Александр Надысев
Русский север

Шпицберген

Глава 1. Северная экспедиция Русанова

1912 год. Российская столица Санкт-Петербург.

Хмурые свинцовые тучи с тревожным гулом неслись над Санкт-Петербургом. Это ледяной северный ветер с противным мелким дождём хлестал по окнам фасадов дворцов и, завывая, как бы говорил: «Торопитесь господа, не то Арктика будет не ваша!»

Российское правительство словно очнулось ото сна и, наконец, озаботилось своим неизведанным Крайним Севером.

– Как бы ни опоздать со Шпицбергеном, – говорили государственные мужи, – норвежцы там уже вовсю хозяйничают!

В Санкт-Петербурге на специальном совещании по исследованиям Арктики Министерством внутренних дел России было решено снарядить экспедицию на архипелаг Шпицберген. Цель экспедиции – разведать там промышленную деятельность европейских государств, а так же найти и занять на Шпицбергене месторождения каменного угля. Ведь Россия покупала уголь для своего Северного морского флота в Норвегии, и неплохо бы иметь свои угольные шахты на архипелаге Шпицбергена. Так как всякая государственная деятельность на архипелаге была запрещена международной конвенцией 1912 года, то решили объявить Северную экспедицию на Шпицберген как частное предприятие.

Вот тут и начались споры:

– Говорят, есть уголь на архипелаге, так его ещё нужно разведать!

– Зачем добывать уголь на Шпицбергене, да ещё на ничейном архипелаге?

– Господа, это же такая даль!

– У нас на Новой Земле есть свой уголь, правда его немного, – горячились умные головы на совещании, – так дополнительно разведаем там угольные месторождения и будем добывать!

– Гм …добывать. Однако ж везём уголь из Норвегии для своего Северного флота, – говорили другие деятели. – Александр Александрович, пора бы найти угольные месторождения на Шпицбергене и занять их. Как бы ни опоздать!

Совещание по Арктике стало явно затягиваться, и министр Внутренних дел России Александр Александрович Макаров вынужден был прекратить споры и, закрывая совещание, он твёрдо сказал:

– Всё, господа, отправляем экспедицию, открываем коммерческие угольные шахты на Шпицбергене, и будем возить свой уголь для нужд Северного флота России!

Срочно была организована Северная экспедиция на Шпицберген. Возглавил её Владимир Русанов, а капитаном шхуны «Геркулес» был назначен Александр Кучин. В состав экспедиции были зачислены 14 научных сотрудников. Русанову пришлось записать в состав экспедиции ещё и свою невесту Жюльетту Жан в качестве геолога и врача.

Глава 2. Русанов и его невеста

Жюльетта Жан-Сосин (Сессин) училась в Сорбонском университете и получила совершенно не женскую специальность – геолога. Она мечтала об открытиях новых земель с богатыми полезными ископаемыми и не пропускала ни одной лекции молодого русского полярника Владимира Русанова. Среди студенческой публики он слыл героем Арктики, за плечами которого была и ссылка на север России, и несколько удачных северных экспедиций. Владимир Русанов был вдовцом. Его жена неугомонная Мария умерла в Париже через неделю после родов, и их маленький сынишка стал жить с бабушкой в Орле. Русанову оставалось только одно – забыться и уйти в науку. Но разве жизнь кончается в 32 года? На своих лекциях, он высокий, внешне очень привлекательный человек со светло-серыми наблюдательными глазами приметил и покорил 20-и летнюю Жюльетту.

«Как же похожа эта француженка на мою Машу!» – думал Русанов, вспоминая свою жену.

А Жульетта уже мечтала открывать с ним неизведанные земли суровой Арктики. Они подружились и полюбили друг друга. Жюльетта была протестанкой, Русанов же православный – так они и жили в сожительстве, откладывая свадьбу на потом. Владимир увлечённо показывал ей карты с маршрутами северных экспедиций, рассказывал о неведомых утёсах, глыбах ледников, падающих с шумом и брызгами в море. Да ещё вернувшись из недавней экспедиции, Русанов назвал именем Жюльетты бухту на Новой Земле. Ну, как тут не влюбиться в русского полярника?

– Вот здорово! Хочу с тобой открывать новые земли, – повторяла Жюльетта, восторженно глядя на озабоченного Русанова, который уже готовился к следующей экспедиции. Заканчивая ещё и медицинский факультет, Жюльетта сама предложила Русанову пожениться. Владимир, всё время занятый северными картами, вдруг осознал, кто рядом с ним и согласился.

«Вот кто будет моей женой и верной спутницей полярных приключений!» – мечтал он, рисуя варианты маршрутов на картах Севера.

Своей матушке он писал:

«Мне судьба дала очень учёную, красивую жену-француженку. Она теперь приготовляет тезу¹ по геологии на степень доктора естественных наук. До сих пор ещё ни одна женщина во Франции не делала доктората по геологии».

А ещё Русанов писал о Жюльетте:

«… Она нисколько не избалована и умеет работать …. Иметь такую жену – счастье! Франция … дала мне одну из лучших дочерей».

Но свадьбу Владимир с Жюльеттой в очередной раз решили отложить, важнее была полярная экспедиция на Шпицберген, которую Русанову предложили возглавить, и Жюльетта захотела ехать с ним. Она боялась, что Русанов, дальше и дальше будет уходить по своему Северному пути и однажды не вернётся к ней в Париж:

– Я твоя невеста и ты не вправе мне отказывать, – заявила она.

