Стелла Аровски
Калейдоскоп

Предисловие

Со времён зарождения человечества, люди не спускали взгляд с неба. Великий солнечный круг рассматривался и как Бог всего живого, и как таинственный шар – дарящий тепло.

Совсем недавно, ученые выяснили что наше Солнце может дать как начало жизни, так и её конец.

Солнечные вспышки, как один из этапов жизнедеятельности нашего светила, являют собой гигантские взрывные процессы, выделяющие нескольких видов энергии, которые могут достигать сто шестьдесят миллиардов мегатонн в тротиловом эквиваленте, что, для сравнения, составляет приблизительный объём мирового потребления электричества за один миллион лет.

Может ли цивилизация погибнуть от мощной солнечной вспышки? Этот вопрос занимает умы учёных уже много десятков лет.

Так же, Солнце – мощный генератор магнитного поля, в совокупности с неуёмной энергией, происходят миллионы реакций, а высвободившаяся энергия передаётся частицам, через них – гамма – и рентгеновским квантам. После начала вспышки, которая обычно продолжается от нескольких минут до нескольких десятков минут, они выбрасываются в открытый Космос и с невероятной скоростью преодолевают огромные расстояния… например, до планеты Земля они долетают всего за восемь минут и своим прибытием расплющивают её магнитосферу. Происходит то, что называется «магнитной бурей»: пропадает радиосвязь, а в линиях передач индуцируется скачок напряжения.

В 775 году нашей эры произошёл подброс радиоактивного изотопа ¹⁴С, который аккумулировался в кольцах деревьев (дуб и кедр) и изотопа ¹⁰Ве, осевшего в годовых слоях гренландского льда. Эта вспышка была по меньшей мере в сорок раз сильней, чем любая из вспышек, зарегистрированных в космическую эпоху, и превосходила по энерговыделению 0,1*10³² килоджоулей (десять ноннилионов килоджоулей).

Тем не менее существуют молодые звёзды класса Солнца, чьи вспышки выделяют до 0,1*10³⁴ килоджоулей, и более старые, вращающиеся с той же скоростью, что и Солнце, со вспышками до 0,1*10³⁶ килоджоулей… то есть существуют аналоги нашей звезды, со вспышками почти в тысячу раз сильней рекордсменов последних пятьдесят лет.

Произойди вспышка мощностью 0,1*10³⁶ килоджоулей сейчас, цивилизация понесла бы тяжелейший урон… большие человеческие потери… и много десятков лет последующего восстановления.

Необходимо подумать о том, как к ней подготовиться.

Предупреждён, значит вооружён.

Глава 1. За день до… Немного о важном

– Ты кофе или чай будешь?

Каталина посмотрела на сонного супруга и автоматически включила кофеварку.

– Чай. – сонно сказал Виктор, и потянулся к краю стола за очками.

– Опять до полуночи сидел с цветами?

– Зацвела двухцветная бугенвилия. Я столько сил в неё вложил. Представляешь? Зацвела!!! – казалось, что эта новость окончательно разбудила супруга, он оживился и перестал выглядеть спящим.

– Я не сомневалась, что ты гений!!! – Кати села на стул, с улыбкой наблюдая как Виктор застёгивает рубашку.

– Я сам не поверил. Включал Баха, Моцарта, танцевал с бубном, молился ретроградному Меркурию… И вот, – он подошёл к жене и ласково её обнял. – она зацвела. Пока не ходи к ней. Через неделю раскроются бутоны, ты увидишь всю красоту, а не мелкие непонятные цветочки.

– Что ты! – Кати отмахнулась, чтоб не сглазить. – Что ты, что ты, даже дверь открывать не буду, чтоб не потревожить сквозняком.

Она поставила завтрак на стол, и присела на стул, ощущая, как жутко устала за это утро.

– В комнате Иветт, кто-то неизвестный опрокинул мешок кошачьего корма с пианино… и по закону подлости, корм упал за музыкальный инструмент. Надо как-то убрать его. Я ничего не придумала. Есть идеи?

– Да. Надо кинуть кота за пианино. Пусть там ест.

– Ты ж мой новатор. – засмеялась она.

В этот момент времени произошло два события одновременно. Заорал телевизор и тихо пропиликала кофеварка.

– Мама встала. – устало сказала Кати.

– Ну вот и с добрым утром! – улыбнулся Виктор.

– Ага. – пробормотала она, поправила чёлку, вдохнула, выдохнула, и подойдя к комнате мамы, открыла дверь.

Эмили сидела на кровати в ночнушке и внимательно смотрела новостной канал. Оглянувшись на звук защёлки и увидев у себя в комнате девушку в домашней пижаме, удивлённо воскликнула:

– Кто вы? О Хоспадииии! Кто вы и что здесь делаете?

– Мама. Я твоя дочь – Каталина. Я пришла помочь тебе умыться.

– Какая ты хорошая девочка. Зря только в платье пришла.

Кати быстрым и уверенным движением взяла мокрое полотенце, и протёрла руки, лицо, спину и ноги матери.

Деменция к ней пришла года три назад, и за это время, все члены семьи научились общению с бабушкой, поэтому дискомфорта особо не доставляло.

– Сиди тут. Я принесу кушать. – она указала пальцем на кровать.

– Да. Я буду сидеть тут.

Кати вышла из комнаты с полотенцем, кинула его в стирку и прошла на кухню. Виктор уже налил себе и ей по кружечке кофе, дочитывал утренние новостные сводки в интернете, доедая яичницу с беконом.

– Мамин завтрак я разогрел. Он в микроволновке.

– Спасибо родной.

– Дети ушли?

– Дааа, уже минут сорок назад. Иветт сегодня задержится, а Энеко наверно совсем не придёт.

– Съехал-таки от нас? – с надеждой спросил глава семейства.

– О неееет. – засмеялась Каталина. – Что ты. Просто у друга праздник, хочет остаться у него.

– Скоро у Иветт экзамены?

– Думаю в следующем месяце… Она молодец. Готовится.

Кати вытащила бабушки завтрак, и пошла к ней.

– Хто ты? Зачем ты пришла сюда? – Эмили снова искренне испугалась.

– Я твоя дочь, Каталина. Это еда. Возьми ложку. Кушай…

– Спасибо доченька, – растаяла женщина. – я очень давно не ела. Помню, как кушала в последний раз. Это было так давно, и невкусно…

– Да, мама. Я понимаю. – Каталина поцеловала её, сделала телевизор тише, и села рядом.

– Ты очень хорошая девочка. Остальные мои дети очень плохие. Даже не приходят ко мне.

– Да, мама. – Кати улыбнулась и погладила Эмили по руке. Перечить людям с деменцией нельзя. Это все усвоили в первые полгода, после выписки бабушки из больницы.

– И снова возвращаемся к прогнозу погоды. – речь диктора была монотонной, самое то для бабушки. Каталина уставилась в телевизор, делая вид что ей интересно, чтоб мама не заподозрила неладное и спокойно поела. Оставлять её одну было опасно, с год назад она вместо еды, стала бить ложкой и тарелкой по стенам и окнам, ловя «тараканов» и «птиц». С тех пор, каждый приём пищи, был со свидетелем… так сказать.

– В ближайшую неделю ожидаются магнитные бури, в связи со вспышками на Солнце, по прогнозам учёных, это будет один из самых больших выбросов энергии, возможно вы почувствуете недомогание, слабость, головные боли, обострение хронических заболеваний. Рекомендуем вам не перетруждаться, максимально оградить себя от потенциально опасных стрессовых ситуаций. Далее, эфир продолжит спортивный обозреватель Пабло Феличи.

– Доброе утро наши дорогие телезрители, сег….

Кати убавила громкость, поправила маме ложку, которую та усиленно пихала себе в ухо, и решила немного прибраться в комнатке.

– Злая ты какая-то. – пробурчала старушка. – Почему ты украла меня с корабля? Я там была самым лучшим капитаном!

– Да, мама. – спокойно ответила девушка, поправляя занавески.

– Я хочу спать.

– Да, мама. – Кати откинула одеяло, жестом предлагая маме лечь.

– Я гулять хочу.

– Да, мама. – тут Кати отвлеклась на секунду, поправляя подушку, и старушка сама вышла из комнаты. Обратив на это внимание, Кати сразу же направилась за ней, но в общем коридоре её уже не было видно.

– Мама тут? – Кати влетела в кухню, где Виктор домывал посуду после завтрака.

– Нет. – он заметно заволновался, и вытерев руки поспешил на помощь с поиском.

