Тина Мортон
(не) Желанный мужчина

Глава 1

– Дура! – воскликнула моя подруга Юлька, взмахнув рукой. – Ну как можно такого мужика упустить?

Отвернувшись от телевизора, с вопросом взглянула на меня.

– И не говори! – а я что? Я с ней полностью солидарна. – Любит ее, на руках носит, прощает все, – загибала пальцы, перечисляя достоинства мужчины, пусть и несуществующего.

– Вот именно! – кивнула. – Подумаешь, немного с криминалом связан. Ну и что?

– А у кого в наше время полностью легальный бизнес? – добавила я, отправив в рот очередную ложку шоколадного мороженого.

– Во-во, – Юлька многозначительно подняла вверх указательный палец. – Зато при деньгах. С таким мужчиной не нужно думать, на какие деньги ребенка одевать. Ты представляешь, – начала возмущенно, резко сменив тему, – Петька, хулиган такой, штаны порвал.

– Опять? – спросила удивленно. Если мне не изменяет память, на прошлой неделе она жаловалась на то же самое.

– Снова! Третьи за этот месяц! – в негодовании шлепнула себя по колену подруга. Да уж, детки – дорогое удовольствие. А Петя так вообще – конвейер по производству дырок, если верить рассказам его мамы.

– А зимние ботинки? – не унималась Юлька. – С толстым носком уже не налезают! А еще новогодний подарок покупать! – прервалась, чтобы со злостью зачерпнуть большую порцию мороженого. – Понимаешь, все дорожает, особенно детское, а зарплаты не растут! – с полным ртом лакомства жаловалась подруга.

Я согласно кивала, больше для поддержки, нежели из-за понимания. Рада была бы понять, да только детей у меня нет. Одна-одинешенька в свои двадцать восемь. Непонятный возраст. Для одних уже старая дева, для других – женщина в самом соку.

Единственное, насчет зарплаты понимаю. Вместе, в одной больнице, медсёстрами работаем. Скажу одно: не уважают у нас медицинский персонал.

– А Сашка? – напомнила подруге о существовании у нее мужа.

– А что Сашка? Обещали премию на работе, да вот что-то пока никак. Сидим, ждем, – развела руками Юля.

– А чего сидеть? Давай одолжу? – предложила я.

– Ой, нет, спасибо, Ань, – отрицательно помотала головой, – перед новым годом тебе самой деньги нужны, – промолчала, вопреки желанию закричать: "Некуда мне их тратить!" Точнее не на кого. Родителям и семье Юльки подарки куплены. Других близких не наблюдается.

Так, где спонсор хорошего настроения и отсутствия депрессии от одиночества? С наслаждением вкусила еще одну порцию мороженого.

– Опять к этому тюфяку побежала, – махнув в сторону телевизора, вернула мое внимание к сериалу подруга. На экране глупая, по нашему мнению, героиня обнималась с молодым парнем. – Что она нашла в этом смазливом студенте?

Я пожала плечами, потому что ни одного аргумента в защиту девушки не было. По факту: парень проигрывал по всем фронтам предмету нашего воздыхания.

На столе завибрировал телефон Юли. Ругаясь на звонившего, из-за которого пришлось оторваться от сериала и шоколадной сладости, ответила:

– Да?! – пауза.

– Господи, дай мне сил, – прошептала, подняв взгляд на верх. – Чуть позже буду, – сбросив вызов, раздражённо откинула телефон в сторону.

– Что-то случилось? – поинтересовалась я.

– Хорошо, милая, – корча лицо, явно передразнивала звонившего Юлька. – Ну кто так жену домой зовет?! – повернувшись ко мне, с возмещением воскликнула. – Мужик каким должен быть? Твердым! Сказал домой – значит домой! Пришел, схватил и забрал! А этот мямлит. Тьфу! – демонстративно сплюнула в сторону телефона.

На самом деле Юлька мужа любит. Да и он ее спустя пять лет брака на руках носит. Образно, конечно. Что поделать, если комплекцией не вышел?

Вообще Сашка – отличный муж. С ребенком помогает, по дому, все в семью несет, а не как другие от жены заначки прячут. Один минус – больно мягкий.

– Например, как он, – я мечтательно кивнула в сторону телевизора, на экране которого красовался идеал мужчины. Кстати, именно от его напора и бежит главная героиня. Ах, глупая! Вот я бы оценила.

– А какой красавчик, – на выдохе пропела подруга.

– Такой мужественный, – добавила, продолжая восторгаться предметом обожания всех любительниц турецкого кинематографа. Что поделать, если они умеет затронуть женские сердца?

– Эх, – мечтательно протянули в унисон.

– Господи, дай мне такого мужика. Чтоб взвалил на плечо и понес в свою берлогу. Буду самой счастливой, – сложив руки в молитвенном жесте, прошептала в потолок, когда на экране появились титры.

Глава 2

Пятница – день тяжёлый, когда в четверг у тебя был выходной. Всем сердцем люблю свою работу, но иногда так хочется простого человеческого работать с понедельника по пятницу с девяти до шести. Но получается, как получается, а именно как захочет левая нога старшей медсестры.

Снега за ночь выпало больше, чем за две недели декабря, и я, увидев пробки в девять баллов, с тоской посмотрела на свою верную ласточку, далеко не последнего года выпуска, и потопала до метро. Ноги проваливались в толщу снега на тротуаре, и к моменту, когда я зашла в больницу, настроение испортилось окончательно.

Я входила в число людей, впадающих в зимнюю спячку по мере уменьшения светового дня. Идешь на работу – темно, возвращаешься домой – темно. Ну как не взвыть при таких условиях? Срочно мне дозу витамина Д и серотонина, иначе покусаю кого-нибудь.

О, а вот и первый кандидат! Мне навстречу, запыхаясь, бежал молодой практикант. Зелёный совсем, жизни не знает, опыта нет, соответственно больно впечатлительный.

– Анна Николаевна! – добежав до меня, Миша остановился и, уперев руки в колени, согнулся пополам, тяжело дыша. Да уж, печально. – Как хорошо, что вы пришли! Там пулевое ранение. Кровищи столько, что… – покачал головой. – В общем, Егоров будет экстренно оперировать. Алла Валерьевна уже там, но еще одна медсестра нужна, а все заняты на плановых.

– А ты? – на ходу раздеваясь, прохожу в пустую ординаторскую. Если никто не прохлаждается за чашечкой кофе, правда завал.

– Я… – замялся парень, явно не желая признаваться, – Егоров меня выгнал, – стыдливо опустив голову, пробормотал себе под нос.

– За что? – повесила пальто, переобулась и накинула халат, стянув с вешалки. Обернулась, застегивая. Миша стоял красный до ушей. Боже мой, какая милота! Сказала бы я, если передо мной не находился без пяти минут дипломированный медбрат, к тому же мужчина.

– Я в обморок упал, – прошептал еле слышно, после чего, резко подняв голову, принялся оправдываться. – Просто никогда не видел столько крови! Все от неожиданности, так-то я крови не боюсь. Обещаю, это в первый и последний раз! – для пущего убеждения приложил руки к груди.

– Ладно, не переживай, – проходя мимо, похлопала по плечу, – было и было. Привыкнешь. Только не попадайся на глаза Алексею Александровичу сегодня, – посоветовала, зная крутой нрав нашего лучшего хирурга.

Быстрым шагом пересекла коридор и зашла в операционный блок. В предоперационной встретила Егорова, уже обрабатывающего руки.

– Привет, Ань, – заметив меня, зычным голосом поздоровался он, продолжая втирать в руки антисептик. Заняла раковину по соседству.

– Здравствуйте, Алексей Александрович, – вообще у нас дружное отделение и, как правило, не при пациентах мы обращаемся друг к другу по имени, но, во-первых, мужчина немного старше меня, во-вторых, я сильно уважала его за огромный опыт работы и непревзойденный профессионализм, поэтому официальное обращение было в некотором роде данью почтения.

– Вовремя пришла, а то Аллки одной явно не хватит, а этот студентишка, – махнул рукой, не желая продолжать. – Тяжелое ранение, очень близко к печени. Кровотечение с горем пополам остановили, теперь пулю надо достать.

Кивнула, приняв информацию. Ничего, справимся. И не таких вытаскивали.

– В полицию сообщили? – мимоходом поинтересовалась, когда мы, одетые в полное обмундирование, состоящее из хирургического халата, шапочки, маски и перчаток, направлялись непосредственно в операционную.

– Нет. И не будем, – чуть не остановилась от неожиданности, но мысль о тяжелом больном, лежащем на операционном столе, заставила идти, несмотря на изумление.

– Почему? Мы же обязаны!

– Приказ главврача, – отрезал Егоров, пропуская меня в помещение.

– Замечательно просто! А если вдруг что, кто отвечать будет? – в негодовании всплеснула руками.

– Между реальной угрозой потерять работу и призрачными проблемами с полицией, я выберу второе, потому что это не в первый раз и как видишь, – развел руками, – я здесь. Все, за работу!

– Не знаю, у меня в первый, – еле слышно пробурчала, принимаясь за свои прямые обязанности.

Операция прошла довольно быстро и гладко: наша команда давно сработалась и мы, научившись с полуслова понимать друг друга, отработали без накладок.

Пациента перевели в реанимацию, Егоров умчался на перекур, а Аллка любезно взяла на себя обязанности по заполнению документов и контролем за подготовкой к следующей операции.

Таким образом, у меня появилась возможность на отдых, во время которого я собиралась заняться уничтожением запасов сладкого в моем шкафчике.

Глава 3

Когда вышла из операционного блока, предвкушая получение дозы эндорфинов, оказалось, что меня ждали. Точнее ждал. Мужчина. Гора мышц, широкие плечи, узкие бедра, переходящие в длинные ноги. Ходячий сгусток тестостерона, шлейф которого притягивал взгляды всех женщин, находящихся поблизости. За классический костюм вместо спортивной одежды плюс несколько очков. Шикарный экземпляр. Даже может соревноваться с турецким красавчиком.

– Девушка, здравствуйте, – поравнявшись с мужчиной, услышала низкий грудной голос. Услада для ушей, особенно женских. – Я хочу узнать о состоянии Максима Авдеева. Его привезли с пулевым ранением.

– Вы родственник? – уточнила, подняв бровь.

– Нет. Я его начальник, – без заминки ответил мужчина, заведя руки за спину. Хм, уверен в себе значит? Глубоко посаженные темные глаза скользили взглядом по моему телу, вызывая табун мурашек под одеждой.

