Анастасия Ридд
За нас все решили

Глава 1.1 Алина

– Йухуууу! Тимаааа, я студентка, – орала своему лучшему другу в ухо, пытаясь перекричать музыку.

– Лина, поздравляю тебя с этим ошеломляющим событием! Думаю, с коктейлями тебе пора завязывать, – сказал Тимур, забирая бокал с голубоватым напитком.

– Ну Тиииииим, посвящение же сегодня, можно расслабиться, тем более, это только мой второй бокал, – протянула, надув губы. – Хотя, думаю, ты прав, – задумалась на пару секунд, а затем продолжила. – Скоро я и носа своего не подниму из-за учебников: курсовые, контрольные, сессии. Ты же в курсе, что я планирую закончить универ с красным дипломом и стать лучшей студенткой на курсе? – с ухмылкой произнесла я.

– Не сомневаюсь в твоих способностях, но тебе и, правда, хватит, – раздраженно произнес Тимур, отодвигая бокал в противоположную сторону.

– Какой суровый парень, – я свела брови, изображая злость, а после звонко рассмеялась. – Ладно-ладно, алкоголь – зло. Больше не буду.

Спорить с ним не стала, потому что сама чувствовала, что мне и правда хватит. Второй раз в жизни позволила попробовать себе алкоголь. Первый был на выпускном в школе, и только один бокал шампанского, после которого наутро у меня жутко болела голова. Хорошо, что Тимур присутствовал на моем выпускном и все контролировал. Я не могла не пригласить его, ведь Тим для меня всегда был все равно, что старший брат. Родители не были против присутствия моего хорошего друга, хотя даже если и им не нравилась эта идея, то вида они не подавали. Решила так, значит, пусть будет так. Потому что я всегда была из тех людей, с которыми спорить совершенно бесполезно. Если вбила что-то себе в голову, то обязательно сделаю так, как задумала. И абсолютно неважно, что это будет: стать лучшей ученицей в школе, а теперь уже и в университете, прыгнуть с парашютом или же купить платье не пастельного, а, например, ядовитого розового цвета. Поэтому вопрос о том, что Тимур придет ко мне на выпускной, даже не стоял. А мои дорогие и любимые родители уже давно смирились с моими выходками благодаря успехам в учебе и стремлением чего-то добиться самой, независимо от того, насколько толстым был кошелек у моего отца.

– Ладно, Тим, тогда пошли танцевать, – потянула своего лучшего друга на танцпол. – Скучно просто так сидеть.

Разумеется, выбора у парня не было, и через мгновение мы оказались в центре танцующей молодежи. Быстрая музыка сменилась медленной композицией, а Тим притянул меня к себе, положив руки на талию. Всегда любила танцевать, как под быстрые, так и под медленные танцы. А все дело в том, что в танце я всегда ощущала себя невероятно свободной, словно птица в полете. Еще бы это было не так! За те десять лет, что я посещала танцевальную студию, чувствовать себя по-другому я бы просто не смогла. Ведь в танце раскрывалась душа, а ощущение свободы приходило уже с первыми движениями.

– Тим, я никак не могу поверить, что уже через несколько месяцев ты будешь далеко, – совсем некстати вспомнила новость, которой Тимур ошарашил меня пару часов назад. – Я не верю, что вы переезжаете во Францию. Сначала я даже подумала, что ты шутишь, – горько усмехнулась. – Я вообще не представляю, что буду без тебя делать.

– Мелочь, ну ты чего? – Тимур смотрел на меня с такой теплотой, что я невольно перевела свой взгляд на танцующую по соседству парочку. – Есть телефоны, социальные сети, мы можем общаться по видеосвязи, да и самолеты, в конце концов, никто не отменял. Прилетай хоть каждые выходные. Тем более уедем мы только после окончания семестра, это почти через четыре месяца. Так что успеем еще натворить дел, – на губах парня играла озорная улыбка.

– А ты? – спросила я, поднимая на него свои глаза.

– Не могу обещать, – улыбка Тимура померкла. – Боюсь, что буду слишком занят учебой и работой. Но если выдастся возможность, то первым же рейсом прилечу к тебе. – Взгляд парня, как мне показалось, задержался на моих губах дольше дозволенного, и я прижалась к его груди, чувствуя себя неловко.

Мы с Тимуром не расставались с тех пор, как он с семьей переехал из своей глубинки в столицу. Мой дорогой сосед стал лучшим другом. Отец Тима Андрей Владимирович решил выйти на новый уровень и развивать свой ресторанный бизнес в столице, мама Марина Дмитриевна была совершенно не против таких перемен в их жизни, так как сама занималась дизайном интерьеров и, надо сказать, весьма успешно. Наработанный опыт и тысячи довольных клиентов позволяли ей заниматься любимым делом независимо от места жительства.

Ну а теперь семья Покровских переезжала в Париж, один из самых прекрасных и романтичных городов, в котором, к счастью, мне удалось побывать. Отец Тимура совсем недавно совместно с французским партнером открыл свой первый ресторан в Париже. И спустя пару месяцев работы ресторан набирал обороты, раскачивался, активно развивался, поэтому Андрей Владимирович принял решение переехать всей семьей во Францию. Тимур должен был перевестись в один из престижных ВУЗов Парижа, а его младшая сестра Кристина в среднюю школу. Конечно, парень мог бы доучиться и здесь, но окончив университет во Франции, перспектив перед ним открывалось значительно больше.

Надо сказать, первая наша встреча с Тимуром оказалась не самой удачной. Мне было одиннадцать, когда у меня появилось увлечение скейтбордом. Как раз в тот день я начала осваивать новые элементы – повороты, которые давались мне с большим трудом. И когда Тимур налетел на меня на велосипеде, я, как назло, не смогла выполнить очередной поворот. Пара синяков и плохое настроение было обеспечено на целый день. А вечером того же дня все его семейство вместе с ним, конечно же, наведалось к нам в гости. Так и познакомились. Увлечение скейтом закончилось спустя пару месяцев, а лучшего друга я приобрела, как мне казалось, на всю жизнь. Из каких только передряг и мелких неприятностей мы друг друга вытаскивали. Кстати говоря, наши мамы очень быстро сдружились, делились разными рецептами, гуляли, посещали спа-салоны, в общем, очень много времени проводили вместе.

Сначала мы с Тимуром жутко бесили друг друга. После того случая с велосипедом я негласно развязала войну. То подкладывала жуков ему в портфель, то выливала банку зеленки на его тетради и учебники, то ставила невидимые подножки и хохотала, когда Тимур падал у всех на глазах, распластавшись по полу. Разумеется, он не оставался в стороне и отвечал мне тем же. Нас вызывали к директору, вызывали родителей, а со временем, немного повзрослев, мы перестали вести себя подобным образом и подружились. Учились в разных классах одной школы, он на класс старше, поэтому прозвал меня Мелочью, мне было так обидно, и я тоже придумала ему прозвище – Каланча, он всегда был высоким и худощавым, а после пятнадцати лет еще сильнее вытянулся, и я даже не доставала ему до плеча.

И вот спустя почти семь лет дружбы, бесконечного количества падений с дерева, разбитых локтей и коленей, разрисованных дневников и тетрадей, вызовов к директору, мы вынуждены были расстаться друг с другом.

– Тим, я буду скучать, – грустно протянула я.

Я потянулась, чтоб поцеловать в щеку, но парень резко повернулся, и я нашла его губы. Мы быстро оторвались друг от друга, глядя глаза в глаза: я – с удивлением, он – с желанием. Сердце внутри колотилось как бешеное, не понимая того мимолетного чувства, возникшего за одно мгновение. Спустя пару секунд Тимур осторожно притянул рукой мой подбородок, нежно поглаживая большим пальцем руки. Он какое-то время разглядывал каждую черточку моего изумленного лица, после чего прикоснулся своими губами к моим. Настойчиво, заставляя их раскрыться для новых ощущений. Еще никто не целовал меня с таким жаром и нежностью одновременно, словно пробуя мои губы на вкус. Я потянулась навстречу ему, утопая в каком-то сладком трепете, не понимая своих чувств. Что происходит? Ведь я всю свою жизнь относилась к Тимуру только как к другу.

Глава 1.2

Тим всегда был симпатичным парнем. Да, немного долговязый, но этот небольшой недостаток был компенсирован привлекательной внешностью. Волосы темно русого цвета, высокие скулы, прямой нос, чуть полноватые губы и глаза цвета ясного летнего неба. А на первом курсе Тимур стал регулярно тренироваться в тренажерном зале, благодаря которому менее чем за год исчез и единственный недостаток. Тим заметно раздался в плечах, все тело стал украшать красивый рельеф, а еще появилось ощущение, что он стал еще выше. Куда же еще выше, чем сто девяносто сантиметров! Теперь его прозвище стало просто неактуальным, но я по старой привычке иногда так к нему обращалась.

Друг. Не больше и не меньше. Но сейчас по какой-то необъяснимой причине это слово вылетело из моей головы. Я стояла как вкопанная в центре танцпола, отвечая на поцелуи парня, который недостатка во внимании женского пола никогда не испытывал. Тимур с осторожностью прижимал меня к себе, словно боялся спугнуть. И на несколько мгновений мир будто бы перестал существовать для нас обоих.

– Тим, мне нужно в дамскую комнату, – спустя какое-то время я все же взяла себя в руки и прекратила это безумие, – а потом подбросишь меня домой, хорошо?

– Конечно, иди, – Тим смотрел на меня пронизывающим взглядом голубых глаз. – Подожду тебя на улице.

Я выбежала из зала, столкнувшись со своей близкой подругой Ритой. Мысли в голове путались, но одна из них прокручивалась в голове чаще остальных. Мне понравилось. Этот поцелуй был наполнен одновременно нежностью и страстью. В груди зародилось странное чувство, которого я никогда не испытывала.

– Ри, ты… ты… видела? – промычала я заплетающимся голосом.

– Конечно, подруга, я ж не слепая, – усмехнулась Рита. – Давно тебе твержу, что он к тебе неровно дышит, а ты все заладила «друг да друг». Да какой он тебе друг, если весь вечер просто пожирает тебя глазами. Знаю-знаю, что именно ты сейчас скажешь. Ты тысячу раз повторяла, что как парень он тебя не привлекает, хотя это довольно странно с учетом его внешности и харизмы.

Здесь я немного лукавила, конечно. Тимур Покровский очень симпатичный парень, отличный собеседник и хороший друг. Но его дружба для меня всегда была очень ценной, поэтому варианта парень-девушка-любовные отношения для меня не существовало. Я слишком сильно им дорожила.

– Господи, Ритка, я вообще не понимаю, чем я думала и почему не оттолкнула, – я посмотрела в сторону выхода. – Черт, теперь не знаю, как себя вести. Мы друзья ведь, переживаю, что наша дружба может пострадать.

– Лин, не смеши, даже если он хочет чего-то большего, а он хочет, я в этом ни на грамм не сомневаюсь, – закатила глаза подруга, – тебе-то точно от него больше дружбы ничего не надо, – я утвердительно закивала головой. – Тем более, что ты спишь и видишь как бы поближе пообщаться с тем симпатягой Максом. Вот и веди себя так, будто ничего такого не произошло. Не узнаю тебя, всегда уверенная в себе Алина, которая даст отпор любому, не знает, что делать, – продолжила подруга.

– Да и правда, – я задумалась, – ведь действительно, ничего же такого не произошло. Это ж не первый мой поцелуй, в конце концов. Ладно, поехала я домой, устала что-то, – обняла подругу на прощание, – до встречи в понедельник на парах.

– Спокойной ночи, дорогая. И не делай из мухи слона, – подруга быстро чмокнула в щеку и куда-то стремительно убежала.

Когда я вышла на улицу, Тимур уже ждал меня в своем автомобиле. Он внимательно следил, пока я садилась рядом с ним на пассажирское сидение его машины. Надо сказать, автомобили – это одно из увлечений Тимура. Он любил ковыряться, разбирать и собирать всякие детали в свободное от учебы и занятий в тренажерном зале время. Даже его друзья и хорошие знакомые пригоняли свои автомобили в случае какой-либо поломки к нему, а не в лучшие сервисы города. Конечно же, не за бесплатно. Поначалу Тимур отказывался от денег, мол, хобби, увлечение, а потом перестал сопротивляться. А еще помимо этого Тимур любил погонять. Они с друзьями регулярно устраивали любительские заезды, делали ставки. В такие моменты я всегда сильно переживала. Во-первых, это было незаконно, а, во-вторых, с такой скоростью, с которой они гоняли, можно было разбиться на раз два.

