Владимир Василенко
Стальные псы

Название: Артар #1: Стальные псы

Автор(-ы): Владимир Василенко

Глава 1. Вызов принят

Язык мой – враг мой. Но, черт возьми, злить людей иногда так весело!

Полицейский подался вперед, и на секунду мне показалось, что он сейчас бросится через стол и вцепится мне в глотку. Второй – пожилой усатый капитан, видимо, тоже так решил. Шагнул ближе и успокаивающе похлопал напарника по плечу.

– Да ладно, Серег, остынь! Может, сходишь, перекуришь?

Тот раздраженно дернул плечом и откинулся на спинку стула. Руки на груди скрестил, желваки под кожей так и ходят. А взглядом-то как буравит! Будто надеется, что я воспламенюсь от его праведного гнева.

Я демонстративно принюхался.

– Кажется, чем-то паленым потянуло. Не под вами ли стул подгорает?

– У тебя у самого скоро будет подгорать, сопляк! – рявкнул полицейский. – Посмотрим, как ты в СИЗО запоешь, с уголовниками.

Я изобразил было испуг, но потом рассмеялся. Из-за этого у бедного Сереги едва пар из ушей не повалил. Капитан, видя, что напарник уже совсем на взводе, все-таки вытолкал его из комнатушки и сам занял стул напротив меня. Устало вздохнул, проскроллив какой-то документ на стареньком планшете с поцарапанным экраном.

Этот опер куда старше, опытнее, и на все мои подколки и ухом не ведет. А может, до него просто не доходит.

Да нет. Не стоит обольщаться. Рожа у него, конечно, простовата. Типичный мент, рано полысевший и растолстевший от постоянного недосыпа и пристрастия к фастфуду. Да и бухает, похоже, регулярно – куда ж без этого на такой работе. Усы – смешные, как щетка обувная. Сбрил бы лучше их к черту – кто их сейчас вообще носит. Но вот взгляд… Спокойный, цепкий, с легкой ноткой снисхождения. Неуютно под таким взглядом. Чувствуешь себя нашкодившим щенком.

К счастью, во всем известном спектакле про хорошего и плохого полицейского этот отвел себе первую роль.

– Ну, чего ты нарываешься-то, Князев? Только усложняешь все – и себе, и нам.

Я тоже вздохнул и потупил взгляд, изображая раскаянье.

– Взяли тебя с поличным, прямо возле здания. От того, что ты был внутри – не отвертишься. Ты же сам, балбес, выложил видео из приемной гендиректора. Еще и неприличное нарисовал на аквариуме. Лазерным нестираемым маркером. Не стыдно?

– Перед рыбками-то?

– Перед родителями своими, к примеру.

– Сирота я, господин полицейский, – я еще больше сгорбился на стуле. – И безработный. Денег ни на что не хватает, девушка вот тоже недавно бросила. Страсть к рисованию – то немногое, что скрашивает мою задрипанную жизнь. Но разве же кому-то до этого есть дело?

– Ой, не свисти! – поморщился опер. – Ты думаешь, мы тебя уже не пробили по всем базам? Никакой ты не сирота. Родители у тебя в Новосибирске. Беспокоятся о тебе, деньги каждый месяц перечисляют. В полной уверенности, что ты учишься на юрфаке МГУ. Но в универе ты кое-как продержался первый семестр, а после второй сессии вылетел.

– Ну вот. Вы же про меня все знаете. Чего ж допрашиваете-то?

Капитан задумчиво побарабанил пальцами по дешевой пластиковой столешнице.

– Знаешь, есть в таких историях два извечных вопроса – «как» и «на хрена»? Ты забрался ночью в офис компании «Обсидиан». В не самом кислом бизнес-центре Москвы. Как-то обошел всю охрану, все системы сигнализации. Как-то умудрился даже выбраться обратно. Кое-как тебя перехватили.

– Хрен бы вы меня перехватили, если б я ногу не подвернул.

– Это да. Ловок ты, чертяка. Но попался же все-таки. И отвечать придется.

– За что? – пожал я плечами. – Я ж ничего не украл.

– Но нарушил границы частной собственности, – парировал он.

– Но без умысла на совершение правонарушений, – тем же тоном ответил я с ехидной усмешкой. – Это же так, баловство. Административка. Чего уж вы меня камерой с уголовниками пугаете.

Он тоже ухмыльнулся, и эта его ухмылочка мне не понравилась.

– Грамотный больно, как я погляжу. Ну да, ну да, ты ж юрист… недоделанный. Вот только учиться надо было на своем юрфаке, а не фигней страдать. А еще не надо было поганить стекло на аквариуме, который стоит больше, чем моя квартира. Потому как это – уже вполне себе умысел и конкретная статья. Вандализм называется. Это первое.

На моем лице вряд ли что-то отразилось – блефую я неплохо. Но капитан прекрасно понимал, что бьет прямо по болевым точкам.

– Из этого вытекает второе. Раз уж мы тебя повязали в ходе правонарушения, то продержать можем не три часа, а все 48. Так что зря ты так хорохоришься. За двое суток много чего может случиться.

– Угрожаете мне, что ли?

Усатый укоризненно покачал головой.

– Дурак ты. Встрял – так хоть не рыпайся. И постарайся облегчить себе положение. Сдать сообщников своих, например.

– Каких еще сообщников?

– Следов взлома электронной пропускной системы нет. Значит, у тебя либо в нейрокомпьютерном интерфейсе какая-нибудь хитрая незаконная софтина стоит…

– Проверяйте! – пренебрежительно фыркнул я.

– … либо – что более вероятно – у тебя сговор с кем-то из местных айтишников, отвечающих за системы безопасности. А сговор – это уже отягчающие обстоятельства.

– Да не было никаких сообщников, зря пыжитесь! Ну, допустим, незаконное проникновение. Ну, допустим, вандализм. Больше вы мне все равно ничего не пришьете.

– Посмотрим. Когда выясним, как именно ты туда забрался.

Он замолчал, внимательно меня разглядывая.

Настроение мое портилось с ужасающей скоростью – будто газ из воздушного шарика спускали. Да и соответствующий звук, кстати, весьма подходил к ситуации. Может, это, конечно, отходняки после адреналинового куража, или из-за боли в подвернутой ноге. А может, до меня просто потихоньку дошло, что в этот раз я действительно встрял. Хрен с ним, со штрафом. Но ведь эти гады меня и правда здесь могут двое суток промурыжить. И, как пить дать, сообщат обо всем родителям. А вот этого очень бы не хотелось.

Да, да, смейтесь. Великий и ужасный Мангуст не хочет расстраивать маму.

– Да просто все, – сдался я. – Окно было открыто на этаже. В сортире. Там, похоже, система вентиляции барахлит, и эти олухи частенько форточку даже на ночь не закрывают. И никакой сигнализации на окнах. Экономят, наверное.

– Так ясен пень. Этаж-то девятый. И не свисти – никаких тросов с крыши там не болталось. Или у тебя все-таки был сообщник, который все успел убрать?

Я страдальчески закатил глаза.

– Да не было никаких тросов. И никакого сообщника. Снизу я залез, а не с крыши. Слепое пятно есть по периметру, там и проскочил. А дальше вообще легкотня. Датчики только на двух нижних и на двух верхних этажах. И на крыше. А по остальному фасаду – лазай, сколько угодно.

– Где лазать-то? Ты чего несешь? – «добрый полицейский» тоже уже потихоньку начал терять терпение. – Там сплошь либо остекление, либо просто кирпич облицовочный. И никакого снаряжения с тобой не нашли…

Я молча улыбнулся.

– Издеваешься опять? – мрачно спросил опер.

– Ну, я же не говорю, что меня розовые крылатые пони туда занесли.

– Было бы более правдоподобно.

Я развел руками. И спокойно встретил его внимательный взгляд.

Опер поиграл желваками, снова побарабанил пальцами по столешнице. Исчерпав весь свой нехитрый запас драматических жестов, переспросил:

– То есть ты это серьезно?

– Угу.

– Без снаряжения? По голым стенам?

– Да не такие уж они и голые. Карнизы там. Кронштейны для подсветки. Обрешетка остекления. Но главное – фасад-то не ровный. Там всякие… архитектурные излишества. Например, ниши удобные есть, вертикальные. Отталкиваешься от одного простенка, и в аккурат допрыгиваешь до противоположного…

– И что?

– И опять отталкиваешься.

Я нарисовал в воздухе восходящую зигзагообразную линию.

– И что, вот так, без страховки? На девятый этаж? – недоверчиво скривился опер. – И все ради того, чтобы письку нарисовать на аквариуме?

– Чего не сделаешь ради искусства, – пожал я плечами.

Он открыл было рот, чтобы что-то сказать – и явно нелестное, но вдруг осекся – в кармане у него завибрировало. Он вытащил допотопный смартфон – натурально, кусок пластика с экранчиком, в который нужно пальцами тыкать. На НКИ – нейрокомпьютерный интерфейс, вживляемый прямо в височные доли мозга – у него, видно, денег не хватает, с его-то зарплатой. А может, он из тех ретроградов, что предпочитает не совать себе квантовые процессоры в мозг. Таких тоже немало, особенно среди старперов.

– Да… Да… В смысле?! Да они там что, совсем… Ладно, понял… Да понял я, понял!

Он зло взглянул на меня и, ни слова не говоря, поднялся и пошел к выходу. Но, уже приоткрыв дверь, вдруг снова захлопнул ее и, вернувшись, навис надо мной, упираясь руками в стол.

– Повезло тебе в этот раз, Князев. Но ты учти – если такие фокусы не прекратишь, то все равно плохо кончишь. Это я тебе от души говорю. Завязывай!

– Конечно, мамочка, – согласился я. – А что случилось-то?

Капитан скрипнул зубами, но сдержался.

– Какой-то хлыщ из «Обсидиана» приперся. Сообщил, что никаких обвинений против тебя компания не выдвигает.

Вот так поворот! Сморщившийся было шарик моего настроения снова воспрял, раздуваясь от радости.

– Ты особо-то не лыбься, – слегка охладил меня капитан. – Он с тобой сам переговорить хочет. Сейчас будет здесь. Но ты мне вот что ответь. Не для протокола. Просто любопытно…

Он наклонился еще ближе, шибанув запахом табака и дешевого одеколона, и заговорщически прошептал:

– Так всё-таки – на хрена?

Я только улыбался.

– Все просто, капитан. Это челлендж, – раздался за его спиной мужской голос.

Полицейский недовольно поморщился и обернулся.

– Чего?

Вошедший в комнату для допросов мужик мог бы запросто играть Джеймса Бонда. Безупречный дорогой костюм сидел на нем, как влитой, подчеркивая осанку и атлетическое сложение. Во всем – во взгляде, в интонациях, в походке – чувствовалась уверенность и сила. Но не грубая, как у каких-нибудь тупых качков-охранников, а этакая спокойная, дремлющая.

Хозяин жизни, мать его. Меня такие почему-то жутко раздражают. Но я внутренне одернул себя. Хватит, Стас. Терпи. И так сегодня по краю ходишь.

– Модно это сейчас у молодежи, – пояснил гость, подходя к столу. Не сделал ни жеста, но капитан послушно отстранился, пропуская его. – В закрытых группах в соцсетях организаторы объявляют некое задание. Собирают под него призовой фонд. Ставки растут, и кто первый выполнит челлендж – тот и срывает банк. Но задания сложные. И часто опасные. Или неприличные.

– Или незаконные? – продолжил капитан.

«Джеймс Бонд» кивнул.

– А иногда и все сразу.

– Слышал, слышал что-то такое. С жиру бесятся какие-то гады. Зрелищ им подавай. Реалити-шоу – на что ты готов ради денег. А молодежь на это клюет.

– Что поделать – такие сейчас у них развлечения.

– Далеко не безобидные. Месяца полтора назад мы одного такого дурика с рельсов метро соскребали – тоже, похоже, какой-то челендж пытался выполнить.

– Вы правы. Очень тревожная тенденция. Кстати, и забираться на частную охраняемую территорию – тоже затея плохая. Наша служба охраны, между прочим, вооружена.

– Что ж вы заявление-то не подаете на этого? – капитан мотнул головой в мою сторону.

Хлыщ из «Обсидиана» пожал плечами.

– Распоряжение руководства. Но мы примем меры. Так я могу переговорить с задержанным? Это ненадолго.

– Да, конечно, – проворчал полицейский и вышел, напоследок хлопнув дверью.

После его ухода повисла долгая пауза. Франт в костюме придвинул к себе стул, но садиться не стал – лишь опирался на его спинку кончиками пальцев. И разглядывал меня со снисходительным интересом.

Да сговорились они все, что ли? Вылупятся и молчат многозначительно, все такие из себя крутые, как поросячьи хвостики. А я домой уже хочу. И нога болит.

– Ну, а вам-то чего понадобилось? – не выдержал я. – Вы же и так все знаете – и как, и зачем. Так какие у вас ко мне вопросы?

– Вопросов – никаких. Но есть предложение.

Франт выдержал очередную драматическую паузу и продолжил:

– Ты уже слышал – компания «Обсидиан» не будет предъявлять никаких обвинений. Ты свободен.

– Слышал. Спасибо!

Благодарил я искренне – еще бы, такая гора с плеч. Но что дальше-то?

– Не за что. Надеюсь, это уверит тебя в наших добрых намерениях. Ну, а чтобы ты уж точно был уверен…

Он скосил глаза чуть в сторону, разглядывая только ему видимое меню, транслируемое через НКИ в режиме дополненной реальности. Ладонь его с полминуты порхала над невидимыми кнопками. Почти сразу же у меня самого в ушах тренькнуло звуковое уведомление. Я машинально глянул, что там, и едва не ушиб челюсть об стол.

Мне на счет упала шестизначная сумма. Чуть больше ста тысяч рублей. Да это же призовой фонд челленджа!

– Уговор есть уговор, Стас, – усмехнулся франт. – Ты принял вызов и успешно справился. Все по-честному.

– То есть вы сами это все устроили, что ли? Зачем? Чтобы проверить, насколько хороша ваша служба безопасности?

– Не льсти себе, Стас. Наша служба безопасностиочень хороша. У нас все было под контролем. Единственный наш промах – мы не собирались тебя на улицу выпускать. И уж точно не собирались впутывать в это дело полицию.

– Но тогда зачем это все?

– Считай это… тестовым заданием.

– Для меня?

– Для любого, кто готов был взяться.

– И много было таких?

– Кроме тебя, еще шестеро. И человек двадцать слонялось вокруг офиса все эти три дня, подбирая варианты. Но ты нас, признаться, удивил. Мы предусмотрели несколько лазеек к контрольной точке. Можно было, например, задержаться в здании после закрытия, спрятавшись где-нибудь, и найти «окна» в маршрутах охраны. И слепые пятна в системе видеонаблюдения специально оставили. И через вентиляцию можно было попробовать…

– Знаю, знаю. Но там грязновато. И у меня клаустрофобия.

– Ну, ты-то вообще нашел свой путь. Мы такой вариант, если честно, даже не рассматривали. Да и мало сейчас таких спецов по экстремальному паркуру. Не особо-то модное направления. Но ты – настоящий талант. Я заглядывал в твой видеоблог. Ты ведь тот самый Мангуст? На видео ты в маске, но вычислить тебя несложно.

– Вы так и не сказали, для чего вам это, – не очень-то вежливо отозвался я.

Несмотря на пополнившийся счет на банковской карте, ощущения были какие-то смешанные. Вроде как подозреваешь, что тебя хотят обдурить, но пока не понимаешь, как именно.

– Нам нужен такой человек, как ты. Который быстро соображает, быстро действует. Но главное – умеет пробираться во всякие труднодоступные места.

– Так я вроде как юрист, а не проктолог.

– И снова ты себе льстишь. С юридического факультета тебя уже полгода как выперли.

– Да что ж такое-то? Уже вся Москва в курсе, что ли? Или вы тоже меня того… пробили по всяким базам?

– А как же! У нас возможности не хуже полицейских. А по некоторым позициям и лучше. К примеру, мы знаем и то, зачем ты участвуешь во всех этих сомнительных челленджах.

– Пфф! Невелика тайна. Деньги-то всем нужны!

– Ты и так особо не бедствуешь. У тебя вполне обеспеченные родители, помогают тебе материально. Да и на канале своем зарабатываешь вполне стабильно, я думаю. На жизнь точно должно хватать.

– Смотря какую жизнь. Ну, так вы мне расскажете, чего вам от меня надо, или так и будете ходить вокруг да около? Работу мне хотите предложить, что ли? В этом вашем «Обсидиане»?

– К компании это не имеет прямого отношения. Это… личное. Скажем так, у нашего босса есть некий побочный проект. Считай это хобби. Но относится он к нему довольно серьезно. Собирает команду. Ему нужны люди, на которых можно положиться. Уже есть несколько отличных бойцов, но нужна и толковая поддержка. В том числе этакий… эм… разведчик. И диверсант. Тот, кто сможет действовать скрытно, быстро, нестандартно. Мы уже пробовали несколько кандидатур, но потом решили, что проще устроить такой вот кастинг и найти человека, у которого изначально хорошие задатки. А уж потом натаскать его на практике.

– По описанию – что-то не совсем законное, – прищурился я.

– Вовсе нет. Речь ведь всего лишь о виртуальном игровом мире. Ты ведь слышал об Артаре?

А вот тут мне, похоже, не удалось совладать с эмоциями, потому что хлыщ довольно рассмеялся, видя мою реакцию.

– Ну, конечно, ты слышал. Ведь именно в нем все дело. Оборудование для выхода в эйдетическую сеть стоит недешево. Абонемент в Артар – тоже. Причем вряд ли деньги на все это ты можешь попросить у родителей. Вот ты и пытаешься раздобыть их сам, всеми доступными средствами.

– Откуда вы… – начал было я, но тут же осекся. Ну, уж это выяснить было несложно, достаточно посмотреть мои посты в соцсетях.

– То есть вы мне предлагаете работу… в Артаре?!

– Именно. Эйдос-модем мы предоставим. И абонемент на первый месяц тоже оплатим, если нужно.

– А в чем подвох?

– Да ни в чем. Условие одно – ты вступаешь в наш клан и работаешь на нас. Как минимум до тех пор, пока не отработаешь вложенные в тебя деньги.

– А если не отработаю?

– Думаю, все будет хорошо. Старт в Артаре тяжеловат, но ты вроде способный малый. Да и мы поможем. Мы заинтересованы в том, чтобы ты побыстрее втянулся.

– Ну, а все-таки? У меня это… иногда не очень получается вливаться в коллектив. Характер такой дурацкий.

– Нам, если честно, плевать на твой характер. Главное, чтобы ты делал свое дело. Мы готовы дать тебе шанс, Стас. Просто постарайся не просрать его. Главное – учти, что особо церемониться с тобой никто не будет. Не думаешь же ты, что ты у нас единственный такой рекрут?

– Что-то вроде испытательного срока дадите, что ли?

– Вот именно. У тебя будет неделя на то, чтобы проявить себя. Облажаешься – просто отдадим модем другому.

– Да что там можно успеть за неделю-то? Я же буду совсем нубом, не успею толком прокачаться.

– Игровые сессии в Эйдосе – от 12 до 20 часов субъективного времени. Так что неделя – это около сотни часов геймплея. Вполне достаточно, чтобы доказать, что ты можешь быть нам полезен. Ну, и вообще, что у тебя кишка не тонка для Артара.

– В смысле?

– Поймешь, когда окажешься там, – усмехнулся он.

Он выложил на стол маленький прямоугольник из плотного картона. Визитка. Реальная, не электронная. Надо же, кто-то до сих пор их использует?

Визитка простая, без дизайнерских изысков – лишь логотип «Обсидиана» и несколько строчек. Терехов Леонид Владимирович. Начальник службы безопасности. И номер для связи.

– Ладно, заболтались мы с тобой, Стас. Подробности можно обсудить позже, и уж точно не здесь. Если, конечно, тебе это интересно.

Интересно ли это мне?! Да я чувствовал себя как тот очкарик из старых книжек, который получил письмо с приглашением в школу магии. Но лицо-то надо держать. Так что я, изо всех сил стараясь оставаться внешне спокойным, небрежно кивнул:

– Я подумаю.

– Подумай.

Терехов, посчитав, что разговор закончен, направился к двери. Но перед самым выходом чуть задержался и, обернувшись через плечо, с усмешкой добавил:

– Кстати, шефу очень нравится этот аквариум. Так что зря ты так. Стоимость замены стекла тоже включим в твой счет.

Он, похоже, нисколько не сомневается, что я приму их предложение. Моя дурацкая поперечная натура на это реагировала поднимающейся изнутри волной раздражения и протеста, но я на корню задавил этот порыв. Черт его знает, что там у богатеньких за причуды. Но для меня это действительно шанс. Шанс оказаться в игре уже сейчас, а не через три-четыре месяца – только к тому времени я рассчитывал накопить на Эйдос-модем. Стоит он, как хороший автомобиль.

– Не вопрос, Леонид Владимирович.

Терехов удовлетворенно кивнул.

– Тогда до встречи в Артаре, Мангуст.

Глава 2. Калибровка

Первые эксперименты по созданию нейрокомпьютерных интерфейсов начались еще в 20 веке, а в начале 21-го в продажу поступали уже более-менее доступные простым пользователям модели. То же самое и с устройствами дополненной реальности.

Но это все было не то. Либо специализированные устройства для инвалидов, либо просто неудобные и неоправданно дорогие игрушки.

Настоящий прорыв случился в конце 20-х годов. Началось массовое использование квантовых процессоров нового поколения – в десятки раз меньше предшественников, но в те же десятки раз мощнее. Но главное – был преодолен «языковой барьер» между человеческим мозгом и компьютером. Люди научились имитировать сигналы, полностью идентичные тем, что мозг воспринимает от органов чувств.

Дальше – дело техники.

Массовые и относительно недорогие НКИ появились буквально через пару лет. Никаких внешних устройств – под кожу владельцу на висках вшиваются небольшие пластинки. В этих имплантах размером с монету – вычислительные мощности, сравнимые с суперкомпьютерами начала 21 века, плюс сетевая карта с пропускной способностью в десятки гигабит в секунду. И все это соединено напрямую с височными долями мозга тончайшими электродами из специального полимера, не вызывающего отторжения в тканях и со временем врастающего в нейронную сеть владельца.

Никаких дисплеев – вся визуальная информация, которую нужно предоставить владельцу, формируется прямо в его зрительных центрах. Этакие рукотворные галлюцинации – в полном HD и 3D. С помощью НКИ можно, например, вызвать экран на всю стену, в любом месте, где захочешь.

Музыка? Слушай любую, и она будет звучать только у тебя в голове.

Общение? Если у собеседника тоже НКИ, то можешь вызвать его трехмерную проекцию, и незачем переться к нему через полгорода, чтобы увидеться.

У меня НКИ установлен с 15 лет. И, честно говоря, я слабо представляю, как люди обходятся без него. Нет, я знаю, что еще лет 50 назад даже мобильных телефонов не было, и ничего – люди как-то жили. Но я бы уже так не смог, наверное. Это же как без руки или без глаза.

Впрочем, НКИ до сих пор не особо массовое явление, хотя и начали продаваться еще 20 лет назад. Все-таки это вам не мобильные телефоны. Одно дело – просто купить гаджет, и совсем другое – воткнуть электронику себе в мозг. У многих предрассудки на этот счет.

А тем временем, не успели тугодумы прочухать этот прорыв – подоспел следующий. Открытие феномена эйдетического транса. Ну, или ЭТ-фазы, если короче.

Это особое состояние мозга, что-то типа фазы быстрого сна – тех самых промежутков, когда мы видим сновидения. Оказалось, что в этом состоянии мозг в сочетании с НКИ способен на просто невероятные вещи.

Виртуальная реальность в ЭТ-фазе такая, что не отличишь от настоящей. Но фишка даже не в этом. Выяснилось, что в ЭТ-фазе мозг – будто на форсаже, и даже течение времени воспринимает иначе. Субъективно оно растягивается в несколько раз. Причем это можно масштабировать – читал, что в лабораторных условиях мозг разгоняли до масштаба времени 60 к 1. То есть тебе кажется, что в виртуальности ты пробыл час, но на самом деле прошла всего минута.

Люди научились добавлять часы в сутках. И, по сути, подарили себе вторую жизнь, виртуальную.

Поговаривают, что ЭТ-фазу открыли тоже примерно в конце 20-х, но долгое время эта технология была засекречена. Эйдос и первые общедоступные вирты появился меньше пяти лет назад.

Эйдос – это всемирная эйдетическая сеть. Что-то вроде интернета, но только работающая исключительно с пользователями, находящимися в ЭТ-фазе. Через эту сеть пользователь может подключиться к доступным ему виртуальным реальностям, которые сейчас активно разрабатываются вирт-дизайнерами.

Сейчас настоящий бум виртостроения, но пока готовых миров не очень много. В основном это что-то вроде парков аттракционов, которые демонстрируют пользователям возможности виртуальной реальности нового поколения.

Чаще всего вирты сольные или для небольшой группы людей. Например, Голливуд начал потихоньку штамповать ремейки известных кинопроектов с возможностью полного погружения – можно стать главным героем и двигать сюжет к одной из предусмотренных сценаристами концовок. Ну, и конечно, для порно-индустрии Эйдос сулит небывалый взлет.

Есть и многопользовательские вирты – их называют пабликами. К ним могут подключаться уже не пару человек одновременно, а десятки, сотни. Используются паблики по-разному. Поговаривают, что первыми такими проектами были всякие полигоны для военных и спецслужб. Ну, и некоторые крупные корпорации начали устраивать виртуальные офисы, в которых могут совместно работать люди из разных точек земного шара.

Но, по мне, это изврат. Получить дополнительные 10-20 часов в сутки и тратить их на работу? Черт возьми, Эйдос – для того, чтобы веселиться! И такие, как я, с нетерпением ждали появления по-настоящему крутого и масштабного проекта.

И вот, студия Next Generation Games, наконец, анонсировала выход «Артара».

Первый многопользовательский игровой проект, рассчитанный на десятки тысяч человек онлайна. С площадью мира под миллион квадратных километров. С сотнями тысяч компьютерных персонажей, управляемых искусственным интеллектом, и с совсем уж невообразимым количеством всякого зверья и монстров. Огромный остров для исследования и приключений в духе меча и магии. Только там ты не нарисованного персонажа по экрану гоняешь, а сам ныряешь в приключения с головой.

То, что я вылетел из универа – процентов на восемьдесят вина создателей Артара. Конечно, у студентов частенько бывают проблемы с учебой из-за компьютерных игр. Пожалуй, с тех самых пор, как эти игры изобрели. Но в моем случае вдвойне обидно, что я и поиграть-то не успел.

Вся загвоздка – в стоимости Эйдос-модема. Для того, чтобы подключаться к Эйдосу, недостаточно НКИ. Нужно специализированное устройство, которое погружает мозг в ЭТ-фазу, контролирует его и транслирует в него данные, необходимые для связи с виртом. Цена вопроса – около шести тысяч еврокредитов. Для буржуев не ахти какая сумма, но с нашим валютным курсом да таможенными пошлинами выходит тысяч 700-800 рублей. Даже дороже, чем операция по установке нейрокомпьютерного интерфейса.

На ту операцию мне в свое время дали денег родители. Но это дело другое. За НКИ реально будущее, это все адекватные люди понимают. Встроенный комп в мозгах – это преимущество по жизни, особенно когда большая часть населения пока без него. Но пол-лимона на игрушку отец мне сроду не даст. Да и нет у него таких денег.

Вот и пытался я заработать деньги сам. Терехов все верно говорил – на текущие расходы мне вполне хватает присылаемых родителями денег и небольшого пассивного дохода с видеоблога. Но накопить с этого на Эйдос-модем было нереально. Вот и я пустился в эту авантюру с челленджем. Рисковал, конечно, страшно. Это я перед капитаном в полиции рисовался, что мне было раз плюнуть забраться на этот небоскреб по фасаду. На самом деле, это, пожалуй, самая отчаянная и самая опасная выходка за всю мою жизнь.

Но, в итоге-то – получилось!

Спецы по установке ушли только что, а я, как детсадовец, получивший на новый год крутую игрушку, сидел и пялился на новенький модем, вмонтированный в стену в изголовье кровати. Глядел и не решался прикоснуться.

Смотреть, если честно, особо не на что. Внешняя панель – глянцевая, белая, похожа на выпуклое кольцо, подсвеченное изнутри. В общем, буду спать с этаким нимбом над головой. От кольца отходят толстенный кабель, упрятанный в серебристую плетку. Это кажется дикостью в век беспроводных технологий, но без кабеля никак – для Эйдоса нужен широкий канал связи с минимальными потерями.

Я улегся на кровать и командой через НКИ активировал модем.

– Вас приветствует единый оператор всемирной эйдетической сети Эйдос, – раздался в голове приятный женский голос. – Для подключения к сети необходимо произвести первичную калибровку оборудования. Это займет от полутора до двух часов. Если прервать процесс – его можно будет возобновить с одной из контрольных точек, которые будут созданы в ходе калибровки.