– Жюльетта, это не прогулка на яхте через Ла-Манш, это беспощадная Арктика, – как мог предостерегал её Русанов.

– Я же геолог, да ещё и медик. Буду полезна в экспедиции, а тепло одеваться я люблю! – настаивала Жюльетта.

– Только с тобой, или ты хочешь делать открытия без меня? – укоряла его невеста. – Не выйдет, мой милый! И никакие предрассудки меня не удержат от арктического путешествия!

Русанову пришлось покориться напору своей невесты Жюльетты, хотя в душе был рад, что его любимая всегда будет рядом с ним. «Если и погибнем, то вместе!» – думал он.

– Да откуда взялась эта француженка? – качали головами учёные. – Ведь женщина на корабле – беда!

– Ничего, начальник у нас везучий! – говорили другие.

Весной 1912 года молодая пара поехала в Россию. В Петербурге Жюльетта была представлена организаторам экспедиции и зачислена в её состав.

В Архангельске их радушно встретили в доме Георгия Седова, а молоденькой Ксении Минейко (Гемп) поручили показать Жюльетте город. Девушки сразу подружились. Ксении очень нравились наряды и причёска Жюльетты, а особое восхищение вызывал её маникюр. Руки Жюльетты были белые и очень ухоженные, а ногти были обработаны по последней парижской моде. Тогда женщины носили короткие ногти миндалевидной формы, которые натирали маслом и полировали замшей. Когда же Жюльетта открывала свой маникюрный набор, подаренный Русановым в Париже, то восхищению Ксении не было предела.

– Какие чудесные маникюрные ножнички, оригинальная пилка для ногтей! А это, что за палочки? – восторгалась Ксения.

– Палочки из апельсинового дерева разной заточки для маникюрных нужд. Скажем, удалить кутикулы или покрыть лаком ногти, – поясняла Жюльетта.

– А что парижанки покрывают лаком только центр ногтей? – поинтересовалась Ксения, разглядывая ногти Жюльетты.

– Да, моя милая, так модно!

Они исходили пешком весь Архангельск. Город удивил Жюльетту.

Француженка была поражена деревянным городом, запахом смолы и тротуарами из брёвен. Жульетта, по сравнению с хрупкой Ксенией, была высокой крупной девушкой, с чёрными, как смоль волосами. Она ходила прямо, как солдат, и с обожанием смотрела на своего жениха. Ксения урывками тоже восторженно глядела на Русанова, и это вызывало у француженки некую ревность. А Владимир Русанов был с Жюльеттой подчеркнуто сдержан и, как казалось окружающим не горел ею, … но это было внешне. Он нежно любил Жюльетту и не хотел демонстрировать свои чувства. И потом, все его мысли были о подготовке предстоящего северного похода на Шпицберген, а дел было много.

Из Архангельска участники экспедиции направились на пароходе «Ломоносов» в Александровск-на-Мурмане, где увидели на причале небольшую зверобойную яхту «Геркулес» норвежской постройки. Это был двухмачтовый тендер² длиной 20 метров, шириной 6 метров с керосиновым двигателем фирмы «Alpha». Русанов, осмотрев судно, воскликнул:

– Да на таком судне никакие льды не страшны!

Поморы, как могли, отговаривали его:

– Пускаться в такое опасное плавание на маленьком судёнышке, название которого дано вовсе не по его величине, крайне опасно.

Но опытный Русанов был уверен в крепости этого судна и верил, что на малом судне будет легче ходить среди льдов.

Жюльетта, выпускница Сорбоны, уверенно влилась в коллектив учёных и с удовольствием общалась с членами экспедиции. Многие полярники смотрели на неё как на божество и, восхищаясь, ухаживали за ней. Жульетте нравились ухаживания мужчин, и она чувствовала себя хозяйкой коллектива. Особенно на неё заглядывался красавец-зоолог, чех Зенон Францевич Светош. Он только что прибыл из африканской экспедиции, и даже не успел повидаться с женой, как Академия Наук тут же прикомандировала его к экспедиции Русанова. Так что ему пришлось срочно готовиться к походу на Крайний Север. Жульетта помогала в подготовке экспедиции зоологу Светошу, а он был тайно влюблён в неё. Конечно, Русанов замечал это и страшно ревновал свою невесту.

Наконец, всё было готово к плаванию – пора в поход на Шпицберген!

Глава 3. Капитан Кучин

Баренцево море бушевало вторую неделю. Ледяные волны бились о скалы и накатывали на каменистые берега, словно пытались проглотить их.

– Когда ж закончатся шторма? – спрашивал капитана Александра Кучина начальник Северной экспедиции Владимир Русанов. – Прошли все сроки отплытия экспедиции на Шпицберген.

– Потерпите Владимир Александрович, вы же видите, что твориться на море. В такой шторм наш «Геркулес» не сможет даже отчалить от пристани.