– Простите, врачебная тайна, – мужчина значительно выше меня, поэтому приходилось запрокидывать голову. Шея начала затекать от вынужденного положения, что не добавляло позитива. А если вспомнить небольшой отдых, который я трачу не на бельгийский шоколад и чай с бергамотом, то и отголоски пробуждающегося раздражения появляются.

– Хорошо, – терпеливо ответил, слегка поджав губы, окруженные небольшой щетиной, ничуть не портившей, а только придававшей шарм мужчине, – тогда скажите, в какой он палате?

– Повторяю: любую информацию, касающуюся пациента, могут получить только родственники, – как мне казалось, произнесла строго, но мужчина напротив только улыбнулся. – К тому же, он в реанимации, посетителей туда не пускают.

Не считаю себя занудой, но правила – есть правила, а больница – не проходной двор. Начальников здесь не хватало. Достаточно родственников, толпами шастающих по отделению и разносящих заразу.

– Вы всегда такая грозная? – с лукавой улыбкой, подойдя ближе и нависнув надо мной, нараспев произнес он.

– Вы узнаете, какая я грозная, когда охрану позову! – прошипела, не дрогнув, несмотря на томное волнение внутри от такого близкого контакта. Да, самоуверенный тип, которому явно законы не писаны, но я обычная, слабая женщина и мне сложно устоять перед мужчиной, от которого брутальностью за версту несет.

Уперев руки в крепкую грудь, оттолкнула нахала, он же явно поддался мне, иначе я бы и с места не сдвинула эту скалу. Обойдя его по широкой дуге, быстрым шагом направилась в ординаторскую, ни разу не обернувшись. Не было необходимости, я спиной чувствовала обжигающий между лопаток взгляд.

– Видела, Филатов приехал?

– Неудивительно, его бойца подстрелили, – зайдя, услышала разговор двух молоденьких ординаторш, вечно собирающих сплетни по углам.

Включив чайник, села в другом конце кабинета, делая вид, что занята своими делами. Честно, не хотела подслушивать, но говорили явно о том наглеце, поэтому держала уши востро.

– Офигенный мужик, – понизив голос, мечтательно произнесла одна из них, – и холостой!

– Офигенный то офигенный, но опасный, жуть! – отозвалась вторая. – Это тебе не наш Мишка, с которым можно поиграть, а потом хвостом вильнуть. Я слышала, – наклонившись к подруге, зашептала так, что я еле разобрала слова, напрягая слух, – его бывшая с другим заигрывать начала и всё!

– Что, всё? – также перейдя на шепот, спросила первая. Я встала, подошла к чайнику и налила кипяток в кружку, заодно оказавшись ближе к сплетницам.

– Пропала! Родственники в полицию не заявляют, говорят, что уехала. Только никто ни из знакомых, ни из друзей не знает, куда и зачем.

– Жуть! – бред какой-то, если честно.

Я успела вернуться на место, задумчиво помешивая сахар в чашке, когда дверь распахнулась, являя заведующего отделением.

– Девушки, работать собираемся или как? Может, вас на прием отправить? – остановившись на проходе, громогласно заявил Сидоренко.

– Нет, Артем Витальевич, не нужно. Мы уже идем, – быстро собравшись, тут же прошмыгнули в проем. Не любят хирурги, даже молодые, на приеме сидеть.

– О, Покровская, и вы здесь, – заметил меня заведующий.

– Я только с операции, – подняв руки, оправдалась. Не хватало, чтоб мне прилетело сверху ночных дежурств, я и так больше, чем на ставку работаю.

– Знаю, знаю. Как отдохнёшь, нужно будет перевести Авдеева в платную палату. Не задерживайся сильно, – кивнула, принимая информацию. За заведующим закрылась дверь, оставляя меня наедине с кружкой ароматного чая и плиткой горького шоколада.

Значит платная палата? О личности добродетели сомневаться не приходилось. Неплохо начальник о своих подчинённых заботится. Настолько ценный сотрудник?

Чуть не поперхнувшись чаем, застыла, пораженная догадкой. Не из-за него ли тот пулю словил?

Глава 4

Когда чай был выпит, а шоколадка нагло съедена, отправилась проверять готовность платной палаты. Она была одна в силу своей непопулярности, так как сутки пребывания в ней обходятся недешево, и позволить ее себе могли далеко не все. За свою стоимость пациент получал одиночную палату, отдельный душ с туалетом, мини-кухню, телевизор, посещения родственниками в любые часы с возможностью кому-то одному остаться на ночь и, самое важное, особый уход.

Санитарки уже успели начистить все до блеска и застелить койку. Поэтому я направилась в реанимацию, подхватив с собой пару крепких санитаров. Когда зашла в палату, в первые мгновения обомлела от нахальства, но быстро пришла в себя, обозначив свое присутствие:

– Что вы здесь делаете!? – у окна, слушая собеседника по телефону, стоял господин начальник. Самый великодушный и заботливый из всех работодателей. И самый наглый.

Он, повернув голову, обратил на меня внимание.

– Я перезвоню, – ледяной голос контрастировал на фоне истинно мальчишеской улыбки, заигравшей на его губах. Сбросив вызов, убрал телефон в карман и всем корпусом повернулся ко мне.

– Снова ты, Колючка? – руки в карманах, наглая улыбочка. Шумное дыхание со злости вырывалось из груди. С каких пор мы на ты? И что еще за прозвище? Мы в детском саду!?

Чуть не задохнулась от возмущения, чувствуя, как щеки краснеют от едва сдерживаемой ярости. Сзади послышались скромные, робкие смешки. Резко развернувшись к двум молодым санитарам, прячущим улыбки, сказала:

– Можете забирать, – кивнула на койку, где лежал еще не прошедший в себя после операции пациент.

Подождала, пока мы останемся наедине, и после того, как дверь за санитарами закрылась, подошла к мужчине. Снова приходится запрокидывать голову, хоть на стул вставай. Где их таких высоких только делают?

– Не помню, чтобы разрешала ВАМ, – выделила последнее слово, – переходить со мной на ты.

– Ну так давай перейдем, разве это проблема? – наклонив голову, смотрел на меня сверху вниз, а улыбочка, что неимоверно бесит в нынешней ситуации, и не собиралась уходить.

Вдох, выдох. Пытаюсь успокоиться и не взорваться от наглости типа напротив. Кричать на посетителя в больнице – непрофессионально. Даже если он такой невыносимый.

– Кто разрешил вам пройти в реанимацию? – взяв эмоции под контроль, абсолютно спокойным голосом спросила я.

– Мне никто и не запрещал, – пожал плечами.

– Я запретила! – не выдержав, чуть повышаю голос. Он что, издевается надо мной?

– Какая экспрессия! – голосом истинного ценителя произнес он. – Колючка, не стоит так нервничать.

– Да вы…

Готовую вырваться пламенную тираду прервал звук открывающейся двери. Обернулась, увидев в проеме нашего главврача. Ничего себе. Что заставило его встать с насиженного кресла в административном корпусе?

– Олег Вадимович, прошу прощения, – извиняющимся тоном обратился к объекту моего раздражения.

Они знакомы? Сначала ординаторшы, теперь главврач. В этой больнице что, все знают Филатова, кроме меня? За какие заслуги такая популярность?

Бросила взгляд на мужчину. Ни намека на прежнюю улыбку. Сама серьезность.

– Покровская, – будто только заметил меня.

– Здравствуйте, Сергей Романович – кивнула в знак приветствия.

– Здравствуйте, здравствуйте, – если при обращении к Филатову в его голосе чувствовалось уважение, то со мной он разговаривал… надменно.

– Анна Николаевна, можно вас на минутку? Олег Вадимович, если вы не против.

– Нет. Мне уже пора, – посмотрев на массивные часы на своей руке, ответил он. – При любых изменениях звоните мне.

– Конечно. Обязательно оповестим, – усиленно закивал головой, – Можете не беспокоиться!

Нельзя же так явно пресмыкаться перед кем-то. Ему самому не противно? Главное, нашел перед кем.

– Отлично, – направился к выходу. – До свидания.

– Всего хорошего, Олег Вадимович, – поравнявшись со мной, Филатов украдкой подмигнул мне. – Увидимся, Колючка.

Ах ты ж! Скрежет моих зубов, кажется, слышали все. До чего самоуверенный и наглый тип! Никакого уважения к здешним законам и порядкам! Его в детстве не учили, что со своими правилами в чужой монастырь не лезут? Путь командует своими подчинёнными на своей территории.

– До свидания, – мрачным голосом ответила я.

Когда дверь за посетителем закрылась, лицо главврача перестало излучать вежливость и хорошее расположение духа.

– Покровская, – недобрый взгляд, – вы что творите?

– Я что творю? – моему возмущению не было предела. Это чувство вообще отказывалось меня покидать с того момента, как встретилась с Филатовым.

– Пациент после операции, еще даже не пришел в себя, в тяжелом состоянии, еще и в реанимации, – загибала пальцы, перечисляя. – В таком случае мы далеко не всех родственников пускаем, вы это не хуже меня знаете. Почему должны делать исключение в отношении этого… мужчины?

– Потому что этот, как ты выразилась, мужчина, неплохо спонсирует нашу больницу. И если он хочет пройти в реанимацию к своему подчиненному, он может это сделать. Даже если он захочет присутствовать при операции, вы его пустите! – для пущей убедительности пригрозил пальцем.

– Сергей Романович, вы осознаёте, что это слишком? – тихо спросила, поражённая услышанным. – О каком спонсоре вы говорите? Мы бюджетное учреждение, нас спонсирует государство.

– Государство, – ответил, насмехаясь. – Бюджетное, да. Только новый рентген в ваше отделение оплатил Олег Вадимович, в то время как в министерстве сказали: "Вашему аппарату всего пятнадцать лет. О какой замене вы просите?". При сроке службы в десять!

Да, не так давно в нашем отделении появился новый рентген аппарат. Старый не выбросили, конечно, работает пока, пусть и не так исправно. Зато очередь стала в два раза меньше, работать проще. Но я думала, что он куплен на бюджетные деньги. А оно вот как, оказывается.

При новых условиях винить главврача не имею право. Объективно, он мог бы эти деньги в свой карман положить. Уверена, Филатову все равно, на какие расходы они пошли. А потратились они не новую машину главврачу, а на новый рентген.

Сергей Романович глубоко вздохнул и продолжил:

– Поэтому, Анна Николаевна, я настоятельно вас прошу не отказывать Олегу Вадимовичу в его просьбах.

