Содержание

(Untitled)

«Воодушевляющее будущее»

«Что скрывает улыбка»

Оуэн Джонс

Даша Елсова

Посвящение

Благодарности

Содержание

1 НОВОЕ НАЧАЛО

2 УСТРОЙСТВО НА НОВОМ МЕСТЕ

3 КУДА ТЕПЕРЬ?

4 БААН СУАЙ

5 ПРИКОСНОВЕНИЕ РЕАЛЬНОСТИ

6 ПОСЛЕДНИЕ НЕДЕЛИ В ПАТТАЙЕ

7 ПРЫЖОК В НЕИЗВЕСТНОСТЬ

9 СТРОЙКА

10 ДЕНЬ НЕЗАВИСИМОСТИ

11 МЕЛОЧИ ЖИЗНИ

12 ДЕНЬ МАТЕРИ

13 БЛАГОСЛОВЕНИЕ ЭТОМУ ДОМУ

14 СРЕДСТВО ОТ КЛАУСТРОФОБИИ

15 НОВАЯ ВИЗА И СНОВА ДОМОЙ

16 БПОМ И БПОЙ

17 НЕОЖИДАННЫЙ ГОСТЬ

18 МОРАЛЬНАЯ ПОДДЕРЖКА

19 МАЙЯ - ИЛЛЮЗИЯ

20 СВАДЕБНЫЕ ПЛАНЫ

21 МАЛЬЧИШНИК

22 ДЕРЕВЕНСКАЯ СВАДЬБА

23 ОТЕЛЬ «SHIP»

24 ПАТТАЙСКАЯ СВАДЬБА

25 МЕДОВЫЙ МЕСЯЦ

ГЛОССАРИЙ

«МАЙЯ - ИЛЛЮЗИЯ»

1 ГРОМ СРЕДИ ЯСНОГО НЕБА

«Воодушевляющее будущее»

Книга вторая из серии

«Что скрывает улыбка»

История Лек, «девочки» из Паттайи

Оуэн Джонс

Переводчик:

Даша Елсова

© 2022 Owen Jones

Behind The Smile: An Exciting Future

The Story of Lek, a Bar Girl in Pattaya

by Owen Jones

Опубликовано на

Megan Publishing Services

(http://meganthemisconception.com)

Право Оуэна Джонса считаться автором данной книги защищено в соответствии с секциями 77 и 78 Закона об авторском праве, промышленных образцах и патентах 1988 года. Моральное право автора защищено.

Эта книга является художественным произведением, все события, места и персонажи являются вымыслом автора или используются в таковом качестве.

Условия продажи

Книга продается при условии, что ее дальнейшее распространение, продажа, аренда или перепродажа, самостоятельно или через посредников, в обложке и состоянии, отличных от тех, в которых она опубликована, запрещена.

Свяжитесь с автором:

http://twitter.com/owen_author

owen@behind-the-smile.org

http://owencerijones.com

Подписывайтесь на нашу рассылку о книгах Оуэна Джонса здесь:

http://meganthemisconception.com

Книги серии

«Что скрывает улыбка»

История Лек, «девочки» из Паттайи»:

«Что скрывает улыбка»: «Daddy’s Hobby»

«Что скрывает улыбка»: «Воодушевляющее будущее»

«Что скрывает улыбка»: «Майя - иллюзия»

Behind The Smile: The Lady in the Tree

Behind The Smile: Stepping Stones

Behind The Smile: The Dream

Behind The Smile: The Beginning

Посвящение

Я посвящаю эту книгу своему брату Рису, без чьей поддержки этой книги бы не существовало, а также всем барным «девочкам» из Паттайи, которых он никогда не встречал.

Их истории и вдохновили меня на написание этой книги.

Спасибо всем и каждому.

Оуэн Джонс

Таиланд

Март 2013-2022

Благодарности

Девушку на обложке зовут Чалита.

Пожалуйста, задавайте мне вопросы о ее работе, и я переадресую их ей.

Оуэн Джонс

Ждите следующую книгу серии:

«Майя - иллюзия»

Содержание

1 Новое начало

2 Устройство на новом месте

3 Куда теперь?

4 Баан Суай

5 Прикосновение реальности

6 Последние недели в Паттайе

7 Прыжок в неизвестность

8 Новый дом

9 Стройка

10 День независимости

11 Мелочи жизни

12 День матери

13 Благословение этому дому

14 Средство от клаустрофобии

15 Новая виза и снова домой

16 Бпом и Бпой

17 Неожиданный гость

18 Моральная поддержка

19 Майя - иллюзия

20 Свадебные планы

21 Мальчишник

22 Деревенская свадьба

23 Отель «Ship»

24 Паттайская свадьба

25 Медовый месяц

Глоссарий

Книга третья: «Майя - иллюзия»

1 НОВОЕ НАЧАЛО

Как только шасси самолета коснулись посадочной полосы Суварнабхуми - нового международного аэропорта в Бангкоке — Крейг понял, что ему придется позаботиться о Лек. Она сильно страдала от укачивания — это была ее единственная слабость. Ее укачивало даже в автобусе до рынка, а перелет в одиннадцать с половиной тысяч километров — пятнадцать часов — становился большой проблемой.

Лек приняла пять своих любимых зеленых таблеток от укачивания. С собой в сумке у нее было около двадцати. От одной таблетки она становилась как будто слегка пьяной, но после пяти она была похожа на пациента психбольницы. Крейг уже наблюдал это в самолете в Великобританию. Он посмотрел на нее; ее взгляд остекленел, и она тихо напевала что-то себе под нос.

- Уже приехали?- спросила она. - Быстро. Мы где-то останавливались?

- Мы в Таиланде, - ответил он немного слишком раздраженно.

Крейгу было пятьдесят, он никогда никому не предлагал выйти за него замуж, но с этой женщиной он готов был попробовать. Хлопот с ней, как говорится, не оберешься, но что-то в ней было особенное.

Ему не нравилось, что она принимала эти таблетки, но он знал, как сильно ее укачивало. Однажды она взяла в короткую поездку на автобусе другую сумочку — дорогую и любимую из крокодиловой кожи — и не переложила в нее свои вещи. Прямо в нее ее и стошнило. Иначе ей пришлось бы запачкать пол в автобусе, а она предпочла бы умереть, чем потерять лицо.

Через таможню и проверку багажа ее придется вести за руку, как пьяную. Таможенники будут смотреть на нее строго, как будто она выпила слишком много дешевого алкоголя в самолете.

Крейг был рад, что Лек надела длинные мешковатые брюки.

План на день был таким же, как обычно, когда с Лек случалось что-то необычное: поехать в Паттайю, в бар «Daddy’s Hobby», и рассказать обо всем своим подругам. Ничего необычного могло и не случиться, просто в этом баре Лек чувствовала себя безопаснее всего. Этим баром владела кузина Лек, там они с Крейгом и познакомились. Крейг ничего не имел против поездки туда. Два десятка барных «девочек» устраивали вокруг него ажиотаж, и Лек даже поощряла это.

Через пару часов девочки висели бы у него на плечах, сидели на коленях и накачивали его алкоголем, а Лек в деталях рассказывала бы о своем приключении в Великобритании. К тому времени она бы несколько оправилась.

Как раз вовремя, чтобы разделить пару бутылок виски со своими бывшими коллегами.

Но вечер они проведут приятно, и квартира, которую он снял, находится недалеко от бара.

Он думал, подходящее ли это будет время для предложения — перед всеми ее друзьями, когда она этого не ожидала, и ей достанется максимум внимания и восхищения. И ее репутация вырастет — но в Паттайе она и не снижалась. Все ее подруги считали ее звездой — одной на миллион.

Крейг тоже так думал.

Но всему свое время, подумал он; люди начали выходить из самолета. Он решил, что лучше подождать, пока большинство выйдет, а потом пытаться вытащить Лек. Они просто сидели, и он пытался привести ее в чувства.

Не слишком успешно.

Ему помогали стюардессы — они знали про таблетки — и Лек с Крейгом дошли до паспортного контроля, довольно простой процедуры; но на Лек все равно смотрели строго, как Крейг и ожидал, да и ему понимающе кивали. Он слабо улыбался в ответ.

Они дошли до ленты выдачи багажа, и Лек упала в кресло, а Крейг забрал их чемоданы и погрузил на тележку. Он задумался, не посадить ли в тележку и Лек, но ее это смутит, так что он решил дать Лек толкать тележку, чтобы она заодно за нее и держалась. Проверку багажа они прошли без проблем и вышли на свежий воздух.

Крейг уже успел забыть удушающую жару и толкучку, встретившие их на выходе из здания. Толпы таксистов, зазывающие клиентов. В этом случае девушка-тайка очень помогла — она разогнала их, и они встали в очередь на стоянку за такси до Паттайи. Ехать нужно было всего час.

Им нужно было поехать в посольство и аннулировать визу, выданную на шесть месяцев и позволяющую многократный въезд в Великобританию, но посольство сейчас было закрыто, да и Лек была не в том состоянии, чтобы туда идти. Это дело придется отложить на другой раз.

До «Daddy’s Hobby» они доехали без происшествий. Лек попыталась заговорить с водителем, но он решил, что она пьяна, и не ответил ей; Лек попыталась поговорить с Крейгом, но на тайском, которого он не понимал, и тоже не ответил; игнорируемая всеми, она уснула, что, пожалуй, было к лучшему.

Лек очень хотела говорить по-тайски. Она была так рада вернуться в родную страну, нормально поговорить на родном языке и почувствовать себя дома. Несколько месяцев они с Крейгом жили в его родном городе Барри в южном Уэльсе. Ее приняли дружелюбно, ей понравилась европейская еда, и она прилично говорила по-английски, но…

Это был не ее город, не ее любимая еда, не ее язык и не ее люди. Она замечательно отдохнула — ее первая поездка в Европу — но она была рада вернуться домой и хотела, чтобы об этом узнали все. Она не могла дождаться встречи со своими старыми подругами.

Они добрались до «Daddy’s Hobby» в хорошее время — почти шесть часов вечера. Все девочки были на месте и готовы к работе, но посетителей еще не было, и музыка играла тихо. Через два часа это место совершенно изменится. Как только стемнеет, появятся клиенты, и громкость музыки станет оглушающей.

Но между четырьмя и восемью часами у девушек было время поговорить, и не приходилось перекрикивать музыку. До поездки это было любимое время Крейга в баре. Он почти каждый день приходил сюда пораньше выпить и поговорить, и они с девушками хорошо знали друг друга.

Он часто переводил сообщения, СМСки и письма от и для их «бойфрендов». Он не знал тайский, но упрощал английский так, чтобы они его понимали, и наоборот. Это было весело, но иногда сообщения были интимного характера, и девушки краснели и хихикали, и пересказывали их друг другу, продолжая хихикать.

«Работа» была неплохая: хотя и неоплачиваемая, но радующая девушек. Они искренне радовались ему, хотя он и знал, что приходил сюда только как бойфренд Лек. Многие девушки приехали с севера, из той же деревни, что и Лек, и со многими она работала годами. Они относились к ней, как к старшей сестре, многие ее так и называли.

Тридцатидвухлетняя Лек была самой старшей «девочкой» в баре — или, по крайней мере, одной из старших, ее лучшим подругам, Гунг и Айр, тоже было тридцать два. Ее кузина, Бэу, была на несколько лет старше, но об это никто не говорил — она была боссом. Несмотря на «преклонный» возраст (большинство девочек было около двадцати или даже меньше), Лек считалась самой красивой женщиной в баре, но тот факт, что долгие предстоящие годы это будет не так, разумно замалчивался.

Но сейчас она была королевой красоты среди королев красоты, потому что все они были по-своему красавицами.

Лек встречали как кинозвезду, девушки окружили такси, забрали у Лек сумку, отвели ее в бар за руку, назадавали ей десятки вопросов и охали, и ахали, и вздыхали.

Крейг расплатился с таксистом и понес багаж в бар. Он ожидал немного больше внимания к своей персоне.

Как только он зашел, несколько девушек его заметили, бросились ему на шею, расцеловали его в щеки и руки. Несколько девушек отнесли багаж в подсобку бара, а Лек и Крейг сели — они знали, что их не отпустят долго.

Все девушки говорили одновременно, и, хотя Крейга не игнорировали совсем, ему ничего и не наливали. А он умирал от желания выпить ледяного пива. Он не понимал разговора, возможно, его не понимал никто, но он видел, как девушки счастливы, так что сам прошел за барную стойку и взял три пива. Первое он тут же осушил в два глотка, а остальные два взял с собой и отдал одно Лек.

- О, прости, телак! Никто не заботиться о тебе. Прости.

Она что-то сказала, и несколько девушек отошли «позаботиться» о Крейге. Потом она громко сказала:

- Ты купить только два пива, этого недостаточно! - и она прозвонила в колокольчик, что означало, что она угощает всех в баре.

Крейг быстро допил пиво и взял следующее.

Двоих из девушек, которые о нем «заботились», он не знал. Очевидно, их приняли на работу, пока они с Лек были в отъезде. Они вели себя дружелюбно, но Айр подумала, что даже слишком, и отослала их к бару.

- Прости, Крейг, - сказала она. - Эти девушки новые. Они не знать Лек и ты вместе. Я говорить им потом. Рада снова видеть тебя. Хорошо отдохнуть в Уэле? - и она ушла, не дожидаясь ответа.