Владимир Русанов отличался от всех полярных исследователей своей амбициозностью, смелостью идей и широтой замыслов. Это тот Русанов, который в 1898 году был «привлечён к дознанию» за революционную деятельность – за хранение 400 экземпляров «Манифеста Коммунистической партии». Из жандармского управления и начался путь Русанова в ссылку на Север, где он стал «северянином по принуждению». Затем он уехал в Европу, где учился и участвовал в экспедициях. Вот его то, студента Сорбонского университета, удачливого начальника многих северных путешествий, и назначили возглавить Северную экспедицию на Шпицберген на шхуне «Гекулес». Значит доверяли ему. Недаром российское правительство наградило в 1911 году бывшего ссыльного Русанова орденом Владимира 4–ой степени.

И только 26 июня 1912 года (по старому стилю) из порта Александровск-на-Мурмане вышла в море моторно-парусная шхуна «Геркулес» под командой капитана Александра Кучина, 23-летнего опытного моряка, которого в Архангельске называли «Вторым Ломоносовым».

Кучин был из потомственных поморов, родился 1889 году в селе Кушерка на берегу Белого моря. Затем учёба в мореходном училище. После участия в антиправительственной демонстрации 18 декабря 1905 года в Архангельске Кучин был отчислен из мореходного училища. По поддельному паспорту он уехал в Норвегию, где учился и ходил на промысел капитаном зверобойного судна. Затем он возобновил занятия в Архангельском мореходном училище и окончил его с блеском. Вскоре Кучин получил письмо с приглашением принять участие в северной экспедиции норвежца Руаля Амундсена на судне «Фрам» в качестве гидролога. Мечта полярника сбылась! Эта экспедиция закончилась удачно, а в 1910 году «Фрам» вышел в море ещё раз и покорил уже Южный полюс. После этой экспедиции Александр Кучин получил международное признание, получив премию 3000 крон, и был представлен норвежскому королю.

Вскоре была объявлена помолвка русского гражданина Александра Кучина с 18-ти летней норвежкой Аслауг Поульсон, дочерью литературного критика Андреаса Поульсона. Получив приглашение, молодые прибыли в Архангельск, где Владимир Русанов предложил Кучину участвовать в экспедиции на Шпицберген в качестве капитана. Тот, не раздумывая, согласился.

– А как же свадьба, – спросила невеста, – неужели отложим?

– Свадьба после … После окончания экспедиции, – весело ответил Кучин. – Скоро буду! Жди! Если хочешь, поплывём вместе.

– Уж лучше подожду, – смеясь, ответила невеста. – Не люблю тепло одеваться!

Так началась знаменитая Северная экспедиция на Шпицберген на шхуне «Геркулес» под командой капитана Александра Кучина и под руководством очень опытного мореплавателя Владимира Александровича Русанова.

Через две недели шхуна «Геркулес» благополучно достигла берегов западной части архипелага Шпицберген, вошла в залив Кломбай (Бельсунн), и её экипаж высадился на берег. Ветер хлестал небритые щёки полярников, а они кричали:

– Мы на Шпицбергене! Это наша земля!

Русанов направил группы исследователей по берегам залива для сбора данных о Шпицбергене. Сам же, оставив на шхуне Жюльетту, с двумя матросами пешком направился обследовать остров в восточном направлении к Стур-фьорду. Это был труднейший поход через непролазные скалы и снежные ледники. Возвращаясь с восточного побережья Шпицбергена, Русанов сорвался в 100-метровую расщелину ледника, и чуть было не погиб. Хорошо, что у Русанова были навыки арктического путешественника, да и сопровождающие его матросы не растерялись – они на верёвках вытащили начальника из расщелины. Русанов обнаружил несколько угольных месторождений и радовался, что угля на Шпицбергене было предостаточно. Угольные пласты местами выходили прямо на поверхность скал, по берегам многочисленных ручьёв, стекающих с гор. Кроме того Владимир Русанов с Жюльеттой Жан и геологом Самойловичем нашли на архипелаге фосфориты и даже горный хрусталь. Из секретных записей Русанова читаем: «Обнаружены небольшие концентрации золота, серебра и других цветных металлов».

А какие горы на Шпицбергене! Огромный вулкан закрывал весь горизонт и своей массой нависал над архипелагом. Особенно удивляла гора, вершина которой казалась рукотворной, в виде ступенчатой пирамиды.

– Ну, прямо, как египетская! – восхищался Русанов. – Загляденье!

На берегу бухты Кингсбей Русанов и его спутница, смелая француженка Жюльетта, неожиданно встретились с английскими полярниками. Жюльетта, одетая в мужской полярный костюм, поразила англичан своей храбростью и верой в удачу.

– Тоже ищут уголь, – ворчал себе под нос Русанов, – но мы уже установили столбы на месторождениях российского угля. Мы опередили их!

Вернувшись в лагерь на берегу залива Белзунд, возбуждённые исследователи делились своими впечатлениями и открытиями. Показывая образцы камней, Жюльетта мечтательно глядела на горный пейзаж.

– Удивительный Шпицберген, – восхищалась Жюльетта, – но хочется большего. Хочется пересечь Северный океан и через Берингов пролив пройти в Тихий океан.

– Ишь, куда замахнулась, – удивлялись полярники. – Это ж через какие льды продираться?

– И что же? Игра стоит свеч! – поддержал Жюльетту Александр Кучин. – Откроем морской путь, тогда будем кормить Чукотку архангельским хлебом.

– Мы это обязательно сделаем, верьте мне, – загадочно улыбался Русанов.