Домой ехали в полной тишине, и с нами такого еще не случалось. Я всегда любила болтать без умолку, а Тим внимательно слушал, не пропуская ни слова, и иногда вставлял свои пять копеек. Сегодня же в этой тишине витало уловимое напряжение, и я понимала, что ситуацию с поцелуем придется как-то прояснить. Я ведь не оттолкнула его.

– Лин, провожу тебя, – Тимур заглушил свой автомобиль, как только подъехали к моему дому.

– Конечно, – сказала я.

Я вышла из автомобиля, смотрела, как он паркует машину, и все еще никак не могла поверить, что еще меньше часа назад я целовалась с лучшим другом. Хотела бы я списать все на один выпитый бокал легкого коктейля, но я была совершенно трезвой, и четко осознавала, что рано или поздно это может подпортить нашу дружбу, которую, я очень ценила.

Мы медленно и молча шли к моему дому. Я чувствовала на себе изучающий взгляд Тимура, но голову в его сторону повернуть не могла. Стеснение и неловкость – чувства, которых я никогда раньше не испытывала, овладели мной. И лишь только остановившись, я заставила поднять на него свои глаза. В его взгляде читалась неподдельная нежность, и то, чего я не замечала раньше или не хотела замечать.

– Алин…

– Тим…, – начала я одновременно с ним.

– Говори первая, – без тени улыбки произнес он.

– Хорошо. Тим, – я набрала в легкие побольше воздуха, – Этот поцелуй не был дружеским с твоей стороны, так ведь?

– Удивительная проницательность, Алина, – ухмыляясь, попытался подколоть меня Тимур. – Я просто захотел тебя поцеловать и сделал это.

– Понятно, – выдохнула я, отводя глаза в сторону.

– Лина, что не так? Не понравилось? – его губы растянулись в кривой улыбке.

– Тим, мы с тобой друзья. Ты мой лучший друг, и я не могу тебя потерять. Начать отношения – значит, все испортить. Ты ведь понимаешь это.

– Конечно, Мелочь, – усмехнулся он, – никакого намека на всякие романтические штучки, типа свечей, цветов и звездного неба. Мы с тобой друзья и так будет всегда, – в его голосе послышались стальные нотки.

Тимур приобнял меня на прощание, развернулся и пошел к себе домой, а я так и осталась стоять, понимая, что за ухмылкой стоит нечто большее. Ведь я знала Тимура как никто другой, в том числе и когда он лжет, пытаясь спрятать свои истинные эмоции и чувства.

Глава 2.1

Целый месяц учебы в университете пролетел просто незаметно, я настолько погрузилась в учебный процесс, что почти забыла о том, что произошло на посвящении. Почти. Хотя не буду лукавить, все я отлично помнила. За этот сумасшедший месяц мы с Тимуром ни разу не виделись, не смотря на то, что живем в соседних домах, и всего пару раз созвонились по телефону, обмолвившись стандартными фразами «привет, как дела?» и «прости, я очень тороплюсь». Но чаще всего он просто не брал трубку, отправляя сообщения с тестом «занят». Сказать по правде, что-то изменилось по отношению к нему, и если раньше я бы просто пришла к нему и сделала выговор, что он не звонит мне и почти никогда не отвечает на мои звонки, то сейчас не могла этого сделать. Появился некий барьер и легкое ощущение неловкости. Зато определенно противоположные чувства я испытывала к Максу, студенту третьего курса, с которым мы совершенно случайно познакомились в первый день учебы и продолжали строить друг другу глазки, когда виделись в перерывах между парами.

В пятницу на большом перерыве мы с Ритой как всегда пошли в столовую, все места оказались заняты, Макс любезно пригласил присоединиться к ним.

– Алина, привет! Как учеба? Присоединяйтесь, – радостно позвал к себе за стол Максим.

Мы с Ритой направились к ним. За их столом сидела компания из четырех человек, и как раз пару стульев оказались свободными. Мы составили им компанию, тем более свободных мест в нашем студенческом кафетерии больше не было.

– Привет всем! Да все отлично, все нравится, – с улыбкой сказала я, – лучшие преподаватели достались нашему факультету.

– На каком учитесь? – растянул слова парень, сидящий справа от Макса.

– Журналистика, – произнесла Рита. Парень расспрашивал у подруги про учебу, а она с неохотой ему отвечала. Рита всегда была прямолинейна, и если ей не нравился человек, то по выражению ее лица неприязнь определялась сразу. Это был как раз такой случай.

– Милые дамы, а какие у вас планы на сегодняшний вечер? – спросил Макс, – мы с ребятами идем сегодня в клуб, есть желание присоединиться? Вечеринка закрытая, приходите, будет весело.

– Мы с удовольствием, – подмигнула Максиму, – правда, Рит? Мы все равно собирались сегодня куда-нибудь рвануть, эти пару недель были тяжелыми, – я закатила глаза.

– Да, конечно, – Рита натянуто улыбнулась.

Мы с подругой допили свой кофе и отправились на пары. По взгляду Риты читалось разочарование, поскольку она не горела желанием идти сегодня в клуб, не то, чтобы она совсем не любила такое времяпрепровождение, просто Рита получала удовольствие от других вещей. Позови ребята нас в бильярд, например, Ритка бы, не задумываясь, согласилась.

– Рит, ну ты чего? Ну ты же знаешь, он мне симпатичен, – протянула я, – и вот, наконец–то шанс познакомиться с ним поближе. Ну как можно было отказаться?!

– Лин, да я не против. Просто его друзья мне совсем не внушают доверия, – сказала Рита, – скользкие какие-то. Ты же знаешь, что я редко делаю неверные выводы.

– Да мы еще с ними не общались, Рит, – приобняла подругу за плечо, – сходим, развеемся, пообщаемся. Уверена, что все будет отлично.

– Ладно, – совершенно искренне улыбнулась подруга, – идем грызть гранит науки, а потом по домам собираться. Мы должны быть неотразимы.

Последнюю пару отменили, день стоял распрекрасный. Середина октября баловала теплыми деньками, стояла самая настоящая золотая осень. Поэтому, распрощавшись с Ритой, я завела машину и решила не ехать сразу домой, а выпить любимый латте и немного прогуляться по набережной. Мне нравилось иногда проводить время одной, можно было подумать, порассуждать, помечтать, пока никто не видит. Просто порой нужно выходить из того образа, который на себя примеряешь. Да, я умная, трудолюбивая, очень общительная и, что скрывать, красивая девушка. Такая классическая блондинка-куколка с серо-голубыми глазами. Но порой я бываю такой наивной, что навешать мне лапшу на уши сможет даже пятилетний ребенок, и я же поверю, поэтому и стараюсь хоть как-то эту свою наивность скрыть за веселым нравом.

Народу на набережной было не так уж и много, но я сразу выделила парочку, которая прогуливалась за руку. Я увидела их со спины и сразу отметила, что девушка была модельной внешности. Очень стройная, высокая, ноги, что называется, от ушей, длинные темные волосы, которые на солнце блестели так, что невольно хотелось зажмуриться. Взгляд случайно упал на парня, идущего рядом с ней. Силуэт до боли знакомый, но почему-то надежда, что это не он, никак не отпускала. Но я ошиблась. Он повернулся, чтобы что-то сказать своей спутнице и заметил меня. Пара невероятно голубых глаз пристально уставилась на меня.

– Тимур, привет! – поздоровалась первая.

– Привет, Лин, как дела? Как учеба? – без тени улыбки спросил Тимур.

– Да все хорошо, давненько не виделись, – произнесла я в ответ. Девушка стояла рядом с парнем и только хлопала своими огромными глазками, но в разговор не встревала, даже имени своего не назвала. Я успела ее рассмотреть. Брюнетка будто сошла с обложки глянца, красивая, с карими глазами и пухлыми губами, одета по последней моде и на полголовы выше меня.

– Да, много дел, учеба, работа, – совершенно невозмутимо произнес Тимур, крепче прижимая за талию спутницу.

– Понятно, – только и смогла вымолвить.

Я переминалась с ноги на ногу, ощущая неловкость от неожиданной встречи. Я не привыкла видеть Тимура таким отстраненным. За все семь лет дружбы никогда не было такого, чтоб мы с ним за целый месяц перекинулись всего парой фраз, да и то только по телефону. А сейчас мы смотрели друг на друга, будто старые знакомые и не имели представления, о чем говорить.

Первым молчание нарушил Тим, очевидно, осознавая неловкость ситуации.

– Лин, кстати, знакомься, это Соня, моя девушка, – сказал парень, а брюнетка скользнула по мне оценивающим взглядом.

– Алина, очень приятно, – быстро ответила, хотя это было совсем не так. Я много раз видела Тима в компании красивых девушек, но никогда не испытывала таких эмоций, будто червяк забрался в душу и выгрызал ее изнутри. Похоже на ревность? Да вот с чего бы? Тим просто друг, с какой стати мне его ревновать?

– И мне приятно, – неестественно улыбнулась красотка. А затем обратилась к Тимуру, – Тим, поехали уже, нам пора.

– Мне тоже пора, увидимся, Тим, – все, что я способна была произнести. Развернулась и быстро пошла к своей машине, не дожидаясь ответа.

Домой приехала в странных чувствах, хорошего настроения не осталось и следа. Эта случайная встреча вызвала во мне бурю противоречивых эмоций. Неужели спустя столько лет я действительно ревновала Тимура? Он ведь всегда был рядом как друг, что изменилось теперь? Всего лишь один поцелуй? Но какой… Я до сих пор помнила его вкус на своих губах. Я легонько прикоснулась к своим губам, ощущая легкое покалывание. Я тряхнула головой, пытаясь избавиться от этого наваждения.

От сумбурных мыслей меня отвлекла ванна с ароматическими свечами и маслами, и мне удалось ненадолго привести свои мысли в порядок. И вот я уже была готова покорять гору под названием Максим. Макияж нанесла не слишком броский, волосы закрутила в легкие локоны, надела свои самые высокие каблуки на тонкой шпильке, любимое маленькое черное платье и вышла из комнаты. Мама проводила меня восхищенным взглядом.

– Дочка, какая же ты у нас красавица, умница, все женихи будут у твоих ног, – произнесла с улыбкой. – Будь на связи. Если что, сразу звони, – добавила строго.

– Хорошо, – чмокнула маму в щеку и выбежала из дома.

С мамой у нас всегда были просто замечательные отношения, о которых любая девушка может только мечтать. Мама у меня мировая. Очень современная, всегда меня понимала и поддерживала в любой ситуации. В одиннадцатом классе я встречалась со своим одноклассником Мишкой Зуевым, и когда мама завела разговор о контрацептивах, я раскраснелась, не зная, куда спрятать свои глаза, настолько стало неловко. И тут же выдала, что девственница, а мама ни сколько не удивилась, только ответила, что когда придет время, чтоб я не смущалась и обратилась к ней. С Мишей мы расстались, потому что я была еще не готова, а он не хотел ждать.

К назначенному времени Рита заехала за мной, и мы выдвинулись в клуб. Я рассказала подруге о встрече с Тимуром, но о своих ощущениях и эмоциях умолчала. Меня просто пожирало чувство, называемое ревностью. А поскольку со мной такое произошло впервые, я никому не хотела говорить об этом. Даже лучшей подруге. Мне просто нужно было немного времени, чтоб привести мысли в порядок.

Глава 2.2

Максим встретил нас у входа, проводил к столику, за которым располагалась вся их компания. Народу за столом было немало, около двенадцати человек. Макс представил всех, но мы с Ритой, конечно же, почти никого не запомнили, просто вежливо улыбнулись и присели на свободные места. Отметила про себя, что все в компании были старше нас на несколько лет, но меня это нисколько не смутило. Макс предложил нам выпить, Рита приехала на машине, поэтому выбрала сок, а я заказала себе безалкогольный коктейль.

Спустя час началось веселье, все собравшиеся двинулись в сторону танцпола, в том числе и мы с Ритой. Попсовые композиции сменяли одна другую, и мы с подругой наслаждались танцами и громкой музыкой. Через несколько песен заиграла медленная композиция. И только я собралась идти к столу, как меня тут же остановила сильная мужская рука. Максим.

– Лина, потанцуем? Давно ждал этого момента, – улыбнулся Макс. И практически впечатал меня в себя.

