Ольга Айк
Когда цветёт папоротник

Пролог

Айка прислонилась спиной к жёсткой коре дерева и замерла, прислушиваясь к шороху травы и листьев. Шаги стремительно приближались, но с какой стороны, она определить не смогла. Девушка невольно прижала ладони к стволу, впившись в шероховатую поверхность ногтями. Она затаила дыхание, опасаясь, что её заметят. Сердце неистово колотилось о рёбра, словно пойманная в клетку птица, ищущая свободу. И почему она позволила загнать себя вглубь леса? Как могла поверить его речам? Какой же глупой она была, принимая его приглашение. Сдался ей этот цветок папоротника. Да с чего она вообще решила, что он существует? Вот же наивная.

Не стоило так далеко уходить от друзей вместе с ним. Сможет ли она сама найти дорогу обратно или ей придётся выдать своё местоположение? Их смех и голоса сюда не доносились. Даже если она позовёт их, вряд ли они услышат её крик. А вот его внимание она точно привлечёт.

Внезапно до неё дошло, что её уже некоторое время окружает звенящая тишина. Значит ли это, что она наконец-то осталась одна? Айка сделала глубокий вдох, чтобы немного успокоиться и подумать, как поступить дальше.

– Вот я и нашёл тебя, красавица, – парень опёрся руками о ствол дерева вдоль плеч девушки, отрезая ей путь к отступлению.

Айка вздрогнула от неожиданности, с горла вырвался тихий вскрик. Он подкрался так тихо и незаметно, что она не поняла, откуда он появился. Губы юноши растянулись в хищной улыбке. В темноте его силуэт казался зловещим и опасным. Айку охватила паника.

– Больше бежать некуда. Я поймал тебя в «Горелки», помнишь? Разве, я не заслужил за это награду?

Он склонился, намереваясь сорвать поцелуй. Айка дёрнулась, в попытке избежать этого, и его губы лишь скользнули по её щеке.

– Неужели, я не нравлюсь тебе? – парень чуть отстранился и окинул её взглядом с головы до ног. – Ведь ты сама преподнесла мне венок и согласилась пойти за цветком.

На это возразить было нечего: высокий, русоволосый юноша с пронзительными голубыми глазами и острыми чертами лица, сразу привлёк её внимание. Девушки одаривали его венками в надежде получить от него поцелуй, но только Айке удалось заинтересовать его. А когда он предложил отправиться на поиски цветка папоротника, не смогла отказать.

– Ты ведь не из нашего села, верно? Я тебя здесь раньше не видел. Как тебя зовут?

– Айка, – выдавила она. Страх сковал её тело, лишив возможности шевелиться. – Я из соседней деревни. Здесь живёт моя старшая сестра. Наверняка, она уже волнуется за меня. Мы должны вернуться.

Она посчитала, что слова остановят его, но её надежды рассеялись в прах, когда он завёл руку ей под затылок и повернул лицом к себе.

– Вернёмся, – он взял её за подбородок и приподнял. – Обязательно вернёмся, но не ранее, чем я получу свой приз.

Юноша навалился на неё, вжимая в дерево. Грубая кора больно впилась ей в спину, царапая кожу сквозь тонкую ткань сарафана. Айка зажмурилась и стиснула зубы, почувствовав, как холодные губы накрыли её рот, настойчиво требуя ответного поцелуя. Он обвёл языком контур её губ, провёл по щеке и чуть прикусил мочку уха.

– Ты приглянулась мне сразу, как только я тебя увидел, – прошептал он. – Такая удача, что ты выбрала именно меня.

      Его рука поползла вдоль тонкой талии, спустилась к бёдру и, безжалостно смяв ткань, забралась под платье. От его прикосновений, Айка опешила. Внутри всё похолодело. Выставив руки вперёд, она попыталась оттолкнуть случайного знакомого, но тщетно – он был слишком тяжёлым для неё.

– Не бойся, – его горячее дыхание обожгло ей шею. – Мы здесь совершенно одни. Никто нам не помешает. Разве тебе со мной не весело?

Тревога ледяными пальцами сдавила ей горло, впиваясь острыми когтями ужаса и отчаяния. Сердце Айки билось в груди, словно загнанный в ловушку зверёк. Она безуспешно колотила захватчика кулаками, в надежде вырваться. Парень лишь ухмыльнулся и одной рукой схватил её запястья. Пальцы другой руки настойчиво продолжали скользить по её обнажённой коже, поднимаясь вверх по бедру.

– Не сопротивляйся. Тебе понравится, обещаю, – он завёл руки ей над головой.

– Пусти меня, – взвизгнула пленница, но её слова заглушил грубый поцелуй.

Его язык проник ей в рот. Айка с силой сжала челюсти и ощутила металлический вкус крови. От неожиданности парень ослабил хватку и отстранился. Айке удалось высвободить руку. С яростью она впилась ногтями в шею назойливому кавалеру, оставляя на коже кровавые борозды. Юноша отшатнулся, выпуская девушку из цепких объятий. Одной рукой он прикрыл шею, а другую приложил к губам.

– Ах ты, дрянь! Ты укусила и поцарапала меня! – в ярости взревел он, рассматривая алые пятна, оставшиеся на ладони. – Да как ты посмела?

Воспользовавшись его замешательством, Айка отпихнула случайного знакомого и кинулась прочь. Кровь стучала в ушах, заглушая посторонние звуки. Щёки горели, а слёзы застилали глаза. Обернуться она не смела, мчась вперёд, не разбирая дороги.

Ноги утопали во влажной почве, и в какой-то момент Айка зацепилась за корень дерева. Она невольно вскрикнула, прежде чем растянулась на сырой земле. Предвкушение свободы погасло также быстро, как и появилось.

– Вот ты где, – послышался над ней голос преследователя. Парень наклонился и резким рывком перевернул девушку лицом к себе. – Я лишь хотел познакомиться с тобой поближе. Возможно, взять в жёны, а ты…

– Отпусти меня. Пожалуйста.

– Сначала я так и хотел сделать, но ты покалечила меня. Придётся тебе за это ответить.

Он навалился на неё, подмяв под себя. Под его весом грудь сдавило так, что ей стало трудно дышать. Айка захрипела. Не оставляя попыток вырваться, девушка нащупала камень и, схватив его, ударила насильника чуть выше виска.

В его глазах промелькнуло изумление, тут же сменившееся гневом. Хватка ослабла лишь на мгновение, выбраться Айка не успела. Юноша выругался, сильнее прижав её к земле. Из раны по скуле, челюсти, подбородку потекла тонкая струйка крови, закапав на щёку девушке.

Всё произошло слишком быстро – она не заметила, как в руках отвергнутого парня сверкнуло лезвие ножа; лишь ощутила жжение в груди. Из лёгких вышел весь воздух. Светло-зелёная ткань быстро окрасилась красным. Зрачки расширились от страха и боли. С губ сорвался стон.

После первого удара последовал второй, затем третий, четвёртый. Боль острыми когтями терзала её тело. К горлу подступил ком, затрудняя дыхание. Рот наполнился вязкой тёплой жидкостью с привкусом железа. Она больше не могла кричать. В глазах потемнело. Сознание медленно покинуло её, принеся с собой долгожданное освобождение.

– Айка! – голос старшей сестры ворвался в её разум, возвращая в реальность. Он казался таким далёким, и в то же время звучал совсем близко. – Айка, где ты? Ау!

– Айка! – ещё один голос, принадлежащий брату подруги.

Друзья. Они пришли за ней. Слабая надежда коснулась её сердца. Айка медленно втянула воздух. Лёгкие отозвались режущей болью.

– Я здесь, – только вместо слов раздалось бульканье, с уголков губ брызнула кровь.

Зов ребят продолжался, постепенно удаляясь, а она никак не могла ответить. Айка хотела вытянуть руку, дать знак, чтобы её заметили, но тело не слушалось, словно налилось свинцом. Её вновь окружила тишина. Она снова осталась одна. По щекам потекли слёзы.

Айка не знала, сколько прошло времени, не в силах даже пошевелиться. Боли больше не было, только обжигающий холод, будто она лежала на льду. Тело онемело. Жизнь постепенно покидала её – она чувствовала, как сердце замедляет свой ритм. Смирившись с безысходностью, она смежила веки.

– Ах, вы только посмотрите, какая красавица. Ну разве она не прелестна: у неё такая белая кожа, – её лица коснулось что-то прохладное, – и мягкие локоны. – Незнакомка пропустила прядь между пальцев. Айка с трудом открыла глаза и увидела перед собой девушку. Та сидела на земле и с любопытством рассматривала её. В свете луны её волосы отливали зеленоватым оттенком. – Ой, она ещё жива.

– Она похожа на нас, вы не находите? – рядом с подругой склонилась ещё одна девушка. – Мы ведь можем сделать её нашей сестрой?

– Нет, – оборвала их третья, остановившись позади. – Она не утопленница. Мы не можем забрать её.

– Почему? – обиженно надула губки первая, самая младшая на вид. Она запрокинула голову на старшую сестру.

– Эта девчонка не наша забота. Пусть Мара сама разбирается с ней. Я не хочу навлекать на себя гнев богини смерти.

– Предлагаешь оставить её здесь? – вставила ещё одна, обняв старшую за плечи. – Ты такая злая. А ведь мы могли бы ей помочь.

– Нам всего лишь нужно немного подтолкнуть её к озеру, – предложила пятая, бесшумно опустившись рядом. «Она что спрыгнула с дерева?» – В таком состоянии ей не выплыть. И тогда мы примем её в нашу семью. Уверена, ей понравится резвиться с нами. А уж если такое с ней сотворил парень, то она будет не прочь отомстить.

– Ну же, соглашайся, сестрица. Из неё выйдет прекрасная русалка.

– Не хочу в этом участвовать. И уж тем более ссориться с Марой, – старшая махнула рукой и отвернулась. Длинные волосы заструились по спине зелёной волной.

– Если мы сделаем всё быстро, то она даже не узнает.

