# В СССР секса не было. Второе издание

Сергей Алексеевич Воропанов

Вышедший ранее сборник рассказов "В СССР секса не было", судя по количеству скачиваний, безусловно нашел своего читателя. Центральное место в сборнике занимает одноименный рассказ, рассказ о вполне себе обычной советской семье Николаевых на фоне катаклизмов эпохи, эпохи крушения Великой Красной империи.

Совершенно случайно в наши руки попали стихи, написанные одной из главных героинь повествования, Ниной Николаевой.

Второе издание сборника дополнено случайно обнаруженными стихами Николаевой Нины.

Содержит нецензурную брань.

## Она была у меня первая

Я нежно взял ее, погладил.

Вдохнул ее тревожный восточный аромат.

Коснулся ее губами… Ощутил языком ее шершавую пряность.

Восточное имя ее означало "Крыша вселенной".

Каким-то странным образом она одновременно и притягивала, и отталкивала.

Было страшно до тошноты. Дрожали руки, но очень хотелось узнать, а как это?

Сердце бешено стучало где-то в горле, голова кружилась…

Закончить я так и не смог. Это простительно, ведь она была у меня первая.

Моя первая сигарета «Памир».

2018, весна.

## Она у нас была первая

Году в 92-93 прошлого века друг позвал пробовать продукт конверсии – советскую микроволновку. Первую в его (и моей) жизни.

Весила эта штука не знаю сколько, но в Жигуль не поместилась. Пришлось грузовичок ловить.

Проверили на яичнице… Тут и водка сама собой откуда-то появилась.

В итоге постановили, что в сковородке яичница вкуснее, но под водку пойдет и так.

2018, весна.

## Грустная история про секс, выпивку и пение

Секс был неплох. Да, очень неплох.

– Что-то выпить хочется, – сказала Она, жмурясь от удовольствия.

– Ты же знаешь, я не пью, – вздохнул Он, – лучше покемарю, устал манёхо.

Она выпила одна, помолчала.

– Сейчас запою, – уже заплетающимся языком пробормотала Она.

– Не стоит. Поспи лучше, – но Она не послушалась и запела своим тонким, писклявым голосом.

– И секс был неплохой, и выпила изрядно… Нет, ей еще пение подавай, – последнее, о чем успел подумать Он.

– Достали эти комары, – последнее, что услышала Она.

Резкий хлопок нарушил тишину летней ночи.

2019, лето.

## Прикольный дедушка

Николай Вячеславович возвращался домой в приподнятом настроении, да и не только настроении. До сих пор было приподнято то, что легким домиком оттопыривало эти дурацкие летние штаны с по щиколотку отрезанными штанинами.

На нем была крутая майка из фирменного магазина болельщиков "Барселоны" и дурацкая шляпа а ля Дом-2. Видок был еще тот. Но Вячеславыча, а так звали уже давно Николая близкие друзья, а с годами и не только они, это не смущало.

Кстати, о годах… Вячеславычу было… Ну не то, чтобы пенсионер, а очень близко к этому. Буквально полгода.

Дело в том, что Вячеслявыч обновил личный рекорд. Почти десять лет назад, в пятьдесят Вячеславыч, как-то без особых усилий со своей стороны и особого сопротивления с противоположной, завалил двадцатипятилетнюю лаборантку. И неплохо так завалил… Всем понравилось. Завал более не повторялся, а между ними установилась близость двух переспавших друг с другом людей, двух преступников, которая только и может на долгие годы сохранить искреннюю дружбу между мужчиной и женщиной.

Зафиксируем: пятьдесят делим на двадцать пять, получается два.

Теперь волею случая он пошел на рекорд. И высота была взята!!!

Да как взята! Два раза вечером. Утром разок. И еще разок вечером прямо перед отъездом с дачи, когда таксист уже сигналил, что пора. Под клаксон-то неплохо идет, подумал тогда Николай Вячеславович.