Маму нашли выходящей с балконной оранжереи, в её руках был огромный букет цветов:

– Не дождёшься от вас помощи в уборке! Сама подмету! Веник зачем-то на балконе спрятали…

– Виктор!!! – Кати схватила его за руку и смотрела умоляюще, чтоб он не кричал.

– Да… конечно мама. Приберитесь! – он обнял жену, уткнулся в её волосы и начал шёпотом считать до десяти. – Раз, два, три, четыре…

– Пять, шесть, семь… – вторила ему Кати. – Главное не кричать. Пусть подметает. Ты успел увидеть, что именно она сорвала?

– Бугенвилию мою… восемь, девять, десять.

– Тсссс, тихо, прорвёмся. Значит не судьба ей пока расцвести в полную силу. Подождём. Другой расточек обязательно даст цвет.

– Лишь бы не с корнями. – так же шёпотом и уткнувшись лицом в волосы жены, сказал он.

– Да, да, да… не с корнями. Я видела.

– Мне на работу надо.

– Иди конечно.

– Не могу. Хочу расправиться с твоей мамой.

– Нельзя милый. У неё деменция.

– Одиннадцать, двенадцать, тринадцать… – продолжали они вместе считать, чтоб хоть как-то успокоиться, стоя на пороге балконной оранжереи в объятиях друг друга.

– Сейчас она сделает ещё что-нибудь. – нарушил счёт Виктор.

– Да, милый. Беги. Я уложу маму спать и приберусь на балконе.

– Синий горшок у стены… Главное спасай всё что там осталось.

– Да. Пойду, а то и вправду что плохое случится.

Раздавшийся из коридора крик мамы их отрезвил:

– Я от вас ухожу!

Глухо хлопнула дверь.

– Колокольчик звенел? – на всякий случай спросил Виктор.

– Нет.

– Значит не на улицу ушла. – выдохнул он облегчённо.

– Опять в туалете ждёт метро, наверное… но я всё равно пойду. – тихо проговорила Кати и выскользнула из рук супруга.

– И я… а то разнесу от злости весь дом.

Каталина подошла к двери туалета, открыла… мамы не было. Ванна? Мама была там, с веником из свежесобранных плетей бугенвилии.

– Я ушла от вас! – грозно заявила она.

– Да, да, да… – быстро произнесла Кати и закрыла снаружи дверь и вежливо постучала. – Тук, тук, тук… Твоя остановка!!! Выходи из автобуса.

– Да. – крикнула бабушка, открыла дверь и вышла в коридор.

– Пойдём, провожу тебя до поезда, чтоб ты уехала домой.

– Да.

Кати подвела её к двери комнаты, открыла, пальцем указала на постель, и отчеканила:

– Бельё на нижнюю полку брать будете?

– Да.

Подведя маму к кровати, она уложила её и укрыла одеялом:

– Красивые у вас цветы, дамочка.

– Это мне дочка подарила! – бабушка расплакалась, прижимая к груди веник, и с надеждой посмотрела на Кати. – Вы разбудите меня, когда приедем?

– Конечно! Спите спокойно.

Выходя из комнаты, она включила диск с записью железнодорожных стуков по рельсам, которые очень успокаивали старушку.

– Уф. – теперь можно начать прибираться.

Деменция на фоне болезни Альцгеймера в первую очередь характеризуется нарастанием нарушений кратковременной памяти, поэтому общаться с мамой надо было аккуратно, не вдаваясь в воспоминания… иначе она переставала понимать происходящие вокруг события, начинала подолгу повторять сказанное и могла нервничать. К её параноидальным идеям и галлюцинациям члены семьи потихоньку адаптировались и не обращали внимания.

Такого казуса как с цветами, никто не ожидал, хотя предусмотрительно установили замок на входе в папин цветник, но всё время о нём забывали… Теперь то самое время, чтобы научиться его защёлкивать!

***

То самое время, к слову сказать, наступило и в другом часовом поясе нашей планеты.

Для четырёх часов дня, было очень жарко и ветрено.

Изаму сидел на корабле, вдалеке от берега, и контролировал погружение глубоководного аппарата «Кракен», когда произошёл первый скачок напряжения в сети.

– «Кракен», приём. – Изаму переживал за друзей, которые находились внутри.

– Приём, база. У нас немного пошалила электроника. – Кео как всегда был весел и позитивен. Его не могла бы расстроить даже самая большая катастрофа в электронике.

– У меня тоже. Вы с Шином собираетесь делать нас богатыми? Или так и будете рыбок рассматривать?

– А ты спустись, помоги. – рассмеялся Шин. – Много песка. Вода сегодня мутноватая. Плохая видимость.

– Дворники включи.

– Хахаха.

Экспедицию по поиску затонувшего города, Изаму организовал несколько лет назад… они исследовали примерное местонахождение Пацифиды, и нашли доказательства существования второго города, который по их расчётам должен был находиться на 132 меридиане восточной долготы.

– База, приём.

– Да. – Изаму очнулся от воспоминаний и схватил рацию.

– Что-то нашли. – голос Шина был встревожен.

– Что видно?

– Да не разберу никак. Ровная полоса, не характерная для природных сооружений… Да… Однозначно. – Шин старался подробно рассказывать то, что наблюдал в иллюминатор. – Чёрт. Изаму, это фундамент дома!!!

– Я прав!!!

– Ты чертовски прав!!!

– Выпускай буйки. Всплывайте. Перегоним базу, и начнём погружение прям над местом находки. Поменяем баллоны с кислородом.

– Не… издеваешься? Сейчас начинается самое интересное!!! Мы всплывём, и ты быстренько нырнёшь. Хаха… сиди сверху и завидуй молча. – Кео засмеялся и голосом самого директорского директора добавил. – Лови картинку.

– Вот только попробуйте не всплыть… – злобно выругался Изаму, но сам счастливо улыбался и действительно завидовал парням внизу.

Столько лет они искали эти руины, столько лет расчётов и прогнозов. Вероятность что нашли настоящий город была огромной, сооружения возле острова Йонагуни скорее всего были лишь прелюдией к началу огромного пласта неизвестной доселе истории.

– База, приём. Изаму. – зашипела рация.

– Да, Кео.

– Тут это… мы ковырнули песок. Изаму, тут не только дом, тут лестницы, и это… там был не фундамент дома… Там был второй этаж.

– Кео, картинки вышли мне.

– Выслал.

Перед глазами предстали каменные постройки и пару ступенек, уходящие вниз, в песок.

– Я нашёл его!!! – Изаму счастливо улыбался. – «Кракен», приём. Поднимайтесь ребята. На рассвете пойдём по кафешкам этого городка, праздновать победу и пить саке.

– Да мы походу и сейчас выпьем, а ты сиди там… Завидуй. – Кео веселился как мог, хотя понимал своего коллегу, потому что сам себе завидовал, восхищённо копаясь механическими руками «Кракена» в грунте.

– Домой!!! Место, противный пёсик. – Изаму пытался командовать.

– Ахаха. Сейчас, мячик найдём, и сразу прискачем.

– Вот только всплывите, сам вас закопаю…

– Спать ложись! Мы тут надолго!

***

Выспаться планировал и дед Фёдор в маленьком городке Колежма, на берегу Белого моря в России. Он подкидывал полешки в домашний камин, около которого уютно устроился с фотоальбомом из своего прошлого.

За его спиной, на мягком медвежьем покрывале, спал единственный бриллиант его сердца, семилетняя внучка Варя. Она гостила у дедушки каждый месяц, но этот визит был последний, перед её поступлением в школу, а значит, что до следующей весны он останется один.

У Фёдора было четверо детей и красавица жена. Морщинистая рука открыла седьмую страницу старенького хранилища памяти. Вот почти пятьдесят лет назад, только родился их младшенький Иван, они выехали на Белое море и пекли картошку в костре прям на берегу залива.

Вот средний Сашка пошёл в школу, каким же ангелочком он был. Копия его жены, Марины. Маленькая Зои, такая смешная, намазывает сметану себе на платье пока Марина не видит. Ох и хохотали они тогда. Фёдор улыбнулся, закрыв глаза и пытаясь вспомнить подробности. Как же ему не хватает жены, почему она так рано ушла…

– Так бывает Фёдор Петрович. Не вини себя, ничего нельзя исправить, просто занесло машину на скользкой дороге. – полицейский старался как мог утешить, тогда ещё молодого мужчину.

– Я должен был вовремя поменять колёса.

– Не вини себя Федь.

Воспоминания были больно обжигающими, и он закрыл альбом, чтобы перевести дух и отвлечься.