– Да, я не против, – ответила улыбкой на улыбку.

– Ты очень красивая, Алина. Очень рад, что тогда на парковке ты подрезала именно меня, – весело подмигнул мне парень, крепко сжимая обеими руками мою талию.

– Да, я тоже рада, что этим человеком оказался ты, – рассмеялась я, – а вообще, если серьезно, мне было так стыдно, думала, выскочишь из машины, будешь громко ругаться, а ты оказался очень милым.

– Милым? – искренне удивился Макс, – такого обо мне еще никто не говорил. Но это приятно.

Больше до конца танца мы не разговаривали, а после я направилась в дамскую комнату. Стоя возле зеркала, еще раз оценила свою фигуру. Стройные ноги казались бесконечными за счет высоких туфель и служили отличным дополнением к осиной талии, красивой груди и подтянутым ягодицам. В добавление к точеной фигурке прилагалось симпатичное личико: большие серо-голубые глаза, чуть полноватые губы и длинные роскошные волосы, которыми я всегда безумного гордилась.

Налюбовавшись собой, я практически вышла из дамской комнаты, как взгляд зацепился за вышедшую из кабинки брюнетку. Это была та самая Соня, благодаря которой мое настроение было изрядно испорчено. Она не обратила на меня никакого внимания, достала из сумочки помаду красного цвета и поднесла ее к своим губам.

Возвращаясь за столик, я оглянулась по сторонам. Сама того не осознавая, искала глазами Тимура. Соня здесь, значит, и он, вероятнее всего, тоже. Облегченно вздохнула, когда не нашла его. Отчего-то не хотелось, чтоб он видел меня в этой компании, тем более с Максом, потому что я не успела рассказать Тимуру про знакомство с Максимом.

– Линка, вот ты где, – радостно сказала Рита, – ты не поверишь, кого я только что встретила.

Нет! Нет! Нет! Надеюсь, не его!

– И кого же? – я насторожилась.

– Тимур здесь, – выпалила подруга, – и, кстати, он не один, так что все складывается, как ты и хотела: Максим рядом, Тимур друг, и у него тоже все прекрасно, вон как лобзаются друг с другом, – махнула рукой в их сторону.

Тимур в компании своих друзей, Сони и еще нескольких девушек расположился в другом конце зала. Видно было не очень хорошо, но то, что это был Тим, я определила с точностью. Соня сидела у него на коленях, а он придерживал ее за талию. Я помахала рукой, но Тим не заметил, или, как мне показалось, сделал вид, что не увидел. Хотя с чего ему так вести себя? Да, за этот месяц мы обмолвились всего лишь парой-тройкой фраз, но я в глубине души я надеялась, что не могли мы настолько отдалиться друг от друга только из-за одного поцелуя. Это же бред какой-то. Надо просто встретиться, выпить кофе и поговорить как раньше.

– Да, Ритуль, классно, что так все вышло, – произнесла я, все еще не отводя глаз от их столика. – Ладно, возьму быка за рога. Пошла танцевать. Максим, – обратилась к парню, – как насчет еще одного танца?

– Конечно, красавица, – подошел ко мне Макс, приобнял за талию и повел на танцпол.

Мы много танцевали, смеялись, а руки парня постоянно меня обнимали. Быстрая мелодия сменилась медленной, и мы вновь танцевали близко друг к другу. Примерно в середине песни я обратила внимание на пару справа от нас. Тимур и Соня. Его руки по-хозяйски лежали на бедрах девушки, а Соня в свою очередь крепко обнимала его за шею. Не знаю, что мной двигало в тот момент, симпатия к Максиму или желание показать Тимуру, что я тоже не одна, но я потянулась к губам Макса и сама поцеловала его. Максим не растерялся и сразу толкнулся языком в мой рот, и мне отчего-то моментально захотелось прекратить. Нет, конечно, Максим отлично целовался, но ведь от поцелуя с парнем, который очень нравится, я должна испытывать радость, трепет, «бабочек в животе», а тут ничего. Совсем.

Оторвавшись от парня, я нашла глазами Тимура, он не смотрел в нашу сторону, просто что-то шептал на ухо своей спутнице, продолжая слишком откровенно прижимать ее к себе.

– Красавица, ты сводишь меня с ума, – весело сказал Макс, – ты просто потрясающая девушка.

– Спасибо, – немного засмущалась я, а потом добавила, – Максим, мне уже пора, завтра рано вставать, у нас с родителями запланировано семейное мероприятие.

– Алина, ты же совсем недавно пришла, – искренне удивился парень. – Но если тебе нужно, без проблем, я вызову такси.

– Не нужно, Макс, спасибо, Рита на машине, подбросит меня, – уверенно сказала я.

Конечно, никаких мероприятий на завтра запланировано не было, мне просто хотелось поскорее убраться отсюда. Рита никогда не жаловала такие заведения, поэтому только рада будет уехать вместе со мной. Хотя сегодня девушка отжигала по полной, сливаясь в каким-то брюнетом в танце.

– Лин, ты чего такая? Устала, что ли? – подруга подошла ко мне и потрогала мой лоб. Неужели я настолько неважно выглядела? – На тебя совсем не похоже.

– Ри, отвези меня домой, пожалуйста, – устало ответила я, – настроения что-то нет совсем.

– Хорошо, сейчас заведу машину.

Рита всегда видела, когда лучше ни о чем не расспрашивать. Мы дружили с ней довольно давно, и всегда могли прочитать такие моменты на лицах друг друга. Поэтому подруга молча вышла на улицу, а я подошла к Максиму.

– Макс, спасибо за приглашение и за вечер, – улыбнулась своей неотразимой улыбкой парню.

– Тебе спасибо, что пришла. Надеюсь, наше общение продолжится и за пределами этого клуба. Я тебе завтра позвоню, – парень наклонился и едва смог прикоснуться к моим губам, потому что я отшатнулась от него.

Он недоуменно выгнул брось, намереваясь сказать что-то еще, но я быстро развернулась, лишь кинув на прощанье пару фраз.

– Хорошо, буду ждать.

Выехав из клуба, мы сделали небольшой круг, Рите захотелось прокатиться по ночному городу, а я была совсем не против. Подруга угадывала мое настроение, за что я ей была очень благодарна. Наша с Ритой дружба была проверена временем. Подруги с детского сада. Мы ходили в одну группу в детском саду, а позже по счастливой случайности попали в один класс. Со временем стали не разлей вода. Мы с Риткой всегда помогали друг другу во всем. Например, в школе я давала ей списывать математику, а она помогала мне с химией. Хотя в итоге мы обе заканчивали каждую четверть на отлично. Кто и мог посоревноваться со мной за звание лучшей ученицы, так это моя Рита. Но самое важное, что никогда наше соперничество в учебе не портило наших взаимоотношений. Когда на горизонте появился Тимур, Рита всеми правдами и неправдами помогала мне с пакостями, которые я готовила для Тимура. За столько лет дружбы мы с ней научились понимать и чувствовать друг друга. Всегда знали, когда стоит промолчать, а когда необходимо высказаться. Рита была моей лучшей подругой, а Тимур лучшим другом. Но только разница в том, что Ритка подругой оставалась, а вот Тимур…

Рита нарушила молчание только когда подъехала к моему дому.

– Может, расскажешь, что случилось? – тихо спросила подруга. – После первой встречи с Максимом ты только и твердила о нем, какой он хорошенький, как я хочу с ним пообщаться или даже что-то по поводу серьезных отношений, если окажется умным и внимательным. Отсюда вопрос: что не так? Сейчас все как раз идет к тому, чего ты и хотела.

– Ой, Ритуль, – выдохнула и закрыла руками лицо, – не совсем я уверена, что сейчас хочу именно этого.

– Хм, – задумалась подруга, – ладно, поговорим завтра, или как будешь готова к разговору. Спокойной ночи, – Рита поцеловала меня в щеку.

– Спокойной, – ответила, а потом добавила, – ты самая лучшая.

Я вышла из машины и направилась к дому, еще не зная, что эта ночь спокойной не будет.

Глава 3.1

Около моего дома, переминаясь с ноги на ногу, стоял Тимур. Взбешенный, разъяренный. Я еще ни разу не видела своего друга в таком настроении.

– Лина, где, черт возьми, тебя носит? – почти срываясь на крик, прорычал парень.

– Тим, ты чего? – я удивленно смотрела на него, – мы с Риткой прокатились по ночной столице. Что случилось?

– А трубку брать ты не пробовала? – парень огромной глыбой навис надо мной, что я невольно поежилась.

Я залезла в сумочку и нашла свой телефон. Отключен звук. Пятнадцать пропущенных, и все от Тимура, значит, родителям он ни о чем не говорил. Хорошо, что не стал их волновать по такому поводу.

– Забыла звук включить после пар видимо, – пожала плечами, но вдруг так разозлилась, почему я вообще должна оправдываться, – знаешь, Тимур, а я беру пример с тебя. Ты не можешь найти для меня пары минут, чтоб сказать, что все в порядке, зато прекрасно проводишь время со своей…, – сделала паузу, подбирая слова, – со своими делами. Сегодня я дважды стала свидетелем твоего «занят, перезвоню», – скривила лицо в кривой улыбке.

– Так, Мелочь, давай без истерик. Работы у меня действительно много, еще учеба, тренировки, – раздраженно ответил парень, – завтра первый выходной за последний месяц, сегодня позволил себе расслабиться, так тут ты, еще и с какими-то глупыми претензиями.

– Истерик? Глупыми претензиями? – я задохнулась от возмущения.

– Слушай, мы друзья, – парень объяснял мне словно маленькому ребенку, который еще ничего не понимает в этой жизни, – но это не значит, что все свободное время я должен посвятить тебе. Тем более, ты и сама неплохо проводила сегодняшний вечер, – Тимур намеренно выделил последнюю фразу.

– Знаешь, да, Каланча, ты абсолютно прав, – я топнула ножкой, а в голос попыталась вложить максимум безразличия, – у тебя своя жизнь, у меня своя. Наивно было думать, что наша детская дружба будет вечной. Ладно, я спать, ты меня утомил. Аривидерчи или оревуар, как там правильно. Да, в общем, неважно, – махнула рукой.

Я развернулась и потопала к двери, ускоряя шаг. Я разозлилась. Впервые я так сильно разозлилась на него, что никак не могла справиться с эмоциями, поэтому закончила разговор и поспешила уйти. Я просто не узнавала Тимура. Это совсем не тот человек, которого я знала месяц назад.

– Спокойной ночи, Лина, – тихо сказал Тимур, но я смогла расслышать и последнюю фразу, – вряд ли наша дружба могла бы быть вечной. Она уже давно трещала по швам.

Заснуть удалось лишь к утру. Разные мысли так и лезли в голову. И про Тимура, и про дружбу, и не про дружбу, словом, в голове была сплошная каша.

На следующий день решила прогуляться по магазинам, чтоб хоть как-то выкинуть из головы все то, что меня так одолевало. Как известно, шоппинг – лучшее лекарство от депрессии. Накупила кучу шмоток, сделала маникюр, педикюр, даже решилась на то, что давно хотела сделать. У меня, как и у мамы, светлые густые волосы, еще в детстве она научила меня ухаживать за ними, и всегда твердила, что волосы – это наша гордость. Но мне очень хотелось сделать их на пару тонов светлее. Так вот сегодня я решилась, и никак не могла налюбоваться обновленным образом, волосы стали чуть короче и светлее. Когда выходила из салона красоты, зазвонил телефон. Максим.

– Привет, Макс!

– Привет, красавица! – Макс радостно поприветствовал меня, – уже освободилась?

– Да, – я удивилась, – откуда ты знаешь?

– Лин, ты же сама вчера говорила о каких–то делах с родителями.

– Да, точно. Я упоминала об этом, – я совсем забыла о том, что наплела ему вчера вечером.

– Какие планы на завтра? Завтра вечером мы с ребятами планируем погонять, хочешь с нами?

– С удовольствием, – сказала я.

– Я заеду за тобой в восемь. Скинь адрес сообщением. Гонки в девять, успеем еще выпить кофе, – обрадовался парень, – ну тогда до завтра.

– До встречи, – ответила я.

Остаток дня я провела дома. Готовилась к парам на следующую неделю, вечером посмотрела кино, поболтала с Ритой и легла спать. Но ночь была беспокойной, потому что в каждом сне я видела Тимура Покровского, который с жаром целовал мои губы.