– Запускай.

Во время сеансов подключения к Эйдосу модем не просто гонит терабайты информации в мозг пользователю. Он постоянно взаимодействует с нейронной сетью человека, становясь на время ее надстройкой вместе с НКИ. Поэтому нужна такая тонкая калибровка и настройка.

Кстати, по этой же причине, увы, не развит бизнес почасовой аренды таких модемов. Я узнавал – во всей Москве пытались работать всего два таких салона, и то вскоре закрылись. Чтобы сдавать модем на часок-полтора – для стандартного игрового сеанса – его приходится заново калибровать под каждого нового пользователя. В итоге в сутки модем отработает максимум 5-6 сеансов. А техника тонкая – от постоянного ковыряния в настройках начинает барахлить.

К счастью, во время калибровки необязательно валяться, пялясь в одну точку.

Я набрал Терехова.

Обсидиановский «Джеймс Бонд» долго не отвечал. Наконец, его двухмерный аватар возник на стене над моей кроватью.

– Что-то срочное?

И вам здрасьте, Леонид Владимирович. Но ехидничать я не стал – понятно же, что занят человек.

– Да просто звоню сообщить, что все в порядке. Модем привезли, установили. Калибруюсь вот. Что дальше-то?

– Будь готов выйти в онлайн сегодня без четверти полночь. Мы все стыкуемся в игре в это время. Я сам тебя встречу в Золотой гавани. Но перед этим созвонимся, дам инструкции.

– Понял. А можно…

– Нельзя. Все вопросы – вечером. Извини, сейчас занят.

И отключился.

– Все вопросы – вечером, – пробубнил я в пустоту, передразнивая безопасника. Деловой, спасу нет.

Значит, ждать до ночи. А сейчас у нас… 11.38. Блин, еще весь день впереди.

Я тихо выругался себе под нос.

Честно говоря, ситуация с этим «Обсидианом» очень мутная.

С Тереховым я созвонился на следующий же день после того памятного разговора в полиции. Тот сказал, что ему нужно окончательно согласовать все с шефом и пообещал перезвонить позже.

Это был долгий и нервный день. Я себе места не находил. Уж и в тренажерку сходил, и по городу немного побегал – сколько позволила подвернутая при задержании нога, и в кофейне любимой проторчал. Время тянулось, и тянулось, и тянулось, а у меня эта сделка с Тереховым из головы не шла. А вдруг все сорвется? Это был бы такой облом, что меня просто порвало бы с досады, как хомячка от петарды.

Позвонить он соизволил только поздно вечером. И – снова никаких подробностей. Сказал с утра быть дома – должны были привезти модем. Абонемент на первый месяц в «Артаре» мне уже проплатили. Но оборудование зарегистрировано за «Обсидианом», и в случае, если у нас что-то пойдет не так – его заберут обратно. Плюс за замену стекла в аквариуме его босса мне выкатили счет в восемьдесят тысяч.

Долг я отдал сразу же – благо, не успел потратить куш, выигранный на челлендже. В итоге остался почти без денег, с чужим модемом, который могут в любой момент забрать, и без четких инструкций по дальнейшим действиям.

Ну, точнее, инструкция-то была – ждать до вечера. Но это же с ума сойти можно! Еще полдня ходить, облизываться?

Я полез в сеть, проверить кое-что.

Ну, так и есть! Минимальный рекомендуемый промежуток между двумя полноценными сеансами в Эйдосе – не менее восьми часов. То есть я запросто смогу одну игровую сессию провести прямо сейчас, после калибровки, а потом, ближе к полуночи, подключиться второй раз. А дальше уж – в рекомендуемом медиками режиме – по паре часов в сутки.

Вот только что на это скажет Терехов? Он же вроде напрямую не запрещал самостоятельно подключаться к Артару. Наоборот, в полиции подчеркнул, что им нужно, чтобы я как можно быстрее втянулся в игру. Неделю дал, чтобы себя проявить.

В первой игровой сессии от меня все равно толку мало будет – буду нуб-нубом. Так уж лучше я этот унизительный этап сам как-нибудь пройду. Масштаб времени в Артаре – один к восьми, то есть одна игровая сессия будет около 16 часов субъективного времени. Вполне можно немного освоиться.

Ладно, кого я обманываю. Пытаюсь сам себя уговорить. Все-таки надо уточнить у Терехова.

Второй мой вызов безопасник «Обсидиана» попросту сбросил.

Ну, вот и ладненько. Только не говорите потом, что я вас не пытался предупредить!

– Калибровка оборудования завершена на двадцать процентов, – объявил оператор.

Отлично! Движется процесс.

Я поудобнее устроился на кровати и развернул над собой здоровенное вогнутое полотнище виртуального экрана. Зашел на уже ставший родным за последние месяцы русскоязычный сайт «Артара». Я на этом сайте в последнее время бывал чаще, чем среднестатистический восьмиклассник на Pornhub, и примерно с теми же мотивами – раз уж сама игра мне была недоступна, так хоть посмотреть, как в нее играют другие.

Сервер запустили меньше двух месяцев назад, но за это время игроки уже столько там наворотить успели – жуть. Уже куча гильдий зарегистрирована, игроки начинают потихоньку делить территорию. Впрочем, учитывая особенности Эйдоса, это они еще толком не расшевелились. Думаю, любой игрок в Артар заходит в игру ежедневно – иначе смысл платить такие бабки за месячный абонемент. Средняя продолжительность сеанса, как говорил Терехов – от 12 до 20 часов субъективного времени. Выходит, за месяц игрок проводит в игре от 360 до 600 часов. В играх старых поколений за это время можно освоить весь контент, какой только есть.

Но создатели Артара, видимо, это предусмотрели. Поэтому игра довольно хардкорная, и прокачиваться в ней сложно. А основной упор сделали на взаимодействие игроков. Гильдии, гладиаторские бои, сложные цепочки крафта, монстры и боссы, которых можно завалить только хорошо сыгранной группой. Ну, и все такое прочее.

В этом смысле здорово, что я в игре стартую уже с кланом. Если бы начинал играть один – неизвестно еще, когда смог бы найти подходящую компанию.

Я открыл раздел с описаниями классов персонажей. Вот тут надо все тщательно обмозговать.

Персонажа в Артаре можно создать только одного. Сменить класс или кардинально поменять внешность потом будет нельзя. Можно будет только полностью обнулить персонажа, причем нового можно будет создать только после определенного перерыва – от недели до месяца, в зависимости от того, сколько провел в игре. Там какие-то сложные заморочки с созданием и настройкой альтернативной ментальной проекции.

Предварительный проект внешности можно было создать на самом сайте, и я это давным-давно уже сделал, проведя не один час в редакторе. Как, наверное, и большинство игроков, за основу взял свою внешность, но подкорректировал её. Чуточку. В двадцати местах. Ей-богу, наверное, да Винчи свою Мону Лизу быстрее нарисовал, чем я – персонажа для Артара.

Персонаж по-прежнему был похож на меня, но очень отдаленно. Куда более смуглый, чернобровый, бритоголовый, с миндалевидным разрезом глаз и четко очерченными скулами. Этакий метис с примесью азиатской крови. Единственная досада – мое альтер-эго получилось довольно худосочным. Но для того были причины.

Система прокачки в Артаре – минималистична. Там вообще весь упор – на максимальную реалистичность происходящего, поэтому игровые условности стараются свести к минимуму. Характеристик персонажа всего четыре – Сила, Ловкость, Интеллект и Живучесть. Их начальные значения близки к 100 единицам – это некое усредненное значение для обычного человека. А уж дальше твоя внешность будет меняться пропорционально повышению характеристик.

Особенно это на воинах заметно. Например, есть там один – Крушителем себя называет. Уже под 800 единиц Силы накопил, то есть силищи в нем – за восьмерых. Выглядит – как огромная гора мускулов, и доспехи килограмм под шестьдесят весом.

Характеристики прокачиваются, когда выполняешь какие-нибудь действия, завязанные на них – бегаешь, прыгаешь, из лука стреляешь, и все такое. Но это скорее побочный способ, который актуален в основном в начале игры. Основную же прибавку получаешь, когда убиваешь монстров или других игроков. Это вместо абстрактного Опыта из старых компьютерных игр. В Артаре нет никаких уровней и экспы – просто с каждой победой ты как бы забираешь часть силы противника себе. А когда умираешь – наоборот, теряешь.

То, в какой конкретно пропорции будут расти характеристики – зависит от класса. Плюс для каждого класса предусмотрен набор различных Талантов, которые влияют на игровой процесс. Но Таланты открывать и прокачивать нужно будет уже в процессе игры, и для этого понадобится специальные квесты проходить и репутацию качать у разных неписей, некоторых из которых еще разыскать надо. Так что вариантов билдов для каждого класса – десятки.

Терехов говорил, что им нужен в отряде разведчик и диверсант. И мои навыки паркура его впечатлили. Что ж, значит, и в игре от меня ждут развития в этом направлении. По каким-нибудь там деревьям лазать, по скалам, по крепостным стенам. Тут, конечно, ловкость нужна, координация движений. Но и сила тоже. Это уж я по реалу знаю. С четырех лет на спортивную гимнастику ходил. Имел все шансы в олимпийский резерв попасть, если бы хватило дисциплины и целеустремленности.

Но с этим у меня, увы, проблемы.

В воздухе надо мной зависло десятка полтора круглых медальонов с различными символами. Это медальоны игроков. Часть интерфейса. У каждого игрока они есть, и их нельзя потерять, передать кому-нибудь или уничтожить.

Медальоны были расположены треугольником. На вершинах были базовые архетипы игроков – Воин, Маг и Лучник. На медальоне Воина выгравирована обоюдоострая секира, у Мага – четырехконечная звезда, у Лучника – наконечник стрелы. Медальоны остальных классов расположены по сторонам треугольника или внутри него – так проще определить визуально, какие пропорции Силы, Ловкости и Интеллекта характерны для каждого класса.

Мне, по идее, надо присмотреть что-нибудь на линии между Силой и Ловкостью. Что тут у нас…

Наемник. По сути, тот же Воин, только более подвижный, с упором на одноручное оружие и легкий щит либо на парное оружие. Вообще, судя по форумам, чуть ли не половина игроков в Артаре качают либо Воинов, либо близкие к ним классы – Наемников и Паладинов. Пока самый эффективный архетип, особенно для новичков. Броня и грубая физическая сила решают. А Паладины еще и лечить немного умеют и всякие полезные ауры применяют.

Ассасин. Это уже ближе к Лучнику по балансу между Силой и Ловкостью. Основная его фишка – это Таланты на скрытность, на дополнительный урон при ударе со спины, на дополнительную прибавку к статам за убийство других игроков. Для моих целей, пожалуй, самое то.

Я чуть приблизил медальон Ассасина. Два перекрещенных кривых кинжала.

Смотрел я немало видеообзоров на этот класс. Как, впрочем, и на все остальные. Главный его потенциал – в неожиданном нападении исподтишка, и особенно эффективен он при выслеживании одиночных целей. Естественно, таких крыс остальные игроки терпеть не могут, и отыгрываются на них в открытом бою. В прямой схватке сины уязвимы – слабая броня, низкая Живучесть, слабые удары.

Ну, хотя Терехов же говорил, что действовать будем в команде, так что, наверное, мне особо и драться-то не придется один на один. Мое дело – разведывать, заманивать в ловушки, добивать раненых…

Да уж. Столько месяцев мечтать об Артаре, и стать в нем крысой?

Я вздохнул.

Сам-то я уже давно класс выбрал. Мне не интересны были классические архетипы, со своими ярко выраженными слабыми и сильными сторонами. Хотелось чего-то универсального, сочетающего в себе и ловкость, и силу, и магию. Таких гибридных классов было не так много. В самом центре треугольника было и вовсе всего два медальона.

Первый – класс Искателей. Вообще без всяких бонусов и штрафов к характеристикам и без классовых Талантов. Чистый лист – развивай, кого хочешь. Но после последнего патча этот класс стал недоступен – даже на сайте его медальон с изображением змеи, кусающей собственный хвост, стал серым и полупрозрачным.

На втором медальоне – символ Инь-Ян. Монах.

Монах – не в смысле ряса, борода, воздержание, молитвы. Любая вещь из этого списка – вообще не про меня. А вот всякая азиатчина с боевыми искусствами, мантрами, сенсеями и эпичными ударами с разворота пяткой в нос меня очень даже привлекала с самого детства. Увы, школы кунг-фу в нашем районе не было, а самое близкое по смыслу, что нашлось – это секция гимнастики.

Артар, конечно, не Шаолинь, и у местных боевых монахов – своя специфика. Но все равно – мне нравилось. А придется выбирать не то, что хочешь, а то, что надо.

Хотя…

Собственно, а чем монах-то не подходит? Баланс Силы и Ловкости неплохой. Плюс главная фишка Монахов в том, что они особой магией владеют. Огнем и молниями не пуляются, зато умеют за счет магии усиливать возможности своего тела.

Я еще некоторое время повалялся, перебирая варианты.

– Калибровка оборудования завершена на восемьдесят процентов, – сообщила оператор.

Ух, как время-то летит! Еще минут десять-пятнадцать – и я смогу начать свою первую игровую сессию.

Все-таки позвонить напоследок Терехову? Ай, да ну его в пень! Я что, у него разрешения должен теперь спрашивать на каждое действие?

А вдруг это важно? Вдруг модем отберут из-за того, что я не согласовал с ним выбор класса и первую вылазку в Артар?

Я еще пару минут пометался, раздираемый сомнениями, но потом решил расслабиться и хотя бы дождаться завершения калибровки. А там уже видно будет.

Хотя, кого я опять обманываю. Я уже прекрасно знал, как в итоге поступлю. А там уж – будь, что будет.

Глава 3. Золотая Гавань

Очнулся я от того, что все вокруг качалось. Да неслабо так качалось – я с непривычки даже долбанулся головой об какую-то деревяшку. Потирая ушиб, успел поразиться реалистичности ощущений. Затихающая боль от удара, приглушенный плеск волн, доносящийся снаружи, запах моря, мокрого дерева, каких-то специй…

Провел кончиками пальцев по бритой голове – слегка шершавой от начинающих пробиваться волосков. Щекотно.

А-хре-неть.

К достоверности визуальной составляющей Эйдоса я был готов – НКИ и без ЭТ-фазы создает образы, неотличимые от реальности. Но здесь-то и звуки, и запахи, и тактильные ощущения – все как по-настоящему!

Я огляделся. Крохотная корабельная каютка – едва хватает места для грубой деревянной лежанки и небольшого сундука у стены. Окошек нет, но и без них ясно, что мы недалеко от берега. Корабль кренится на один борт – видимо, разворачивается. Извне доносится гомон матросов, звонкие удары колокола, топот множества ног по деревянной палубе, крики чаек.

Скособоченная дверь каюты со скрипом приоткрылась, и на пороге появился матрос в широких мешковатых штанах, голый по пояс. Через правый глаз у него пролегал вертикальный шрам. Но здоровый глаз смотрел весело.

– Ха! Ну ты и соня! Тебя даже вчерашний шторм не разбудил. Вставай, мы уже прибыли в Золотую гавань!

– Отлично. Уже можно сходить на берег?

– Да, уже причаливаем. Только вещички свои не забудь! Возвращаться за ними никто не будет.

Он отправился дальше – похоже, обходить остальные каюты.

Я поднялся, оглядел себя. Одежда у меня была почти как у того матроса – только свободные штаны из грубой серой ткани, подпоясанные широким матерчатым поясом. Телосложения я был, прямо скажем, не выдающегося. Даже как-то обидно. Я в реале, конечно, тоже не бодибилдер, но с детства с турников не слезаю, так что жилистый, рельефный. А тут – сосиска-сосиской.

Ладно, это дело наживное.

На груди, холодя кожу, висел гладкий серебристый медальон. Круглый, немного выпуклый в обе стороны, как линза. С символом Инь-Ян на лицевой стороне. Я коснулся его, и тут же в поле зрения вспыхнули полупрозрачные элементы интерфейса.

Их немного. В правом нижнем углу – несколько пустых квадратных ячеек. Слоты быстрого доступа для инвентаря. В левом верхнем – силуэт человеческой головы. Там данные о характеристиках. В правом верхнем углу – прозрачная человеческая фигура с раскинутыми руками – что-то в духе рисунков да Винчи. Насколько я знаю, там отображается информация про всякие баффы, отравления, ранения, эффекты зелий и прочее, и прочее.

Я задержал взгляд на иконке статуса, и в воздухе всплыли полупрозрачные меню.

Первая вкладка – характеристики. Сила, Ловкость, Интеллект, Живучесть – все по сотне. Ну, да, Монах стартует со средними значениями всех характеристик. И уж как они будут развиваться дальше – будет зависеть от билда.

Вторая вкладка – Таланты. На ней горит полупрозрачный знак Инь-Ян, и вокруг него – еще пять каких-то значков, тоже не активных. Про это я предварительно смотрел материалы, но только самые общие. Инфа от разработчиков короткая, а толковых гайдов по Монаху от игроков еще не успело появиться. Хотя, и не нужны они мне – люблю сам в таких вещах разбираться и экспериментировать. Знаю только, что пять символов означают стихии – Огонь, Воду, Дерево, Металл и Землю. Что-то вроде разных школ развития, которые можно будет потом комбинировать. И вариантов билдов – масса.

Вот пока и все вроде бы. Никаких тебе полосок хитпойнтов и маны. Впрочем, у Монахов маны нет, у них энергия Ци, и она просто так не появляется – ее еще накопить нужно. А вот хитпойнтов в игре и вовсе нет, ни у игроков, ни у мобов. Тут все реалистично. Есть жизненно важные органы, есть кровопотеря, возможность отравиться, обморозиться, обжечься. То есть драться здесь придется, практически как в реале, а не просто рубить друг друга мечами – у кого полоска хитпойнтов раньше кончится.

Я немало роликов с боями в Артаре смотрел. Со стороны выглядит жутковато – как в боевиках с хорошими спецэффектами. Звон скрещивающихся клинков, крики, кровища, порой и отрубленные конечности отлетают. И боль здесь, говорят, тоже вполне чувствуется. Не совсем, конечно, как в реале – разработчики не садисты. Но мало точно не покажется.

Для пробы ущипнул себя за руку. Потом еще раз, посильнее. Не особо-то чувствуется. Шлепнул самого себя по щеке. Пощечина получилась звонкая, но терпимая. Попробовал еще…

За этим увлекательным занятием меня и застукал все тот же непись-матрос.

– Ха! Ну, ты и соня! Тебя даже вчерашний шторм не разбудил…

– Да понял я, понял! Сейчас выйду.

И правда, хватит дурью маяться. Я полез в сундук за стартовым шмотом. Так, что тут у нас…

Обувка. Что-то вроде кожаных сандалий, застегивающихся на щиколотках. Вроде ничего, удобные.

Рубаха. Точнее, что-то вроде просторной футболки из плотной серой ткани. Размера на четыре больше, чем надо. Повисла на мне, как на вешалке – ворот широкий, до самых ключиц. Зато удобно, движений не стесняет.

Простенькая холщовая сумка с лямкой, перебрасываемой через плечо. С десяток небольших круглых лепешек. Бутыль с водой. Пять флакончиков из толстого стекла. Во флакончиках – какая-то красная жидкость.

Всё, что ли? Деньги на первое время, насколько я знал, мне выдадут на берегу. Но как насчет хоть какого-нибудь завалящего доспеха? Или оружия?

Оружие, впрочем, нашлось – оно просто не поместилось в сундук, и стояло, прислоненное к стене. Прямой деревянный шест – этакий черенок от лопаты, только подлиннее, с меня ростом. Центральная часть плотно перемотана шнуром, чтобы держать было удобнее.

Я повертел палку в руках. Как-то же здесь описание предметов можно вызывать…

Снова коснулся медальона, задержал взгляд на палке.

«Бо. Материал – бук».

Мда. Урон на оружии здесь, видно, не отображается. Логично, раз хитпойнтов у игроков и мобов нет. Хотя, судя по материалам, которые я смотрел на сайте Артара, все-таки многие характеристики здесь показываются в конкретных числовых значениях. Например, есть единицы брони, магического урона, уронами ядами, и прочее, и прочее. Так что наверняка игровой движок все-таки просчитывает все по математическим формулам. Просто игрокам показывают только верхушку айсберга – чтобы они не на цифры смотрели, а ориентировались по собственным ощущениям.

Ну, что ж, хоть палку дали. Вроде крепкая, врезать ей можно неслабо, в случае чего. А там уж посмотрим, где обзавестись нормальным оружием.

Найти путь на палубу оказалось проще простого – туда вел единственный узкий проход, тянущийся, похоже, через весь трюм. По нему шагала вереница пассажиров – все примерно в такой же простецкой одежде, что и я. Прям парад голодранцев. Большинство были сами по себе, но некоторые уже сейчас держались небольшими группами – видно, друзья, скооперировавшиеся для совместной игры.

Хотя рассматривать в трюме было особо нечего, все вертели головами и возбужденно галдели. В основном на английском. Ну да, я ведь вошел в игру в середине дня. А в Америке сейчас как раз первая половина ночи, там сейчас самый высокий онлайн.

Вообще, с онлайном в Артаре занятная штука. В играх старого поколения геймер мог проводить по несколько часов кряду, но в Эйдосе время игры ограничено парой часов в сутки – по медицинским показаниям. Причем подавляющее большинство игроков используют это время для одного большого ночного сеанса. Так удобнее всего – лег спать, заснул, проснулся в Эйдосе. Провел там целый день субъективного времени – вышел и опять заснул до утра.

В связи с этим идет очень явное разделение онлайна по часовым поясам, и процентов восемьдесят игроков вообще никогда не пересекаются друг с другом. А зайти в онлайн не в «свое» время – это приключение в духе «ох, парень, ты забрел не в тот район». Тем более, что русских в Эйдосе, как правило, недолюбливают. Это какой-то старый тренд, еще со времен сетевых игр начала века. Да и недавняя вторая холодная война отношения основательно подпортила.

Одно радует – игра мультиязычная, и со мной неписи будут разговаривать на великом и могучем. Да и вроде бы для общения с другими игроками какой-то переводчик есть. Ладно, разберемся.

У выхода на палубу стоял здоровенный пузатый мужик, голый по пояс, с такими густыми курчавыми волосами на груди, что мне издалека показалось, что он в меховой манишке. Каждому выходящему наружу – будь то игрок или непись-матрос из команды – он всучивал какой-нибудь увесистый мешок или бочонок.

– Пошевеливайтесь, раззявы! Освобождаем трюмы, мне до прилива еще надо успеть загрузиться новым товаром!

Я попробовал было прошмыгнуть мимо него порожняком, но здоровенная волосатая лапища цепко ухватила меня за плечо.

– Эй, а ты куда? Самый умный, что ли?

– Да ты полегче! Я тебе тут не грузчик. Предпочитаю работать головой.

– Да ну? Может, хочешь своей лысой головёнкой пересчитать ступени на палубу? Так я помогу!

Вот ведь охреневший непись! Но препираться дальше не стоило – за мной уже образовался небольшой затор, и жаждущие, наконец, выйти в открытый мир игроки настойчиво подпирали в спину.

– Ладно, давай свой мешок.

– Да хоть два!

Он, и правда, всучил мне две авоськи, набитые крупными продолговатыми плодами, похожими на кабачки. Сетки были тяжеленными, но я приспособил свой посох как коромысло, и распределил вес на плечи. Вскарабкался по пружинящему под ногами трапу на палубу.

Выйдя на солнце, признаться, немного ошалел от нахлынувших звуков, запахов, яркого света. И главное – ощущения безграничного простора. Слева до самого горизонта простирался лазурный океан. Справа отвесные скалистые берега охватывали гигантской округлой клешней обширную бухту, весь берег которой был застроен далеко уходящими в море деревянными и каменными мостками.

Корабль наш небольшой – метров тридцати в длину, с двумя мачтами, и подошел он прямо к берегу, к большой причальной стенке. Матросы суетились, затягивая последние канаты на столбах, торчащих по всей кромке стены. На берег были сброшены длиннющие сходни, по которым спускалась вереница навьюченных игроков и матросов.

Сходни представляли собой просто три широкие доски, брошенные на берег и, кажется, толком не закрепленные. Никаких бортиков или перил по сторонам не было, далеко внизу плескались мутноватые волны, на которых покачивался какой-то мусор. Я осторожно шагнул на трап, стараясь подстроиться под шаги впереди идущих – доски под ногами ощутимо прогибались и покачивались.

Свалив свой груз в общую кучу на берегу, я получил от местного бригадира аж пять монет за труды, а также что-то вроде первого квеста – нужно было добраться до здания имперского портового управления и получить свои подъемные.

Я предпочел не торопиться и пропустил основную партию новичков вперед. Денег на всех хватит, а лишний раз светиться, разговаривая с неписями по-русски, было ни к чему. Мало ли на кого нарвешься. Убивать других игроков в Артаре не запрещено – ПвП абсолютно свободное. Единственные ограничения – это небольшие зоны безопасности возле менгиров Возврата, с помощью которых ты входишь и выходишь из игры, а также воскресаешь после смерти. Ну, и за драки в больших городах типа Золотой гавани стражники могут оштрафовать. Или даже заступиться за более слабого игрока. Но это если повезет, и стражник окажется поблизости до того, как тебя отправят на респ.

Новичкам в Артаре советуют действовать осторожно, особенно поначалу. Если уж покидать безопасные места вокруг гавани – то держаться в группе либо стараться искать локации, в которых поменьше других игроков. Найти такие места несложно – достаточно уйти подальше от крупного города. Но там и мобы становятся все сильнее. Так что прям палка о двух концах.

К счастью, я в одиночку долго бродить не планирую. А в эту первую сессию – уж будь, что будет. Терять мне пока нечего.

Портовый район Золотой гавани тянулся вдоль всего берега бухты, а от основной части города был отделен высокой каменной стеной, поверх которой можно было разглядеть только шпили самых высоких башен. По эту сторону стены, впрочем, тоже было на что посмотреть. Здесь было многолюдно, шумно, вокруг сновали сотни игроков и неписей. Отличить одних от других было сложно. Никаких надписей над головами не появлялось, даже когда я касался медальона. Да и для предметов всплывающие подсказки появлялись далеко не каждый раз.

А, вспомнил. Количество информации, получаемой через интерфейс, зависит от показателя Интеллекта, так что пока мне доступен только самый минимум. Хотя, это даже к лучшему – в игру буду втягиваться постепенно. А то так голова опухнет от избытка новой инфы.

Портовое управление было, пожалуй, самым приметным зданием в округе. Нечто в древнеримском стиле – с колоннадой у входа и с искусно вырезанными барельефами на фасаде. На небольшой площади перед входом высился фонтан, украшенный скульптурой из белого камня с золочеными элементами. Статная женщина в длинном струящемся платье восседала на троне с высокой спинкой, а у ног ее разлеглись две львицы в шипастых ошейниках. И сама натурщица, и мастерство скульптора были на высоте – взгляд поневоле задерживался на каменных округлостях и на точеных линиях строгого, но прекрасного лица.

– Да славится императрица Этель! – воскликнул сидевший рядом с фонтаном забулдыга, увидев, что я глазею на скульптуру. – И добро пожаловать в Артар, добрый человек!

Нищий расположился на замызганной дырявой подстилке, у ног его стояла глиняная плошка, на дне которой сиротливо ютилась одна-единственная монетка. Я обогнул его и собрался было направиться в портовое управление, но попрошайка с поразительным проворством преградил мне путь.

– Не поделится ли молодой монах монеткой с бедным больным Кассием?

– Да знаю я эту болезнь, дружище. Пить надо меньше.

– О, такой ответ не красит адепта Пути. Те, кто ищут просветления, должны быть равнодушны к звону монет.

– Да было бы чем звенеть! – усмехнулся я. – У самого всего пять монет в кармане. Я же только с корабля.

– О, для бедного старого Кассия пять монет – это целое состояние! И он готов дать тебе кое-что взамен.

– И что у тебя есть?

– То, что нужно приезжему. Я дам тебе пару способов заработать.

В его грязных руках с обгрызенными черными ногтями появилось два свитка пергамента.

– А, так ты квесты выдаешь? Так бы сразу и сказал. И что за задания?

– Заплати пять монет – и узнаешь.

– Экий ты шустрый! Какой мне смысл покупать их у тебя? Я же могу получить любой такой бесплатно – с любой доски.

Насчет этого я тоже узнавал заранее. В Золотой гавани была куча мест, где можно было получить квесты. В основном это таверны и отделения местного гарнизона. Сидят специальные неписи, рядом с ними – этакая доска объявлений с пришпиленными к ней пергаментами с квестами. Каждый такой свиток – это что-то вроде контракта. Берешь его и потом, когда выполнишь – сдаешь за награду.

– Так уж и любой? – хитро ухмыльнулся Кассий в лучших иудейских традициях.