– Хорошо, – кивнула. Внутри настойчиво скрежетал внутренний протест, но разве ради благополучия и здоровья людей не стоит закрыть глаза на некоторые правила и позволить одному человеку чуть больше? Возможно, стоит. Но есть еще один важный вопрос, волнующий меня, так как я, можно сказать, стала соучастницей преступления. – А скрытие от полиции факта пулевого ранения тоже его просьба?

– Да. И это не обсуждается, – сказано твердо.

– Проблем не будет? – с сомнением уточнила. Ну а что? Кому не дорога своя жизнь и свобода? Я к таким отважным людям не относилась.

– Нет, – отрицательно мотнул головой, – можете не беспокоиться. Ни у персонала, ни у больницы. Олег Вадимович ни разу не подводил нас.

– Это не в первый раз? – изумилась я, так как за почти десять лет работы не слышала о подобных случаях, как и об этом мужчине.

– Да. Обычно за людьми Филатова закреплена другая медсестра. Сейчас она на больничном. После выздоровления возьмет на себя прежние обязанности. Повторяю, у вас не будет никаких проблем с правоохранительными органами.

– Хочется вам верить.

– В ином случае вам остаётся одно – уволиться.

– Кхм, – закашлялась от неожиданности, – я поняла.

– Тогда можете вернуться к работе, – закончив разговор, главврач вышел из палаты, оставляя меня наедине с кучей вопросов. Филатов Олег Вадимович. Кто ты такой?

Глава 5

– Не понимаю, почему я одна была не в курсе появившегося у нас спонсора?

Выйдя из больницы в понедельник утром после ночной смены, вместе с Юлькой шли на парковку. Мы не виделись с четверга, так как ее сынишка, как это часто бывает у детей, подцепил очередную заразу в детском саду, поэтому ей пришлось взять больничный на пару дней.

Вечером воскресенья, встретившись наконец на работе, у меня появилась возможность поделиться с подругой последними новостями. Какого было мое удивление, когда оказалась, что она в курсе личности Филатова.

– Если бы ты слушала местные сплетни, знала бы, – пожав плечами, ответила подруга.

– И что говорят? – чуть не поскользнулась на заледенелой дорожке, еле удержав равновесие. Каждый год, как только выпадает снег, начинается бабопад, и в этом параде падающих женщин я шагаю в первых рядах. Ну ничего, травмпункт рядом, за углом.

– В том то и дело, что говорят много, а точно никто не знает, – Юлька схватила меня за локоть в целях предупреждения переломанных рук и ног. – По официальным данным бизнесмен. Чем занимается – непонятно.

– Это как раз понятно. Не сложно догадаться, если учесть, с какими травмами его подчинённые поступают.

– Крутой мужик, – будто не слыша меня, мечтательно пропела. – Если бы не Сашка, я бы… Ух!

Не выдержав, рассмеялась. Прям от души, запрокинув голову, хохотала на всю улицу. Юлька моего веселья не разделяла, обиженно надув губы и нахмурив брови.

– Ой, Юль, – вытерла потекшие с глаз слезы. – Мужчины при его деньгах не обращают внимание на женщин без титула "Мисс" чего-нибудь только в наших с тобой любимых сериалах.

– Пфф, – фыркнула подруга, – что с них взять? У них же силикон из груди в голову мигрировал!

Мы подошли к нашим машинам, которые ещё предстояло откопать после ночного снегопада.

– Может им такие и нужны? А что? Лишних вопросов не задаёт, в дела не лезет, и друзьям не стыдно показать?

– Это называется отсутствие уважения к женщине. Такой мужчина мне и самой не нужен! – размахивая щеткой, возмущалась Юлька. – Насчет Филатова. Не верю, что он предпочитает безмозглых девиц.

– С чего такие выводы? – запыхавшись, спросила я. С моими скромными метр шестьдесят пять, да еще и в тяжелом пуховике, не так-то просто дотянуться до крыши машины.

– Всегда такой вежливый, обходительный. Видишь, как о своих работниках заботится? Да и по виду – нормальный мужик.

– Что, прости? – мы точно об одном и том же человеке говорим? Да он же наглый мужлан! То, что он платит за свою наглость, не прибавляет ему шарма. Или это сарказм? – В каком месте он вежливый, а уж тем более обходительный?

– Да во всех! Здравствуйте, благодарю, до свидания. Нос не задирает, с высоты своего Олимпа как на рабов не смотрит. Если для тебя этого недостаточно, то ты зажралась, Покровская.

Так и застыла с щеткой в руках. Неужели он раздражает меня одну? Или красивый мужчина при деньгах автоматически лишается каких-либо недостатков в глазах женщин? Возможно, я одна не клюнула на красивую блестящую обертку.

Решила не продолжать спор, в котором подруга явно была не на моей стороне. Бой за расположение женщин выигран им без малейших усилий, что не удивительно.

Если бы мое знакомство с ним ограничилось встречей взглядов на улице или в коридоре больницы, я бы мечтательно вздыхала вместе с Юлькой, присваивая ему все мыслимые и немыслимые эпитеты. Но нет. Стоило ему открыть рот, изогнуть губы в улыбке, будто не воспринимая меня в серьез, и розовые очки унесло бурей раздражения.

Отряхнула щетку от налипшего снега и, убрав ее в багажник, открыла водительскую дверь. Поеду домой, обниму кота, заварю вкусное какао с маршмеллоу и сяду пересматривать новогодние фильмы. Может елку нарядить? А что? Неплохая идея. Не позволю богатеньким мачо портить мне настроение!

– Ладно, Юль, до завтра, – буркнула, уже собираясь забраться в теплый салон машины, не доступный для колючего ветра.

– Ты обиделась что ли?

– Нет конечно, что за глупости? – как можно искренне улыбнулась для пущей убедительности. – Все нормально.

– Ну, тогда до завтра, – помахала мне рукой, на что я ответила кивком головы.

– Пока, – произнесла одними губами.

Обиделась ли я на самом деле? Нет, конечно. Ссориться с лучшей подругой из-за мужчины, с которым знакома один день, к тому же по работе? Полный бред.

Дело в том, что одно упоминание этого мужчины вызывало шквал эмоций внутри. Типичное женское: "Я не договорила!" вызывало приступ раздражения снова и снова.

Я хотела взять реванш, высказать нахалу все, что думаю о нем, чтобы раз и навсегда уяснил, что я не зеленая девочка и со мной нельзя так пренебрежительно обращаться.

С другой же стороны лучше мне с ним больше не пересекаться. Главврач ясно дал понять: между мной и им, он выберет мое увольнение.

Откуда мне знать, как воспримет Филатов мой выпад в его сторону. Сегодня улыбается, одаривая нелепым прозвищем, завтра же может пребывать в более мрачном настроении.

Не трудно догадаться: отказывают ему редко. С чего будет делать для меня исключения? И есть ли вероятность, что мне удастся удержать свой длинный язык? Сомневаюсь.

Глава 6

По пути домой заехала в магазин, намереваясь купить необходимые атрибуты для дня, переходящего в вечер, женщины, у которой дома из мужиков только кот. Да и холодильник неплохо бы пополнить: последнее время мой рацион состоит из доставок, да булочек с шоколадками. Не дело.

Набрав, как обычно, все нужное и навеянное голодом ненужное, с тоской взглянула на тележку с продуктами. Содержимое не кричало – вопило: "Внимание, у этой женщины под тридцатку нет мужа и детей!" Ну как не взвоешь от такой жизни?

Если вы, проходя мимо полок магазина, когда-либо задавались вопросом, для кого производят мини-упаковки молока или масла, то знайте: для таких одиноких женщин, как я. Или для холостяков, но, черт побрал бы эту вселенскую несправедливость, быть неженатым мужчиной в тридцать поприятнее в нашем обществе.

Господи, у меня даже хлеб без второй половинки, прям как я! Так и представляю, как кассирша, пробивая мои продукты, каждый раз усмехается над такой неудачницей. Конечно, она наверняка замужем!

Голос пробившегося на несколько мгновений разума заметил, что, возможно, муж у нее пьет и деньги в карты проигрывает, но разве слышит раненая женская душа какие-либо доводы? Нет, конечно, потому что у меня и такого мужика даже на горизонте нет!

Под влиянием грустных мыслей решительно завернула тележку в сторону отдела алкогольных напитков. Какао с маршмеллоу отменяется, необходима тяжёлая артиллерия.

Бутылочка грузинского красного полусладкого без колебаний отправляется к набору холостячки. Следующая остановка – отдел с выпечкой. Есть торт с подложки, запивая все вином? Могу, умею, практикую. Разве существует более верный способ от неожиданно напавшей хандры?

Через полчаса, переступая порог квартиры, чуть не навернулась, запнувшись о хвост поджидающего у двери кота. Ответом мне было грозное шипение, чудом не перетекшее в охоту с применением острых когтей.

– Прости, пожалуйста, малыш! – чудом не уронив пакет с драгоценным содержимым, попыталась вымолить снисхождение у грозного котяры.

Яша, для близких просто Гад Пушистый, – малыш весом почти шесть килограмм, принадлежал к гордой породе Мейн-кун. Год назад мне подарил его на день рождения брат, уверяя в покладистом и ласковом характере нового члена семьи. Статный рыжий зверь с удивительными медовыми глазами покорил мое сердце, но даже сквозь призму влюбленности признаю: характер у него г… тяжелый.

Как порядочная сестра, в отместку обязана была преподнести ответный подарок. А что? Не одной же мне разоряться на кормах, пытаясь угодить привередливому вкусу четвероногого, и смиренно подметать землю и осколки от разбитых кружек, ваз и еще бог знает чего. Но брату повезло. Он вовремя отправился в путешествие по миру искать вдохновение для новых картин. И, похоже, весьма удачно, насколько могу судить из его рассказов по телефону.

Напевая под нос привязавшуюся песню из рекламы, разделась и прошла на кухню, намереваясь разобрать пакеты. Твердо решила начать нормально питаться, поэтому незамедлительно приступила к готовке. В процессе Яша получил свою порцию элитного корма, за что милостивый кот окончательно меня простил, и завалился спать в недрах кошачьего дома, занимавшего немало места в скромной съемной квартире.

Спустя два часа в режиме "Хозяюшка" на плите томился свежесваренный борщ, а в сковородке аппетитно пахли макароны по-флотски. Красота! Какая же я молодец! И кому только такое чудо достанется? Так! Стоп! Не думать в эту сторону, если не хочу свалиться в полную депрессию.