Полярники, воодушевлённые успехом экспедиции на Шпицберген, уже мечтали открыть морской путь до Петропавловска-Камчатского.

За десять дней экспедиция обследовала угольные месторождения и поставила 28 заявочных столбов. А в 1913 году Россия уже начала разработку каменного угля.

Когда экспедиция Русанова выполнила свою задачу на Шпицбергене, он телеграфировал на материк:

«Иду на восток …»

Зная рассуждения Русанова, полярники верили ему:

«… нужно идти, огибая северную оконечность Новой Земли, используя тёплые течения океана и надеяться на то, что льды не будут препятствовать путешествию». Экипаж «Геркулеса» горел желанием найти путь и победить льды Северного океана. Они уже грезили великими полярными открытиями, и конечно наградами правительства.

Почему Русанов не вернулся в Александровск-на-Мурмане? Что же, выходит экипаж «Геркулеса» самовольно продолжил своё плавание на восток? Впоследствии Русанову будут ставить в вину гибель экспедиции, но это несправедливо. Ведь сама экспедиция на Шпицберген была организована на казённые деньги, и дальнейший её маршрут был, видимо, секретным. Такое условие поставил сам Русанов, потому что он хотел первым открыть Северный путь. И он знал, что в этом году уже готовятся коммерческие северные экспедиции Г. Я.Седова на судне «Святой мученик Фока» и Г.Л. Брусилова на шхуне «Святая Анна». Так что о секретном плавании к мысу Дежнёва знали немногие: Русанов, Кучин и Жюльетта.

Вот и Самойлович, как и все, не понимал дальнейших намерений Русанова и думал, что он собирается идти к Новой Земле, а дальше будет действовать по обстоятельствам. Из воспоминаний отца Кучина видно, что Русанов ещё до начала экспедиции намеревался искать Северный морской путь, и поэтому на шхуну «Геркулес» был загружен максимальный запас продовольствия, топлива и дополнительное снаряжение на целых полтора года. Так что никакого самовольства не было, присутствовала только русская самоуверенность!

Итак, экспедиция направилась на восток – «открывать для судоходства Северный морской путь в Сибирь и найти выход сотням миллионов пудов сибирских товаров самым дешёвым путём», – так писал в своей статье сам Русанов.

Экспедиция Русанова уверенно направилась навстречу своей мечте и, обогнув Новую Землю как можно севернее, устремилась на восток.

– Запас продовольствия и топлива у нас на полтора года, – успокаивал экипаж шхуны Русанов, – по отчётам при загрузке шхуны в Александровске-на Мурмане следует: «Запас состоит из 3-х бочек трески, несколько бочек солонины и консервы …и прочая провизия». Так что не робейте! С голоду не помрём!

Глава 4. На восток

10 августа 1912 года шхуна «Геркулес» подняла якоря и направилась в опасное путешествие на восток в поисках Северного морского пути в Тихий океан. Перед отплытием со Шпицбергена Русанов пересадил на норвежский пароход, следовавший с углём в Архангельск, трёх своих членов экспедиции. Это были Самойлович, Сватош и боцман.

Геолог Самойлович с картой, на которой были обозначены 28 заявочных знаков угольных месторождений и описание других полезных ископаемых Шпицбергена. Кроме того Самойлович вёз образцы пород с окаменелостями пальмового дерева, морских ракушек и некоторых кораллов.

– Это явное доказательство, – говорил Самойлович Русанову, – что на Шпицбергене когда-то был жаркий климат.

Зоолог Сватош с собранием палеонтологических, зоологических и ботанических коллекций Шпицбергена, которые помогала собирать Жюльетта. Его орнитологическая коллекция составляла 65 птичьих шкурок, а коллекция растений – 192 вида, насекомых – 471 экземпляр.

Третий был тяжелобольной боцман Попов.

Теперь в экспедиции врач и геолог Жюльетта Жан заменила Сватоша и как зоолога.

Русанов знал, что нужно торопиться с освоением угольных месторождений на Шпицбергене, не то европейские державы опередят Россию. Поэтому он велел Самойловичу срочно ехать в Санкт-Петербург и доложить об открытии российского угля на Шпицбергене.

18 августа 1912 года с Новой Земли (Маточкин Шар) Русанов с попутным кораблём передал для отправки текст телеграммы в Архангельск:

«Юг Шпицбергена, остров Надежды. Окружены льдами, занимались гидрографией. Штормом отнесены южнее Маточкина Шара. Иду к северо-западной оконечности Новой Земли, оттуда на восток. Если погибнет судно, направлюсь к ближайшим по пути островам: Уединения, Новосибирским, Врангеля. Запасов на год. Все здоровы. Русанов».

Это было последнее сообщение экспедиции Русанова.

Глава 5. Поиски экспедиции

Время шло, но никаких известий об экспедиции Русанова не было. Неужели экспедиция погибла? Все знали, что Русанов опытный полярник и, перезимовав, вернётся в Архангельск. По инициативе Русского географического общества в 1914-15 годах были посланы несколько кораблей на поиски пропавших, но безрезультатно.

И только исследовательская экспедиция на судне «Циркуль», обследовав район полуострова Таймыр, обнаружила следы экспедиции Русанова. Произошло это летом 1934 года.