В такси Вячеславыч успел в потемках заднего сиденья залезть подруге в трусики (фигура речи, – трусиков как раз то и не было), довел ее до полного восторга, сам чуть не кончил и чувствовал себя Леонардо Ди Каприо, обоими Дугласами, Кирком и Майклом, одновременно и почему-то Штирлицем.

"Определенно в такси, даже в самом слове "такси" есть что-то эротическое, порочное даже", подумал Николай Вячеславович. "Советские люди в такси не ездят!" – вспомнилось как-то не кстати.

Алка, подругу дачную звали Аллой, была коллегой Вячеславыча, познакомились они на корпоративе, именно так сейчас называют старые добрые советские еще попойки на почве производительных сил и производственных отношений. И как-то мгновенно и сразу он поняли, что между ним и тридцатилетней Алкой не только производственные, но и прочие отношения наладятся, и сил производительных на это хватит.

Алка была великолепна! Маленькая грудь, тонкие кисти рук, тонкие же щиколотки… Тонкая кисть и тонкая щиколотка определяли всегда для Вячеславыча породу. К породе Николай Вячеславович относился серьезно, если не сказать фанатично. Широкая кисть руки всегда стоила ее обладательнице вздохов, слез и вечернего одиночества под душем, прерываемого стонами: "Мудак, ой мудак!"

Николай Вячеславович мудаком, конечно, не был. Ну не восставал у него при виде пролетарской кости! Такая вот классово-сексуальная загогулина!

Продолжим, однако: узкие мальчишеские бедра, упругая попка и особенно прическа… Он никогда не видел таких причесок. По гладкой, абсолютно гладкой маленькой штучке ее вертикально пробегала едва заметная дорожка. Алка потом объяснила, что это красиво, но очень дорого и больно. А как это называется по-научному Вячеславыч забыл.

"Потом спрошу еще раз", – подумал Николай Вячеславович.

И вот высадив Алку метров за двести от ее дома, он решил прогуляться. Осмыслить произошедшее. Нет, если подходить формально, то рекорд даже и не был повторен. Но это если формально! А четыре раза за сутки! А поправочный коэффициент?!

На скамеечке возле его дома сидели малолетка и мужчина лет тридцати. Нескрываемая причина сидения обнаружилась достаточно быстро. В наступивших сумерках задравшаяся юбчонка предательски обнажила белеющую, не загоревшую еще попку. Малолетка сидела на мужской ладони.

"И чего их так на взрослых мужиков тянет?" – успел еще подумать Николай Вячеславович, падая.

"Прикольный дедушка!", – было последнее, что он услышал. Говорила малолетка.

Скорая и полиция приехали на удивление быстро.

2014, лето.

## Извращенец

Решил Николаич лет десять назад купить книгу «Большая грудь, широкий зад», главное произведение выдающегося китайского романиста наших дней Мо Яня, китаец как раз Нобелевскую премию получил. Книга являет собой грандиозное летописание китайской истории двадцатого века страниц под тысячу.

Пошел в самый большой книжный магазин маленького бандитского городка, где за слово "метросексуал" могли не то что убить, но табло начистить – это точно. Посмотрел на полках "Классика", "Бестселлеры", "Современная иностранная литература", – отсутствует искомое произведение.

Пошел к девушке за компьютером и тихонечко: "У вас "Большая грудь, широкий зад" имеется?" Девушку ошалелыми глазами смотрит на извращенца, густо краснеет и лихорадочно шарит рукой перед собой то ли в поисках Кольта, то ли перцового баллончика, то ли тревожной кнопки вызова полиции. Во избежания кровопролития быстро-быстро запричитал лже-развратник: "Книгатакая… книгатакая… такаякнига… китайскогоавторакнига…"

Разобрались, слава Богу. Успокоилась. Постучала пальцами в клавиатуру. "Есть, – говорит и второй сотруднице через весь зал кричит дура, – Катя, у нас «Большая грудь, широкий зад» на какой полке выставлена? Мужчина вот хочет!"