Айр и Гунг были старыми подругами Лек, они приехали из одной деревни и делили квартиру, пока Лек не познакомилась с Крейгом. Но они не обижались, что он увел их подругу — они были счастливы, что она счастлива, как настоящие друзья.

- Ну что ж, - пошутил он сам с собой. - Очень жаль. Но ничего. По крайней мере, я не попал в неприятности в первый же день по возвращении. Друзья Лек спасли меня от самого себя. От тех двоих тоже.

Это сработало. Больше ни Лек, ни ее друзья, ни незнакомцы его не игнорировали. Все за ним присматривали. Ему подавали пиво, целовали и делали комплименты, не успевал он соскучиться, и это ему нравилось.

Минут через двадцать девушки притихли и расселись вокруг Лек, так близко, как только могли — слушать ее любимые рассказы. Вскоре принесли первую бутылку виски и маленькие бокальчики. Девушки предпочитали виски, потому что от него растолстеешь не так быстро, как от пива, и маленький бокал было быстрее допить, если с одной из них хотел поговорить клиент.

Крейг тоже сидел рядом и прислушивался, когда в разговоре проскочат знакомые слова: Барри, Уэльс и имена его родственников. Они проскакивали довольно часто. Иногда его просили подтвердить детали, но до конца не дослушивали. Он мог только улыбаться и кивать, хотя и не понимал, о чем они говорили. Но он доверял Лек.

Она говорила тихо, так что девушкам приходилось прислушиваться:

- Мы улетали в обычный для Паттайи прекрасный вечер… похожий на сегодняшний, и примерно в это время, и всю ночь летели до Великобритании. Мы ехали в Уэльс, где живет семья Крейга, но сначала, разумеется, мы прилетали в Лондон.

Разумеется, у стойки регистрации нам нужно было быть за два-три часа до вылета, но мы чуть не попали в катастрофу! Правда! Нас с трудом пустили в самолет! А все потому, что Крейг забыл, что вез с собой старый сувенирный перочинный нож, который двадцать лет назад подарил ему отец.

Я думала, его арестуют. Я так испугалась! Я думала, мне придется ждать его в одиночестве, а я этого совсем не хотела. Но нам повезло, нож всего лишь конфисковали. Он очень расстроился, особенно когда в самолете нам все равно выдали металлические приборы для еды, и ножи были больше, чем крейгов. Правда, Крейг? Ножи были больше?

Крейг сказал, что в таком случае забирать его трехсантиметровый ножик было просто глупостью, и я с ним согласна, а вы?

Ну, десять с половиной часов до Бахрейна мы пролетели с комфортом. Еда мне не понравилась, потому что я — буддистка и не ем говядину и молочные продукты, так что я выбирала между индийским карри и овощным пирогом. Но я не жаловалась. Они выглядели замечательно, и вместо основного блюда я съела мороженое Крейга.

Но Бахрейн после аэропорта Суварнабхуми меня просто шокировал! О боже! На самом деле, все было неплохо, но у нас не было их денег, динаров, кажется, и нам пришлось два часа сидеть и наблюдать за людьми, дожидаясь пересадочного рейса до Гатвика. Это в Великобритании. Время тянулось медленно, а я мерзла, потому что в Бахрейне было двадцать градусов, намного холоднее, чем в Бангкоке. Настоящий мороз!

Я уже сказала, что в самолете умер человек? Чуть не забыла. Думаю, от шока, или его так сильно укачало. А когда открыли двери, чтобы его вынести, в салон залетели комары размером с птиц! О Будда! Я думала, что сейчас заражусь малярией…

Ну а второй рейс был спокойным, не таким комфортным, как первый, но я могла съесть яичницу и свиную сосиску. Я съела и порцию Крейга, а он съел мой салат фета. Фета — это сыр, кстати. Греческий сыр, да, Крейг? Крейг? Он опять не слушает… В Европе едят много сыра, и кофе крепче, чем я привыкла, но вкусный. В общем, рейс Etihad Airways мне понравился, и мы снова полетим с их компанией, правда, телак?

Мы летели до Гатвика пять часов, и если Бахрейн меня шокировал, то пять градусов в Гатвике меня совсем заморозили. Как только мы сошли с самолета, я направилась переодеваться. Очень уж было холодно, серьезно. Если вы, милые, никогда не бывали за границей, вы даже представить не сможете, насколько там холодно. Нам очень повезло здесь, в старом добром Таиланде. К счастью, автобуса до Кардиффа нам пришлось ждать всего лишь двадцать пять минут. Автобусы отправляются с автовокзала Victoria Coach Station в Лондоне.

Автобус был хорошим, и водитель — дружелюбным, но когда мы пересекали Бристольский залив — так ведь, милый? - по Севернскому мосту из Англии в Уэльс, погода так испортилась, что мы приехали в Кардифф поздно. Как раз в одиннадцать вечера, когда, как и Бангкоке, на дорогах образуются пробки. Но в Уэльсе еще и темно!

Абсолютный кош-мар!

Потом приехал наш друг Ник - вы знаете Ника, он иногда здесь бывает — и довез нас до Барри на своей машине через Динас Пауис, Пенарт и Кадокстон.

Крейг предложил остановиться у паба «King William IV» - местные называют его «The Billy» - и выпить. Как типично для моего Крейга, ну вы его знаете. Но было очень холодно, и мы почти доехали. Мы находились в дороге уже тридцать три часа, и теперь до дома моей уэльской мамы было всего десять минут.

Ох, в горле пересохло, ну, когда мы пришли к маме — полтора дня спустя… нет, об этом позже.

Я встретилась со столькими красивыми мужчинами, боже мой! С нашими друзьями Колином, Реем, Билли, Диггером, Дэнни, Сэмом, Полом и Селби, отцом двух знаменитых уэльских боксеров, Эндрю и Ли (он подарил мне куртку Эндрю, я вам как-нибудь покажу) в «O’Brien’s» и Майком — или, как его называют друзья, Генри — в «Buccaneer», и многими другими. Они располагаются в центре города Барри, на Хольтон-роуд, неподалеку от Кингс-сквер. Когда они приедут сюда, если хотите, я вас познакомлю…

Рассказ Лек зачаровал девушек. Должно быть, с таким же вниманием датские дети слушали сказки Ханса Кристиана Андерсена, но истории Лек были правдивыми, хоть и приукрашенными. Девушки смотрели на нее, иногда переводя взгляд на Крейга, как бы интересуясь, как он, но на самом дела ища подтверждения правдивости слов Лек. Ни одна из них никогда не бывала в Европе, но каждая об этом мечтала.

По правде говоря, они все с радостью уехали бы куда угодно из Таиланда, если работа и зарплата была бы лучше — а они верили, что везде за границей лучше, чем здесь. «Везде» - то есть в Европе, Австралии и США, про Канаду и Новую Зеландию большинство даже не слышало. Или в Северной Африке — но ходили слухи, что девушек там продают в сексуальное рабство, а этого ни одна из них не хотела.

На своем мотоцикле приехала Бэу, и шумиха началась заново. Несколько девушек вскочили, притворяясь, что работают, и чтобы босс могла сесть рядом со своей любимой кузиной. Она обняла Лек одной рукой, наклонилась для поцелуя, и взяла второй Крейга за руку.

- Привет, вы оба! Как у вас дела? Хорошо съездили? Простите, что не смогла вас встретить, но кое-кто запаздывал ко мне. (Но такого больше не случится). Ну что, не продал он тебя в рабство? Или ты подрабатывала секс-рабыней на полставки? Крейг, она не рассказала тебе? Она так волновалась, что ты продашь ее в сексуальное рабство старикам в дом престарелых. Может, она не возражала бы, если бы продал ее футбольной команде. Или во что вы играете в Уэльсе? Регби, так ведь? Да, регби.

Лек сидела вся красная и радовалась, что никто из девушек не понял, что Бэу про нее говорит — она говорила слишком быстро.

- Нет, она ничего не говорила. О чем ты, Бэу? И как дела у тебя?

- О, я отлично. Старухи в деревне предупредили Лек, что ты можешь продать ее в сексуальное рабство. Многие девушки волнуются из-за этого, но я сказала Лек, что деревенские старухи ей просто завидуют.

Лек потеряла дар речи и прикрыла лицо ладонью, чтобы скрыть румянец.

- О Бэу! Как ты могла! Я им не поверила, но ходят такие жуткие слухи, ты же знаешь. И я ничего не говорила про дом престарелых или футбольную команду! А что такое регби, я узнала всего несколько месяцев назад, - и добавила по-английски: - Не верить ей, Крейг… ну, не во всем.

- Я не понимаю, о чем ты. Не верить чему? Что сказала Бэу? - спросил Крейг.

- О, не волноваться, я сказать тебе потом. Сейчас не важно. Дамы в деревне говорить мне быть осторожной, чтобы никто не продать меня в сексуальное рабство, вот и все. Не волноваться.

- О, и всего-то, - ответил он. Он не понял ее полностью. Но одно он выучил: если Лек говорила «потом», это означало «нет» или «никогда», и он оставил эту тему. Он доверял ее суждениям, особенно у нее на родине, о которой она знала намного больше него.

Бэу села и зажгла сигарету, перед ней поставили джин с тоником, и она прозвонила в колокольчик, что для нее было необычно. Полдесятка девушек подскочили, чтобы выполнить заказ босса, но они все вернулись слушать продолжение истории. Бэу не отругала их, она была хорошим боссом; к тому же, большинство этих девушек были вовсе не барменшами.

Лек быстро оправилась от смущения, да и эффект таблеток проходил. Адреналин и радостное волнение от встречи с друзьями «отрезвили» ее быстрее, чем холодный душ, кофе или даже автокатастрофа. Она была на седьмом небе, и все были там с ней, и Крейг устроился поудобнее — пить пиво и наблюдать за ними.

Клиенты приходили и уходили, девушки вставали составить им компанию, и или возвращались, когда мужчина уходил, или уходили с ним. У некоторых девушек были постоянные клиенты, и они ухаживали за ними в надежде на такое же приключение, как у Лек. Всем хотелось так же, как Лек, и они надеялись, что она даст им какую-нибудь подсказку, как ей это удалось.

Никто не удивился, что именно Лек удалось первой - за годы - поехать за границу, и никто не обижался на нее. Она была их старшей сестрицей, легендарной героиней Лек, они все хотели быть как она. Даже новенькие девушки о ней слышали, хотя до сих пор не видели воочию. Даже Крейга вознесли на пьедестал, поскольку верили, что такой женщине, как Лек, выпадало много шансов поехать за границу, но она по какой-то причине ими не пользовалась. А значит, было в Крейге что-то особенное.

Не Адонис, думали они, значит, добрый и богатый. Или, по крайней мере, состоятельный.

Иногда и сама Лек не понимала, почему она выбрала его. В ее жизни наступил решающий момент: она точно больше не была юной наивной девушкой, но что важнее, ее дочери Сумсомай исполнилось двенадцать, и она не хотела, чтобы та знала, чем ее мать зарабатывает на жизнь. Крейг ей нравился, даже очень, и он был добрым. Не богатый, но состоятельный по ее меркам, и еще достаточно молодой, чтобы работать.

А Крейг очень любил Лек. Он никогда раньше не встречал таких, как она. Конечно, он работал, учился и путешествовал почти всю жизнь и никогда не был женат, но опыт отношений с женщинами у него был. Но такие, как Лек, ему раньше не встречались. Или он просто встретил ее в подходящее время. Он не знал и не хотел об этом думать. Он знал, что хотел остаться с ней, и хотел остаться в Таиланде, который ему понравился больше, чем родная страна.

Единственной на его взгляд проблемой было то, что он всегда опасался жениться на девушке из другой страны, потому что он был ограничен в средствах, а путешествия на другой конец земного шара к родителям обходились недешево. В Таиланде он не найдет работу, разве что учителем, но для этого у него было недостаточно терпения и уверенности. Пока что у него были накопления и вложения, но как надолго их хватит?

Вот в чем загвоздка.

Из центральной Паттайи нужно будет уехать как можно скорее, это понятно, но куда? Он знал только Паттайю. В Бангкоке все было еще дороже, да и большие города ему не нравились. Им обоим нравилось в Паттайе, так может, переехать в пригород? Они с Лек еще об этом не говорили, но еще перед отъездом забронировали квартиру на два месяца, так что у них будет время что-нибудь придумать.

Следующий шесть или семь часов Крейг мечтал и пил, а Лек пила и говорила. Скучно никому не было.

Совсем. Наоборот, так мирно. Спокойно.

Он даже не обращал внимание на ужасную громкую музыку, которую так ненавидел. Так он был рад снова быть в Паттайе и Таиланде. Ему хотелось пойти посмотреть, как солнце заходит в море, но было лень встать.

Около часу ночи, в официальное время закрытия баров в Паттайе, усталость от длительного перелета и опьянение все-таки взяли верх над адреналином и волнением, и Лек неохотно решила закругляться и идти домой. Бэу вызвала им такси, которое подъехало слишком быстро. Они надеялись, что у них будет еще минут десять или двадцать, но им дали только две. Лек одним глотком допила свой виски, а Крейг забрал бутылку пива с собой. Таксист положил их сумки в багажник, и они поехали, счастливые наконец-то оказаться в своем новом доме.

