Эдуард Черченко
Недвижимость Гулвси

Предисловие

Мы не должны недооценивать себя, потому что мы – больше, чем думаем о себе. И вместе с тем, мы не должны думать о себе больше, чем мы есть, потому что мир, в котором мы живем, больше нас. Он более таинственный, более необъятный, чем может себе представить даже наша самая смелая фантазия.  Мы должны помнить что то, что мы познали – лишь ничтожная толика того, что нам должно знать. А если нам повезло, и мы, как нам кажется, стали кем-то значимыми, то, смотря на огромный мир вокруг нас, мы скромно должны признать, что мы не так значимыми, как могли бы быть или должны стать. С одной стороны, мы – маленький человек, который, живя, едва успевает научиться себя осознавать и задавать себе главные вопросы. С другой стороны, мы, многие, личности, перед взорами которых каждый день лежит взывающая к нам вселенная, требующая от нас большей смелости, более длительной жизни и большей мудрости, чем у нас есть.  Если мы однажды позволим себе перестать смотреть на тусклый свет наших маленьких достижений и посмотрим на ночное звездное небо, то мы увидим, как мы малы и как велика ответственность, возложенная на нас, имя которой – жизнь.

День как день

Рабочая смена в бутике подходила к концу. Ничто не говорило о том, что в этот предновогодний вечер кто-то еще забежит, приобретет подарок или напиток, чтобы проводить уходящий год. Осмотрев полки с аккуратно выложенным под стеклом дорогим вином и крепким алкоголем, Мартин надел свое недорогое драповое пальто.

На улице, во мраке, уже вовсю горели фонари, и мела студёная московская метель. Мартину нужно было закрыть главный вход и успеть добежать до автобусной остановки под мостом, но, чтобы не мерзнуть на улице, в необустроенной стеклянной будке, он ждал у окна, смотря на мимо проезжающий транспорт. Судьба забросила его в далекую, холодную Москву, и всё, что ему удалось найти, это место кависта, в странном, стилизованном под старую библиотеку, бар-бутике. Он с трудом выговаривал сложное русское название – «Винопарк». На стойке у кассы стоял старенький городской телефон. Его использовали, чтобы привлекать внимание покупателей, ну и иногда зарабатывать на срочных звонках, пусть и не прямые деньги, но хотя бы расположение покупателя, чтобы тот не мог после такой услуги уйти, ничего не купив.

В новогоднюю ночь начальник Евгений щедрой рукой купил пол-литра испанского Хересного бренди и сделал Мартину подарок. Бутылочка увесисто оттягивала карман и согревала его мыслью, что дома, у компьютера будет, чем согреть свои растекшиеся по древу жизни мечты и горести.

Боковые полки на выставочном столе были наполнены книгами разных малоизвестных российских авторов. Лишь по два-три экземпляра. О, эти странные законы в век интернета. Ты должен напечатать минимум пять тысяч экземпляров, чтобы тебя признали автором, и это – в век спутникового интернета и мобильных приложений. Здесь лежали работы дочери шефа. Нужно признать она писала легко, увлекательно. Также на полках были работы ее друзей и близких знакомых, которые пробовали себя как молодые авторы. Удивительно смелые люди, думал Мартин. Они реализуют свое право думать, мечтать и высказывать свое мнение о настоящем и будущем, в стране, где за каждый случайный чих, или неосторожно поставленный лайк, можно оказаться в тюрьме. Мартин читал некоторые работы, чтобы улучшать свой навык русского языка и нужно признать, что это его захватывало.

Внезапно сработал сигнал открытия входной двери. На одетого в пальто Мартина смотрели глаза невысокого человека, наполненные уже принятой изрядной долей алкоголя:

– Полумрак не совсем подходит к новогодней атмосфере, – буркнул прилично одетый мужчина, державший в руке дорогой кожаный портфель, – вы б, поярче, сделали свет что ли. Налейте мне стопку Энесси. И-и-и, да, порекомендуйте книгу в подарок племяннице.

Мартин отошел за стойку, не снимая пальто, и демонстрируя посетителю, что магазин уже должен закрываться.

– Энесси уже нет, но есть открытая бутылка коньяка, от маленького крафтового производителя из Франции – Даниэля Бужу. Открыты даже две бутылки: Эссенция 60% бочковой натуральной выдержки, и классический купаж от Бужу – Эктра-олд.