На следующий день ровно в восемь часов вечера я вышла из дома. Сегодня по поводу своего образа я совсем не заморачивалась. На мне были синие джинсы, свитшот и кеды белого цвета. Образ дополнила светлой кожанкой. Максим уже ждал меня в своем спортивном авто синего цвета, очевидно, что сегодня он не просто зритель, а участник.

– Привет, – сказала я, усаживаясь на переднее сиденье.

– Привет, – широко улыбнулся Макс и поцеловал в щеку, – отлично выглядишь. Я взял нам кофе. Прокатимся? Времени до старта еще полно.

– Спасибо, – поблагодарила за кофе, – хочешь сам поучаствовать? Часто гоняешь?

– Случалось пару раз, но сегодня особенный заезд, высокие ставки, – ответил Максим

– Понятно, ну тогда заводи, погнали, – улыбнулась я.

Как только мы отъехали от дома, Максим взял меня за руку и по-хозяйски положил себе на колено. Всю дорогу мы разговаривали об университете, своих увлечениях и обо всем, что приходило в голову. Непринужденная беседа подошла к концу, как только мы подъехали к месту проведения гонок.

– Лин, мне нужно к организаторам, ты пока побудь здесь с ребятами, – сказал Максим, подъезжая к своей компании.

– Да, без проблем, – ответила, выходя из машины, и обратилась к компании из пяти человек. – Всем привет. Я Алина, – представилась двум девушкам.

– Саша, – сказала одна из них.

– Алиса.

Я кивнула девушкам и осмотрелась. Мне несколько раз уже доводилось побывать на гонках, но такого скопления людей я еще не видела. Просто яблоку негде упасть. Время уже подходило к девяти, когда сзади неожиданно подкрался Максим и приобнял меня за талию.

– Скучаешь? – выдохнул мне в шею.

– Пока нет, – с улыбкой сказала я и повернулась к нему, освобождаясь от плена его рук. – Когда стартуешь?

– В третьей четверке. Пока можем просто поболеть за остальных.

Мы подошли ближе к треку. Заезд состоял из пяти кругов. Автомобили уже на старте. Мой взгляд зацепился за знакомую белую хонду. Конечно, где же ему еще быть.

Тимур. Такой сосредоточенный, брови чуть сведены, на лице ни одной эмоции, взгляд устремлен четко вперед. Но перед тем, как объявили старт, Тимур повернулся в мою сторону, и едва заметная улыбка коснулась уголков его губ. Я улыбнулась в ответ и почувствовала, как сердце пропустило удар, а за ним и еще один. Тимур снова смотрел перед собой, а я словно наивная дурочка продолжала стоять и улыбаться. Участникам объявили старт, а я болела лишь за одного, ни на минуту не отводя от него глаз. Стола, как завороженная, и держала кулачки за Тима. Максим в это время что-то комментировал, будто говоря на другом языке, потому что я вообще не понимала и не слышала его.

Тим пришел первым. Первым порывом было подбежать к нему, обнять, сказать, что не сомневалась в нем, но как только я собралась сделать шаг, как увидела, что его облепило просто какое-то стадо длинноногих красоток, и я выпустила парня из вида. Я попыталась справиться с нахлынувшими эмоциями, но только взбесилась еще больше. И каждое слово Максима начало раздражать все сильнее и сильнее.

Глава 3.2

– Лина, иди к ребятам, мне надо готовиться к заезду, – сказал Максим.

– Я хочу остаться здесь, – настойчиво ответила я. Я просто ненавидела, когда мне указывали, что делать. Максу я об этом, разумеется, не сказала, а всего лишь добавила, – мне отсюда лучше видно. Подожду тебя здесь.

– Хорошо, как хочешь, – Максим развернулся и ушел.

Объявили старт второго заезда. Но он оказался не таким захватывающим, как первый. Очевидно ведь, почему. Никогда не могла подумать, что я стану так реагировать на Тимура. И сейчас я понимаю, что просто боялась своих чувств. Ревность ведь не рождается просто так.

Когда автомобили вышли на последний круг, послышались сирены полицейских автомобилей. Началась настоящая паника. Все присутствующие опасались быть задержанными, прыгали в ближайшие машины и срывались с места. Везде, в том числе и на треке, было не протолкнуться. А я просто стояла на месте и глазами пыталась найти машину Максима, как вдруг неподалеку от меня остановилась белая хонда.

– Мелочь, прыгай скорее, если не хочешь попасться, – ухмыльнулся Тим, открывая переднюю дверь машины.

– Похоже, я уже попалась, – пробормотала себе под нос так, чтоб он не услышал.

– Лина, ни черта не слышу, что ты там бормочешь, прыгай, говорю, – Тимур настойчиво хлопал рукой по пассажирскому сидению.

Спустя пару минут мы уже ехали по дороге, оставляя позади трек. Тимур свернул на другую дорогу, не на ту, откуда мы приехали с Максимом. Я поняла, что сейчас в сторону дома лучше не соваться, поэтому Тим выбрал противоположный маршрут.

Спустя еще какое-то время Тимур бесшумно выдохнул и немного сбавил скорость. Я устроилась так, что мне хорошо был виден профиль Тимура. Я украдкой посматривала на него. Почему раньше не замечала, насколько он мужественный? Идеальные мышцы просвечивались через футболку, отчего хотелось дотронуться до них, чтоб убедиться, насколько они твердые. Легкая щетина, которая так и манила прикоснуться щекой и потереться. И губы, которые хотелось поцеловать. В груди сердце так учащенно забилось, что я не знала, как его успокоить. Я никогда не волновалась в присутствии парня. И эти новые чувства пугали меня, потому что они касались человека, на которого я не смотрела как на мужчину.

– Ну что, Мелочь, испугалась? – веселым голосом сказал Тим. – Потрепали они нам нервишки. Закрытие сезона сорвалось. Да и пофиг, главное, удрать успели, да?

– Угу, – промычала я и повернула голову в сторону окна.

– Лин, ну ты чего? Действительно, так испугалась? – уже серьезно сказал Тим. – Все уже закончилось, ты в безопасности.

– Да, все отлично, – выдавила из себя улыбку.

– А поехали в наше местечко? – предложил Тимур.

– Поехали, – обрадовалась я. Я готова была на все, лишь бы провести с ним еще немного времени. Я скучала по нему. Очень.

– Как раньше по лимонаду и сникерсу? – подмигнул парень.

– Да, давай, – я искренне улыбнулась.

«Наше» место мы с Тимом нашли лет в тринадцать, когда катались на велосипедах. Оно находилось в километрах десяти от наших домов. Мы свернули на проселочную дорогу и добрались до небольшого хвойного лесочка на склоне, с которого открывался прекрасный вид на небольшой пруд. Мы часто приезжали сюда, брали немного еды и устраивали пикник, а в самую жару нас спасало только мороженое и лимонад. Хотя мороженое чаще всего мы довозили уже растаявшее.

Тимур вышел из магазина с большим пакетом провизии, будто мы собрались на неделю, не меньше. Загрузил багаж в автомобиль и выехал с парковки.

– Тим, ты серьезно? – удивленно спросила я. – Ты скупил весь магазин? Речь шла о лимонаде и мороженом.

– Я проголодался, ты нет? – он растянул губы в улыбке.

– Я бы тоже перекусила, – сказала честно, почувствовав, как заурчал мой желудок.

Добрались быстро и без происшествий. Я вышла из машины, вдыхая свежий холодный воздух, который хоть ненадолго, но отрезвлял мои мысли. Пока Тимур пытался соорудить импровизационный стол, я любовалась звездным небом.

– Алина, пойдем, все готово, – позвал Тимур.

Я забралась в машину, было не очень удобно, но на улице было уже прохладно, поэтому ужинали в машине. Зато было очень вкусно, и я невольно вспомнила, что ела последний раз только в обед. Тимур накупил всякой всячины, которую мы поглощали с удовольствием.

– Тим, спасибо, – поблагодарила я друга, – мне кажется, так много я еще никогда не ела.

– Пожалуйста, – пожал плечами Тим, – давай, Мелочь, на выход, подышим воздухом и домой спать, у меня завтра с утра дел по горло. Да и тебе на пары.

– Да, пойдем, – я была тоже не прочь подышать, тем более, что уже успела согреться.

На улице было по-осеннему свежо, воздух уже успел остыть, но было так хорошо, что не хотелось портить момент, говоря, что я замерзла. Мне так хотелось продлить это мгновение, что я стояла и наслаждалась видом ясного звездного неба. Мы молчали, каждый думал о чем-то своем. Тимур стоял, сунув руки в карманы джинсов, и смотрел на меня, я ощущала это боковым зрением. Я думала о Тиме, думала о своих чувствах, которые стали просто открытием для меня. Как бы хотелось залезть к нему в голову и понять его. Тогда после поцелуя, мне показалось, что он действительно хотел чего-то большего, чем просто дружба. И ведь я сама сказала, что он нужен мне только как друг. Но у него есть Соня, которой, кстати, на гонках я не наблюдала.

– Хорошо здесь, – промолвила я, обняв себя руками.

– Мелочь, ты что, замерзла? Пойдем в машину.

– Нет, Тим, хочу еще немного полюбоваться небом.

Тимур развернулся и ушел в сторону машины. Через минуту он вернулся с курткой и накинул мне на плечи. От его прикосновения меня пробила мелкая дрожь.

– Лин, может, в машину? – сказал Тим. – Дрожишь вся, даже куртка не спасет от холода.

– Ты весь гардероб возишь в своем спорткаре? – ухмыльнулась я.

– Нет, не весь, – весело ответил Тимур.

Я закуталась посильнее в его куртку и уткнулась носом в воротник, вдыхая запах дорогого парфюма. Тимур всегда пользовался один и тем же одеколоном с шестнадцати лет, и никогда не изменял своему вкусу. Я потерлась носом об его куртку, закрыв глаза. Господи, да я просто схожу с ума. От Тима не укрылся мой жест, поэтому нарушил молчание первым.

– Лин, что-то случилось? – напряженно спросил он. – Я тебя не узнаю. Мы не общались целый месяц, конечно, во многом, это и моя вина, но у меня действительно было до хрена работы. Из мастерской просто не вылазил, а еще учеба. Мне пропускать сейчас никак, через пару месяцев экзамены, а потом Париж. Короче говоря, приходится пыхтеть. Так все же, что случилось?

Я повернулась и посмотрела ему в глаза. И просто утонула в этих омутах. Сердце начало биться сильнее и сильнее, готовое выпрыгнуть из груди.

– Тим, я так скучала, – только и смогла вымолвить я и потянулась к его губам.

Я слегка коснулась его губ, и по телу пробежал разряд из тысячи мурашек. Закрыла глаза, продолжая целовать его губы, прикоснувшись рукой к его щеке. Но когда поняла, что Тим даже не шелохнулся, я прекратила поцелуй.

– Прости, Тим… Не знаю… Не понимаю, что на меня нашло… Я… эм, – пыталась подобрать слова, – не хотела. Точнее, мм… Блин. Тим, короче, – попыталась взять себя в руки, – извини, больше такого не повториться. Поехали домой, уже поздно, – я развернулась и побежала к машине.

Глава 3.3

Я уселась в машину, пытаясь хоть как-то унять разбушевавшееся сердце. Ну почему я такая дура? Тимур ничего не сказал, просто завел машину, и мы практически полетели по трассе. Даже в темноте я смогла увидеть, как сильно Тимур сжал руль до побелевших костяшек и как играли желваки на его скулах. Я вжалась в сиденье, тихонько молясь про себя, чтоб мы поскорее приехали. Тимур отменный водитель, но сейчас было страшно. Он взбешен, и причина тому я.

Через пару километров я почувствовала, что автомобиль постепенно снизил скорость, а затем и вовсе остановился. Тимур расстегнул ремень безопасности и повернулся ко мне, смотря пронизывающим насквозь взглядом. Его глаза потемнели, а руки сжались в кулаки. Я знала этот жест.

– Ничего не хочешь сказать? – раздраженно спросил он, приподнимая одной рукой мой подбородок.

– Я тебе уже все сказала, – вздохнула я и на автомате убрала его руку, – и извинилась. Я не знаю, что на меня нашло. Мы с тобой друзья, я помню.

– Линааааа, – Тимур обрушил свои руки на руль и закрыл глаза, – да что же ты творишь, а? Пару дней назад ты целуешься с одним, сегодня я снова вижу тебя в его компании. Отсюда вопрос: так какого черта говоришь, что скучала и целуешь меня? А сейчас заявляешь, что мы друзья. Я в этой бессмысленной цепочке не могу уловить взаимосвязь.