Их квартира находилась в поместье Диана на Сои Буакао всего в десяти минутах езды от бара, несмотря на пробки. Охранник у ворот ждал их с ключом от их квартиры, потому что консьержка уже ушла спать. Но они не расстроились. Крейг отказался от предложения охранника показать им их квартиру, потому что сам все исследовал три месяца назад, когда ее бронировал.

Они поднялись в квартиру, разделись и вместе приняли душ. Крейг вышел голышом, а Лек — завернутой в полотенце, как обычно делала в Таиланде. Она скучала по этой привычке в Великобритании. Она никогда бы не подумала, что такая простая вещь, как полотенце, может доставить столько удовольствия. Она даже не понимала, насколько ей не хватало защиты полотенца в Британии, но теперь знала.

А может, в Европе она просто скучала по Таиланду и друзьям, несмотря на то, что поездка туда была ее целью целых десять лет.

Но сейчас это было неважно; ни один из них не хотел анализировать свои мысли, и через несколько минут они оба крепко спали.

Это подождет до завтра, когда их новая жизнь, их воодушевляющее совместное будущее, начнется по-настоящему.

2 УСТРОЙСТВО НА НОВОМ МЕСТЕ

Они проснулись в девять, немного позже, чем обычно. Когда Лек работала, она просыпалась не раньше полудня, но когда она была с кем-то, то просыпалась с ним вместе.

С Крейгом она была уже почти год и с легкостью приспособилась к его стилю жизни. По правде говоря, обычно она вставала на пару часов раньше него, чтобы успеть сделать все домашние дела. Кроме того, она снова ела по утрам рисовый суп, как делали в деревне.

Еды в квартире не было, и Лек пошла в душ, чтобы потом пойти в ближайший магазин. Крейг включил канал Pattaya People’s News, который обычно вещал на английском. Он лежал и слушал, что произошло за последнюю неделю. Как обычно, какой-то скандинав выпрыгнул или упал с балкона, ну, или его столкнули, и кого-то ограбили на пляже в три ночи, угрожая ножом, парочка ледибоев.

Кое-что остается неизменным

У него неожиданно зазвонил мобильный, но он вспомнил, что вчера они с Лек снова вставили тайские симки. Звонила Лек, кто же еще.

- Привет, милая. Что случилось? Все в порядке?

- Конечно, телак, но во дворе дома есть неплохое кафе. Я не хотеть готовить, так что, может, спуститься, и мы поесть в нем или во дворе на солнце? Здесь есть и тайская, и фарангская еда. И кофе выглядеть неплохо.

- Хорошо, не готовь. Я быстро приму душ и выйду. Где оно?

- Выйти на балкон, посмотреть налево и увидеть меня. Я стоять прямо перед кафе.

Крейг так и сделал и увидел с энтузиазмом машущую ему Лек.

- Хорошо, заходи. Я спущусь минут через десять-пятнадцать.

Он не торопился. Он хотел выпить кофе, но не привык есть сразу после подъема. Но Лек любила завтракать едва проснувшись, если только ей не нужно было идти на улицу, тогда она завтракала поле душа. Она была из тех людей, которые чувствуют себя плохо, если не питаются регулярно. В течении дня она то и дело чем-нибудь перекусывала, а Крейг довольствовался одним или двумя полноценными приемами пищи.

Когда Крейг подошел к Лек, она ела рисовый суп — тайский эквивалент овсянки. Благодаря тем, с кем она водила знакомство, она научилась пить чай и кофе, но предоставленная сама себе она предпочитала ледяную воду.

Хотя многие квартиры в поместье занимали иностранцы — фаранги или фаланги по-тайски — персонал кафе не понимал английский Крейга, и Лек заказала для него английский завтрак и кофе. Она хотела порадовать его, но он не был голоден. К тому же, здешняя версия английского завтрака была не самой лучшей, но он притворился довольным, чтобы никого не расстроить.

День был замечательным, солнце отблескивало от поверхности небольшого бассейна поблизости. Прямо под их балконом был и большой бассейн, и Крейг решил каждый день ходить плавать в нем, чтобы сбросить вес. Он надеялся, что Лек к нему присоединится, но сомневался в этом.

- Телак, что ты хотеть делать сегодня? Мне нравиться это поместье и нравиться наша комната. Что мы будем делать?

Он почти что слышал ее мысли: «Скажи, что мы пойдем в «Daddy’s Hobby», ну же».

- Я не знаю. Нам нужно обсудить, где мы будем жить и как зарабатывать на жизнь, но, наверное, это может и подождать…

- Мы можем остаться здесь! Ты можешь плавать и работать за компьютером, как и раньше; я буду заботиться о тебе и, может, найти маленькую работу, хотя это и сложно. Ты хотеть, чтобы я работать в магазине, в отеле — заправлять кровати — или в баре?

- Я снял квартиру на два месяца, но потом, я думаю, нам нужно найти постоянное место. И да, я попробую зарабатывать через Интернет, но не хочу, чтобы ты работала ни в одном из этих мест. Пока не работай нигде, разве что тебе действительно захочется.

- Хорошо, хорошая идея. Ты хотеть плавать после завтрака. Я принести полотенца и плавки и книгу для тебя, - и она ушла. Крейг подозревал, что у нее есть какой-то план. Тайские женщины, как и многие тайские мужчины, живущие в городе, стараются не появляться на солнце, потому что хотят, чтобы их кожа оставалась белой. Так почему же она соглашалась посидеть с ним у бассейна?

Лек спустилась со спортивной сумкой с вещами Крейга и в полотенце, обвязанном вокруг талии, и он подумал, что он составил себе неверное представление о ней. Пока он переодевался в туалете, Лек передвинула два шезлонга как можно сильнее в тень и поставила над ними зонты.

В бассейне никого не было, несмотря на то, что было уже одиннадцать утра, и он выглядел очень заманчиво.

Крейг плавал около часа, а Лек смотрела за ним и притворялась, что пытается уснуть. Когда он вылез, она протянула ему полотенце и принялась натягивать джинсы.

- Я не могу сидеть здесь, милый, слишком жарко, солнце двигаться и моя кожа чернеть. Я хочу идти в дом Бэу и обедать с ней. Ты оставаться здесь, плавать и читать книгу. Я думать, тебе скучно сидеть и слушать, как я и кузина говорить по-тайски. Нет?

Я хочу знать все, что здесь произойти, пока я была в Уэльсе. Слишком скучно для тебя, а? Я хочу говорить по-тайски и есть настоящую тайскую еду с севера Таиланда. Бэу звонить мне и пригласить прийти на обед. Она пригласить и тебя, но я сказать, что не думаю, что ты хотеть. Ты хотеть идти, телак?

Крейг знал, что его перехитрили, но не обиделся. Лек была права, ему было бы скучно, а так он мог ускользнуть в бар и посмотреть, кто там есть.

- Нет, все хорошо, не волнуйся за меня, Лек. Увидимся позже.

- Хорошо, большое спасибо, телак. Не пить слишком много, я позже позвоню тебе. Может быть, увидимся в баре «Daddy’s Hobby» в четыре часа. Хорошая идея, нэ? Хорошая идея. Пока.

Она украдкой огляделась и быстро чмокнула его в щеку. Она снова была в Таиланде, а здесь поцелуи у всех на виду не приветствовались даже в Паттайе. Он смотрел ей вслед и не мог не думать, какая она красивая. Идти в бар было слишком рано, так что Крейг последовал совету Лек, покопался в сумке и достал книгу.

Он решил поплавать до полпервого, а потом куда-нибудь идти. В полдень в бассейн с плеском прыгнул какой-то толстый старик. Крейга он застал врасплох, потому что тот полностью погрузился в чтение, но он поднял голову, чтобы узнать, не стоит ли представиться. Мужчина не смотрел на него, но метрах в пяти за кустом пряталась невысокая молодая женщина.

Она посмотрела на Крейга, потом на мужчину в воде и хихикнула. Старик крикнул ей: «Spring ins Wasser» - «Прыгай в воду» по-немецки. Женщина очевидно стеснялась Крейга, так что он уткнулся в книгу, и она пробежала мимо его, сбросив полотенце в последний момент перед прыжком.

Но она знала, что в эти последние секунды Крейг смотрел на нее, и ей это не слишком-то понравилось. Наверное, они привыкли, что бассейн принадлежит им одним. Минут десять спустя спустилась еще одна пара пенсионеров, и тоже, как оказалось, из Германии. Кожа у них была коричневой и морщинистой как грецкий орех. Он страдал от лишнего веса, а она, напротив, была чрезмерно худа. Очевидно, они договорились каждый день перед завтраком совершать определенное количество кругов по бассейну.

Первый немец успешно уходил с пути серьезных пловцов, но его девушка прижималась к бортику, как будто боялась, что ее унесет потоком воды. И первая пара, и вторая, и Крейг старательно игнорировали друг друга, но начал это не Крейг.

«Очень дружелюбно, - подумал он. - Даже слишком».

А Лек тем временем поймала перед поместьем сонгтео, доехала на нем до Паттайя Кланг и там пересела на другое, поворачивающее направо — ее сонгтео шло налево, на пляж. Через пятнадцать минут она приехала к своей кузине, Бэу. Ее дочери еще не вернулись из школы, и дом был в их распоряжении.

- Как тебе город Крейга — Барри, так? Понравились его родственники и друзья?

- О да, - ответила Лек. - Вчера я не шутила, когда сказала, что мне там понравилось все, кроме того, что моя дочь и другие родственники далеко от меня. Я хочу переехать жить туда, но это не так просто, потому что Крейг настроен жить здесь. Со мной, конечно. Но я могу что-нибудь придумать. Время еще есть.

Они рассмеялись и обнялись. Они были счастливы снова быть вместе. Они всегда ладили лучше, чем кузины — скорее, как сестры. Лек работала в баре Бэу десять лет, но занимала особую должность, на какую не приняли бы ни одну из прочих девушек.

- Взгляни на ситуацию вот с какой стороны, телак: Сум все еще юна и не очень хорошо говорит по-английски, так ведь? Так что, может, будет лучше, если Крейг ее подучит прежде чем вы все туда поедете. На это уйдет, может, пара лет, и он захочет побывать дома. Не волнуйся. Как ты и говоришь, времени у тебя достаточно. Посмотрим, что уготовила вам судьба.

Лек солгала Крейгу, но это была белая ложь: на обед ее не приглашали. То есть, обед не был готов, кузины хотели заняться готовкой вместе, как раньше, в деревне, где было принято, чтобы гость помогал с приготовлением пищи. Там, если тебя не просили и не позволяли помочь, значило, что тебя не считали достаточно близким другом.

Первым делом нужно было позвонить еще одной старой подруге из деревни, Ной, которая тоже работала в «Daddy`s Hobby», но ночной охранницей. Она договорилась уйти пораньше, чтобы встретиться с друзьями. Они встретились на рынке, и когда Ной и Лек увидели друг друга, то побежали друг другу навстречу и обнялись.

- О, Ной, я так скучала по нашим разговорам. Я пыталась дождаться тебя вчера ночью, но мы так устали, и такси приехало быстро. Но мы все же снова вместе, все втроем. Как три сестры, как горошины в стручке, а? - и они, взявшись за руки, отправились покупать свои любимые продукты.

Час они занимались покупками, час мыли, нарезали и готовили еду, и еще час — ели. Совсем как в деревне, приготовив три или четыре блюда, они начали есть, но в то же время продолжали готовить, так что на столе постоянно стояли и полусъеденные, и свежие блюда.

Когда они наелись до отвала, у них еще оставались килограммы еды, и приготовленной, и нет. Час они дремали, разговаривали и смотрели телевизор, а потом Бэу разделила остатки еды на три равные части и разложила их в пакеты.

Ной заберет свою долю домой, потому что ей нужно встречать дочь из школы, а Лек и Бэу продолжат готовить, а потом принесут еду в «Daddy’s Hobby», и вчерашняя вечеринка продолжится, но с большим количеством людей.

Крейг думал, что легко отделался от нежеланного обеда, но на самом деле Лек отпустила его, чтобы заняться своими делами. Он вышел из поместья и кивнул охраннику на выходе. Он думал, что прогуляется по Сои Буакао, но недалеко от бара Бэу свернет с нее на Сои 7, к одному из своих любимых заведений - «Pig and Whistle».

По дороге он намеревался заглядывать в другие бары, а в «Daddy’s Hobby» прийти позже — примерно в полпятого или пять. В Таиланде опоздать на час было нормой, Лек не разозлится.

Как и надеялся Крейг, посетителей в барах еще не было — для них слишком рано, и барные «девочки» скучали. Они зазывали его зайти стандартными фразами, вроде «Привет, красавчик», или «Выпей со мной». Он воспользовался не одним щедрым предложением, но намеревался только выпить пива.

Большинство девушек были красивыми и скудно одетыми. Немногие из них знали английский достаточно хорошо, чтобы поддержать разговор, но, сказать по правде, они и не были заинтересованы в разговорах. Если посетитель не хотел секса и не покупал им напитков, вскоре они его оставляли в одиночестве. Проблемы для Крейга это не представляло: его путь пролегал мимо сотен баров с тысячами девушек. Он не мог успеть выпить и в пяти процентах из них.

Иногда происходили и приятные сюрпризы: девушка сидела и разговаривала с посетителем просто так или за пиво, потому что до смерти соскучилась в пустом баре, или потому что в этом случае клиент не уходил и продолжал тратить деньги. Но если приходили другие посетители, честнее было уйти к ним. На такие приятные разговоры с прекрасными полуобнаженным незнакомками Крейг и надеялся.