Хм…

А ведь и правда, в этом есть смысл. Количество квестов, хоть и регулярно пополняется, все-таки ограничено – чтобы игроки не бегали толпами по одной и той же локации. К тому же вокруг этих досок наверняка постоянно толпится куча других игроков, и каждый такой пергамент – нарасхват. А тут – целых два, и всего за пяток монет. Только вот в чем подвох?

– А что за задания-то?

Попрошайка развел руками.

– Я не заглядывал, юноша. Я просто умыкнул их с доски.

– То есть ты пытаешься втюхать мне кота в мешке?

– О, нет, я не торгую животными, молодой монах! Я лишь предлагаю тебе испытать свою удачу. Какое задание от стражи может получить новичок, только что сошедший с корабля? Прежде, чем тебе доверят что-то интересное – раз пять пошлют убивать каких-нибудь несчастных крыс или собирать козьи шарики на местной ферме. А тут… Вдруг здесь что-то редкое?

Он снова хитро прищурился и помахал свитком прямо перед моим носом. Я попытался было выхватить у него пергамент, но он молниеносно отдернул руку.

– Эх, врезать бы тебе, да неохота руки марать!

– Но-но, я ведь и стражу могу позвать!

– С тебя станется!

Неподалеку от нас остановилось еще двое парней – судя по виду, тоже новички. Похоже, заинтересовались разговором. Не хватало еще, чтоб перехватили.

– Ладно, заткнись и бери мои деньги!

В считанные секунды пять монет перекочевали в немытые руки попрошайки, а пергаменты с контрактами – ко мне в сумку. Разглядывать их у всех на виду я не стал, вместо этого поспешил, наконец, в управу.

Бюрократия – она и в Артаре бюрократия. Всех вновь прибывших встречал сутулый невзрачный клерк в сером балахоне, сидящий за необъятным столом из темного дерева. По обе стороны от него застыли истуканами два мрачных охранника в начищенных до блеска кирасах.

Стол был завален свитками и небольшими кожаными мешочками – видимо, кошельками. На правой половине стола высилась целая гора монет. Часть из них была уложена в аккуратные столбики, остальные просто лежали россыпью.

Хм, интересно, кто-нибудь пробовал умыкнуть отсюда хоть парочку?

– Добро пожаловать в Артар, поселенец! Да славится великая императрица Этель! – поприветствовал меня клерк, не поднимая взгляда от пергамента, на котором гусиным пером строчил какое-то длинное письмо.

– Пусть славится, разве ж я против? – вздохнул я. – Я слышал, тут можно денег получить на первое время…

– Все верно. Империя Этель развивает колонию на этом диком континенте, и каждого поселенца, который поможет в этом, готова щедро отблагодарить. Императрица настолько щедра и великодушна, что готова помочь даже тем, кто только что прибыл в Артар. Каждый, в соответствии со своими задатками, может получить небольшую сумму подъемных и несколько простых заданий на выбор. Посмотрим, на что можете рассчитывать вы, юноша. Сейчас я сверюсь со своими списками…

Он подвинул к себе здоровенный талмуд в кожаном переплете и, подслеповато щурясь, принялся водить пальцем по строчкам.

– Увы, пока мы не можем предложить вам работы, уважаемый Мангуст. Империи требуются воины, лучники, целители. Монаху будет сложно найти в нашем гарнизоне подходящее занятие. Однако позже, когда вы овладеете какими-нибудь полезными навыками или станете искуснее в бою – обязательно возвращайтесь. Возможно, вы станете полезны Империи. Ну, а пока, примите от Королевы-львицы этот щедрый дар. Используйте его с умом!

Он выбрал один из лежащих на столе свитков и присовокупил к нему потертый кожаный кошелек. Свиток оказался грубоватой картой местности вокруг Золотой гавани. Кошелек же, надо сказать, был не особо увесистым. Я развязал шнурок, стягивающий его горловину, и заглянул внутрь. Ну, монет пятьдесят, не больше.

– И это все, уважаемый?

Маска невозмутимости, наконец, потихоньку начала сползать с лица клерка.

– А вы ожидали чего-то еще?

– Ну, хотя бы совета. Я знаю, что у имперской армии нет работы для молодых монахов. Но к кому мне обратиться дальше?

– Обучением монахов занимаются ксилаи. Это раса торговцев, ученых и исследователей, чьи лагеря можно встретить во всех уголках Артара. Ближайший из них – к северу от города. Он отмечен на вашей карте.

– Понял. Отстал. Ну, благодарю. Счастливо оставаться!

– Удачи вам на дорогах Артара, Мангуст! С этого момента вы – сами по себе.

На каменное крыльцо портового управления я вышел со смешанными чувствами. С одной стороны, здорово – свободен, иди, куда хочешь. Но от этой свободы пока только глаза разбегаются.

Пройтись по местным лавкам и проверить, какое снаряжение можно купить за мои полсотни монет? Или отправиться прямиком в лагерь Кси? Или просто побродить по городу, выпить чего-нибудь, послушать байки в тавернах?

Хотя, о чем я. Часики-то тикают. У меня ведь всего неделя на то, чтобы впечатлить Терехова своими неимоверными талантами. А для этого нужно каждый час в Артаре проводить с пользой. Качаться, качаться и еще раз качаться.

Кстати, пока далеко не ушел, надо проверить, что мне все-таки подсунул этот прохиндей Кассий. Если что, точно опробую свой боевой дрын на его наглой роже.

Развернул первый свиток пергамента.

Уф. Ну, не козьи шарики, но близко к тому. Имперская мануфактура платит поставщикам сырья. Контракт на поставку ракушек каури – аж по целой монете за каждые 20 белых ракушек, и по курсу 1 к 1 – за черные. Внизу контракта нарисована область, где можно отыскать нужные предметы. Судя по ней, собирать ракушки можно практически по всему побережью. Плюс в подсказке говорится, что каури частенько попадается у дрэков – мелких ящероподобных гуманоидов, которых в Артаре с десяток видов. Местные называются береговыми, и ожерелья из раковин частенько используют для украшения.

Ладно, сойдет для начала. Тем более, что этот квест можно выполнить по пути в лагерь ксилаев.

Что у нас там второе…

Хм, что-то посерьезнее. С гербовой печатью. Выдан лично Крэйгом Лайонхартом, капитаном Львиной стражи.

«Двухголовая образина по имени Дракенбольт продолжает вылезать из своей берлоги к северу от Золотой гавани и грабить мирные караваны. Немало героев уже сложили свои головы, пытаясь выследить и убить чудовище, но пока никому этого не удавалось. Поэтому Львиная стража удваивает награду. Первый, кто принесет Крэйгу Лайонхарту мерзкие головы огра – получит 5 000 монет.

Остерегайтесь, герои! Огр коварен и очень силен. Его точное местонахождение неизвестно. А чтобы победить его, нужен отряд хорошо подготовленных бойцов.

Убейте его, наконец, во славу Королевы-львицы!».

Уже лучше! Понятно, что квест мне не по плечу. Но можно будет показать его Терехову – вдруг пригодится. Но это завтра.

Ну, а пока – пора в путь. За сегодня очень многое надо успеть.

Глава 4. Первый шаг

Как там говорили китайские мудрецы? Путь в тысячу ли начинается с первого шага.

Мои первые шаги в Артаре напоминали ковыляние запутавшегося в собственных ногах пьяницы. Получив стартовый капитал и вялые напутствия от имперского клерка, я покинул портовый район и отправился на другую сторону стены, отделяющей его от основной части города.

И вот тут-то надолго потерялся.

Золотая гавань – самый крупный город, отстроенный в Артаре колонизаторами из империи Этель. Своего рода столица, главный очаг цивилизации в этих суровых землях, заселенных всякими дикарями, а то и вовсе нечеловеческими расами.

Я видел рекламные ролики, но не думал, что вживую Гавань окажется такой гигантской. Пешком выбраться за ее пределы удалось только через час, и это я еще не особо плутал. Хотя, признаться, соблазнов вокруг было множество. Поглазеть здесь было на что. И на кого.

У игроков Гавань – самый популярный пункт для старта игры. Есть еще пара вариантов – причалить километрах в тридцати севернее с кораблем контрабандистов из банды Черного спрута, или, наоборот, южнее, с торговой ладьей ксилаев. Но они куда менее профитные, и локации те куда опаснее.

В Гавани же – все блага цивилизации. Куча квестов, торговых лавок, тренировочных площадок, арен для кулачных боев и гладиаторских поединков, мастерских для крафта, да и просто всяких интересных мест вроде таверн, публичных домов, храмов, лабораторий, библиотек. И это только из того, что мне по пути попалось. Увидел даже что-то вроде передвижного зверинца с несколькими заточенными в стальные клетки тварями.

Тут я не удержался – подошел-таки поглазеть на один из экспонатов. В тесной клетке с прутьями в палец толщиной сидела, угрюмо сгорбившись, зверюга размером с крупную собаку, но с гораздо более массивной передней частью, поросшей косматой угольно-черной гривой. Передние лапы у неё были похожи на обезьяньи – с противопоставленным большим пальцем. Только вот у обезьян не бывает таких длиннющих, плоских, как ножи, когтей. И клыки у них явно не такие острые.

Тварь, перехватив мой взгляд, протяжно захрипела. И вдруг бросилась вперед. Задребезжали прутья клетки, когти с противным звуком заскребли по металлу. Круглые золотистые глаза с вертикальными зрачками полыхали такой злобой, что я невольно попятился, и на голове моей зашевелились несуществующие волосы.

– Это черный степной грызл, – пояснил подоспевший владелец зверинца. – Таких много водится на равнинах Лардаса. Собираются в стаи по пять-десять особей, и одинокого спутника могут обглодать до костей быстрее, чем стрела, пущенная в небо, вернется на землю.

У меня как-то резко пересохло в горле. Зверюга ритмично раскачивалась в клетке и глядела мне прямо в глаза, будто гипнотизировала. Я представил, что такое вот страховидло – пусть даже в одиночку, а не в стае – встретилось мне в открытом поле. Боевой посох в руках тут же показался не таким уж и боевым. Что можно сделать с простой деревяшкой против… вот этого?

И ведь не сильно-то и здоровая животинка – на вид килограмм сорок, не больше. Наверняка средненький моб, которых со временем можно будет валить пачками. Если бы он был отрисован в обычной компьютерной игрушке или даже в режиме допреальности – я бы не особо впечатлился. Но здесь, при полном погружении… Стоило только представить, как эти клыки и когти вонзаются в тело…

Брррр!

– Хотите, я потыкаю в него палкой, чтобы он еще позлился? – предложил непись. – Это будет стоить всего две монеты!

– Да иди ты! – буркнул я, отходя, наконец, от клетки. – Себя вон потыкай, знаешь, куда?

– О, это будет стоить уже десять монет! – крикнул он мне вдогонку, но я уже шагал дальше, пробираясь через толпу.

В следующий раз задержался только у небольшой оружейной лавки. Часть товара была выложена на прилавке, расположенном прямо перед входом, и я попробовал прицениться. Но разброс цен был дикий – от 15-20 монет до нескольких сотен. Притом, что оружие было обычным, не зачарованным. Разница была лишь в качестве стали и ее заточки.

Денег было жалко, к тому же, я надеялся, что в следующей игровой сессии, когда я встречусь с Тереховым и другими членами моего клана, те помогут мне со снаряжением. Так что лучше пока сэкономить. Запас еды и лечебных зелий у меня есть, на небольшое путешествие хватит.

Несмотря на солидные размеры города, весь он был окружен единой крепостной стеной. Наружу вело несколько ворот с опускающимися решетками и стрелковыми башнями по бокам – все как полагается. Представителей Львиной стражи здесь, у стен, было особенно много – их издалека было видно по приметным серебристым шлемам и желтым гербовым накидкам поверх кирас.

У самых ворот располагалась очередная доска с квестами, но я ее обогнул на почтительном расстоянии – толпа вокруг нее собралась приличная, и за каждый листок с нее чуть ли не драка шла. Наверное, я все-таки не прогадал, что выкупил два случайных квеста у нищего. Сами по себе квесты, может, и не ахти, но все лучше, чем просто колотить случайных мобов.

Там же, недалеко от доски, стал свидетелем скоротечного поединка между двумя повздорившими игроками. Один из них был, похоже, уже довольно прокачанным – высокий, мускулистый, в подогнанной по фигуре кожаной броне без рукавов. И с мечом обращался вполне неплохо. По крайней мере, ему хватило секунд пятнадцати, чтобы выбить из рук противника оружие, а самого его буквально насадить на клинок, как на вертел.

И тут я понял, что про реалистичность ощущений в Артаре не брешут. Орал бедолага так, что в ушах зазвенело. Крови тоже было много – когда победитель, разворотив жертве всю грудину, выдернул меч из тела, алые брызги хлестали из раны, как из прохудившегося сосуда, оставляя на брусчатке размашистые кляксы.

Цвет у крови, был, пожалуй, ярче, чем нужно, да и в целом ее оказалось как-то чересчур много. Этакий жутковатый спецэффект, как в старых фильмах Тарантино. Особой натуралистичности типа растянувшихся по мостовой кишок не было. Но мне и без этого хватило – убитый свалился мне чуть ли не под ноги, и я так и застыл столбом.

Вот уж не думал, что я такой впечатлительный. Ну, ничего, это, видимо, с непривычки. Вон, на первых сеансах братьев Люмьер зрители тоже в ужасе выбегали из кинотеатра, когда на них с экрана паровоз несся. И к дополненной реальности, транслируемой через НКИ, тоже поначалу долго привыкаешь. Это просто очередной скачок технологий.

Тело убитого, а вслед за ним и следы крови довольно быстро начали исчезать, постепенно растворяясь в воздухе. Убийца тем временем препирался с обступившими его стражниками – похоже, нарвался-таки на штраф.

Так ему и надо. Противник его был явно гораздо слабее. И убил он его, кажется, без особых причин – тот ему не то дорогу не уступил, не то ответил как-то не так.

Ох, аккуратнее тут надо быть. И игроков опасаться не меньше, чем монстров.

Лагерь Кси, судя по карте, располагался километрах в двух к северу от города. Я, насмотревшись всякого в самой Гавани, даже поначалу опасался, удастся ли мне преодолеть это расстояние, не нарвавшись на неприятности. Но, как оказалось, зря. Окрестности города были тоже относительно безопасными, здесь даже патрули стражников время от времени попадались. Так что получилась этакая прогулка мимо маленьких живописных ферм, лесопилок, конюшен, постоялых дворов. Дальше дорога сворачивала на восток, к побережью.

Лагерь Кси обосновался на самом краю скалистого обрыва. Внизу желтела полоска песчаного пляжа, облизываемого ленивыми языками волн. Дальше на север скалы становились все выше, превращаясь в поросший лесом серый пик. На восточном его склоне, на выступе, устремленном в сторону океана, виднелась башня маяка. Ну, по крайней мере, это больше всего было похоже на маяк. Или на гигантскую руку, вылезшую из-под земли по локоть и развернутую раскрытой ладонью к небу. Даже сейчас, средь бела дня, кажется, можно разглядеть какое-то синее зарево, мерцающее между острых пальцев.

А, нет, это же башня Тенептиц! Что-то вроде местной системы телепортов. Правда, мне такие штуки пока не по карману.

Сам лагерь был похож на передвижной цирк или ярмарку – разве что полотняные шатры были не полосатые, а приглушенных тонов. Изгороди не было, но по периметру было выставлено несколько высоких шестов, на которых трепетали узкие вертикальные полосы белой ткани. На флагах пестрели иероглифы, похожие на китайские, но с необычной манерой нанесения – линии были по большей части сдвоенными и наносились будто бы взмахами когтей.

К шатрам вела отдельная тропа, ответвляющаяся от основной дороги. По ней я шел в одиночестве, да и в самом лагере было довольно немноголюдно. Несколько человек – явно игроки – прохаживались возле прилавков со всякими магическими мелочами – свитками, зельями, какими-то кристаллами. Еще парочка наблюдала, как один из ксилаев демонстрирует остроту клинка, отсекая узкие кругляши от свернутой в плотный рулон циновки.

Ксилай был обнажен по пояс. Гибкий, стремительный, поросший рыжеватой шерстью с темными тигриными полосами. Голова была похожа на рысью – стоячие треугольные уши с кисточками, пышные белесые бакенбарды, заостряющиеся книзу. Хвост – пышный, толстый, как труба.

В рекламных роликах и на артах ксилаи выглядят просто как люди с кошачьей головой. Но вживую видно, что от людей они отличаются куда больше, чем кажется на первый взгляд. Другие пропорции тела. Другое строение голеней и стоп. Ну, и конечно, пластика. Я невольно залюбовался грациозными, отточенными движениями.

Финальный удар ксилай-рысь нанес наискосок сверху, вдруг легко взмыв над землей и крутанувшись вокруг своей оси. Мне даже показалось, что он на пару секунд завис в верхней точке прыжка, чтобы покрасоваться, и только потом обрушился на цель смертоносным вихрем. Стальная полоса клинка сверкнула на солнце, и верхняя половинка разрубленной циновки отлетела далеко в сторону.

Да, черт возьми! Вот этому я и хочу научиться!

Как тут записаться в эту секцию?

Я рассудил, что начальство, как обычно, восседает в самом большом и самом богатом шатре. И не ошибся.

Вход мне преградили два здоровенных кота тигровой окраски, перекрестив копья прямо перед моим носом. Я вздохнул и взглянул то на одного, то на другого. Те на меня даже ухом не вели – смотрели строго перед собой, а спины тянули не хуже заправских вояк.

– И что, так и будем молчать? Хоть бы пароль какой спросили. Я его не знаю, конечно, но попробовал бы угадать.

– Почтенный Джинг Вэй не принимает всяких проходимцев! – оскалив желтоватые клыки, нехотя ответил тот, что справа. – Убирайся!

– Вообще-то я по делу. Ты же видишь, что я Монах. Пришел, стало быть, учиться.

– Ты хочешь познать взаимосвязь стихий? Видеть, как течет пронизывающая все вокруг Ци? Постичь законы мироздания и отыскать свой особый Путь?

– Эм… Ну, типа того. Но для начала хотя бы научиться дубасить вражин вот этой вот палкой.

– Наставники монахов вон там.

Тигр величаво повел головой в сторону обширной площадки на окраине лагеря. Площадка выходила к самому обрыву. На ней, разбившись на пары, тренировалось человек двадцать-тридцать бойцов – с шестами, с мечами, с парными кинжалами и просто врукопашную.

– Но сейчас, как видишь, свободных наставников нет.

– И что делать?

– Ждать.

– Вот еще! А если я тороплюсь? Может, можно как-то…

Оба ксилая синхронно покачали головами.

– Жди, пока кто-нибудь из наставников освободится, – сказал левый.

– Ну, или можешь пойти к Вейюн Бао. У него почти не бывает учеников.

– Отлично! Как его найти?

– В это время дня он обычно медитирует, обратив свой взор в сторону океана. Его любимое место – чуть севернее от лагеря. Иди вдоль обрыва, и найдешь его.

– Вот за это спасибо! Я попробую.

Я уже отошел на несколько шагов, но обернулся, спросив напоследок:

– А почему это у него мало учеников?

Но стражники снова застыли истуканами. С тем же успехом можно было что-нибудь спрашивать у каменных львов, которые частенько попадаются у входов в старинные здания.

Ладно, выясню все сам. Выбор у меня пока не велик.

Одинокого ксилая я, и правда, отыскал довольно быстро. Он восседал, скрестив ноги, на большом плоском камне, выступающем над краем обрыва. Был он черен, как уголь, с короткой блестящей шерстью и маленькой головой с круглыми прижатыми ушами. Если уж сравнивать этих ребят с разными видами кошачьих, то он определенно был больше всего похож на черную пантеру.

Одет он был в какой-то просторный балахон наподобие кимоно. У ног его лежал массивный боевой шест, по сравнению с которым мое оружие – это просто выломанная из забора жердь. Шест был покрыт затейливой резьбой, по краям укреплен широкими кольцами из темного металла с гравировкой. Наверняка эта штука еще и зачарована.

– Эм… почтенный!

Ксилай продолжал сидеть неподвижно, и взгляд его полузакрытых глаз был устремлен в одну ему ведомую точку где-то на горизонте, на границе океана и неба.

Я, опасливо поглядывая за край – все-таки высота здесь приличная, не меньше девятиэтажного дома – обошел пантеру кругом, помахал ему рукой и даже пощелкал пальцами перед его мордой.

– Эй, как тебя там… Встречай нового ученика! Кыс-кыс!

На кошачьи позывные он отреагировал на удивление резко – его расширившиеся глаза вспыхнули зелеными огоньками, и на иссиня-черной морде блеснули белоснежные клыки.

– Ну, слава богу! Я уж думал, тебя парализовало тут от сидения на холодном. Меня зовут Мангуст. Я хочу учиться у тебя.

– Чему?

– Ну, чему ты там учишь? Я монах. Хочу найти свой Путь, познать ци и… в общем, всякое такое.

Вейюн Бао плавным движением поднялся на ноги, и морда его оказалась вровень с моим лицом. Он чуть наклонился ко мне и прищурился, будто пытаясь разглядеть волосы в моем носу. Я немного отстранился.

– Вейюн Бао не будет тебя учить! – наконец, мотнул он головой.

Голос его был слегка гнусавым, а шипящие звуки – чуть более шипящими, чем надо. На звуке «а» и вовсе явственно проскальзывало мяуканье. В общем, все как если бы вдруг ваша кошка научилась разговаривать.

– Вот те раз! – удивился я. – Это еще почему?

А-а-а-й!

Движения его я не разглядел, и чем он меня двинул – тоже не успел понять. Звонкий удар, вспышка и – буквально искры из глаз. От боли и неожиданности я чуть в пропасть не свалился – пошатнулся назад, зажимая ушибленный нос, и едва не шагнул с обрыва. Глаза слезились, все вокруг заволокло мутной пеленой. Пока проморгался, пока успокоился…

Ксилай все это время невозмутимо наблюдал за мной и, в конце концов, тихонько покачал головой.

– Ты не готов!

И снова уселся на свой камень. Меня изрядно потрясывало от злости, и я уже было замахнулся своим посохом, чтобы огреть обнаглевшего кошака поперек спины. Но тот, не оборачиваясь, предупредительно поднял руку, блеснув когтем на указательном пальце.

– Да чтоб тебя! Я начинаю понимать, почему у тебя нет учеников!

– У Вейюн Бао есть ученики, – возразил ксилай. – Но их мало. Я беру только тех, кто готов. Кто искренне жаждет найти свой Путь.

– Так я жажду, ты просто плохо посмотрел! Давай начнем хоть сейчас.

– Выбор Пути не терпит суеты и поспешных решений. Между сенсеем и его учеником возникают узы, разорвать которые – значит, потерять лицо. И многое из того, что уже достиг.

– Хочешь сказать, когда я выберу наставника – поменять его будет нельзя?

– Можно. Но цена будет высока.

– Говори конкретнее. Сколько?

– Речь не о презренном золоте, Мангуст.

Я вздохнул, задумчиво окинув взглядом простирающийся перед нами океан. Да что ж за напасть-то. И что теперь делать с этим упрямым котярой? Может, не стоит с ним вообще связываться?

– Ну, а чем наставники отличаются друг от друга?

– А чем друг от друга отличаются любые другие живые существа?

Ну да, ну да. Здесь, в Артаре, работает какой-то хитрый искин – искусственный интеллект. Основное ядро у него единое, но у каждого местного неигрового персонажа существует еще и некая надстройка – собственный локальный опыт, черты характера, привычки. Разработчики утверждают, что за счет этой надстройки неписи, управляемые искином, будут проявлять чудеса самообучения, и через пару лет игры их вообще будет не отличить от разумных существ.

В общем, каждый непись здесь – личность. Со своими особенностями и своими тараканами. И этот вот чернявый, похоже, не особо-то умеет ладить с людьми.

– Я вижу, что ты еще не прошел инициацию, – прервал мои размышления ксилай. – Ты не знаешь даже самых основ и пока даже не можешь называться Монахом.

– Ну, так а для чего я сюда, по-твоему, пришел? Как же я узнаю эти самые основы, если ты не хочешь меня научить?

– Для того, чтобы пройти инициацию, тебе не нужен наставник. Сможешь обратиться к любому ксилаю-паломнику. Их часто можно встретить у малых алтарей Стихий или в лагерях Кси.

– Но зачем мне искать каких-то паломников, если я уже нашел тебя? Возьми меня в ученики! Вот увидишь, я способный!

Вейюн Бао, опустив голову, замер, будто задумался. Я постоял немного рядом с ним и, в конце концов, плюнул на его выкрутасы. Только время зря теряю.

Но он окликнул меня, не успел я удалиться и на десяток шагов.

– Хорошо, Мангуст. Я дам тебе основы. А решение о том, готов ли ты стать моим учеником, ты примешь чуть позже.

– Годится!

– Подойди.

Приблизился я с некоторой опаской – мало ли, вдруг опять оплеуху отвесит ни с того, ни с сего. Но ксилай лишь молча протянул мне раскрытую ладонь. На ней блестело штук пять небольших шариков – меньше сантиметра в диаметре. Кажется, стеклянные. Но, присмотревшись, я понял, что они напоминают скорее крупные икринки. И внутри каждой что-то светится.

– Это жемчужины чистой Ци, – пояснил Вэйюн Бао. – Каждая из них помогает совершить духовное путешествие.

– М-м-м, – понимающе закивал я, забирая шарики. Они оказались совершенно невесомыми, а от прикосновения к ним кожу слегка пощипывало.

Я огляделся по сторонам и заговорщически прошептал:

– А это твое духовное путешествие вообще законно? Что, если меня стражники с этим заметут?

Обитый металлом конец посоха гулко долбанул мне по лбу, и я зашипел, растирая место удара. Р-р-р, да чтоб тебя!

– Проглоти одну жемчужину прямо сейчас, – невозмутимо продолжил ксилай, дождавшись, пока я приду в себя.

Я ссыпал светящиеся горошины в сумку, на всякий случай поставив их на слот быстрого доступа, чтобы потом долго не искать. Одну оставил в руках и разглядел подробнее.

Ей-богу, икринка. Прозрачная и слегка пружинит под пальцами. А внутри – будто светящееся маленькое облачко, переливающееся разными цветами.

На вкус эта штука показалась слегка кисловатой, но толком я не распробовал – жемчужина почти мгновенно растворилась у меня на языке. Голова закружилась, а потом на меня будто и вовсе черный мешок набросили – в глазах потемнело, потом передо мной заплясали, как в калейдоскопе, яркие пятна.

Кончилось все быстро. Я снова увидел перед собой Вейюн Бао, снова сидящего в позе лотоса на плоском камне.

Только вот все вокруг поменялось. Мы с ксилаем находились на небольшой ровной площадке, под ногами была поросшая короткой травой земля. Вокруг нас клубился густой белый туман, из-за которого уже метрах в пятнадцати ничего не было видно. Вверху – такая же история. Мы будто внутри облака. И свет льется непонятно откуда – мягкий, рассеянный.

– Забористые у тебя жемчужины, дружище! Где это мы?

– В глубинах твоего разума.

– То есть мы не в Артаре?

– Мы все еще в Артаре. Но на время невидимы и недостижимы для других его обитателей. Это – Туманный чертог. Место, где любой Монах и его сенсей могут встретиться, где бы они ни находились. Здесь ученик может отгородиться от мирской суеты, чтобы познать свой Путь, посоветоваться с наставником, изучить новые возможности, что ему открылись. Садись!

Он указал напротив себя, и я сел прямо на землю, тоже скрестив ноги и положив шест перед собой. Огляделся. Хотя, глядеть-то особо не на что. Но сама по себе фишка удобная. Вроде как берешь тайм-аут посреди игры. Интересно, а так можно прямо из боя сбежать?

– И что же, можно в любой момент нырять в этот Чертог?

– Каждое Духовное путешествие требует жемчужину. Используй их с умом.

– А где покупать эти жемчужины?

Ксилай покачал головой.

– Их нельзя купить. Тебе придется добывать их самому. И время, которое можно проводить в Чертоге, ограничено, так что не будем терять его даром.

Он взмахнул рукой, очерчивая круг, и в воздухе вспыхнул будто бы сотканный из светящейся пыльцы знак Инь-Ян.

– Что ты знаешь о Ци, Мангуст?

– Ну… это что-то вроде энергии. Живительная сила, и все такое.

– Все, что ты видишь вокруг – это лишь разные формы существования Ци. Из них соткано все сущее – и живое, и неживое. И великий дар, что преподносит нам Кси – это видеть течение этой энергии и управлять им.

Я покивал, в душе надеясь, что котяру не пробьет на длиннющую философскую лекцию. Её ведь не промотаешь. Чертова реалистичность!

Вейюн Бао ткнул когтем в пять иероглифов, расположенных по окружности.