На совете, собранном командиром гидрографического судна «Циркуль» тов. С. Д. Руденко, докладывал топограф А. П. Гусев:

– В августе 1934 года я был высажен с бота «Сталинец» на берег острова Вейзель, для производства топографических работ. На его центральной возвышенности я обнаружил столб высотой два метра с тщательно вырезанной надписью «Геркулес 1913». Столб явно из «плавника» и затёсан на месте надписи. Основание столба обложено камнями. Рядом со столбом я увидел старые сломанные нарты и цинковую крышку от патронного ящика, пробовал разобрать камни столба, но ничего там не обнаружил.

Розанов, начальник зверобойной Карской экспедиции, молча сидевший на совете, обрадовался:

– Какой же ты молодец. Наконец-то нашлись следы экспедиции Русанова, которая пропала в 1913 году. Я ведь знал его!

– Михаил Павлович, неужели вы видели Русанова?

– Да, – ответил Розанов, – будучи студентом физико-математического факультета Московского университета, я слушал лекции Владимира Александровича и уже тогда твёрдо решил стать учёным по освоению Севера. Когда узнали об исчезновении экспедиции Русанова, то мы с друзьями рвались в поисковую экспедицию, но куда там, не взяли!

– Сидите и учитесь, – говорили нам.

Затем топограф Цыганюк, поглядывая в свой конспект, сделал доклад:

– 9 или 10 сентября 1934 года бот «Сталинец» высадил меня в районе зимовья Колосовых для производства топографической съёмки береговой линии острова. В 15 километрах от зимовья я обнаружил в маленькой бухточке северной части острова под «плавниками» смёрзшиеся обрывки одежды, горный компас без стекла, фотоаппарат «Кодак» с разбитым объективом и испорченной плёнкой, часы с гравировкой «Попов», две кружки, патроны, буссоль, две ложки, трубку курительную, два ножа и опасную бритву.

– Да, несомненно, это вещи матросов со шхуны «Геркулес», – заволновался Розанов. – Видимо они были посланы Русановым с зимовки на материк, чтобы сообщить о местонахождении экспедиции.

– Русанов пользовался картой русской полярной экспедиции Э. В. Толля (1906 года), где таймырский берег был нанесён пунктиром. Именно там и обнаружены следы пропавшей экспедиции Русанова, – заметил Руденко. – Видимо «Геркулес» обогнул мыс Желания и по чистой воде направился на восток. Обходя остров Уединения в Карском море, с севера и пройдя его, шхуна «Гекулес» встретила льды. Ведь в 1914 году было послано спасательное судно «Эклипс» и возглавил его сподвижник Ф. Нансена Отто Свердруп. У мыса Диксона он вынужден зимовать, так ничего не найдя. В 1915 году участники экспедиции прошли от мыса Вильда до мыса Челюскина, однако вернулись назад и не смогли из-за льдов обследовать пропущенные участки острова Диксона. А жаль, ведь именно там и были нами обнаружены три стоянки экспедиции Русанова.

– Это лишь наши догадки, – заметил Розанов.

– Нужно продолжить поиски погибшей экспедиции, – подытожил совет Руденко, – и постараться найти могилу Русанова!

В 1950-60 годах советские полярники нашли вещи, имевшие отношение к экспедиции Русанова. Это французская монета 1903 года, пуговица с клеймом парижской фирмы, маникюрные ножницы, флакон с лекарством судового врача. Разглядывая эти удивительные находки и теряясь в догадках, учёные-полярники обнаружили вещи невесты Русанова, отважной полярницы Жюльетты Жан.

– Маникюрные ножницы! Да это же подарок Русанова своей любимой Жюльетте, которым я так восхищалась в Архангельске, – качала головой взволнованная Ксения Петровна Гемп, прославленная полярница, разглядывая артефакты. – Светлая память погибшим полярникам!

Глава 6. Шпицберген

Отстаивать свои права на архипелаг Шпицберген Россия начала с 1905 года. Она активно стала «демонстрировать» свою деятельность на Шпицбергене, наращивая добычу угля. С этой целью в 1912 году на архипелаг была направлена экспедиция Русанова.

Многие страны Европы претендовали на Шпицберген. Нидерланды также заявляли свои права на монополию Шпицбергена, так как в 1596 году голландец Виллем Баренц ван дер Схеллинг, в поисках северного пути в Азию, открыл Медвежий остров (архипелаг Шпицберген). Но значительно раньше остров Грумлант, так называли Шпицберген поморы, входил в состав владений великого князя Московского. Об этом Грумланте, который принадлежал Василию III, докладывал королю Кристиану II датский адмирал Северин Норби, посетивший Москву дважды в 1525 и 1528 годах. На картах Руси остров Грумлант назывался «Святые русские острова».

Архипелаг Шпицберген был долгое время ничейным и его политический статус был закреплён только 9 февраля 1920 года, когда в Париже был подписан Шпицбергенский трактат 39-ю ведущими странами мира, по которому архипелаг становился частью территории Норвегии. Но наделялся особым статусом, по которому любое государство, из подписавших этот трактат, получает право заниматься на архипелаге хозяйственной деятельностью, и Норвегия не должна чинить этому никаких препятствий. Кстати, Россию тогда в Париж даже не пригласили, так как она была пока непризнанным государством. Таким образом, Шпицберген стал демилитаризованной, безвизовой зоной. На архипелаг мог прибыть любой житель планеты и заняться бизнесом на равных правах со всеми.