Он всегда сразу говорил девушкам правду, но не раскрывал, где остановился. Последнее, чего ему хотелось — это пьяная и отчаявшаяся женщина под дверью его с женой номера в отеле. Такое случалось — по крайней мере, ему рассказывали. В Паттайе никогда не знаешь, чему стоит верить, но подобные истории звучали правдоподобно.

Сейчас он мог сказать девочкам, что сегодня — первый день его отпуска. Так он точно привлечет внимание: это могло значить, что он останется с ними на месяц (обычно в Таиланд приезжали на месяц), или, по крайней мере, часто к ним приходить; или что он совсем ничего не знал о барных «девочках», и они смогут выудить из него побольше денег. Первым делом девушки интересовались, на сколько турист приехал, а вторым, что было менее важным — есть ли у него уже подружка-тайка.

Большинство девушек не стеснялись занимать место той, кого они не знали, а некоторые — куда более редко — и той, кого знали. Обычно это были уже давно здесь работающие и отчаявшиеся профессионалки, или же одиночки и «фрилансеры».

Одна барная «девочка» как-то сказала ему: «Мы ведь никому не изменяем, но служим веревкой, на которой вешают неверных мужей».

Наконец, часам к четырем, он дошел до «Pig» и зашел внутрь, посмотреть, кто там есть. Обычно пик посетителей приходился на часы приема пищи — полдень, с пяти до шести вечера и с семи до десяти, но сейчас в ресторане находилось несколько постоянных посетителей, с которыми он познакомился в прошлую поездку в Таиланд.

- Привет, Крейг, как ты? Когда ты вернулся? - спросил кто-то со стороны бара — один из управляющих ресторана-отеля.

- Все отлично, спасибо, Роб. А ты как? Мы вернулись вчера вечером.

- Как твоя малышка - Лек, да? Несколько минут назад мне показалось, что я видел ее под руку с какой-то женщиной, но я подумал: «Нет, это не может быть Лек, она в Южном Уэльсе с тем парнем».

- Скорее всего, это она и была, с кузиной, наверное. Она пошла к ней на обед, и мы с ней договорились встретиться примерно в это время. Но я задержусь, можешь попросить бармена налить мне пинту «Guinness», пожалуйста? Будешь тоже?

- Нет, спасибо, мне не надо. У меня сейчас перерыв, через час я снова на смене. Народу ожидается много. Нельзя, чтобы меня видели пьяным на работе. По крайней мере, не каждый день.

Принесли пинту «Guinness». В Азии его характерный вкус жженого дерева или угля всегда был сильнее, чем в Европе. Возможно, все дело было в местной воде.

- Какие новости, Роб? Случилось ли что-нибудь крупномасштабное, пока меня не было? Полагаю, еще несколько пьяных скандинавов свалились с балкона?

- Ничего интересного не происходит. Сезон выдался тихим и жарким. Только на Сонгкран, как обычно, приехало много туристов. Но даже если фарангов приезжает мало, тайцы сами празднуют от души. Но пара человек спрыгнула с балкона, веришь или нет. Я считаю, их столкнули. Напоили, ограбили и столкнули. Так поступают не только со скандинавами, но иногда и с немцами.

Роб ушел, а Крейг выпил еще пинту пива. Больше никто его не узнал, и он сам не горел желанием заводить разговор с незнакомцами, так что просто сидел и смотрел, как девушки идут на работу, как фаранги возвращаются с пляжа, и думал, чем обернется затея жить в Таиланде.

Сказать по правде, как бы он не храбрился на людях, он вовсе не был уверен, что ему делать. Он знал, чего он хочет: жить в Таиланде с Лек и зарабатывать им на жизнь через Интернет. Это казалось вполне возможным, но многое было вне его контроля: в любой день законы или курс валют могли измениться и все испортить. Вряд ли за двадцать пять лет — примерно столько, как Крейг подсчитал, он здесь проживет - закон или курс валюты не обернется против него.

На это надеяться не придется. Что тогда? Возвращаться домой, поджав хвост, без денег? Сможет ли он увезти с собой Лек, если она вообще согласится уехать с нищим? Будущее пока что виделось ему воодушевляющим, но очень уж неопределенным, и он ничего не мог с этим поделать.

Они с Лек плыли в каноэ по непрозрачным водам неизвестной реки.

Эта мысль его отрезвила, он допил пиво и поспешил на встречу с Лек, наверняка уже ждавшей его в баре Бэу.

Она и вправду ждала его, такая же прекрасная, как и всегда; она стояла за барной стойкой и разговаривала с Бэу и парочкой посетителей.

Она заметила его и радостно замахала, как будто делала это уже не первый год:

- Эй, красавчик! Хочешь выпить со мной? Откуда ты? - закричала она ему. Три женщины громко рассмеялись, а мужчина широко улыбнулся. Когда Крейг подошел ближе, он встал и протянул ему руку.

- Привет, меня зовут Боб. Наслышан о тебе. Как дела?

- Отлично, Боб, спасибо.

Крейг пожал протянутую руку и попытался припомнить, видел ли он этого мужчину раньше. Девушку он знал — это была Мия, старая подруга Лек из деревни, но этого Боба с австралийским акцентом он не знал.

С Мией Крейг познакомился таким образом, что даже старческое слабоумие не сотрет ее из его памяти. В прошлом она вела себя с ним еще более «дружелюбно», чем новенькие девушки вчера, но у нее хватало здравого смысла делать это незаметно. Мия была опасна, но ему она нравилась. Сейчас же, решил Крейг, когда они все сидят за барной стойкой, и с ними постоянный бойфренд Мии, она ничего не сделает.

Он сел рядом с Мией, она сжала его колено, а Лек поставила перед ним пиво.

- О, Боб! Я люблю этого человека. Он — хороший друг моей хорошей подруги Лек и помогает и мне. Ты понимать? Ты не ревновать, нэ? Крейг только хороший друг.

Боб кивнул и улыбнулся Крейгу. Крейг тоже улыбнулся, но внутренне скривился, зная, что всю правду о том, что произошло между ним и Мией, ни Лек, ни Боб не знали. Он чувствовал себя так, будто его взяли в заложники.

- Мы давно хорошие друзья, нэ, Крейг? Ты, я и Лек? - сказала Мия, передвинула руку с колена на бедро Крейга и сжала его. - Я давно знать Лек и любить ее друга, и она любить моего, нэ, Лек?

Лек с энтузиазмом закивала и сказала:

- Мы и Мией знакомы с младшей школы, а с Крейгом — почти год.

Мия снова сжала его бедро, на этот раз выше, и поцеловала его в щеку. Лек сидела с другой стороны стойки и не видела, что именно происходит, но могла догадаться по расположению руки Мии.

Боб видел все, и это ему не слишком-то нравилось.

Он понял, что между ними — нечто большее, чем ему сказали, но не знал, что именно. Лек видела, как напрягается лицо Боба, но решила, что он просто ревнует, а она презирала ревность и не испытывала ее с тех пор, как десять лет назад оставила своего мужа.

Крейг уже спрашивал Лек, не эксгибиционистка ли Мия, и Лек удивилась такому вопросу, но он по предыдущему опыту общения с Мией знал, что она готова на все, при условии, что их не поймают на горячем, но подозревал, что на самом деле она хотела однажды сделать это на виду.

Мия вела себя как «скромная» монашка, которая роняет полотенце, переодеваясь, и так смущается, что не может прикрыться несколько минут.

Крейг был единственным здесь, кроме самой Мии, кто знал об этом, потому что она уже показывала ему подобный трюк. По правде говоря, он с радостью повторил бы, но теперь ставки были слишком высоки для него, и он неплохо провел время с ней.

Но она продолжала соблазнять его, пока они пили, а Боб злился все сильнее.

Когда он ушел в туалет, а все девушки в баре были заняты посетителями, Мия наклонилась к Крейгу, положила руку на его ширинку, расстегнула ее и прошептала ему на ухо:

- Твои брюки расстегнуты, ты что-то хотеть, пока я здесь? - и она погладила его сквозь брюки.

«Где же Лек и ее защитницы, когда они нужны, - подумал он, - когда сопротивляться так трудно?»

Боб вернулся, и Мия воскликнула:

- Крейг, твой молния капут, смотреть!

Трое или четверо посетителей обернулись в их сторону и рассмеялись.

- Молния сломаться, я пойти починить ее и пописать, - на упрощенном английском ответил Крейг, соскользнул со стула и поспешил в туалет, прикрывая рукой пах, чтобы создать впечатление, что у него действительно сломалась молния. Лек послала ему воздушный поцелуй из-за стойки. В туалете Крейг сделал свои дела, застегнулся и вышел, но его тут же схватила Мия.

Она утянула его в тень, задрала юбку и засунула его несопротивляющуюся руку себе в трусики.

- Я брить киска, - сказала она. - Ты думать, я брить хорошо? Ты бриться дольше, чем я; ты помочь мне учиться брить киска так хорошо, как ты — лицо? Потрогай здесь. О, слишком влажная, здесь нет волос. Прости, что ты думать? Там волосы не расти, а?

Крейг погладил ее и усилием воли заставил себя убрать руку.

- Мия, ты же сказала, что больше не будешь, потому что у тебя есть бойфренд, Боб, да? - сказал он. - Если ты счастлива с ним, а я счастлив с твоей подругой Лек, какого черта ты творишь?

- Никакого, - ответила она. - Просто развлекаться, - и она ушла к барной стойке.

Крейг последовал за ней, немного отставая, но он был обеспокоен.

Он не мог и не хотел больше обманывать Лек. Проблема была в том, что Мия ему нравилась, а ее внимание ему льстило. По правде говоря, с ним такое случалось впервые. Таких знакомых и друзей, как Мия, у него больше не было.

Когда он сел на свой стул, Лек, обслуживающая посетителей, улыбнулась ему. Улыбнулась ему и Мия.

Боб старательно смотрел в другую сторону.

Спустя какое-то время Лек надоело помогать в баре, и она села рядом с Крейгом. Теперь Лек сидела слева от него, а Мия — справа, и чтобы услышать друг друга сквозь шум музыки, им приходилось наклоняться через него и кричать друг другу в ухо. Лек опиралась на его бедро, а Мия — на другое, немного выше.

Когда она думала, что никто не смотрит, она слегка поглаживала ширинку Крейга мизинцем. Она притворялась — а может, и действительно была — очень пьяна. В конце концов бар закрылся, и все разошлись своими путями.

По дороге домой Лек сказала:

- Ты нравиться Мии, я видеть. Если бы я не знать тебя лучше, я бы думать, что мне есть, о чем волноваться.

- Ах, не волнуйся, - сказал Крейг. Он знал, что никогда не променяет Лек на секс с Мией.

Как бы хороша она ни была.

3 КУДА ТЕПЕРЬ?

Однажды вечером они пили холодный кофе на балконе, и разговор зашел о будущем.

- Ну что ж, Лек, мы неплохо отдохнули, но пора нам начинать строить планы. Что скажешь? Чем ты хочешь заниматься?

- Ну, прежде всего я хотеть повидаться с мамой и Сум.

- Да, хорошо, мы поедем к ним через два дня, если хочешь, но я говорю о долгосрочной перспективе. Для начала, где ты хочешь жить?

- Решать сам, дорогой, я предлагать на выбор или Паттайю, или мою деревню, Баан Суай.

- Хорошо, это уже кое-что. Мне нужен Интернет, и если в деревне он есть, то у нас все еще остаются два варианта, но если нет, то мы поселимся здесь, в Паттайе. Мы можем купить или снять дом или квартиру здесь и небольшую «охотничью избушку» в деревне, куда будем ездить на выходные.

- «Охотничью избушку»? Что такое «избушка»? В деревне нельзя охотиться. Охотиться только на лягушек, не тигров. Сейчас нельзя охотиться на тигров. Полиция забрать тебя, и тигров больше нет. Я не понимать.

- Все в порядке, притормози, успокойся. Я не собираюсь охотиться для развлечения. Я имею в виду небольшой домик. Охотничья избушка — всего лишь небольшой домик. Хижина. Маленький деревянный домик.

- Ах, поняла! В деревне много охотничьих избушек. Но для чоу — то есть для съема — немного. Может быть, купить землю и построить маленький дом. Можем?

- В деревне есть Интернет?

- Я не знать, телак. Я думать, ни у кого нет компьютера, но я не знать. Через два или три дня сможем узнать.

- Да, хорошая идея. Я хочу, чтобы и в нашей комнате был Интернет, и сегодня я хочу купить беспроводной USB-модем. Он похож на мобильный, но только для Интернета. Вчера на Паттайя Кланг я видел такой за три с половиной тысячи батов, не очень дорого. Тогда мне не придется платить по двадцать батов за час в Интернет-кафе. Сейчас я каждый день плачу сто-сто шестьдесят батов. С модемом я смогу работать в нашей комнате или на пляже, или где захочу.

И они допили кофе, прихватили ноутбук и отправились в магазин.

- Меня интересуют беспроводные модемы, - сказал Крейг продавщице.

- Э?

- Вот этот беспроводной модем.

- Э?

- О чем говорит этот фаранг? - спросила она Лек. - Я не понимаю его. Он говорит по-английски? Я немного говорю по-английски.