Четверо детей… И только одна внучка. Наказание какое-то…

– Папа, вы с мамой дали нам жизнь, мы решим сами как её прожить.

– Зои, ну разве можно прожить вот так, без детей?

– Можно папа. Можно и нужно!

– Да разве ж это жизнь, – сетовал старик. – разве ж так можно?

– А нужно прожить как вы с мамой? Всю жизнь пелёнки, распашонки, и ни дня солнечного света? – вмешался в разговор Александр.

– Сашенька, мы жили для вас!

– Ну пап, а мы с Костей и Сашкой, хотим прожить для себя. Для себя!

– Это же эгоистично!

– Эгоистично быть рабом своих собственных детей.

– Ну почему рабом? – недоумевал Фёдор.

– Ну потому что вы с мамой так прожили! Вся ваша жизнь была нацелена только на то, чтоб поднять нас. Возьми для примера институт Ванькин. Да за оплату одного года обучения, ты бы мог жить неделю на берегу океана в Австралии, и попивать махито. – Саша был непреклонен.

– Ага… или репетиторов Зойкиных. – Костя засмеялся. – Да за год набегало оплаты на самый лучший курорт Италии.

Дети были холодны к мольбам старика. Сегодня им было уже по шестьдесят и пятьдесят лет, жизнь прошла, и конечно же думать о детях они не собирались. Но тогда… двадцать… тридцать лет назад. К сожалению, их было не переубедить… Каким-то чудом, в свои сорок два года Ванька таки женился. Ещё большим чудом, было рождение Варюши.

Дед Фёдор погладил спящую девочку по белёсым кудряшкам, поправил медвежью шкуру и подкинул пару поленьев в камин.

Его вина, что так получилось с Мариной.

Дед снова почувствовал, как потекли непрошенные слезинки. Как же одиноко ему тут было, но и к детям никак не получалось уехать… Ну куда ему в свои восемьдесят два года по самолётам да странам кататься… сердце слабое, ноги немощны, спина перетружена.

Вокруг него сейчас привычная тайга. Стакан с водой всегда есть на столике перед кроватью. Вот и рожал всех, воспитывал, был рабом, а воду сам себе носит. Может есть правда в словах детей? Ну что он видел? Да ничегошеньки. Дом, работа, дети… итак по кругу.

Вот и прошла размеренная жизнь. Он посмотрел в окно и перевернул ещё одну страничку в альбоме…

***

В Коста-Рике, Каталина собирала обрывки цветов, поднимая с пола балконной оранжереи остатки драгоценной бугенвилии, она поражалась маленьким двуцветным бутончикам.

Где-то в Тихом океане, трое учёных, разливали саке по маленьким стопочкам, чтобы отпраздновать находку, а в глухой тайге Карелии, дед Фёдор придумывал, чем бы занять маленькую Варюшу завтра с утра.

Глава 2. День первый. По следам Солнца

Следуя за восходом Солнца, первой под удар солнечного ветра, попала семья из Коста-Рики.

Домывая пол в оранжерее, Кати неустанно думала о линии своей судьбы. Она ушла в тридцать восемь лет с высокооплачиваемой и любимой работы в рекламном центре, ради мамы… ухаживать за ней… бросить все силы на создание вокруг неё информационного кокона, чтобы ничем не травмировать, чтобы ничего не тронуло её покоя.

Предложение оформить маму в дом престарелых на дожитие с медицинским уходом, они с Виктором отвергли сразу. Мама у Кати одна, и она положила всю свою жизнь на воспитание и обучение единственной дочери, разве можно было предать Эмили, и засунуть в бездушное, чужое заведение.

«Виктор…» – Кати вздохнула и улыбнулась, чувствуя, как волна благодарности и любви прокатилась по её воспоминаниям. Тогда, двадцать четыре года назад, сидя с ребёнком в автобусе, и двигаясь в никуда, она мечтала об одном… просто раствориться в толпе людей. Возвращаться к матери, с внепланово рождённым сыном, ей было до слёз стыдно… что она могла ей сказать… «Ох, мамочка, так получилось?»… Ведь мать продала всё что было, дом, автомобиль, набрала кредитов, но оплатила обучение Кати в самом престижном университете… и вот, на второй год обучения… такая неприятность. Что делать, как быть дальше, юная восемнадцатилетняя девушка с младенцем на руках, не знала.

Виктор же тогда был обычным туристом и просто наслаждался видами Сан Хосе.

Девушка с младенцем, которая непрерывно смотрела в одну и ту же точку, заинтересовала его. Он не знал, чем именно… своей неземной печалью в глазах, своей красотой, чёрными глазами или столь же чёрными волосами.

«Как водоворот чёрных дыр Вселенной…», он смотрел не отрываясь, немного даже боясь, что, если моргнёт, она исчезнет, пропадёт из его жизни, или того хуже… превратится в мираж.

– Вам помочь с малышом? – он решился на приближение к прекрасной незнакомке.

– А? Что? – Кати не сразу поняла, что молодой человек пытается у неё спросить.

– Вам помочь? У вас нет коляски, а бутуз на ваших руках, очень упитанный. Я могу помочь вам, донести его до дома.

– Спасибо. – пробормотала Кати, и с лёгкостью передала чужому человеку своего сына. – Мне некуда идти. Нет у меня дома.

– Ну, вы же куда-то едете.

– Никуда не еду.

– Хорошо. Вы едете в никуда… а откуда вы едете в никуда?

– С камбуза.

– Вы учитесь в университете Сан Хосе?

– Училась.

Мужчине приходилось вытягивать из девушки слово за словом:

– Меня зовут Виктор.

– Каталина.

– Очень приятно Кати. Вы закончили учиться?

– Я ушла.

– Куда?

– В никуда.

Виктор тряхнул головой, пытаясь осознать, может ему не хватает знаний испанского языка, или она его не понимает.

До уточнения направления «в никуда» он забрал девушку к себе в номер, доплатив строгим охранникам за молчание. Через три дня, когда его отпуск подходил к концу, всё что удалось ему дополнительно узнать, так это то, что в Лимоне у Кати живёт мама, а камбуз университета, из которого она уехала, располагался в Сан-Хосе.

И всё.

Всё!!!

Он был шокирован, но в то же время отлично понимал, что в жизни Кати всё не так просто.

Сняв квартиру в Сан Хосе, он поселил туда Каталину, Энеко и няню для Энеко. Учиться стало возможно, и маме можно было пока ничего не говорить.

Спустя два года, когда Кати защитила диплом, а Виктор закончил магистрат на биолога, они поженились, и встреча с мамой была не так страшна.

Эмили конечно долго бухтела и ругала их, понимая, что внук не мог за пару месяцев родиться, научится кушать, ходить и проказничать, но… диплом на столе, муж Кати за обеденным столом, а Энеко под столом доедал кошачий корм наперегонки с котом.

– Хватит грустить. – Кати очнулась от воспоминаний, улыбнулась, и услышала с улицы крики женщин и визги детей.

– Оооох, маму разбудят… – она поспешила в спальню, и лишь убедившись, что старушка спит сном младенца, собралась выйти обратно, но увидев, что плети бугенвилии, сорванные мамой для веника, обречённо валяются на её одеяле, решила попытаться спасти и их.

Аккуратно собрав самые жизнеспособные части, Кати закрыла окно у неё в комнате и тихонько пошла к обратно в оранжерею.

Открыв балконную дверь, она замерла.

Оранжереи не было.

Совсем.

В нескольких сантиметрах снаружи двери, начиналась огромная серая стена, огромного серого поезда, в одном из проёмов которого, серо-фиолетовая девушка в странном покрывале, тоже стояла с открытой дверью и удивлённо смотрела на Кати.

И всё бы ничего… если бы Кати жила не на восьмом этаже городского многоэтажного дома.

– Добрый день. – на автомате произнесла она.

Девушка с поезда недоумённо моргала.

– Вы говорите по-испански?

Моргание усилилось и добавилась настороженность.

– Добрый день. – Кати поняла, что, наверное, уже пора прекращать здороваться. – Я сейчас позвоню Виктору, у них на работе есть переводчик на английский и даже французский!

Лихорадочно, дрожащими пальцами набирая номер мужа, Каталина не спускала глаз с новой соседки. Телефон молчал.

Девушка в поезде закрыла свою дверь, и тоже стала что-то где-то нажимать.

– Связи нет. – зачем-то предупредила её Кати и добавила сама себе. – Что Виктору-то скажу? Он так расстроился из-за цветов, а теперь и оранжерея пропала. – она пошла на кухню, набрала в стакан воды и устало бросила туда остатки того, что спасла с одеяла мамы.