Покупатель согласно кивнул головой, ему уж очень нужна была книга для племянницы. Мартин наполнил коньячный бокал купажированным, сияющим как шоколадное золото, коньяком.

– Тысячу пятьсот, пожалуйста.

Мужчина вытянул руку с наручными часами от компании Эпл. Оплата прошла успешно.

– Спасибо за покупку, ну, а теперь к выбору книги. Что любит ваша племянница?

– О, она большая фантазёрка, любит яркие рассказы, и с придыханием ждет, когда выйдет новый сезон – как же его там? А, да, «Затерянные в космосе».

– Отлично! – услышав знакомое название, сказал Мартин. – Ваша племянница любит хорошую детскую фантастику! Тогда я рекомендую, возьмите Марту Десай: «На Том берегу».

– Кто эта, Марта Десай?

– О, сэр, мы продаем работы молодых авторов в эксклюзивном печатном варианте. Сегодня мало кто читает бумажные книги, это и правда необычный подарок по нашим временам. А Марта – это молодая российская писательница, любит Японию и мечтает туда поехать, поэтому у нее такой творческий псевдоним.

– Не понял. Ее зовут, что ли Марта?

– О нет сэр, Марта Де Сай – все это ее полный творческий псевдоним. Я с ней не встречался, поэтому, как ее зовут на самом деле, я не знаю. Но если вам это принципиально я оторву шефа от новогоднего стола и спрошу. Только предупреждаю – он бывший прокурор и, если что-то пойдет не так…

– Не нужно беспокоить прокурора в новогоднюю ночь – сказал Мужчина. – Это нехорошая примета, меня устраивает ваше описание. Думаю, этого достаточно, чтобы эта выбранная книга стала хорошим подарком. Сколько она стоит?

– Если возьмете себе бутылку коньяка, то за книгу придется отдать символические пятьсот рублей. Ну, а если нет, тогда вам придется выложить пять тысяч, ведь это подарок в новогоднюю ночь, да еще и эксклюзивный, с ограниченным изданием – всего пять тысяч печатных копий, считай коллекционный Экземпляр.

Мужчина недолго поморщил лоб.

– Беру и то, и другое, по полной стоимости. Но для книги мне нужен будет чек, чтобы показать ее стерве – мамаше, что я не скуплюсь на племянницу.

Мужчина посмотрел на Мартина и на немой вопрос ответил:

– Так бывает, непростые отношения в семье.

Мартин кивнул головой, мужчина еще раз приложил часы к терминалу. Мартин аккуратно упаковал оба предмета. Мужчина сказал спасибо, поставил на стойку опустошенный бокал, и направился на выход.

– Черт, теперь нужно мыть бокал, – подумал Мартин и едва расстегнул пальто, как снова раздался сигнал входа, и на пороге показалась группа французов, которые что-то бурно между собой обсуждали. О, это видимо какая-то посольская вечеринка в соседнем «Лофте» проходит, и они видимо ищут туда путь – успел подумать Мартин.

Звонкая мелодичная французская речь заполнила пространство бутика. Невысокий грузный мужчина сел за стоящий посередине стилизованный круглый книжный стол. Хлопочущие вокруг него дамы, говорящие между собой на французском, тоже сняв верхнюю одежду, сели за стол. Высокая, лет тридцати пяти француженка с явно искусственно сделанными прядями седины, чтобы придать внешнему виду большего веса, подошла к стойке. Мартин улыбнулся.

Как ком на голову

– Бонсуар, мадемуазель. Что вы желаете в столь поздний час?

Мартин, начав с приветствия на французском, попытался продолжить беседу на английском. Француженка не стала поддерживать усилия Мартина, то ли потому, что думала, что он говорит на английском из любезности, то ли по какой-то иной причине.

– Мы слышали, что у вас есть необычная услуга.

– Да, есть, вы можете воспользоваться телефоном у нас, но вы же понимаете, что услуга лишь условно бесплатная.

– Да, мы понимаем, пожалуйста, мы возьмем у вас бутылку «Ливре Нуар Гранд Шампань Мелизм» – четыре бокала и мне бокал «Пино де Шарант».