- Он говорит по-английски, но я тоже не знаю, чего он хочет. Я совсем не разбираюсь в компьютерах. Спросите его еще раз, но попросите говорить медленнее.

- Что вы говорить? Говорить снова, но говорить медленнее, пожалуйста, сэр.

- Хорошо. Я хотеть этот беспроводной модем. Вот этот, прямо здесь.

- А! Wi-Fi? Интернет Wi-Fi. Хорошо. Смотреть.

Крейг изучил устройство, вытащил свой ноутбук и включил его.

- Можно мне проверить его?

- Нет, нельзя. Нет ка.

- Что? Нет «ка»? Что такое «Интернет ка»? Лек, о чем она говорит? Можно мне посмотреть инструкцию, пожалуйста, Лек?

После краткого разговора на тайском Крейгу вручили инструкцию.

- Я не знать, как сказать, но у нас нет «ка» для модем. Я не знать, что есть «ка».

И он сел читать инструкцию.

Она была только на тайском. Он не мог ее прочесть, а Лек не понимала ее. Тогда продавщица достала мобильный, открыла крышку и указала на сим-карту.

- В модем нет ка. Нужно купить, и можно использовать для Интернет.

- А, понимаю. Нужна сим-карта, - обе женщины улыбнулись и кивнули. - Хорошо, если я купить Wi-Fi и сим-карту, он будет работать везде?

- Нет, - ответила продавщица. - Только в Таиланд. Если вы ехать в Камбоджа, перестать работать.

- Ладно, а в Таиланде он работает везде? Где угодно? Даже в Сукотае, Уттарадите, Пхитсанулоке, в деревне на севере? Или только в большой город?

- Везде, сэр. Он работать везде в Таиланд. Даже в деревня.

- Хорошо, тогда дайте мне, пожалуйста, один Wi-Fi и одну сим-карту.

Он убрал ноутбук, а продавщица ответила:

- Вы можете купить Wi-Fi, но не ка. Нет.

- Что? - он начинал сердиться. - Почему нет?

Снова разговор на тайском, и Лек сказала:

- Сим-карту нужно купить в магазине DTAC.

Крейг не понял, о чем она, но купил модем, и они ушли из магазина. Он не знал, что такое сим-карта DTAС, но Лек повела его прямо в магазин рядом с их квартирой. Когда он увидел магазин, то осознал, что видел уже сотни таких же. На каждой более-менее оживленной улице Паттайи было по несколько таких. DTAC — один из крупнейших мобильных операторов Таиланда, и благодаря тысячам «девочек» и нескольким миллионам туристов в год, Паттайя могла обеспечить прибыль сотен магазинов, торгующих телефонами и сим-картами.

Сим-карта Крейга с неограниченным доступом в Интернет обошлась ему в семьсот пятьдесят батов в месяц, намного дешевле, чем сейчас — около четырех тысяч — и, к тому же, удобнее. И у них все еще оставался выбор, где им жить.

Дела шли в гору.

Крейг с Лек отправились в «Daddy’s Hobby», где Крейг подключил свою новую игрушку и с радостью обнаружил, что она работает, как мечта. Они сидели в баре, пока ноутбук не разрядился, и Крейг не захотел идти домой. Но у Лек была идея получше — она просто подсоединила ноутбук к сети. Провод Крейг всегда носил с собой, потому что заряда хватало всего на два часа, а Крейг регулярно проводил в интернет-кафе по восемь часов.

Он сходил за пивом и вернулся абсолютно счастливым.

Лек восхищалась, насколько Крейг погружен в работу и полностью увлечен ею. В такие моменты, как она заметила, он словно бы остается один в мире, не обращая внимание ни на что, но если его позвать по имени, он отреагирует. Это ее поражало. Сама Лек с трудом могла сосредоточиться на чем-то дольше, чем минут на пятнадцать. Именно поэтому она не очень-то любила читать книги.

Лек всем рассказала, как она рада на несколько дней поехать домой, к семье. Они отреагировали соответствующе, повздыхали, что не смогут поехать сами, а те, что тоже были родом из Баан Суай, спросили Лек, не сможет ли она передать подарочки их родственникам. Таков был обычай, и Лек, естественно, согласилась. Некоторые девушки бросились в магазин немедленно, пока в баре не было посетителей.

В подарок посылали то, что в деревне было не достать, например, шоколад для детей и сушеные кальмары для взрослых. Ананас из провинции Чонбури, где расположена Паттайя, тоже считается деликатесом, одним из самых сладких в Таиланде. Матери, скучающие по своим детям, часто отправляли им одежду.

Некоторые девушки, которые умели пользоваться Интернетом, хотели попробовать. Так они смогут сэкономить на интернет-кафе; и Крейгу пришлось читать, переводить и писать довольно порнографические сообщения для их любовников-фарангов. «Вот они-то не знают, что им пишет мужчина», - подумал он, и улыбнулся, представив себе выражения их лиц, если бы они об этом узнали.

- Ха-ха! Мужчина говорить мужчина, что хотеть целовать его везде. Смешно, нэ, Крейг? Если мой бойфренд Джон знать, что ты писать сообщение, он хотеть бить и тебя и меня. Сказать ему, что я хотеть целовать его там, внизу. Хорошая шутка, нэ?

Крейг не впечатлился, но хотел помочь и передал ее сообщение.

Этого хватило, чтобы восстановить отношения Крейга с девочками, и он наслаждался каждой минутой, проведенной с ними. Он часто приходил в «Daddy’s Hobby» и помогал им с сообщениями.

Они вернулись в квартиру довольно рано, в девять часов, но после недели вечеринок оба устали. Они сходили в душ, легли в постель, и Лек, как обычно, уснула почти сразу. Крейг завидовал этой ее способности.

Он сам всю жизнь, сколько он себя помнил, засыпал с трудом. Он помнил, как уже в раннем детстве он спускался попить воды, потому что он не мог заснуть и ему было скучно. Родители всегда советовали ему просто полежать с закрытыми глазами, потому что «отдых — это так же хорошо, как и сон». Он больше в это не верил, но все равно засыпал с трудом.

Обычно он садился читать, но сегодня у него была новая игрушка, так что он включил компьютер и приготовился поработать. Он задавал тон всей своей дальнейшей жизни здесь, но сейчас он об этом не знал.

Крейг уже создал несколько веб-сайтов, но он знал, что это была непрофессиональная работа, и принялся искать инструкции, как создавать их должным образом. Он не хотел досконально изучать HTML и предпочитал использовать редактор.

После трех часов поиска из шести редакторов он выбрал британский. Он стоил недешево, но уже в два часа ночи он был на рабочем столе, и Крейг собирался его запустить. Он всегда хотел работать над созданием сайтов.

К шести утра он создал сайт куда лучше, чем все, что он создавал раньше. По крайней мере, в окне предварительного просмотра он выглядел неплохо, и он принялся искать, где его разместить. Спустя час он нашел подходящее место и выпустил достойно выглядящий сайт в Интернет. Когда он поднял глаза от экрана, он увидел над собой Лек.

- Ты встать рано, телак? Я думаю, ты не ложиться спать. Почему ты не спать, дорогой?

- Не волнуйся, Лек, я просто в восторге от нового модема. С ним я могу делать, что захочу, в любое время дня и ночи. Мне он нравится. Смотри, я создал свой первый в Таиланде веб-сайт. Неплохо, а?

- Очень хорошо. Так ты сможешь зарабатывать деньги?

- Ну-у… нет, пока нет. Сам по себе сайт не принесет мне денег, но…

- Тогда я не понимать. Почему ты работать всю ночь над сайт, который не приносить деньги? Мне кажется, это глупо. Я не понимать Интернет и веб-сайты. Объяснить мне потом, я идти спать еще час.

Крейг не чувствовал себя обескураженным, но он также знал, что заработки через Интернет — штука ненадежная. Еще ненадежный один аспект их с Лек совместной жизни. Сказать по правде, единственное, в чем он был уверен, так это в том, что могло произойти все, что угодно.

Когда Лек проснулась снова, в полдевятого, Крейг подал заявки на Google Adsense, PayPal, Amazon и несколько других сайтов. Аккаунт на них позволит ему получать прибыль от своих сайтов, и это станет первым шагом к жизни в Таиланде без тревоги о деньгах, где бы они не поселились: в деревне Лек, Баан Суай, или Паттайе.

Больше он ничего не мог поделать, только придумать хороший веб-сайт, так что он разделся и забрался в кровать к Лек. Из французского окна, ведущего на балкон, струился солнечный свет.

Несколько секунд спустя он услышал:

- Телак, я идти за билеты в деревню на сегодня. Хорошо? Я хотеьт видеть моя семья и дочь. Увидимся позже. Мы ехать сегодня, если я смогу достать билеты. Или завтра, если не смогу.

Лек встала, когда Крейг засыпал, и это тоже станет постоянной частью их совместной жизни.

4 БААН СУАЙ

Крейг встал в полдень, помылся, позавтракал, поплавал в бассейне — все это за час — и вернулся к компьютеру. Он был в своей стихии. Ни один из его запросов на создание аккаунта не подтвердили, но он этого и не ожидал. Все компании, на которые он хотел бы работать, находились в США или Великобритании, и разница во времени с Таиландом составляла от семи до четырнадцати часов.

Мысленно он все еще обдумывал идею для хорошего веб-сайта, а сам в это время создавал сайт о Уэльсе, просто чтобы лучше ознакомиться с программой создания сайтов, которую он приобрел вчера ночью. Или уже сегодня утром. Долгий сон Крейгу не требовался.

Около двух вернулась Лек; Крейг к этому времени решил создать сайт о тайской кухне и застрял в процессе.

- Привет, телак. Как дела? У нас билеты на сегодня на шесть вечера. Ты хотеть что-нибудь есть?

Он не хотел.

- Нет, спасибо. Я хочу поработать, но не откажусь от нескольких баночек пива. Можешь принести мне упаковку, пожалуйста? Здесь так жарко, и кондиционер совсем не работает.

Лек это не обрадовало, но она послушно вышла на улицу. Минут через десять она вернулась с шестью большими бутылками пива «Chang».

- Крейг, ты оставаться здесь? Мне нужно идти в «Daddy’s Hobby», забрать подарки от подруг для их семей. Держи одну бутылку, остальные я ставить в холодильник.

Он что-то проворчал в знак согласия, и она ушла.

У него, как и у нее, была миссия, но они, сами того не замечая, уже шли разными путями.

Лек вернулась через три часа, все это время Крейг работал и успел выпить три бутылки пива. Вернувшись, она упаковала в чемодан вещи и подарки. Они сходили в душ и вызвали такси до автовокзала. Он располагался недалеко, но сейчас в Паттайе был час пик — с пяти до шести вечера — и ехать в это время было не лучшей идеей. Но Лек это учла, и на вокзал они приехали за пятнадцать минут до отправления автобуса.

Лек не слишком-то любила путешествовать. Она не только сильно страдала от укачивания, таблетки от укачивания влияли на нее как наркотик, к тому же она постоянно переживала, что что-то забыла. Ожидая прибытия автобуса. Крейг готовился к тому, что с ней случится приступ тревоги. И точно, спустя несколько минут она принялась лихорадочно рыться в сумочке.

- В чем дело, дорогая? - спросил он.

- Ох, билеты. Я давать тебе билеты, да? У меня их нет. Я думать, ты оставить билеты на столике у телевизора. Может, нам нужно купить новые билеты. У меня их нет.

- Я их даже не видел. Ты мне их не показывала. Успокойся, посмотри внимательнее, - Крейга одолевало искушение посмотреть самому, но он никогда не лазил по дамским сумочкам. - Не волнуйся, если нужно, купим новые.

- Может, они закончиться. Может, нужно вернуться завтра или на следующей неделе. Ох, Крейг, я хотеть увидеть мою Сум. Я уже сказать ей, что мы приехать сегодня… Ах, вот билеты. Я положить рядом с фотография Сум. Хорошо, нэ?

Крейг знал, что если она не уснет, следующие восемь часов она будет вести себя примерно так же. Иногда от таблеток она вела себя хуже, чем полный раскаяния пьяный в баре. Крейг ненавидел ее таблетки.

Автобус опоздал всего лишь на пять минут, они сели; Лек позвонила дочери, сказала, что они в пути, поцеловала Крейга и заснула. Крейг укрыл ее одеялом и отвернулся к окну. Лек никогда не садилась у окна, потому что отражения в стекле и пролетающие мимо пейзажи обостряли ее тошноту. Крейгу, который не мог заснуть, это было по душе — он мог смотреть в окно всю ночь. В основном он видел только непроницаемую тьму, но они проезжали и несколько городов.

С тех пор, как он переехал в Таиланд, во время путешествий по ночам Крейг полюбил выискивать НЛО. Он не знал, почему вероятность увидеть НЛО в Таиланде казалась ему выше, но это было так. Может быть, Таиланд просто казался ему интереснее Великобритании. Днем он смотрел в окна и надеялся приметить змею или крокодила.

Он знал, что шансы невелики — не больше, чем увидеть НЛО, но все равно смотрел. На самом деле, в дикой природе в Таиланде крокодилы больше не встречаются, их разводят на фермах, как на западе коров, ради шкуры и мяса. Иногда, в сезон дождей, когда пруды выходили из берегов, некоторые крокодилы переплывали через заграждения и убегали, и тогда у местных начинался переполох. Очень немногие их ныне живущих тайцев знали, как уберечься от плавающих в реке четырехметровых крокодилов.