«Русалки?» Айка была наслышана о них, но ей никогда не доводилось видеть их собственными глазами. Водные девы, соблазняющие мужчин и забирающие их жизни. Неужели она станет одной из них? Хотела ли она этого? Пожалуй, нет. Но сейчас ей было всё равно, лишь бы остановить боль, терзающую её тело, и прекратить мучения.

– Тебе больше не придётся страдать, – одна из утопленниц, словно прочла её мысли. – Идём с нами. Мы позаботимся о тебе.

Айка почувствовала, как две девушки подхватил её под руки и потащил по влажной земле. Сопротивляться не было ни сил, ни желания, и она закрыла глаза, покорившись судьбе.

– Что я вижу.

Высокий женский голос заставил всех встрепенуться. Айка неожиданно выскользнула из рук незнакомок.

– Я пришла за неосквернённой душой, а вы вздумали обмануть меня? Решили, я не почувствую её? Прочь, мерзкие создания.

      Айка услышала тихие шаги и приподняла веки. Над ней стояла молодая женщина с длинными чёрными волосами в струящемся белом платье. Взмахнув рукой, она разогнала русалок. Нечисть бросилась врассыпную, подальше от пришелицы. Две спрятались за деревьями, две скрылись в воде, и лишь старшая из них осталась стоять на месте.

Оказавшись на безопасном расстоянии, озёрные девы высунулись из своих укрытий, наблюдая, как женщина склонилась над Айкой, внимательно рассматривая окровавленное тело. Услышав слабое биение сердца и рваное дыхание девушки, гостья пришла в ярость. Она вскинула голову и гневно обвела взглядом присутствующих. От её ледяного взора утопленницы съежились от страха.

– Хотели завладеть тем, что вам не принадлежит? Я вижу на ней глубокие раны, нанесённые острым предметом, а значит она не одна из вас.

– Но это наша добыча, – пропищала одна из русалок, выглядывая из-за дерева, – мы имеем право забрать её.

– Неужели? – незнакомка сверкнула глазами в её сторону, от чего той стало не по себе. – Как ты посмела возразить мне? Низкое создание, ты хоть имеешь представление, с кем говоришь? Стоит мне только захотеть, и от тебя не останется ничего. Твоё бесплотное тело обратится в туман, что к утру рассеется и осядет росой на траве. Душа отправиться в мою обитель, где останется запечатана навек в вечной темноте. Ты этого желаешь?

Она сделала шаг навстречу водной деве. Та в страхе попятилась.

– Прости эту неразумную девчонку, Мара, – вступилась за подругу старшая русалка, встав между ней и богиней. – Она у нас новенькая и не знает правил хороших манер. Мы не хотим ссориться с тобой. Нам не нужна эта смертная. Я не стану претендовать на её душу и тело. Отпусти нас, пожалуйста.

– Думаю, твоя сестра заслуживает наказания.

– Я преподам ей урок. Она больше не посмеет перечить старшим.

На некоторое время повисла тишина. Мара сверлила глазами утопленницу, размышляя над её словами.

– Сегодня у меня хорошее настроение, – наконец произнесла она. – Прочь с глаз моих, пока я не передумала.

Богиня взмахнула рукой, давая возможность русалкам сбежать. Призрачные девы поспешили к пруду. Под пристальным взглядом Мары, они бросились в воду, где незамедлительно скрылись в глубине.

Мара опустилась на траву рядом с Айкой и ласково провела рукой по её волосам.

– Кто ты? – слова не слетели с губ Айки, но незнакомка услышала их.

– Я Мара – богиня плодородия и смерти, правительница трёх миров.

Мара. Неужели сама богиня смерти пришла за ней, чтобы избавить от страданий и забрать душу в мир мёртвых?

– Такая молодая. Невинная. И красивая. Жаль, что твоя земная жизнь оказалась столь коротка. – В голосе богини послышались скорбные нотки. – Но, если ты позволишь, в моей власти подарить тебе другую. Я сотру из памяти все твои печали. Ты забудешь о прошлом, что причинило столько боли. Взамен я дам тебе новоё имя и новую жизнь. Согласна ли ты пойти со мной?

– Да, – Айка зажмурилась, по щекам потекли слёзы. Вот и всё. Это конец. Но ей больше не за что было цепляться. Она мысленно попросила прощения у сестры и попрощалась с родителями. – Я готова.

Мара сдержанно улыбнулась и прижала руку к её груди. Вспышка света, вырвавшаяся из-под ладони, ослепила девушку. Тело пронзила невыносимая боль. Казалось, её охватил огонь, выжигая всё изнутри. Айка выгнулась и потянулась вслед за свечением. Мгновение спустя она увидела своё бездыханное тело, распростёртое на холодной земле. Сама она стояла позади Мары, склонившейся над истерзанной девушкой, некогда бывшей Айкой.

Она с изумлением осмотрела себя. Кровь больше не сочилась из её ран, а вот изорванные, перепачканные липким и бурым одежды; спутанные, покрытые грязью волосы; исцарапанные руки и обломанные ногти – представляли собой жалкое зрелище. Крик ужаса сорвался с её губ, и она поспешила прикрыть рот ладонью.

Богиня медленно выпрямилась и повернулась к ней:

– Ты сделала свой выбор. Я подарю тебе золотые крылья. Отныне ты станешь одной из моих вил и будешь служить мне. Семаргл!

Айка услышала шелест за спиной и обернулась. Из-за деревьев, мягко ступая по влажной почве, показался белый волк ростом с телёнка. Девушка взвизгнула и отскочила к Маре.

– Не бойся, – богиня положила руки ей на плечи. – Семаргл – мой слуга. Он отнесёт тебя во дворец.

Зверь подошёл ближе и, повернув голову в сторону девушки, уткнулся носом ей в ладонь. Айка вздрогнула и замерла. Волк медленно втянул воздух, исследуя её запах. Сверкнув на неё янтарно-рубиновыми глазами, он расправил крылья и опустился, подставляя спину.

– Крылатый волк? – удивилась девушка, рассматривая белоснежные перья. Зверь оскалился и фыркнул, словно усмехнулся над её словами.

– Садись, – подтолкнула её Мара.

– А моё тело? – она кинула взгляд на место, где только что лежала. Теперь там осталась лишь примятая трава, обагрённая кровью.

– Об этом тебе больше не стоит беспокоиться.

Что-то в её тоне заставило Айку не задавать лишних вопросов. Она неуверенно дотронулась до белоснежной шерсти и неловко взобралась верхом на волка. Тепло его тела успокаивало и придавало сил. Боль и страдания пережитой ночи исчезли. Девушка обхватила зверя за шею и прижалась щекой, утонув в мягком волосяном покрове.

– Держись крепче. Как только пересечёшь границу двух миров, ты лишишься всех воспоминаний. От агонии, что испытаешь, ты потеряешь сознание.

Айка не сразу поняла, что низкий гортанный хрип принадлежал волку. Она не успела удивиться в очередной раз – богиня кивнула, давая знак слуге.

– Береги её, Семаргл. Такие вилы, как она – редкость.

В ответ волк поклонился и, взмахнув крыльями, взмыл в ночное небо.

1
Милорада

Непривычная в это время суток суета в холле не могла не привлечь всеобщее внимание. Шум нарушил и её покой. Ещё издали она заметила столпившихся вил у главных дверей. Среди них она узнала и Руслану. Длинные тёмно-каштановые волосы, золотисто-бронзовая кожа и высокий рост отличали её от остальных. Руслана стояла позади непрерывно перешёптывающихся девушек, не пытаясь подходить ближе.

Милорада ускорила шаг. Платье непривычно зашуршало, путаясь между ногами. Крылышки слегка подрагивали, и она с трудом подавила желание воспользоваться ими. Покинув коридор, Милорада оказалась в просторном светлом холле. Высокие узорчатые пилястры подпирали сводчатый потолок. Хрустальные стены украшали причудливые разводы, какие зимой оставляет на стёклах мороз. За арочными окнами открывался вид на сад с фонтаном из серого камня, окружённым белоснежными цветами, усыпанными инеем. Она любила проводить здесь время. Только на этот раз Милорада лишь мельком взглянула на заиндевелые розы, обвивающие шпалеру в виде арки у входа. До неё начали долетать обрывки фраз сестёр:

– Бедняжка, совсем ещё девчонка.

– Несправедливо умирать в таком юном возрасте.

– Какой же зверь мог сотворить такое?

– Волк?

Милорада представила, как Семаргл одарил обладательницу предположения недобрым взглядом, и та, опустив глаза, притихла. Она не сдержала улыбки.

– Может, человек? – неуверенно предложила ещё одна.

– Это вряд ли…

– Не стоит недооценивать смертных, – вставила Руслана.

– Что здесь происходит?

Властный голос Милорады разнёсся по залу, эхом отражаясь от кристально-ледяных стен, заставив остальных встрепенуться. Вилы расступились, пропуская её внутрь кольца. Она остановилась рядом с подругой.

– Руслана?

– Семаргл принёс новенькую. Кажется, её разорвали дикие звери.

В словах Русланы больше не было нужды, Милорада уже и сама увидела лежащую на полу растерзанную девушку. Изорванный сарафан едва прикрывал худенькое тело, волосы спутались от грязи и крови. Рядом, склонив в поклоне голову, стоял белый волк.

– Милорада… – начал Семаргл, но вила его перебила.

– Кто она?

– Нам пока не довелось познакомиться, – ответил собеседник, кинув мимолётный взгляд на тело девочки. – Госпожа Мара ещё не дала ей имя.

– А где она сама? – требовательно спросила Руслана.

– Слишком много дел. Купальская ночь – раздолье для нечисти. Госпожа просила передать, чтобы вы все отправились на помощь смертным.

– Сейчас? – не удержалась от вопроса одна из вил.

– Вероятно, эта девочка заблудилась в лесу в поисках цветка папоротника и погибла, – Семаргл даже не поднял голову в сторону возмутившейся. – Ваша работа осветить путь таким, как она, и проводить их до самого дома.

Вилы замешкались, растерянно переглядываясь друг на друга. Похоже, они не горели желанием покидать дворец сегодня.

– Что застыли? – громко произнесла Милорада. – Все слышали распоряжение Мары? Выполняйте. Охранять смертных – наш долг.