Вот так выглядел Договор о Шпицбергене от 9 февраля 1920 года:

Статья 1

Высокие Договаривающиеся Стороны соглашаются признать на условиях, предусмотренных настоящим Договором, полный и абсолютный суверенитет Норвегии над архипелагом Шпицберген, охватывающим с Медвежьим островом, или Берен-Эйланд, все острова, расположенные между 10 и 35 градусами восточной долготы от Гринвича и между 74 и 81 градусами северной широты, с частности: Западный Шпицберген, Северо-Восточную Землю, остров Баренца, остров Эдж, острова Уич, остров Надежды, или Холн-Эйланд, и землю Принца Карла, вместе со всеми островами, островками и скалами, относящимися к ним.

Статья 2

Суда и граждане всех Высоких Договаривающихся Сторон будут допущены на одинаковых основаниях к осуществлению права на рыбную ловлю и охоту в местностях, указанных в статье 1, и в её территориальных водах.

Норвегия будет иметь право сохранять в силе, принимать или провозглашать меры, могущие обеспечить сохранение и, если это нужно, восстановление фауны и флоры в указанных местностях и их территориальных водах, причём условлено, что эти меры всегда должны будут на одинаковых основаниях применяться к гражданам всех Высоких Договаривающихся Сторон без каких-либо исключений, привилегий и льгот, прямых или косвенных, в пользу какой-либо одной из них.

Лица, занимающие земли, права которых признаны согласно положения статей 6 и 7, будут пользоваться исключительным правом охоты на своих земельных участках: 1-го градуса поблизости от жилищ, домов, складов, заводов, построек, оборудованных для эксплуатации земельного участка, на условиях, предусмотренных постановлениями местной полиции; 2-х градусов в границах площади с радиусом в 10 километров вокруг главного центра работы или предприятий; в обоих случаях – при соблюдении постановлений, изданных Норвежским Правительством, в условиях, указанных в настоящей статье.

Статья 3

Граждане всех Государств Высоких Договаривающихся Сторон будут иметь одинаковый свободный доступ для любой цели и задачи в воды, фиорды и порты местностей, указанных в статье 1, и право остановки в них; они могут заниматься в них без каких-либо препятствий, при условии соблюдения местных законов и постановлений, всякими судоходными, промышленными, горными и торговыми операциями на условиях полного равенства.

Они будут допущены на тех же условиях равенства к занятию всяким судоходным, промышленным, горным и коммерческим делом и к его эксплуатации, как на суше, так и в территориальных водах, причём не может быть создана никакая монополия в отношении какого бы не было предприятия.

Независимо от правил, могущих быть в силе в Норвегии относительно каботажа, суда Высоких Договаривающихся Сторон, имеющие указанные в статье 1 местности, местом своего отправления или местом своего назначения, будут иметь право остановки, как при отходе, так при возвращении в норвежские порта, для того чтобы принять на борт или высадить пассажиров или грузы, имеющих местом своего происхождения или местом своего назначения указанные местности, или для всякой иной цели.

Условлено, что во всех отношениях, и в частности во всём, что касается вывоза, ввоза и транзита, граждане всех Высоких Договаривающихся Сторон, их суда и их грузы не будут подлежать каким-либо сборам или ограничениям, не применяемым к гражданам, судам или грузам, пользующимся в Норвегии режимом наиболее благоприятной нации, причём норвежские подданные, их суда и их грузы, приравниваются с этой целью к гражданам, судам и грузам других Высоких Договаривающихся Сторон и не пользуются ни в каком отношении более благоприятным режимом.

Вывоз всяких грузов, предназначающихся к отправке на территорию какой-либо из Договаривающихся Держав, не должен подвергаться никаким повинностям или ограничениям, могущими оказаться иными или более тяжёлыми, чем те, которые предусмотрены в отношении вывоза грузов того же рода, имеющих местом назначения территорию другой Договаривающейся Державы (в том числе и Норвегию) или какой-либо другой страны.

Статья 4

Всякая открытая для общего пользования станция беспроволочного телеграфа, установленная или имеющая быть установленной с разрешения или распоряжением Норвежского Правительства в местностях, указанных в статье 1, должна быть всегда открыта на основах совершенного равенства для сношений судов всех флагов и граждан Высоких Договаривающихся Сторон, на условиях, предусмотренных Радиотелеграфной конвенцией от 5 июля 1912 года или Международной конвенцией, которая была бы заключена для её замены.

С оговоркой в отношении международных обязательств, вытекающих из состояния войны, собственники земельного участка будут всегда иметь право сооружать для своих собственных надобностей установки беспроволочного телеграфа, пользоваться ими, причём они (установки) будут иметь право поддерживать связь для личных дел с береговыми и подвижными станциями, включая станции, установленные на судах или воздушных судах.

Статья 5

Высокие Договаривающиеся Стороны признают пользу в местностях, указанных в статье 1, международной метеорологической станции, организация которой составит предмет последующей Конвенции.

Равным образом, путём конвенции будут выработаны условия, на которых в указанных местностях могут происходить научные исследования.

Статья 6

При условии соблюдения постановлений настоящей статьи права, приобретённые гражданами Высоких Договаривающихся Сторон, будут признаны действительными.