Пообедав, заглянула в маленькую кладовку, в самом углу которой, заваленная хламом, пылилась новогодняя елка. Небольшая, но пышная, с заснеженными шишками она стояла без дела два года. Но в этот раз я хочу вспомнить и снова ощутить всё волшебство праздника, о котором последнее время забыла за бесконечной работой.

Тут же нашлись пакеты с игрушками, гирляндой, звездой на верхушку и даже изумительный рождественский венок. По телевизору как по заказу начался Один дома, традиционно показываемый из года в год. В груди разлилось щемящее чувство ностальгии по тем временам, когда мы с братом ссорились, куда повесить очередную елочную игрушку из семейной коллекции.

Новогодние украшения в нашей семье передаются из поколения в поколение, у каждой есть своя история, своя ценность, каждая – произведение искусства. Наша семья никогда не сорила деньгами, но раз в году коллекция пополнялась одной дорогой игрушкой, выбранной всей семьей, после чего совместными усилиями мы наряжали нашу красавицу под новогодний фильм, точно также, как я сейчас. Незабываемой время. И кто придумал, что Новый год для детей? Заманите любого взролого наряжать елку, и по горящим от восторга глазам вы увидите, что это утверждение – полная чушь.

Семейные игрушки до сих пор хранятся в родительском доме, поэтому мне остается довольствоваться обычными шарами и фигурками из масс-маркета. Несмотря на это, получила огромное удовольствие от процесса, и даже наглый котяра, то тут, то там скидывающий игрушки на пол, не испортил мне настроение.

За окном стемнело, когда я, вооружившись штопором, мастерски откупорила бутылку вина. Выключила свет в комнате, оставив в качестве освещения плавно переливающуюся гирлянду и работающий телевизор. На журнальном столе перед диваном меня уже ждал торт, который я собиралась черпать ложкой, не нарезая, и бокал уже налитого вина.

Блаженно откинулась на спинку дивана, но не успела донести ложку с лакомством до рта. Раздался звонок в дверь.

Глава 7

Раздраженно вздохнув, встаю с дивана и лениво шагаю в коридор с целью узнать, ради чего меня отвлекли от наслаждения идеальным вечером, только набиравшим обороты. Посмотрев в глазок, вижу на лестничной клетке молодого парня с натянутой до ушей улыбкой. Неужели снова продавцы кастрюль и ножей активизировались? Это пустяки, главное, что он не подходит на роль маньяка, орудующего по подъездам. Распахнула дверь. При виде меня его губы растянулись шире, хотя, казалось бы, больше некуда.

– Здравствуйте, – вежливо киваю, с недоумением уставившись на охапку красных роз, которую курьер, а в личности парня я уже не сомневалась, протягивал мне вместе с черной коробкой конфет, перевязанной алой лентой.

– Здравствуйте, – с энтузиазмом воскликнул парень, – это для вас.

Продолжаю стоять столбом, пытаясь переварить полученную информацию. Цветы? Мне? И конфеты? От кого? В голове проносятся все возможные варианты, но ни один из них не подходит на роль щедрого и внимательного ухажера. Да у меня их в жизни толком и не было, а особенно последнее время, когда я сутками на работе. Точно! Наверное, кто-то из пациентов наконец заметил не только труд врачей, но и оценил важность работы медсестры. Вспыхнувшая радость быстро потухла, когда сознание отрезвила мысль, что никто из пациентов не знает моего адреса.

– Думаю, вы ошиблись, – уже попрощалась с подарком, на минуту ставшим моим, но курьер не спешил уходить.

– Это же 27 квартира? – согласно кивнула. – А вы, – заглянул в бумаги, зажатые у него подмышкой, – Покровская Анна Николаевна?

– Да, – еле слышно ответила.

– Значит никакой ошибки. Это вам.

– Спасибо, – все еще не веря, приняла цветы с конфетами, попрощалась и закрыла дверь. На автомате повернула замок. Пару минут стояла посреди коридора, задумчиво скользя взглядом по бутонам, лепестки которых были усеяны капельками воды.

Красивые. Самые красивые розы в моей жизни. Возможно, потому что первые. По неизвестной мне причине среди тех немногочисленных букетов, что мне дарили, никогда не было роз.

Прошла на кухню и, отложив коробку, поставила цветы в вазу, предварительно набрав воды. Сняла атласную ленту, удерживающую розы вместе, с нескрываемым восторгом, почти невесомо, прошлась кончиками пальцев по бархатным лепесткам. Вдруг рука наткнулась на острый край, потянув за который, увидела сложенную вдвое бумажку. Записка! Затерялась между бутонами, вот я сразу и не заметила.

С нетерпением раскрыла, увидев размашистый почерк. Улыбка вмиг растаяла. «Не злись, Колючка. Розы прекрасны и без шипов».

Понятно. Господин Филатов, напыщенный индюк, решил оставить за собой последнее слово! Смотрите, и адрес мой раздобыл! Как не поленился только? Я думала, что, выйдя из палаты, он тут же забудет обо мне, но нет. Задела его Величество? Или же он просто решил позабавиться? Конечно, чем может ответить обычная медсестричка? Особенно если учесть, что одно его слово – и я на бирже труда!

На эмоциях схватила цветы, собираясь засунуть в мусорное ведро, но разжать пальцы не смогла. Внутренний протест не позволил. И нет, не потому что букет мне дорог. Бред! Просто жалко цветы. Вот и все! Да, именно так.

Отнесла обратно, снова поставив цветы в воду. Обратила внимание на второй подарок. Что с ним делать? Передарить? А там точно конфеты? Возможно, очередной подкол? Развязав красную ленту, открыла коробку. Нет. Не конфеты, как думала. Клубника в шоколаде. Моя любимая. Вот сволочь! Это же запретный прием. Ее выкинуть точно рука не поднимется. Почему, собственно, я должна отказываться? Буду считать это компенсацией за убитые нервные клетки.

В итоге вечер, который должен был проходить в компании торта, перетек в просмотр фильма с вином и клубникой в шоколаде, которая, к слову, была восхитительна на вкус. Безумно сочная и сладкая, что, учитывая зимний сезон, было неожиданно. В магазинах такую не найдешь. Остается надеяться, что он ее не отравил.

Торт остался невостребованным: после любимого лакомства покупной десерт не вызывал восторга, к тому же клубники было достаточно, чтобы утолить потребность в сладком. Чтобы добро не пропадало, отнесла его соседке – милой женщине средних лет, которая одна воспитывает двоих детей. Они были рады неожиданному подарку, а я – внезапной роли Деда Мороза.

Вернувшись в квартиру, убрала следы праздника живота, раз за разом натыкаясь на цветы, что магнитом притягивали взгляд и напоминали о личности подарившего их.

Решила не мучать себя и лечь спать, несмотря на детское время. Ночная смена и выпитое вино сделали свое дело – глаза слипались. Да и завтра снова на работу. Когда-нибудь я не буду торчать сутками в больнице, но сейчас это – единственный способ не погрязнуть в одиночестве.

Глава 8

Утром проснулась разбитой, с темными кругами под глазами и полным отсутствием желания куда-либо идти. Всю ночь меня во снах мучал мужчина, безжалостно обрывающий шипы у розы, а его темный взгляд с предвкушением заглядывал в душу, точно собираясь перейти с цветов на меня. «Розы прекрасны и без шипов». Шепот преследовал до утра, врываясь в сознание раз за разом.

По ежедневному сценарию Яша за несколько минут до будильника решил, что более терпеть он не намерен и срочно нуждается в порции свежего корма из упаковки. А что вы хотели? Похититель лишних, по его мнению, минут сна не будет есть то старье, что лежит в миске несколько часов. Не по чину.

Отодрав себя от подушки во избежание пробуждения зверя, пускающего в ход когти и зубы, удовлетворила потребность пушистого и отправилась прямиком в ванную.

Последняя рабочая неделя в этом году, в субботу уже Новый год, в который, по счастливому стечению графика дежурств я не работаю. Хотя… Лучше бы работала. Что мне этот Новый год? Нарезка салатов с мамой, речь президента, ворчание отца, что всю страну развалили, бесконечные новогодние передачи, не выдержав которые я уйду спать первой. Нет, родителей я люблю, но… Скукота.

Умывшись, зашла на кухню с намерением выпить чашку бодрящего утреннего кофе, без которого сегодняшний день представлялся непреодолимым испытанием. Букет цвел и пах, будто розы срезали вот только-только, сегодня утром. Интересно, что за сорт? Мама бы убила за такие стойкие цветы для своей дачи.

Прислонившись бедром к столешнице, смотрю на коробку с клубникой в шоколаде, в которой осталось еще несколько штук, не осиленных мною вчера. Съесть сейчас? Или оставить на вечер? Дилемма.

Приняв решение не начинать утро со сладкого, на скорую руку сообразила себе завтрак, съев который, отправилась собираться на работу. Температура в минус пятнадцать за окном не оставила шансов быть красивой, вынуждая влезть в теплый спортивный костюм, пуховик и длинные сапоги. Завершив образ снеговика шапкой и объемным шарфом, схватила сумку и вышла за дверь.

Чудом не переломав ноги на вечно скользкой лестнице у подъезда, села в машину. Моя верная, далеко не новая, подруга, купленная несколько лет назад в кредит, завелась недовольно, но с первого раза. Уже успех.

В отделении царила суматоха. Переодевшись, зашла в ординаторскую как на базар. В кабинете столпилась половина сотрудников так точно. Все что-то бурно обсуждали, находясь во взбудораженном состоянии. Ко мне уже спешила Юлька.

– Привет, – нахмурив брови, поздоровалась. – Что происходит? – ничего не понимая, перевела взгляд на нее.

– Привет. Все обсуждают вечер.

– Вечер? А что вчера произошло? – мы вышли из переполненного помещения в коридор.

– Вчера ничего. Обсуждают сегодняшний вечер, – дойдя до поста медсестры, присели.

– Так. Допустим. А что сегодня произойдет? – без особого интересна уточнила, листая журнал назначений.

– Анька! Ну ты даешь! – воскликнула подруга, но тут же понизила тон, когда больные, проходящие по коридору, начали оглядываться. – Сегодня же новогодний корпоратив. В «Атланте» в семь для всей больницы. Ну, кроме тех, кто работает в ночную, но им денежная компенсация за упущенное веселье.

– Да? – пытаюсь вспомнить, говорил ли мне кто-нибудь, но не получается, – не помню.