– Тимур, блин, – я вскинула руки, понимая, что все струны терпения уж слишком натянулись, – я не знаю, просто отвези меня домой.

– Нет, пока ты мне не скажешь, что в твоей такой умной, но такой дурной башке творится, мы с этого места не сдвинемся, – громко прорычал Тимур.

– Я не знаю, Покровский, – кричала в ответ, – ясно тебе? Я ни черта не понимаю, что творится в моей голове. Бардак. Я думаю о тебе постоянно. И мысли мои с дружбой совсем никак не связаны. И Соня эта твоя еще. Бесит меня. Откуда она взялась? Ходишь с ней за ручку, а на мои звонки даже просто ответить не можешь, сказать, что все нормально. Скучаю я по тебе, Каланча, понятно? Не хватает мне тебя как дождя в пустыне, блин.

Мы смотрели в глаза друг другу, тяжело дыша. Тимур осторожно убрал выбившуюся прядь волос за ухо и приблизил свое лицо к моему. Мое сердце билось как сумасшедшее, будто готовилось выскочить наружу. Теперь уже я не могла совладать со своими чувствами, я понимала, что хочу быть с ним, хочу принадлежать ему, потому что в моем глупом сердце для других места уже нет.

– Тебе очень идет, – прошептал Тим, намекая на новый оттенок моих волос. Я не сводила с парня глаз, ощущая, как что-то горячее разливалось под кожей, то и дело, бросая меня в жар.

А потом произошло что-то невообразимое, Тимур притянул меня к себе, осторожно держа за подбородок, и настойчиво поцеловал, умело орудуя языком у меня во рту. Я расстегнула ремень безопасности и крепко прижалась к Тиму, обхватив руками шею. Отвечая на поцелуй, я просто сходила с ума от ощущений. Рой бабочек в животе порхал, не унимаясь. Тим целовал так, будто в моих губах был последний глоток кислорода во всем мире, и он никак не мог его лишиться. А я просто таяла как мороженое в его горячих объятиях, до сих пор не веря, что это он. Мой Тим.

Лишь спустя несколько минут мы смогли оторваться друг от друга. Тим прижался лбом к моему лбу, а я продолжала наслаждаться моментом.

– Какая же ты у меня глупенькая, – нежно прошептал он, поглаживая по волосам.

– Тим…

– Не говори ничего, моя маленькая, снова испортишь, – ухмыльнулся Тимур.

– Тим, я не могу представить, что ты уедешь через несколько месяцев, – грустно улыбнулась я.

– Ничего, Лина, что-нибудь придумаем. Я наконец-то услышал то, о чем даже не мог мечтать, поэтому не отпущу тебя. Ты моя.

– Я тебе нравилась? – тихо спросила я. – Ну… в смысле… эм… не как друг… как девушка?

– Да, Мелкая, – Тимур с трепетом гладил меня по волосам. – И очень-очень давно. Я не знал, как сказать, чтоб все не испортить.

– Ты тоже…, – я не могла подобрать слова. Признание давалось мне с трудом.

– Что тоже? – парень улыбнулся уголками губ.

– Тимур, ну ты же все понял, – пролепетала я, продолжая тереться носом об его щеку.

– Не понял, – не унимался парень. – Я хочу это услышать, Алина.

– Нравишься, Тим, – сказала я. – Ты мне очень нравишься, доволен? – я усмехнулась.

– Вполне, – весело ответил Тимур. – Я рад, что мы наконец-то смогли все прояснить.

– Тим, – резко отстранилась от него, поменявшись в лице. – А как же твоя Соня? – я неожиданно вспомнила об этой девице.

– Лин, ты действительно думаешь, что если б я всерьез увлекся Соней, то сейчас возился бы с тобой, пытаясь хоть что-то прояснить между нами? – Тимур выгнул бровь, – а тебе пора перестать быть такой слепой. Ты для меня всегда была больше, чем просто подруга.

Я поспешно выдохнула и прижалась губами к его губам. Тимур запустил одну руку в мои волосы, другой крепко прижимая к себе. Я подалась вперед, впиваясь пальцами в его плечи, будто он мог исчезнуть. Мои руки сами собой опустились ниже к груди, а затем еще ниже. Я подняла его футболку и запустила под нее руки, изучая рельефное тело. Тимур вздрогнул, когда мои руки опустились к ремню его джинсов, и разорвал поцелуй.

– Полегче, Мелочь, я ведь не железный, – прошептал он, а затем осторожно прикоснулся губами к моей шее.

– Тим…, – выдохнула я. – Мне так хорошо, ты себе не представляешь. Руки живут своей жизнью, – усмехнулась я, – не могут к тебе не прикасаться.

– Лина, я так долго этого ждал, – шептал мне на ухо, не переставая целовать меня, – ты необыкновенная девушка.

– Тимур, спасибо.

И я снова прижалась к нему, от чего почувствовала, как в грудной клетке разгорается пожар от новых чувств и ощущений. Мы просто молча прикасались, целовали друг друга, с трепетом изучая каждый сантиметр. Никуда не хотелось ехать. Такие моменты единения друг с другом с нами впервые, и я готова была просидеть с ним вот так хоть всю ночь напролет. Я

Наконец, оторвавшись от меня, Тим завел машину. Я чувствовала себя окрыленной, появилось ощущение легкости. Наконец-то все прояснилось, и я была безмерно счастлива обрести в Тимуре не только друга. Он поднес мою руку к своим губам и не отпускал на протяжении всей дороги до самого дома. От такой нежности мое сердце затрепетало, я лишь глупо улыбалась, понимая, что в этот момент я просто порхаю от свалившихся на нас чувств, ну а дальше будь, что будет.

Глава 4.1

Время летело с бешеной скоростью. Прошло уже больше месяца с момента нашего откровения и воссоединения с Тимом. Мы старались проводить каждую свободную секунду вместе. Но времени всегда было ничтожно мало. У меня большую часть времени занимала учеба, Тимур тоже был занят учебой и работой, поэтому приходилось довольствоваться малым. Хотя пару раз за это время удалось выбраться в кино. Мы наслаждались каждым мгновением, проведенным вместе, никак не могли оторваться друг от друга, и с каждым днем поцелуи становились все настойчивее, а руки постоянно блуждали по очень откровенным местам. Я хотела большего, я хотела подарить Тиму всю себя и полностью принадлежать ему, я чувствовала, что готова к этому.

В конце ноября на неделю по рабочим делам вернулся отец Тимура Андрей Владимирович. Семья Покровских пригласила нас на ужин. Перед этим мы с Тимом не виделись пару дней, и нам очень хотелось побыть наедине, поэтому быстро поужинав, мы в скором времени откланялись. Родители отнеслись с пониманием.

– Дело молодое, – сказала Марина Дмитриевна, – конечно, дети, езжайте.

– Только с головой, и безо всяких там ваших гонок, – добавила моя мама.

– Екатерина Анатольевна, можете не волноваться, – улыбнулся Тимур, – я за безопасность Алины головой отвечаю.

– Катерина, она в надежных руках, – серьезно сказал Андрей Владимирович, – парень мой ответственный. Не раз доказывал на деле.

Отец Тимура очень им гордился. Это читалось по взгляду, и по тому, как он говорил о сыне. Неудивительно, ведь не каждый студент может похвастаться работой, да еще и любимой, которая делает его полностью независимым от родителей. Как только дела в автомастерской пошли в гору, Тимур наотрез отказался от финансовой помощи своих родителей, чем вызвал восхищение не только мамы, но и отца, на которого он всегда равнялся.

– Да, Андрей, я знаю, у вас потрясающие дети. И Тимур, и Кристиночка, – с теплотой в голосе сказала моя мама, – просто как мама я немного волнуюсь. Первая любовь она такая. Что называется, башню сносит.

Мой отец за все время не вставил ни слова, такой уж он у нас, молчаливый, говорит только по делу. Очень много работает, да и появляется дома уже ближе к ночи. У нашей семьи довольно купное риэлтерское агентство, в котором трудятся и мама, и папа. Но мама занимается финансовыми потоками, а отец полностью курирует деятельность агентства. Иногда выезжает на показы, консультирует ВИП-клиентов, но в основном занимается руководством и обучением сотрудников. Из-за большого объема работы мы с мамой его практически не видим.

– Ладно, мы поехали, всем до свидания – сказал Тим, пытаясь поскорее увести нас от лишних разговоров.

– Спасибо за ужин, все было очень вкусно, – с улыбкой ответила я. После маминой фразы о первой любви щеки пылали румянцем, да и легкое смущение еще не отпускало.

Я вышла на улицу вслед за Тимуром и остановилась, залюбовавшись представшей передо мной картиной. Падал первый снег, а наш небольшой коттеджный поселок словно превратился в сказочный городок. Я с детства любила первый снег, особенно когда он падал огромными хлопьями. Сегодня было именно так.

– Тим, посмотри, как красиво, – с восхищением в голосе произнесла я, глядя в небо, – самая любимая пора. Конечно, каждое время года по-своему прекрасно, но первый снег в ноябре еще и такими хлопьями не сравнится ни с чем.

– Алина, – Тим подошел ближе, заглядывая в мои глаза, – я не могу с тобой согласиться.

– Почему? – искренне удивилась я.

– Возможно, потому что, Мелочь, – он намеренно выдержал паузу, стряхивая с моих волос снег, после чего продолжил, – это ты не сравнишься ни с кем и ни с чем. И сейчас я вижу перед собой самое прекрасное творение природы. Это ты.

Никогда ничего более романтичного я не слышала даже от Тимура, хотя он с таким трепетом относился ко мне. Я чувствовала его безграничную любовь ко мне, несмотря на то, что он еще ни разу не признавался мне в этом. Просто и во мне уже давно поселилось это чувство к нему, о котором я тоже умалчивала. Мое сердце набирало бешеный ритм, как только Тимур прикасался ко мне. Порой казалось, что я просто схожу с ума от постоянного желания быть рядом с ним, целовать, рассказывать о том, как прошел мой день, сколько «отлично» я получила на парах, делиться с ним всем, что происходило в моей жизни. Ведь моя жизнь с одиннадцати лет неразрывно была связана с ним. И я ощущала себя несказанно счастливой.

Я поцеловала Тимура со всей страстью, со всем желанием, которое разрывало меня изнутри. Обнимала за плечи, запускала пальцы ему в волосы, прижималась все сильнее.

– Лина, – выдохнул мне в губы. – Ты постоянно сводишь меня с ума. Прости, но я не железный.

– Тим, мне нужно переодеться, я не поеду в платье и на каблуках, зайдем к нам, хорошо? – я постаралась вложить в свой голос максимум сдержанности.

– Хорошо, пойдем.

Мы зашли в дом. Я знала, что родителей не будет еще долго, потому что когда Титовы встречались с Покровскими, простой беседой это никогда не могло обойтись. Родители почти всегда либо играли в монополию, либо пели в караоке, либо придумывали какие-то другие развлечения, которые затягивались до поздней ночи.

Мы поднялись наверх в мою спальню, я включила приглушенный свет и вошла в гардеробную. Я была уверена в своем решении, ведь я действительно любила Тимура. Раньше я не совсем понимала, как можно полностью раствориться в человеке и не думать вообще ни о чем и ни о ком кроме него, когда он рядом. Я даже представить не могла, что можно испытывать такие чувства, от которых захватывает дух. Я не знала, что такое любовь до него.

– Тим, позвала я негромко, – помоги, пожалуйста, не могу замок расстегнуть.

Тим вошел в гардеробную, я стояла спиной и ждала. Ждала его прикосновений, ждала его поцелуев, ждала момента, когда он сделает меня полностью своей. Я убрала волосы, открыв вид на обнаженную шею. Тим медленно подошел и дотронулся до спины, по моему телу будто пробежал ток. Когда парень расстегнул молнию, я услышала его сбивчивое дыхание совсем рядом с моей открытой шеей. Тимур осторожно провел пальцами по моей обнаженной спине.

– Линаааа, – протянул он. – У меня от тебя просто сносит крышу. Ты очень красивая.

Я развернулась и накрыла его губы своими. Низ живота затягивало в тугой узел, а потушить вспыхнувшее пламя уже не представлялось возможным. Я отстранилась от него, ни на секунду не отводя своих глаз, в которых полыхал огонь и страсть.