– Главное, что ты должен запомнить – это пять основных форм существования Ци. Огонь, Вода, Земля, Дерево и Металл. Это пять стихий. Ты должен научиться видеть их везде, и использовать их для своего блага. От каждой из стихий Монах способен черпать силы, чтобы становиться могущественнее. Овладев стихией воды, он сможет стать стремительным и гибким, способным проскользнуть через любое препятствие и избежать любого удара. Огонь обострит его ум и магические способности. Дерево придаст мощи его ударам. Земля – жизненных сил и умение залечивать раны. Металл укрепит его тело, защитив от клинка, стрел и магии…

– Звучит заманчиво! И как все это получить?

Ксилай снова покачал головой.

– Терпение, молодой монах! Человек, который смог сдвинуть гору, начинал с того, что перетаскивал с места на место мелкие камешки.

– Да я понимаю, что не все и сразу. Но с чего начнем-то?

– Чтобы начать освоение одной из стихий, нужно совершить паломничество к ее главному алтарю…

Он поднял руку, и один из парящих в воздухе символов стихий лег в его ладонь, как прозрачный бильярдный шар с иероглифом вместо цифры.

– У алтаря Монах познает суть стихии, и может дальше совершенствоваться, познавая ее все лучше.

– Я слышал, что не обязательно выбирать какую-то одну стихию.

Ксилай кивнул и взял в другую руку еще один символ.

– Да, монах может постараться сочетать разные стихии. У каждого – свой Путь.

– А три – можно? Или все пять?

Вейюн Бао усмехнулся, и вдруг остальные зависшие в воздухе три шара стихий тоже обрели вес. Он ловко подхватил их и принялся ими жонглировать, причудливо меняя их траектории.

– Возможно все. Каждый сам выбирает свой Путь. Весь вопрос лишь в том, хватит ли упорства для того, чтобы пройти его.

– Я, пожалуй, постараюсь. Но с чего начать? Где находятся эти алтари?

– Алтарь Черной черепахи – совсем рядом с нами, на вершине горы, которую ты наверняка уже видел. Все молодые монахи, прибывающие в Артар, начинают свой Путь с освоения стихии воды.

– А дальше?

– Дальше – сложнее. Остальные алтари разбросаны по разным концам Артара. Например, Алтарь Белого тигра – стихии металла – затерян во Фроствальде, в отрогах Ледяного хребта. Алтарь Алого феникса – в жарких пустынях Марракана… Но думать о них тебе пока рано. Первое умение, которым должен овладеть адепт Пути – это Знание Ци.

Мой медальон на груди ощутимо задрожал, а в глаза будто бы бросили мелким песком. Проморгавшись, я заметил, что нарисованные в воздухе знак Инь-Ян и символы пяти стихий исчезли. Зато над головой самого Вэйюн Бао появилось разноцветное полупрозрачное кольцо. Я насчитал пять цветов – зеленый, синий, красный, белый и черный. Цвета были распределены по кольцу примерно поровну.

– Что видишь?

– Дай-ка угадаю… Это все те же стихии? Ну, синий – это Вода, красный – Огонь. Черный – Земля…

– Зеленый – дерево, белый – Металл. Да, все верно. Чтобы побеждать, ты должен знать своего противника. В чем его сила. В чем слабость.

Из окружающего нас тумана вдруг бесшумно появились две фигуры. Я поначалу вздрогнул и схватился за палку, но Вэйюн Бао сидел совершенно безучастно, и я тоже решил не дергаться раньше времени.

Приземистый толстоногий ящер со спиной, покрытой толстой бугристой чешуей. У этого в кольце над головой больше всего было зеленого и черного, поменьше – белого, совсем чуть-чуть синего, а красный сегмент – едва заметная полоска.

Поджарый дымчатый волк. У этого упор в синее и зеленое, черного – поменьше, красного и белого –тоже совсем по чуть-чуть, сразу и не разглядишь.

– Что видишь?

– Та-ак… Ну, у них стихии распределены по-разному…

Кстати, а как у меня самого они распределены? Заглянул в интерфейс. Кольцевая диаграмма появилась в левом верхнем углу, вокруг иконки с силуэтом человеческой головы. Она была ровно поделена на четыре сегмента – зеленый, черный, красный, синий.

– А, все понятно! Эти ваши Стихии взаимосвязаны и с системой базовых характеристик. Получается, Ловкость – это… Вода? Синий цвет?

Ксилай кивнул.

– Ну, красный – это огонь. Интеллект?

– Верно. Черный – Земля – Живучесть. Зеленый – Сила – Дерево. Белый – цвет стихии Металла. Это броня и прочая защита.

– Ну, что ж, удобно. А почему некоторые сегменты у этих зверюг еще и мерцают? А у тебя – так все пять?

– Это предупреждение. О том, что в этой стихии твой противник сильно превосходит тебя.

Хм, а это отличная штука! Тем более, что другие классы, насколько я знаю, никаких подсказок о статах мобов и других игроков не получают. Ну, может, только маги какие-нибудь.

– Полезное умение!

– Это еще не всё.

Ксилай щелкнул пальцами – и волк, жалобно взвизгнув, упал замертво. Над его телом повис переливающийся разными цветами светящийся шарик.

– У всех поселенцев вроде тебя есть дар – убивая других существ, вы забираете часть их Ци. Но при этом поглощаете ее бездумно, расточительно – будто неразумное дитя, что стремится полакомиться яблоками, но при этом ломает ветки и роняет на землю ценный урожай. Преимущество монаха – в том, что он видит течение Ци и сам решает, что ему взять.

Вот где собака порылась! Все остальные классы получают за убийство мобов и других игроков прибавку к статам в той пропорции, что прописана в свойствах их класса. Но Монахи могут прокачивать конкретную выбранную характеристику. И вот, значит, как устроен этот механизм.

– То есть можно смотреть, какая стихия у противника лучше развита, и забирать именно её?

– Да. Попробуй сам.

Я поднял руку, поманив пальцем зависший в воздухе шар Ци. Получилось. Та-ак. Самым развитым элементом у волка был синий. Ловкость, стало быть. Её и заберем…

Сгусток света уменьшился в размерах и окрасился в синий. Я поймал его в ладонь, и мой медальон снова завибрировал. По спине пробежал холодок и приятные мурашки – я аж поежился. Заглянул в статы и слегка разочаровался. Ловкость не изменилась ни на один пункт. Я пригляделся к цифрам более пристально, и появились знаки после запятой. А, нет, все-таки получил прибавку в четыре с лишним процента. То есть, чтобы прокачать ловкость на единичку, нужно укокошить больше двух десятков таких волков.

– Будь осторожен, – продолжил Вейюн Бао. – После боя с противником у тебя не так много времени на то, чтобы принять решение. Иначе ты поглотишь Ци, как другие варвары – единым потоком, растеряв при этом больше половины того могущества, что мог бы получить.

Даже так! То есть Монахи не только выбирают то, что им нужно, но еще и сам прирост у них жирнее. Неслабый бонус. Но в чем подвох?

Будто прочитав мои мысли, ксилай продолжил:

– Ты сможешь поглощать из врагов гораздо больше Ци, чем твои сородичи. Но это лишь одна сторона монеты. За все нужно платить. Другие бойцы используют Ци из поверженных противников только для того, чтобы укрепить свою. Монахам же она нужна и для другого.

Он снова щелкнул пальцами, и бедняга-ящер уткнулся мордой в землю, выпустив из себя светящийся шарик Ци.

– Монахам нужна еще и чистая Ци – чтобы использовать особые приемы и умения. Поглоти эту Ци, превратив ее в чистую.

Я снова притянул светящийся шарик к себе. Чистое Ци, говоришь? Ну, то есть совсем без признаков стихий? Значит, и без цвета…

Шарик превратился в этакий мыльный пузырь, лег мне на ладонь и тут же лопнул. Зато в интерфейсе у меня, наконец, появилась шкала Ци, состоящая штук из пятнадцати прозрачных шариков.

– И что с ними делать?

– Большинство умений Монаха тратят по одному заряду Ци. Используй их осторожно – ты ведь знаешь, что получить их можно, только пожертвовав частью могущества, которое ты мог бы поглотить из поверженных противников.

– А больше никак нельзя накопить чистую Ци?

– Есть еще Места Силы, откуда можно поглотить Ци с помощью простой медитации. Но встречаются они не так часто. Так что основной источник чистой Ци – это сражения. Весь Путь – это череда сражений.

– Ну, а эти твои жемчужины?

Вейюн Бао закрыл глаза, и мой медальон снова завибрировал. Судя по всему, я только что обрел еще одно умение.

– Чтобы создать жемчужину, ты должен сконцентрировать двенадцать зарядов Ци в одной точке.

– Ого! А сколько я вообще зарядов могу накопить?

– Чем дальше – тем больше. Но всегда будет предел, который ты не сможешь перешагнуть. Помни об этом.

– Ну, а на какие умения я смогу тратить Ци? Научишь меня чему-нибудь? Какому-нибудь… суперудару?

– Для того, чтобы овладеть умениями, тебе нужно освоить хотя бы одну из стихий, – покачал головой ксилай. – Ну, а пока… первый урок закончен.

Голова снова закружилась, и я обнаружил себя сидящим на земле все у того же скалистого обрыва в окрестностях лагеря Кси.

Информации на меня обрушилось много, новые возможности тоже хотелось тут же опробовать. Только вот…

– Эй, погоди!

Вэйюн Бао уже снова сидел в позе лотоса и, похоже, собрался и дальше пялиться на океан.

– А дальше-то что? Так ты будешь моим сенсеем, наставником, или как тебя там?

– Когда ты будешь готов.

– И когда я, по-твоему, буду готов?

– Это можешь знать только ты сам. Учитель лишь открывает двери, дальше ученик следует сам. Встретимся у Алтаря Черной черепахи.

– Предлагаешь мне переться на вершину этой скалы? Но ты же даже не научил меня никаким приемам! Что толку, что я вижу сильные и слабые места врагов и умею поглощать Ци? Чем я побеждать-то их буду? Этим дрыном?

Ксилай, не обращая никакого внимания на мои вопросы, прикрыл глаза, подставляя морду легкому бризу, доносящемуся с востока. Но я готов был поклясться, что он втихушку усмехается.

Ладно, черт с ним. Похоже, от него пока больше ничего не добьешься.

Я, с сомнением почесав в затылке, поглядел на север, где вздымалась поросшая лесом гора. До конца игрового сеанса у меня часов десять, не меньше. Успею я за это время добраться до вершины? Кто ж его знает! Но попытаться стоит. В следующий мой заход в Артар меня уже будет ждать Терехов, и не факт, что мои соклановцы будут тратить время на то, чтобы провожать нуба по классовому квесту. Эх, может, и правда надо было не мудрствовать и идти в воины или в ассасины.

Хотя, это же я. У меня все сроду не как у людей.

Глава 5. Восхождение

Не знаю, как так вышло. Может, расслабился из-за того, что первые несколько часов в Артаре провел в безопасных локациях. Или просто по дороге задумался о чем-то своем. Но момент нападения я прозевал.

Поначалу просто услышал сухой короткий удар где-то за спиной. Обернулся и не сразу понял, в чем дело. А потом в ствол дерева, уже совсем рядом со мной, вонзилось еще одно копье.

Ну, как копьё. Скорее грубо отесанная кривая палка с кое-как приделанным наконечником. Впрочем, будь у этой штуки аэродинамика получше, я бы ее сейчас так спокойно не разглядывал, ибо торчала бы она не из дерева, а, скажем, из моего бедра.

Я метнулся в сторону. Кусты рядом со мной зашуршали от еще нескольких снарядов. Я, наконец, увидел нападавших. Их оказалось всего двое – какие-то угловатые приземистые карлики с пучками дротиков в руках. Но кусты за их спинами подозрительно шевелились, и я понял, что к мелким сейчас подоспеет подкрепление.

Убегать по тропе мне сразу показалось плохой идеей – хоть нападающие те еще мазилы, но получить шальной острой деревяшкой в спину жутко не хотелось. Поэтому я, наоборот, бросился в заросли по другую сторону тропы. Еще несколько дротиков просвистели совсем рядом со мной, а один даже царапнул по плечу. Я, чертыхаясь, укрылся за деревом. Присел и выглянул с другой стороны ствола.

Карлики, клекоча, шипя и булькая, приближались. Человеческого в них было мало – разве что ног и рук было по две. Морды были широкие, лупоглазые, с безгубыми пастями, полными мелких треугольных зубов. Туловища скорее как у ящериц – продолговатые, покрытые морщинистой кожей зеленовато-коричневых оттенков. И все бедолаги поголовно страдали сколиозом, кифозом, лордозом и прочими тяжелыми стадиями искривления позвоночника. Хотя это не мешало им довольно шустро двигаться.

В меня полетело еще несколько дротиков. Я отпрянул, снова скрываясь за деревом. Уродцы быстро приближались, но, судя по тому, что я успел разглядеть, снарядов у них не так много. Пусть швыряют, что есть, а там уж попробуем подраться.

В диаграммах Ци над их головами преобладал синий цвет, плюс было немного зеленого и черного. Причем ни один из цветов не был подсвечен предупредительным сигналом. То есть, хоть я и совсем нулевый нуб, каждого из этих уродцев по отдельности превосхожу по всем статьям. По габаритам они не крупнее шестиклассников. Вот только толпой запинать все равно могут. Так что главное – чтобы не окружили.

Я снова ненадолго высунулся, провоцируя уродцев на очередной залп. И взвыл от боли – один из дротиков пробороздил меня прямо по бритой черепушке, оставляя длинную царапину.

Ну, держитесь, жабьи морды!

Злорадные вопли карликов раздавались уже буквально в нескольких шагах. Самое время для контратаки.

Шаолиньские умельцы крутят своими боевыми посохами так, что залюбуешься. Я пока ничего такого не умел, поэтому просто перехватил палку обеими руками покрепче, как очень длинный меч, и врезал. Без затей, зато от души. Нахлынувшие было на меня жабомордые тут же отпрянули, будто брызги от брошенного в воду камня. Весь удар пришелся на одного, крайнего слева. С противным влажным хрустом посох обрушился на его черепушку, явно раздробив кости.

Бедняга даже толком квакнуть не успел – отлетел в сторону, смешно взбрыкнув тощими конечностями. Но остальные быстро перешли в атаку, тыча в меня своими острогами. При этом напирали все сразу, так что я тут же пропустил несколько болезненных уколов в бедро, в бок и… в общем, в тех же окрестностях. Ростом коротышки мне едва по грудь, так что область поражения у них соответствующая.

Нападающих оказалось больше, чем я ожидал. Не меньше десятка. Одно хорошо – позади у меня дерево, и за спину они мне зайти не могли. А длинный шест давал возможность держать их на расстоянии.

Злость придавала храбрости, и я молотил жабомордых, почем зря, не особо целясь и почти не обращая внимания на уколы их примитивных копий. Толком проткнуть меня им не удавалось, удары приходились вскользь и были неприятными, но, похоже, не особо опасными.

– Да на тебе! На! Отвалите от меня, уродцы!

Тяжелые удары моего шеста делали свое дело. Зря я так скептически отнесся к этому оружию. Этакая длиннющая дубинка, и при хорошем размахе наносит солидный дробящий урон. Против небронированных противников – вообще красота. Куда ни попади – мало не покажется. Хлипкие конечности жаб вообще частенько переламывались от одного удара, повисая беспомощными плетями.

Не прошло и минуты – и баланс сил кардинально поменялся. Это уже не я отчаянно отбивался от обступивших меня дикарей, а они пытались сбежать, а я гонялся за ними и добивал. Последний, правда, оказался настырным – дрался до последнего и орал, разевая пасть так, что ее можно было на ведро натянуть. Немудрено, что очередным тычком шеста я прямо в глотку ему и попал, до самых гланд. Лупоглазый, поперхнувшись, клацнул челюстями, вцепился зубами в палку, еще и обеими лапами за нее ухватился.

– Отдай! Отдай, кому говорю!

Еле выдернул оружие обратно, и долбанул жабу сверху, прямо по черепушке. Она распласталась на земле, раскинув лапы, и над ней взлетел светящийся шарик Ци.

Так, надо быстрее собрать опыт. Бао говорил, что, если вовремя не поглотить нужную стихию, Ци перейдет ко мне сама, но с большим штрафом.

Я мысленно призвал к себе мерцающие сферы, зависшие над трупами противников. Их набралось одиннадцать. Невольно залюбовался этим зрелищем – в воздухе передо мной будто призрачная гирлянда повисла.

Судя по составу Ци, жабомордые были слабыми, тупыми и не особо живучими. Так что выгоднее всего у них было взять стихию Воды и укрепить за счет нее свою Ловкость. Стоило об этом подумать – как сферы Ци посинели, уменьшились в размерах и одна за другой растворились в моей ладони.

Медальон завибрировал, давая понять, что опыт за убийство получен. Я заглянул в статистику. Опа, прогресс! Ловкость поднялась на единичку.

Многочисленные раны немного побаливали, а самые глубокие – и кровоточили. Я осмотрел себя, аккуратно ощупал длинную царапину на голове. Чувствовал я себя неплохо, не хромал, руки-ноги двигались нормально. В окне статуса не отображалось каких-то критических повреждений. Так что лечебное зелье я решил не пить – их у меня всего пять штук. Пусть раны сами собой затягиваются. Надеюсь, это будет происходить побыстрее, чем в реале.

Взгляд упал на пожеванный жабой конец посоха – он весь был в какой-то бурой слизи. Вот ведь паскудство!

Думал вытереть оружие об одежду одного из побежденных, но вот незадача – из одежды на них были только бусы и браслеты из мелких ракушек.

Так-так-так…

Я, морщась от брезгливости, приподнял размозженную головешку одного из карликов и стянул с него ожерелье. Судя по всплывающим подсказкам, сделано оно было из ракушек каури. А сами жабомордые назывались береговыми дрэками.

Отлично! У меня ведь на эти ракушки квест есть.

Обыскивать трупы было довольно противно, но жажда наживы взяла свое. Кроме бус и браслетов из ракушек брать у дрэков было нечего. Разве что оружие. Но, придирчиво оглядев пару их примитивных пик, я решил, что вряд ли они представляют собой хоть какую-то ценность. А ракушки – мелкие, легкие, и в инвентарь их влезет не одна сотня.

Дальше по тропе я продвигался уже куда более осторожно – места тут пошли уже населенные, да и пропустить какую-нибудь развилку не хотелось.

Восхождение на гору оказалось той еще головоломкой. Извилистая тропа то и дело разветвлялась, поворачивала назад, выходила на тупиковые участки, а иногда и вовсе пропадала. Этакий лабиринт без всяких дорожных указателей. Единственное, на что я ориентировался – это на уклон. Старался выбирать маршруты, которые вели все выше по склону, против течения попадающихся по пути ручьев.

В этот раз тропа снова подкинула подлянку – пройдя еще с полсотни метров, я наткнулся на довольную большую открытую площадку, с одного края ограниченную обрывом, а с других – почти отвесными скалами. Здесь за примитивным частоколом из ошкуренных и заостренных жердей раскинулся целый лагерь дрэков, в центре которого было небольшое мутное озерцо.

Местную архитектуру я особо разглядывать не стал – тут же дал задний ход. Я, конечно, тот еще храбрец, и только что завалил десяток противников. Но в лагере их было не меньше сотни.

Вернувшись назад по тропе, трупов побитых мной жабомордых я не увидел – похоже, они уже успели исчезнуть.

За последующие пару часов я нарывался на группки дрэков еще трижды. Истребил больше двадцати этих мелких бесов, наколотил полсумки ракушек, поднял Ловкость еще на две единицы. Но в третий раз мне пришлось удирать – отряд был более многочисленным, чем я ожидал, плюс среди дрэков, как оказалось, тоже попадаются свои богатыри, раза в полтора крупнее сородичей. Силы были неравны, так что я долго потом драпал от толпы верещащих дикарей, время от времени останавливаясь, чтобы вмазать по морде самым зарвавшимся.

Спасло меня то, что местные мобы, похоже, как и в старых играх, привязаны к определенной локации, и преследуют игрока только до ее границы.

Однажды набрел на группку из троих игроков – лучника и двух воинов со щитами и мечами. Судя по неважнецкому снаряжению – тоже нубы. Ребята оказались довольно дружелюбными, и даже позвали в отряд. Говорили по-английски, но в голове моей с небольшим запозданием звучал голос с переводом. Судя по отсутствию эмоций и не совсем точным интонациям, это был всего лишь голосовой синтезатор. Но все равно удобно.

От пати я отказался и поспешил дальше.

Чем выше я забирался по склону – тем реже становился лес, и все чаще приходилось карабкаться по каменным глыбам. Лабиринт троп становился еще более причудливым, поскольку на каменистой почве порой вообще нельзя было разглядеть, где протоптанный путь. По моим подсчетам, я преодолел уже где-то треть пути к вершине. Отсюда открывался шикарный вид на побережье и на Золотую Гавань.

Вскоре выпала возможность немного отдохнуть от плутания по местным буеракам. Я вышел на вполне приличную большую дорогу с колеями от колес. Что-то вроде горного серпантина – широкий выступ, с одной стороны обрывающийся в пропасть, с другой – жмущийся к скалам. По нему я шагал не меньше получаса, встретив по дороге пару повозок, управляемых неписями. К сожалению, двигались они в противоположную сторону, а то можно было бы словить попутку.

Дошел до широкого плато с башней Тенептиц, которую я разглядел еще снизу. Здесь дорога, увы, кончилась, упираясь в небольшой постоялый двор с кузницей. Больше никаких достопримечательностей здесь не было.

У одного из неписей я узнал, что дорога от башни Тенептиц ведет прямо к Золотой гавани, но дает при этом изрядный крюк, огибая всю гору. Я же начал восхождение от лагеря Кси, и срезал часть пути через леса и горные тропы. Ну, будем надеяться, что сэкономил немного времени.

Дальше восхождение обещало быть более трудным – уклон был круче, тропы терялись между камней. Да и против местной живности меня хозяин таверны предостерег.

– Судя по твоему виду, молодой монах, ты еще совсем недавно в наших краях, – скептически щурясь, оглядывал он мою потрепанную одежду с пятнами засохшей крови. – Такие, как ты, редко идут дальше к Серому пику. Да и я бы тебе не советовал. Лучше поброди по побережью вокруг Гавани или в предгорьях. Наберись сил, окрепни. А еще лучше – найди себе верных соратников. Одному в Артаре выжить сложно!

Да понятно, что чем дальше в лес – тем толще партизаны. Я уже забрался довольно далеко от столицы, так что все будет по-взрослому. Но, раз уж я досюда дотопал – то, может, и к самой вершине прокрадусь. Я ж не собираюсь прокладывать себе путь огнем и мечом. Тем более, что ни того, ни другого у меня нет. Я тихонечко, тихонечко… Лазутчик я, в конце концов, или нет?

Уже через полчаса мне выпала возможность это проверить. В очередном кармане у горной тропы я нарвался на троих дрэков. Двое были похожи на тех жабомордых, что водились у подножия, только чуть крупнее. Но главарь был вообще с меня ростом.

Зеленый и синий цвета в его диаграмме Ци предупреждающе светились, показывая, что он превосходит меня и по Силе, и по Ловкости. Да это было заметно и по виду – в отличие от своих сородичей, этот дрэк был довольно мощным – рельефные жгуты мускулов заметно выделялись под пупырчатой кожей.

Я попытался было обогнуть троицу по широкой дуге. Но место было неудачное – прятаться было особо негде. А местные мобы, увы, агрятся на довольно большом расстоянии.

У главаря вдоль всего хребта, переходя на голову, шел гребень из острых костяных наростов, соединенных между собой кожными перепонками. Когда уродец меня увидел, гребень этот встал дыбом, как у попугая, а из пасти вырвалось громкое шипение.

– Давай без истерик, а? – предложил я. – Вы меня не трогаете – я вас не трогаю.

То ли дрэки не понимали по-русски, то ли дипломат из меня хреновый – но вожак властно ткнул копьем в мою сторону, посылая прихвостней в атаку. Сам тоже выдвинулся, но без спешки, похлопывая древком оружия по свободной ладони.

Хорошо, что это был не первый мой бой за сегодня – я уже более-менее приноровился к своему посоху, да и некоторый психологический барьер потихоньку преодолел. Знаете, не так-то просто врезать палкой по живому существу. Не в порыве злости, не со страху – а так вот, осознанно. Даже когда понимаешь, что все не по-настоящему, да и существо явно недружелюбное.

Дрэки, злобно шипя, почти синхронно сделали выпад, но я широким взмахом посоха умудрился отразить оба копья. Аж самому понравилось. Потом, не сбавляя темпа, нанес несколько размашистых ударов, целясь по локтям и головам противников. Я уже в прошлые разы понял, что особо фехтовать с этими карликами нет смысла – их копья куда более тонкие и хрупкие, чем мой посох, да и сами они слабее меня. Отражать прямой удар им нечем, плюс у меня преимущество в росте и в длине оружия. В общем, расправился я с этими двумя жабомордыми быстро, хоть и не особо зрелищно. Даже пару синих шариков Ци успел поглотить прежде, чем в бой вступил вожак с гребнем.

Вожак резко охладил мой пыл. Мало того, что он был явно сильнее и быстрее меня, так еще и драться, похоже, умел неплохо. Рядовые дрэки двигались с грацией пьяных эпилептиков, но у этого движения были уверенные, отточенные. В атаку он пошел, чуть сгорбившись, напружинившись, как тигр перед прыжком. Эффектно крутанул своим копьем…

Выпад! Мое правое бедро обожгло болью. Наконечник копья у этого гада был железный, волнистый, будто язык пламени. Древко – толстое, крепкое, и перешибить его ударом посоха вряд ли получится.

Я, вскрикивая от боли и ярости, нанес несколько ударов, от которых дрэк играючи уклонился. Его ответный выпад едва не стал для меня последним – я каким-то чудом, на чистых рефлексах, успел развернуть корпус, и наконечник копья не продырявил меня насквозь, а лишь скользнул по ребрам.

И тут нахлынуло.

Я четко, ясно понял – этот ящероподобный урод меня сейчас прикончит. Сколько я продержусь – это вопрос везения. А потом он просто вспорет мне брюхо своим копьем. Или рассечет горло. Или…

Страх липкой горячей волной прокатился по телу, вытесняя остатки рассудка. Как-то разом забылось, что это все игра, не по-настоящему, и даже боль от порезов – иллюзорная, не грозящая реальным ущербом здоровью.

Успокоиться? Легко сказать!

Я попытался занять позицию получше, запрыгнув на покатый валун, но это едва не стоило мне жизни – поскользнулся и чуть не упал. Дрэк же напирал, нанося то рубящие удары сбоку и сверху, то делая резкие выпады вперед. Я перехватил шест пошире, с переменным успехом пытаясь блокировать его удары средней частью.

После того, как на груди у меня появилось еще две глубоких раны, а в глазах начали плясать мутные красные пятна, я заорал:

– Помогите! Хэлп!

Вопли мои звучали довольно жалко, но сейчас мне было плевать. Паника накатывала все сильнее.

– Хэ-элп!

Да неужели же никто не ходит по этим тропам?!

Отразив очередную атаку дрэка, я отчаянно хлестнул его посохом. И даже попал – он пошатнулся, теряя равновесие. Я воспользовался этим, чтобы развернуться и, что есть духу, помчаться по тропе.

– Хэ-э-элп!

Пока бежал, в голове билась одна мысль – только бы эта тварь не швырнула мне в спину копье. Я прям представил, как стальной наконечник, царапнув хребет, вонзается глубоко в тело, и я падаю мордой вперед…

Бррр!

Обогнув огромный валун, перегораживающий часть тропы, я увидел бредущего навстречу парня в каком-то балахоне с капюшоном.

– Хэ..

Крикнуть я не успел – споткнулся и со всего маху растянулся на камнях. Все тело взорвалось болью – ладони, колени, локти расшиб в кровь, еще и головой основательно приложился. На несколько секунд меня накрыла тьма. Я даже поначалу подумал, что вот она – местная смерть, и я сейчас возрожусь у ближайшего менгира Возврата.

Но, увы, Артар был ко мне не настолько милосерден. Я оставался на месте, и боль – тоже. Я кое-как перевернулся на спину, зашарил руками вокруг в поисках отлетевшего в сторону шеста. И замер.

Парень в капюшоне неторопливо вытирал саблю о полу своего шерстяного походного плаща, накинутого поверх кожаных доспехов. Дрэк валялся у его ног в медленно расплывающейся луже крови. Да как так?! Пяти секунд не прошло!

Я обессилено откинулся назад, больно стукнувшись о камни бритым затылком.

– Уф… Спасибо, дружище! Я уж думал, мне конец…

Парень, вложив свой тесак в ножны, протянул мне руку, помогая подняться.

– Ты сам виноват, – угрюмо отозвался он, оглядывая меня. – Тебе здесь не место.

– Да знаю я, – морщась от боли, проворчал я.

Вызвал интерфейс. Ч-черт, в статусе – сильная кровопотеря. Придется все-таки пить зелье.

