлком. Небольшой скалистый холм из твёрдого светлого грунта, весь выщербленный острыми камнями по поверхности, абсолютно менял пейзаж, к которому я так привыкла. Ногу здесь можно было подвернуть на раз-два. Понятно, почему здесь редко бывают люди.

Вокруг его окружали крючковатые высокие можжевельники, ещё больше скрывая от глаз окружающих. А учитывая, что мы перед этим проезжали через шлагбаум, где Адриан махнул охраннику, то других людей, наверное, здесь и вовсе быть не может.

Машину мы оставили чуть дальше, и продолжили путь пешком.

– Иди строго за мной, – сказал Адриан и дождавшись моего кивка, пошёл вперёд, – здесь можно споткнуться и пораниться. А падать ты любишь, как я заметил.

Хорошо, что я была за его спиной, и он не заметил, как я покраснела.

Мы всё выше и выше поднимались по крутому каменистому склону, и я уже перестала понимать, куда мы идём. Море осталось далеко под нами, а передо мной простирался обрыв.

Я невольно залюбовалась красотой бескрайнего моря впереди и чуть вновь не оступилась. Но, слава богу, Адриан этого не увидел. Поэтому тихонько встряхнула ногой и пошла дальше.

– Сюда можно доплыть с общего пляжа, если знать куда плыть и что нависающие скалы впереди скрывают небольшой пляж, а не переходят постепенно в скалистый берег. Но не для тебя. Слишком далеко плыть. И опасно. Поэтому я показал другой путь.

Он подождал меня и подал руку. Невероятно, но оказалось, что с краю опасного обрыва, был очень удобный, хоть и крутой спуск вниз. Камень под ногами крошился, поэтому здесь можно было запросто покатиться кубарем и переломать себе все кости.

За скалой и под скалой, по которой мы всё это время шли, абсолютно скрытый от глаз ютился девственно чистый пляж. Со всех сторон, спускаясь к берегу и воде выступали скалы и огромные камни, создавая преграду для любого заблудшего с общего пляжа.

Это был пляж полукруглой формы, который немного утопал под скалами, образуя небольшую полупещеру правильной шарообразной формы.

Я сбежала на песок, и, не веря глазам, огляделась вокруг. Небольшой рукав выхода в море, со всех сторон скрывающие скалы-зубы в воде, невероятно чистый золотистый песок. А полог скалы в глубине отбрасывал мягкую тень на берег.

– Невероятно, – выпалила я.

Никогда не видела ничего прекраснее. Это же небольшой дикий пляж! Притом удивительно хороший.

Адриан улыбнулся, наблюдая за моей реакцией.

– Я знал, что тебе понравится.

Я тоже посмотрела на него и благодарно улыбнулась. Наверняка это было его личным местом, где он мог ненадолго скрыться от окружающего мира, отрешиться и побыть наедине с собой. Но он показал его мне. Мне, совершенно чужому человеку.

– Спасибо. Ничего прекраснее я ещё не видела.

Он кивнул, продолжая улыбаться и вдруг стал раздеваться. Вот так просто, ввергая меня в шок и смущение. Стянул с себя футболку, обнажая на свет прекрасно выточенную грудь. Всего на расстоянии вытянутой руки. Нарушая все правила рамок и дистанции, которые я понастроила себе сегодня утром. По моей коже побежали мурашки, когда почувствовала, как тёплый воздух, заколебавшийся от его резких движений, обдал меня волной.

Я сглотнула, но не смогла заставить себя отвернуться и перестать смотреть на мягко сверкающую загаром кожу парня. Нет, мужчины. Рядом со мной был полуголый мужчина. Ведь теперь называть его парнем язык не поворачивался. Когда он остался в одних плавках, хитро подмигнул мне и вошёл в воду.

– Не задерживайся и переодевайся. Обещаю, что не буду смотреть.

Кажется, согласится поехать с ним вдвоём на этот пляж тоже было не лучшей идеей. Но я усердно гнала прочь от себя эту мысль, понимая, что тогда не увидела бы этого прекрасного пляжа. Не узнала бы о таком замечательном месте.

Поэтому, убедившись, что он не смотрит и поборов смущение, быстро переоделась и поспешила за ним.

Вода здесь была такой же тёплой. Мурашки стройным хором вновь пробежались от пяток до макушки уже от удовольствия встречи с любимой стихией. Старым другом. Я ласково провела руками по воде и поплыла.

Адриан ждал меня, смотря в сторону поднимающегося солнца. Невероятно. Вся поверхность воды искрилась от света, создавая волшебные переливы. А его фигура, по плечи утопающая в воде, вызывала будоражащие мысли.

Так, стоп! Какие ещё мысли? Активнее двигаем руками и не отвлекаемся.

Я доплыла до него и нервно улыбнулась.

– Всё нормально? – спросил он.

– Да, я готова.

Он кивнул и продолжил.

– Тогда я сейчас покажу с какого места безопасно выплывать и плыть дальше, не боясь наткнуться на подводные камни. А они здесь есть, учти.

Я в какой раз удивилась тому, насколько природа скрыла это место от любопытных глаз. Словно роза, стебель которой окружают острые шипы. Но ещё больше было странно, что его вообще обнаружили. Этот вопрос я тут же озвучила вслух.