– Тим…, – я медленно начала стягивать с себя лямки от платья.

– Мелкая…, – прохрипел Тимур.

– Я хочу тебя, Тим, – мой голос дрогнул, а платье упало к ногам, представляя Тиму возможность рассмотреть меня практически полностью обнаженной. Платье не предполагало наличие бюстгальтера, поэтому перед Тимуром я предстала в одних кружевных трусиках.

Глава 4.2

– Лина, не видел никого красивее тебя, – прошептал Тим, пожирая меня глазами.

Тимур накинулся на меня голодным поцелуем, забирая весь воздух. Он целовал меня как обезумевший, а я отвечала с таким же жаром на его обжигающие ласки. Но мне было мало. Я хотела еще и еще. Тимур поцеловал меня в шею, затем спустился ниже, обхватил губами сначала один сосок, затем другой. Я выгнулась ему навстречу, утопая в новых ощущениях. Парень осторожно поднял меня на руки и понес в сторону кровати.

– Лина, ты уверена? – серьезно спросил он. Я чувствовала, что Тимур все еще сомневался. – Еще один твой поцелуй, и я не смогу остановиться.

– Я уверена, – на ухо прошептала ему, – пожалуйста, я этого хочу.

Тимур осторожно положил меня на кровать, в его взгляде читалось восхищение. Огонек в глазах разгорался сильнее, когда взгляд скользил от моей груди к ногам. Парень потянулся к пуговицам своей рубашки.

– Тим, можно я? – несмело спросила, преодолевая смущение. – Мне хочется самой.

– Конечно, маленькая моя, – с теплотой в глазах ответил Тим.

Пальцы не слушались, но спустя пару мгновений я смогла справиться с рубашкой. Джинсы он снял сам, следом полетели боксеры. Я невольно засмотрелась на его сильное тело. Тимур был идеальным, словно сошедший с обложки глянцевого журнала. Конечно, я сильно смущалась, и если бы освещения в комнате было больше, то Тим смог бы увидеть, что мои щеки стали пунцовыми. Но смущение граничило с возбуждением, и я терялась в этом удивительном сочетании.

Парень навис надо мной, провел кончиком языка по моим губам, отчего я вспыхнула еще сильнее. Еле уловимый жест оказался таким интимным. Поцелуй становился настойчивее, заставляя мои губы раскрыться и впустить язык. Теперь я просто не могла остановиться, целовала его как обезумевшая хищница, царапала спину, цепляясь за нее как за спасательный круг, утопая в каждом новом ощущении. Тимур продолжал нежно ласкать меня руками, опуская их все ниже и ниже. Парень нетерпеливо направил пальцы к моим трусикам, осторожно снимая. А когда дотронулся между ног, меня накрыло очередной волной возбуждения. Я почти задохнулась от эмоций, которых не испытывала раньше.

– Я так хочу тебя, Алина, – прошептал Тимур, – но боюсь причинить тебе боль, какая же ты красивая и нежная, а от твоего запаха просто башню сносит.

– Тим, я хочу быть твоей, – я выдохнула ему в губы, касаясь своими пальцами косых мышц живота. – Я слышала, что в первый раз это больно, я потерплю, Тимур. Сделай меня своей.

– Лина, ты срываешь все предохранители, больше не могу держаться, – громко вздохнул парень, – я постараюсь очень аккуратно.

Я вскрикнула, когда острая боль пронзила меня насквозь. Я чувствовала, как сильно Тимур сдерживается, но ничего не могла с собой поделать. После того, как вспышка боли отступила, мне так хотелось, чтоб хотя бы ему в наш первый раз было хорошо.

– Маленькая, как ты? Мне прекратить? – с тревогой в глазах спросил Тимур.

– Нет-нет, Тим, терпимо, дай мне несколько секунд привыкнуть, – боли уже не было, осталось только немного саднящее ощущение.

– Хорошо, моя девочка, – сказал Тим, поглаживая мои волосы.

Тимур был нежен, он целовал меня, не переставая, ласкал руками и губами. Острое наслаждение граничило со сладкой болью. Мы стали единым целым. Нежные поцелуи сменялись жаркими, а руки блуждали по всему телу. Мы узнавали и принимали самих себя друг для друга, растворяясь в новых незабываемых ощущениях.

– Маленькая моя, тебе надо в душ, – чуть коснулся губами моего плеча Тим, – пойдем, – не спрашивая, взял меня на руки и понес в ванную комнату.

Освещение в ванной было ярче, поэтому все следы нашей близости были отчетливо видны. Я обхватила себя руками, пытаясь хоть немного прикрыться. Смущение заливало краской мое лицо, и я ничего не могла с этим поделать. Хотя пару минут назад я бесстыдно извивалась, находясь во власти моего первого мужчины.

– Лина, я хочу видеть тебя, ты прекрасна, не закрывайся от меня, – сказал Тимур, убирая мои руки, и добавил, – никогда.

Тимур взял губку, намылил и осторожно прикоснулся к моей коже, будто она фарфоровая, и могла треснуть. Я же разглядывала его с интересом, изучая глазами каждый участок кожи, каждую родинку, шрам. Когда мой взгляд опустился ниже, я покраснела, Тимур успел увидеть мое смущение и мягко улыбнулся.

– Ну что, Мелочь, нравится то, что увидела? – произнес Тимур, смущая меня еще сильнее.

– Нравится, – несмотря на раскрасневшееся лицо, я вздернула подбородок.

– Ты тоже мне нравишься, Алина, – сказал улыбаясь.

Тимур убрал губку и выключил воду. Накинув на меня полотенце, сам еще мокрый стоял и смотрел прямо в мои глаза, заглядывая буквально в самую глубину души. В его взгляде читался широкий спектр эмоций от желания до восхищения. Спустя мгновение Тимур неожиданно стал серьезным. И только через пару секунд я поняла, почему.

– Ты не просто мне нравишься, маленькая, – тихо сказал Тимур, – я люблю тебя.

Я громко вздохнула. Конечно, я ждала эти три заветных слова, думаю, каждая девушка их ждет от любимого человека, но я будто не ожидала услышать их именно в этот момент. Я погрузилась в свои мысли о первой близости с ним, немного переживая, что ему совсем не понравилось. А когда он сказал, что любит меня, я настолько растерялась, что даже не нашлась, что сказать. Но Тим расценил мою реакцию по-своему. Неужели ему совсем не видно, что творилось со мной, когда мы рядом. Только слепой может не заметить.

– Тим…, – начала, было, я.

– Лина, не говори ничего, если не уверена, – резко перебил меня Тимур, – я не хочу слышать ответ, если он не такой же, как мой. Я добьюсь того же чувства от тебя, не сомневайся, – сказал Тимур, продолжая вытирать меня полотенцем.

Тимур взял полотенце и вышел в комнату. Оставшись одна, я взглянула на себя в зеркало и ахнула. На меня смотрела другая девушка. Волосы растрепались, губы припухли, а во взгляде что-то неуловимо изменилось. Губы тронула легкая улыбка, и я осторожно прикоснулась к ним пальцами. Закусив губу, я развернулась и вышла из ванной комнаты. Тимур уже успел одеться и сидел на краю кровати, явно чем-то обеспокоенный.

– Тим, что-то случилось? Тебе, наверное, не понравилось, – сказала я, натягивая футболку, – я неопытная, ты не смог получить удовольствие, в это все дело, да? Тим, ну в следующий раз ведь будет уже не так больно, ты научишь меня тому, как тебе нравится.

– Алина, – в голосе Тима послышалось нежные нотки, – иди сюда, – я уселась к нему на колени, – теперь слушай. Это я сейчас должен успокаивать и говорить тебе, что в следующие разы будет совсем иначе. Это я сделал тебе больно сегодня, потому что по-другому просто бы не получилось, как бы я этого не хотел. Я без ума от тебя. И, если тебя, так сильно это волнует, то я испытал удовольствие такое, как ни с кем и никогда, поняла? Ты лучшее, что есть в моей жизни, Лина.

– Тим, ты сказал, чтоб я не говорила, если не уверена, но я уверена, – прошептала я, выдыхая прямо в губы, – ты самый лучший. Я люблю тебя.

Он подхватил меня на руки и закружил по комнате. Я громко смеялась, чувствуя за спиной у себя крылья, которые подарил мне Тимур.

– Лина, можно ли быть настолько счастливым? – радостно спросил Тим и повалил на кровать, жадно забирая мои поцелуи.

В этот вечер мы никуда не поехали. Мы просто включили первый попавшийся фильм, который даже не смотрели, наслаждаясь друг другом. Много целовались, разговаривали, а потом не заметили, как уснули.

Когда утром мама постучала ко мне в комнату, краска смущения залила мое прелестное сонное личико. Тимур еще спал, и я выскользнула из комнаты. От мамы скрыть ничего не удалось.

– Доброе утро, дочка! Все нормально, мне нравится Тимур, он серьезно к тебе относится, и так было всегда, – с теплотой в голосе сказала мама. – Я приготовила на завтрак блинчики, как Тимур проснется, спускайтесь завтракать. Кстати, Марину я предупредила, что Тим у нас.

– Мама, что же я сделала в прошлой жизни такого хорошего, что мне досталась самая лучшая мама на свете? – широко улыбаясь, я обняла маму, и добавила, – спасибо, мамочка, тебе за все. Я тебя так люблю. Мам, я влюбилась, так сильно, аж до дрожи в коленях, с ума просто схожу.

– Я знаю, милая, и это взаимно, поверь мне, – подмигнула мама и направилась вниз.

Когда я вернулась, Тимур уже принял душ и оделся. Я упала к нему в объятья.

– Доброе утро, Тим, – поцеловала в щеку, – как спалось?

– Доброе, маленькая! Так неудобно перед твоими. Как им в глаза смотреть?

– Все нормально, с мамой мы уже поговорили, она нас зовет завтракать. Напекла блинчиков, – радостно воскликнула я.

– Отличное утро! Я очень голоден, – весело подмигнул мне Тимур, повалив меня на кровать, – любимая женщина и завтрак, что может быть лучше?

Я рассмеялась, было так хорошо, так правильно, так как и должно быть. Я ощущала себя такой живой, такой счастливой. Все, чего я хотела, у меня уже было. Состояние абсолютного счастья. Знала бы я тогда, что счастье не бывает вечным. И что однажды один паршивый случай навсегда изменит мою жизнь.

Глава 5.1

Время шло, и у нас оставалось все меньше времени до его отъезда. Я стала более раздражительной, иногда необоснованно срывалась на Тимура, но его горячие поцелуи и нежные слова любви спасали ситуацию. Мы практически не затрагивали тему переезда, и я понимала, что с каждым днем во мне появлялось все больше неопределенности, что же будет с нами дальше.

Тимур сдавал все экзамены досрочно, для того чтобы после Нового года мы могли больше времени провести вместе. Свою сессию я тоже старалась закрыть побыстрее, оставался еще один экзамен, все остальное уже было сдано. Семья Тимура собиралась уехать за пару дней до Нового года, Тимур же планировал остаться еще на пару недель, чтоб все каникулы посвятить только мне.

По случаю Нового года Тимур решил устроить у себя вечеринку, таким образом, убить двух зайцев: отметить Новый год и попрощаться с друзьями.

Все гости были приглашены к одиннадцати, мы с Ритой и близкий друг Тимура Артём приехали раньше, чтобы помочь с приготовлениями к празднику.

К назначенному времени собралась толпа народу. У Тимура всегда было много друзей и знакомых, поэтому сегодня собралось человек тридцать. Но мой взгляд зацепился за брюнетку в роскошной белой шубе, которая только что вошла в дом. Соня. Я не ожидала ее здесь увидеть. Не думала, что она в числе приглашенных. Артём помог ей снять шубу и проводил к гостям. Я внутренне напряглась, когда девушка вошла в гостиную в ультракоротком платье изумрудного цвета, которое едва скрывало ее прелести. Конечно, я понимала, что она в прошлом, и это был всего лишь ничего не значащий мимолетный роман, но все равно на душе было неспокойно. Девушка медленно подошла к нам, делая вид, будто меня здесь и нет.

– Привет, Тимур! – промурлыкала Соня, слегка дотрагиваясь до плеча Тимура, – с наступающим.

– Привет, Соня! Спасибо, и тебя, – ответил Тим.

– Подарок отдам чуть позже, – подмигнула она Тимуру и направилась к компании парней и девушек.