Потом зачем-то включила телевизор в столовой. Сигнал был, но с большими помехами и прерывистый.

– Динозавры!!! – орал диктор. – Жуткие, страшные и огромные.

– Да какие динозавры. – она выключила телевизор и ещё раз открыла дверь оранжереи. – Динозавров точно нет, а вот девушки симпатичные в поездах, на высоте восьмого этажа есть… а динозавров нету.

– Лишь бы мама не проснулась. – с ужасом пробормотала Кати. – Лишь бы Виктор и дети пришли домой уже.

Так прошло несколько часов.

Электричество пропало, мама проснулась и была недовольна холодным обедом, эмоциональное состояние Каталины граничило с истерикой.

Ни Виктор, ни дети никак не давали о себе знать… поезд стоял… на улице страшно кричали, орали, визжали все, кому не лень. Выйти из дома было нельзя. Оставить маму одну – страшно… она словно маленький ребёнок, а выйти на улицу с ней, было ещё страшнее… она ведь хуже маленького ребёнка.

Дверь открылась и зашла Иветт.

– Доченька!!! – Кати бросилась к ней на встречу и чуть не задушила в объятии.

– Мам, это ужас. Ты не представляешь, что там творится. Там чёрте что. Там огромные серые стены, там какие-то деревья не понятные, там дома из стекла и травы, миллионы птиц откуда-то прилетели, мам… Это что??? И прям у нашего дома земля до небес.

– А ты в папин цветник загляни.

– А что там? – Иветт ещё больше испугалась и ринулась на балкон.

– ЭТО ЧТООО??? – закричала она, захлопывая дверь обратно.

– Это с девяти утра тут стоит.

– Медсестра! – требовательно сказала Эмили, выглядывая из своей комнаты. – Это ко мне пришла девочка?

– Это твоя внучка Иветт.

– Нет у меня детей, и не было. Прогони всех.

– Конечно Эмили.

– Бабушка сегодня играет в строгую нехочуху? – Иветт сделала вид что уходит на улицу, и Эмили спокойно закрыла дверь своей комнаты.

– Она разозлилась из-за холодного обеда.

– Я тоже кушать хочу! Очень! – дочь побежала на кухню. – Папа не пришёл?

– Нет, и очень переживаю. Энеко тоже нет.

– Я видела папу. Не переживай. Они с Хулио поехали осматривать земельные отвалы, и лианы, которые с них спускаются.

– Далеко эти отвалы?

– Там, где школа была. Прямо вдоль отвала иди, под нашим цветником как раз, его как будто по линейке поставили. Прямёхонько.

– Не торопись. Кушай спокойно.

– Мам, какой спокойно, половина города пропало. Энеко куда ушёл? К Федерико?

– Да. – Кати нервничала, ведь дом Федерико был в самом конце города, за школой.

– Плохо дело. Это за отвалами… Но ты не переживай… Возможно они тут недалеко. Мам. Я пойду. Я осторожно! Я папу поищу!

– Нет. Ты сиди дома, с бабушкой. Сама пойду за папой.

– Ну мааам. – Иветт захныкала.

– Без вопросов.

Выйдя на улицу, первым делом Кати посмотрела в сторону своего балкона. Иветт была права, гигантский холм земли, срезанный словно ножом, уходил в аккурат до её восьмого этажа. Выше шёл «поезд» с девушкой, правда видно его не было, просто серебряное сияние на верхушке земляного холма.

– Прекрасно! – сказала она.

– Ужасно! – воскликнула женщина, стоявшая рядом с ней. – Моего дома нет!!! Я вышла за продуктами, а возвращаться некуда!!!

– Ваш дом дальше по улице?

– Мой дом под этим комом!

– И вправду ужасно… – Кати не на шутку распереживалась, постепенно ей стало передаваться состояние женщины с продуктами.

Если Иветт была права, Виктор где-то по границе этого отвала. Вдохнув побольше воздуха, она смело отправилась вдоль нового заграждения.

Кати шла торопливо, словно боясь не успеть, часто оглядывалась, и видя сотни рыдающих людей, только ускоряла шаг. Ни пыли, ни грязи, обычный день, если не считать грядку с «поездами», которая возникла словно гриб, после дождя.

– Каталина!

Кати вздрогнула и посмотрев вверх, на высоте нескольких метров от уровня асфальта, увидела своего мужа, который держался руками за зелёную лиану, и болтался на земляном срезе.

– Виктор! Слазь скорее!!! – она побежала, остановившись строго под ним.

– Сейчас! Ты не поверишь, это растение из другого мира!

– Там поезд!!!

– Где?

– Над тобой!!! Вон то серебряное сияние, это поезд! Слазь скорее!!!

– Откуда ты знаешь?

– Слазь! Он разрушил твой балкон! И в нём кто-то живёт!

– Кати, мы только возьмём образцы!

– Нет! Слазь! По телевизору говорили про динозавров!

– Сейчас. Один момент! – Виктор послал ей воздушный поцелуй, и начал быстро состригать кончики лиан, передавая их Хулио, висящему недалеко от него.

– Осталось найти Энеко. – Кати чувствовала, что устала. Дико устала. Этот день переставал ей нравиться, и следуя жизненному принципу Эмили, пора было послать всё к чертям.

***

– Изаму, приём! Имейте совесть мужики, это я нашёл город в песке, а в итоге, сижу на базе и смотрю на рассвет.

– Приём, база. Копаем. Пока нет ничего интересного.

– Вообще ничего? Я, когда вчера поднимался, там были ступеньки вниз.

– Кео, чтоб спуститься по ступенькам, надо откапать ступеньки, если ты не знал.

– Знал, но я откопал очень много… а вы всё утро там внизу, и молчите.

– У тебя сбоев в системе не было? У нас два раза выбивало всё.

– Один был.

– Пщ….шшшшшшш, шшшшшш. – рация начала говорить на своём языке, и в конце просто выключилась.

– Один…– пробормотал Кео. – А вот и второй.

За ним и третий. Сначала вышла из строя аккумуляторная батарея, стабилизатор задымился, и компьютеры погасли.

– «Кракен», приём! – резко соскочил Кео.

Если бы это произошло только в этой точке мира, можно было бы списать на неполадки, но ни «Кракен», ни его корабль носитель «Смелый» не знали, что волна технических сбоев, началась по всему курсу, вслед за солнечным диском, монотонно идя на восток.

Кео принялся перезагружать, включать и выключать систему, подцепил второй аккумулятор, который по странным причинам, тоже оказался разряженным.

Одна попытка… Вторая.

Недалеко от «Смелого» всплыл «Кракен».

– Ааааа, Изаму… – бормотал он, вытаскивая друзей на борт корабля.

– Бред бредятиновый. – Изаму достал сигареты и нервно закурил.

– Шин, у вас тоже всё полетело? – Кео, понял, что трогать старшего, было бы неразумно, поэтому задавал вопросы оператору.

– Ну да… – почесал затылок Шин. – Только, как бы… Не хочу тебя расстраивать, но город пропал, и мы чуть не ввалились в какой-то обвал, под нами. Если бы не трос… Всё отказало. Поднимались на ручной лебедке.

– Которую Изаму установил на чёрный день, на спор?

– Не поверишь, да.

– Значит не зря проиграл спор тогда. – нервно засмеялся Кео, понимая, что мог потерять друзей.

– Словно пару километров грунта, ухнули в пропасть. – Изаму всё ещё был под впечатлением.

– Может землетрясение?

– Нет. Просто вот есть лестница, а вот всё летит в небытие.

Вдруг из-за кран-балки для спуска-подъема «Кракена», на огромной скорости, мимо них пролетела огромная птица, с крыльями перепонками, без хвоста, но с ярким конусом на голове, напоминающим шапку клоуна.

– Это что за жуть!!! – закричал Шин, инстинктивно закрывая руками голову и наклоняясь к палубе.

– Охренеть!!! – Изаму упал на деревянный пол «Смелого», и тоже накрыл голову руками.

– Ребят. – голос Кео немного дрожал. – «Охренеть» не в небе. «Охренеть» в воде.

Изаму и Шин быстро вскочив на ноги, кинулись к поручням и переваливаясь через борт, тут же отпрыгнули назад, побежав в капитанскую рубку.

Не торопясь, и даже немного заигрывая с беленьким корабликом… по небольшим волнам, плыл огромный ящер с четырьмя плавниками – ногами, и шеей, в длину не меньше семи метров.