Претензии, касающиеся прав, возникающих в результате вступления во владение земельными участками или занятия их до подписания настоящего Договора, будут урегулированы согласно постановлениям, приложениям к настоящему Договору, которое будет иметь ту же силу, что и настоящий Договор.

Статья 7

Норвегия обязуется в местностях, указанных в статье 1, предоставить всем гражданам Высоких Договаривающихся Сторон в отношении способов приобретения права собственности, пользования им и его осуществление на полном равенстве и согласными с постановлениями настоящего Договора.

Принудительное отчуждение может иметь место лишь в целях общественной пользы и за уплату справедливого возмещения.

Статья 8

Норвегия обязуется ввести в местностях, указанных в статье 1, горный устав, который в особенности с точки зрения налогов, пошлин или повинностей всякого рода, общих или особых условий труда, должен исключить всякого рода привилегии, монополии или льготы, как в пользу Государства, так и в пользу граждан одной из Высоких Договаривающихся Сторон, включая Норвегию, и обеспечить персоналу всех категорий, получающему заработную плату, выплату заработной платы и охрану интересов, необходимые для физического, морального и культурного благополучия.

Взаимные налоги и сборы должны быть употреблены исключительно на нужды указанных местностей и могут устанавливаться только в той мере, в которой это оправдывается их назначением.

Что касается, в частности, вывоза рудных богатств, Норвежское Правительство будет иметь право установить вывозную пошлину; однако эта пошлина не должна превышать одного процента с максимальной стоимости рудных богатств в пределах 100000 тонн, а свыше этого количества пошлина будет идти в понижающемся соотношении. Стоимость будет определяться в конце судоходного сезона, высчитывая среднюю цену ФОБ.

За три месяца до даты, предусмотренной для его вступления в силу, проект горного устава будет сообщён Норвежским Правительством прочим Договаривающимся Державам. Если в течении этого срока одна или несколько Держав предложат внести изменения в это положение до его применения, эти предложения будут сообщены прочим Договаривающимся Державам для рассмотрения и разрешения со стороны Комиссии, состоящей из одного представителя каждой из указанных Держав. Эта Комиссия будет созвана Норвежским Правительством и должна будет вынести решение в течение трёхмесячного срока со дня созыва. Её решения будут приняты большинством голосов.

Статья 9

С оговоркой в отношении прав и обязанностей, могущих явиться для Норвегии результатом её вступления в Лигу Наций, Норвегия обязуется не создавать и не допускать создания какой-либо морской базы в местностях, указанных в статье 1, и не строить никаких укреплений в указанных местностях, которые никогда не должны быть использованы в военных целях.

Статья 10

В ожидании того, что признание Высокими Договаривающимися Державами Русского Правительства позволит России присоединиться к настоящему Договору, русские граждане и общества будут пользоваться теми же правами, что и граждане Высоких Договаривающихся Сторон.

Требования, которые они могли бы предъявить в местностях, указанных в статье 1, будут заявлены в соответствии с условиями, предусмотренными в статье 6 и в Приложении к настоящему Договору, через посредничество Датского Правительства, которое соглашается оказать для этой цели своё содействие.

Настоящий Договор, французский и английский тексты которого будут аутентичными, будет подлежать ратификации.

Сдача на хранение ратификационных грамот состоится в Париже в возможно краткий срок.

Договор вступил в силу 6 сентября 1924 года, а когда Норвегия признала СССР, советское правительство подписало Парижский договор.

Только в 1935 году СССР официально присоединился к Шпицбергенскому трактату, и выкупил у Норвегии часть земли, на которой и был организован трест «Артикуголь». Уже в 1939 году Шпицберген был заселён: 2000 советских и 1000 норвежских шахтёров. В 2010 году был подписан договор о разграничении морских пространств России и Норвегии в Баренцевом море и Северным Ледовитом океане.

Глава 7. Пирамида

В небольшой кают-компании морского лайнера расположились туристы, вчера прилетевшие в аэропорт Лонгйир из Осло. Они заказали летний тур в 2021 году по достопримечательностям Шпицбергена и ожидали прихода гида экскурсии.

– Господа, нами выбран замечательный маршрут на морском лайнере: из Лонгйира в посёлок Пирамида, затем, любуясь скалами залива, идём в Баренцбург и, набравшись впечатлений, возвращаемся в Лонгйир, – разглагольствовала дама из группы туристов в розовом горнолыжном костюме, – и нас ждёт незабываемое морское приключение!

– Да, знаем, куда идём! – пробасил кто-то.

Группа туристов собралась разноязыкая, и единственно, что их объединяло, так это тяга приключений в бескрайней Арктике, в которой работали замечательные люди со всего мира. И конечно, разговоры велись исключительно на английском языке.

И вот появился гид, рыжеволосая француженка, убежавшая из Парижа от проблем цивилизации, попросила всеобщего внимания:

– Господа, меня зовут Жюльетта. Я ваш гид. Вы, наверное, просмотрели проспекты туристического тура на Шпицберген? Если не возражаете, то я вам расскажу подробнее о маршрутах этого тура, и о его достопримечательностях.

– Не возражаем, – за всех ответил молодой морской офицер. Его отпустил на экскурсию капитан судна, на котором они и плыли из Лонгйира в посёлок «Пирамиду». Офицера звали Берн, и был он старшим помощником капитана.