Тимур почувствовал мое напряжение, притянул к себе поближе и заглянул в мои глаза, которые выдавали меня с потрохами.

– Лин, Соня просто друг, у нас с ней все в прошлом, – тихо сказал он.

– Я в курсе. Она меня просто раздражает своим высокомерным видом, только и всего, – как можно более непринужденно ответила я.

– Вот и хорошо. Пойдем к ребятам, скоро будут бить куранты.

Вот и куранты пробили двенадцать, отгремел ослепительный фейерверк, ребята веселились. Кто-то танцевал, кто-то играл в приставку, парочки уединялись, в общем, народ отрывался, как мог. Я потащила Тима в комнату от лишних глаз, для того чтобы вручить приготовленный ему подарок.

– Тим, с Новым Годом! Я приготовила для тебя небольшой подарок, – сказала, вынимая из сумки небольшую коробочку, – он не совсем новогодний, скорее, для второго повода.

Тимур открыл коробку и усмехнулся.

– Ты серьезно, Мелочь? – удивленно подняв брови, поинтересовался парень.

– Тимур, блин, если не понравилось, ты мог хотя бы так не реагировать, – обиделась я.

– Лин, как раз наоборот, подарок очень понравился, просто я удивлен. Вот поэтому, – Тим подошел к столу и вынул из ящика стола продолговатый футляр. – С Новым Годом! Открой.

У меня пропал дар речи, когда я увидела свой подарок. Это была удивительного плетения золотая цепочка с подвеской в виде монетки. На обратной стороне монеты было выгравировано «Мелочь для моей Мелочи. С любовью». Тимур притянул меня к себе, и мы несколько минут стояли молча, обнявшись. Меня просто разрывало от любви к нему, и я так боялась предстоящей разлуки.

– Удивительно, правда? Мы даже думаем одинаково, – я поцеловала Тимура в щеку, – Посмотри с обратной стороны.

Я хотела подарить Тиму что-то символичное, что будет напоминать ему обо мне, когда мы будем находиться друг от друга в нескольких тысячах километров. Мне пришла в голову идея сделать на заказ золотую монетку, а на обратной стороне выгравировать несколько слов.

– «Мелочь от твоей Мелочи. С любовью», – Тимур улыбнулся, обнажая все свои тридцать два. – Это лучший подарок. Лина, а это…?

– Это письмо, Тим. От меня, – смущенно произнесла я. – Пообещай, что ты откроешь его только после того, как сядешь в самолет, а пока на две недели просто о нем забудешь.

– Я умру от любопытства за две недели, – обреченно вздохнул парень,– но если ты просишь, так уж и быть.

– Я люблю тебя, Тим.

– И я тебя, – Тимур прижал меня к себе и уткнулся в мои волосы, вдыхая мой сладковатый аромат. Я уткнулась ему в шею, прикрыв глаза и мечтая, чтоб это мгновение не заканчивалось никогда. Мысли витали где-то далеко от реальности, и я просто наслаждалась моментом. Телефонный звонок вырвал меня из раздумий.

– Дочка…, – взволнованно начала мама, – ты.. ты можешь.., – она всхлипнула, – ты можешь прийти домой… Лина, пожалуйста.

– Мам, что случилось? – мама молчала, а всхлипы становились все громче. – Мам, не молчи.

– Ох, дочка, папа… папе стало плохо, он упал и долго не приходил в себя, скорая уже едет.

– Господи, мама, я бегу, – я положила трубку.

– Лина, что произошло? – встревоженно спросил Тимур.

– Тимур, прости, мне надо идти. Сейчас приедет скорая, с папой плохо, мы с мамой поедем в больницу, – в голове творился какой-то сумбур, – отец никогда ни на что не жаловался.

– Пойдем, провожу. Лина, поехали вместе? – предложил парень.

– Нет, Тим, оставайся с гостями, ты же все-таки хозяин дома, – сказала я, спускаясь по лестнице.

– Если я смогу чем–то помочь, позвони, ладно? – Тимур шел следом.

– Хорошо, – я быстро чмокнула его на прощание и побежала домой.

В больнице у папы взяли ряд анализов, поставили пару капельниц, а к утру мама настояла, чтоб я съездила домой, собрала необходимые вещи для отца и немного отдохнула. Спорить не стала, хоть и видела, как мама вымоталась за эту ночь от переживаний. Решила, что вернусь к обеду и сменю ее.

Когда я подъехала к дому, на часах было уже пять утра. Я вспомнила, что Тимуру даже не позвонила, проверила свой телефон, но и он не звонил, что на него совсем не похоже. Наверное, уснул. Хотела, было, уже зайти к себе домой, но увидела свет в комнате Тима, позвонила, но телефон был отключен. Я развернулась и пошла в сторону его дома. Дверь мне открыл какой-то незнакомый парень, которого я не видела в эту ночь, наверное, приехал позже. В доме тихо играла музыка, а из комнат отчетливо слышался храп, несколько человек еще не спали, разговаривая в гостиной.

Я поднялась на второй этаж и направилась в комнату Тимура. Дверь была приоткрыта, я вошла и застыла на месте. Моему взору представилась ужасная картина, даже в самом страшном сне я не смогла бы этого представить. Острая боль пронзила сердце, когда я увидела полуголую Соню, лежащую в одних трусиках рядом с полностью обнаженным Тимуром Покровским. Я судорожно начала тереть глаза, а затем мотать головой, пытаясь избавиться от этого видения. Но, к сожалению, это была суровая реальность.

Глава 5.2

Как человек, который клянется, что любит тебя больше жизни, может предать? Который ловит каждый твой взгляд и вздох, который так нежен и так искренен, может изменить? Я никак не могла в это поверить, это была какая-то ошибка, какой-то сон, я скоро проснусь, и все исчезнет. Ведь еще несколько часов назад он с таким трепетом держал меня в своих объятьях. Но глаза видели то, что видели. Неужели можно так лгать? Я знала, что Тимур не святой. У него было много связей, он менял девушек как перчатки, но я была уверена, что со мной он стал другим.

– Тимур, – сквозь выступившие слезы тихо позвала я.

Тимур медленно приоткрыл глаза, глядя в мою сторону, но не на меня, а куда-то сквозь. А затем просто закрыл глаза и отвернул голову.

– Уходи, Алиночка, не видишь, что ты здесь лишняя? – ехидно пролепетала Соня.

– Тимур, – я сорвалась на крик, – скажи хоть что-нибудь.

Тимур молчал. И даже не пошевелился. Парень крепко спал.

– Он не хочет с тобой говорить, неужели тебе не ясно? Проваливай, – резко выдала Соня.

Я ничего не смогла сказать Соне в ответ, язык задеревенел, а мысли в голове путались от представшей картины. Пулей выбежала из комнаты, добралась до своего дома и только тогда дала волю своим чувствам. Я била руками и ногами мебель, швыряла предметы, орала как сумасшедшая, чтоб хоть как-то заглушить это душераздирающую боль. Столько событий за одну ночь для маленькой восемнадцатилетней девочки было слишком. Сначала летать от счастья, а потом падать камнем вниз, не имея возможности остановиться, и разбиться на тысячи осколков. Вот именно так я сейчас себя ощущала.

Мне нужно было постараться взять себя в руки, я была нужна своим родителям. Я твердила себе эти слова как мантру, собирая папины вещи. Постоянно путала, складывала не то, убирала, снова складывала в сумку. После того, как с пятого раза мне удалось собрать все нужные вещи, я почувствовала сильную усталость и наконец-то легла спать.

Разбудил меня настойчивый стук в дверь. Было уже светло, шел снег. Я спустилась вниз, на ходу пытаясь привести себя в порядок. И кого могло принести? Для первого января десять утра – это несусветная рань.

Я открыла дверь, на пороге стоял Тимур в одном свитере и джинсах. Глаза были красные, лицо опухшее, на шее свежий засос, поставленный точно не мной.

– Лина, пожалуйста, выслушай меня, – начал он, но я перебила, подняв руку вверх.

– Тимур, – устало выдохнула я, – у меня была тяжелая ночь, разговаривать с тобой, как и видеть и слышать тебя, я не могу и не хочу. Обсуждать тему тебя и меня я не намерена, тем более, что нас с тобой больше нет, и, как оказалось, никогда и не было. Ну, и судя по ситуации, не будет. Ни как любовники, ни как друзья, ни как пара. Я все увидела своими глазами. В тот момент, когда мне было плохо, ты занимался более приятными для тебя вещами со своей длинноногой брюнеткой, которая, как оказалось, не совсем-то и в прошлом, – я уже повышала голос, срываясь на крик, потому что со своими эмоциями я могла совладать только так. – И если уж говорить совсем начистоту, то ты тоже был для меня своеобразным развлечением. Друг, ставший парнем, – усмехнулась, меня уже просто несло, но я никак не могла остановиться, – да с чего ты вообще взял, что я смогу полюбить тебя. Да, ты был дорог мне как друг, но потом все изменилось. И все это стало лишь спортивным интересом. Смогу или не смогу. Смогла, влюбился, таскался за мной как шавка. Правда, своим интересам изменять не стал, а решил изменить мне. А мне плевать, Каланча. Мне плевать на тебя. Как же быстро может симпатия перерасти в ненависть. Убирайся из моей жизни и больше никогда не возвращайся, – выпалила на одном дыхании, разум затуманивался от нахлынувших эмоций, а несколько секунд спустя и вовсе добила своим лживым признанием, – и если хочешь знать, то Макс, да-да, тот самый, в постели более изобретателен.

Тимур отшатнулся от меня, как от огня. Парень так сильно сжал руки в кулаки, что на кистях выступили вены, а лицо исказила гримаса боли от слов, которые резали по живому.

– Лина, что ты несешь? – зло прорычал Тимур.

– Что слышал. Убирайся.

Во взгляде Тимура плескалась злость и ненависть, он ничего не ответил, но прекрасно понимал, что с Максимом или кем-либо другим я могла быть только в тот период, когда мы с ним были вместе. Тим молча развернулся и ушел. Я закрыла дверь и оперлась на нее спиной, четко осознавая, что это конец. На мгновение в голове всплыли картинки наших до ужаса сопливых и романтичных отношений, жарких объятий, страстных поцелуев, и слезы неконтролируемым потоком брызнули из глаз.

Во мне говорила обида и боль, я хотела задеть, сделать ему так больно, как было мне. Нас больше нет, и никогда не будет, я не прощу, он не простит за то, что наговорила и за то, что это была ложь. Я безмерно любила его, но эта любовь граничила с ненавистью, которая скользкой гадюкой извивалась в груди. Я вернулась в спальню, легла на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Тихие всхлипы постепенно переходили в громкие рыдания, а после началась уже самая настоящая истерика. Я даже не услышала, как открылась дверь, и в комнату влетела мама.

– Линочка, дочка, не переживай, у папы ничего серьезного, анализы показали, что все в порядке, наш папа совсем не отдыхает, устает, много нервничает на работе, вот организм и дал звоночек о том, что нужно больше отдыхать, – мама все говорила и говорила, – уже завтра его отпустят. А через несколько дней, мы поедем в отпуск, я чуть позже позвоню Ирочке, она организует нам путевки на море. Ты ведь все равно уже все сдала, а до начала нового семестра еще три недели, мы на недельку съездим.

Я рыдала в подушку, рыдала у мамы на груди, мне хотелось рвать на себе волосы, я даже не смогла ничего рассказать маме, поскольку изо рта вырывался только какой-то бессвязный поток звуков. Мама вышла из комнаты, а через некоторое время вернулась с водой и таблеткой.

– Выпей, тебе надо успокоиться, – строго сказала она, а потом уже мягче добавила, – это ведь не только из–за папы, так?

Я запила таблетку водой и утвердительно кивнула. Мы сидели молча, мама ждала, когда я смогу хоть что-то сказать.

– Мам, – я продолжала всхлипывать, – он изменил мне, я застала их утром, я хотела рассказать о папе, хотела выплеснуть все свои переживания, хотела поддержки, – я положила голову маме на колени. – Минут за тридцать до твоего прихода, он зашел ко мне, хотел поговорить, я не стала слушать. Я наговорила ему такого, что не то, что говорить, он даже видеть меня больше не захочет. Сейчас осознаю, что сказала лишнего, наверное, зря, но мне так больно, и я хотела, чтоб и он тоже почувствовал хоть немного из того, что испытываю сейчас я.