– Это ктоо?

– Змея-мутант походу.

– Похожа на плод любви крокодила и питона!

– Похожа на то, что я меньше всего хочу видеть, болтаясь в океане, с отказавшей аппаратурой. – закричал Изаму и с третьей попытки завёл двигатели.

– Домой!

– Точно. Там разберёмся.

– Фотографии сделал?

– Я видео снял!!!

– Отлично. Валим отсюда ребята.

Можно было бы сказать, что ветер был встречный, но… свои серок три километра, они преодолели всего за два часа.

***

Если для океанологов-исследователей, два часа тянулись как вечность, то для Фёдора каждые сутки, прожитые с внучкой, пролетали как миг, как секунда счастья и радости.

– Варюшка. – дед ласково потрепал внучку за плечо. – Варенька. Мы с тобой хотели встретить рассвет.

– Да деда. – Варвара перевернулась на другой бок, и сложив ручки лодочкой под щёчку, уснула ещё более крепко.

– Варенька!!! – он ещё раз легонько потряс её плечико. – Я завтрак тебе сытный принёс. Драники с молочком. Тётя Таня с утра коровку подоила, и нам ещё парного дала, тёпленького.

– Да, деда.

– Солнышко всходит над лесами Карелии по-особенному. Белое море становится волшебным, и даже может исполнять желания!

– Я хочу большой летающий корабль, чтоб летать с облаками. – сквозь полудрёму пробормотала Варя.

– Так пошли скорее!!! – дед воодушевился. – Надо быстрее бежать к солнышку и прокричать ему своё желание!

– Давай драники. – сонная девочка потихоньку поднималась с лежака, и зябко кутаясь в шкуру, свесила ножки.

– Воооот. – Фёдор радостно захлопотал около маленького импровизированного столика. – И молочко воооот.

Внучка откусила кусочек тёплого хрустящего картофельного блинчика.

– Молочком запивай. Так вкуснее будет. Меня так мама учила, и баба Марина так твоего папку учила. Очень вкусно тёплый драник с тёплым молочком.

– Вкусно… – Варька жевала с закрытыми глазами, стараясь ещё немного поспать. – Очень вкусно. Мне мама так не делает. Точнее делает, но у неё не так вкусно, у тебя самые вкусные!

– Так это потому что с печи, да картошечка своя. – дед был счастлив. Он всегда благоговел перед маленькими детишками, их запахом, наивностью, и чистотой.

– А можно из окна посмотреть на солнышко?

– Ну нет конечно!!! Надо во двор выйти, ножками на землю ступить, дойти до залива, раскрыть своё лицо солнечным лучикам, и загадать.

– Ох, деда. Так спать хочется.

– Конечно… а ты думала, что всё легко будет? Ты же желание собралась загадывать, легко не бывает. – Фёдор протягивал Варе колготочки и кофточку, на ходу придумывая, как её желание с самолётом, переиграть на зайчика или обеденный борщ с домашней сметанкой. В силу своего возраста и неволшебности, исполнить желание с самолётом, он, ну никак не мог.

Выйдя из домика, на окраине Колежмы, Варя невольно щурилась, держа деда за руку и маленькими шашками пошла в сторону Белого озера.

– А какой лучше, с блестящими крыльями? Или как тот, на котором мы с папой и мамой летали? С белыми?

– Лучше, наверное, борщ. Загадай Борщик. Так хочется.

– Ой, деда, какой ты глупый. Ну нас ведь двое!!! Ты загадай борщик, а я самолёт.

– А давай загадаем одно желание? – Фёдор всячески намекал на «не самолёт». – Ну чтобы оно наверняка исполнилось!

– Точно! Давай! А то самолёт, это большое желание. Надо вместе его попросить.

– А я бы зайчика ещё попросил. Хочется зайчика увидеть.

– Деда, а давай завтра с утра ещё пойдём, и тогда будет зайчик и борщ.

– Самолёт!!!

– Да, деда. Сегодня самолёт.

– Исполнилось. – Фёдор схватился за сердце и показывая второй рукой в небо, тихонько садился на траву.

– Ооооох… – воскликнула девочка. – Какой он огромный!!!

В небе, почти над ними, висел огромный серебряный треугольник, острым концом, уходя в горизонт. Над этим сооружением, словно северное сияние, блестело и небо, и облака и даже казалось, воздух вокруг него тоже блестит.

Под самолётом была площадка без деревьев, но по её краям красовались самые красивые, толи сосны, толи кедры. Каждое дерево уходило ввысь, превышая все немыслимые размеры.

Самолёт не двигался. Он просто повис между небом и землёй, беззвучно, волшебно и нереально.

– Деда… а завтра можно не борщ, а второй самолёт. – ахнула Варюша. – и мы вместе на них полетим.

В треугольнике открылся треугольный люк, и с него, как на эскалаторе, спускались две фигуры людей… трёхметровых людей… трёхметровых серо-фиолетовых людей.

– Доброе утро. – дед сделал шаг им на встречу, поклонился, как велела мама и уточнил. – Вы инопланетяне?

Фигуры что-то обсудили между собой, показывая длиннющими пальцами на Фёдора и Варю, ещё раз покалякали на своём языке, и быстро вернулись в треугольник.

– Деда. Это кто?

– Не знаю милая.

– Что они делают в нашем самолёте?

– Да вот тоже хочу спросить… что ж они нам самолёт не отдают. Окаянные. Пойдём-ка в избу. Чего плохого бы не случилось.

Но то, что должно было случиться… случилось.

Через семнадцать минут, к ним в дверь постучались те самые великаны.

– Доброе утро. – ещё раз повторил дед, и хотел было поклониться, но эти люди-макароны заговорили, на очень странном языке, чем-то напоминающим русский, периодически заглядывая на прозрачный прибор в руках:

– Дбрые ютра.

– Доброе. – поправил их Фёдор, покашлял и добавил. – Утро.

– Ви эта щелавек?

– Да. Я, наверное, это… щеловек. Да. Человек. А вы?

– Мы ест тоша щелавек. – «щелавеки» ещё раз посмотрели в свой прибор, что-то потыкали пальцами, и спросили то, от чего у деда пробежали мурашки по спине.

– Какая ход?

– Ход куда? – уточник старичок.

– Хот. Есть хот. Педесять тысеченый? Стотысяченый? Какая ход?

– Гот. – уверенно брякнул второй макаронин.

– Год? Какой год?

– Да!!! – радостно закивали гости.

– Две тысячи двадцать пятый год от рождества Христова. – отчеканил дед.

– Двасатитысечный? – уточнили они.

– Нет. Две тысячи двадцать пятый. – дед взял со стола ручку и написал на бумаге.

Макаронины начали бурно что-то обсуждать, отвернулись от Фёдора и Вари, и поплелись к своей лесенке.

– Путешественники во времени… наверное… – сказал Фёдор внучке, закрыл дверь, и включив Варюшке телевизор, пошёл варить борщ.

Глава 3. Когда нельзя, но очень хочется

– Почему у меня не высвечиваются почти тридцать восемь секторов? – высокий, длинный мужчина, с большой, лысой головой и непропорционально огромными глазами, строго смотрел на весь обслуживающий персонал.

– Мы не знаем причину. – ответила такая же женщина, понуро опустив глаза. – Люди с этих секторов тоже не выходят на связь, датчики на животных так же пропали. Словно кто-то обнулил всё что там есть.

– На границе моего голубого семнадцатого сектора, появились новые виды животных, они не зарегистрированы в нашей системе, и не имеют датчиков. Я даже не могу отследить и передвижение. – вставил свою информацию длинный полноватый молодой человек.

– На зелёном четырнадцатом тоже.

– Зелёный третий, имеет новые виды растительности.

– Голубой восьмой так же засёк передвижения неопознанных животных. – начали высказываться кураторы других точек.

– Именно в мою смену? Именно в моё первое утро после отдыха, начался весь этот хаос? – мужчина с лысой головой был зол и даже не скрывал этого.

– Вот данные за вчерашний день. – девушка, которая тихонько стояла позади ругающегося начальника, включила вертикальный экран посреди кабинета, и вывела на него объект под названием «Земля. Заповедник 1».

– Прошу обратить внимание. – продолжила она. – Все!!! Абсолютно все датчики на месте, все сектора рабочие, все кураторы на связи. – лёгким движением руки увеличив несколько мест из тех, которые согласно утреннему отчёту, были в списке пропавших.