Я пошарил в своем подсумке и достал один из пузырьков с красной жидкостью. На вкус она оказалась похожей на какой-нибудь фруктовый ликер – сладковатой, терпкой, и во рту после нее разлилось приятное тепло. Эффект после неё был практически мгновенный – я сразу же почувствовал себя бодрее. Плюс, насколько я знал, зелье еще и на какое-то время подстегивает регенерацию.

Блаженно выдохнув, я огляделся. Парень в капюшоне, к моему удивлению, уже вовсю топал дальше. С тропы он сошел и карабкался теперь по крутому склону наверх.

– Эй! Погоди!

Догнать его оказалось непросто – по камням он скакал не хуже горной козы. Я был в куда худшей форме, спасали только навыки паркура, которые здесь, в виртуальной реальности, вполне работали. Мозг все помнит. Единственная проблема – виртуальное тело пока здорово отстает от реального в тренированности, и некоторые прыжки получаются жутко неуклюжими. Все равно, что профессиональный гонщик вдруг пересел на маломощную дамскую машинку и пытается по привычке заложить на ней крутой вираж или пойти на обгон.

– Эй, братан! Да погоди же ты!

– Чего тебе? – недовольно обернулся он.

На вид он едва ли старше меня. Коротко стриженный, темноволосый, кареглазый. Кожаная броня изрядно потрепана, но, судя по всему, довольно толстая и крепкая. Диаграмма Ци над головой так и полыхает – по всем статам он превосходит меня, наверное, в разы. Из стихий преобладает Вода и Земля, Огонь почти незаметен, Дерева и Металла – почти поровну.

Серьезный парень.

– Спасибо еще раз за помощь!

– Не за что.

– Слушай, раз уж такое дело – может, проводишь меня немного? Ты, я вижу, тоже двигаешься вверх по склону. Нам как раз по пути.

Он покачал головой и хотел уже отвернуться, но я удержал его за плечо. Тут же отдернул руку – зыркнул он на меня так, что у меня душа в пятки ушла.

– Ты извини, но мне очень надо туда, наверх. А один я пропаду. Если хочешь – я тебе заплачу за помощь. У меня, правда, всего полсотни с собой…

Парень взглянул на мой кошелек и едва заметно усмехнулся.

– Зачем мне помогать тебе? Я ведь могу тебя просто убить и забрать все, что у тебя в инвентаре.

Я сглотнул огромный ком, вдруг появившийся у меня в горле. Да, об этом я как-то не подумал. При ПвП победитель может забрать у побежденного все, что в сумке. Плюс, с небольшой долей вероятности, с убитого может дропнуться один из элементов экипировки.

Впрочем, мне все равно пока терять нечего.

– Но ты же этого не сделаешь, правда? Я же тебе и так все отдам. Ты только проводи меня на вершину.

– Зачем?

– Мне позарез надо сегодня попасть к алтарю Черной черепахи. Как думаешь, успеем?

Парень задумался ненадолго и протянул мне руку. Я без особых колебаний вложил в нее кошелек.

– До самого алтаря я тебя не поведу, – тут же разочаровал меня новый знакомый. – Но нам пока и правда по пути – я двигаюсь наверх. Ищу тут кое-что.

– Что?

– Не твое дело. Но я тебе покажу одно место. Оттуда есть короткий путь наверх. По основным тропам тебе нельзя – там выше попадаются скальные вараны, дрэки и куча других тварей. Не пройдешь.

– А по короткому пути?

– Там, может, и есть шанс. Все зависит от того, чего ты боишься больше – быть обглоданным до костей грызлами или разбиться вдребезги, пытаясь вскарабкаться по отвесной скале.

– Вот, знаешь, альпинизм я как-то больше люблю.

Он усмехнулся.

– Хорошо. Идем. Но – несколько правил. Не болтать. Не отставать. Не шуметь.

Ишь, раскомандовался! Но я постарался засунуть свою несговорчивость поглубже. Без этого парня мне дальше не пробиться, так что надо потерпеть.

– Договорились, дружище! Спасибо, ты меня просто спасаешь!

Он коротко кивнул и отправился дальше. Я еле за ним поспевал – о том, не отстаю ли я, он особо не заботился, шел в своем темпе.

– Кстати, а что у тебя за класс? Я вот монах. Ну, это, наверно, и так видно…

Он оглянулся через плечо.

– Мы ведь, кажется, договорились?

Ох, ну надо же, суровый какой!

– Да ладно тебе! Я же просто познакомиться хочу. Мы же теперь напарники, пусть и временные. Я – Мангуст. Первый день здесь. Из России я. Город-герой Москва.

Мой попутчик отвернулся, дальше карабкаясь по крутому слону. Но чуть позже, когда мы выбрались на относительно ровный участок, соизволил-таки ответить.

– Меня зовут Эрик.

Глава 6. Алтарь Черной черепахи

Попутчик мой оказался довольно-таки мутным типом.

Двигался он быстро, ловко, как матерый хищник, а во время коротких схваток я и вовсе только глазами хлопал, пытаясь разглядеть взмахи его широкой, похожей на мачете, сабли. Судя по тому, как он лихо расправлялся с местными мобами, он уже давно вырос из этой локации. Серьезных противников для него здесь не было, так что он здесь точно не для фарма опыта.

Может, ищет редкие ингредиенты? Он не раз останавливался у кустов, срезая какие-то цветки, а у пары крупных, покрытых окаменевшей чешуей ящеров даже выковырял глаза. Но потом я понял, что это просто дело привычки – если по пути попадалось что-то полезное, он обязательно это подбирал. В конце концов, даже мои полсотни монет взял, хотя для него это, должно быть, смешные деньги.

В общем, жмот редкостный. Это и по экипировке видно. Самая стоящая вещь – пожалуй, только сабля. Явно из хорошей стали и острая, как скальпель. В остальном он даже на себе экономит.

Особенно это стало заметно, когда мы остановились на небольшой привал.

Я впервые за время, проведенное в Артаре, вспомнил о еде. Голод чувствовался, почти как в реале, но не нарастал со временем. Еда в Артаре дает небольшие баффы, в зависимости от блюда. Но с голоду тут не помрешь, максимум небольшой штраф получишь к живучести.

Выяснилось, что у спутника моего из еды – лишь узкие полоски вяленого мяса да немного фруктов, похожих на яблоки, только продолговатой формы. Причем не удивлюсь, если фруктов он сам нарвал где-нибудь по пути. Я поделился с ним своими лепешками. Они, кстати, оказались вполне сносными на вкус – что-то вроде итальянской фокаччи.

– Давно играешь? – спросил я его, запивая лепешку водой из бутыля.

– Месяц.

– Ого! Почти с первых дней. А что за класс?

– Искатель.

– Вот блин! А я ведь тоже хотел его взять. Понравился тем, что простой и никаких ограничений по развитию нет. И бонусы нехилые к набору опыта – быстрее можно прокачаться. Но его недавно убрали из списка доступных классов. Присмотрелся вот к Монаху. Тоже вроде универсальный, только вот механика довольно мудреная. Не успел толком изучить заранее.

Эрик равнодушно пожал плечами. Ему моя болтовня, похоже, была побоку. Наскоро перекусив, он снова поднялся на ноги, что-то высматривая в окружавших нас скалах. Наконец, коротко мотнул головой, давая знак следовать за ним.

Уф, привал окончен. Я, кряхтя, поднялся и закидал остатки еды в инвентарь.

– Мы бы поднимались куда быстрее, если бы шли нормальными тропами, а не шарились по этим закоулкам, – проворчал я, когда мы вскарабкались на очередной крутой склон и оказались на небольшой поросшей колючим кустарником площадке.

– Какой смысл ходить там, где до тебя прошли уже сотни?

– Да ты философ! – усмехнулся я.

Неизведанных и труднодоступных областей здесь было много. Чем выше по склону – тем меньше становилось нормальных дорог, и все чаще на пути вставали нагромождения скал. Но стоило перебраться через них или найти обходной путь – как оказывалось, что за преградой скрывается какой-нибудь тихий закуток. Иногда немаленький – целое плато или долина размером с футбольное поле.

Эрик явно что-то искал в этих закоулках. Или кого-то. Там, где попадалась достаточно мягкая почва, высматривал следы, а особое внимание уделял всяким пещерам. Особенно надолго мы задержались возле остатков небольшого бочонка. Обычный деревянный бочонок, кажется, разбившийся от падения с большой высоты. Правда, не совсем понятно было, как он там оказался – ближайшую дорогу мы отыскали только в паре сотен метров от этого места.

Бочонок, судя по всему, был из-под пива или похожего напитка, и появился здесь довольно недавно – запах с его внутренних стенок еще не успел полностью выветриться.

– Эль, – обнюхивая деревяшки, пробормотал Эрик. – Говорят, он любит эль.

– Кто «он»?

– Да так. Один дебошир, за которого назначена приличная награда.

– Огр, что ли? – хмыкнул я. – Двухголовый?

Это был, пожалуй, первый момент за все время нашего совместного похода, когда с лица моего спутника слетела маска угрюмой невозмутимости.

– А ты-то откуда про него знаешь? Первый день ведь в игре.

Я вкратце объяснил про квесты, выкупленные у нищего.

– Да уж, этот квест тебе, увы, не по зубам.

– А сам-то, думаешь, справишься? Тут вон пишут, что огр очень силен, и против него нужен целый отряд.

– Они часто преувеличивают, – пожал плечами Эрик. – Лучше проверить самому.

– Но ты, кажется, не там ищешь-то. Вот ведь, на пергаменте с квестом карта есть, и отмечена примерная область, где искать это страховидло. Он должен быть где-то в лесах у подножия Серого пика. А мы забрались уже на полпути к вершине. Если не выше.

– На отмеченной территории его уже много дней не видели. И есть у меня теория, что он просто покинул свою локацию.

– Разве такое бывает?

– Вообще, не должно. Это квестовый моб, они особенно сильно привязаны к конкретному месту. Но, может, система глюкнула. Такое я уже тоже видел.

– И что, ты правда рассчитываешь завалить его в одиночку? Почему бы не позвать кого-нибудь для подстраховки?

– Не люблю делиться, – на полном серьезе ответил он.

Что ж, аргумент.

Мы продвигались все дальше на север, поднимаясь все выше. Вскоре вышли к огромной вертикальной расщелине в скале – высотой, пожалуй, с девятиэтажный дом. Сквозь эту расщелину прорывался водопад, шумный, как самолетная турбина. Вода, долетая донизу, облаком белой пены разбивалась о кипящее озеро, из которого, как песок сквозь пальцы, струился целый десяток мелких ручейков.

– Это место, о котором я говорил! – наклонился ко мне Эрик, перекрикивая шум водопада. – Видишь вон там, слева?

Я поначалу толком не понял, о чем он. Но потом пригляделся к отвесной скале, испещренной трещинами, а местами поросшей чем-то вроде плюща. Большинство, наверное, увидело бы в ней просто скалу, но для меня постепенно начала вырисовываться лестница, ведущая прямиком к вершине водопада.

Есть у меня врожденная особенность – я почему-то не боюсь высоты. Совсем. Может, конечно, это из-за занятий спортивной гимнастикой – в секцию меня отдали с пяти лет. Великого спортсмена из меня не вышло, да и после того, как Олимпийские игры и прочие международные соревнования окончательно превратились в фарс из-за политических дрязг, в традиционном спорте многие разочаровались. У меня тут же нашлась куча смежных увлечений – паркур, руферство, промальп. Большинство роликов на моем канале посвящено тому, как я забираюсь на какую-нибудь верхотуру – башенный кран, крышу здания, старую геодезическую вышку.

Родители не одобряют, конечно, всего этого. Мама беспокоится, как бы я не покалечился. Отец… С отцом вообще все сложно.

– Ну и как? Сгодится? – спросил Эрик.

– Да, думаю, можно попробовать! А что там наверху? Далеко еще до алтаря?

– Нет. Как заберешься – держись правее, и ищи каменные ступени, ведущие наверх. И флаги с ксилайскими иероглифами. Ориентируйся по ним, и быстро доберешься до алтаря.

– А мобы?

– На самой вершине довольно спокойно. Главное – остерегайся скальных наездников. Это такие летающие твари, парят совершенно бесшумно, и нападают внезапно. Гляди в оба.

– Драться с ними имеет смысл?

Он скептически окинул меня взглядом.

– Лучше попытайся заныкаться куда-нибудь между камней. Ну, впрочем, даже если помрешь, не страшно. Ближайший менгир Возврата как раз недалеко от алтаря Черной черепахи.

– Ну, спасибо, дружище! Выручил! Может, еще свидимся.

– Это вряд ли, – без усмешки ответил он.

Я пожал ему руку и тут же затряс ладонью со слипшимися от рукопожатия пальцами. Вот силища-то! А по виду не скажешь. Да и состав Ци показывает, что сила у него – лишь на третьем месте.

Эх, надо, надо тоже подкачаться!

С подъемом я решил не затягивать. Эрик отправился дальше по своим делам – он, похоже, вообще на месте старался не засиживаться. Я же, оставшись один, рисковал напороться на каких-нибудь сильных мобов. Лучше уж забраться повыше.

Долго не мог понять, куда бы мне пристроить свой посох. Эта длиннющая палка здорово мешалась, в инвентарь тоже не помещалась. Не выбрасывать же. В итоге додумался поместить ее в слоты быстрого доступа. Шест занял три слота из шести, но зато попросту исчез. Я забрал его из слота – и гладкое деревянное древко снова появилось в ладони, материализовавшись прямо из воздуха – без особых, правда, спецэффектов.

Ну, что ж, отлично. Разработчики Артара хоть и уповают на реалистичность, но не занудствуют, и лишних неудобств игрокам не доставляют.

Самый сложный участок подъема был внизу, на первых метрах. Скала здесь была практически гладкая, да еще и мокрая от долетающих от водопада брызг. Преодолел я его только с третьего раза – все искал пути, как подобраться к скальному карнизу, торчащему на высоте трех человеческих ростов. В итоге пришлось сделать солидный крюк – залезть на дерево метрах в двадцати левее от места подъема, через него – на другое дерево, оттуда перепрыгнуть на узкую каменную ступеньку на отвесной скале, по этой ступеньке пробираться вправо, пока, наконец, не начался поросший плющом участок.

Плющ, к счастью, оказался не ядовитым. Правда, держался довольно хреново, так что приходилось действовать очень осторожно, и прежде, чем хвататься за побеги, проверять их на прочность. Но в целом – не самый сложный подъем из тех, что у меня были. Главные проблемы мне по-прежнему доставляло мое виртуальное тело. Я толком не привык к нему и не знал, чего от него ожидать. В связи с этим случались неприятные сюрпризы. Например, там, где я в реале просто подтянулся бы на пальцах, в Артаре приходилось искать опору для ног, потому что персонажу моему попросту не хватало силенок.

Одно хорошо – ограничений по выносливости здесь, похоже, не было – можно бегать хоть весь день. Иначе бы я еще на половине пути сдулся.

Еще один сложный участок оказался у самой вершины – скала тут нависала над головой козырьком, и дотянуться до края было проблематично. Пришлось карабкаться вбок, пока не обнаружилось более удобное место.

Выбравшись на край, я сел, свесив ноги в пропасть, и с облегчением вздохнул. Хотелось проорать что-нибудь радостное, но я удержался – мало ли, монстров каких сагрю.

Отсюда отлично просматривался здоровенный участок склона, сверху больше похожий на лабиринт из зарослей, горных ручьев и бесформенных нагромождений скал. Я попытался разглядеть сверху Эрика, но тот как сквозь землю провалился. Ну да, за то время, что я тут пыхтел, он мог далеко уйти. Тем более один, без обузы.

Удалось засечь еще один лагерь дрэков – справа и ниже по склону, в развилке между двух ручьев. Отсюда фигурки жабомордых были не больше тараканов. Я понаблюдал за ними немного, но это быстро наскучило. Копошатся там чего-то, живут своей жабомордьей жизнью.

Я уже собирался двигаться дальше, когда засек какое-то движение внизу, возле самого озера, в которое обрушивался водопад. Здоровенный плоский камень размером с гаражные ворота вдруг сам собой отвалился в сторону. До этого он казался естественным продолжением скалы, так что такого фокуса я не ожидал.

Чтобы лучше разглядеть, что происходит внизу, я лег на живот, свесившись за край.

За отвалившимся камнем зияла чернотой широкая расщелина в скале. Из нее, едва протискиваясь наружу, выбрался человекообразный великан. Ну, как человекообразный. С человеком-то его точно не перепутаешь. Ростом – метра три, в плечах – не меньше, руки-ноги – толще, чем мое туловище. И две уродливые головы на неестественно широкой шее. На объемистом пузе страшилища блестел круглый железный щит, примотанный цепями. Этот щит да грубая набедренная повязка составляли всю его одежду. Впрочем, его плечи, спина и внешняя сторона мощных лап были покрыты толстой серой коркой какого-то нароста, похожего на чешую.

Диаграмма Ци у него была какая-то странная – будто сдвоенная. В основном, конечно, зеленый и черный цвет. Сила и Живучесть. И, судя по интенсивности предупреждающего мигания, параметров этих у него на десятерых. А то и больше.

Выкарабкавшись наружу из своего лаза, огр завертел головами во все стороны, оглядываясь. Я на всякий случай откатился назад, скрываясь из вида. Достать меня снизу он не мог, но и палиться зазря не хотелось. Я и так увидел достаточно. Две башки. Силен, как буйвол. Прячется в замаскированном логове вдалеке от основных троп. Можно, конечно, свеситься вниз и спросить, не любит ли он пиво. Но и так совпадений слишком много. Это тот самый уникальный монстр, которого выслеживал Эрик, и на которого у меня у самого квест в инвентаре.

Любопытство все-таки взяло верх, и я снова выглянул за край.

Огр, стоя на четвереньках в воде, хлебал из озера обеими пастями. Потом притащил из своего лаза пару бочонков и наполнил их. Ясно. На водопой вышел, бедолага. Похоже, долго торчит взаперти.

На внутренней стороне камня, прикрывающего вход в пещеру, обнаружились толстые цепи, с помощью которых великан снова водрузил его на попа, а затем и придвинул на прежнее место, подтягивая его изнутри. Вот и весь фокус.

Я постарался хорошенько запомнить окрестности. Это было несложно – водопад был отличным ориентиром, не думаю, что поблизости есть похожие. Взглянул на солнце, уже заметно склонившееся к горизонту. Времени у меня оставалось не очень много. Надо спешить.

Вырубленные в скале ступени я отыскал довольно быстро. Дорога по ним напоминала подъем по винтовой лестнице – они постоянно поворачивали в одну сторону, и я, сделав три или четыре витка вокруг отвесной серой скалы, выбрался, наконец, на вершину Серого пика. Здесь была ровная, будто ножом срезанная, площадка, ограниченная со всех сторон треугольными, как акульи зубы, камнями.

Алтарь был на северном ее краю и, признаться, не особо меня впечатлил. Плоская невысокая плита размером с теннисный стол. За ней – массивная статуя черепахи из черного камня, метров этак семи-восьми в высоту. Обычная черепаха с покатым панцирем и змеиной головой на длинной морщинистой шее. Я-то надеялся, что это будет хотя бы черепаха-ниндзя.

Вокруг было безлюдно и тихо, только ветер свистел меж камней. Я подошел к алтарю, уселся, скрестив ноги, прямо перед статуей. Отсюда, когда глядишь снизу вверх, эта здоровенная рептилия, конечно, внушает – такое чувство, что она презрительно смотрит на тебя с высоты, как на букашку.

– Здрасьте! – кивнул я, заглядывая в бездонные провалы ее глаз, вырезанных в камне.

Что дальше-то? Похоже, пора съесть еще одну жемчужину.

Я активировал слот, в котором поместил жемчужины Ци. Светящийся упругий шарик возник у меня в ладони, приятно покалывая кожу. Глубоко вдохнув, я отправил его в рот. В этот раз он показался мне сладковатым, с явным привкусом земляники.

Головокружение быстро прошло и, оглянувшись, я увидел уже знакомый пейзаж – облака белого дыма кругом. Вот только черепаха никуда не исчезла, а кажется, даже ожила. Глаза ее превратились в два озерца светящегося зеленоватого огня, а голова слегка покачивалась из стороны в сторону.

Вейюн Бао невозмутимо восседал напротив меня, прикрыв глаза. Спит, что ли? Я тут столько натерпелся, карабкаясь на эту гору, а этот кошак просто дрыхнет?

Я покашлял, обращая на себя внимание. Ксилай будто этого и ожидал.

– Теперь Вейюн Бао видит, что молодой монах и правда жаждет поскорее отыскать свой Путь.

– Ну, а то! А ты еще не верил! Но это только начало. Вот увидишь – не успеешь и пару мантр прочитать, как я по всем пяти алтарям пробегусь.

Сенсей покачал головой.

– Это не так просто. До алтарей других стихий куда сложнее добраться. А чтобы овладеть новой стихией, нужно будет приложить куда больше усилий. Вода – самая простая стихия. Она естественна для любого живого существа. Сам человек на большую долю состоит из воды.

– Как, например, и огурец.

– Верно, – неожиданно согласился ксилай. – Вода – основа любой жизни. И именно поэтому с нее и нужно познавать свой Путь. Твой разум пока затуманен. Но я помогу тебе развеять часть этой пелены.

Медальон завибрировал – что-то явно изменилось.

– Загляни в глубины своего разума, монах.

Интерфейс открыть, стало быть? Окей, посмотрим…

На вкладке с талантами по-прежнему сиял знак Инь-Ян, внутри которого успели появиться пару каких-то иконок, которых я не замечал раньше. Я пригляделся к ним и почитал всплывшие подсказки.

«Знание Ци. Пассивный навык. Позволяет видеть соотношение стихий у живых существ, а при поглощении Ци из поверженных противников – выбирать стихию поглощения. Может быть развит до Глубокого знания Ци. Прогресс – 0/500».

«Концентрация Ци. Активный навык. Позволяет создавать Жемчужину чистой Ци, используя 12 зарядов накопленной Ци».

«Медитация. Активный прерываемый навык. Цикл медитации – 3 минуты. Положительный эффект за каждый цикл – увеличение всех параметров на 1% сроком на 1 час. Максимум циклов – 5. Позволяет накапливать Ци, находясь у Мест силы. Может быть развит до Глубокой медитации. Прогресс – 0/300».

Ясно. Это, похоже, навыки еще с прошлого обучения, я просто до сих пор не заглядывал во вкладку Талантов. Умения эти располагаются на основной странице Талантов, то есть не привязаны к какой-то конкретной стихии.

А вот и то, что явно появилось только сейчас – один из полупрозрачных значков вокруг символа Инь-Янь пульсировал мягким светом. Я сосредоточился на нем, и открылась новая вкладка – Стихия Воды.

Смотреть тут пока было особо не на что – будто лист сильно запотевшего стекла, в центре которого, на маленьком участке – две небольшие круглые иконки, пока полупрозрачные.

– Как видишь, древо твоих талантов пока скрыто от тебя. Чтобы открывать его, тебе нужно будет развивать свои навыки. Каждый из них – будто факел, развеивающий тьму твоего неведения.

Обе иконки вдруг вспыхнули и обрели объем и цвет. Туман вокруг них немного рассеялся. Кажется, на границе этого освещенного участка даже стал виден краешек еще одной иконки.

Тоже понятно. Пара стартовых навыков. Их нужно развивать, и они будут освещать все больше вокруг себя, постепенно открывая другие доступные навыки. И так можно продвигаться по древу в любую сторону. Надо бы только найти где-нибудь на форумах подробную карту – чтобы знать, куда двигаться-то. Развиваться вслепую не очень-то охота.

До меня снова донесся голос Вейюн Бао.

– Поиск Пути – это всегда поиск баланса между защитой и нападением. Поначалу найти его легко, но порой эта грань становится тонка, как лезвие клинка. Начни с малого, Мангуст.

Я прочитал подсказки на открывшихся иконках.

«Всплеск. Атакующее умение. Вы используете заряд чистой Ци, чтобы на короткое время сильно увеличить свою Ловкость. Уровень навыка – 1. Увеличение Ловкости +200%. Время действия – 2 секунды. 1 уровень. Прогресс – 0/20».

Трехкратный разгон Ловкости – это, конечно, круто. Ловкость напрямую влияет на скорость движений, так что можно будет наносить просто молниеносные удары. Но… 2 секунды?! Они это серьезно?

«Хвост ящерицы. Защитное умение. Вы используете заряд чистой Ци, чтобы выскользнуть из любого захвата или увернуться от направленного в вас удара. Время действия – 1 секунда. 1 уровень. Прогресс – 0/20».

И тут всего секунда! Ну, ладно – вырваться из захвата, там вопросов нет. Но чтобы увернуться – это ведь еще надо подгадать момент. Для этого умения реакция понадобится, как… как…

Как у мангуста.

Ну, а собственно, чего я ожидал? Как говорится, назвался клизмой – полезай…

Я еще раз перечитал описания умений и свернул интерфейс.

Вейюн Бао терпеливо дожидался, пока я соберусь с мыслями. А может, опять дрых. Глаза его были прикрыты, и до меня явственно доносился приглушенное… урчание? Бурление?

Черт, да он мурлычет! Здоровенный человекообразный котяра, знающий кун-фу – и туда же!

– Извини, что отвлекаю от твоих… медитаций, учитель…

Щелочки его глаз раскрылись и вспыхнули зеленым огнем.

– Просто хотел спросить. И это всё? Два приема?

– Человек, который смог передвинуть гору, начинал с того…

– Да слышал я уже, слышал, – отмахнулся я.

– Многое из того, что ты слышишь, не достигает твоего разума. В этом твоя слабость.

Я вздохнул. Вот уже и персонаж компьютерной игрушки читает мне нотации. Было бы смешно, если бы не было так грустно. Тем более, что он в чем-то прав.

– Ты только что передвинул свои первые маленькие камни. Сделал крошечные шаги на большом пути. Твои умения могут показаться тебе слабыми и сложными в применении. Но сила воина – не в оружии, а в руках, которые его держат, и в разуме, которые его направляют. Путешествуй. Медитируй. Сражайся. Ищи свой Путь.

– Как скажешь, сенсей. Но еще один вопрос. А как развивать умения?

– За счет чистой Ци, разумеется. Каждый раз, когда ты задействуешь навык в бою, ты тратишь на него заряд Ци. Со временем это умение становится сильнее. Иногда ты сам можешь выбирать, какие именно стороны умения усилить.

– А что с теми навыками, что не применяются в бою? Медитация, Знание Ци?

– Любые свои умения ты сможешь повышать не только в бою, но и здесь, в Туманном чертоге, с помощью жемчужин чистой Ци.

Уф, да что ж это такое! Этак никакой Ци не напасешься! Где ж ее набрать столько, если еще и собственные характеристики повышать надо.

Хотя…

– А если найти этот твой… источник Ци? Засесть там на денек-другой, помедитировать…

– Места силы не подобны роднику, бьющему из-под земли. Они скорее плод, который вызревает и ждет того, кто сможет сорвать его.

Ясно. То есть количество халявной Ци в таких точках ограничено.

– Ладно, я все понял, сенсей.

– Ты зря называешь Вейюн Бао сенсеем, Мангуст. Провести инициацию и помочь молодому монаху освоить стихию Воды – долг любого ксилая. Но теперь самое время решить – хочешь ли ты, чтобы Вейюн Бао был твоим учителем и дальше.

Я задумался. Конечно, лапа у этой черной пантеры тяжелая, и его привычка неожиданно раздавать оплеухи мне жутко не понравилась. Но, как я заметил, если обращаться с ним уважительно – то он и не рукоприкладствует. Чего уж греха таить – я иногда и сам зарываюсь, и мне не мешает увесистый подзатыльник.

– А расскажи чуть подробнее – что значит быть у тебя учеником?

– Где бы ты ни находился на просторах Артара – войдя в Туманный чертог, ты сможешь призвать Вейюн Бао. Вейюн Бао будет давать советы, сможет укрепить твои навыки владения оружием. Кроме того, мы сможем упражняться в применении навыков, требующих зарядов чистой Ци. Но учти – Ци, потраченная в Туманном чертоге, возвращается к тебе, когда ты снова переходишь в большой мир. И она не влияет на прогресс самих навыков. Эти уроки просто помогут тебе понять, как лучше и точнее применять свои умения.

– Понятно. Это все?

– Нет. Со временем, когда ты станешь более искусен, Вейюн Бао начнет поручать тебе некоторые задания, которые помогут тебе на твоем Пути. Иногда его аватара даже будет сопровождать тебя в большом мире, чтобы помочь с этими заданиями.

– А, классовые квесты. Тоже неплохо. Ну, что ж… я согласен.

– Уверен?

– Да, черт возьми! Ты мне уже как родной.

Его короткие серебристые усы чуть встопорщились. Неужто улыбается?

– Хорошо. Значит, выбор сделан, Мангуст. На сегодня хватит.

Туман вокруг нас начал постепенно рассеиваться.

– Эй, погоди! Так может, дашь мне какое-нибудь простенькое задание? Чего тянуть-то? Забраться на эту чертову гору было не просто, но я ведь справился!