Она ещё раз посмотрела на распростёртое на полу тело девочки. К горлу подступила горечь. За годы, проведённые в теле вилы, она привыкла к подобному зрелищу – вилами становились лишь невинные безвременно почившие девушки, но каждый раз сердце болезненно сжималось при виде погибших по чьей-либо вине в ужасных мучениях.

– Мила? – она ощутила тёплую ладонь на плече. Оборачиваться не было нужды – Руслана всегда беспокоилась о ней. – Ты в порядке?

Она кивнула и направилась к выходу.

– Милорада, – окликнул её волк. Вила остановилась. – Тебя госпожа просила отнести в местность, где погибла новенькая. А Руслану – присмотреть за ней, пока Мара не вернётся.

Милорада состроила скорбную гримасу, но ослушаться она не посмела.

«Ну почему это должна была быть я? – мысленно простонала она, оказавшись у озера, где её оставил Семаргл. – Она ведь знает, как я ненавижу этих мерзких созданий».

«Ты – главная вила. Приструнить русалок – твоя обязанность». – Слова волка прочно засели у неё в голове, словно сама Мара отдала ей этот приказ.

Тишина вокруг не располагала к поднятию настроения. Солнце ещё не показалось из-за горизонта, хотя небо уже начинало светлеть. По земле серой дымкой стелился туман. Влажная почва неприятно холодила ноги. Милорада брезгливо поморщилась.

– Помогите! – пронзительный женский крик привлёк её внимание.

Она тихо выругалась и бросилась вперёд. Бежать по траве босиком было гораздо труднее и медленнее, но использовать крылья она не решилась, чтобы ненароком не испугать человеческую девушку, попавшую в беду. Вынырнув из-за деревьев, вила оказалась у озера. До неё донеслись всплески воды. Поверхность пруда подрагивала, расходящиеся круги указывали местоположение утопающей.

Времени на раздумья не оставалось, и Милорада прыгнула в озеро, погрузившись с головой. В нос ей ударил застоялый болотный запах вперемешку с гниющими водорослями. Она скривилась и задержала дыхание – оно здесь ей всё равно не пригодится. Сквозь толщу мутной воды Милорада едва смогла рассмотреть призрачные силуэты, окружившие тёмную фигуру. Русалки. Они обхватили добычу и тянули её вниз, на самое дно. Та уже не сопротивлялась, но пузырьки, поднимающиеся на поверхность, давали надежду, что она ещё жива.

Вила выпрямилась во весь рост, растопырила пальцы и расправила крылья. Светло-русые волосы, словно ореолом, окружали её голову. Внутри просыпался гнев, растекался по всему организму, пока не подчинил себе целиком. Многолетняя неприязнь к водным девам позволила Милораде призвать свет без особых усилий. Золотые всполохи заискрились и окутали её тело, озарив эту часть пруда, очищая воду и прогоняя мрак. Русалки встрепенулись и зашипели, обратив взор на незваную гостью.

– А ну прочь, нечисть болотная, – воскликнула вила. – Отпустите смертную, и, может, тогда я вас пощажу.

Утопленницы разразились хохотом от такой самоуверенности, что только раззадорило Милораду. Вцепившись в одежду человека, они явно не намеревались уступать свой трофей случайной свидетельнице.

– Да кто ты такая?

– По какому праву командуешь?

– Это наша территория.

Наперебой запричитали они. Самая решительная из них подплыла к разъярённой незнакомке вплотную и угрожающе оскалилась:

– Ты…

Вила не дала ей договорить. Она резко вскинула руку и сжала горло нахалки так сильно, что сбила с неё всю спесь. Ладонь Милорады запылала ярко-оранжевым светом, обжигая тонкую кожу русалки. Глаза призрачной девы расширились от ужаса. Вила растянула губы в злорадной ухмылке, от которой водной обитательнице стало не по себе.

– Как смеешь ты, мерзкое отродье, повышать на меня голос. – Она со злостью оттолкнула от себя деву. Сияние от её тела разгоралось ярче и резало глаза. Поверженная утопленница сжалась на дне пруда, потирая израненное горло. Вила едва удостоила русалку взглядом и обратилась к её сёстрам: – Меня зовут Милорада. Я – прислужница самой богини Мары. Стоит мне только пожелать, и всё ваше озеро превратится в кипящий источник. Всё живое погибнет, а от вас останется лишь горстка пепла. Готовы ли вы испытать на себе всю мощь моей ярости?

Вила вздёрнула подбородок и сжала руки в кулаки. Ненависть к русалкам, десятилетиями копившаяся внутри, переросла в неистовую разрушительную силу и начала выплёскиваться наружу. Вода вокруг неё, нагреваясь, тёплыми потоками расходилась по озеру. Ощутив смену температуры, девы завизжали и бросились в разные стороны, оставляя свою бессознательную жертву одиноко погружаться на дно.

«Сосчитай до трёх. Сделай глубокий вдох и медленно выдохни. Расслабься. Ты справишься. Я верю в тебя, Мила». Присутствие Русланы всегда помогало обуздать неконтролируемые эмоции. Сейчас же ей придётся справиться самой.

Глядя на беспомощного человека Милорада, с трудом подавив свой гнев, рванула вперёд. Сейчас не лучшее время для мести, стоит немного замешкаться, и смертная уже никогда не вернётся в мир живых. Подхватив брошенную русалками добычу под руки, вила поспешила выплыть на поверхность.

Только уложив бесчувственное тело на траву, Милорада осознала, что о помощи просила вовсе не девушка. Перед ней лежал юноша. Русалки заманили его в озеро своим криками и пытались утащить на дно.

– Проклятые создания, – зло выплюнула Милорада и, набрав в лёгкие как можно больше воздуха, склонилась над незнакомцем.

Её тёплое дыхание обожгло ему горло, наполняя лёгкие кислородом и вытесняя озёрную воду. После нескольких глотков воздуха незнакомец закашлялся, выплёвывая горькую жидкость.

Придя в себя, он замер, с любопытством рассматривая спасительницу. Она сидела на траве, уперевшись руками в землю и с интересом изучала его. Смертный оказался довольно привлекательным: в ореховых глазах застыло искреннее удивление, рот слегка приоткрыт, взъерошенные русые волосы, выгоревшие на солнце, рассыпались ореолом вокруг головы. Мокрая рубаха плотно облегала мускулистое тело – признак того, что юноша не чурался физической работы.

Его взгляд остановился на чём-то за спиной Милорады. Крылья! Вила мысленно выругалась: в суматохе, она совсем забыла о них. Пока незнакомец мотал головой, прогоняя странное видение, она прижала их к платью, скрыв от любопытных глаз.

– Так это я тебя спас? – хрипло выдавил он, закрывая глаза.

– Вот ещё, – усмехнулась Милорада. – Скорее, это я тебя вытащила.

Она не могла отвести от него взгляд – впервые ей довелось находиться с мужчиной так близко. Мара не позволяла приближаться к людям, если того не требовали обстоятельства. А мужчин и вовсе не жаловала – обманом и красивыми речами они увели не одну вилу из царства богини.

– Вот как? – юноша вновь уставился на спасительницу. На этот раз крыльев он не увидел и опустил голову, вероятно, списав их на разыгравшееся воображение. – Спасибо. Значит, это не ты тонула?

– Нет. – Разумно ли рассказывать ему про русалок, пытавшихся обманом заманить его в свои владения? Поразмыслив, она решила, что не стоит раскрывать ему правду.

– Но… – растерянный голос незнакомца заставил Милораду вздрогнуть. – Я слышал крик. Ночью в лесу потерялась девушка – младшая сестра одной из знакомых односельчанок. Сразу найти её не удалось, поэтому я вызвался помочь в её поисках. Когда я услышал зов, то подумал, что это она. Мне показалось, что кто-то тонет, и я бросился в воду. Увидев тебя, я даже обрадовался: решил, что ты – это она. У неё такие же светлые волосы, как у тебя. Только сейчас я вижу, что ошибся. Она младше тебя – ей всего четырнадцать. И наверняка ей сейчас страшно и одиноко.

Не та ли это новенькая, которую несколько часов назад принёс Семаргл? Её худенькое изуродованное тельце, распростёртое на холодном полу, навязчиво врезалось в память Милорады. Семаргл обмолвился, что Мара нашла девочку в этом лесу. Если это она, то… Вила невольно отпрянула: сказать ли смертному, что пропавшей больше нет в мире живых?

Ей нестерпимо захотелось узнать, как зовут их новую сестру на самом деле. Она открыла рот, но тут же его закрыла. «Нет», – одёрнула себя Милорада. Она не станет спрашивать. От этой правды ей не будет легче. Наоборот, при встрече с новенькой, её постоянно будут терзать мысли об этом.

– Может, ты видела её? – юноша сел и накрыл её кисть ладонью. В глазах промелькнула тревога и надежда.

От его прикосновения вила вздрогнула. Сердце сбилось с ритма, кровь прилила к щекам, покрыв их румянцем. Какие странные ощущения он в ней вызвал. Милорада смущённо высвободила руку и поднялась.

– Нет. Здесь я её не встречала. Тебе стоит поискать в другом месте.

Она отряхнула платье и расправила складки на влажной ткани. И почему ей стало так неловко от обычного касания? Не потому ли, что она слишком долго не позволяла смертным дотрагиваться до себя? Вила бросила беглый взгляд на незнакомца. Тот не сводил с неё глаз.

– Мне пора. Вижу, теперь ты в порядке. Справишься и без меня,– она отвернулась. – Надеюсь, ты отыщешь сестру своей подруги. – «Хотя бы для того, чтобы родные смогли оплакать её».

Сердце болезненно сжалось в груди от невысказанных слов.

– Постой, – окликнул юноша, протянув руку. – Скажи, увидимся ли мы снова?

– Сомневаюсь. Я не из этих мест. И оказалась здесь совершенно случайно.

– Хоть имя своё назови.

Вила на миг замерла и оглянулась через плечо. Она не собиралась любезничать со смертным.

Юноша всё также сидел на траве. Влажные волосы беспорядочно торчали в разные стороны. Шнурки на вороте развязались, обнажая острые ключицы. Скользнув по коже взглядом, она вновь смутилась.