Теперь Крейг пожалел, что выпил те три пинты пива, потому что ему придется перелезать через Лек, чтобы пойти в туалет, а он не хотел ее разбудить. Вот черт, подумал он. Но ничего не поделаешь, и он перелез через нее — она что-то невнятно пробурчала — и поспешил в заднюю часть автобуса. Автобус летел по кочкам на скорости 80 км/ч, Крейг не смог удержаться на ногах и разбудил еще нескольких человек.

Автобус так раскачивался, что и в туалете он не смог попасть в отверстие и забрызгал все вокруг, по дороге назад разбудил еще больше людей, совсем разбудил Лек — она его обругала — и сел на свое место. Он пообещал себе, что в последний раз пьет пиво перед поездкой, даже если в автобусе будет туалет.

К его удивлению, его мозгу скоро наскучило изучать пустые небеса, и он, больше не мучимый полным мочевым пузырем, тоже заснул.

В полвторого ночи они прибыли в Пхитсанулок, но на автовокзале все еще было полно народа. Со всех сторон он был окружен кафешками, ресторанчиками и крошечными гостиницами. В последний раз (или в первый) их встречали, но теперь им предстояло добираться до деревни самим. И Лек, и Крейг хотели в туалет; и Лек знала, что Крейг не откажется от пива, так что предложила ему выбрать кафе по вкусу.

Он старательно выбирал целых несколько секунд, но ближайшее оказалось «недостаточно хорошим», и Лек дала ему второй шанс. Но и второе ей не понравилось, и ей пришлось самой провести его через половину квартала в то, в котором они были раньше. Он задумался, зачем она вообще его спрашивала, но вслух не сказал ничего.

Крейг заказал большой бокал пива «Chang» и ведерко со льдом, чтобы его разбавить. Он поделится пивом с Лек, хотя ей принесли свой бокал, к тому же она заказала огромную тарелку Пад-тай — лапши со всем, что повар пожелает, хотя большинство из них говорили, что готовят ее по особому рецепту. До самого кафе за ними следовали несколько зазывал, предлагающих услуги такси, но ушли, бурча себе под нос, как только они сели за столик.

- Итак, телак, у нас три варианта, выбирать. Автобус до деревни приезжать в пять утра, и мы можем дождаться его здесь, будем есть и пить, или снять комнату наверху и подождать его там. Или мы можем взять такси сейчас. Если хотеть экономить, оставаться пить, если хотеть дороже, взять такси. Нам ждать три часа. Что ты хотеть?

Крейг припомнил свои злоключения в автобусе и спросил:

- Как далеко до Баан Суай — то есть, как долго ехать? Примерно полтора часа? Хорошо, давай останемся здесь, будем смотреть телевизор, читать книги, есть и пить, пока не придет автобус.

Решение Крейга мотивировалось не финансовыми затруднениями, он просто не хотел три часа лежать и скучать. Но потом он сходил в туалет и резко поменял мнение.

- Боже мой, ну и вонючая же у них дыра!

- Что такое, телак? Проблема?

- Да, если кафе, которые выбрал я, оказались недостаточно хорошими, они, должно быть, были действительно ужасными, потому что здесь туалет грязный. Пахнет очень, очень плохо, я серьезно, совершенно ужасный. Пожалуйста, спроси, сколько стоит номер на два часа.

Лек подозвала официантку.

- Сто батов? И всего-то? Лек, посмотри на номер, и если туалет чистый, мы его возьмем.

Лек сказала женщине что-то и поднялась вслед за ней на второй этаж. Вскоре она вернулась.

- Здесь отель не такой, как в Паттайе, но нормальный. Там есть британский туалет, душ, телевизор и кровать.

Они заплатили за номер и взяли еще две бутылки пива. Лек с удовольствием приняла душ, но полотенце в номере было только одно, для рук, и никакого другого они с собой не взяли. Так что она надела футболку Крейга, легла на кровать мокрая и тут же заснула. Крейг остался пить пиво и ходить по каналам в тщетной попытке найти что-то на английском.

Включать ноутбук и проверять новый беспроводной модем ему было лень; он просто сидел на краю кровати, пил пиво, слушал сопение Лек и то посматривал в телевизор, то углублялся в книгу. Вот это больше похоже на повседневную жизнь в Таиланде. Паттайя — это всего лишь фантазия, город веселья, по общему мнению, самый лучший во всей Юго-Восточной Азии. Крейг был склонен согласиться, но можно ли жить так постоянно и хотя бы чуть-чуть не сойти с ума?

Время пролетело быстро, и вскоре Крейг уже будил сонную Лек для следующей стадии путешествия. Автобус опоздал на полчаса; Крейг в жизни не видел общественного транспорта старше. Похоже, американский, родом из пятидесятых, полностью металлический — возможно, алюминиевый — с остатками голубой краски. Он, однако, оказался достаточно изысканным: с двумя рядами двойных сидений, вращающимся потолочными вентиляторами и широкой скамейкой в конце салона.

Они заняли половину скамейки, потому что не хотели убирать багаж далеко и потому что Крейг не влезал в узкое пространство между других сидений, которое, очевидно, было рассчитано на тайцев и детей, но никак не на стокилограммового мужчину. Автобус поехал, и Крейг понял, почему все окна и двери открыты — работал только один вентилятор, над головой водителя, но воздух, хотя и пыльный, достаточно охлаждал автобус во время движения.

На одной из десятка остановок в автобус сел молодой монах в оранжевой рясе. Он бросил быстрый взгляд на Лек и начал садиться рядом с ней на скамейку. Она тут же вскочила и поменялась местами с Крейгом.

- Даме нельзя сидеть рядом с монах. Нельзя трогать монах, - объяснила она.

Монах коротко улыбнулся Крейгу, и автобус снова поехал. Когда к монаху подошла кондуктор, чтобы взять деньги за проезд, тот впихнул в руку не ожидающего такого Крейга замусоленную банкноту. Он не понял, что происходит, но кондуктор взяла у него банкноту и отдала двадцатибатовую, которую у него с улыбкой забрал монах.

- Даме нельзя трогать монах, - пошептала Лек Крейгу на ухо.

Их остановка оказалась посреди чистого поля, они спустились в клубящееся облако пыли, которое автобус, отъезжая, только увеличил. «Не стоило мыться три часа назад», - подумал Крейг, но он знал, что тайцы, и особенно Лек, так не думают. Она, похоже, принимала душ всегда, когда у нее только выдавались свободные десять минут. Лек уже разговаривала по телефону, и несколько минут спустя за ними приехала машина. Ехать было недалеко, но приехали они только в восемь утра. Семьсот километров они преодолели за четырнадцать часов — дольше, чем перелет из Бангкока в Лондон без пересадок.

В последний раз они приезжали в деревню на национальный праздник, и Крейга встречала целая делегация, но сегодня был обычный рабочий день. Все работали в поле с шести часов утра. В деревне практически никого не было, кроме старух и дошкольников. Но мама Лек была здесь, готовила с несколькими подругами, как обычно. Крейг сделал вай всем, кто был старше него — то есть, всем, кроме детей, как ему велели — и сел.

Перед ним тут же появились три блюда с едой и пиво, и он подумал, что и этот визит пройдет, как первый — трое суток вечеринки, прерывающейся только на сон. Он был изнурен и хотел идти спать, но Лек выспалась в дороге и не хотела уходить. Отсидев положенное правилами вежливости время, Лек повела его в душ и уложила спать в большой комнате, в которой они спали в прошлый раз.

Сама Лек не могла заснуть от волнения. Ей придется заново рассказывать обо всех своих приключениях старухам, которые предупреждали ее о секс-рабстве. Ее дочь не вернется из школы примерно до пяти, так что у нее было полно времени на визиты. Пару часов она провела с матерью и ее подругами, а потом одолжила скутер и поехала к деревенскому вату — храму, в Таиланде всегда совмещенному с монастырем. В большинстве, если не в каждой, деревне есть свой ват, как на западе есть церкви, но в ватах живут группы буддистских монахов.

Перед тем, как ехать в Великобританию, Лек пообещала пожертвовать Будде свиную голову и показать ликай — что-то вроде пантомимы - если вернется невредимой. Хотя в ликае только один сюжет, хорошие актерские труппы зачастую переписывали сценарий, чтобы он отражал текущие события. Лек хотела нанять хорошую труппу, как и обещала, и пришла принести благодарность и договориться о дате приношений.

Ликай она сможет организовать только через несколько недель, а то и месяцев — лучшие труппы всегда были нарасхват, но свиную голову она поднесет через два дня. Времени предостаточно, чтобы они с матерью организовали вечеринку.

Закончив с делами, Лек поспешила на встречу с друзьями. Некоторые из них работали в поле, а некоторые — сидели дома с внуками.

Крейг проснулся в три, принял душ и попытался позвонить Лек, но связь не брала. Тогда он включил ноутбук — ему не терпелось снова войти в Интернет.

В комнате модем не ловил, и он вышел из дома к огромному общему столу, за которым собиралась вся семья, как американские семьи собираются за кухонным.

Здесь модем не ловил тоже, но тут его заметила «мама» и поставила перед ним еду и пиво. Он тяжело вздохнул и смирился с тем, что на какое-то время застрял здесь.

Крейг был ужасно разочарован, что беспроводной модем работал не везде, как ему обещали, но и мобильная связь не везде ловила, он знал это, и надеялся найти место, где модем будет работать. Как только он все доел, он встал и пошел прогуляться. В Баан Суай не было баров и отелей, а в маленьком кафе не продавали пиво, и он решил купить несколько бутылочек и посидеть в одном из сооружений, которые он посчитал автобусными остановками. Покупка — на тайском — прошла успешно, но когда продавщица увидела, что Крейг пошел через дорогу к «остановке», она побежала за ним.

Этот разговор прошел не так успешно — ни один из его участников не понимал ни слова, что говорил другой. Отчаявшись, продавщица схватила Крейга за руку и повела обратно в магазин. Он предположил, что недоплатил ей, но она указала на столик, протерла его и усадила за него Крейга. Этот магазин и этот столик станет для Крейга аналогом бара в Баан Суай, и он часто будет приходить сюда.

Единственной проблемой было то, что и здесь модем работал с перебоями, и Крейг решил позвонить в компанию-изготовитель модема и спросить их.

- Алло, Хатч? Хорошо. Надеюсь, у вас тоже. Послушайте, я нахожусь на севере Таиланда и не могу наладить доступ в Интернет с помощью своего USB-модема. С этим есть какие-то проблемы?

- Никаких, а где именно вы находитесь, сэр?

- Точно не уверен, но где-то между Пхитсанулоком, Сукхотаем и Уттарадитом. На границе этих трех провинций.

- Ах. Wi-Fi иногда не работать в Уттарадит. Переехать, пожалуйста.

- Что? Переехать куда? Здесь живет моя жена. Я не могу просто «переехать». Мне сказали, что это устройство работает «везде в Таиланде».

- Да, сэр, везде в Таиланде, сэр, но пока не в Уттарадит. Может, через два месяца. Мы скоро поставить новая вышка. Можно поймать сигнал из Пхитсанулок, если погода хорошая. Вам загораживает сигнал дерево, сэр?

- Пхитсанулок отсюда за семьдесят пять километров, наверняка деревья на пути сигнала есть.

- Простите, сэр, вы сказать «да»? Вы можете его срубить? Тогда, возможно, получить хороший сигнал. Или переехать. До свидания. Если у вас проблема, позвонить еще, мой босс не здесь, а я не говорить английский хорошо. До свидания, сэр.

«Отлично, - подумал Крейг, - Мне нужно или переехать в другую провинцию, или срубить все деревья отсюда и до Пхитсанулока».

Пока он разговаривал по телефону, пришла Лек — она нашла его с помощью своей сети «шпионов». Он попытался убедить ее позвонить в телефонную компанию, но она отказалась.

- Я ничего не знать про компьютер, - протестовала она. - Ты хочешь, чтобы я казаться дурой?

Лек не обманывала, компьютеры действительно обошли ее стороной, но она к тому же не любила поднимать шум, в особенности, если дело касалось «власть предержащих» - то есть, любых людей, чья работа была лучше, чем у нее. А теперь она и вовсе была безработной, хотя и «замужем» за богатым фарангом, а не за бедняком, а это что-то да значило.

А если сказать по правде, то у нее был комплекс из-за отсутствия образования, она горько сожалела о решении бросить школу, которое приняла вместе с родителями восемнадцать лет назад.

Сейчас она понимала, к чему оно ее привело: десять лет разлуки с дочерью и семьей, десять лет работы в индустрии секс-туризма. Именно поэтому Лек так яростно стремилась, чтобы ее дочь получила образование и жила лучшей жизнью, даже если и она будет вынуждена покинуть деревню.

Крйег надеялся, что все деревья между Баан Суай и Пхитсанулоком повалит молния, и заказал себе еще пива, второй бокал и ведерко со льдом, и они с Лек стали дожидаться школьного автобуса, который останавливался как раз у сооружения через дорогу. Автобус подъехал без десяти пять, малышка Сум смотрела в окно, и ее красивое личико осияла улыбка, когда она заметила маму.