Мартин понял, что домой на новый год ему попасть светит только после полуночи. Он снял с плеча пальто, подвинул навстречу незнакомке телефон и терминал оплаты. Десять тысяч и две минуты на телефоне. Если лимит звонка выйдет за рамки – будете платить по тройному тарифу.

Дама спокойно кивнула головой. Мартин отошел к столику, принес шампанское, бокалы, аккуратно, без хлопка открыл его гостям, и вернулся к стоящей в задумчивости даме.

Она смотрела на Мартина.

– Я, кажется, забыла номер, найдите, пожалуйста, агентство «Недвижимость Гулвси».

Мартин еще раз выдохнул и быстро пробежал пальцами по клавишам его рабочего компьютера в поисках указанного агентства. Его глаза быстро нашли нужную строчку в браузере. Когда Мартин открыл, то увидел невзрачную картинку, больше напоминающую визитную карточку с номером телефона. Он быстро набрал номер на циферблате и передал трубку даме.

Она перешла на беглый французский, который, к своему стыду, Мартин не понимал. Он лишь смотрел на часы. Лимит времени еще не был исчерпан, когда она положила трубку, но все же бросила ему монетку, напоминающую золотой. Мартин рассматривал монету, напоминающую старые королевский дворы, стараясь вспомнить какие гербы, он еще помнит из курса истории и того, что сам изучал для расширения кругозора. Узнаваемых символов не было.

Гости заказали еще одну бутылку шампанского, а звонившая дамочка оплатила стоимость всей бутылки «Пино де Шарант». Мартин обслуживал их, наблюдая за тем, как они ждут кого-то. Мужчина, окруженный заботой и трескотней дам, посмотрел на наручные часы. Мартин тоже посмотрел на его настенные рабочие, которые показывали без четверти одиннадцать.

– Мне кажется, что он не плох, пусть будет он, – сказал он и кинул Мартину в руку еще пару монет.

Мартин поймал монеты, они были больше по размеру, ярко блестящие даже при слегка тусклом освещении магазина. Их цвет немного смущал, он отливал бронзово-медными тонами отчего, когда он ее переворачивал, возникало ощущение, что по монете стекает капля алой крови. Дамы переглянулись, и каждая следом за действием мужчины достала из-под полы длинной одежды еще по одной монете, и скромно положили в его руку.

Теперь в дверь вошли еще двое довольно высоких мужчин.

– У тебя смена закончилась, Мартин, закрывай магазин – безапелляционным тоном сказал один из громил.

Мартин выдохнул, взял ключ и двинулся к двери. Надеюсь, босс сегодня смотрит за тем, что происходит через камеры? Хотя какой там, новый год собраны все члены семьи, и они ждут с полными бокалами речь президента.

Перед дверью второй громила как коршун смотрел через стеклянную дверь. Он положил Мартину на плечо руку. Да, сбежать не получится. Замок послушно щелкнул. Здоровяк опустился на колено, посмотрел еще раз на дверь, достал тонкую нить и стал запихивать темную как смоль нить, заполняя ею щель дверного проема.

Мартина отодвинули внутрь. Он подошел к стойке кассы, недоумение быстро сменило чувство страха, а затем и отчаяния. Он наклонился к столу и достал оттуда немного недопитый дегустационный коньяк. Нервы били током, поэтому он залпом опрокинул в себя остатки. Ожидаемое чувство опьянения не наступило.

Шаг в неизвестность

– Это правильно, – сказала дамочка, делавшая звонок, – поможет при переходе.

Она с улыбкой смотрела на работу здоровяков.

– Владельцы этого прекрасного места теперь сюда смогут войти, только прорубив новую дверь.

Её звонкий смех разлился эхом по помещению. Мартин не разделял ее хорошего настроения. Она наклонилась к его уху, и сказала:

– Император счел, что вы все-таки достойны выживания и, не лишены нужных и важных талантов. Но шанс на Ваше выживание, Он решил возложить, не на плечи профессионалов, а на твои. Видишь ли, он прислушался к мнению фрейлин – она небрежно повела пальчиком в сторону скромниц, которые, совсем недавно, дали ему нехотя монеты из своего кошелька, – и решил поступить по закону справедливости, а не ввязываться, из-за необходимости защищать отдаленную планету, в войну.

– Император?

– Тебе нужно выпить, чтобы пережить переход. У нас есть одежда, а у тебя – лишь надежда.