– Добрый день. – раздалось у входа в помещение и на пороге возникли ещё две долговязые фигуры. – Мы из пятого зелёного. У нас непонятная форма разумной жизни. Просканировав язык общения, сравнили данные с нашей базой, и получили ответ…

– Отлично! – вскрикнул лысый.

– Из архивной базы. – уточнил куратор пятого зелёного.

– Ну… тоже хорошо, что это за жизнь?

– Это люди.

– Люди??? – лысый, взмахом руки показал на собравшихся. – Все люди тут!!! Почему те… которых вы нашли… находятся в архиве?

– Потому что архив обозначил их как варваров.

– Варваров? – удивлённо зашептались присутствующие.

– Да… из эпохи варваров. Вот. – он скинул данные на общий экран и активировал просмотр записи, которая началась с появления изображения странного двуногого, сгорбившегося индивидуума с накинутыми на плечи старыми, непонятными тряпками.

– Добрый день. – на экране сгорбившийся «не пойми кто», услужливо поклонился, а из-за его спины, выглянула маленькая особь, так же завёрнутая в груду ветоши.

– Это ктоооо??? – лысый приблизился к экрану и дотронулся до изображения старичка.

– Человек. Его язык сроден языку варварской эпохи. Мы взяли на себя смелость и пообщались с ним. – куратор пятого зелёного сектора включил вторую часть записи, и остановил её на бумажке, которую дед пихал им в руки.

– Две тысячи двадцать пятый год? – ахнул лысый.

– Это вообще реально? – все приблизились к экрану.

– Почему в мою смену, варвары с 2025 года сидят в моей пятой зелёной???

– Выясняем.

– Выведите на экран что по датчикам. Они поснимали датчики с животных в зонах что ли?

На экране появилась карта планеты, разрисованная словно арбуз вертикальными полосами. В пяти полосах отображались миллионы датчиков, а в одиннадцати полосах было темно.

– Шестьдесят процентов всех животных Первого Заповедника вдруг пропали за одно утро? – воскликнул главный.

– Получается, что да. – робко вставила девушка, которая лихорадочно увеличивала на экране тёмные полосы, пытаясь найти хоть один датчик.

– Как они всё это провернули? Умершая цивилизация!!! Как они вообще попали в Заповедник??? Выведи историю. Они бегали за всеми животными и ловили их что ли?

Поколдовав с экраном, девушка достала из его памяти момент, когда все датчики были на месте. Начав постепенную трансляцию, на глазах у изумлённых кураторов пропала целая линия с тремя секторами.

– Стоп!!! – закричал лысый. – Это что было? Зона с 38 меридиана по 54 в западном полушарии… просто в четыре секунды почернела вся!!! Три сектора, два голубых и один зелёный… просто исчезли? Миллионы форм жизни и растений… испарились?

– Кураторы этих секторов тоже не выходят на связь.

– Дальше. – требовательно приказал главный, девушке с испуганными глазами.

Экран снова начал транслировать события этого утра.

– Вы издеваетесь? – лысый побелел от злости. – С 54 по 85 меридиан тоже? Два зелёных, два голубых и серый сектор опять почернели???

– С серого седьмого на связь вышли два человека.

– ДВА??? Из четырёхсот тридцати?? Когда они будут в центре?

– Уже в пути. Думаю, минуты через три или четыре.

– Отлично. Хоть кто-то живой. – лысый посмотрел на девушку с пультом. – Дальше.

– Дальше зона с 85 меридиана вся в датчиках. Всё на месте. Всё светится.

– Радует.

– Всё… Со 109 меридиана снова пусто.

– Вижу.

Минуты и секунды тянулись словно вечность.

– Вот. Со 147 датчики на местах.

– Сектор серый семь прибыл. – доложил длинновязый у входа.

– Давай их сюда.

– Добрый день. Аиша и Кира, серый сектор семь. – представились девушки с короткими причёсками в стиле «ёжик» и с такими же огромными глазами, как и у лысого.

– Ииииии. Докладывайте.

– В 8-30 утра всё было на месте… все датчики. Всё было спокойно. Мы заканчивали поверку аппаратуры и собирались сменяться.

– Да это мы видели на экране.

– В 8-31 ничего не было. Ну то есть вообще ничего… ни шума, ни криков, ни толчков… Ничего не чувствовалось. Моргнули системы энергоподачи, я вышла из базы, и увидела каких-то лилипутов, которые яростно кричали, орали, визжали и бегали внизу. Уровень поверхности почвы упал почти на двадцать пять метров. Появились непонятные строения и сооружения… реликтовый лес пропал. Животных в зоне видимости видно не было. С западной стороны нашего дома, всё было на своих местах.

– Да Кхан. – вторая девушка вступила в диалог. – Я была в своей комнате, читала… моргнул свет, я вышла в общий коридор, но вместо него, была дыра. Справа комната Киры, из которой она и появилась, тоже удивлённая. Впереди коридора образовалась пустота…

– И вы ничего не заподозрили?

– Нет. Всё было спокойно.

– Меня просто сошлют на пенсию, в самый злобный Заповедник. – Кхан сел, обхватив голову руками.

– Со 179 по 119 меридиан восточного полушария, тоже всё пропало. – отчеканила девушка с пультом.

– Дара, соедините меня с центром управления. Пора сообщить.

– Готово Кхан. Центр на связи.

– Кхан! Добрый день. Это Семьен. – в помещении раздался озабоченный голос вышестоящего руководства.

– Добрый день, Семьен. – лысый сгорбился и старался вжаться в своё кресло ещё более сильно.

– Потери посчитали?

– Тридцать восемь секторов, из них восемь серых с людьми.

– Варваров видели?

– Да. Пятый зелёный привёз сьёмку.

– У нас уже около двадцати записей, но и свою скиньте. Вставай. Чего голову повесил?

– Я, не прилагая усилий, убил почти шестьдесят процентов Заповедника.

– Ты не причём. Такое тотальное воздействие… такое чёткое и выверенное, не могло стать ошибкой смотрителя. Мы разбираемся. Были солнечные вспышки, но учёные сомневаются, что они могли так сказаться на датчиках. Динозавров Мелового Периода видели?

– Динозавров? – Кхан сморщил лоб. – Какое знакомое слово, слышал когда-то… давным-давно… в учебке. История?

– Да. Доисторический Период.

– То есть Периоды Варварства и Доисторический… вдруг нарисовались на планете?

– Я тебе больше скажу, варвары с 85 меридиана вообще уверены, что это мы у них нарисовались.

– Ахахаха. Надо же. Жили себе жили, и решили в тёмное прошлое вернуться? Они историю-то читали? У них же сплошные мрак и разруха.

– Кхан. Они и есть история, только не знают этого.

– Может вспышки всё-таки? Вроде они несут радиацию… – Кхан внутреннее чувствовал себя гораздо уверенней и хотел хоть чем-то помочь руководству.

– Да… там не только гамма-излучение…

– Я плохо изучал этот раздел физики.

– Я тоже. Я больше биолог. Судя по отчётам, уже два дня идёт ряд вспышек, которые добрались до планеты, принеся с собой кинетическую, световую и тепловую энергию вкупе с оптическим, рентгеновским, гамма- и радиоизлучением… В отчёте космофизиков было ещё что-то про облако плазмы, и про то… что такие излучения были как раз, где-то в 2020 годах.

– И в Меловой Период, судя по тому, что ты говорил про динозавров.

– Да, скорее всего.

– Наше дело какое?

– Ваше? Следить чтоб варвары и динозавры не нарубили дров, пока наши техники и учёные всё это пытаются уравновесить.

– Какие приказания?

– Держать в узде варваров, следить чтоб динозавры не вышли из своего ореола появления. Максимально исключить контакты, делать вид, что временные линии, это дело поправимое.

– А может случиться так что не поправимое дело?

– Да… конечно.

– И что делать? Жить с ними? Кааак? Они разрушили всё вокруг… В своём времени.

– Ну значит будем ликвидировать. Главное не забывай. Они наши предки. Без них – нас бы не было.

– Но прошло сто пятьдесят с лишним тысяч лет. Как так?

– Ну вот так. – рассмеялся Семьен.

– А животные Мелового Периода? Сто миллионов лет?

– Семьдесят…

– Семьдесят!!! Сплошные убийцы с неконтролируемым инстинктом голода. С ними что будем делать?

– Их чипируем, организуем новые зоны. Будут серые, жёлтые, зелёные, голубые и меловые.

– И варварские…

– Да, наверное, придётся их оставить. – грустно вздохнул Семьен. – Ладно, устанавливайте границы зон, проверьте спутники, защитную сетку посмотрите, и ждите указаний. Без надобности не лезьте в диалог. Это оставим Высшему Совету. Постарайтесь минимизировать потери среди всех слоёв.