– Адриан, как ты вообще нашёл это место?

– Задумался и не заметил как доплыл с нашего пляжа. Оттуда немного ближе, чем с общего пляжа или добираться по дороге. И поранил себе ноги.

– Оу.

– Вот именно. После этого я тщательно всё изучил здесь. Поэтому будь осторожна и внимательно следи за мной.

– Хорошо, показывай.

Я поплыла за ним, осторожно перебирая руками и ногами. Он показал, где находятся самые крупные и опасные выступающие камни из-под воды, где находятся невидимые подводные, а где можно спокойно плавать.

Следующие десять минут ушли на моё повторение, только после этого он позволил мне плавать одной. Уселся на один из выступающих камней и предложил мне зайти вглубь, где нет камней и показать, как долго я могу проплыть обычным ходом, на спине и брассом.

С этого места море открывалось полностью и скалы выпускали из своих цепких лап. Поэтому он спокойно мог наблюдать за мной.

Я выполнила что он сказал, стараясь не напрягаться и не ускоряться. Просто расслабленно двигалась в воде, не позволяя мышцам устать. В одну сторону я проплыла обычным ходом. В другую на спине и вернулась сообщить, что брассом плавать совсем не умею, и никогда не пробовала, ибо не хотела.

– Ничего страшного. Значит не будем брасом, – обрадовал он меня, – Теперь поплывём вместе, и ты постараешься держаться моего темпа и не отставать. Если что, я рядом, подстрахую.

Кого он здесь собрался подстраховывать? Не смешите мои тапочки.

Однако поспеть за ним было действительно тяжело. Уверена, он ещё не плыл во всю свою мощь. Всё дело в крепком теле и, как он сказал, «мускулатуре», эх. Но ничего, и я так смогу. Разовью эти мускулы и буду высекать также.

– Нужно остановится до того, как ты устанешь, хорошо? Нам нужно ещё доплыть обратно.

– Хорошо, – ответила уже запыхавшаяся я, – Только дай мне минутку.

Он остановился и озадаченно посмотрел на меня. Я же откинулась на спину и раскинула конечности в форме звезды, с блаженством расслабляя уже успевшие устать мышцы.

Услышала смешок Адриана и тихие слова про себя:

– Точно маленькая рыбка.

Да, рыбка. В этом положении я почти не прилагала усилий, чтобы удерживать себя на плаву. И от этого было невероятно легко и хорошо. Словно море своими ласковыми руками поддерживало меня и не давало уйти под воду.

Затем мы проплыли ещё чуть дальше, так, что берег остался далеко, и вернулись уже плавая на спине. Пока я плыла передом я уставала, пока плыла спиной отдыхала. Поэтому гордо задирала голову, когда Адриан на вопрос «Ты ещё не устала?» слышал моё уверенное «Нет» и удивлённо поднимал брови.

– Хорошо, а сможешь вон до того камня? Перед ним и по пути ничего нет, это точно.

Я посмотрела на указанную скалу в дали, словно зуб выступающую из воды, и неуверенно пожевала губу. Далековато. Но была не была. Азарт во мне разыгрался вовсю.

– Давай.

Я ринулась вперёд, осыпав Адриана брызгами и оставив позади. Он чертыхнулся и поплыл за мной. За секунду нагнал и поплыл рядом.

Я стараясь не уступать ему, старательно гребла руками, не забывая правильно дышать. Но ещё не доплыв, внезапно почувствовала острую прошивающую боль в ноге. Кажется, слишком напрягала её, отталкивая воду.

Оставалось чуть больше тридцати метров, всего ничего, поэтому я сбавила темп и не говоря ни слова, сжав зубы, поплыла дальше.

Но, проплыв ещё десяток, поняла, что боль усиливается и почувствовала, как тянущая боль охватывает уже всю правую ногу от большого пальца до подколенной ямки. Это было предвестником судорог.

Поэтому, понимая, что храбриться больше не имеет смысла, сказала об этом Адриану.

– Адриан, у меня спазм в правой ноге. Кажется, я не доплыву.

Глава 13. Теперь это наш секрет

Он тут же сориентировался и подплыл ко мне. Взял за подмышки и придержал над водой.

– Сильно болит?

– Нормально.

– Блин, извини, Мира, это моя вина. Не рассчитал то, что ты и так устала. Думал, доплывём.

Он встревоженно оглянулся, оценивая расстояние до выступающего камня и обратно до пляжа.

Я и сама не ожидала подобного от своего тела. Спазмов у меня практически не было. По крайней мере в воде точно. Схватывало иногда ночью во сне, но с кем такого не бывало?

– Так, ногой двигать можешь?

Я неуверенно кивнула, попробовала шевельнуть ногами.

– Тогда давай доплывём до скалы, и ты там отдохнёшь, хорошо? Не самое удобное место, но получится хотя бы принять относительно горизонтальное положение. Я буду рядом.

Мы двинулись дальше, он плыл в сантиметрах от меня, готовый в любую секунду помочь. Но стоило мне сделать пару отталкивающих движений ногой, как боль вновь тисками сцепила ногу.

От неожиданности я дернулась, автоматически потянулась к ноге и оказалась под водой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.