– Милорада, – выпалила она прежде, чем осознала, что проговорилась.

– Увижу ли я тебя ещё раз, Милорада?

На его лице расцвела улыбка, от которой её щёки запылали, а сердце забилось быстрее.

– Я не знаю, – она поспешно отвернулась и побежала прочь. Мокрое платье сковывало движения, но пользоваться крыльями у него на виду она не собиралась.

Скрывшись за деревьями, она прижалась спиной к стволу дуба, чтобы перевести дыхание и собраться с мыслями. Крылья зашелестели, безжалостно смятые грубой корой. И почему её так взволновал этот парень?

– Радомир!

Милорада вздрогнула и прислушалась. Зов повторился.

– Я здесь, – этот голос принадлежал спасённому юноше.

– Радомир, – прошептала Милорада и неосознанно улыбнулась.

Любопытство взяло верх, и она осторожно выглянула из своего укрытия. Смертный сидел на траве и не сводил глаз с деревьев, за которыми она скрылась. С другой стороны леса показались две девушки. Заметив друга, они побежали к нему. Одна из них опустилась на колени рядом с ним и внимательно всмотрелась в его лицо.

– Значит, ты тоже не нашёл её? – вторая девушка осталась стоять чуть поодаль.

– Нет, прости.

– Почему ты весь мокрый? – сидящая на траве подруга провела по его волосам, приглаживая влажные вихры. – Не хочешь же ты сказать, что… – она перевела взгляд на озеро.

– Это я виновата, – их спутница закрыла лицо ладонями и заплакала. – Мне не следовало звать её с собой. Но она так хотела найти этот треклятый цветок, что я не смогла отказать.

– Она не утонула, Злата, – Радомир опёрся на плечо первой девушки и поднялся. Он встал позади Златы, по-дружески приобняв её за талию. – А значит, у нас всё ещё есть надежда отыскать её живой.

Сердце Милорады сжалось. Не в силах больше выносить боль смертных, она расправила крылья и полетела вглубь леса.

2
Руслана

Руслана нашла Милораду там, где и предполагала. Она стремительно ворвалась в зимний сад. Потревоженные снежинки закружились вокруг её ног и, оседая, заискрились в блеске отражающихся лучей искусственного освещения. Миновав арочную шпалеру, увитую заснеженными лозами вьющихся роз, вила остановилась и осмотрелась. Тронутые морозом белые цветы, покрытые колючим инеем, выглядели безжизненными и неестественными. Впрочем, как и всё в этом саду. В центре возвышался трёхъярусный обледенелый фонтан из серого камня. Даже его цвет отдавал некой холодностью и отчуждением. Вокруг красовались кусты заиндевелых роз. Вдоль полукруглой стены стояли деревья, укутанные снегом. Руслана никогда не понимала, как подруга может часами любоваться безобразным садом. Ей же претила вся эта искусственная белизна.

Милорада сидела на бортике фонтана и, чуть подавшись вперёд, водила пальцами по замёрзшей воде. Она почувствовала приход подруги, Руслана знала это. Благодаря крыльям вилы всегда ощущали присутствие друг друга.

– Я пыталась разморозить её, но у меня ничего не вышло, – сказала Милорада, не отрывая взгляда от ледяной поверхности, заполняющей чашу. – Сколько бы я ни пыталась – всё бесполезно.

– Неудивительно, – фыркнула Руслана. – Силы Мары превосходят твои во много раз.

– Тебе ведь здесь не нравиться, так? Думаешь: как я могу любить такое ужасное место?

– Я часто задаюсь этим вопросом, – призналась Руслана и села рядом с подругой.

– Тут тихо, – Милорада пожала плечами и осмотрела сад. – Порой я воображаю, как в фонтане журчит вода. Её потоки переливаются через край верхнего яруса, наполняют нижнюю чашу и по бортикам стекают в главный бассейн. Кругом благоухают алые розы, привлекая своим ароматом рой пчёл. Разноцветные бабочки порхают над цветами, как яркие огоньки. Разве это не прекрасно?

Руслана попыталась представить, как сад наполняется жизнью и красками. Взгляд её лениво скользнул по белёсому стволу вишнёвого дерева, гладким от наледи ветвям, заснеженным листьям, красным под слоем снега ягодам. Она вспомнила их кисло-сладкий вкус, ощущение стекающего из уголков губ бордового сока, несмывающиеся рубиновые пятна на пальцах, и невольно улыбнулась.

– Так зачем ты меня искала? – Милорада оставила своё бесполезное занятие и сложила руки на коленях.

– Слышала, что ты вернулась. Хотела узнать, как всё прошло?

– Ничего необычного, – она снова пожала плечами. – Спасла смертного от нападения русалок.

– Ты ведь не натворила глупостей?

Руслана напряглась. Её воображение тут же нарисовало обращённую в прах утопленницу. И всё, что от неё осталось – это серый пепел, рассыпанный у ног разгневанной Милорады. Вила прогнала давнее видение и требовательно уставилась на подругу.

– За кого ты меня принимаешь? – собеседница обиженно надула губы.

– Милорада! Ты мне обещала.

Назвав подругу полным именем, Руслана хотела показать, что та рассердила её своим неоднозначным ответом. Ей совсем не хотелось повторения прошлого. Вилы мстительны по своей природе, но ненависть Милорады к русалкам переходила все границы. Стоит ей только дать волю эмоциям, как она теряла контроль, безжалостно уничтожая утопленниц, случайно оказавшихся рядом.

Милорада поймала взгляд подруги и обречённо вздохнула, театрально закатив глаза:

– Нет. Я не сделала ничего такого, из-за чего тебе следует беспокоиться. Всего лишь пригрозила немного. Этого вполне хватило, чтобы они отпустили смертного.

Судя по мрачному выражению лица Русланы, Милораде не особо удалось убедить её, и она решила сменить тему:

– Что ты думаешь о новенькой?

– Мара дала ей имя, – безразлично ответила Руслана. За годы, проведённые в услужении богини, она привыкла не выказывать своих истинных чувств.

– Правда? – в глазах младшей подруги загорелся интерес. – И как её теперь зовут?

– Горислава.

– Горислава, – задумчиво повторила Милорада, словно пробуя это имя на вкус. – Но я не об этом спрашивала. Что ты можешь о ней сказать?

– Слишком молода, – небрежно пожала плечами Руслана. Перед её взором возникло лицо девочки, когда та очнулась. В серых глазах было столько боли и страха, что у вилы болезненно сжалось сердце. Новенькая не помнила, ни что с ней произошло, ни как она здесь оказалась. Все воспоминания о прошлой жизни рассыпались в прах, как только она пересекла границу двух миров.

– И это всё? – Милорада требовательно изогнула брови.

– А ты что-то другое хотела от меня услышать?

Вила не ответила. Она опустила голову и уставилась на ледяную поверхность, заполнявшую чашу фонтана.

– Скажи, что тебя беспокоит? – Руслана чуть подалась вперёд и нежно сжала руку собеседницы.

– Мёртвой девочки тебе не достаточно? – Милорада перевела на неё взгляд и резко выдернула ладонь из её хватки.

– Значит, дело только в ней? В новенькой? На тебя это не похоже, Мила.

– Разве ты не видела порезы на её теле? Ты тоже считаешь, что это сделал зверь? – воскликнула Милорада и вскочила на ноги.

Руслана поднялась следом.

– А ты считаешь иначе?

– Я не знаю, – тихо ответила подруга. Нервно сжала на груди ткань сарафана, будто ей стало трудно дышать.

– Её раны рваные и глубокие, – Руслана успокаивающе накрыла её кисть ладонью. Она невольно подумала о многочисленных шрамах на теле подруги и о своём – в виде маленькой чёрточки чуть выше сердца. – Наверняка, это был дикий зверь.

– Не знаю, – повторила Милорада. Только на этот раз в её голосе отчётливо слышалось сомнение.

– Пойдём. Я отведу тебя к Гориславе, и ты сама сможешь убедиться.

Она потащила подругу прочь из ненавистного ей сада. Милорада не сопротивлялась. Лишь переступив арочные шпалеры, оплетённые цветами, с которых осыпались снежинки, она замедлила шаг. Руслана остановилась и вопросительно обернулась.

– Руслана, расскажи, какого это – быть с мужчиной?

Вопрос застал её врасплох. Она чуть не поперхнулась от неожиданной просьбы. Некоторое время она смотрела на подругу не в силах вымолвить ни слова.

– Ладно, забудь, – отмахнулась Милорада и пошла вперёд.

– Что? Ты о чём?

– Так, ни о чём, – она даже не оглянулась.

Руслана догнала её и схватила за запястье.

– Постой. Ты не можешь уйти так просто без объяснений. Ты встретила кого-то, кто заинтересовал тебя?

– Вот ещё, – фыркнула подруга. – Я же сказала – забудь.

– Мила!

Но та скинула руку Русланы и ускорила шаг.

На этот раз она не стала её догонять, лишь смотрела вслед, пока Милорада не свернула в другой коридор. Руслана прислонилась к стене и закрыла глаза. Вопросы наползали друг на друга, не давая покоя. Что могло так изменить подругу? Её никогда не интересовали мужчины. Так почему именно сейчас? Неужели на неё так сильно повлияли раны на теле маленькой вилы – Гориславы? Или всё гораздо серьёзней? После того, как подруга узнала о секрете Русланы, она стала отдаляться. Так может в этом кроется причина Милиного уныния? Может, она поняла, что Руслана скоро покинет её и уйдёт в мир живых?

От этих мыслей, Руслане стало неуютно. Она словно обманывала подругу своим молчанием.

– Руслана? – вкрадчивый голос прервал её размышления.

Она вздрогнула от неожиданности. Как всегда Семаргл появлялся в самый неудачный момент тихо и незаметно.

– Почему ты здесь? – спросил волк, сверкнув рубиновыми глазами.

– Мне нужно отлучиться ненадолго. Проверить кое-что.

– В мир живых? – Семаргл склонил голову на бок. Ему не впервой приходилось прикрывать похождения вил. – Милорада опять что-то натворила?