Она вышла и дождалась, пока автобус уедет, а потом медленно и осторожно перешла дорогу. Ее эмоции можно было прочесть только по блеску глаз и улыбке.

- Привет, мама. Привет, Крейг, - она сделала вай, Крейг тоже, а затем между матерью и дочерью пронесся ураган тайского, из которого Крейг не смог понять ни слова, хотя и чувствовал наполняющую их любовь. Но они не обнимались. Сум села, ей принесли «Колу». Они проговорили минут пятнадцать, а затем встали.

- Сейчас мы будем готовить, пожалуйста, приходи домой через час. Хорошо?

Крейг согласился. Дома они поднимутся наверх, где он никогда не бывал, и там наобнимаются и нацелуются вдоволь, вдали от чужих глаз. Крейг пока не вошел в круг самых близких родственников, он знал об этом и думал, как долго ему ждать допуска.

Он заказал еще пива и вернулся к ноутбуку, с радостью отметив, что связь снова установлена.

Может быть, к югу отсюда кто-то срубил дерево.

5 ПРИКОСНОВЕНИЕ РЕАЛЬНОСТИ

Лек не знала, как надолго она хотела остаться в деревне, а Крейг, хотя и возмущался, не злился по-настоящему. Лек злилась, что Крейг сделал ей сюрприз в виде их очаровательной квартиры в Паттайе, в которой они сейчас не живут. Бессмысленная трата денег. Но делать нечего. Крейг принял это решение, не посоветовавшись с ней, и если он хочет пустить деньги на ветер, то это его деньги. Она бы заплатила на неделю, а не на месяц вперед. Хотя она об этом не знала, такого варианта аренды квартиры не было.

Крейг не переживал из-за квартиры, но ему не хватало бассейна и надежного доступа в Интернет. Сигнал в деревне вел себя капризно, хотя Крейг нашел магазин, в котором он ловил лучше всего — небольшой бонус.

Жизнь здесь была тихой. Крейг никогда раньше не жил в деревне, только в городах среднего размера. Большие города были для него слишком большими, но ему всегда представлялось, что деревни будут для него слишком маленькими. Но эта деревенька ему нравилась. Он думал, что согласен здесь жить, особенно если сможет наладить доступ в Интернет.

Днем Лек помогала матери по дому и разговаривала с друзьями, а Крейг увеличивал и совершенствовал свою виртуальную собственность. Он пользовался HTML-редактором все лучше и лучше, и его сайты выглядели неплохо — неброские, но спокойные и сосредоточенные на деле. Созданные, чтобы внушить покупателю уверенность, а не поразить его навыками программиста. Крейг надеялся, что его тактика сработает, потому что пока ему не представилось шанса проверить ее на деле.

По сути, продавать ему было нечего, да и некому. Он сомневался, что в Баан Суай вообще есть, что продавать. В Паттайе он мог сходить на рынок и купить игры, солнечные очки, одежду и парфюм, но здесь был только рис. Очень хороший рис, без сомнений, но Крейг не думал, что сможет продавать его по килограмму в разные концы света.

Ему нужно было что-то другое, нематериальные товары, и найти их было его следующей задачей. Наконец-то ему одобрили аккаунты на Google Adsense и PayPal, так что теперь он мог принимать оплату кредитными картами (если найдет, что продавать), а также Google предоставил ему код для сайта, чтобы он автоматически показывал контекстную рекламу.

Затем Крейг столкнулся со стеной, с которой сталкиваются все Интернет-продавцы: как обеспечить сайту посещаемость. Он увиливал от этой мысли, потому что абсолютно не знал, с чего начать. Он думал, как говорят в фильмах, «стоит начать, и люди подтянутся», и принялся искать партнерские продукты. Он нашел британский магазин, согласившийся выплачивать ему десять процентов от стоимости товаров проданных через его сайт, и турбюро, выплачивающее комиссионные за перелеты, номера в отелях и взятые напрокат машины, разместил их объявления на своих сайтах и стал ждать.

Он ждал и ждал, но ничего не происходило. В журналах регистрации доступа к своим сайтам и благодаря аккаунту администратора Google он видел, что в день у него было около двадцати посетителей, и примерно половина из них — роботы, сканирующие Интернет. Он впал в депрессию, но не из-за жизни в деревне. Самым худшим было то, что ему не с кем было поговорить. Насколько он знал, на мили вокруг он был единственным владельцем компьютера с доступом к Интернету, и никто не знал английский, хотя его изучали в школах. Жизнь в деревне превратится для него в испытание на выносливость против клаустрофобии. Он чувствовал это.

∞

Однажды, когда Крейг с Лек поехали покататься вокруг деревни на мотоцикле мамы Лек, чтобы отдохнуть, прямо перед ним на дорогу выскочил что-то кричащий иностранец. Раньше они никогда не видели фарангов в деревне, и Лек остановилась. Он очевидно был чем-то расстроен, но Лек не могла понять его тайский.

- В чем дело, друг? - спросил Крейг по-английски.

- О, спасибо, - ответил тот. - У меня проблема с шланген. Ваша жена может мне помочь, пожалуйста?

Крейг предположил, что мужчина — немец, голландец или скандинав, и обратился к нему на голландском. Он не ошибся. Огромная черная змея укусила сына служанки, который оглашал окрестности воплями. Мужчина не знал, что ему делать — его жена и служанка уехали в магазин на машине, и дорога назад заняла бы у них целый час. Он позвонил жене, но беспокоился, что если змея окажется коброй, мальчик за это время успеет умереть. Крейг и Лек видели, как мальчик катается по газону, так что Крейг слез с мотоцикла, велел мужчине с мальчиком садиться, и Лек повезла их в больницу.

Крейг побродил по впечатляющему саду и поднялся на заднюю веранду, выходящую на реку. Вид был прекрасный, и дом, и место как раз на его вкус. На веранде стоял холодильник, полный пива и закусок, и Крейг взял баночку и уселся ждать возвращения своей «жены» и хозяина дома. Ему казалось, будто он залез в чужой дом, но недолго. Он охранял оставленный незапертым дом голландца.

Спустя чуть больше часа и две бутылки пива на дорожку к дому въехала машина, а за ней — Лек на мотоцикле. В машине сидели голландец и его жена-тайка, а служанку с сыном увезли в больницу. Мальчику уже ввели противоядие, так что он был вне опасности. Крейг и голландец неплохо поладили, и их «жены» тоже разговорились, но не настолько дружески, как зачастую бывает с тайками, вышедшими замуж за иностранцев. Они забывают о своем происхождении и свысока смотрят на других таек, пытающихся улучшить свою жизнь. Когда от реки начали прилетать комары, Крейг с извинениями уехал, пообещав как-нибудь снова заехать, но он сомневался, что Лек найдет для этого время.

На следующий день, когда Крейг сидел в магазине и пытался придумать, как привлечь посетителей на свои сайты, подъехала машина голландца.

- Привет, Крейг! Как дела? Ты говорил, что у тебя проблемы с Интернетом. Я хочу помочь тебе, как ты помог мне, - и перешел на голландский: - Давай говорить на голландском, ты говоришь на нем лучше, чем я на английском. Ты можешь называть меня Голландцем, все так делают. Ты не против проехаться до компьютерного магазина неподалеку? Если в будущем проблемы с Интернетом повторятся, ты сможешь попросить жену отвезти тебя туда. Это недалеко. Где Лек? Она сможет поехать с нами сейчас, или поедем в другой раз?

Крейг позвонил Лек; та бросила свои дела — скорее всего, она ела — и тут же пришла. Она была не слишком довольна этим, но иностранец по ней бы не заметил. На машине они все поехали в большую деревню, или даже городок километрах в десяти к западу от Баан Суай, где и располагался компьютерный магазин. Он был похож на интернет-кафе, только ни напитков, ни закусок здесь пока не продавали, а владелец оказался веселым и дружелюбным. Потом голландец отвез Крейга и Лек назад. В последующие годы они иногда проезжали мимо их дома, но никогда больше их не видели и не разговаривали с ними.

Ходили слухи, что голландец затевал интрижки с каждой служанкой. Говорили, что и его жена, и все в округе об этом знают. Однажды голландец тяжело заболел и не мог подняться с постели полтора месяца. Однажды его жена не вернулась домой, и он забеспокоился, что что-то случилось, потому что дозвониться до нее он тоже не смог. Не вернулась она и ночью, и голландец сел на скутер и поехал в банк снять денег — именно туда отправилась его жена.

Банкомат проглотил его карту, и голландец зашел в банк и обратился к менеджеру, с которым был знаком уже годы.

- Простите, - ответил ему менеджер. - На вашей карте нет денег.

- Невозможно! - воскликнул голландец. - На нее приходит моя пенсия, и к тому же у нас были сбережения!

Вместе они проверили операции, но на карте действительно не было денег; жена голландца сняла все в предыдущий день. Они позвонили в банк в Нидерландах, но оттуда им сообщили, что «действовали согласно письменному распоряжению» и несколько недель назад перевели все его деньги в Таиланд и переадресовали начисление пенсии на новый счет.

Голландец совершенно вышел из себя, занял денег на полет домой, и больше его никогда здесь не видели. Они с женой были вместе двадцать лет, и все же она, похоже, отравила его, чтобы приковать к постели и беспрепятственно обчистить счета. Когда он улетел, она вернулась и продала дом — он был записан на нее, иностранцам запрещено владеть недвижимостью в Таиланде.

Все местные иностранцы получили хороший урок, хотя большинство из них говорило, что голландец не изменял жене, и уж точно не с местными. И все-таки настоящую правду знали лишь немногие.

∞

Крейг все чаще и чаще приходил в интернет-кафе, потому что дома соединение устанавливалось плохо — слишком много деревьев росло между ним и вышкой. К тому же, разговоры с Тумом, хозяином кафе, приятно разнообразили жизнь в Баан Суай. Его английский был не слишком-то хорош, потому что разговаривать ему было не с кем, но зато у него был диплом программиста и достаточно быстрое и надежное интернет-соединение.

Крейг любил приезжать в кафе пораньше, к самому его открытию в восемь утра, и уходить, когда приходили школьники — в пять вечера. Людям, которые его подвозили, так тоже было удобно - они высаживали его по дороге на работу и забирали на обратном пути. Городок, как и Баан Суай, был окружен рисовыми полями, только еще больше.

Крейг и не смог бы оставаться дольше, потому что школьники в считанные минуты превращали интернет-кафе из тихой интернациональной библиотеки в филиал игрового центра у моря, и на выходных сюда было невозможно попасть. Тум попытался оградить место Крейг, но это было невозможно — грохот двадцати компьютерных стрелялок и крики детей заполняли все. К тому же, эти дети оставляли здесь больше денег каждый день, чем Крейг за всю неделю.

Интернет-кафе было неплохим временным решением, но ему нужно было быстрое и надежное собственное соединение. Тум предложил ему пару вариантов, но Крейг пока не нашел времени их проверить. Он мог обратиться в Тайскую национальную телефонную компанию (ТНТК) или новую спутниковую службу IРstar. На форумах иностранцев ни та, ни другая не могли похвастаться блистательными отзывами. ТНТК была дешевой, но ненадежной, и линия перегружалась, когда дети приходили домой и заходили в Интернет, а IРstar — надежной и не перегружающейся, но в три-четыре раза дороже и в шестнадцать раз медленнее.

Но Крейг немного забегал вперед. Он доказал себе, что сможет работать в деревне или поблизости, и предполагал, что в дальнейшем Интернет-связь будет только улучшаться. Следовательно, он может поселиться в деревне. Следующим нужно было решить вопрос с жилищем.

Ему нравилась идея жить у реки и владеть небольшой лодкой или каноэ. Лек любила рыбачить, и по праздникам он смог бы отвозить ее на середину реки. Почти райская жизнь.

И они могли сидеть в саду под деревом и смотреть, как вода струится мимо них.

Он мог бы поставить столик для пикника и сидеть в Интернете, если только, конечно, его собственное дерево не будет мешать сигналу.

В его голове начал складываться план, мечта, даже сказка. Может быть, посадить собственный маленький виноградник и делать вино. Лек же раньше работала на ферме, она научится виноделию, и они будут работать вместе. Он будет, как Дон Корлеоне из «Крестного отца», только без связи с мафией.

И до сердечного приступа.

А еще перед ним вставала перспектива брака, он это чувствовал. Они с Лек были вместе почти год, и он, так сказать, «забрал ее с рынка». Он все еще не до конца понимал, кем же работала Лек, и его это не волновало, но в глубине души он знал это, если бы только позволил себе задуматься о ее прошлом.

Лек никогда не говорила о своей жизни в Паттайе, но с какой стороны не посмотри, а Крейг уменьшал ее шансы на замужество, отнимал ее время и дарил ей ложную надежду.

Брак должен был быть в планах, хотя Лек никогда не заговаривала и о нем. Но говорили ее подруги.

Часто.

Люди почти автоматически считали мужчину и женщину, живущих вместе больше трех месяцев, состоящими в гражданском браке. Никаких законных оснований для этого не было, но после трех месяцев можно было предположить некое постоянство.

А сейчас он спал с Лек в доме ее матери, под самым носом ее семьи и дочери. И не впервые. Почти год назад они уже приезжали сюда, и ночевали вместе в комнате, которую Крейг считал святилищем. Но тогда он «просто путешествовал», и надеялся, что ее родственники были достаточно наивными и не думали, что они с Лек делили не только комнату, но и матрас на полу.