– У меня людей мало. Серые сектора все пропали.

– Возьми людей с Третьего Заповедника. У них всё в норме.

– С Малиа? И почему я не в Третьем? Ну далась мне эта планета. – обречённо выдохнул Кхан.

– Это Родина!!! – засмеялся Семьен и закончил звонок.

– Итак. – обратился Кхан к своей немногочисленной команде. – Подведём итоги… «Что-то там» шарахнуло на Звезде, «что-то там» долетело до планеты в третий раз, «что-то там» вызвало «что-то тут», и перекинуло нам кучу подарков со времён Варварства и Мелового периода. Пока техники, историки, изобретатели и учёные бьются над этим «что-то»… наша задача: удержать равновесие в трёх временных поясах… Я очень надеюсь, что временных поясов только три… Вызываем с Малиа всех… повторю, всех свободных кураторов.

Он посмотрел на девушку с пультом:

– Аниля. Возьмёшь на себя распределение вновь прибывших по Земле. Твоя задача распределить всех максимально равномерно, с учётом их знаний, с учётом их умений. Приняла?

– Да. – кивнула головой Аниля.

– Семых. – Кхан посмотрел на длинного мужчину, с отливающей чёрным серебром кожей. – Семых, тебе самое сложное. Максимально быстро доставить по местам кураторов, снабдить чипами, датчиками, оборонительными нитями против варваров, Самайрой для особо буйных. Ты главный по пограничному контролю не только наших секторов, но и вновь возникших. Выбери себе нужное количество людей. При необходимости, запрашивай с Центра.

– Аиша и Кира. – Кхан посмотрел на кураторов седьмого серого сектора. – Забираете все оставшиеся серые сектора. Без обсуждения. Людей даст Аниля. Кто-то есть с голубых секторов?

– Я.

– Отлично Висам. Аниля даст людей, забираешь себе синие сектора ну и тра-та-та-та-та. Всё как у серых.

– Зелёные?

– Берём специалистов у Анили и тра-та-та-та-та.

– Верно. Старика с пятого зелёного сектора изолируйте… ну и всех, кто там с ним есть. Всех привязать к их точкам. Чтоб не перебегали туда-сюда. Жёлтые?

Тишина.

– Ауууу, жёлтые остались? Есть Земные жёлтые?

– Нет никого, видимо. – Аниля оглядела присутствующих и пожала плечами.

– Плохо… маловероятно, что жёлтые специалисты из других Заповедников смогут делать работу земных.

– И что делать?

– Ничего. Берём больше жёлтых с разных мест. Разберутся поди со своими камнями, землями и песками…

– Совещание окончено?

– Окончено!

***

Подобные совещания происходили ещё в нескольких местах, и на планете Земля, в том числе. Одно из самых многочисленных собралось в Северной Америке, объединив остатки руководства из Канады, США, Мексики и нескольких стран Латинской Америки.

Мужчина в строгом костюме, строго осмотрел присутствующих, вздохнул, оттого что половина стульев оказалась свободной, и кивнув девушке стоящей у карты Северной Америки начал:

– По США, потеряно всё с юга после Уиллкокс… Сьюзен, отмечайте на карте… Пима, Макнари, Грезвуда, Стимбота, Раф Рока, Деннехотсо и …

– Сенатор Ли, всё точки идут на одной линии.

Он задумчиво посмотрел на карту и осторожно прочитал следующую точку:

– Кресент Джанкшен.

Сьюзен поставила магнит. Вырисовывалась практически идеальная прямая линия:

– Мормон Ридж и Вагон Роуд Ридж, тоже не вышли на связь.

Ещё две точки, продолжившие линию.

– Лапойнт.

Ещё одна точка.

– Почему такая линия?

– Господин Сенатор, – вмешался человек с бейджиком представителя Канады. – у нас наблюдается такая же линия.

– Срочно собрать координаты тех, кто не вышел на связь.

Люди схватились за телефоны, начав обзванивать подчинённых, и спустя час стало понятно, что на связь не выходят все, западнее 85 меридиана западного полушария.

– Итак, с 85 меридиана по 109, сложилась ситуация, не описанная ни в одних источниках. Странные сооружения на возвышенностях, очень большое разнообразие лесов из неопознанных пород деревьев.

– И животные. Их невообразимо много, очень странные разновидности, к сожалению, мы не можем сказать кто они и откуда. Есть предположение, что это портал в другой мир.

– Так же замечен разумный вид жизни. Человекообразные, ростом не менее двух с половиной метров, большие глаза, худощавое телосложение, непропорционально большие пальцы и голова, и с фиолетовой кожей. В большинстве своём… лысые… Думаем это мужской подвид.

– На диалог пробовали выйти?

– Разворачиваются и уходят… но строго следят за границей, и если мы заходим на территорию непонятных деревьев и лиан, то тут же возникают они, и жестами предлагают уйти.

– Возможно стоит показать им наше оружие?

– А если у них оружие лучше?

– Но ведь явно они своим порталом это устроили? Почему мы должны терпеть их у нас?

– На каком основании мы не можем жить в границах своего же государства???

– Возможно они охраняют там что-то?

– Или захватывают!

– Попробуем создать комиссию по переговорам. Ищите людей! Коммуникабельных.

– Что ещё?

– Даже не знаю, как доложить… в Бразилии динозавры… много…

– Это мы попозже выясним. Я туда на встречу лечу через час. Мне нужны фото, видео инопланетян, растений и того, что вокруг нас… всего что шевелится или растёт… и не описано в современных энциклопедиях… Дронов запустите к ним, разведчики самолёты, невидимки… что там есть у нас. Пока по-мирному.

Мужчина в строгом костюме встал из-за стола, всем своим видом показывая, что совещание окончено, и твёрдым шагом с парой телохранителей отправился к двери.

Остальные собравшиеся устало выдохнули, и пошли собирать коммуникабельных людей и необходимые данные с помощью супер-невидимой летающей техники.

В Латинской Америке всё было сложнее, ведь если в Северной ходили молчаливые фиолетовые существа и вежливо указывали на необходимость покинуть их сектор, то по восточной части Бразилии и в её прибрежных водах Атлантического океана, быстро бегали, летали и плавали разноцветные гигантские, вечно голодные динозавры. В океане плескался мозазавр, по небу летали гесперонинсы и тапежариды, с размахом крыльев до пяти метров и клыками настоящего кровожадного хищника.

Тиранозавры не соблюдая вообще никаких границ, ломились из своих доисторических лесов в просторы городов, и сметая всё на своём пути, пробивались вглубь страны. Подогнав к линии, появления чудовищ, различную технику… от велосипедов до танков, люди героически пытались сдерживать смертоносную волну хищников.

Информация об изменении и отчуждении земель вдоль меридиана, очень быстро распространилась среди оставшегося руководства.

Европа и Азия оказались изрезаны прямыми полосами, за которыми находились как молчаливые, спокойные существа, так и кровожадные тупые доисторические мясорубки.

К примеру Дальний Восток России был захвачен монстрами… а часть Сибири, почти вся Монголия и Китай были под вежливыми инопланетянами, которых видели и на транспортных средствах, типа тарелка… и на висящем в воздухе устройстве, напоминающим поезд с вагонами… и просто передвигающихся по земле.

Вся растительность, которая росла на участках фиолетовых людей, тоже не выглядела привычной, к тому же в некоторых местах Монголии и северной части Сибири претерпела изменения и плоскость планеты. Если Монголия ушла вниз, то Сибирь явно поднялась, как на огромном валу, пренебрегая всеми законами физики, без видимых землетрясений и сдвигов земной коры.

Неизвестные доселе живые организмы, впечатляли учёных современности… и они всеми возможными способами стремились прорваться за образцами, невзирая на опасности Мелового Периода.

Глава 4. День второй… Между молотом и наковальней

Невзирая на опасности Мелового Периода, самым настоящим мародёрством, решили заняться и Изаму со своей небольшой командой. Распечатав сделанные впопыхах фотографии, полистав интернет, подумав, они пришли к одному и тому же мнению… надо ловить невиданное доселе животное. Телевидение и интернет ресурсы, пестрели сообщениями о странных инопланетянах и динозаврах. Сложив новости и свои фото-видео материалы как пазл, в одно целое, команда молча пошла на причал. Снарядив «Смелый» всевозможным оборудованием, маленькая, но очень самоуверенная компания выдвинулась в сторону 131 меридиана, именно туда, где их и удивил летающий зубастик.