Про то, что мне в этом здорово помогли, я предпочел умолчать. Уж не думаю, что этот непись всеведущ.

Ксилай негромко фыркнул, и на этот раз я был точно уверен, что он надо мной насмехается.

– Да, Вейюн Бао весьма впечатлен этим успехом. И он будет горд за своего молодого ученика, когда тот так же успешно спустится к подножию горы.

В глазах у меня помутнело. Проморгавшись, я снова обнаружил себя сидящим на каменном алтаре перед статуей черепахи.

Солнечный диск к этому времени уже опустился к самому горизонту, и все вокруг окутала невесомая вуаль сумерек. Острые треугольные скалы, обрамляющие плато, выделялись черными силуэтами на фоне потемневшего неба. Где-то – кажется, совсем близко – раздался протяжный вой, подхваченный и многократно повторенный прихотливым горным эхом.

Я покрепче перехватил свой боевой шест.

Спускаться обратно, говорите? А вот про это я как-то не подумал…

Глава 7. Стальные псы

Терехов позвонил в самый последний момент, в начале двенадцатого. Я, признаться, уже начинал нервничать. Он ведь утром предупреждал, что войти в игру надо будет без четверти полночь, а процесс этот – не моментальный, нужно ведь модем настроить, погрузиться в ЭТ-фазу. А с непривычки это может занять больше времени, чем ожидаешь.

– Готов? – вместо приветствия спросил он.

НКИ транслировал его двухмерное изображение – будто бы вид с обычной видеокамеры. Терехов полулежа расположился на кушетке со светлой обивкой, на стене над его головой светился знакомый нимб Эйдос-модема. Было непривычно видеть безопасника без строгого костюма – сейчас на нем была лишь светлая майка, обнажающая рельефные мускулистые плечи. На правом был заметный шрам странной формы – будто бы от рваной раны. Может, осколок какой. Не удивлюсь, если этот тип бывал в реальных «горячих точках».

– Готов, готов.

– Извини, что днем не смог ответить. Реально был занят. Сейчас тоже времени осталось мало, так что слушай сюда. Над созданием персонажа долго не парься. Я имею в виду внешность. На все эти настройки у тебя – три минуты, не больше. Класс бери ассасин – это важно. Я буду ждать тебя в портовом районе, возле фонтана Королевы-львицы. Место приметное, не пропустишь.

– Да, я знаю, я там уже был.

– В смысле?

– Ну, тут такое дело… Я для чего и звонил днем. Уточнить хотел…

– Да не мнись ты, говори уже!

– Я днем уже успел одну игровую сессию провести, – сказал я небрежно, будто о походе в ближайший магазин за хлебом. – Сами же говорили, что вам надо, чтобы я быстрее втянулся. Ну, я и решил время даром не тратить.

Терехов шумно втянул носом воздух, но больше ничем не выдал своего раздражения.

– Ясно. Ладно, я сам виноват. Надо было проконтролировать этот момент. Знал ведь, что с тобой могут быть проблемы.

– Да никаких проблем, шеф! Наоборот – уже немного освоился в игре. Даже стартовый классовый квест успел сделать, на который, судя по всему, несколько дней отведено. Меня местный сенсей вообще послал поначалу. Все талдычил – ты не готов, ты не готов. А я в итоге за день обернулся.

– Ну, надо же! – саркастически усмехнулся Терехов. Да уж, этого фиг чем удивишь. – Класс-то какой взял?

– Монах.

– Твою мать…

– А что не так-то? Отличный класс, интересный. Я думаю, мне вполне подойдет для тех темных делишек, что вы мне собираетесь поручать. Неплохой баланс между ловкостью и силой…

– Какой, в жопу, баланс? – не удержался Терехов. – Ты нам можешь понадобиться уже дня через три-четыре. За это время можно натаскать тебя на мобах, поднять немного характеристики – они поначалу довольно быстро растут. Но у ассасина-то первым же классовым скилом идет маскировка. Довольно слабая поначалу, но это хоть что-то. А чем тебе твое кун-фу поможет при тайной вылазке?

– Да не нервничайте вы так! Вообще-то, к вам в офис я пробрался без всякой ассасинской маскировки.

Он шумно вздохнул. Помолчал, отведя взгляд в сторону.

– Ну, допустим. Ладно, хрен с ним, с ассасином. Но, мать твою, монах! Хуже ты и придумать не мог, ей-богу. Взял бы наемника. Лучника. Целителя у нас нормального нет. Черт, да даже мага мог бы взять – на днях патч большой будет, их здорово апнут. Тогда был бы шанс, что ты нам пригодишься в долгосрочной перспективе.

– Я не пойму, а монах-то вам чем так не угодил? Со временем из него тоже можно вылепить такую боевую машину…

– Ты роликов рекламных насмотрелся? На сайте Артара? А не удосужился поискать летсплеи какого-нибудь реального прокачанного монаха?

– Не находил пока таких.

– Да потому что нет их! Их вообще мало кто берет. А кто взял – часто потом сбрасывает персонажа и начинают заново новым классом.

– Почему?

– Да по кочану! Суровая правда жизни. Есть много вещей, про которые пиарщики Артара не любят распространяться. Баланс в игре еще хреновый, и гибридные классы развивать слишком геморройно… Ладно, смысл сейчас спорить. Сам в игре поймешь, и довольно быстро. Я тебе одно скажу – ты, по-моему, похоронил все свои шансы влиться в клан.

– Да бросьте! Вы ведь еще даже не видели меня в деле!

– Только на это и надежда. Ладно, одно хорошо – мне не придется переться за тобой в портовый район. Заходи в игру через менгир на дворцовой площади. И двигай сразу на восток, к таверне «Пьяный медведь». Она на краю площади, на углу между Медной и Серебряной улицей. Буду ждать тебя у входа.

– Как я вас узнаю?

– Да уж не потеряемся. Ты, главное, никуда не суйся – дуй сразу к таверне. Ч-черт, заболтались тут с тобой. Как бы не опоздать! Все, подключайся!

Он завершил вызов, и я тут же дал команду Эйдос-модему на запуск процедуры погружения в ЭТ-фазу.

Для быстрого погружения нужно было успокоиться и сосредоточиться, но я после разговора с Тереховым все не мог собрать мысли в кучу. Неужели я и правда все испортил? Надо было все-таки дозвониться до него днем, или текстовыми сообщениями достучаться. С другой стороны, ассасина я точно брать не хотел. А смысл играть классом, от которого тебя воротит?

И про монахов еще наговорил всякого… Ну не поверю я, что правда все так хреново. Да, механика у класса сложнее, чем у воинов – у тех-то по паре приемов да боевых кличей, плюс всякие пассивки на живучесть да на повышение болевого порога – вот и вся премудрость.

Так, все, к черту все эти сомнения! Что сделано, то сделано, чего уж теперь стенать. Надо сосредоточиться. Каждая минута реального времени, на которую я здесь задержусь, превращается в Артаре в восемь. Незачем лишний раз злить Терехова.

Я несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Кстати, надо будет поучиться у Бао медитации. Чувствую, пригодится.

Вход в Артар по умолчанию происходит у того менгира Возврата, через который ты вышел из игры. Но предусмотрено и несколько постоянных запасных вариантов – в Гавани и нескольких других крупных городах.

Точки входа в Гавани, конечно, самые популярные, так что площадка вокруг менгира напоминает вагон метро в час пик. Оказавшись в игре, я сходу врубился носом в спину какого-то торчащего впереди вояки. Спина была затянута в кольчугу, так что было довольно больно. Подвинуть этого громилу тоже не получилось, а сзади уже напирали. Я один за другим врубил два умения – Всплеск и Хвост ящерицы, и выскользнул из толпы, как мыло из пальцев. Жаль, конечно, двух зарядов Ци, но я и так уже, судя по всему, опаздываю.

Таверну я нашел быстро, Терехова тоже узнал сходу. Здесь он носил короткую холеную бороду и усы радикально черного цвета, да и черты лица несколько отличались. Но я сразу понял, что это он.

Судя по балансу стихий Воды, Дерева и Огня, по классу он был не чистым Воином, а с некоторым уклоном в магию – видимо, Паладин. Но броня у него была достаточно легкая – не латы, а толстая кожаная куртка с кольчужными фрагментами. Лишь правая рука была полностью закована в сталь – причудливым сегментированным доспехом, похожим на панцирь какой-нибудь многоножки. На плече доспех заканчивался массивным фигурным эполетом в форме львиной головы.

Меч его висел у пояса, слева – широкий массивный клинок необычной формы, слегка загибающийся вперед и расширяющийся к концу. Над плечами виднелся край закрепленного на спине щита.

Меня он, похоже, тоже сразу узнал, потому что тут же, не дожидаясь, пока я подойду вплотную, отделился от стены, которую подпирал, и зашагал на восток, в сторону портового района. Пришлось его догонять.

– Приветствую, шеф!

– Здорово, голодранец.

– Вы хотели сказать – новобранец?

Он не ответил, лишь прибавил ходу.

– Мы куда-то торопимся?

– Да, черт возьми! Я же предупреждал, чтобы ты не копался со входом. Или ты специально действуешь мне на нервы?

Я даже отвечать не стал – ну его, пусть фыркает. Хоть бы сказал, куда идем-то. Почему к порту, а не в сторону ворот из города?

Впрочем, скоро я и сам все увидел. Мы прошли пару-тройку кварталов по Медной улице и оказались у небольшой круглой площади, которую я издалека принял за рынок – из-за царившего на ней галдежа и обилия каких-то полотняных навесов. Но потом стало понятно, что навесы эти – не торговые палатки, а просто от солнца.

Сама площадь представляла собой что-то вроде примитивной арены. Центральная часть ее была углублена метра на три, и стенки ямы были укреплены деревянными кольями, а сверху огорожены перилами, чтобы зрители под напором эмоций не попадали вниз. Нормальных сидений вокруг не было – только в нескольких местах, где были сооружены небольшие помосты. Этакие VIP-ложи. Остальные зрители стоя толпились вокруг ямы, теснили друг друга и горланили так, что собственные мысли сложно было расслышать.

На арене вовсю шла схватка. Рослый чернобородый воин в блестящих кольчужных доспехах и круглом золоченом шлеме, похожем на церковный купол, попросту унижал своего противника – рыжего коротышку с двумя топорами. Тот был почти на голову ниже его, в легких кожаных доспехах, и от многочисленных ранений едва держался на ногах. На лбу его алел длинный порез, и потеки крови превратили лицо в жутковатую маску.

Чернобородый же был хорош. Двигался уверенно, плавно, широкая сабля в его руке описывала замысловатые траектории. Он явно играл на публику, мутузя рыжего, но пока не добивая.

– Что, тоже из наших? – крикнул я в ухо Терехову.

Тот кивнул на ходу, пробиваясь к толстому, пестро разряженному неписю, стоящему на небольшом огороженном возвышении. Тот был кем-то вроде распорядителя боев. И, судя по всему, еще и букмекером.

– Первый раунд подходит к концу! Последний шанс сделать ваши ставки, господа, потому что второго раунда может и не быть! Могущественный Турок выиграл сегодня уже четыре схватки подряд, и вот-вот одержит победу в пятой! Ставки – восемь к одному! Торопитесь!

Терехов, наконец, пробился к толстяку, расталкивая обступивших его зрителей. Дернул за рукав, заставляя наклониться пониже, и что-то крикнул ему на ухо. Толстяк коротко кивнул и передал увесистый кошель одному из своих телохранителей – похожих, как близнецы, негров, габаритами напоминающих двустворчатые шкафы.

Буквально через несколько секунд ударил гонг, и бойцы разошлись по краям арены. Основная часть толпы немного утихла. Те, кто толкался рядом с распорядителем и, видимо, не успел сделать ставку, наоборот, разгалделись.

Терехов, отыскав меня взглядом, крепко ухватил за плечо.

– Держись за мной! Что бы ни происходило – не отставай, понял?

Я кивнул.

Он, пробивая путь локтями, а кое-где и кулаками, продвинулся ближе к арене, к одной из VIP-лож. Ухватился за перила ложи, приподнялся, возвышаясь над толпой.

– Берс!! – заорал он, поднимая свою закованную в броню правую руку. Увидев, что его услышали, кивнул и слез с помоста.

Снова грянул гонг – бойцам не дали отдохнуть и минуты.

Рыжий сделал несколько шагов вперед, пошатываясь от ран. Турок же был бодр и совершенно невредим. Теперь красавец-воин, видимо, решил и вовсе не тянуть до конца раунда и прикончить противника одним эффектным натиском.

Но, в тот момент, когда они сблизились на расстояние удара мечом, что-то пошло не так.

Я не совсем понял, как это случилось. Двигались бойцы стремительно, к тому же толпа передо мной колыхалась, так и норовя оттеснить меня назад. Какой-то верзила в темном плаще загородил мне обзор и, когда я все-таки протиснулся мимо него, с изумлением увидел, что чернобородый уже без шлема и едва отбивается от яростных атак рыжего.

В коротышку будто бы бес вселился – топоры его мелькали в воздухе так, что их было едва видно. Еще немного – и Турок пропустил удар в плохо защищенный кольчугой пах и упал на колени, корчась от боли. Рыжий скользнул ему за спину и, скрестив топоры, как клещами, зафиксировал его шею. Тот вскинул было руки, пытаясь отвести лезвия, но рыжий резко дернул топорами в стороны.

Кровь из разорванного до самого хребта горла хлынула так, будто в шее Турка что-то взорвалось. Рыжий, помедлив пару секунд, небрежно толкнул его носком сапога в спину, опрокидывая в песок. Снова ударил гонг, возвещая победу.

Толпа, на несколько секунд притихла, будто онемела. А потом забурлила с удвоенной силой.

Терехов толкнул меня в плечо, давая знак двигаться обратно. Мы с трудом пробились к распорядителю, и паладин забрал у него свой куш. Завистливых взглядов вокруг было множество – похоже, мало кто в этом бою ставил на рыжего. И к зависти во многих взглядах примешивались и другие чувства, тоже не очень-то хорошие.

Я бы сейчас на месте Терехова постарался куда-нибудь свалить по-тихому.

Но далеко от площади мы не ушли – остановились у одной из лавок, торгующих всякими закусками и выпивкой прямо на улице.

– Три пинты темного эля, – заказал Терехов, и непись-торговец с ловкостью фокусника выудил откуда-то из-под прилавка три глиняных кружки с холодным пенным напитком. Командир одну оставил себе, вторую передал мне, а третью протянул рыжему, стоящему чуть позади меня. Я от неожиданности чуть не поперхнулся – я и не заметил, как тот подошел.

Вблизи боец смотрелся еще более жутко – потеки крови на его лице и доспехах никуда не исчезли, разве что начали потихоньку подсыхать. Волосы его были ярко-рыжими – того редкого медного оттенка, что уже почти не встречается в природе. В остальном у него была потрясающе непримечательная внешность. Не красавец и уж точно не брутал – жидковатые неопрятные усы и бороденка, мелкие черты лица, светлые, почти незаметные брови. Разве что глаза запоминающиеся – светлые, льдистые, цепкие. Под их взглядом было неуютно.

Ростом он оказался чуть ниже меня, телосложением тоже особо не блистал. Это было объяснимо – судя по балансу стихий, Силы у него было не очень много. Зато Ловкости и особенно Живучести – куда больше, чем у Терехова.

Топоры, висящие у него на поясе в специальных лямках, тоже были изрядно изгвазданы в крови. Но его это, похоже, не особо беспокоило. Само оружие было без особого выпендрежа – длинные прямые рукоятки, относительно небольшие навершия с узкими обухами и серповидными лезвиями. Но я-то уже видел, на что они способны.

– Здорово, Лео! Чего-то ты припозднился. Меня этот Турок уже начал утомлять.

Рыжий отхлебнул пива и поморщился, прижимая кончиками пальцев разбитую губу.

– Хлебни фласку, – предложил Терехов, протягивая ему флакон с красным зельем – примерно такой, как у меня в инвентаре.

Боец отмахнулся.

– Само зарастет, ты же знаешь. На мне, как на собаке. Что у нас там дальше? Все по плану?

– Надеюсь.

– А это что за малец?

– Новенький наш. Мангустом хочет называться. Мангуст, знакомься – это Берс.

– Здрасьте! – кивнул я уважительно.

– Ты ж говорил, ассасина возьмем?

Паладин лишь скорчил многозначительную рожу и вздохнул. Рыжий покачал головой.

– Да уж, мало нам Дока с его закидонами, так еще и монах теперь на нашу голову. У тебя хоть запасной вариант есть?

– Да, был еще один толковый кандидат. Попробую договориться на днях.

– Э, а ничего, что я вообще-то рядом стою? – вмешался я.

– И что? Мы тебе мешаем? – с явным наездом отозвался рыжий.

Заводится, блин, с пол-оборота.

– Кость, давай только без этого, а? – вступился Терехов. – Дадим мальцу шанс. Я в реале столько времени потратил, чтобы его завербовать. Жалко будет, если зря.

Берс хмыкнул, окидывая меня снисходительным взглядом.

– Ну, как скажешь, командир.

– О, а вот и наши клиенты… – понижая голос, проговорил Терехов, отворачиваясь к прилавку.

– Fucking Russians! – разъяренный вопль донесся до нас за полквартала.

Кольчуга и шлем Турка были уже совсем не такими блестящими, как на арене – смешанный с кровью песок забился в мелкие зазоры между кольцами, особенно на груди. Лицо его было перекошено от ярости, но оружия он не доставал, как и парочка его приятелей, стоящих по бокам. Мимо как раз проходил патруль Львиной стражи, да и в целом, затевать драку посреди города – плохая затея.

Рыжий, обернувшись, поприветствовал недавнего противника старинным жестом, вздымая кулак к небу и звучно шлепнув себя по бицепсу. Чем вызвал очередной шквал ругательств и бессильной ярости. Приближаться обиженные все еще не решались – хотя к троице присоединилось еще двое бойцов, явно тоже настроенных к нам недружелюбно.

– От мазафаки слышу! – издевательски прокричал Берс, сложив ладони рупором.

– Ладно, идем! – хлопнул его по плечу Терехов. Они быстро допили свой эль и отдали кружки неписю. У меня оставалось еще больше чем полпинты, и я торопливо прихлебывал напиток на ходу. Вкусно, черт побери, жалко оставлять.

Шли мои новые знакомые, не торопясь, будто прогуливаясь, но вектор их движения я уловил довольно быстро – двигались они к северным воротам, прочь из города.

На улицах Гавани было, как всегда, оживленно, и глаза разбегались от всяких интересностей. Но я старался не упускать из виду Лео и Берса, потому что они на меня даже не оглядывались. Если отстану – еще уйдут без меня.

Их высокомерие, признаться, изрядно подбешивало. Но с другой стороны, рядом с ними я и сам чувствовал себя сопляком и голодранцем. Эти двое явно были настоящими матерыми бойцами, а я так, погулять вышел. Неудивительно, что они меня ни в грош не ставят. Ну, ничего, посмотрим, как они запоют позже.

Посох свой я пока убрал с глаз долой, поскольку по сравнению с оружием настоящих воинов он казался еще более смехотворным.

Ну, а скоро я заметил кое-что, что отвлекло меня от мыслей о дедовщине.

За нами был хвост. Турка и его дружков я периодически замечал метрах в пятнадцати-двадцати позади нас. Позже стали попадаться и еще группки игроков, провожающих нас подозрительно внимательными взглядами. Нас явно «пасли», постепенно окружая. И преследователей было уже десятка полтора, если не больше.

Но мои спутники, похоже, были слишком самонадеяны – они даже толком не смотрели по сторонам. Прут себе дальше к воротам, и не видят, что их берут в клещи.

В конце концов, я не выдержал и поравнялся с ними, вклиниваясь в разговор.

– Э… дяденьки! Я, конечно, дико извиняюсь. Но вот у меня такое чувство, что нас сейчас будут бить. Скорее всего, даже ногами. Может, как-то пошевелим копытами побыстрее, и свалим отсюда?

Берс рассмеялся и похлопал меня по плечу. Со стороны этот жест выглядел дружеским. Но только со стороны. Потому что пальцы его – твердые, как рукояти ножей – впились мне в плечо так, что я едва не взвыл.

– Ты поменьше башкой верти, костлявый, – процедил он, и тон его резко контрастировал с той добродушной усмешкой, что играла на его губах. – И язык держи за зубами.

– А ты грабли убери, – огрызнулся я. – Хорошо героя из себя корчить перед нубом. Поговорим через недельку-другую, когда я подкачаюсь…

Он презрительно фыркнул и потрепал меня по бритой голове. Я, выругавшись себе под нос, немного отстал от них. Может, ну их к черту? Если они такие олухи, то мне-то зачем огребать с ними за компанию?

Но Терехов, оглянувшись, мотнул головой, давая знак не отставать.

Я, скрепя сердце, прибавил шагу.

За город мы вышли уже знакомым мне путем, через северные ворота. Только отправились не в сторону лагеря Кси, а в противоположную, по дороге вдоль городской стены. Здесь, на открытом пространстве, было немноголюдно, и то, что хвост за нами – как у кометы, стало совсем уж очевидно. Но эти двое даже не оборачивались. Правда, пошли чуть быстрее.

Нам навстречу как раз попался патруль стражников, но их было всего двое. Да и скрылись из виду они довольно быстро – знай себе шагали по своему маршруту.

Я уже не оглядывался, но прямо-таки затылком чуял, что преследователи постепенно начали сокращать дистанцию.

Мы прошли мимо маленькой фермы – крошечная лачуга, крытая соломой, амбар и пара делянок, засаженных капустой и какими-то злаками. Чуть дальше к самой городской стене притулилось длинное приземистое здание конюшни, напротив него – пара стогов сена…

А навстречу нам по дороге вышагивал Турок в компании еще пятерых бойцов.

Я оглянулся, и сердце неприятно ёкнуло. Позади нас их было раза в три больше.

Вот тут-то, наконец, мои спутники опомнились – рванули к стене в сторону конюшен.

– Не упустите их! – заорал Турок. – Окружаем!

– Аккуратнее с ними! Вместе держитесь!

– Джейк, прикрой нас!

– Да их всего трое, чего вы дрейфите!

Терехов с Берсом добежали почти до самой стены и развернулись, становясь спиной к спине. В руках у паладина мгновенно оказались меч и щит. Щит был небольшой, в полкорпуса, но цельнометаллический, с выгравированными посередине перекрещенными мечами.

Берс тоже выхватил свои топоры и подбросил их в руках, снова поймав за рукоятки.

– Мне-то чего делать?! – окликнул их я. Боевой посох в руках казался совсем уж жалкой деревяшкой, особенно если учесть, что большинство наших противников были в доспехах.

Лео мотнул головой, давая знак спрятаться за их спинами. Мы образовали маленький круг, в котором я явно был самым слабым звеном.

– Ну, а теперь – просто постарайся не сдохнуть, – оскалился рыжий и подмигнул мне.

Его ситуация, похоже, только забавляла.

Наши преследователи тем временем быстро перешли в наступление. Их было не меньше двадцати, и они охватили нас полукольцом, отсекая пути к отступлению. Разве что на стену лезть, но она метров десять в высоту.

Снова неприятно засосало под ложечкой и начала подкрадываться паника – как вчера во время боя с тем здоровенным дрэком. Не, я не трус. Но хотелось бы хоть как-то сопоставимых противников, а не таких, что могут тебя через мясорубку пропустить.

А потом все мысли будто разом выдуло из головы, а время спрессовалось в тугую пружину. Перед глазами только мелькали какие-то детали, вырываемые разгоряченным сознанием из общей картины.

Оскалившаяся львиная морда на эполете Терехова. Искры, брызнувшие от скользнувшего по щиту наконечника копья. Перекосившееся от ярости лицо одного из нападающих, заносящего над головой здоровенный двуручный меч с волнистым лезвием. Звон скрестившихся мечей. Крики и ругательства, вырывающиеся из десятка глоток и сливающиеся в единую какофонию. Сталкивающиеся друг с другом плечами воины в стремительно сужающемся вокруг нас кольце.

Топор Берса, врубающийся прямо в лицо темнокожему парню, в незащищенный шлемом участок вокруг глаз.

– Бей! Сейчас! – заорал Терехов, отбивая щитом удар сразу двух мечей.

Это он мне?!

Берс в это время ударом топора сшиб шлем с одного из нападавших – похожего на викинга громилы с длинными усами, заплетенными в косички. Тот крутанулся вокруг своей оси, отбивая щитом удар второго топора, и заорал, как зверь. Уж не знаю, то ли это был какой-то скилл типа устрашающего клича, то ли это я так впечатлился, но у меня от этого крика внутри все задрожало, как желе.

В голову усатого вдруг вонзилась стрела – прошив обе щеки насквозь, так что викинг поперхнулся своим криком. Рана была явно не смертельная, но какая-то нелепая – он схватился за стрелу, не решаясь, что делать с ней. И тут же получил вторую – в шею.

Стрелок засел где-то на крыше конюшни, но разглядеть его толком я не успел. Сноп сена справа от нас будто бы взорвался изнутри, и сквозь ряды наших противников, роняя бойцов, как кегли, пронеслось нечто здоровенное. Уши заложило от криков и звуков тяжелых ударов железа о железо – БАМ! БАМ! БАМ!

– Даня, рви! – захохотал Берс.

– Док, отсекай их! Не давай уйти! – рявкнул над самым моим ухом Терехов.

Они с Берсом, воспользовавшись замешательством противников, перешли в атаку.

Ворвавшийся в гущу схватки верзила был упакован с головы до ног в толстую стальную броню и вооружен здоровенной двуручной кувалдой. Хотя у него и кулачищи были размером с гирю, тоже закованные в латные перчатки.

Еще один прятавшийся до этого в стогу сена боец выглядел куда менее внушительно – худощавый, долговязый, с проседью в бороде и длинных волосах. Судя по широкому красному сегменту в его диаграмме Ци, это был маг. Или, наверное, целитель – потому что после его заклинания, наброшенного на нас невесомой светящейся сеткой, я вдруг почувствовал, как меня будто бы распирает изнутри от прилива силы. Явно какой-то бафф или исцеляющее заклинание.

В воздухе свистели стрелы. Лучник, засевший на крыше конюшни, был не единственным дальнобойным игроком, участвовавшим в этом бою. Но позиция у него была самая выгодная, и он ей бессовестно пользовался, расстреливая с возвышения вражеских лучников и магов, держащихся поодаль от основной схватки. Стрелял он довольно метко – я почти не заметил промахов. Правда, стрелы его частенько попадали в какие-то неожиданные места – пробивали ладони, ступни, вонзались пониже спины, в пах, в лицо. Своеобразные у него приоритеты в прицеливании. А может, просто метит в незащищенные броней участки.

Удары здоровяка с молотом были просто чудовищны – даже крепкие бойцы в латах от них отлетали, гремя, как связка пустых ведер. Маг, держась за спинами нападавших, тоже поддавал копоти. Причем почти в буквальном смысле – набрасывал на врагов какие-то заклинания. Не привычные сгустки пламени из рук или там разряды молний – а какие-то облачка живого дыма, шевелящие призрачными щупальцами.

– It’s a trap! – в отчаянии завопил Турок. Он до сих пор был жив, и снова схлестнулся с Берсом.

– Отступаем! Это ловушка!

– Да их тут целый отряд!

– Fucking Russians!

Встроенный переводчик запаздывал с переводом фраз, а многие и вовсе пропускал – видимо, в этой кутерьме было сложно выхватывать из контекста конкретные слова.

Отступить, правда, мало кому удалось. Я и опомниться не успел, как все стихло, и мы остались посреди груды трупов. Последнего добил Берс, вонзив топор куду-то в область шеи, в зазор между пластинами доспехов. Лезвие застряло и он, упираясь ногой, закряхтел, выдергивая его обратно.

Стало неожиданно тихо.

– Мда-а-а-а… – окидывая взглядом жутковатый пейзаж, глубокомысленно протянул маг. – Ну, прямо-таки утро после Куликовской битвы.

– Да брось, Док! – отозвался с крыши лучник. – У нас в общаге наутро после каждой пьянки такая картина.

– Кончайте трепаться, лут собирайте! – скомандовал Терехов и сам первый склонился над одним из поверженных противников, осматривая его инвентарь. – И потом – быстро к менгиру. Может, успеем их еще раз прищучить. Главное – выцепить Турка еще разок. Платят нам за него.

Я по-прежнему стоял, как пыльным мешком ударенный, переводя взгляд с одного члена команды на другого.

Целый отряд? Да их же тут… пятеро. Ну, шестеро, если считать и меня.

– Кстати, знакомьтесь – новенький наш, – вспомнил про меня паладин. – Мангустом кличут. Ты тоже не робей, знакомься. Мы – Стальные псы.

Я кивнул.

Рядом со мной как раз возвышался, как башня, здоровяк с кувалдой. Он снял массивный округлый шлем с широким откидывающимся вверх забралом. Лицо у него, как ни странно, было простое и даже, я бы сказал, добродушное – нос картошкой, коротко стриженные волосы, ни усов, ни бороды.