– Ты что? Я же сама говорила тебе еще в начале ноября!

– Может быть, – не стала спорить, потому что скорее всего так и было. Память меня не раз подводила, – не важно, я все равно не собираюсь идти.

– В смысле? – откровенно наплевав на посторонних, чуть ли не крикнула подруга. – Ты сдурела, мать?

– Мать у нас ты, – с улыбкой ответила.

– Да, я, но почему-то ведешь себя так, будто у тебя дома муж и трое детей, ты, – надавила на больное. Черт!

– Ань! Тебе двадцать восемь! Посмотри на себя! Никуда не ходишь, ни с кем не общаешься, не знакомишься, – подруга не унималась. – А внешний вид? Нет, ты красотка, конечно. Но можно же как-то подчеркнуть красоту? Это не дело! Следующая станция – уйти в лес затворником.

Молчу. А что говорить? Все по фактам. Нет, сначала было желание взбрыкнуть, возразить, а потом подумала, взглянула правде в глаза. Права Юлька.

Когда я последний раз была в салоне красоты? В прошлой жизни. А на маникюре? Опустила взгляд на свои руки. Мда-а-а. Обрезанные под корень, не особо ровно, если честно, местами обломанные ногти.

А волосы? Давно уже плачут по стрижке кончиков как минимум, а как максимум и форму обновить надо бы.

Может и правда, сходить? Развеяться? Только вчера плакалась самой себе на никчемную, одинокую жизнь. Так что мешает все поменять? Начать хотя бы с малого – выхода из дома, из зоны комфорта, куда я сама себя по глупости загнала.

– Хорошо, я пойду, – кивнула больше самой себе, чем Юльке, – только…

– Что? – живо спросила явно повеселевшая подруга.

– Что-что. Надеть нечего. И это не преувеличенный женский каприз. У меня реально ничего подходящего нет, – платья в гардеробе медленно, но верно сменились джинсами и спортивными костюмами, даже я сама не заметила как. А все из-за ловушки, в которую попадают, я уверена, многие девушки. А именно: удобно и практично. Один раз попробуешь – подсядешь надолго.

– Тьфу, – махнула Юлька рукой, – нашла проблему. Иди прямо сейчас в магазин за платьем. И туфли на каблуках не забудь. Перед заведующим я прикрою.

– Не знаю, Юль, как-то это…

– Перестань, – не дослушав, возразила, – ты и так здесь за троих пашешь, заслужила отдых. Давай, вперед. Ничего не хочу слушать.

Я очень долго, а значит слишком хорошо знаю Юльку. Если она что-то твердо решила, то спорить бессмысленно. Ни шанса переубедить, так что проще согласиться, что я и сделала. Не могу сказать, что без удовольствия, нет.

Какой девушке не нравится идея покупки нового красивого вечернего платья, туфель и похода в салон красоты? Моя внутренняя девочка, которую я собственноручно засунула поглубже, к таким не относилась. Поэтому через десять минут я выбегала из больницы, намереваясь за восемь часов успеть доехать до дома, после чего отправиться по магазинам с целью преображения из пацанки в роковую красотку.

В торговый центр, несмотря на предновогодние пробки, домчала довольно быстро. Зайдя внутрь, остановилась в нерешительности. Глаза разбегались от обилия витрин. Вокруг все сверкало, блестело, играла новогодняя музыка. Как же давно я не позволяла себе остановиться, замереть посреди суеты будней и просто обратить внимание на всю красоту, окружающую меня каждый день.

Желание обойти все магазины в поисках идеального платья на корпоратив не соответствовало времени, выделенному на покупку, поэтому пошла в магазин, посещаемый мною в те далекие времена, когда я наряжалась в платья без особого повода. Остается надеяться, что ассортимент кардинально не изменился.

Мой целенаправленный шаг сбился, когда взгляд зацепился за одну из витрин. Так и остановилась полубоком, повернув голову в сторону… не платья – совершенства.

Глубокого синего цвета, с открытыми плечами, чуть прикрытыми вставкой из кружева, слегка ниже колен с кокетливым, но не пошлым вырезом. Идеально.

Зашла в магазин, тут же направляясь к девушке-консультанту, которая, заметив меня, приветливо улыбнулась.

– Здравствуйте, меня интересует синее платье на манекене.

– Здравствуйте! Ваш размер, пожалуйста?

– Сорок четвертый.

– Ох, вам повезло, – всплеснула руками, – платье осталось в последнем размере. Как раз в вашем. Пройдите, пожалуйста, в примерочную, сейчас принесу.

Кивнув, отправилась по указанному направлению. Буквально через пару минут мне принесли платье. Что ж, поедание тортиков и шоколадок не сильно сказалось на моих объемах, что уже радует. Платье село идеально, как влитое, изящно подчеркнув талию на фоне не узких бедер, пару сантиметров с которых я была бы не прочь передать груди. Но, как говорится, чем богаты.

В общем, космос. Причем все. И цена космическая. Сумма у меня имелась. Более того, могу себе позволить ее потратить без участи сидеть голодной. Но стоит ли оно того?

Взглянула в зеркало еще раз. Прошлась по фигуре, обтянутой синим шелком. Черт, стоит. Еще как стоит. Никогда прежде не нравилась себе так сильно, как сейчас. Никогда прежде не чувствовала себя столь уверенно, как сейчас. Пусть будет моим новогодним подарком.

Вышла из примерочной и подошла к кассе.

– Я возьму, – с лица не сходила счастливая улыбка. Кто бы что ни говорил, но все мы, девочки, одинаковые, и всех нас новое платье делает чуточку счастливее. Или не чуточку.

– Прекрасный выбор, – расплатившись карточкой, забрала пакет, – носите с удовольствием! С наступающим!

– Спасибо, вас тоже.

Следующей целью был магазин обуви. Сегодня удача явно была на моей стороне. В первом же магазине меня встретила пара лакированных туфлей на шпильке синего оттенка, идентичного платью.

Для завершения образа оставалось приобрести невидимую окружающим, но неотъемлемую часть, которая вознесет уверенность в себе до небес. Нижнее белье. Правда только низ, так как наличие верха платье не подразумевало.

Завершив покупки, отправилась в салон красоты, где работает бывшая одноклассница, ранее не раз выручавшая в подобных ситуациях. К счастью, нашлось свободное окошко, поэтому уже через три часа я выходила при полном параде. Времени заезжать домой не оставалось – переоделась в служебном помещении.

Припарковавшись у ресторана «Атлант», вышла из машины. По пути ко входу поймала взглядом свое отражении в окнах здания. Изящная осанка, грудь вперед, легкое покачивание бедер в такт шагам. Вечерний образ творит чудеса.

– Анька-а-а! – пропела Юлька, стоящая у входа в ожидании меня. – Ты шикарна!

– Спасибо, взаимно, – подруга, как говорят, «кровь с молоком». Пышная грудь, бедра, подчеркивающие талию. Настоящая русская красавица со светлыми волосами и голубыми глазами. На ней все смотрелось эффектно, хоть в мешок из-под картошки одевай.

– Так, все, хватит болтать, пошли внутрь. Я так давно не выходила в люди, что сегодня планирую оторваться по полной.

Глава 9

Как оказалось, под наш корпоратив сняли весь ресторан, что не удивительно, если учесть количество людей, пришедших проводить старый год в компании коллег. Помещение сверкало от праздничного освещения. То тут, то там были развешаны композиции из хвойных гирлянд, украшенных атласными лентами, новогодними шарами и бантами. Огромная елка, возвышаясь до потолка, пестрила красками и была точь-точь как в рождественских фильмах. Красота…

На сегодняшний вечер все присутствующие сменили белые халаты на вечерние платья и классические костюмы разнообразного покроя и цвета. Настоящая новогодняя сказка, разбавившая серые будни скромных бюджетников. Уверена, всем был просто необходим этот праздник, и я, только придя, уже благодарна Юле за ее дружеский пинок.

– Юльк-а-а-а, – вздохнув, пропела. – Здесь очень красиво.

– Да, – подтвердила подруга, проходя сквозь толпу к официанту с бокалами шампанского на подносе, – даже лучше, чем в прошлом году.

На автомате взяла протянутый мне игристый напиток, в то время как мой мозг усердно пытался нарыть в закромах памяти прошлогодний корпоратив.

– В прошлом году мы отмечали Новый год всей больницей?

– Мы да, – присели за один из столиков, расположенных по периферии, пространство же в середине и возвышение, имитирующее сцену в конце зала, оставались свободными. – А ты нет.

– В каком смысле?

– В том смысле, что ты горевала по какому-то неудачнику, бросившему тебя перед Новым годом, что и слышать не хотела ни про какие корпоративы.

Да, неудачник, как выразилась подруга, и правда был. Встречались мы недолго, но за это время он показался мне неплохим человеком. Обычным. И когда за несколько дней перед боем курантов он заявил, что нам нужно взять паузу в отношениях, не объяснив причины, я восприняла все близко к сердцу, на свой счет.

Повесив на шею ярлык «Никому не нужная старая дева», накрутила себя, ища недостатки, от которых мужчины, на первый взгляд адекватные, без видимых на то причин убегают. Депрессию как рукой сняло, когда в первых числах он появился на пороге квартиры с предложением возобновить отношения.

Тогда и стало понятно, что внезапное расставание перед праздником обусловлено одной единственной причиной: нежеланием покупать подарок. Точнее, понятно стало Юльке, но я была незамедлительно посвящена во все тонкости странного поведения мужчины. Может она и не права, но какая разница? В любом случае он пошел к черту как минимум за испорченный праздник.

– Если программа аналогична прошлогодней, то сейчас будет праздничная речь от руководства.

– Понятно, все по классике.

Медленно потягивая шампанское из бокала, тоскливо рассматривала стол. Ничего съестного еще не подали, а я жутко голодная. Ходить по магазинам и салонам красоты – энергозатратный процесс.

– Ой, девочки, можно мы к вам присядем? – повернулась на голос, раздавшийся у меня за спиной. Те самые две девушки из ординаторской, что сохнут по Филатову, спросили чисто из вежливости. Не дождавшись ответа, плюхнулись на стулья рядом. Что ж. Пусть сидят.

Когда через непродолжительно время главврач решил все-таки взять слово, тем самым положив начало вечера, гул в зале стих. Поднявшись на возвышение, подошел к микрофону и по традиции постучал по нему для проверки связи. Выступление обещало быть скучным, поэтому я, сидевшая спиной к сцене, даже не стала поворачиваться в ту сторону.