"На полке 18+", – опять же через весь зал орет дура-Катя.

Весь зал, естественно, принялся пристально рассматривать мужчину при очках, усах и в галстуке, так неосторожно востребовавшим порнуху всенародно. Взгляды были и любопытные, и восхищенные, и заинтересованные, и одобряющие попадались, но большинство, мягко сказать – осуждающие.

Слава Богу, студентов своих в книжном магазине Николаич не заметил. Вышло чтение книг из моды в XXI веке у молодёжи на бывшей одной шестой части земной суши.

С этого дня рейтинг Николаича резко подрос. Мужики на кафедре стали приглашать его на всяческие мужские мероприятия: в сауну, на рыбалку и даже один раз на охоту. Женщины же, даже с других кафедр, томно закатывали глаза и постоянно читали свои и чужие стихи про любови всякие и чувства.

2012, осень, Тольятти.


Кстати, порнухи-эротики в книге практически нет, там больше про еду и про постоянное чувство голода у огромной миллиардной нации.

## Легенда о Кабачке и о том, как появились Охранники

Давным-давно, далеко-далёко на берегу теплого моря жила Рыбачка с Рыбаком. Жили они очень бедно, и детей у них не было. Бедно жили они потому, что у Рыбака руки из жопы росли, и не мог он поймать ни одной рыбы. А детей не было потому, что и в море, и в постели Рыбак ни на что не годился. Мудак, одним словом, был этот Рыбак.

И взмолилась Рыбачка

– Боже, дай мне на пропитание что-нибудь такое же вкусное и разнообразное, как рыбы!

И дал Бог Рыбачке Кабачка. Вкусный и разнообразный, как рыбий народ. Мог быть Кабачок и маленьким, и большим, и просто огромным, как маленький кит. Мог быть желтым, зеленым, белым, в полоску, прямым, загнутым… А вкус!!!

Да и в постели Кабачок нравился Рыбачке гораздо больше, чем её Мудак.

Рыбак с горя хотел застрелиться, но он был Мудак и не умел пользоваться не только удочкой, но и ружьем. И ушел Рыбак в Большой Город и устроился работать Охранником в супермаркете.

2021, макушка лета.

## Алеся

– Алеся, первая буква «А», – просто представилась она.

Высокая, стройная, короткая стрижка, светлые волосы, обычное лицо, мини-юбка, красивые ноги и высокие, знаешь, такие выше колена, б…дские сапоги. В общем ничего особенного.

Но сердце мое остановилась. Не так, как в стихах или романах, а реально остановилась. Оно перестало биться, и я умер. Умер от любви. Спас меня директор, назначивший срочное совещание. А умирать до и во время срочных совещаний, как известно, не положено.

Алесю определили в отдел, расположенный на другом этаже, и виделись мы не часто, даже не каждую неделю. Но каждый раз, увидев ее я… Ну, в общем, как в первый раз.

– Любовь, ну, ты знаешь, Вован, это же что-то на молекулярном уровне. Метафизика, нанотехнология. Загадка любви…

– Нанотехнологии – это очередная разводка Чубайса, – рубанул мой попутчик и взглядом предложил не откладывать на потом вторую бутылку коньяка. Кивком головы идея была поддержана.

Со временем из разговоров офисных девочек узнал, что Алесе двадцать, очень удобно, как раз тридцать лет разницы. Год назад вышла замуж, в замужестве счастлива.

– Неделю назад встретил ее в лифте. Нет никого эротичней, чем молодая счастливая беременная женщина. И я умер опять. А так как срочных совещаний не предвиделось, очнулся уже в медпункте.

– Такие дела, Вован. Здоровый, крепкий мужик, офицер бывший, в горячих точках поучаствовать пришлось, и не раз. И вот такое…

– Да нормально у меня со здоровьем! И контузии не было… И с бабами у меня нормально. Развелся, конечно, кому нужен мужик, который на войну, как на работу ходил?