– Хочу убедиться, что нет, – солгала Руслана, улыбнувшись для верности. Она вовсе не собиралась проверять доверенное Милораде озеро, но слуге Мары знать об этом не обязательно.

– Иди. Обещаю, что госпожа не заметит твоего отсутствия.

Руслана не стала медлить. Она распахнула ближайшее окно и, взобравшись на подоконник, взмахнула крыльями и скрылась в зимнем небе.

Покинув мир Нави, она очутилась над лесным массивом. Серебристая лента реки петляла среди деревьев, постепенно теряясь под плотно переплетёнными кронами. Солнце ласкало лицо Русланы тёплыми лучами, полупрозрачные крылья отражали его свет, переливаясь радужными бликами.

Наконец она заметила его. Возлюбленный сидел у самого берега, склонившись над чем-то. С высоты Руслана не смогла разглядеть, что привлекло его внимание. Она сложила крылья и стрелой полетела вниз. Изящно спланировав, Руслана тихо опустилась на песок позади юноши.

– Володар, – окликнула она, напугав его неожиданным появлением.

Он оглянулся, и теперь Руслана заметила маленькое существо, которое он бережно прижимал к себе. Его белая шерсть топорщилась между пальцами Володара, с взлохмаченного хвоста стекали струйки воды. Острые ушки слегка подрагивали. Мордочка утыкалась в ладони Володара.

Руслана подошла ближе и поняла, что это щенок. Она вопросительно подняла на возлюбленного глаза.

– Я нашёл его в реке, – сказал Володар. – Кто-то кинул его в воду. Видать, намеревались утопить.

– Кому мог помешать такой очаровательный малыш?

Руслана протянула руки и бережно взяла дрожащего от холода щенка. Она потянулась к искре внутри себя, перенаправила тепло в ладони, чтобы согреть и обсушить несчастного. Как только он перестал трястись, вила внимательно осмотрела его. Щенок с любопытством потянул к ней мордочку, втягивая чёрным носом воздух.

– Да ты вылитый Семаргл. Только глаза не красные.

– Семаргл? – Володар встал рядом с Русланой и почесал спасённого за ухом.

– Покровитель огня. Благородный служитель богини смерти.

– Мне нравится, – он улыбнулся возлюбленной. – Думаю, этот малыш достоин носить имя одного из хранителей.

Руслана усмехнулась, кинув на него мимолётный взгляд. Куда больше её занимал мохнатый зверёк. Володар сделала вид, что оскорблён игнорированием суженной.

– Даже не скажешь, что ты здесь делаешь в такой час?

– Хотела тебя увидеть, – наконец она обратила на него внимание. – Мне нужно с тобой обсудить кое-что, касательно Милорады.

3
Радомир

Утро ещё не вступило в свои права, но сквозь мутную гладь окна уже пробивался слабый свет, бросая нечёткую полоску на дощатый пол и край постели. Только не это не давало Радомиру уснуть. Как только он закрывал глаза, в памяти всплывал образ прекрасной незнакомки: молочно-белая кожа; голубые глаза, обрамлённые длинными ресницами; тонкий нос; бледно-розовые губы. Со светло-русых волос, облепивших лицо, струйками стекала озёрная вода. Мокрое белое платье плотно прилегало к стройному телу, подчёркивая все его изгибы и не оставляя места воображению. На мгновение ему показалось, что у неё за спиной блестели прозрачно-перламутровые… Крылья? Две пары длинных тонких, как у стрекозы, они чуть подрагивали и переливались, отражая первые лучи утреннего солнца. Радомир усмехнулся – и привидится же такое.

«Милорада».

Мысли о ней терзали его даже спустя неделю после встречи с ней. Она никак не выходила у него из головы. Кто она? Была ли на самом деле или это всего лишь плод его фантазий, навеянный нехваткой кислорода? А если она померещилась, тогда, как он выбрался из пруда? Не мог же он выплыть сам. Всё, что он помнил о том утре, это зов о помощи. Потом он нахлебался воды и потерял сознание, а когда очнулся – увидел её.

Радомир откинул край шкуры и поднялся с туго набитого соломой матраса. Отыскал в темноте одежду, второпях натянул штаны и рубашку. Обуваясь, он наткнулся взглядом на длинный предмет на столе. Радомир протянул руку, решив взять флейту с собой – с музыкой ему всегда думалось лучше. Стараясь не шуметь, он осторожно прокрался к выходу. Дверные петли предательски заскрипели под его напором.

– Батюшка? Ты вернулся?

Голос сестры заставил его замереть на месте. Она оторвала голову от вороха одежды, служившей подушкой, и сфокусировала взгляд на тёмном силуэте у порога.

– Это я, – Радомир обречённо выдохнул. Он так надеялся выскользнуть из дома незамеченным.

– Радомир? – сестра села, свесив ноги с печи. – Куда ты собрался? Ночь на дворе, – и словно в доказательство своих слов посмотрела в окно.

– Не спится. Решил немного проветриться. Прости, что разбудил тебя, Ульяна.

Что-то в его позе встревожило её. Ульяна покинула спальное место и присоединилась к брату. Накрыв ладонь Радомира, сжимающую ручку двери, она ощутила его напряжение.

– С тобой точно всё в порядке? В последнее время ты сам не свой. С тех пор, как мы вернулись с поисков Златиной сестры, ты выглядишь…

– Там была девушка, – на одном дыхании выпалил Радомир о том, что его беспокоило вот уже несколько дней.

– Девушка? Я никого не видела. Когда мы обнаружили тебя на берегу, ты был совершенно один. Может, тебе показалось? Всё-таки ты наглотался озёрной воды, стоял туман, и было не совсем светло. Понятное дело, что ты мог выдумать её.

Радомир смерил сестру хмурым взглядом. Он уже пожалел, что открылся ей.

– Нет, – пробормотал он. – Кто-то определённо там был. Я хорошо это помню.

– И ты уверен, что это была девушка? – с сомнением в голосе спросила Ульяна.

– Кому ещё там быть? Она вытащила меня из озера. Я бы утонул, не появись она вовремя.

– Вытащила, говоришь? – сестра задумалась. Её рука опустилась на флейту.

– Считаешь, я спятил?

– Я этого не говорила, – и на его немой вопрос добавила: – Может, это была русалка?

– Русалка? – Радомир издал нервный смешок.

– Утопленница. Водная дева. Неупокоенная душа, – Ульяна пожала плечами. – Называй, как хочешь.

– Ты ведь знаешь, я не верю в бабушкины сказки.

– А как же рассказы тех, кто встречался с ними лицом к лицу?

– Всего лишь сплетни, – он безразлично махнул рукой. – Не бери в голову.

– Злата считает, что утопленницы забрали её сестру, – совсем тихо сказала Ульяна. – Ведь тело так и не нашли.

Радомир положил ладони ей на плечи и упёрся лбом в лоб.

– Сейчас Злата не в себе. Она готова цепляться за любое предположение, пусть и такое неправдоподобное. Просто мы не знаем, в каком месте её искать, но если тебя это утешит, я осмотрю озеро ещё раз. Всё равно, вряд ли я теперь усну. А ты ложись и отдохни хорошенько, у тебя ещё пара часов свободных.

– Надень что-нибудь сверху. На улице прохладно, – Ульяна высвободилась из объятий брата и, стянув с крючка отцовскую косоворотку, заботливо накинула ему на плечи. – Удачи.

– Спасибо, – он поцеловал сестру в макушку и вышел.

Пока Радомир шёл по просёлочной дороге, сопровождаемый лаем дворовых собак, его не покидала мысль о пропавшей девочке. Её искали всем посёлком, прочесали весь лес, но так и не нашли. Вдруг Ульяна права, и бедняжку, в самом деле, утащили русалки?

– Глупость какая,– хмыкнув, пробубнил он себе под нос. – Подумать только – я повёлся на Ульянкины россказни о болотных девицах.

Он миновал поле и по едва заметной тропинке свернул в чащу. Лес встретил его глухой тишиной, влажным воздухом и запахом сырой почвы, древесины и хвои. Погружённый в размышления, Радомир не заметил, как очутился у злополучного пруда. Странно, ведь он никогда не бывал здесь ранее, за исключением того дня. Ноги сами привели его сюда.

Он осмотрелся – в прошлый раз было не до любования окрестностями. Озеро, окружённое рогозом и камышом, оказалось гораздо больше, чем он думал. Над водной поверхностью поднимался густой серый туман, расползающийся далеко за пределы водоёма. Одинокое раскидистое дерево прямо у воды, поднимало свои ветви высоко в небо. Несколько толстых корней стелились по земле и пропадали в мутно-зелёных глубинах пруда.

Взгляд упал на примятую траву – место, где его неделю назад обнаружили Ульяна и Злата. В памяти невольно всплыл образ Милорады и всё, что произошло до встречи с ней. Может ли быть такое, что он сам придумал спасительницу, отчаянно хватаясь за жизнь в попытках выплыть? Бессвязные картинки калейдоскопом закружились в его голове: просьба о помощи; чьи-то скользкие руки, обхватившие его без возможности освободиться; горькая вода, проникающая в лёгкие; странная вспышка света. И вот он уже лежит на земле, а над ним склонилась незнакомая девушка.

Усталость и головокружение от неясных обрывков воспоминаний накатила на него. Потеряв равновесие, Радомир навалился на валун позади себя, неосознанно сжав привязанную к поясу флейту. Придя в себя, он вытянул её и задумчиво покрутил в руках.

«Русалка. Надо же было придумать такое, – он мысленно ухмыльнулся и поднёс флейту к губам. – А если это и так, я хочу, чтобы ты услышала мою музыку. Где бы ты сейчас не была, я играю её для тебя, Милорада».

По округе полились тихие мелодичные трели. Глубокие насыщенные звуки заполонили собой предрассветную тишину и привлекли внимание здешних обитательниц. Озёрные девы, дремавшие на ветвях дерева, встрепенулись и высунулись из своих укрытий. Водная гладь покрылась рябью, из глубины с разных уголков пруда начали подниматься пузырьки, образуя на поверхности круги. Дымка над прудом слегка подрагивала, пока утопленницы приближались к поросшему зарослями берегу.