– Нам интересно послушать, – заговорили все разом туристы.

– Что же, путь на «Пирамиду» долгий и займёт около 6–8 часов и я, не торопясь, всё расскажу.

– Жюльетта, красивое имя! – заметил морской офицер.

– Да, я горжусь своим именем! Это имя отважной моей соотечественницы Жюльетты Жан Сесин. Она была участницей полярной экспедиции на Шпицберген в 1912 году, начальником которой был её жених Владимир Русанов. Они даже свадьбу отложили и направились в Артику. Что? Да, вы правы, экспедиция пропала во льдах где-то на Таймыре.

– Что-то я слышал о Русанове. Он, кажется, «застолбил» угольные месторождения для России на Шпицбергене, – сказал седой норвежец в сером свитере, – теперь там русские добывают уголь.

– Будет время, обязательно расскажу о Русанове и его невесте, – заверила всех очаровательный гид Жюльетта. – А теперь слушайте! Шпицберген удивительный архипелаг, и его основной доход – рыбный промысел, туризм и немного добыча угля.

– Мы знаем, что архипелаг не заселён – одни горы и ледники! – показывала свои познания коротко стриженая девушка, обнимая своего парня, – да, Питер?

Жюльетта посмотрела в сторону девушки с парнем и пояснила:

– Сейчас население Шпицбергена составляет всего 2500 человек, из них 500 русских, которые живут в основном в Барецбурге. Два остальных посёлка Грумант и Пирамида законсервированы, так как после распада СССР угольные шахты стали нерентабельны. Господа, совсем скоро мы с вами увидим «витрину СССР на Шпицбергене» – шахтёрский посёлок Пирамиду, который сохранился так, как будто его только что покинули шахтёры. Сейчас в летнее время на Пирамиду ходят туристические суда из Лонгйира, вроде нашего, а зимой расстояние в 120 километров туристы преодолевают на снегоходах, чтобы посмотреть на Северное сияние и сделать «селфи» с белыми медведями. На посёлок Пирамида, «Коммунистический рай в Заполярье», все туристы мечтают посмотреть. В посёлке есть гостиница, прекрасно сохранились корпуса шахтёров, столовая с огромным мозаичным панно, детский сад, школа, культурно-оздоровительный комплекс, наконец, бассейн. Всё это мы скоро увидим!

– Неужели, с таким комфортом жили советские шахтёры?

– Да, кроме того, здесь в 2019 году был проведён фестиваль советского кино в восстановленном самом северном кинотеатре мира. Представляете, фильмы советской эпохи показывали с оригинальных киноплёнок 1960-80 годов. А фильмотека кинотеатра огромна и составляет 650 кинофильмов, киноплёнки которых прекрасно сохранились благодаря низкой температуре и влажности на Шпицбергене.

– Что же произошло на Шпицбергене во время войны 1941-45 годов? – стали спрашивать норвежцы. – Говорят, что немецкие метеостанции ещё остались в горах.

– Шпицберген не мог быть полноценной военной базой, и поэтому немцы ограничились тем, что «забрасывали» с подводных лодок метеостанции, которые корректировали работу немецкой авиации в Заполярье. Эти станции, расположенные в труднодоступных районах Шпицбергена, как экспонаты войны показывают туристам, но это не входит в наш тур.

– А подробнее можно про Шпицберген? – попросил морской офицер.

Жюльетта полезла в свои конспекты и стала читать:

– Немного истории, слушайте. В 1910 году швед Бертиль Хёгбом получил разрешение на добычу угля в 120 километрах от Баренцбурга. В 1911 году была построена угольная шахта, и образовалось поселение на берегу бухт Петунья и Мимер. Эти участки у шведа приобрело общество «Англо-Русский Грумант», а затем в 1927 году владельцем этого месторождения стал трест «Северолес», и только в 1931 году – трест «Артикуголь». Вот с этого времени посёлок советских шахтёров и стал называться «Пирамидой». Работы в шахте в районе горы «Пирамида» начались в 1939 году и продолжались до 1941 года. Началась война, и все жители «Пирамиды» были эвакуированы, а их было 99 человек. При эвакуации шахты, угольный склад и всё оборудование было уничтожено.

В августе 1946 года на «Пирамиду» прибыло 609 полярников и началось строительство шахтёрского посёлка и рудника. «Пирамида» получила название по горе, которая возвышается, можно сказать, «весит» над посёлком, вершина которой по форме напоминает ступенчатую пирамиду Джосера в Египте. К 1960-80 годам население «Пирамиды» составляло 1000 человек.

Российская часть Шпицбергена – это территория в его западной части, включающая в себя четыре месторождения каменного угля, разветвлённые шахты, посёлки Баренцбург, Колсбей, Пирамида и Грумант.

После потрясающей экскурсии в российский городок Пирамида, морской лайнер взял курс на Баренцбург, российскую столицу на Шпицбергене, где прошла не менее интересная экскурсия. Переночевав в отеле, туристы готовились отправиться в Лонгйир норвежскую столицу Шпицбергена.

Глава 8. Олавсверн

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Теза – тезис, положение

Вернуться

2

Тендер – малый парусный корабль, предназначенный для разведки

Вернуться