Как и ожидалось, Сергей Романович обошелся стандартными фразами:

– Коллеги, у всех нас был не простой год… – следующий, как всегда, будет не лучше.

– …на ваших плечах лежит ответственность за жизни людей… – ага, уголовная.

– Сейчас необходимо набраться сил для новых свершений в предстоящем году, – смотрите, как заговорил. А в отпуск в декабре отпустить отказался, ирод.

– Позвольте передать слово господину Филатову, который не раз помогал нашей больнице и, в том числе, организовал сегодняшний вечер для нас, – как-то быстро он сдался воодушевлять своих подчиненных… Стоп! Кому? Жизнь когда-нибудь перестанет сталкивать меня с этим человеком?

Резко развернулась, двинув стул, на котором сидела. Скрип ножек о плитку заглушил шум аплодисментов. Еще бы они не хлопали, за его же счет пьем, как оказалось.

Весь в черном, как дьявол, он поднимался на сцену, поправляя манжеты рубашки. Ни драгоценных запонок, ни массивных колец на руке, ничего не выставляло напоказ состояние мужчины. Даже пиджак не надел. Единственное – на запястье блестели золотые часы. На этом все.

Однако одного взгляда достаточно, чтобы понять: перед тобой крупная рыбка. Наглый взгляд, без тени робости смотрящий прямо в глаза, уверенная походка, поставленная речь, громкость которой не скачет то вверх, то вниз от волнения.

Что еще выделяло его от других мужчин в зале? Наверное, ухоженность. Не накрашенные ногти или косметика. Нет. Я вижу его второй раз в жизни, но оба раза в выглаженной, не застиранной одежде, чистой до блеска обуви, а если судить по неизменившейся длине бороды, можно понять, что вид трехдневной щетины, хозяину которой просто некогда побриться, обманчив.

Ровные белые зубы, показавшиеся в улыбке, с укором напомнили о своих, нижний ряд которых давненько просит брекеты. Как бы Филатов не раздражал меня, не могу не признать, что он шикарный мужчина. Внешне. Отсутствие пивного живота уже отправляло в нокаут больше половины присутствующих мужчин. Да и всей страны, наверное.

Не сводила с него глаз, скользя взглядом по лицу, широкой груди, натягивающей ткань рубашки, и крепким рукам, сжимающим тонкую ножку бокала, который ранее принес официант. Но уверена, под страхом смертной казни не смогла бы ответить, о чем он говорил. Шум, возникший в голове, заглушил все звуки. Даже ладошки вспотели. Все дело в шампанском на голодный желудок, точно.

В очередной раз подняв глаза на лицо мужчины, неожиданно встретила взгляд в ответ. Несмотря на то, что столик находился на приличном расстоянии от сцены, могу поклясться, что Олег смотрел на меня. Не мазнул взглядом, нет. Остановил его на мне и продолжает смотреть до сих пор.

Разорвав зрительный контакт, отвернулась к столу, невольно обращая внимание на двух подружек, чуть ли не облизывавшихся на нашего спонсора.

– Он смотрит на меня! – пискнула одна.

– С чего ты взяла, что на тебя? – возразила вторая.

– На кого же еще?

– Я вообще-то тоже тут сижу, – на это предположение ее подруга только отмахнулась. Да уж, вот и вся дружба.

Наконец, когда с торжественной частью было покончено, принесли горячее. И мясо, и овощи, и рыба. На любой вкус. Восхитительно.

Положила себе в тарелку всего по чуть-чуть, словив при этом осуждающий взгляд Юльки, считающей, что набивать желудок от души можно дома за закрытой дверью, а не под прицелом потенциальных женихов.

Не знаю, на самом ли деле некоторых представителей сильного пола отталкивает женщина с хорошим аппетитом, но даже если так, мне подобный не нужен. Будем считать, что я отсеиваю неподходящие экземпляры.

Утолив голод, послушно пошла за подругой на своеобразный танцпол в середине зала. К танцам я относилась ровно, чаще всего отсиживаясь за столом, но несколько бокалов шампанского сделали свое дело, и я не особо противилась подвигаться в такт зажигательной новогодней музыке.

В очередной раз повернувшись в танце, зацепилась взглядом за небольшой бар, у которого стоял Филатов. Не один. В компании своих двух воздыхательниц, которые в открытую клеились к нему.

Рука одной уже покоится на его предплечье, в том время как та что-то щебечет на ухо наклонившемуся мужчине. А тот и не возражает. Стоит, наслаждается женским вниманием. Улыбочку не забыл свою наглую нацепить. Еще и бабник оказывается! Кобель! Даром что красивый и богатый!

Захотелось выпить. От злости что ли. Хотя мне какое дело, с кем он шашни крутит. Но ничего не могу поделать, бесит и все. Юлька, заметив, как я ухожу с танцпола, последовала за мной.

– Ань, ты чего? Хорошо же танцевали.

Оставив ее без ответа, присела за стол и потянулась к бокалу, осушив одним махом.

– Ого! – остановила проходящего мимо официанта, положив на поднос пустой бокал и беря взамен полный. Подумала. Взяла еще один.

Не успела донести до губ, когда Юлька отобрала фужер, отставляя его подальше от меня. Ничего, у меня второй есть. Сделала глоток.

– Ты можешь объяснить, что за внезапное пьянство?

– Просто, – еще глоток. Легче не становится. Паршиво. – Настроение такое.

– А можно узнать причину? – второй бокал постигла участь первого. Ну и пусть. Все равно не помогает.

– Один мужчина меня бесит. Раздражает. Сначала ни во что не ставит мое мнение, потом наглеет, что меня чуть с работы из-за него не поперли, а вишенкой на торте присылает мне цветы с язвительной запиской, – выпаливаю махом, что афишировать не планировала. Шампанское, сволочь.

– Ты про кого? – молчу. Но по взгляду понимаю, что и сама догадалась.

– Ты про Филатова? – будто не веря, прошептала. – Стой, стой. Он тебе цветы прислал? – глаза подруги заблестели от невероятной, по ее мнению, новости, – Офигеть! И я узнаю об этом только сейчас!?

– Юлька, не начинай, прошу, – морщась, протянула жалобным голосом.

– Я в шоке! Анька, он же клеится к тебе! – у подруги от восторга аж коленка под столом затряслась.

– Что за бред!? Он просто смеется надо мной, наслаждается своим превосходством.

– Давно ли цветы стали методом высмеять и унизить? – скептически протянула Юлька.

– Дело не в цветах. Он прислал розы и записку. А в ней: «Не злись, Колючка. Розы прекрасны и без шипов». Еще и прозвище мне придумал!

– Господи, как это мило! – это невозможно. Мы разговариваем на разных языках.

– В конце концов, хотел бы произвести на меня впечатления, не зажимался бы сейчас с бабами! – не выдержав, выпалила, о чем тут же пожалела.

– Так вот в чем дело! – непонимающе выгнула бровь. В чем дело? – Ты ревнуешь! – произнесла, будто объясняя маленькому ребенку очевидные вещи.

– Чего!? Я!? – ткнула пальцем в грудь. – Его!?, – показала назад, за плечо.

– Да! – торжественно кивнула Юлька.

– Боже, дай мне сил, – устало прошептала, откинувшись на спинку стула. Я говорила, что с ней невозможно спорить?

– Анька! – шикнула подруга на меня, смотря мне за спину.

– Ну что еще?

– Кхм, – приподняв брови, кашлянула.

Ничего не понимаю. Что это значит? Сзади прозвучал низкий мужской голос, услышав который я вмиг выпрямилась, округлив глаза.

– Анна, – пауза, – Николаевна, потанцуете со мной?

Глава 10

Обернувшись, встретилась взглядом с коньячными глазами, которые единственные выдавали в напускной серьезности веселье.

– Я не… – решила прервать затянувшуюся паузу отказом, но договорить мне не дали.

– Она согласна! – воскликнула подруга, перебив. Опешив, посмотрела на нее округлившимися глазами. В этот же момент нога под столом подтолкнула меня в сторону, вынуждая встать, схватившись за край стола, во избежание позорного падения на пол прямо к ногам Филатова.

И что это было? Настоящее предательство! А как же женская солидарность? Сводница хренова!

Новоявленный партнер немедля крепко схватил за руку и повел в середину зала к другим парочкам. Боится, что убегу? Небезосновательно.

На его счастье мой заторможенный алкоголем мозг все еще пытался переварить подлянку от Юли. Посмотрев за спину, увидела ту на прежнем месте, смотрящей нам в след с улыбкой до ушей и поднятым вверх большим пальцем, на что я просто закатила глаза.

Остановившись, Олег развернул меня лицом к себе, ухватившись за талию. Зал перед глазами пошел кругом. Стоп! Так делать больше не нужно. Обойдёмся без резких движений. Последние два бокала, выпитые залпом, были лишними для неумеющей пить меня. Это точно понял и Олег.

– Как не стыдно! – театрально протянул он. – Ты как медик должна знать о пагубном влиянии алкоголя.

– Иди к черту! – прошипела, стараясь не обращать внимания на руки, крепко обхватившие талию. Их тепло ощущалось сквозь ткань платья. Ладони на его груди, которым была отведена роль сохранить дистанцию между нами, не справлялись. Он был непозволительно близко, переходя грань приличия.

– С тобой можно и к Дьяволу.

– Не удивлюсь, если вы родственники, – плавно покачиваясь в такт мелодии, я, кажется, пьянела еще больше. Коварное шампанское. Или мужчина напротив?

– Хорошее предположение. Но нет, – ответил, тихо рассмеявшись.

Почувствовала, как рука, обхватывающая талию, спустилась чуть ниже, на поясницу, вжимая мое дрожащее тело в наглого партнера, что я тут же пресекла, твердо вернув ладонь на место.

– Ты всегда такая холодная и неприступная?

– А ты ждешь, что я прыгну в твои объятия?

– Почему нет? – наклонившись к моему лицу, прошептал у самых губ. Отвернулась, Олег выпрямился.

– Почему да? Из-за цветов с клубникой?

– Кстати, про цветы. Тебе понравился подарок?

– Нет! Я его выкинула, – соврала, не моргнув глазом. И нет. Не стыдно. Ни капельки.

– Выкинула? – явно удивлен. – Не понравился?

– Нет! У меня жуткая аллергия на розы.

– И на клубнику? – уточнил, изогнув уголок губы в усмешке.

– На нее особенно.

– Очень жаль.