Она оплатила бутылку виски, 12-летний Лох-Ламонд с его приятной мягкой маслянистостью и тонкими нотками сладости и дымности, был как никогда кстати.

– Одежда – надежда. Это что, игра в рифмы? – спросил Мартин.

– А, ты на нервах не очень соображаешь – ответила незнакомка и вновь залилась от звонкого смеха. – После перехода тебя представят знати.

Человек, которого она назвала императором, повернулся и что-то коротко сказал.

– Собирай весь вкусный крепкий алкоголь в коробки – он понадобится.

Мартин усердно паковал коробки, пытаясь переварить все, что ему сказали. Он все еще думал, что это какой-то дикий предновогодний розыгрыш. Ощущение, что его жизни сейчас напрямую ничто не угрожает, давало надежду на то, что все решится хорошо, тем более что за все, что они брали, они платили наличными.

Когда коробки были собраны, здоровяк скрепил их в подобие небольшой стены, потом достал из сумки что-то похожее на костюм и надел на себя. Нечто похожее на аккуратные нити опутали стену из коробок и притянули к спине здоровяка, подняв их на удобную высоту над полом, он двинулся туда, где старательно шла работа над входной дверью.

– Надевай свое пальтишко, идем.

– Куда? – недоуменно спросил Мартин.

Она кивнула головой к двери:

– Туда, зайчишка, хотя я понимаю, тебе страшно. Император тебе дал монеты, за которые ты или твои потомки смогут купить себе свободу, но не все жители Земли. Это как короткий откуп. Ты, взяв монеты, можешь остаться, и когда произойдет то, что произойдет, выкупить себя, но все остальные, либо падут, либо станут вечными рабами. И да, несмотря на то, что я понимаю, что дать в твои руки спасение Земли – это игра в призрачную удачу. Но я лучше положусь на удачу, посмотрю, смотрит ли она в лицо человечества через твою жизнь, чем просто без боя дам вас поработить.

Мартин не понимал. Несмотря на то, что сами слова были понятны, но их значение было настолько безумным, что он не хотел верить, что это правда. Пока они говорили, второй здоровяк закончил работать с дверным проемом. Внезапно дверь начала сиять все ярче и ярче. Стена дома вдруг как будто слегка поплыла, стекла в окнах перестали быть прозрачными. Каким-то образом материя стен превратилась в монолит, и только в одном месте был похожий на проход проем. Глазам было больно смотреть на свет. Первым в яркое сияние вошел здоровяк за ним шагнул император и его свита, и только потом Мартин ощутил, как она толкнула его вперед и шагнула сама. Второй здоровяк видимо вошел в проем последним. Было странное ощущение, как будто увидел дом своего детства с порожком. Сделав к нему шаг, и открыв дверь, вошел в надежде увидеть тех, кого глаза не видели уже более десяти лет. Иллюзия растаяла, он оказался в огромной зале с тлеющей на теле одеждой и чувством дикого холода, как будто он нырнул в ледяную воду. Глаза уловили тени уходящих вперед людей. Мартин почувствовал, как кто-то положил ему руки сзади на плечи.

Что же там за поворотом?

– Ты молодец, человек. За это тебе дадут много монет. На то, как ты вышел, смотрело много народу. Мы прошли в одежде, а ты прошел в надежде, да еще и одежда до конца не истлела. Видимо жирок помог. Не напрягайся, все уже произошло, сейчас подойдут слуги и тебя отнесут в дом императорских приёмов и там оденут. Силуэты видишь?

– Да, вижу, – недовольно ответил Мартин.

– Отлично, значит, пространство сберегло твое зрение, и не нужно будет заниматься его болезненной реставрацией.

Накопленный за последние десять лет жирок и, правда, подтаял. В теле ощущалась давно потерянная легкость. Поскольку все вокруг плыло, он лишь видел разноцветные тени, поэтому по ощущениям он с трудом определял, что его несут в каком-то подобии кресла, но куда?

Вокруг чувствовалось огромное пространство, и эхо звуков говорило о том, что здания тоже были большими. Где-то по пути они остановились, и неясная фигура склонилась над Мартином. Она трогала что-то, говорила, опять трогала, потом веки зафиксировали и на глаз наклеили нечто напоминающее сеточку и надели специальную укрывающую повязку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.