Полностью отдавшись во власть музыке, Радомир не замечал ничего вокруг. Он закрыл глаза, позволяя воспоминаниям о спасительнице затопить сознание. Теперь картинки становились отчётливее. Крик, что привёл его к этому озеру, принадлежал вовсе не младшей сестрёнке Златы, как он посчитал изначально.

Поддавшись зову, он прыгнул в воду. Доплыл до середины пруда и, задержав дыхание, окунулся с головой. В мутных потоках Радомир заметил чьё-то присутствие. Некто обнял его за плечи со спины. Рядом возникла светлая фигура, слишком размытая, чтобы казаться настоящей, и обхватила его за талию. Ещё одна пара рук скользнула по ноге. Холодные пальцы четвёртой сжали руку. Они окружили его, зашептав наперебой что-то ласковое и успокаивающее, утягивая за собой вглубь пруда. Приятные мелодичные голоса проникали в глубины разума, забирая волю и подчиняя себе. Радомир расслабился. Забывая обо всём, он покорно отдался им в руки. Вода заполняла его лёгкие, лишая кислорода, но он всё равно не мог сопротивляться. Сознание медленно покидало его. Яркий всполох света на мгновение привёл его в чувства. Сквозь толщу воды Радомир рассмотрел сияющий силуэт, прежде чем провалился в забытьё.

Обжигающая боль в лёгких и несколько глотков кислорода, вытеснившие жидкость, выдернули его из удушающих лап беспамятства. Радомир закашлялся. Избавившись от горечи озёрной воды, он жадно хватал ртом воздух, восстанавливая дыхание. Наконец он заметил её – девушку, склонившуюся над ним. Милорада. Она исчезла до того, как появились Ульяна и Злата. Неужели сестра оказалась права и эта незнакомка – одна из утопленниц?

Мелодия резко оборвалась. Радомир опустил флейту и невидящим взглядом уставился на пруд. Туман почти развеялся, открывая взору истинные размеры водоёма. Солнце едва показалось из-за горизонта, разогнав полумрак и окрасив кроны деревьев в более сочные тона. Дымка над землёй рассеялась, осев жемчужными капельками росы на растениях. Шелест травы, пение птиц, шуршание листьев – все звуки леса разом окутали его.

Выходит, его спасла русалка. Мёртвая дева, совершившая тяжкий грех. Разочарование накрыло его с головой. Юноша стиснул зубы и так сильно сжал музыкальный инструмент, что костяшки пальцев побелели. Им завладело жгучее желание запустить в пруд чем-нибудь тяжёлым, чтобы потревожить водных жителей. Возможно, Милорада покинет свою обитель и предстанет перед ним во всей красе.

Шорохи со стороны густо растущих деревьев подавили его намерения. Радомир напрягся. Всматриваясь в покачивающиеся ветви, он вновь невольно подумал об утопленницах.

– Кто здесь?

Ответом ему была тишина, лишь какая-то птица сорвалась с ветки, пролетев над деревьями, да притаившиеся в камышах зверьки прыгнули в воду. По крайней мере, Радомиру хотелось верить в то, что это были водяные крысы.

– Ну вот, – буркнул он себе под нос, покидая облюбованный им валун. – Навыдумывал себе невесть что, теперь мерещится всякое.

Он отвернулся. Странный шёпот из-за деревьев заставил его замереть на месте. Всё же он здесь не один. Сердце участило свой ритм. Дыхание перехватило. В висках застучала кровь. Радомир нервно стиснул кулаки, позабыв о флейте в руке. В этот момент позади раздался хруст, сопровождаемый тихим ругательством и вскриком где-то в стороне.

Юноша обернулся, готовясь дать отпор, и с изумлением застыл. Его взору предстала девушка. Она стояла на четвереньках, опустив голову. Светло-русые волосы волной опускались на землю, скрывая лицо незнакомки.

– Ты не ушиблась? – после некоторого замешательства Радомир поспешил к ней.

4
Милорада

– Да как она посмела мне перечить, – потоки встречного ветра, обдувающие лицо, немного остудили её гнев, но возмущение, бушевавшее внутри, ещё не улеглось. – Мне! Прислужнице богини Мары! И зачем ты только остановила меня, Руслана?

– Кто если не я? – безмятежно ответила старшая вила, оглянувшись через плечо. – Не стоит идти на поводу своей ненависти и тратить свои силы понапрасну, Мила.

– Я лишь хотела выбить из неё спесь.

– Неужели? – съязвила подруга. – А мне показалось, ты хотела превратить её в пепел.

– Хотела. Спасибо, что не позволила мне сделать это снова, – буркнула себе под нос Милорада, но собеседница услышала её.

Она удовлетворённо улыбнулась и внезапно зависла в небе, задумчиво вглядываясь вниз. Милорада подлетела вплотную и тоже опустила голову, пытаясь рассмотреть хоть что-то в серой дымке, поднимающейся над водой.

– Руслана? Что-то услышала? – прошептала она, по-своему истолковав поведение подруги. – Снова русалки?

– Нет, – Руслана нахмурилась, напрягла слух и сосредоточилась. В обители водных дев царило абсолютное безмолвие, и это настораживало. Уж слишком подозрительным казалась эта тишина. – Это странно. Обычно они не ведут себя так тихо в это время года.

– Так может это к лучшему?

«Сама не верю, что сказала такое», – мысленно усмехнулась Милорада.

– Пока не знаю. Но думаю, стоит проверить.

– Предлагаешь разделиться?

– Отличная идея, – губы Русланы изогнулись в полуулыбке.

Она едва заметно кивнула и устремилась к земле. Милорада облетела водоём с другой стороны и тихо опустилась на землю. Босые ноги коснулись влажной почвы, и вила брезгливо поморщилась. Ощущения скользкой холодной земли навевали размытые воспоминания чего-то неприятного, глубоко похороненного в дальних уголках сознания.

Выпрямившись, она почувствовала чьё-то присутствие прежде, чем услышала мелодичную трель, не походившую на пение птиц. Музыка звучала до боли знакомо, но Милорада никак не могла вспомнить, что за инструмент способен выдавать такие переливы. Вила замерла, стараясь определить, откуда они доносятся. Догадавшись, что источник находится на берегу, она осторожно прошла вперёд. Обогнула кусты и, раздвинув ветви, выглянула из-за деревьев.

На валуне, зарытом у края воды, кто-то сидел. Смертный. Милорада слышала ритмичный стук его сердца. Она слегка подалась вперёд, рассматривая юношу. Светлые пряди закрывали ему лицо, но что-то в его сгорбленной фигуре показалось ей знакомым. Отгородившись от постороннего шума, он увлечённо играл на флейте, не обращая внимания на случайных зрителей. Их Милорада заметила сразу: у берега в камышах застыли четыре русалки. Их зелёные волосы сливались с растениями и тиной, оставляя водных дев незримыми для смертного. На дереве притаилось ещё несколько дев. Выглядывая из-за густой листвы, они предпочитали оставаться в тени.

Вила лишь мельком кинула на утопленниц взгляд – похоже, тех заворожила музыка, и они приплыли сюда только для того, чтобы её послушать. Милорада не винила их, её и саму зачаровала мелодия. Она так давно не слышала ничего подобного, что не смогла не задержаться.

Музыка стихла на неоконченной ноте. Опасаясь быть разоблачённой, вила отпрянула и угодила в чьи-то объятия. Она дёрнулась, заглушив вскрик рукой.

– Что ты делаешь? – неожиданно раздался вкрадчивый голос у самого уха.

Милорада резко развернулась и, поскользнувшись на мокрой траве, чуть не упала. Крылья её затрепетали, помогая сохранить равновесие. При виде Русланы щёки вспыхнули то ли от гнева, то ли от стыда, что её застигли врасплох.

– Я же просила, не подкрадываться ко мне так внезапно. Я чуть со страха не умерла.

– Не преувеличивай – ты уже мертва. – Подруга махнула рукой и рассмеялась: – Видела бы ты сейчас своё лицо. Тебя будто застали за подглядыванием чего-то непристойного.

– Вот уж нет, – Милорада издала нервный смешок, при этом покраснев ещё больше.

– Хм. Так я угадала? – Руслана обошла младшую вилу и вытянула шею в поисках интереса подруги. Взгляд янтарно-карих глаз сразу упал на музыканта. – Это и есть объект твоих тайных воздыханий?

– Всё совсем не так.

– Довольно симпатичный, – казалось, Руслана не слышала оправданий. Она откровенно рассматривала смертного, отчего Милорада ощутила неловкость. – Он тебе нравится? Если так, то тебе стоит с ним познакомиться.

– Руслана! – воскликнула Милорада, потянув подругу на себя.

Упущенные старшей вилой ветки закачались, спугнув зазевавшую птицу. Та возмущённо вспорхнула ввысь.

– Ты ведь знаешь мою маленькую тайну, так почему бы и тебе не обзавестись собственным секретом?

– Нам запрещено сближаться с мужчинами.

– Это тебе Мара сказала? – вила пренебрежительно фыркнула. – И с каких пор ты выполняешь всё, что она прикажет?

– А разве не ты меня предупреждала, что все мужчины коварны?

– Так и есть, – Руслана пренебрежительно пожала плечами. – Им только того и надо, что заманить невинную деву в свои объятия и соблазнить. Но мимолётная близость со смертным ещё никогда не вредила вилам. А ты ведь тоже вила, не забыла? – она обняла подругу за плечи. – К тому же, если вдруг что-то пойдёт не так, ты всегда сможешь улететь. Главное, не потеряй крылья.

Старшая вила внезапно развернула подругу и прижала спиной к себе.

– Не упусти свой шанс, Мила, – напоследок прошептала она, прежде чем вытолкнула ту из укрытия, – а за договор не переживай, я возьму его на себя. Развлекайся.

Милорада не успела осознать смысл сказанных слов, как стремительно полетела вперёд. Неловко размахивая руками, она вцепилась в тонкую сухую ветку ближайшего дерева, но та, не выдержав напора, хрустнула и переломилась надвое. Не успев взмахнуть крыльями, вила выставила ладони перед собой и опустилась на четвереньки, спугнув русалок. Одна из них взвизгнула, и девы с плеском бросились вглубь озера.