– А я не жалею. От такого человека как ты мне ничего не нужно!

– Какое громкое заявление. Позволь узнать, что же со мной не так, Ко-люч-ка, – протянул по слогам дурацкое прозвище. Бесит! Сам напросился!

– Ты наглый!

– Сочту за комплимент.

– Самоуверенный!

– Да ты меня балуешь.

– Привык, что тебе никто не отказывает?

– Почему никто? Ты ранила мое сердце отказом.

– Пфф, – фыркнула в ответ. – Думаешь, если деньги есть, можешь позволить себе такое поведение?

– Не-е-ет, – протянул Олег, – ошибаешься. Благодаря всему, что ты перечислила, у меня есть деньги. Не наоборот.

– Да мне все равно! Танец закончен! – как по заказу, мелодия подошла к концу, музыка сменилась на более зажигательную. Собиралась сделать шаг от партнера, возвратиться за столик, но у Олега определенно другие планы.

Не дав мне отстраниться ни на сантиметр, продолжал прижимать к себе. На нас, застывших в объятиях среди бодро танцующих, что пришли на смену парочкам, начали подглядывать с любопытством. Интересно, воздыхательницы Филатова уже мысленно выдрали все мои волосы?

– Отпусти, на нас уже смотрят, – стояла спокойно, не вырываясь. Не хочу привлекать еще больше внимания. Никогда не была предметом сплетен на работе и не собираюсь им становиться.

– Обязательно отпущу. Когда довезу тебя до дома.

– Но я не собираюсь домой. И вообще, замечательно доеду на такси.

– Ты еле на ногах стоишь.

– Не правда! – ну есть доля истины в его словах. Но очень маленькая!

– Пойдешь сама или понести? – может быть я запамятовала, но, когда я дала ему право распоряжаться моей жизнью? Я это даже родителям не позволяю!

– Ты не посмеешь! – буквально прошипела ему в лицо.

– С чего бы? Я же наглый, незнающий отказа самоуверенный мужик. Я ничего не упустил? – уточнил, изогнув бровь. – Твой ответ?

– Я никуда не поеду, – ответила четко, полностью уверенная, что он блефует. Полный зал народу, не будет же он при всех… Твою мать! Сумасшедший!

Схватив поперек талии, закинул брыкающуюся меня на плечо. Как чертов варвар! Хоть подол платья придержал, спасибо.

На нас уже не поглядывали, смотрели в упор, не стесняясь. Конечно, бесплатное кино! Как в турецких сериалах! Чтоб я еще раз их включила. Хоть бы кто-нибудь попытался помочь!

Оставив попытки освободиться, расслабилась. Какой смысл стучать в непробиваемую стену? Никакого.

Подняв голову, с надеждой глянула в сторону Юльки. Ооо, на кого я рассчитывала? Она смотрела мне вслед довольная, как кот, объевшийся сметаной. Ничего, с ней потом разберусь. Обязательно.

Выйдя из зала, Филатов остановился у выхода. Видимо он не до конца растерял манеры, раз не вынес меня на улицу без верхней одежды. Гневно пыхтя, позволила ему помочь мне накинуть на плечи шубку из искусственного меха, купленную весной на распродаже. Греет так себе, зато красиво.

Официант из зала принес мою сумочку, взяв которую, поблагодарила его. Вот это сервис.

Олег надел поверх рубашки черную дубленку с меховым воротником, увеличивая в объемах и так не маленький торс.

Он все время мне кого-то напоминал, но я не могла поймать ускользающую мысль. Сейчас же четко поняла: он похож на медведя. Огромного, сильного медведя, воевать с которым себе дороже.

Именно поэтому, поймав предвкушающий взгляд мужчины, вновь собирающегося взвалить меня на плечо, поспешно воскликнула:

– Я сама!

– Как скажешь, – Олег открыл передо мной дверь, пропуская вперед. Джентльмен хренов!

Вышла на улицу, тут же поймав обжигающий холодом порыв ветра. Поежилась.

Высокий черный джип, припаркованный недалеко от входа, моргнул сигнализацией. В очередной раз удивляя своими манерами, Олег учтиво открыл для меня переднюю пассажирскую дверь, но не упустил возможности облапать мою пятую точку под предлогом помощи, а потом и грудь, пристегивая ремень безопасности. А сама бы я не справилась!

– Всего лишь помог, – пояснил, ни капли не раскаиваясь, когда увидел мой гневный взгляд.

Сама захлопнула дверь, не желая продолжать разговор. В окно увидела смеющееся лицо Филатова.

Ладно, пусть веселится. Нужно просто потерпеть до дома. Скоро окажусь в своей тихой квартире, где нет раздражающих меня нахалов.

С водительской стороны открылась дверь, впуская вместе с мужчиной морозный воздух. Видимо, я слишком очевидно тряслась, поэтому Олег, заведя машину, включил печку на максимум.

– Я так понимаю, адрес ты знаешь?

– Знаю, – кивнул, выруливая со стоянки. Время позднее, машин должно быть мало, дом от ресторана находился довольно близко, так что хотелось верить, что поездка в компании Филатова продлится недолго. Отвернулась к окну в надежде избежать разговоров. Не повезло.

– Обиделась?

– На больных не обижаются.

– Я думал, девушкам нравится, когда их носят на руках.

– На плече вниз головой? На любителя.

– Хорошо, учту.

Повернулась в его сторону, ожидая увидеть улыбку, но нет. Он не шутил, интересовался абсолютно серьезно.

– Носи на руках своих женщин.

– Как скажешь.

Олег вел автомобиль уверенно, с комфортной скоростью, не совершал опасных маневров в попытке покрасоваться, не тормозил и не газовал резко. Признаю, водитель он отменный.

Телефон издал звук входящего сообщения. Достав его из сумки, прочла. "Не облажайся!" Ну Юлька! С тобой я завтра поговорю.

Оставшийся путь, занявший не более десяти минут, прошел в молчании, что было кстати, так как мне было необходимо прийти в себя и успокоится. Тишину салона нарушала лишь тихая музыка. Не была знатоком, но нетяжелый рок, льющийся из динамиков, мне понравился.

Когда машина остановилась у подъезда, повернулась к Олегу, чтобы поблагодарить несмотря на то, что я не просила подвозить. Однако, не дав сказать и слова, он вышел из машины и обошел ее, чтобы открыть дверь с моей стороны.

Что ж, кто я такая, чтобы пресекать его джентельменские порывы. Подав ладонь, вышла из прогретой машины на холод.

– Спасибо, что подвез. Я пойду.

– Стой, – придержал за руку, – я провожу.

– Не надо, я в состоянии дойти сама.

В ответ он лишь многозначительно изогнул бровь, давая понять, что методы с непослушными женщинами остались прежними. Черт с ним! Пусть провожает, если это единственный способ побыстрее оказаться в тепле.

– Хорошо.

Поднявшись со мной на этаж, дождался, когда открою дверь. Я думала, что на этой ноте мы попрощаемся, но ошиблась.

– Пустишь? Нужно кое-что обсудить.

Прекрасно понимая, что он все равно сделает, как хочет, впустила.

Разувшись и повесив верхнюю одежду, прошли на кухню. О чем я тут же пожалела, мысленно стукнув себя по лбу. Идиотка. Как могла забыть?

– Аллергия, значит? – с насмешкой спросил Олег, глядя на благоухающий букет в середине стола и коробку с двумя оставшимися клубничками внутри.

– Да, я соврала. И что? – было стыдно. Честно. Чувствовала себя нашкодившим ребенком, которым родители поймали с поличным. Но я не собиралась ни малейшим образом это показывать, оставаясь внешне полностью невозмутимой.

Обошла незваного гостя и демонстративно съела одну ягоду, с вызовом смотря в глаза мужчине. По идее после, пусть и недолгого, пребывания на улице в голове должна появится ясность. Тогда откуда это игривое настроение? Что б еще хоть раз я выпила это коварное шампанское.

Потемневшим взглядом Олег проследил за ягодой, что скрылась у меня во рту, и сглотнул слюну, от чего кадык на мощной шее дернулся.

– Я тоже хочу, – наклонившись, прошептал мне в губы.

Я, как завороженная, застыла. Оказалось, он склонился, чтобы взять клубнику у меня из-за спины. Не разрывая зрительного контакта, отправил ее в рот, тяжело дыша.

– Я хотела ее съесть, – произнесла еле слышно, не ожидая, что, резко прижав к себе, Олег обрушится клубничным поцелуем на мои губы.

Ахнув от неожиданности, открыла полный доступ мужчине, чем он незамедлительно воспользовался, углубляясь, проникая языком ко мне в рот, делая поцелуй более пряным и… возбуждающим?

Выпав из реальности, я ни обнимала Олега в ответ, ни отталкивала его. Находясь будто в трансе, не думая ни о чем, наслаждалась поцелуем с привкусом клубники. Самой вкусной и самой сочной, настолько сочной, что капля потекла из уголка рта вниз по шее, что не укрылось от Олега.

Оторвавшись от моих губ, он склонился ниже, слизывая языком струйку клубничного сока, чем вырвал стон из моей груди. Он то и привел меня в чувство. Тяжело дыша, отвернулась от нового поцелуя.

– Что это было? – прошептала, избегая его взгляда.

– Ты же хотела клубнику, – расставив руки по бокам, упираясь ими в стол, будто держал меня в клетке. Уткнувшись носом мне в макушку, глубоко вдохнул, снова мешая мне трезво мыслить своей близостью.

– Да, хотела, – ответила заторможенно, на автомате.

– Завтра я заеду за тобой ближе к вечеру.

– Что? Зачем? Я работаю.

– Я договорюсь насчет работы.

– Я никуда не поеду, – возразила, приходя в себя. Ответом мне служил скептический взгляд, так что я добавила. – Я не шучу.

– Посмотрим, Колючка, – оттолкнув мужчину, чему он, как ни странно, не противился, отошла подальше.

– Уже поздно. Тебе пора.

Сейчас мне хотелось только одного: остаться одной, умыться и лечь спать. А главное – скрыться от этой бури чувств и эмоций, которую Олег каждый раз вызывает в моей душе.

К счастью, он не спорит, разворачиваясь и выходя в коридор. Через минуту хлопает входная дверь.

Глава 11

На улице господствовала темень, разбавляемая светом фонарей, когда я проснулась по будильнику, то есть по требованию голодной морды. Точнее, бессовестного предателя.