Он был единственным из всей команды, кто носил тяжелые стальные доспехи. Не совсем такие, как показывают в кино про средневековых рыцарей – где каждый палец в отдельный сегмент запакован. Но торс был надежно прикрыт кирасой, на плечах, еще больше расширяя и без того внушительный силуэт, красовались покатые наплечники. Пах и бедра защищала сегментированная латная юбка, ее стальные полоски ритмично лязгали при ходьбе.

– Ну, Берса ты знаешь. А это – Молот, – пояснил Терехов.

– Простой русский богатырь, – добавил Берс.

Простой русский богатырь неловко водил плечом, будто пытаясь почесать где-то под лопаткой. Но с его телосложением, да еще и в броне, это было затруднительно. Я глянул ему за спину и увидел обломок копья, засевший в зазоре между пластинами панциря. Ухватился за него и с трудом выдернул. Наконечник был в крови.

– О, спасибо! – кивнул здоровяк. – Данила.

Он протянул было мне свою стальную лапищу, но потом понял, что для рукопожатий мы слишком в разных весовых категориях, и сконфуженно убрал её.

– Вон тот извращенец на крыше – Стинг, – продолжил Терехов. – Эй, ты, кстати, слезать-то собираешься? Помогай давай!

– Сейчас, сейчас…

Стинг выглядел вполне привычно для лучника – легкая кожаная броня, не стесняющая движений, сразу пара объемистых колчанов за спиной. Лук у него был небольшой, с короткими, но круто изогнутыми плечами. А вот оперение у стрел – необычное. В каждый колчан будто разноцветных красок плеснули – перья были красные, синие, белые, желтые, зеленые и даже фиолетовые. В бою я толком этого не разглядел, но теперь видел, что из противников эти цветастые стрелы торчали, как стебли жутковатых цветков.

Чертами лица Стинг напоминал какого-нибудь хорька или выдру – вытянутое лицо, скошенный к шее подбородок, черные глаза – небольшие, близко посаженные. Не красавец, мягко говоря. Либо из принципа взял реальную внешность, либо прикалывается так. Наверное, все-таки первое. Кто в здравом уме будет так уродовать себе внешностью – пусть и в игре. Здесь же, наоборот, есть шанс вылепить из себя Аполлона.

– Ну, а это – Док. Никита Сергеевич. Между прочим, в реале – врач по образованию, с огромным опытом. И у нас тоже должен был стать целителем…

– Но что-то пошло не так, – хохотнул Берс. – О! Глядите-ка! Кое-кто носит слишком много кэша при себе. Совсем страх потеряли!

Он подбросил на ладони увесистый кожаный кошель с монетами, выуженный из инвентаря одного из противников.

Доку я руку пожал. Он производил вполне приятное впечатление – открытая улыбка, внимательный, чуть насмешливый взгляд, но насмешливый по-доброму, а не как у того же Берса. Правда, если бы я не видел его диаграммы Ци, то сложно было распознать в нем мага – одет он был скорее как воин или лучник – в укрепленный кольчужными вставками кожаный дублет, высокие сапоги, короткий темный плащ с капюшоном.

– А что пошло не так-то? – спросил я.

Док отмахнулся и присел на корточки над одним из трупов. Правда, обыскивать их не стал, а начал производить какие-то странные манипуляции, шевеля пальцами над его лицом.

– Ну, просто Никита Сергеевич почему-то в Артаре решил забить на клятву Гиппократа, – пояснил Берс. – Не торопится, стало быть, оказывать посильную помощь страждущим.

– Ой, я тебе уже не раз говорил, Константин – тебе бы и в реале не захотелось попасть ко мне на прием.

– Ну, это уж точно! – рассмеялся Берс. Остальные тоже похихикали, один я чувствовал себя по-дурацки.

– А в чем прикол-то? – негромко спросил я мага.

– Я патологоанатом, – мягко усмехнулся он.

– Так, я не понял – а где Ката?!

На вопрос Терехова все только пожали плечами.

– Тебе лучше знать. Ты её предупреждал вообще?

– Естественно! Ч-черт, да когда уже этот бардак кончится? Никакой дисциплины в отряде!

Паладин в сердцах пнул подвернувшийся под ногу шлем.

– Док, а ты там чего копаешься? Уже выдвигаться пора.

Трупы вокруг, и правда, начали один за другим медленно растворяться в воздухе – скоро все наши противники возродятся у ближайшего менгира.

– Эй, Док только не говори, что… Оу, ну вы на него поглядите – он опять за свое!

– Док, ну не надо!

– Вы же сами говорите – сейчас к менгиру пойдем. И Каты нет. Нам пригодится подкрепление.

– Да от твоих бомжей все равно толку нет! Воняют только.

– Сами вы бомжи! – обиделся маг. – Не отвлекайте.

– Ладно, – сдался Терехов. – Только быстро, Сергеич, уже надо выдвигаться.

– Сей момент!

Паладин подошел ко мне.

– Ну, а ты-то чего столбом стоишь? Вчера в полиции вон какой боевитый был, а тут что-то притих.

– В штаны хоть не наложил? – хохотнул Берс.

Я продемонстрировал ему тот же жест, каким он приветствовал Турка на улице.

Откровенно говоря, я и правда малость ошалел от происходящего. Вторая моя игровая сессия в Артаре началась весьма бодро. А ведь и часа еще не прошло.

Док продолжал колдовать над трупами, что-то негромко напевая себе под нос. Какой-то знакомый мотивчик – из тех, что узнаешь сразу, но долго не можешь вспомнить, откуда он именно.

Впрочем, маг быстро дал подсказку, поскольку начал напевать уже громче, так что можно было различить слова. Точно! Песня из старого-старого, еще советского, мультика.

Фальшивил он дико, да и в целом, саундтрек, мягко говоря, слабо сочетался с его действиями.

– Ах, если бы сбыла-ась моя мечта-а-а-а… – тоненьким голоском вывел он.

Почти все трупы убитых игроков исчезли с поля боя, но те три, над которыми колдовал Док, остались лежать, мерцая изнутри багровым светом. Он водил над ними руками, и с кончиков его пальцев, как нитки к марионеткам, тянулись тонкие струйки дыма.

– … какая жизнь настала бы-ы та-а-гда…

Еще немного – и в трупах уже сложно было распознать игроков. Они превратились в расплывчатые светящиеся силуэты. Багровое свечение постепенно опадало, плотнее обволакивая тела.

– … ах, если бы мечта сбыла-ась…

С влажным мерзким звуком – будто сапог выдергиваешь из засосавшей его вязкой жижи – сияние вдруг окончательно схлопнулось. На телах не осталось ни доспехов, ни вообще какой-то одежды – лишь желтовато-бурая пленка обожженной кожи, из-под которой кое-где проглядывали ребра.

– – какая жизнь тогда бы начала-а-а-ась…

На последней ноте Док дал изрядного петуха и закашлялся. Зато с самим заклинанием у него все получилось – три трупа ожили, зашевелились, с трудом поднимаясь на ноги. Выглядели они так, будто с них содрали кожу, а потом еще и основательно подпалили из огнемета.

– Фу, Док! В который раз тебе говорю – завязывай ты с этой херней! – сплюнув, поморщился Берс. – Смотреть противно!

– Никто-то нас не любит, – вздохнул некромант, похлопав одного из зомби по оголившемуся черепу. – Все, я готов, Лео!

– Только учти – ждать твоих калек никто не будет, – отрезал Терехов. – Всё, выдвигаемся! В темпе, в темпе!

Он, Берс и Стинг первыми припустили по дороге на юг – видимо, ближайший менгир был где-то там, а не в черте города. Место для засады было выбрано не случайно. После воскрешения игроки минут десять-пятнадцать не покидают окрестности менгира из-за жуткого дебаффа ко всем характеристикам, так что будут уязвимы.

Молот чуть задержался, надевая шлем, и, лязгая доспехами, побежал вслед за остальными. Мы с Доком остались в арьергарде.

– Ну, айда, горемычные! – подбодрил Док свою маленькую мертвую армию. – Только давайте в темпе, в темпе – слышали, чего командир говорил? А то без нас все вкусное съедят.

Зомби были не особо шустрыми, и ковыляли, сильно раскачиваясь при ходьбе, да еще и норовили разбрестись в разные стороны. Маг погнал их перед собой, время от времени подгоняя пинками под зад.

– Ну, а ты-то чего оробел, новобранец? Догоняй!

– Какой-то сюр… – пробормотал я, помотав головой.

– Привыкай! – усмехнулся маг. – У нас весело. Добро пожаловать к Стальным псам!

Глава 8. Плохая компания

Менгиры Возврата в Артаре – это такие каменные столбы, изрисованные рунами. Выглядеть они могут немного по-разному, в зависимости от региона. Рассеяны равномерно и густо по территории всего материка. Даже если в откате заклинание Возврата, пешком к ближайшему можно добежать минут за десять.

Все это – не столько игровой момент, сколько требования, предъявляемые к любому виртуальному миру Эйдоса. Обязательно должна быть четкая точка Выхода, дверь в реальный мир. Этакий психологический «якорь», помогающий не перепутать реальности.

Но в Артаре менгиры служат еще и островками безопасности для игроков. Возле них ты возрождаешься после смерти с посмертным дебафом –75% ко всем характеристикам. Прежде, чем снова отправляться в бой, нужно снять это проклятье с помощью специальных зелий или заклинаний прокачанных Целителей. Но проще и дешевле – просто подождать. Дебаф действует недолго – то ли десять, то ли пятнадцать минут. И ждать лучше, не отходя далеко от менгира – он окружен невидимым защитным куполом. Все заклинания и снаряды, направленные извне, останавливаются. Если же кто-то решит напасть на игрока прямо внутри купола – то в защитном поле получит вдвое больше урона, чем нанес. Так что мобы к менгирам не суются, игроки тем более. Ибо драться там – себе дороже.

Так вся эта система описывается на сайте Артара. И выглядит вроде вполне логично.

Но разработчики кое-что не учли.

Например, что прямо к менгиру может прорваться закованный в латы бугай и попросту вышвыривать противников за пределы круга, где их будут хватать зомби или настигать стрелы с цветным оперением. Или что бывают рыжие отморозки, которые будут драться даже в защитном поле, и плевать они хотели на боль и урон от ран – все равно под посмертным дебаффом их противники умрут быстрее.

В общем, не учли существование тех самых Fucking Russians.

Избиение младенцев продолжалось недолго – при следующем воскрешении большинство противников сразу же, не успев толком материализоваться, касались менгира и выходили из игры. Но человек десять Псы успели завалить, в том числе и многострадального Турка. Да уж, умереть три раза в течение часа – это, наверное, очень обидно. Прокачиваешь-прокачиваешь характеристики, а тут – бамс, и весь прогресс за несколько дней спускаешь в трубу.

– Ну, чего хмурый такой, новичок? – сплевывая красной юшкой, усмехнулся Берс.

На него опять было смотреть страшно – на виске зияла рваная рана, кожаный доспех на плече был разодран так, что рукав едва держался, и в прорехе влажно блестела кровь. Когда у него только успевают зарастать раны? Тем более, что я пока ни разу не видел, чтобы он пил лечебные зелья. Все на собственной регенерации. Впрочем, именно так он её, видимо, и прокачал.

Мазохист какой-то, ей-богу. Больной на всю голову.

– Да как-то… неспортивно это всё, – буркнул я.

Псы все разом – даже стоящий поодаль Стинг – оглянулись на меня. Невольно захотелось вжать голову в плечи, спрятаться, как черепаха в панцирь.

– А мы тут, по-твоему, кто – благородные рыцари? – жестко спросил Терехов. – Или ты думаешь, что Артар – это такой карамельный мирок с феечками и педиковатыми принцами? Здесь свободное ПвП и потеря прогресса при каждой смерти. И ты, похоже, пока слабо представляешь, что это значит.

– Ладно, не грузи ты парня, – вступился за меня Док.

– И вообще, сваливать пора, – неожиданно поддержал Берс. – Вот только Каты так и нет. Куда она запропастилась?

Будто в ответ на его слова рядом с менгиром замерцал светящийся силуэт. Еще немного – и он обрел более четкие очертания – свет начал густеть, превращаясь в осязаемое тело.

Тело было обтянуто в доспехи из антрацитово-черной кожи, усеянные блестящими заклепками-шипами. Хотя, доспехами это было сложно назвать – больше похоже на рокерский прикид полувековой давности. Короткая тесная куртка, едва доходящая до талии. Обтягивающие лосины, высокие сапоги, перчатки без пальцев. Перекрещенные на груди кожаные перевязи с закрепленными на них метательными ножами – клиновидными, с большими кольцами на торцах рукояток.

Девчонка. Хотя и несколько угловатая, с почти мужскими плечами, короткой ассиметричной прической и жестким, совсем не девичьим выражением лица. Фигура тоже, как ни странно, без особо выдающихся достоинств. А ведь, судя по роликам из Артара, здесь большинство любит пририсовать женским персонажам размер эдак четвертый-пятый при осиной талии и широких бедрах.

Не успела девица появиться, как обдала нас потоком такой отборной и витиеватой брани, что все трое ходячих трупов Дока снова попадали замертво. Ну, или просто так совпало – может, действие заклинания какого-нибудь закончилось. Я пока слабо разбирался в этих некромантских штуках.

– Вы чего тут торчите? – наконец, выдохнула она. – Там от западных ворот на нас уже целый рейд выдвинулся!

– Валим! – коротко бросил Лео. – Разделимся. Берс, Даня – помогите Кате. Док – ты со Стингом. Мы – с новеньким.

Дебафф здорово ослабил девчонку – она даже двигалась заторможено, а уж бежать наравне со всеми точно не смогла бы. Молот легко забросил ее на плечо и вслед за рыжим побежал на запад, перепрыгивая через невысокие ограды фермы.

Док со Стингом тоже бросились наутек, только в другую сторону – к виднеющемуся на северо-западе мосту. Меня же Терехов потащил за собой на север, прямо по дороге. Правда, бежать пришлось недолго – через пару сотен метров мы плюхнулись в небольшую повозку, груженую соломой. Непись, управляющий ею – седой тщедушный дедок, меланхолично пожевывающий соломинку – похоже, только нас и ждал. Подстегнул свою лошаденку и повозка, скрипя всем, чем только можно скрипеть, покатилась вперед.

Мы с Тереховым, толкаясь локтями и переругиваясь сквозь зубы, поглубже зарылись в солому. Места в повозке едва хватало, чтобы спрятаться двоим. Зато вряд ли нас здесь будут искать, если уж гонятся за целым отрядом.

Похоже, и план для отступления у Псов был продуман заранее.

Насчет масштабной облавы на нас Ката не преувеличивала – вскоре до нас донеслись крики, брань, топот множества ног. Надо же, как эти обиженные быстро собрали подкрепление. Дежурят они, что ли, в окрестностях Гавани? Или Псы умудрились с каким-то крупным кланом поцапаться?

К Терехову была уйма вопросов, но я помалкивал, да и вообще замер, прикинувшись чучелом. Некоторые из участников облавы пробегали совсем рядом с телегой, и так смачно описывали, что собираются сделать с «долбаными псами», что я предпочел бы не давать им повода воплотить их фантазии в жизнь. Наоборот, постарался познать дзен и слиться с окружающей меня действительностью.

– Да где они?! Они не могли далеко уйти!

– Ищите! Четвертовать будем каждого!

Оммм… Ты – лишь незримая частичка бытия. Ты часть соломы, что едет в этой телеге, а солома – часть тебя… Оммм….

– Кишки на копье намотаю!

– Живьем, живьем брать! Легкой смерти им не давайте!

– Подвесим их за яйца!

– Сжечь их! Сжечь!

– Распнем на стене!

Оммм… Ты сам – солома. Думай, как солома. Чувствуй, как солома. Стань соломой. Оммм….

– Ты чего там мычишь, дурила? – Терехов больно двинул меня стальным локтем под дых. – Спалят же! Лежи спокойно!

Телега потихоньку катилась по дороге, все дальше уезжая от облавы. Нам жутко повезло, что ее не раздолбали к чертям – хотя бы просто потому, что подвернулась под горячую руку. Скорее всего, не хотели трогать непися под самыми городскими стенами – стража все-таки неподалеку.

Дальше ехать было куда спокойнее, хотя и скучновато. Терехов не давал мне вылезти, на попытки заговорить тоже только огрызался. Пришлось ждать, пока не отъедем достаточно далеко от города.

Судя по всему, мы двигались на север, к Серому пику – дорога шла в гору, почва под колесами становилась все тверже, то и дело начали попадать мелкие камни. Что ж, логично. Я уже немного поплутал по склонам этой горы – там точно есть, где затеряться.

Так мы проехали не меньше получаса. Когда выбрались, наконец, из повозки, отряхиваясь от соломы, оказалось, что Гавань далеко позади. Мы успели докатиться до подножия горы и даже основательно углубиться в лес.

Терехов, не говоря ни слова, метнулся в сторону от дороги, в кусты. Я еле поспевал за ним. Мы еще немного поплутали, забираясь подальше в чащу, и только тогда он, наконец, успокоился.

– Хвоста за нами вроде нет. Переждем здесь еще немного, и потом можно будет выдвигаться, поискать остальных.

– Вы условились собраться в каком-то конкретном месте?

– Да. На дороге выше по склону, не доходя до башни Тенептиц.

– А потом?

– А потом тобой займемся. Здесь более-менее удобное место для фарма.

– Да я уже заметил. Странно, что игроков здесь не так много.

– Совсем уж новички чаще всего идут на побережье – там полно береговых дрэков, крабов-переростков и прочих мелких мобов. Или в степи к западу от города – там мелкие грызлы, степные дрэки, волки. В общем, есть кого пофармить, и места открытые, не заблудишься. А здесь – ни то, ни сё. Для нубов сложновато, для нормальных бойцов – уже скучно. Разве что к самой вершине лезть. Или квесты проходить, которые сюда ведут.

– Ясно. А база у вас где?

– Нигде, – пожал плечами Терехов. – Зачем она нам?

– Ну, вы ведь говорили про гильдию. А они здесь, в Артаре, могут даже собственные крепости строить.

– Со всей нашей гильдией ты, собственно, уже познакомился. Сам видишь – нам пока не до крепостей.

– То есть это всё? Шесть бойцов?

– Теперь уже шесть с половиной. А ты чего ожидал? Что попадешь в какой-нибудь Красный Легион или другой топовый клан? Мы только начинаем. Да и стиль у нас своеобразный.

– Это я уже заметил. Может, раз уж все равно здесь торчим, расскажете, наконец, подробнее, что к чему? Вы ведь мне ничего толком не объяснили перед началом игры.

– А зачем? – усмехнулся Терехов. – Если ты и так на все согласился, не особо-то и торгуясь. Мечтал попасть в Артар? Радуйся – мечта твоя сбылась. Правда, чувствую, ненадолго.

Крыть мне тут было нечем. Я, действительно, так обрадовался тому, что мне предоставят модем и доступ к игре, что толком и не расспрашивал про саму гильдию и про условия будущей работы. Стоит ли вообще биться, пытаться пройти испытательный срок? Для чего – чтобы попасть в банду каких-то отмороженных ПК-шеров?

– Ладно вам издеваться, – вздохнул я. – Вы тоже хороши. Весь день сегодня до вас не дозвониться. Никаких инструкций, никаких объяснений. Приволокли модем, установили. И что мне делать было? Облизываться на него весь день?

– Да, тут и моя вина, не спорю. Так что замнем эту тему с выбором класса. Я тебе еще в первую нашу встречу говорил – мне главное, чтобы ты дело свое делал. Если у тебя получится быть полезным клану даже в виде монаха – дело твое.

– И что от меня понадобится? Что там за хобби такое у вашего шефа, про которое вы рассказывали?

Терехов вздохнул, собираясь с мыслями. Потом присел на ствол поваленного дерева и похлопал рядом с собой, приглашая и меня располагаться поудобнее.

В инвентаре у него обнаружилась прозрачная бутыль в оплетке из тонких кожаных полосок и небольшие металлические кружки.

– Тут, как говорится, без поллитры не разберешься. Давай по порядку…

Он плеснул понемногу в две кружки и протянул одну мне.

– Про меня, про шефа, про «Обсидиан» и про то, как ты вообще здесь оказался – попусту не трепись. О себе тоже не стоит болтать лишнего. Каждый человек в отряд попал своим путем, некоторые очень запутанным. Но кто мы в реале – здесь не важно. Кто нас спонсирует и зачем – тебя тоже не должно волновать. Все равно выход на шефа имею только я. Все, что тебе и остальным рядовым нужно знать – это то, что я ваш командир, и делать мы должны то, что я скажу. Это понятно?

– Да чего уж тут непонятного.

– По роже твоей кислой вижу, что тебе это не особо нравится.

– Экий вы наблюдательный, – усмехнулся я.

– Да ты не пугайся. У нас тут не каторга и не армейское подразделение. Я, конечно, сам бывший военный и предпочел бы, чтобы в отряде было больше порядка. Но пока это не так важно. Костяк гильдии только формируется, и у нас пока почти полная свобода действий. Главные задачи сейчас – это прокачаться, раздобыть хорошее снаряжение, подкопить золотишка. Ну, и сыграться. Научиться действовать одной командой.

Я понюхал содержимое своей кружки. В нос шибануло запахом спирта.

– А спонсор наш что, не сможет просто подкинуть нам бабла, чтобы мы закупили здесь все необходимое?

Терехов тем временем махнул залпом свою дозу пойла и поморщился, занюхивая рукавом.

– С этим пока туго, – чуть осипшим голосом продолжил он. – Ты же давно интересуешься Артаром. Знаешь, что прямого доната здесь нет, игровое золото у админов покупать нельзя. В игре уже потихоньку появляются нелегальные голдселлеры, но объемы у них пока смешные. А последние недели две и вовсе почти весь рынок замер – ждут большого патча.

– Да, читал. Будет глобальный ребаланс денежной системы. Введут монеты разного достоинства – медные, золотые, серебряные…

– Так точно. Ты давай пей, чего тушуешься? Док сам крафтит эту бодягу. Называет «Аленький цветочек». Забористая штука, и бафф солидный дает к регенерации. Правда, с побочными эффектами…

– А из чего гонит? И что за побочки?

– Давай лучше он потом сам расскажет. Пей давай!

Я тоже попытался выпить свою долю залпом, как шот текилы. Но по вкусу это была, мягко говоря, не текила. И даже не водка. Жидкость перла такой сивухой, что глаза слезились, а на языке после нее еще и щипало, как от уксуса. Я с трудом сделал глоток, и ударная доза зелья скользнула в желудок. И, судя по ощущениям, там взорвалась.

– Во-от, другое дело…

Терехов одобрительно похлопал меня по спине, помогая прокашляться.

– Так, о чем это мы… А, о патче. Дело не только в новой валюте. Сменятся все цены у неписей. Соотношения этих цен. Но главное – даже у неписей-торговцев деньги не будут больше возникать из ниоткуда. Будет ограниченная денежная масса, а монетный двор в Гавани будет проводить только редкие плановые эмиссии. Как все это в итоге отразится на игровом процессе – пока сложно сказать. Еще по одной?

Он поднял бутылку. Я отрицательно помотал головой, с ужасом чувствуя, что, когда поворачиваюсь, все вокруг смазывается в мутную полосу. Действительно, забористая штука.

– Но все аналитики склоняются к тому, что фармить золото станет еще сложнее, – продолжил паладин. – Так что, даже если захочешь его купить за реал – для начала придется поискать, кто его сможет продать. Цены растут. Говорят, вполне реально, что после введения патча цена на золотой будет 1 к 1 к евро.

Я присвистнул.

– Вот-вот. Так что напрямую вливать реальные деньги в игру не особо получается. Тем более с новым патчем, когда вся экономика станет реалистичной. Админы ведь не только деньги перестанут рисовать. Тут ни одного куска руды, ни одной крысиной шкурки или другого ингредиента для крафта просто так не появится – все нужно будет добывать игрокам. Все по-честному. В связи с этим Артаром и начали интересоваться такие люди, как мой шеф. И это как раз одна из тех сторон игры, о которой тебе не расскажут на официальном сайте.

– Так-так… И что же это за секреты такие?

– Ну, а ты сам подумай. Что вообще может быть интересно людям, у которых есть все, что только можно купить за деньги?

– Наверное, что-то такое, что за деньги не купишь.

– Угу. Например, эмоции. Шеф азартен. Но играть, скажем, в казино уже давно не модно. В спортивных тотализаторах уже тоже давно смысла нет. А Артар – это новое игровое поле. И пока что все говорит о том, что игра здесь идет по-честному.

– Да ну? Здесь ведь тоже много кто может влиять на результаты. Какие-нибудь хакеры. Или сами админы сервера.

– Хакеры в Эйдосе? – усмехнулся Терехов. – Не тот уровень технологий. Максимум, что они могут – это несанкционированно войти в вирт. Но что-то менять можно только в режиме редактирования, и то только если у тебя специальный НКИ, который устанавливают только профессиональным вирт-дизайнерам. Так что даже сами админы особо не могут влиять на Артар прямо на ходу. Грубо говоря, они могут поменять правила игры, накатив очередной патч. Но мухлевать с существующими правилами и объектами в игре даже им не под силу.

– Ну, допустим. И что же – денежные мешки вроде вашего шефа теперь делают ставки в местных гладиаторских боях?

– В том числе. Конечно, не в бойцовской яме у Портового района, где мы сегодня были. Есть тут гораздо более пафосные турниры. Но гладиаторские бои – это только вершина айсберга. По сути, вся серьезная движуха, которая сейчас происходит в Артаре – кем-то, да спонсируется извне. Зарождение крупных кланов, раздел территорий, строительство крепостей, рудников, мастерских. Раздел зон влияния, раздел рынков крафтовых материалов. Это только каким-нибудь простачкам вроде тебя кажется, что все это – просто игра. Вы радуетесь кипятком просто от того, что находитесь здесь, что здесь все так круто и реалистично и можно подраться на мечах.

– А по-вашему, Артар и не игра вовсе?

– Скажем так – в Артаре сплетаются игры разного рода. Большинство просто играет в рыцарей, магов и всяких там монахов. Но кто-то играет этими рыцарями и магами, как фигурками на шахматной доске. А есть и те, кто и вовсе будет потихоньку подминать под себя целые гильдии и играть в этакую большую стратегию – с пактами, войнами, трансфером сильнейших бойцов и прочими интригами.

Признаться, под этим углом я на Артар никогда не смотрел. А ведь, действительно, проект-то пока беспрецедентный по своему размаху, реалистичности и популярности. Наверняка он привлек внимание и всяких воротил. А какой тут теневой бизнес со временем расцветет…

– И какую же игру затеял ваш шеф?

– Это не нашего ума дело. Даже меня он не во все детали посвящает. Но мы для него – инструмент. Пока точечный. Что-то вроде скальпеля. К примеру, сегодняшняя операция с Турком. Это лидер гильдии Дервишей.

– И чем он нам не угодил?

Терехов пожал плечами и плеснул себе еще порцию «Аленького цветочка».

– Мы-то его вообще впервые видим. Но, говорят, Дервиши цапаются с Корсарами – одной из самых крупных гильдий на побережье. Хотя сейчас у них пока перемирие.

– Так вам его заказали Корсары? Чтобы ослабить его? Три смерти подряд – это же процентов шесть минусом к характеристикам…

Лео приложил палец к губам и улыбнулся.

– А вот этого я тебе не говорил. И впредь тоже, на всякий случай, держи такие предположения при себе. Мы – лишь Псы. Наемники. Нам платят – мы делаем дело.

– А платят местным золотом? Или реальных денег тоже перепадает?

– Наконец-то ты задумался и об этом, – рассмеялся он. – Вопрос резонный. Но отвечу я на него не сегодня. Посмотрим для начала, будет ли из тебя толк.

Я вздохнул, скрывая раздражение. Это постоянное окунание мордой в грязь уже начинало надоедать. Ты новичок, ты ни хрена не понимаешь, ни хрена не можешь, ты должен сначала доказать… Ох уж эти понты. Сами-то, небось, еще с месяц назад тоже тыкались тут, как слепые котята.

– Ладно, хватит тут рассиживаться…

Он щелкнул ногтем по небольшой медной бляхе, прикрепленной к его доспехам на груди. Бляха была стилизована под развернутый свиток.

– Вы где там? – спросил он. – Угу… Отлично! Давайте тогда не будем переться к самой башне, пересечемся ниже по склону. Помнишь лагерь дрэков возле озера?.. Да, да. Давай там. С Доком свяжись, ему тоже передай.

– Всё, выдвигаемся!

Это он уже мне.

– А это у вас что-то типа рации?

– Да. Голосовой чат. Странно, что разрабы его в интерфейс сразу не запихнули. Говорят, добавят в одном из следующих патчей. Но пока – приходится вот такие вот свитки носить.

– И как они работают?

– Как обычный коммуникатор. В небольшой группе удобнее общаться голосом. Большинство остальных вкладок – текстовые. Торговый чат, чат локации, чат поиска группы… В общем, много всякого.