– Доченька, ты у меня уже такая взрослая, но и такая малышка еще! – мама нежно гладила меня по волосам, совсем как в детстве. – По правде говоря, я волновалась, что он может разбить тебе хрупкое сердечко, Алина. Он красивый, уверенный в себе парень, за словом в карман не полезет, но и, судя по всему, не готов в девятнадцать лет связывать себя серьезными обещаниями даже с тобой. Я не отказываюсь от своих слов о том, что он к тебе чувствует. Но он такой, какой есть. Ты либо принимаешь его таким, либо нет. А, зная тебя, моя девочка, – мама опустила глаза, глядя на меня, – ты не сможешь простить и принять эту его измену, даже если в дальнейшем их не будет. Хотя я не понимаю, что им двигало в этот момент, зная и видя, что он к тебе чувствует. Может, ты все не так поняла?

– Мам, они оба были голые, а она сидела на нем сверху, что тут можно не понять? – мое тело снова начало сотрясаться от рыданий.

– Поплачь, дочь, станет немного легче, – мама сделала небольшую паузу, дав мне несколько секунд успокоиться, а затем продолжила, – Лина, ты можешь попробовать его простить, но когда он уедет, ты совсем сойдешь с ума от ревности. Поэтому даже к лучшему, что все произошло сейчас. Тебе нужно время прийти в себя, поверь мне, я знаю, о чем говорю. Я постараюсь приложить максимум усилий, чтоб ты вернулась в прежнее русло и переболела этой инфекцией, имя которой Тимур.

– Нет, я никогда не смогу простить, он растоптал мое сердце, – тихо произнесла я, а затем добавила, – спасибо, мамочка, спасибо тебе за все. Я хочу немного поспать. Голова от такого количества слез раскалывается на части.

– Хорошо, милая, я пойду тоже прилягу, – сказала мама, – дежурный врач отправила меня домой, сказала, что делать мне там нечего, Сергею нужно отдыхать, а не смотреть на зареванные лица. Поэтому отсыпаемся и едем вечером к папе.

Глава 5.3

К вечеру я немного отошла, видимо, сон и таблетка на меня подействовали. Мы с мамой, как и договаривались, поехали к папе, он себя прекрасно чувствовал. Смешно, но проведя целый день в больнице, как он выразился, он отдохнул на год вперед и рвался домой. Так что мы забрали его домой тем же вечером.

– Что мне тут делать первого января? Я итак провел целый день здесь, а сегодня праздник. Всё, уезжаем домой, – сказал, как отрезал.

Нам ничего не оставалось с мамой как согласиться. Добравшись до дома, я отправилась к себе в комнату. Резко раздался звонок телефона. Рита.

– Лин, ну как он? Я только что узнала, Артём позвонил, – встревоженно тараторила подруга, – Артём сказал, что из-за скользкой дороги его так сильно занесло, Слава богу, что обошлось. Чего сама не позвонила? Я бы приехала в качестве моральной поддержки. Ты в больнице?

– Рита, стоп, – оборвала поток слов, исходящих от моей подруги, – я дома, а ты объясни, что случилось? Кто он? Не пойму ничего.

– Тимур попал в аварию, в его машину впечатался какой-то внедорожник, – сказала подруга взволнованным голосом.

– И как он себя чувствует? Живой? – я не на шутку испугалась, позабыв обо всем, что произошло. Сейчас лишь его жизнь для меня имела значение.

– Насколько я знаю, что отделался сломанной рукой и легким сотрясением, – подруга замолчала, явно что-то прокручивая в голове.

– Слава Богу, – облегченно выдохнула я. – Я рада, что все обошлось.

– Лина, почему ты об этом ничего не знаешь? – тихо спросила подруга. – Что-то случилось?

– Рит, хорошо, что все обошлось. Я искренне рада, он все-таки не чужой человек для меня, – выдавила я из себя и подняла глаза вверх, пытаясь сдержать подступающие слезы. – Но, пожалуйста, больше никогда ни при каких обстоятельствах не говори со мной о нем. Я не хочу ни слышать, ни видеть, ни чувствовать ничего, что может быть связано с Тимуром Покровским. Мы расстались. Он мне изменил. Со своей черноволосой красоткой. А потом, по всей видимости, так сильно утомился, что даже не удосужился хоть что-то объяснить. Потому что заснул в объятьях этой дерьмовой модельки. Да и если уж на то пошло, я тоже не святая, – соврала я, даже не знаю зачем, – вот такая вот Love Story. Возможно, когда-нибудь я захочу поговорить об этом, но не сейчас.

– Во дела, – только и смогла вымолвить Рита спустя пару минут, – хорошо, подруга, не буду лезть тебе в душу. Скажу только одно, что-то с трудом верится, что он способен был на измену. Хочешь сказать, стоило тебе отлучиться, как он тут же прыгнул в койку к другой девушке? Что-то сильно я сомневаюсь, Лин.

– Рит, я своими глазами видела их обнаженными у него в кровати, где совсем недавно он спал со мной. Какие еще могут быть сомнения? – я снова начинала заводиться, вспоминая увиденное. – Я думала, что он никогда не посмеет мне изменить, – уже более сдержанно ответила я, – но факт остается фактом. Ладно, Ритуль, я пойду, посмотрю, как там папа. Он вчера, точнее уже сегодня в больницу попал, оказалось, переутомление. Сейчас уже все хорошо, ему всего лишь надо больше отдыхать.

– Ой, подруга, что же еще случится в первый день Нового года, – многозначительно протянула она, – за весь прошлый год столько не происходило, сколько все за одни сутки, которые еще не закончились. Ладно, до связи. Завтра на каток пойдем.

– Заметано. До завтра, – попрощалась я.

Так прошла неделя. Рита таскала меня по всем зимним развлечениям. Подруга каждый день приезжала ко мне и настойчиво уговаривала меня составить ей компанию. Опустив голову, я тащилась в душ, затем в свою спальню, переодевалась и ни разу за все время не подкрашивала ни глаза, ни губы. Мама говорила, что я стала похожа на бледную моль, и сама наносила блеск на мои губы. Я не сопротивлялась, мне было все равно. Каждый раз мама о чем-то переговаривалась с Ритой, но как только приходила я, они замолкали. Я знала, что они говорили обо мне, но мне было плевать, кто и что думал обо мне, даже самые близкие. Я чувствовала себя пустой, безэмоциональной куклой, из которой вынули все содержимое.

Я медленно сходила с ума, пытаясь выкинуть из сердца Тимура Покровского, много плакала, дома ходила тенью и ничего не хотела есть. Мама и отец всеми правдами и неправдами пытались меня подбодрить. Готовили разные вкусняшки, которые я всегда поедала с огромным удовольствием, включали фильмы, которые я любила пересматривать, даже включали музыку, под которую я занимала призовые места в танцевальной школе. Но не помогало ничего. Мне просто хотелось целыми днями сидеть в своей комнате, чтоб меня никто не трогал и не разговаривал. Однажды, когда я свалилась в голодный обморок, мама не выдержала и сказала, что она не может больше смотреть на меня такую, купила путевки на неделю, как и планировала, и мы укатили с родителями в Доминикану.

Неделя выдалась потрясающей, мы много времени проводили вместе с семьей, такого не было уже лет десять, потому что папа вечно работал. А сейчас и сам был не прочь немного отдохнуть с учетом последних событий. Я занималась всем, чем только можно, чтоб не думать и не вспоминать о нем, но это было невозможно. Хотя было немного проще. Ведь лучше страдать и тосковать на берегу моря под пальмами и солнцем, чем в холодной и хмурой столице, в которой каждый закоулок напоминал о нем. Как же хорошо, что мама нас вытащила!

Неделя пролетела быстро, и мы вернулись в холодную столицу. Уже выходя из аэропорта, я заметила знакомый силуэт. Тимур. Ну конечно, пятнадцатого января он улетал к родителям в Париж. Одна рука у парня была в гипсе, но другой он очень ловко справлялся с небольшим багажом. Мы оба замерли на мгновение, когда наши глаза встретились. Его взгляд был совершенно пустым и отрешенным, он был похож на привидение. Глаза впали, лицо осунулось. Мне стало жаль его и жаль себя. Я сожалела и о том, что не дала ему сказать ни слова, опередив своей длинной речью, которая предопределила все. Но дело было сделано, и назад дороги уже не было.

Я быстро перевела взгляд на провожающих. Артёма я заметила сразу, кивнула ему головой, приветствуя. А мгновение спустя я увидела ту самую брюнетку мерзкую Сонечку. Взглянув на меня, она лишь самодовольно ухмыльнулась, после чего подошла к Тимуру, прижавшись к нему своим телом. Больше я этого видеть не могла и выскочила на улицу.

Глава 6.1

7 лет спустя

– Милый, я опаздываю на интервью, – я стояла в дверях и ждала Вадима, который в очередной раз решал какие-то рабочие вопросы по телефону, – я понимаю, что ты занят, но, пожалуйста, поторопись, для меня это очень важно. Я охотилась за такой возможностью несколько месяцев.

– Лин, да иду я, – раздраженно сказал Вадим, – как не вовремя сломалась твоя машина. У меня столько дел.

– Вадим, слушай, изначально я планировала ехать на такси, но ты сказал, что сам меня отвезешь. Сейчас я уже просто не успею его вызвать, дождаться и добраться до издательства. Каждая секунда на счету, – я заметно нервничала, потому что, во-первых, я ненавидела опаздывать, а, во-вторых, это была моя первая серьезная работа. Я брала интервью для журнала у известной модели Карины Боровских, которая совсем недавно вернулась из Италии с очередного показа.

Я работала в издательстве модного журнала уже больше полгода, писала различные мелкие статьи, но мечтала о чем-то более серьезном. Случай подвернулся совсем внезапно. Одна из ведущих сотрудниц слегла с температурой, и наш руководитель Анна Львовна предложила мне провести интервью и полностью обработать материал для печати. Я была безмерно рада, хотя понимала, что Анна Львовна находилась просто в безвыходном положении, ее двое ведущих сотрудников, к счастью для меня, занимались крайне важными проектами, по которым горели сроки. Таким образом, я получила шанс показать себя.

За пять минут до начала интервью я залетела в редакцию, прямиком направляясь в конференц-зал. Я едва успела отдышаться, как дверь открылась и на пороге показалась та самая модель, за которой мы охотились несколько месяцев.

– Карина, приветствую Вас! Я журналист Алина Титова. Очень рада, что Вы согласились дать интервью для нашего журнала несмотря на плотный график! – широко улыбаясь, сказала я.

– Доброе утро, Алена, у меня очень мало времени, давайте уже начнем, – устало произнесла модель, изучая свой маникюр.

– Хорошо, начнем, меня зовут Алина, – я намеренно выделила свое имя, но Карина только удивленно выгнула бровь, – расскажите, в каком возрасте Вы впервые пришли в модельный бизнес.

Я включила диктофон и положила перед собой блокнот. Мы беседовали около часа, и с каждым последующим ответом Карина расцветала все больше. Я увидела перед собой человека, который безгранично любит себя и который готов ходить по головам ради своих целей. Карина, невероятно красивая брюнетка с синими глазами, производила впечатление избалованной властной эгоистичной стервы. Это была моя первая мысль после встречи и интервью с ней.

– Карина, и заключительный вопрос, – заканчивала интервью, – приоткройте завесу тайны вашей личной жизни.

– Скоро это действительно перестанет быть тайной, – Карина задумчиво улыбнулась, – у меня есть жених, и долгое время мы скрывали наши отношения подальше от лишних глаз. Сегодня состоится прием, и я хочу пригласить Вас. Там и отвечу на ваш вопрос касаемо личной жизни, мы ответим вместе с женихом.

– Хорошо, я буду.

Карина достала одно из приглашений и красивым почерком вписала мое имя. Удивительно, но со второго раза запомнила. Второе отдала пустым, на случай, если я решу идти не одна. Мы распрощались, и я поспешила к Анне Львовне рассказать о том, как прошло интервью с моделью.

– Это просто восхитительно. Отправим с тобой нашего штатного фотографа, как раз сделает несколько кадров для твоей статьи, – радостно произнесла начальница, хлопнув в ладоши, – Алина, я на тебя рассчитываю.

– Я не подведу, – уверенно ответила.

Я была в предвкушении своего триумфа, и нисколько не сомневалась в успехе своей первой серьезной работы. Весь день находилась в предвкушении прекрасного вечера и легкой эйфории, но у судьбы на меня были совсем другие планы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.