– Кушать хочешь? – смотрю на усатого полуоткрытыми глазами, которые с трудом разлепила минутой ранее. – А разве ты заслужил? Что ты делал, когда в дом ворвался чужак и лапал твою хозяйку? Спал!

Ни капли раскаяния. Дождется, что заведу собаку. Будет по струнке ходить. Хотя… Не ясно, кто кого строить будет. Вот я, например, пляшу под дудку кота.

Поднялась с постели, тут же схватившись за голову. Не умела пить и начинать не стоило. Ладно хоть не буянила. Кажется.

Выпив шипучую "скорую помощь", начала собираться на работу. Не то чтобы я забыла слова Олега. Нет. Разговор на кухне отложился в памяти отчётливо. И не только разговор…

Если он ждет, что я беспрекословно буду подчиняться его бредням, то ему придется умыться собственным самомнением. Я могу дать отпор даже пенсионеркам, ждущим очередь на перевязку. А это, скажу я вам, аргумент!

Через полчаса, вылетая из дома, заказала такси. Голова все еще раскалывалась и желание садиться за руль отсутствовало напрочь.

В ординаторской встретилась с Юлей, которая, к слову, пыталась связаться со мной с раннего утра посредством сообщений и звонков, которые я проигнорировала. Поэтому сейчас была настроена на допрос с пристрастиями, начавшийся незамедлительно.

– Аня! Что с твоим телефоном? – налетела подруга, как только заметила меня.

– Все в порядке, – невозмутимо ответила, раздеваясь.

– Тогда почему не отвечаешь на мои звонки?

– Ты с улыбкой смотрела, как меня из ресторана уносит левый мужик! Действительно странно, что я не отвечаю! – не сдержавшись, повысила голос.

– Плохо, что я радуюсь, когда за моей подругой ухаживает нормальный мужик? – изумленно спрашивает, разведя руками. Господи, она в правду не понимает, в чем дело!

– Ухаживает?! – в голосе проскальзывают истерические нотки от абсурда, что она несет. – Он, не считаясь с моим мнением, закидывает меня на плечо, как пещерный человек, и уносит непонятно куда! Это называется ухаживает?

– А ты хочешь, чтобы он три года носил тебе цветы из соседской клумбы, боялся взять за руку и целовал, спросив при этом разрешения? Сколько у тебя таких было? – таких? Ох, немало. – И где они все? В пи… – звук открываемой двери прервал подругу, из недр словарного запаса которой собиралось вырваться крепкое словечко. В проеме двери стоял мужчина с перебинтованной рукой.

– Перевязка через полчаса! – строго проговорила Юлька, быстрым шагом приблизившись к двери и захлопнув ту перед носом не успевшего возразить пациента.

Внезапный гость явно поумерил пыл озабоченной моей личной жизнью подруги, так как та, сдувшись, приземлилась на ближайший стул.

– Анька, тебе не восемнадцать лет, да и он давно не мальчик, – каким-то обреченным голосом продолжила она. В принципе, надеяться, что от меня отстанут, было глупо. – К чему эти игры в "побегай за мной, чтоб заслужить мою улыбку". Он же привлекает тебя как мужчина. Не спорь! – пресекла мою попытку возразить.

– Не спорю, но ты правильно сказала. Мне не восемнадцать лет, чтобы бездумно нырять в омут чувств. Начиная какие-либо отношения, я хочу иметь надежду, что они могут привести к браку. К счастливому браку. А для этого брутальной морды и умения классно целоваться недостаточно!

– Вы целовались, – с поистине детским восторгом пропищала она.

– Ты вообще слушала, что я говорю?! – возмутилась я. Моя жизнь для нее как новый сериал?

– Конечно. И я не понимаю, в чем проблема. С чего ты взяла, что у вас ничего не получится? Ты же шанса не даешь!

– Потому что мне не подходит формат отношений, в которых все решается за меня.

– Да что ты говоришь? – язвительно ответила Юлька, округленными глазами смотря на меня. – Несколько дней назад у себя дома ты говорила иначе.

– О чем ты? – пытаюсь понять, что она имеет в виду и вспоминаю совместный просмотр сериала. – Да я же не серьезно! Ну, точнее, я не это имела в виду! И вообще, не сравнивай сериал с моей жизнью!

Нас снова прервали. Но на этот раз в кабинет зашел заведующий отделением, держа у лба бутылку минералки. Из холодильника, как полагаю.

– Девушки, что ж вы так шумите? Ну войдите в положение, все же вчера… – наткнувшись взглядом на меня, замолчал. Несколько мгновений в помещении царила тишина, пока Артем Витальевич недоуменно взирал на меня.

– Покровская, что вы здесь делаете?

– В каком смысле? – переглянулись с Юлькой, которая также, как и я, не поняла его вопрос. – Работаю. Точнее, собираюсь, – добавила тише из-за накатившего чувства стыда. Уже минут десять, как я должна выполнять свои обязанности, а не трепать языком.

– А должны быть дома. Ну или не дома. В общем, не в больнице. Главврач распорядился дать вам выходной, так что на выход. Не надо мне тут проблемы устраивать.

– Но Артем Витальевич…

– Я сказал домой! – не дав договорить, непреклонным тоном перебил меня и вышел. Теперь все мужчины в моей жизни будут мной командовать?

Недовольно сопя, накинула верхнюю одежду под взглядом Юли, в глазах которой застыл немой вопрос.

– Ничего не спрашивай. Давай потом встретимся?

– Ладно, но ты все равно не отвертишься – кивнув, чмокнула ее в щеку, вышла в коридор и направилась, как и приказано, на выход.

Ну что же. Выходной, так выходной. Нет, я могла бы настоять, сходить к главврачу, напроситься работать, но… Если даже не предлагают, а настаивают на отдыхе, то я не дура, чтобы отказываться.

А Филатов может идти лесом со своими планами. Проведу день как душе угодно. Наберу ванну, добавлю пены, открою ароматный скраб. Кажется, у меня был со вкусом шоколада. Идеально. Главное, что не клубничный. Ее в моей жизни достаточно.

Зашла в квартиру в приподнятом настроении. Яша не разделял мой оптимизм, светя недовольной мордой из-за того, что хозяйка вернулась раньше обычного, нарушив его дневной покой. Его проблемы.

Вдоволь отлежалась в ванне с воздушной пеной, утолила женскую потребность в масках, кремах и лосьонах так, что в квартире, судя по запаху, открыли филиал косметического магазина.

Разморенная, расслабленная прилегла на диван. Как мало нужно женщине, чтобы снять нервное напряжение. Есть, конечно, еще один действенный способ, но с ним последнее время все глухо.

Поймала внутренний покой, не иначе. Другого объяснения тому, что, ответив на звонивший телефон, в динамике которого раздался голос Филатова, не кинула тот в стену, нет.

– Да?

– Привет, Колючка, – похоже, я начинаю привыкать к нелепому прозвищу, потому что даже тень злости не промелькнула в душе. – Я подъеду через полчаса.

– Хорошо, – подъезжай, мне не жалко. Тогда и узнаешь, что я думаю об идее поездки, раз по-другому ты меня не слышишь.

Заткнув уши наушниками, включила музыку, планируя игнорировать какие-либо проявления настойчивости Олега.

В назначенное время на дисплее высветился звонок от абонента «Прилипала», добавленного мною раннее. Отклонить. На лице расплылась зловещая улыбка, подогреваемая внутренним чувством превосходства. Неприятно, когда тобой пренебрегают?

Спустя несколько минут сквозь музыку в наушниках расслышала трель дверного звонка. Наивный. Сделала громкость побольше и, откинувшись назад, закрыла глаза.

Несколько песен сменили друг друга, когда наушник из правого уха выпал. Точнее, ему помогли, выдернув.

Шокировано распахнув глаза, поперхнулась сделанным вдохом. Передо мной, склонившись, стоял Олег. Пребывая в полном недоумении по поводу того, как он очутился в моей квартире, которую я точно запирала, пропустила один важным момент.

Я лежала в коротеньком халате на голое тело, открывающем обзор на мои обнаженные бедра, а чуть распахнувшийся ворот чудом скрывает сосок на левой груди.

Стоит ли сомневаться в том, что Олег упустит возможность «облапать» взглядом все, что невольно ему предоставили? Нет. К тому моменту, когда я, отмерев, запахнула халат, Филатов обследовал глазами каждый кусок обнаженной кожи, заставив мое лицо пылать как у девственницы в первую брачную ночь.

– Ты как сюда попал?! – оттолкнув его, мигом поднимаюсь и бегу к шкафу. Достаю первое, что попалось под руку, чтобы прикрыться. Длинный кардиган до колен наконец скрывает от жадного взгляда то, что ему не предназначалось видеть.

– Замок у тебя хлипкий, – хриплым голосом отозвался Олег, делая шаг в мою сторону.

– Стой на месте! – вытянув руку, останавливаю приближающегося мужчину. – Ты что, мой замок сломал?!

Всегда, когда думала о том, что в мою квартиру могут ворваться чужие люди, предполагала, что скачусь в истерику от страха. Сейчас же, оказавшись почти в такой ситуации, я только гневно пыхтела, стараясь унять желание влепить наглецу пощечину. Не потому, что его жалко, просто на вид он весь из стали. Руку об него еще не хватало сломать.

– Нет, зачем? Просто вскрыл, – оставив попытки приблизиться ко мне, как ни в чем не бывало, уселся на диван, откинувшись на спинку и закинув согнутую ногу на колено.

– Просто вскрыл, – горькая усмешка сорвалась с губ. Я чувствовала, как умиротворенное состояние, господствующее в душе каких-то пять минут назад, полетело к черту!

– Вообще-то сначала я звонил, но ты не открыла, – непринужденно пожав плечами, аргументировал свои действия.

Его логика меня убивает. Точнее, приводит в бешенство. Мне не открыли, но мне очень нужно, значит я вскрою замок. Вскрою! Твою мать, с кем я связалась!

– Хорошо, раз ты не понимаешь намеки, скажу прямо. Я с тобой никуда не поеду!

Была четко настроена выпроводить его из дома, где ему не место. Он даже не вписывался в мою маленькую квартиру. Здесь все под меня. Небольшой диван, шкаф, низкие проемы, высокие стулья, компенсирующие мой небольшой рост. Он выглядел нелепо, будто пришел на аттракцион под названием «Комната лилипута».

– Ань, – не Колючка. Даже не привычно как-то, – мы это уже проходили. Если тебе нравится, когда я ношу тебя на руках, то без проблем. Просто попроси. Я даже учту твое пожелание.

– О чем ты?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.