Как такое могло произойти? Чувствуя себя нелепо, Милорада тихо выругалась сквозь зубы.

– Ты не ушиблась?

Она услышала, как под ногами смертного зашуршала трава, и вздрогнула – кажется, её обнаружили. Щёки запылали от стыда. Не смея поднять голову и встретиться взглядом с музыкантом, она снова выругалась. Крылья! Нельзя, чтобы он заметил их. Всё ещё упираясь руками о землю, Милорада прижала крылышки к спине так плотно, что они слились с платьем, образовав едва заметный блестящий узор на ткани.

– Встать можешь? – юноша склонился над ней и протянул руку. – Давай помогу.

Вила неуверенно ухватилась за предложенную ладонь, как утопающий за соломинку, позволяя поднять себя. Оказавшись к нему лицом к лицу, она покраснела. Сердце заколотилось быстрее. К своей досаде она узнала его: растрёпанные русые волосы, ореховые глаза, угловатые черты лица. Сомнений не осталось – это был тот самый юноша, которого она отбила у русалок неделю назад.

– Спасибо, со мной всё хорошо, – Милорада мягко высвободила свою руку и сделала шаг назад. – Я просто оступилась. Прости, не хотела тебя напугать.

Парень с любопытством окинул взглядом незнакомку. В глазах на миг промелькнуло недоумение. Он оглянулся на пруд и ещё раз осмотрел Милораду с головы до ног, задержавшись на босых ногах.

– Ты русалка? – неуверенно спросил он.

– О, нет, – Милорада рассмеялась. – Кто угодно, но только не она.

Музыкант внезапно смутился и растерянно опустил глаза на флейту. Вила почувствовала нарастающую между ними неловкость.

– Так это ты играл? – чтобы хоть как-то разрядить обстановку спросила она и кивнула на инструмент в его руках.

– Говорят, русалки любят музыку. Вот я и… – заметно нервничая, собеседник неосознанно запустил пальцы в волосы. – Я играл для тебя. Надеялся, что ты услышишь.

– Для меня?– вила с изумлением посмотрела на смертного. – И чем же я заслужила такой чести?

– Прости, что принял тебя за утопленницу. Не то, чтобы я верил во все эти сказки, но ты так тихо и внезапно появилась, словно из ниоткуда. – Он поднял на неё глаза и неожиданно улыбнулся. – Я тебя помню. Тебя ведь зовут Милорада, да? Ты спасла меня на рассвете после Купальской ночи. А потом так быстро исчезла, что я не успел поблагодарить тебя. С тех пор я много думал о тебе, и волей-неволей меня начали посещать мысли, что ты всего лишь плод моего воображения. Хорошо, что ты мне не привиделась, а то я уж подумал, что у меня рассудок помутился. Я Радомир.

От его искренней улыбки сердце Милорады застучало быстрее. Воспоминания унесли её в тот день, когда она склонилась над бесчувственным смертным, вдыхая в него жизнь. Взгляд невольно остановился на его губах. Тогда они были бледные и холодные, но на удивление мягкие и приятные. Ей захотелось вновь коснуться их, чтобы ощутить тепло.

– Я не видел тебя раньше. Ты живёшь где-то неподалёку? – голос Радомира прозвучал слишком громко в воцарившейся тишине.

Осознав, что бесстыдно рассматривает его, вила вспыхнула. Щёки залились предательским румянцем. И о чём она только думает? Милорада встрепенулась, прогоняя внезапный порыв.

– Вообще-то нет. Я случайно сюда забрела.

– В столь ранний час?

– Мы с сестрой отправились за грибами, – сказала Милорада первое, что пришло в голову. – Я немного отстала, а потом услышала мелодию и пошла на звук.

– Так ты заблудилась?

– Нет, всё в порядке. Я не впервые в этом лесу. Главное, найти сестру. И думаю, мне стоит поторопиться, иначе она начнёт волноваться. Приятно было вновь увидеть тебя, Радомир, – она резко отвернулась, раздумывая, как незаметно скрыться из поля зрения мальчишки. Не может же она расправить крылья и подняться в воздух у него на глазах.

– Кажется, мне тоже пора возвращаться домой.

Вила шагнула вперёд и наступила на камешек. Острые грани неприятно впились в обнажённую подошву стопы. Милорада непроизвольно вскрикнула. Радомир обеспокоенно опустил взгляд на пальцы её ног, неприкрытые платьем.

– Почему ты босиком?

Милорада не сразу нашлась с ответом. Признаться, что она предпочитает порхать в небе, а потому обувь ей без надобности, она не могла. Вила растёрла ушибленную пятку и посмотрела на собеседника.

– Я угодила в болото, и мои онучи намокли. Лапти начали натирать ноги, и мне пришлось их снять,– солгала она.

– Давай, я дам тебе свои. Наверняка тебе не удобно идти так.

– Не нужно, я привыкла ходить босиком. Да и вряд ли твоя обувь подойдёт мне.

Её слова не особо убедили Радомира:

– Но ты ведь поранилась. Позволь, мне хотя бы обмотать твои ноги тканью.

Не дожидаясь возражений, Радомир усадил девушку на валун, совсем недавно облюбованный им, и принялся расшнуровывать завязки на своих лаптях. Вила с удивлением наблюдала за его действиями, ей ещё не доводилось испытывать на себе такую заботу.

«Мужчины коварны. Им только того и надо, что заманить невинную деву в свои объятия и соблазнить», – слова Русланы, словно огнём, полыхнули в её сознании. Милорада напряглась всем телом, мысленно готовясь в любой момент расправить крылья и покинуть это место. Даже если этим ей придётся выдать себя.

Радомир размотал онучи и присел на корточки перед Милорадой. Она ощутила тёплое прикосновение его пальцев к коже и невольно впилась пальцами в холодный камень. Он был так близко, что она смогла рассмотреть соломенные пряди в волосах, выгоревшие на солнце. Взгляд скользнул по затылку, загоревшему участку кожи на шее. Дыхание перехватило, на щеках заиграл румянец. Радомир – первый мужчина, который посмел так непринуждённо дотронуться до неё за последние пятьдесят лет, проведённые в теле вилы.

Не замечая смятение случайной знакомой, парень умело обкрутил ей ступни и голени тканью и закрепил тесьмой.

– Готово, – он поднял на неё голову и улыбнулся. – Теперь я за тебя спокоен. Можешь идти на поиски сестры.

– А как же ты? – всё ещё чувствуя себя неуютно, вила отвела взгляд. – Ты ведь натрёшь ноги.

– Мне тут не далеко. Справлюсь.

Он небрежно махнул куда-то ей за спину, и Милорада невольно обернулась. В глаза бросилась узкая протоптанная дорожка, ведущая к деревьям. Петляя между ними, она уходила вглубь леса. Вила засомневалась в словах нового знакомого, но спорить не стала.

Смертный выпрямился и подал ей руку. Милорада нерешительно вложила в его ладонь свою. Радомир мягко потянул вилу на себя, помогая спуститься на землю. Второй рукой он придержал её за талию, неосознанно прижав к груди. Сердце Милорады странно затрепетало, дыхание сбилось с привычного ритма, а по коже прошла непонятная дрожь. Внутри неё всё перевернулось – только бы Радомир не заметил волнение, которое в ней вызвал.

– Пообещай, что это не последняя наша встреча, – прошептал он, глядя в голубые глаза Милорады.

От его тихого голоса в висках застучала кровь. Кожа под его руками горела. По телу разлилось тепло. Это странное незнакомое чувство одновременно и пугало, и манило её.

– Обещаю, – на одном дыхании выпалила она, поддавшись эмоциям. Именно этого она и желала в данный момент.

– Я буду ждать, – он снова улыбнулся и выпустил её из своих объятий.

5
Руслана

Руслана наблюдала, как Милорада остановилась под аркой, ведущей в зимний сад, провела рукой по заснеженной лозе, потревожив снежинки. Те заискрились вокруг неё, осыпавшись сверху, словно в снегопад. Вила по-детски улыбнулась. Крылья замерцали радужными переливами, отражаясь на стенах разноцветными бликами. Лёд в фонтане заиграл красками, отбрасывая сияние на безжизненные цветы и белые стволы деревьев.

– Разве это не красиво? – Милорада обернулась на подругу.

– Не могу не согласиться, – Руслана скользила взглядом по сверкающему великолепию. – Никогда бы не подумала…

– Вот видишь. И в этом месте есть толк. Стоит только захотеть увидеть. Семаргл как-то рассказывал, что где-то далеко на севере происходит удивительное явление – полярное сияние. Я захотела воссоздать нечто подобное и показать тебе.

Она сложила крылья, и блеск исчез, оставив после себя привычную унылую белизну. В голубых глазах загорелся неподдельный интерес.

– А что ты там прячешь? – Милорада склонила голову набок, кивнув на руки, которые Руслана старательно держала за спиной.

– Так, небольшой подарок для тебя.

– Для меня?

Руслана в ответ кивнула.

– Как неожиданно. И что же это?

Вила прищурилась, но не двинулась с места, и Руслане пришлось подойти ближе. Она с торжествующим видом вытянула руку из-за спины. Милорада озадаченно уставилась на пару новеньких лаптей, которую подруга раскачивала, удерживая за тесьму.

– Бери, – Руслана вложила подарок в руки Милораде. – И можешь не благодарить.

– Что это? – Милорада с недоумением разглядывала обувь. Она любовно провела по светло-жёлтой бересте, пропустила между пальцами тонкие шнурки. На губах заиграла едва заметная улыбка.

– Твои лапти, конечно, – невозмутимо ответила Руслана. – Поверить не могу, что ты об этом забыла.

– Ты о чём? – вила подняла на неё голову.

Руслана наигранно изогнула в удивлении брови:

– Смертным не пристало бегать по лесу босиком. Подумала, что для встречи с музыкантом они тебе пригодятся. Только не говори, что не думала об этом. Всё равно не поверю.

Она заметила, как лицо Милорады предательски запылало, и поняла, что угадала. Подруга резко отвернулась и опустила голову.

– С чего ты взяла, что я собираюсь с ним встречаться ещё раз?