Через два часа Изаму заметил, что всё начинает меняться, не то чтобы океан стал другим, нет… воздух… воздух стал другим, вода прозрачней, холодней… стало теплее и легче, светлее и чуть волнительней.

– Чувствуешь? – спросил его подошедший Кео.

– Да. Может это всё правда о доисторическом мире, о том, что кто-то запустил машину времени или открыл портал в другой мир?

– Не знаю. – Кео искренне пожал плечами. – Но я вижу, что тут другая реальность. Когда убегали вчера впопыхах, не так заметно было, а сейчас прям всем телом ощущаю.

– Вы всё приготовили? – к ним на палубу бежал Шин. – Радары погасли, всё вырубилось. Мы прибыли.

– Отлично. – скомандовал Изаму. – По местам.

– О, да… Удачной охоты!

– Если мы в мире динозавров, то про удачную охоту не надо. Охотиться будут на нас.

– Птицы? – засмеялся Кео.

– Мозазавр. – хором ответили Изаму и Шин. – Мы конечно не планируем его встретить, но король мира сейчас именно он, а не мы.

– А китобойные гарпуны?

– Думаю он не заметит этих зубочисток. Наша цель птицы, и чтоб ни капли крови в воду не упало. Не выгребем от них… Проиграем. – Шин был обеспокоен, понимая, что юный и горячий Кео, может наворотить глупых поступков. – Ловим пару птиц, и бегом домой.

– Как скажешь, зайчишка – трусишка… – засмеялся Кео.

***

Кати с радостью обнаружила, что электричество дали, хоть и с перебоями, хоть и по часам, но уже можно было приготовить еду, или отвлечь бабушку просмотром телевизора.

Энеко до сих пор не давал о себе знать, и Иветт с Виктором ушли в город, точнее в то, что от него осталось, искать его. Кати не находила себе места, поэтому большую часть времени стояла то у одного окна, то у другого, пытаясь в толпах паникующего и мародёрствующего народа, отыскать сына.

«Как всё странно и непонятно», – думала она. – «тысячи людей вышли на улицы города, по телевизору несут чушь об инопланетянах, хотя та фигура… в поезде напротив, явно не была человеком».

– Есть кто живой? – раздался крик из маминой комнаты.

– Да, мама. – Кати тут же прибежала к ней. – Что случилось?

– Я не ела уже трое суток. – раздражённо бросила Эмили и посмотрела на дочь злобным взглядом.

– Конечно мама, сейчас принесу.

Проходя на кухню, мимо балконной двери, она осторожно подошла к ней и открыла. Оранжереи так и не было. Поезд был. Кати встала у двери и стала наблюдать за окном поезда.

«Какое удивительное сооружение», – чем дольше она всматривалась в него, тем красивее он ей казался. – «он совершенен, словно соткан из облаков и дождя, словно и вправду с другого мира».

На том конце, открылся проём, напоминающий дверь, и вчерашнее существо тоже стало пристально смотреть на Кати. Набравшись смелости, Кати подняла руку и улыбнувшись помахала существу.

Длинное, худое тело с тощими руками, глядя на жест Кати, тоже подняло руку, и так же помахало. Воодушевившись этим обменом маханиями, Каталина схватила маркер и листочек бумаги, и написав на нём: «Привет», показала своему новому соседу.

Существо посмотрело на листок, ушло вглубь поезда и вернулось с предметом, напоминающим планшет… покопавшись в нём, развернуло планшет к Кати. Огромными буквами, на чистом испанском, там было выведено: «Добрый день».

Намечался диалог.

– Как дела? – написала Каталина.

– Хорошо. Как у вас дела?

«С ума сойти!!» – Кати нервно хихикнула, и на следующем листке обозначила самый главный вопрос:

– Вы инопланетяне?

– Нет. Мы люди.

– Вы с планеты Земля?

– Да.

– Вы тут живёте?

– Да.

«О, как…» – Кати не на шутку взволновалась. – «А я тогда где живу?».

– Как ваш дом попал сюда?

– Он всегда тут был.

Кати удивлённо выронила свои бумажки, и глядя на собеседника в нескольких сантиметрах от себя, сказала:

– Вчера вас не было!!!

– Вас вчера не было, а наш дом был целым.

Кати стушевалась, что ответить на столь уверенное заявление она не знала, но ведь ей не приснилась вся её жизнь? Ну как это «вас не было», если были.

– Мы всегда тут жили! У меня есть фото! – в последней надежде разоблачить мошенников-инопланетян сказала Каталина.

– И у нас есть видео, что мы всегда тут жили. – ответил оппонент.

«Какая прелесть». – подумала землянка.

– Меня зовут Каталина.

– Меня зовут Аиша.

– Очень приятно. – Кати даже не знала, что сказать ещё. Закрыв балконную дверь, она вдруг вспомнила зачем шла на кухню, и вовсю занялась хлопотами по кормлению мамы, ни на секунду не прекращая думать о только что состоявшемся диалоге.

***

– Отдай мой самолёт!!! – маленькая храбрая Варя, уже битый час, пыталась объяснить длинной макаронине, что этот самолёт она загадала у солнышка, и не понимает, почему ей не отдают честно заработанный подарок.

Захватчик стоял и не двигался, с недоумением смотря то на девочку, то на планшет, который, судя по всему устал переводить железобетонные доводы юной леди.

– Мы с дедом, встали рано утром специально! Он загадал борщ! И получил борщ! На обед я ела борщ! Я загадала самолёт, и самолёт появился, но я не понимаю, почему вы мне его не отдаёте!!!

Девочка в сотый раз топнула ногой:

– Это мой самолёт!!!

– Варюшка! – дед Фёдор выбежал из дома и на ходу поправляя галоши, спешил к внучке. – Варюша! Я тебя потерял. Гляжу в доме нет, в шкафу нет, в спальне нет. Что ж ты ушла-то внученька, не сказав деду ничего.

– Он не отдаёт самолёт!

– Да, да внученька моя. Так надо. Это солнышко их послало. Ты же просто самолёт загадала. Вот он. Ты же не загадывала летать на нём. Поэтому на нём летают они.

– Но он мой! Ну ведь всё по-честному! Почему мне нельзя на мой самолёт?

– Ну, наверное, можно, но когда подрастёшь!

– А сейчас что делать? Просто смотреть на него что ли?

– Да. Да. Сейчас просто смотреть. – Фёдор взял внучку за руку, поклонился с извиняющимся видом длинновязому охраннику и поспешил удалиться.

– Дасвидания! – вымолвил инопланетянин.

– Дасвидания! – быстро промолвил Фёдор и вместе с девочкой, уходу которой Лир был жутко рад, направился в сторону своего домишки.

С базы снова спустилась лестница и к Лиру подошёл второй длинновязый человек:

– Девочка так и отбирает нашу базу?

– Да. Я смотрел в варварско-русском словаре слово «самолёт» – это оказывается, как наш ялик… что-то похожее. Летающее средство, хотя сложно назвать летающим, кусок железа который даже скорость звука не развивает.

– Ахахахаха. – рассмеялся Мушак. – Ты серьёзно? Ахахахаха.

– Да я сам весь вечер изучал их устройства и смеялся. Такие глупенькие. Представляешь, для передвижения по земле, они использовали устройства, которые были на круглых шарах и работали на природных ископаемых. Забыл, как называются.

– Ну благодаря им, есть мы. Может эта девочка твоя родственница. – Мушак засмеялся пуще прежнего, радуясь удачной шутке.

– Жалко мне их. Так мучаются. Может стоить им подарить пару наших разработок?

– Нельзя вмешиваться в прошлое.

– Но у них столько болезней и такая примитивная медицина.

– На семнадцатом меридиане куча динозавров, у них вообще медицины нет. Может и им поможем? – фыркнул Мушак.

– Ну да. – закончил разговор Лир, передал коллеге пульт управления пограничной линией сектора и поднялся в дом.

***

К середине второго дня, после наступления непонятно чего на планете, руководящие силы всех стран отписались о разграничении территорий, о длинных существах, о пропавших деревнях и городах, и о подвесных мостах, которые продолжали висеть так, как их установили изначально. Так же были получены снимки с орбитальных станций и таким образом стала строиться новая карта Мира. Благодаря догадке Североамериканского руководства, провели сверки по меридианам, и после этого, всевозможные представители оставшихся на планете стран, встретились в относительно уцелевшей России, в пригороде города Кургана, в селе Лебяжье, что было максимально к линии ино-зоны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.