– Да уж, странно, что это не в интерфейсе. Или пусть выдавали бы такие свитки на старте.

– Нет, новичкам их точно не выдают. Их можно купить только у имперцев. И, кстати, стоят они конских денег. У нас в группе еще не у каждого есть.

Мы углубились еще дальше в чащу, избегая проторенных троп. У меня было стойкое дежавю – снова я продирался по всяким зарослям и карабкался по крутым склонам, едва поспевая за попутчиком. Впрочем, Терехов двигался куда медленнее Эрика – все-таки кучу железа на себе таскает. А может, и я сам немного окреп.

– Надо за сегодня тебя основательно поднатаскать, – на ходу объяснял паладин. – Ты за вчера хоть что-то успел?

– Я же говорил! Первый классовый квест сдал – на паломничество к Алтарю Черной черепахи. И по пути с полсотни мобов переколотил. Особенно тяжко было, когда с вершины спускался. Долбаные скальные наездники чуть не заклевали.

– И что в итоге наколотил?

Я сверился с интерфейсом.

– 110 Ловкости. 103 Силы. 103 Живучести. Интеллект пока на сотне.

Терехов обернулся на меня на ходу, приподняв бровь.

– И что, даже не помер ни разу?

– Не-а. Хотя пару раз было совсем жарко. А еще я почти 70 монет заработал. На ракушках каури. К вечеру сдал их целую сумку.

Паладин хмыкнул, и впервые за все это время в его голосе послышалось одобрение. Да неужели?

Двигались мы быстро, лишь изредка задерживаясь для того, чтобы прибить какого-нибудь шального моба, вздумавшего на нас напасть. Несмотря на то, что я совсем недавно уже плутал по этим склонам, знакомых мест мне не попадалось. То ли мы шли другим маршрутом, то ли у меня такой географический кретинизм. Все-таки городскому жителю середины 21 века сложно ориентироваться в такой местности.

Но лагерь береговых дрэков – тот самый, в который я едва сходу не нагрянул в гости после самой первой своей стычки с этими жабомордыми – я узнал.

Недалеко от стоянки, в зарослях кустарника с огромными, похожими на лопухи, листьями, засели Док и Стинг. Как они умудрились прибыть сюда раньше нас – ума не приложу. Видимо, шли по менее запутанной траектории.

Парочка из них была, конечно, колоритная – более несочетаемых напарников еще поискать. Один – интеллигентный, слегка рассеянный профессор, высокий, костлявый, немного нескладный. Второй – типичная мелкая гопота, особенно когда сидит вот так, на корточках, набросив на голову островерхий капюшон.

Когда мы подошли, они резались в кости, расчистив между собой небольшой пятачок земли. Причем играли, судя по всему, на щелбаны.

Остальных не пришлось долго ждать – огромный силуэт Дани Молота издалека замаячил на тропе. Берс и Ката шли чуть позади. Раны на рыжем уже подсохли и частично затянулись, девчонка, судя по всему, тоже уже пришла в себя. Походка у нее была нарочито развязная, от бедра, взгляд – тоже вызывающе-дерзкий. На меня она взглянула с брезгливо-удивленным выражением, будто впервые увидела. Похоже, там, возле менгира, она меня и вовсе не заметила.

Тоже мне, принцесса.

– Ну, и что делать будем? – спросила она у Терехова, лениво жуя какую-то жвачку.

– Новичку нашему статы надо подтянуть, – пояснил тот. – Иначе так и будет таскаться за нами обузой.

– Говорил же – лысого гонять будем, – хмыкнул Берс. – Может, мы бы пока прогулялись где? Это надолго, Лео?

– На сколько потребуется, – отрезал Терехов. – И мне все понадобятся здесь. Там в лагере – под сотню дрэков. Надо же будет их как-то сортировать.

– В смысле сортировать? – спросил я. – Я думал, мы просто зачистим сейчас эту локацию…

Девица фыркнула, но я не стал даже поворачиваться в ее сторону.

– Да мы бы с радостью, – терпеливо пояснил паладин. – Нам тут делов – на пару минут. Но смысла в этом особо не будет. Если мы тебя в группу включим, и пойдем все вместе валить этих мелких – опыт будет делиться на всех. А учитывая разницу в прокачке, пользы от этого не будет никому. Даже тебе ни хрена не перепадет. Поэтому убивать мобов тебе нужно будет самому. Мы только поможем.

– Как?

– А вот сейчас как раз потренируемся, – отозвался Док.

Со стороны лагеря в нашу сторону двигался небольшой отряд рептилий – штук пять-семь. Видимо, что-то вроде патруля, на один из которых я вчера как раз нарвался.

– Подпустим поближе, чтобы из лагеря никто не сагрился, – предупредил Лео.

Мы укрылись в стороне от тропы, дожидаясь, пока жабомордые поравняются с нами. Когда Терехов подал знак к атаке – я не разглядел, но остальные вдруг разом выскочили из кустов и набросились на карликов. Те заверещали, как резаные.

Убивать их Псы не спешили – даже оружие не доставали. Просто ловили голыми руками. Молот удерживал в пятерне лапы сразу трех дрэков – этакий пучок лягушек. Еще троих держали остальные – растягивая за лапы в стороны, будто на дыбе.

– Ну, чего встал-то? – рявкнул Берс. – Бей давай!

– У тебя кинжал-то хоть есть какой-нибудь? – спросил Док.

Я покачал головой и выудил из ячейки быстрого доступа свой шест.

– Э, нет, этой штукой неудобно будет. Держи мой.

Док протянул мне длинный, чуть загнутый кинжал из темного металла – с массивным железным черепом на торце рукоятки.

Дрэки, удерживаемые за тощие лапки здоровенными, затянутыми в броню мужиками, выглядели еще более жалко. Мелкие, тщедушные, пучеглазые карлики. А ведь вчера они меня чуть не затыкали своими острогами. Тогда я с удовольствием лупил их по их жабьим головешкам. Но сейчас, видя, как они в ужасе дергаются и верещат, пытаясь освободиться – ничего, кроме жалости, во мне не шевелилось.

– Ну, ты долго копаться-то будешь? – не выдержала и девчонка. Она тоже, брезгливо морщась, удерживала одного из коротышек.

Я перехватил кинжал покрепче, подошел к ближайшему пленнику. Этот не вопил, а только натужно хрипел, выпучивая глаза так, что они едва не вываливались из орбит.

– Только глотки не режь – забрызгаешь всех нахрен, – предупредила Ката.

– Да, коли в пузо куда-нибудь. В сердце, – посоветовал Стинг.

– Слева?

Я поднял кинжал, направив его на впалую грудь дрэка. Сквозь его морщинистую зеленоватую кожу отчетливо проглядывали тонкие прутики ребер.

– Да хрен его знает. Наверное, слева. Да проткни пару раз, и всяко сдохнет.

– Ну, тебя долго ждать, лысая твоя башка?

Я занес кинжал для удара, и хрипящий до этого дрэк вдруг замолк вовсе и задрожал, глядя мне в глаза. Из глотки его вырывался только тихий прерывистый писк.

– Да ну вас нахрен! – вспылил я, втыкая кинжал в ствол ближайшего дерева. – Я вам чего – живодер какой-нибудь? Или мясник? Не могу я так!

– Ну, все, приехали! – зло сплюнула девчонка и отпихнула от себя дрэка. Берс, не давая ему убежать, коротким движением свернул карлику башку. Остальные своих подопечных тоже прикончили за пару секунд – тщедушные тонколапые тельца почти синхронно попадали на землю, как сломанные куклы.

– Лео, ты где таких берешь вообще? – поинтересовался Берс. – В институте благородных девиц?

– Каких «таких»? – огрызнулся я.

– Слизняков никчемных.

– Да пошел ты!

Рыжий рванулся было ко мне, но Терехов удержал его, крепко ухватив за плечо.

– Костя, остынь.

– Да какого хрена, Лео?!

– Остынь, я сказал! Это приказ.

Берс коротко выругался и сбросил руку паладина с плеча. На меня взглянул так, что я машинально выхватил посох, заслоняясь от его взгляда, как от удара.

– Ну и зачем ты его защищаешь? – скривилась Ката. – Смысл с ним вообще возиться?

Стинг, поддерживая ее, издал губами протяжный неприличный звук.

– Остыли все! – рявкнул паладин. Хотя по его взгляду я видел, что он тоже недоволен.

– Это еще одна из вещей, о которых рекламщики Артара не рассказывают, – вздохнул он. – В теории-то всегда все выглядит просто. Миллионы людей, выросших на компьютерных играх, мечтали о таком мире, как Артар. Мечтали не нарисованных персонажей по экрану гонять, а самим взять в руки меч, лук или посох. И им дали такую возможность.

– Угу, – поддакнул Берс. – Только на практике вот что выясняется. Многие из тех, кто мечтал рубить монстров пачками, в итоге начинают много и жидко какать, едва выходят за пределы городских стен. Потому что одно дело – на кнопочку джойстика нажать, а совсем другое – реально мечом ударить.

– Да не испугался я! Я вчера весь день дрался, кучу мобов этих перевалил!

Док, подойдя ко мне, ободряюще похлопал по плечу.

– Да ты не тушуйся. И на Костю не обращай внимания – он перегибает палку.

– Док, ну вот не надо только сюсюкаться с ним!

– Тебя забыл спросить! – беззлобно огрызнулся некромант и снова повернулся ко мне. – А тебя я вполне понимаю – у меня самого такое было. Психологический барьер. Любому нормальному человеку тяжеловато поначалу даже просто поднять оружие на живое существо.

– Док, какое, в жопу, живое существо? Это мобы! Даже не человекообразные! Даже не говорящие!

Берс подошел ко мне, по пути выдернув кинжал некроманта из дерева.

– Ты пойми, салага – ты в игре. Не ведись на все эти красоты и реалистичность. Все это сон. Наваждение. И ты сам здесь – не ты. А тот, кем ты захочешь здесь стать. И чем раньше ты это поймешь – тем сильнее станешь.

Он протянул мне кинжал рукоятью вперед.

– Ударь меня.

– Ты дурак, что ли?

– А ты сомневался? – рассмеявшись, закивал стоящий чуть позади Стинг.

Светлые, почти прозрачные глаза Берса буравили меня взглядом, и я видел, что он не шутит. И что он – как взведенная пружина или как обдолбанный какими-то стимуляторами наркоман, ждущий малейшего повода для того, чтобы наброситься.

– Бери кинжал, говорю. Иначе я сам тебе его засажу между ребер.

– Да иди ты нахрен! – процедил я. Я и сам был на взводе, и внутри клокотала нарастающая волна ярости. – Чего ты понтуешься? Я и так знаю, что у тебя живучести под завязку и боли ты, наверное, почти не чувствуешь.

Рыжий покачал головой и вдруг вскинул руку с кинжалом. Я не успел отклониться, но по телу пробежала жаркая волна запоздалого испуга.

– Зря ты так думаешь, – тихо сказал он. – Всё я чувствую.

Он хищно улыбнулся и провел острием кинжала себе по щеке, оставляя глубокий порез, тут же засочившийся кровью.

– Просто боль здесь – она ведь тоже не настоящая. Зачем же ее бояться? Если ты, конечно, не сопливый маменькин сынок.

Не сводя с меня взгляда, он сделал второй надрез – на другой щеке, почти симметрично.

– Знаешь, а вот сейчас бы я тебе с удовольствием врезал, – проворчал я, отстраняясь от его разукрашенной кровавыми потеками рожи.

Берс расхохотался, запрокинув лицо к небу. А потом вдруг ударил.

В этот раз я успел среагировать, но только потому, что ждал от него подвоха. Вряд ли бы увернулся, если бы не «Хвост ящерицы». Активация навыка подействовала как-то странно – плечо само собой дернулось, будто от удара, разворачивая корпус по часовой стрелке. Зато кинжал Берса скользнул мимо, лишь слегка оцарапав кожу.

Зарядов Ци у меня осталось всего с полдюжины, но я тут же врубил и «Всплеск», чтобы ускорить свои движения. Завертелся вокруг своей оси, наотмашь хлестнув Берса по лицу концом посоха.

Тот, похоже, не ожидал от меня такой прыти, поэтому пропустил удар. Голова его дернулась, и сам он потерял равновесие. Я же отскочил назад, выставляя шест перед собой. Остальные и охнуть не успели – только Стинг удивленно вытянул шею.

– А ну прекратить! – рявкнул Лео, подскакивая к Берсу.

Но удерживать того не пришлось. Обернувшись ко мне, рыжий пощупал разбитую губу и ошарашено хмыкнул. Злости в его взгляде не было – даже, пожалуй, наоборот, мелькнула искра одобрения.

– Отдай-ка мой ножичек, от греха подальше, – вмешался Док и забрал у него оружие.

– Я сколько раз говорил – никаких драк внутри отряда! – прорычал паладин, вставая между нами. – Берс?

– Да я так, слегка поучить салагу уму-разуму…

– Отставить!

– Ладно, ладно, не кипятись, Лео.

Терехов повернулся ко мне.

– И ты тоже кончай выпендриваться. Я ведь тебе рассказывал – нам самим надо качаться и золото добывать. А мы тут с тобой возимся на нубской локации. Так что ты уж засунь куда подальше свои сантименты и делай, что говорят! Понял?

Я выпрямился и упер конец шеста в землю.

– Понял. А теперь и вы меня послушайте. Обузой я вам быть не собираюсь. Но и держать никого за руки не надо. Не буду я резать этих бедолаг, как свиней. Хотите помочь – рассредоточьте их, чтобы они на меня всей толпой не бросились. А дальше я уж как-нибудь сам. Это первое.

– Надо же, как заговорил! Голосок прорезался? – усмехнулся Берс. – Ну, а второе?

– Вам же деньги нужны? Я знаю способ, как можно прямо сегодня добыть пять тысяч монет. Если вы, конечно, не сопливые маменькины сынки.

Глава 9. Голиаф и семь Давидов

– Ну, поднажмем еще! Враскачку! Р-раз!

– Р-раз!

– Да ты не висни на ней, ты на себя тяни, дурила!

– Иди ты! От тебя тоже толку нет!

– Дань, ты лучше с краю встань, так тебе рычаг будет больше…

– А давайте я парочку зомбей подниму? На подмогу?

– Я те подниму!

– Может, это… Подкоп сделать?

– Там камень сплошной! Кирки нужны.

– Да не, давайте еще разок попробуем. Он точно шевелится!

Стальные Псы, как мураши вокруг соломинки, распределились вокруг длинной, наспех ошкуренной оглобли, сделанной из срубленного неподалеку деревца. Ее край они поглубже засунули в расщелину в скале, и теперь пытались подковырнуть тяжеленный камень, закрывающий вход в пещеру. Я очень надеялся, что все правильно запомнил, и это именно тот камень, за которым укрылся огр.

–Поднажмем! Дружнее, на раз-два! Раз!

– Два!

– Р-раз!

– Два!

Я вместе с остальными ворочал шершавое, покрытое заусенцами бревно. Слева от меня рычал и матерился, упираясь до взбухших на лбу вен, Берс. Справа молча пыхтел Молот. Оглобля гнулась и потрескивала. Камень тоже вроде бы поддавался, но отваливаться от входа ни в какую не хотел.

– Ну, сильнее! Р-раз!

– Два!

– Р-раз!

–Дв… ааааа!

Хрясть! Оглобля переломилась, как спичка, и мы по инерции повалились в кучу. Больше всего досталось, конечно, мне – эти-то все здоровенные бугаи, к тому же в броне. Я же, получив от Данилы в лоб окованным в сталь локтем, едва не отправился на респ. Да к тому же и о камни копчиком здорово приложился.

Пока я валялся, считая витающие вокруг меня звездочки, Псы чуть не передрались. Причем я не совсем понял, с чего все началось. Когда я более-менее пришел в себя, обнаружил, что Ката гоняется за Стингом, размахивая этаким железным шипастым «ежом», прикрепленным цепью к короткой рукоятке. Попутно свободной рукой она пуляла в него заклинаниями – чем-то вроде ледяных сосулек, разбивающихся о любую преграду, как бокалы тонкого стекла.

Лучник был шустр и ловок, так что ни один из ударов и снарядов так и не пришелся в цель, хотя и была пара опасных моментов.

– А ну, прекратить! – рявкнул Лео, но рассвирепевшую девицу угомонить было не так-то просто.

Стинг только подливал масла в огонь, хихикая над ней и время от времени останавливаясь, чтобы продемонстрировать короткую пантомиму. Кривлянья его были жутко похабными, но, надо признать, довольно артистичными. Я даже позавидовал. Я и сам люблю потроллить, но до этого типа мне далеко.

Берс, наблюдая за догоняшками, посмеивался и подзадоривал Стинга, Док – лишь снисходительно качал головой. Данила пытался помочь Терехову навести порядок, но выглядело это в его исполнении забавно – здоровяк пытался вклиниться между спорщиками, развести их по углам, но те двигались куда шустрее его, поэтому он только неуклюже топтался на месте, пытаясь ухватить то Стинга, то Кату.

Кончилось тем, что Стинг словил-таки ледяной снаряд пониже спины, споткнулся и рухнул на пузо прямо возле меня. Девчонка, взревев, как львица, одним прыжком нагнала его и наотмашь хлестнула беднягу по спине кистенем. Тут же размахнулась снова, и я едва успел выставить свой шест, блокируя удар. Кистень намотался цепью на шест, и я рванул его на себя, думая выдернуть оружие из рук девчонки. Но та держалась крепко, так что я притянул ее к себе.

Мы оказались лицом к лицу, и я невольно оцепенел – такой бешеной ярости в глазах я не видел даже у Берса.

Подоспел Терехов и, не особо церемонясь, оттащил девчонку от меня. Отвел в сторону и что-то вполголоса проговорил ей на ухо, крепко держа за плечи. Уж не знаю, что он ей сказал, но она быстро остыла. По крайней мере, внешне, хотя во взгляде по-прежнему плясал огонь. Похоже, у командира есть особые рычаги влияния на эту валькирию.

– Эх, Ката, Ката… Катастрофа… – бормотал под нос Док, колдуя над еле шевелящимся Стингом. Парень пережил удар, но, судя по всему, обычных лечебных зелий для того, чтобы прийти в себя, ему было маловато – маг добавил какие-то заклинания.

Кистень Каты повис на моем шесте, оттягивая его вниз. Я размотал цепь и взял оружие в руку. Сделал пару пробных замахов. Своеобразная штука, конечно. С ней нужно уметь обращаться, чтобы самому себе не заехать по темечку.

– А ну, отдай! – девчонка уже была рядом со мной и требовательно протянула руку.

– Да бери, бери, – буркнул я. – Далеко не дамское оружие, кстати.

Она презрительно фыркнула.

– Люблю, знаешь ли, ломать стереотипы.

И, шагнув вплотную, добавила:

– И людей.

Кстати, вблизи обнаружилось, что она вполне себе ничего, симпатичная. Но впечатление сильно портит злющее выражение лица. Да и прическа мужская – короткая, правый висок выбрит почти наголо.

– Еще раз попробуешь вот так влезть мне под руку – черепушку вскрою, понял?

Я улыбнулся. Чаще всего это лучший ответ на агрессию – противник либо свирепеет еще больше, теряя контроль, либо, наоборот, теряется.

Ката принадлежала к третьей категории людей. Она улыбнулась в ответ. Той улыбкой, от которой колени слабеют и хочется спрятаться за железной дверью.

– Все успокоились? – сварливо осведомился Терехов.

Ответом был нестройный хор голосов. Только мы с Катой промолчали.

– Мангуст, ты с местом не ошибся?

Я вздохнул. Огляделся еще раз. Да нет же, никакой ошибки. Вон она, та самая скала, по которой я карабкался. И водопад точно тот же самый. Вряд ли разработчики втыкают такие на каждом шагу…

– А ведь все-таки сдвинули мы его, Лео! – присев на корточки перед камнем, хмыкнул Берс. – Смотри, вон щель сбоку. Руку просунуть можно.

Глыба, и правда, ощутимо сдвинулась вбок, но от стены не отвалилась. Образовавшийся узкий проем зиял непроглядной чернотой.

– Её что-то держит там, изнутри, – предположил Док. – Надо попробовать пролезть туда, проверить.

Псы снова засуетились вокруг запечатанного входа, и с помощью обломков бревна, пары крупных камней и такой-то матери им, наконец, удалось расширить щель еще немного.

– Не, не пролезем, – скептически покачал головой Молот.

– Да про тебя-то и речи нет, Дань, – хохотнул Берс. – Ты не в каждые двери в таверне сходу пролезаешь. Вон кого посылать надо.

Он кивнул в мою сторону, и остальные, как по команде, обернулись на меня.

Я вздохнул, но препираться не стал. Ясно же было, что этим все кончится – я среди них самый мелкий, к тому же без доспехов. Да и, в конце концов, для таких целей меня в отряд и брали – пробираться во всякие труднодоступные места.

Выглядел лаз очень ненадежно. Нам удалось сдвинуть камень чуть в сторону и приподнять его нижний край, так что пролезать придется фактически под ним. Воображение тут же подкинуло картину того, как ненадежные подпорки рушатся, и глыба придавливает меня, как цыпленка табака. Или как я намертво застреваю посередине. Или как по другую сторону меня поджидает огр.

Воображение – штука хорошая. Но иногда совершенно лишняя.

– Да ты не дрейфь, мы подстрахуем, – ободрил меня Даня, сильнее налегая на обломок бревна. Камень чуть шевельнулся, приподнимаясь еще на пару сантиметров. Бревно под нагрузкой поскрипывало.

– Ага, – поддакнул Стинг. – Главное, чтобы голова пролезла. Значит, и все остальное пролезет.

Я ужом скользнул в узкий проход. Полминуты пыхтения, короткий приступ клаустрофобии, ободранный локоть – и вот я уже внутри пещеры.

Прислонившись к стене, я пару минут тихо постоял по другую сторону лаза, прислушиваясь и присматриваясь. Это снаружи здесь ничего нельзя было разглядеть. Но, когда находишься внутри, света, попадающего через узкий проем, вполне хватает, чтобы сориентироваться.

Я ощупал каменную глыбу с внутренней стороны. В нескольких местах в нее вбиты толстые железные скобы. К ним прикреплены цепи. Это я видел еще вчера. Так-так… А вот этого я уже видеть не мог. Цепь наброшена на здоровенный крюк, вбитый в щель в каменной стене. Снять ее у меня не получилось – натянута, как струна.

– Ну, ты там чего застрял? – донесся голос снаружи.

Я подошел ближе к проему, чтобы меня было лучше слышно.

– Тут цепи держат! Попробую снять! Но надо камень задвинуть обратно – а то слишком внатяг.

Псы заворчали, но принялись за дело. Камень снова пришел в движение. Я помогал изнутри, повиснув на цепи всем телом. Наконец, удалось ослабить натяжение настолько, что я сбросил цепь с крюка.

– Пробуем! – крикнул я, надеясь, что меня расслышат через толщу камня – вход был снова запечатан плотно, так что свет снаружи еле пробивался.

Во второй раз камень поддался быстро – отвалился в сторону, едва не придавив Стинга. Лучник быстро отскочил в сторону, и прыжку его позавидовала бы и белка.

Глаза мои уже успели привыкнуть к темноте, поэтому от хлынувшего снаружи солнечного света я зажмурился.

– Хорошая работа, – хлопнул меня по плечу Терехов, первым ринувшись в образовавшийся проход. Чуть задержался, обернулся к остальным.

– Так, сосредоточились все! Не шуметь, не отставать. Смотреть в оба. Если Мангуст со страху не преувеличил, то эта тварь размером с носорога. В замкнутом пространстве нас и вовсе по стенкам размажет. Так что надо подобраться к нему тихо.

Надо отдать Псам должное – они, и правда, мгновенно собрались, будто кто невидимым тумблером щелкнул и переключил их в другой режим. Никаких хихиканий и подначек – у всех морды серьезные, настороженные.

Двигались мы по двое – проход был достаточно широкий. Терехов с Берсом – впереди, за ними – Молот. Потом мы с Катой и Док. Стинг замыкал группу.

Факелов не зажигали – только Док время от времени кастовал небольшие светящиеся шарики, пуляя их в потолок. Свет от них был неяркий, рассеянный, но хватало, чтобы не натыкаться друг на друга в темноте.

Пещера оказалась куда глубже, чем я думал. Этакий туннель, постепенно забирающийся все выше и правее. Метров через двадцать мы вышли в небольшую округлую залу, но она оказалась совершенно пуста, а в дальней ее стене обнаружился еще один проход. Кое-где на стенах виднелись следы от кирки, под ногами валялись груды камней.

– О, да он тут изрядно поработал, – шепнул Док. – Скорее всего, изначально тут была только та небольшая пещерка, но он от нее прорубил дополнительные штреки. Ну, или расширил существующие.

– Странно это как-то. Это же квестовый моб. Должен на месте сидеть. А он свалил в другую локацию, еще и прячется.

– Ну, вот и проверим, что это за птица.

– Разговорчики! – шикнул на нас Терехов.

Мы замолкли.

Следующая пещера, в которой мы оказались, была раз в пять больше предыдущей и была похожа на пасть пираньи – из потолка и пола хаотично торчали острые каменные пики. Они были почти сплошь покрыты сине-зеленым мхом, который в темноте ощутимо светился. Кое-где с потолка лохмотьями свисали какие-то лианы, похожие на спутанные веревки. Те мерцали еще сильнее, но белесым рассеянным светом. В целом – света вполне хватало, чтобы различать очертания предметов. Мне помогали еще и высвечивающиеся над головами игроков диаграммы Ци.

Терехов замер, вскидывая руку, сжатую в кулак. Вся цепочка тоже разом остановилась. Он быстрыми жестами отправил Берса направо, Молота – налево, остальных позвал за собой и дал знак пригнуться.

Мы прокрались в глубь пещеры, лавируя между торчащими из пола каменными шипами. Псы двигались слаженно и совершенно бесшумно – ни одна железяка на доспехах не брякнула. Я поневоле проникся. Не спецназовцы, конечно, но команда сыгранная. Я тоже старался не шуметь и главное – не отставать. Затеряться в этой каменной пасти не очень-то и хотелось. Тем более, что в стенах то тут, то там, зияли тьмой многочисленные боковые проходы. И чем дальше мы забирались, тем яснее становилось, что мы попали в настоящий лабиринт, из которого на поверхность запросто могло быть несколько выходов.

– А на картах эти пещеры обозначены? – спросил я Дока.

– Хрен знает, – шепнул он. – Вряд ли. На картах только важные объекты наносятся – квестовые подземелья какие-нибудь, или данжены. Но эти горы изъедены пещерами насквозь. В них часто места респа мобов прячут.

– А я думал, мобы на том же месте появляются, где их убьешь…

– Не. Тогда бы пришлось делать так, чтобы мобы прямо из воздуха появлялись. Нереалистично. Да и игроки бы на одном месте сидели бы и фармили.

Терехов снова матюкнулся на нас, и мы замолчали.

Мы вышли к относительно ровной площадке, на которую почти отвесно падал свет из дыры в потолке. В освещенном круге одиноко валялся человеческий скелет в остатках ржавой брони. Вокруг же этого столба света темнота, кажется, сгустилась еще больше.

Терехов снова дал знак остановиться. Огляделся. Берс и Молот потихоньку подтянулись с флангов.

– Что делать будем, Лео? – шепнул Берс. – Мы тут заблудимся к чертям. Где искать этого огра?

– Ну, это же не хорек какой-нибудь. Он же здоровенный. Мы его должны будем издалека увидеть. Или услышать.

– Или унюхать, – поддакнул Стинг. – Кстати, пованивает-то здесь изрядно.

– Это от тебя, – предположила Ката.

– Так, не начинать! – тихо прорычал Терехов.

– А мне кажется, Константин прав, – вмешался Док. – Мы же сюда с бухты-барахты поперлись – это новенький нас подбил. Но, если придется углубляться в пещеры, то надо подготовиться получше. Свет, продовольствие, метки для того, чтобы не заблудиться. В идеале – переносной менгир. Мы тут можем на много часов застрять.

Терехов покачал головой.

– У нас нет столько времени. Завтра нужно уже выдвигаться на юг.

– Но пять кусков – хороший куш. Был бы очень кстати, – задумчиво прогудел Данила.

– Их еще добыть надо! Ладно, давайте обследуем ближайшие несколько проходов. Если ничего не найдем – будем возвращаться.

Голоса их под сводами пещеры звучали как-то размыто – будто подхватываемые эхом, которое толком не успевало разойтись. Каменная толща над нами была неразличима в темноте, но ощущалась почти физически – давила, как могильная плита. Хотелось поскорее выбраться наружу – хоть даже через этот колодец в потолке. Сами силуэты на границе между светом и тенью сливались в одно огромное многоголовое и многорукое пятно. Понять, кто есть кто, было проще по диаграммам Ци – семь светящихся разноцветных колец парили в воздухе, чуть шевелясь в такт движениям их обладателей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.