Руслана положила руки ей на плечи и вкрадчиво прошептала на ухо:

– Хотя бы с того, что тебе нужно вернуть ему онучи, которые он так любезно тебе одолжил.

Милорада встрепенулась:

– Я не пойду. Не уверена, что он вообще помнит обо мне.

– Кого ты хочешь в этом убедить?

Милорада не ответила. Руслана развернула подругу лицом к себе и взяла за руку.

– В любом случае немного развеяться со смертным тебе не помешает.

– Мне это не нужно, – огрызнулась она.

– Я что зря просила Володара сплести для тебя лапти? И что я ему скажу? Что они тебе не понравились? Он расстроится, если узнает, что ты не воспользовалась его подарком.

– Не в этом дело, – начала Милорада и опомнилась: – Погоди, так ты делаешь это не ради меня?

– Конечно же ради тебя, глупая. Но ты бы видела, как долго мне пришлось упрашивать Володара. – Руслана придала лицу печальное выражение, чем несколько насмешила подругу. – Ну, раз ты не хочешь идти сама, то я потащу тебя силой.

– Постой, мы не можем… – запротестовала вила.

– Можем. И сделаем это прямо сейчас, пока Семаргл нас не застукал. – Переступив порог, она обернулась и мягко постучала Милораде пальцем по складкам между бровей. – И не хмурься. Тебе это не идёт.

– Руслана!

Но она лишь рассмеялась в ответ, уводя подругу прочь из зимнего сада. Им повезло не наткнуться на надзирателя в лице Семаргла в коридоре. Хоть он знал, что некоторые вилы периодически посещают мир Яви для встреч со смертными мужчинами, Руслане не хотелось лишний раз заискивать перед ним.

Лес и озеро она нашла сразу. Ещё издали Руслана заметила фигуру, устроившуюся на выступающем из-под земли камне. Смертный дул в флейту, перебирая пальцами вырезанные в инструменте отверстия. Милорада летела чуть позади, и Руслане пришлось обернуться, чтобы убедиться в том, что вила не растеряла решительности по дороге и следует за ней. Какое-то время они кружили вокруг, чтобы выбрать удобное место, где приземлиться.

– Там, – наконец воскликнула Руслана, указывая на небольшую прогалину, окружённую деревьями. Не дожидаясь ответа, она устремилась вниз.

Пальцы ног коснулись холодной земли, усыпанной сухой хвоей. Она услышала, как мягко опустилась Милорада, и повернулась к ней.

– Обувайся, – приказала Руслана, подав ей скрученную в рулон ткань.

Вила послушно подчинилась. Она кое-как обмотала ноги материалом и, надев лапти, принялась шнуровать тесьму. Когда Милорада затянула узлы и выпрямилась, Руслана протянула ещё один свёрток:

– Это отдашь своему музыканту. Иди. Он уже ждёт тебя.

– Руслана, не думаю, что это хорошая идея.

– Да неужели?

Она подтолкнула подругу к кустам.

– А что будешь делать ты? – неожиданно спросила Милорада. Похоже, уходить она не спешила.

– Времени даром терять не стану. У меня встреча с Володаром.

– Скажи, почему он зовёт тебя Рогнедой?

Руслана ответила не сразу. Вопрос привёл её в замешательство. За последние годы она привыкла к этому имени и уже не обращала внимания на маленький каприз возлюбленного.

– Так звали его суженую, – наконец ответила она. – До того как она умерла.

– И тебя это не задевает? – Милорада с недоумением подняла на старшую подругу глаза.

– Нисколько, – Руслана поддела ногой шишку. – Если ему так удобно, то я не против.

– Странная ты. Неужели он настолько тронул твоё сердце, что тебя не оскорбляет то, что он называет тебя именем бывшей возлюбленной?

– Вовсе нет. Всё не совсем так, как ты себе представляешь. Когда-нибудь я тебе всё расскажу, а сейчас… – она развернула подругу за плечи. – Ты должна поблагодарить своего флейтиста и вернуть ему вещи.

Милорада не успела запротестовать, как за спиной сомкнулись ветви кустов, а она сама оказалась за пределами поляны.

Руслана выждала несколько минут, прежде чем осмелилась выглянуть из своего укрытия. Она напрягла слух. Прожилки на крыльях засверкали, словно по ним растеклось жидкое золото, усиливая способность. Она видела, как смертный перестал играть и поднял голову. Заметив Милораду, он широко улыбнулся и, сжав флейту в руке, соскочил с валуна.

– Милорада, ты всё-таки пришла! Я так рад.

Он поспешил навстречу виле.

– Нужно было вернуть их тебе, – вместо приветствия Милорада протянула аккуратно сложенную чистую ткань – онучи, которыми он обмотал её голые ноги несколько дней назад. Она заметно нервничала, сминая свёрток в руках.

– А, не стоило беспокоиться из-за этого, – отмахнулся флейтист, ощущая нарастающую неловкость.

Он взял скрученную ткань и небрежно бросил на камень. Милорада проследила взглядом за его действиями, оглянулась в сторону Русланы, но явно не заметила подругу, и нервно обняла себя руками.

– Я хотела бы ещё раз услышать твою музыку, – робко произнесла она, опустив глаза на флейту. – Сыграешь для меня?

– Конечно, – смертный вновь улыбнулся.

– Подслушиваешь?

Руслана подскочила от неожиданности и резко обернулась. Володар стоял так близко, что она ощутила его тёплое дыхание, скользнувшее по её уху. Как же она не смогла услышать шаги?

– Володар! – наигранно возмутилась она. – Так вот какого ты обо мне мнения?

– Хм, – возлюбленный многозначительно приподнял бровь. – А как, по-твоему, называется то, что ты делаешь?

– Наблюдаю со стороны?

– Волнуешься за неё?

– Мила мне как сестра, которой у меня никогда не было. Конечно, я переживаю. Ведь однажды мне придётся оставить её одну.

– Не думай об этом сейчас. У тебя ещё будет время.

Он обнял Руслану, прижал к себе и нежно поцеловал в лоб. Призрак прошлого. Её любимый, которого она не должна была помнить. Смертный, которого не должно было существовать в её новой жизни. Только она не смогла отказаться от него. Не после того, как её мир перевернулся пятьдесят лет назад, когда она вновь встретила его.

Она тогда повздорила с полудницей и в расстроенных чувствах покидала ниву. Смертный догнал её на границе поля, поймав за руку.

«Рогнеда, – сказал он, всматриваясь в её лицо. – Наконец-то я нашёл тебя».

Он говорил что-то ещё, но Руслана его не слышала. Сердце её колотилось о грудную клетку, будто искало выход наружу. В висках стучала кровь. Крылья пылали золотым светом, и она никак не могла унять их сияние.

Смертный улыбнулся. Руслана ощутила, как земля ушла из-под ног. Эта улыбка, ямочки на щеках, взгляд серых глаз, упавшая на лоб каштановая прядь, даже прикосновения – всё в нём было таким знакомым, таким родным, словно она знала его всегда.

«От чего мне кажется, что мы с тобой уже встречались когда-то?»

«Потому что я сам того пожелал, Рогнеда».

«Почему ты зовёшь меня Рогнедой?» – все его слова и действия приводили её в замешательство.

«Так звали ту, что должна была стать моей женой. Наречённую, которую возжелал мой собственный отец. Возлюбленную, которую он убил».

«Не понимаю», – Руслана недоумённо смотрела на незнакомца, не в силах двинуться с места. Его присутствие разжигало в ней любопытство и что-то ещё, чего она не могла распознать.

«Проще показать. Позволь мне напомнить тебе кое о чём».

Руслана замерла, давая возможность смертному приблизиться к себе и протянуть руку к лицу. Он погладил её по виску, скользнул по шее, пропустил блестящую на солнце тёмно-каштановую прядь между длинными пальцами. По коже Русланы пробежала дрожь. Крылья засияли ярче, окутав её золотистым свечением. Сознание поглотили хаотичные образы. Постепенно складываясь в единую картину, они погрузили вилу в мир Рогнеды.

«Нет. Прошу, не надо больше», – Руслана отшатнулась от смертного, опустилась на траву и сжала голову руками, прогоняя болезненные воспоминания. Ей казалось, что маленький шрам над сердцем в виде полоски охвачен пламенем.

«Прости, Рогнеда, я не хотел ранить тебя», – смертный присел рядом, обнял за плечи и притянул к себе.

Руслана уткнулась лицом ему в шею, вдыхая его запах. Её трясло от нахлынувших картинок прошлого. Того, которого она лишись, став прислужницей богини Мары.

«Не зови меня этим именем, – тон её изменился. – Я не она. Не та, кого ты любил когда-то. Твоей суженой больше нет, Володар. Я всего лишь тень той, кого ты хочешь видеть».

«Не говори так. Слишком долго я искал тебя, чтобы просто сдаться».

«Однако, это правда, Володар, – Руслана подняла на него глаза, опухшие от непролитых слёз. – Теперь, я помню. Рогнеда – имя, данное мне при рождении. Но оно не принесло мне ничего, кроме горечи и печали. И отныне меня зовут Руслана».

«Не важно, какое имя ты носишь сейчас. Для меня ты навсегда останешься моей возлюбленной Рогнедой. Только благодаря этому имени, я смог пройти весь путь без тебя. Только оно согревало и придавало мне сил, когда я терял веру. Только с ним на устах я выжил».

«Как? Столько лет прошло, а ты совсем не изменился, не состарился, – она неуверенно коснулась кончиками пальцев его щеки, будто боялась, что он всего лишь плод её воображения; иллюзия, которая растает, стоит ей только поверить. – Разве такое возможно?»

«Внутри меня горит огонь папоротника. После того, как я узнал, что сотворил отец, я… – Володар запнулся. Он стисну ладонь в кулак и с силой вдавил в почву, оставив отпечаток костяшек. – Я ушёл из дома. Мне невыносима была мысль о том, что тебя больше нет, и потому я отчаянно искал смерти. В лесу у пруда меня в бессознательном состоянии нашёл знахарь-отшельник. Он принёс меня к себе, предоставил кров, дал смысл жизни. Он рассказал мне о воздушных девах – вилах…»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.