Каким же наивным оказался он сам!

По правде говоря, Крейг ужасно смутился бы, если бы позволил себе задуматься над тем, что все, и конкретно мать и дочь Лек, знали, что они спят вместе. К счастью, он мог не думать об этом и сосредоточится на поисках подходящего домика на берегу реки.

Тем временем Лек, не поставив Крейга в известность, занималась своими поисками. Метрах в пятидесяти от дома ее мамы продавался дом, который ей нравился, но он выходил на главную улицу, а значит, в нем было бы шумновато. Еще два вскоре будут выставлены на продажу. В одном еще жила владелица, но через месяц она планировала выйти замуж и переехать, а владелец второго недавно умер, и его родственники хотели продать дом.

Лек была очень суеверной и сильно боялась привидений, и раздумывала, стоит ли вообще говорить Крейгу про этот дом, но третий был расположен прямо за домом ее матери — буквально в трех метрах! Она считала это место идеальным, хотя дом совсем обветшал, и его придется сносить и строить на его месте новый. Ей хотелось новый бетонный дом, такой, как новые дома в Паттайе. Традиционные тиковые дома на сваях, которые строили в деревне, казались ей слишком вычурными.

Лек решила, что она попытается убедить Крейга купить именно этот дом, рассказав ему, как жутковато будет в одном, и как шумно - в другом. Она знала, что Крейг не боялся призраков, но она покажет ему, что она боится, и расскажет, что еще не так с этим домом. Цена, например. И комары, потому что рядом — рисовое поле. И змеи. Да, теперь Крейг точно не выберет этот дом.

Все, что ей теперь оставалось — это ждать подходящей возможности. Она может встретить его, когда он будет возвращаться из интернет-кафе, и предложить выпить пива. Да, он никогда не отказывался выпить пива, и такое ее предложение не вызовет подозрений. Потом они могут немного прогуляться и по дороге «случайно» заметить все три дома, а потом вернуться в магазин и обсудить их.

По правде сказать, Лек так воодушевила эта мысль, что она не стала ждать «подходящего времени» для разговора, а отправилась в магазин в пять часов, когда ее дядя привозил Крейга из интернет-кафе. Чтобы сюрприз удался, она позвонила дяде и попросила его перезвонить, когда они въедут в деревню. Десять минут спустя он перезвонил, и она тут же заказала ледяного пива «Chang» и любимые рулетики Крейга, которые она разложила на блюде и прикрыла салфеткой от мух и пыли.

И точно, спустя считанные минуты она увидела приближающийся «Таиланд» дяди с Крейгом.

Как ягненок на заклание.

- Привет, телак, сюда, - позвала Лек, хотя Крейг не мог не заметить ее на узкой «главной улице». - Я здесь. У меня для тебя сюрприз.

Крейг помахал ей в ответ, трактор замедлил ход, и он соскочил с него, похлопав «дядю» по плечу в знак благодарности.

- Привет, Лек. Отличный сюрприз. Что ты здесь делаешь? Обычно я не вижу тебя, пока не придет время вечернего чаепития.

- Да, телак, я хотеть сделать сюрприз. Я увидеть, что продавать помпию, и купить тебе. И рулетики. Твои любимые, нэ? И пиво — очень холодное. Очень приятно после пыльной дороги Таиланда.

Она подала ему бутылку и убрала салфетку с рулетиков. Именно этого он и хотел — легкий перекус и холодное пиво, потому что дороги действительно были очень пыльными. Большинство надевали в дорогу бандану или балаклаву, но Крейг еще не обрел такой привычки. Он начал наклоняться, чтобы поцеловать ее, но понял по ее взгляду, что ни целоваться, ни держаться за руки в деревне она не позволит, и просто сжал ее плечо.

Только это правило он и смог отследить, но применялось оно ко всем без исключения.

- Крейг, милый, ты хорошо провести день? Ты весь день оставаться в интернет-магазине или ходить на прогулку в обед?

- Я никогда не хожу на обед. Жена Тума принесла мне какие-то домашние сладости, не знаю, что это такое — очень сладкое, завернутое в лист банана. Выглядело, как бланманже. Мне очень понравилось. А еще я купил пакетик чипсов. Мне хватило.

- О, хорошо. Мы можем выпить пива и пойти погулять, пока не прилетели комары, нэ? Тебе нужны физические упражнения. Сидеть весь день, не вставать, не хорошо для сердца. Ты должен упражняться. Если хочешь, после прогулки мы можем вернуться и выпить еще. Что думать? Хорошая идея?

Крейг посчитал идею хорошей, потому что надеялся рассказать Лек про свои мечты о винодельне у реки, раз она в таком хорошем настроении. И он предложил Лек тоже выпить с ним пива; они говорили о чем угодно, кроме домов, рассчитывая поговорить о них после прогулки и еще нескольких бутылочек пива.

Они договорились заплатить за пиво по возвращении с прогулки, минут через тридцать-сорок. В деревне никто не беспокоился из-за возможного обмана. Лек предложила путь вдоль окраины западной половины деревни, путь, который проведет их мимо всех трех присмотренных ей домов.

К шести вечера жара спала, но было все еще тепло; в это время года темнело поздно, и комаров еще не было. Самое приятное время дня, как и раннее утро.

Они повернули к дому мамы, и Лек указала на первый дом:

- Этот дом продаваться. Люди уехать. Давно работать в Бангкок, и забрать семью с собой. Это очень печально. Подруга мамы уехать тоже, потому что не могла жить одна. Мама уже сильно скучает по подруге.

Метров пятьдесят они шли в молчании, потом Лек снова заговорила:

- Дама, которая жить в этом доме, выходить замуж следующий месяц. Она хотеть, чтобы мы пойти на ее свадьбу. Ты хотеть пойти, Крейг? Ты никогда раньше не видеть тайская свадьба. Она очень красивая. Потом она уехать жить с мужем в Сукхотай, и мама потеряет еще одна подруга. Этот дом всего в трех или четырех метрах от дома мамы. Ближайшая подруга мамы. Она тоже уезжать, и мама терять две подруги очень быстро. Так печально, когда старая дама вот так теряет друзей, нэ? Мама будет одинокой, я думать. Две подруги уехать за месяц.

- Да, печально, - ответил Крейг, который еще не понял, к чему клонит Лек. - Но я уверен, у нее есть другие подруги, и семья, и друзья в вате.

- Да, правда, но не все друзья одинаковые. Один друг не может заменить другого. Моя мама будет скучать по подругам, которые уехать.

Они пошли дальше, до конца улицы, ведущей вдоль деревни к рисовым полям. Крейгу нравилось гулять вдоль объездной дороги. Кругом, насколько хватало глаз — рисовые поля. Круглый год — пышные зеленые поля, прогалины только в тех местах, которые выжгли для следующих посевов.

Красота неописуемая, и Крейг по-настоящему любил здесь гулять, потому что за деревней шанс увидеть змею, большую ящерицу и птиц был выше. Немногие рептилии преодолевали дорогу даже до дома мамы Лек, хотя длиной она была не больше двухсот метров. Большинство змей и ящериц убивали дети, а их родители их ели. Также дети — в основном, мальчики — стреляли в птиц из рогаток и тоже несли на стол.

Здесь, за домами, шанс увидеть змею был довольно высок, потому что они питались лягушками и грызунами, живущими в полях. Грызунов привлекал рис, а лягушек — рыбки, которых фермеры разводили для уменьшения числа личинок комаров. Крейг еще никогда не видел змей в Таиланде, но жил в надежде однажды увидеть, и смотрел в оба. Лек знала, как он любит природу. Сама она не любила природу и не понимала его интереса, но она знала, что не понимает многое. Но это не имело значения - никто не мог понимать всего, так зачем пытаться?

Они обогнули последнее поле, прилегающее к деревне, и вернулись на главную улицу, к магазину. Крейг был разочарован:

- И на этот раз никаких змей. Но цапля — это хорошо.

Цапли питались большими улитками, которые поедали молодые побеги риса.

- Ты слишком шумный. Змей слышать тебя и прятаться. Он не глупый, он знать, что люди ненавидеть его, убивать его и есть его. Люди видеть только глупый змей, и глупый змей скоро умирать. Умный змей прятаться, когда слышать тебя, Господин Человек-Слон, - и Лек рассмеялась. Крейг тоже улыбнулся — он знал, что она права. Под его шагами хрустел гравий, ломались ветки и разлетались камни, а он еще удивлялся, что никого не видел. Но слонов он видел достаточно, и большинство из них ходило очень тихо — гораздо тише него, сказать по правде.

Метрах в ста от магазина Лек резко остановилась и сказала:

- Этот человек умереть в прошлом месяце. Очень печально. Ему было столько же лет, сколько маме. Еще один друг мамы потерян. Я надеюсь, он уйти. Я бояться призраки. Может быть, он остаться здесь, не хотеть покидать дом. Что ты думать? Призрак человека, который жил здесь? Ты видеть его? Ты не бояться призраки, нэ? Смотреть в окно. Здесь никто сейчас не жить, только призрак старого человека. Пойдем скорее, я бояться. Почти темно. Скорее, - и она схватила его за руку и утащила в магазин.

Там Лек уселась за столик и сказала:

- Ох, теперь мне очень страшно. Смотри на мои руки. У меня мурашки. Я совсем не любить призраки. Может быть, этот дом никогда не продать, потому что люди думать, пи… - эмм, как это по-английски? - призраки жить в нем.

Лек заказала еще пива и тронула ногу Крейга своей. Ну, подумал он, она права в одном — он не боялся призраков. Но не пора ли заговорить о вилле у реки?

- Лек, я думаю, я не против поселиться здесь или неподалеку, - начал он. - Интернет немного сбоит, но я уверен, соединение улучшится. Я думал об этом сегодня. Что ты думаешь о таком доме, как был у Голландца: у реки, любой ближайшей реки — я не знаю, что здесь продается. Здесь есть офис агента по продаже недвижимости? Я имею в виду, не в деревне, а в городке или где-нибудь еще.

Лек задумалась, понял ли Крейг хоть что-нибудь из того, о чем она говорила последние полчаса. Она была поражена. Даже ошеломлена. Она отхлебнула пива, чтобы потянуть время, и ответила:

- Нет, нет агента недвижимости. Только в Паттайя и Бангкок. Ты должен ходить и смотреть и разговаривать и спрашивать. Как мы только что делали. В моей деревне нет реки. Ты видеть река в моей деревне? Я — нет. Почему ты хотеть жить у реки? Слишком много комаров. Ты ненавидеть комаров. Слишком много змей. Я ненавидеть змей. Никто не счастлив у реки, а когда приходить муссон, вода заходить в дом и выходить из туалета и разливаться везде. Очень плохо жить у реки.

Люди, которые жить у реки, глупые. Может быть, они никогда раньше здесь не жить, купить землю у реки, потому что там красиво, но через год очень жалеть, что купить. Те, кто родиться здесь, не хотеть жить у реки. Верь мне, люди с домом у реки хотеть переехать, потому что у них одни проблемы. Ты помнить, мальчик в доме фаранг чуть не умереть от змеи? Ты помнить, мы бежать домой в семь вечера, потому что миллион комаров хотеть выпить всю твою кровь? Пожалуйста, думать. Больше не говорить о доме у реки.

Крейг знал, что она победила. Никакой ему винокурни у реки и лодочки с веслами.

И споров на эту тему - тоже.

- Что ты думать, если мы жить здесь, в деревне? Мы можем взять один из домов, которые видеть сегодня. Тебе нравится один из них? - Крейг ответил не сразу, и Лек добавила: - Пожалуйста, не говорить, что дом с призрак. Я не могу жить с призрак, и он рядом с рисовым полем, так что будут змеи и комары. И люди уходить работать в поле целый день, так что будет шумно. Весь день громко играть радио, а ты ненавидеть поп-радио, да?

Этого хватило, чтобы он отказался от этого дома, но он думал о другом. Он думал, сможет ли он когда-нибудь поучаствовать в принятии каких-нибудь серьезных планов. На людях Лек спрашивала его мнения о любой мелочи: куда идти, каким путем, и что они будут делать, но в серьезных вопросах его мнение игнорировалось.

«Проблема» была в том, что Лек зачастую оказывалась права, а он просто недостаточно прожил в Таиланде и не знал, с какими трудностями они могут столкнуться, пока она не говорила о них. Он всегда считал себя знающим мир и понимающим человеком, но, возможно, он ошибался.

Осознавать это было тяжело.

- Да, хорошо, милая. Я знаю, что тебе не нравится этот дом с призраком. Я тоже не хочу в нем жить. Есть какие-нибудь еще дома на продажу?

- Нет, я больше не найти - ответила успокоившаяся Лек. - Ты хотеть заглянуть в другие два дома? Я могу достать ключ от одного, а дама из другого — друг. Она показать тебе дом, если ты хотеть смотреть. Мы можем посмотреть завтра, хорошо, телак?

- Да, хорошо, почему нет? Посмотрим, нам ведь ничего за это не будет? - Крейг улыбнулся. Лек заслонилась ладонью и послала ему воздушный поцелуй, оставшийся незамеченным в сумерках.

∞

На следующий день Лек заскочила в комнату, улыбаясь от уха до уха. В ее руке были два ключа.

- Крейг, угадай, что! Дама, которая выходить замуж, на прошлой неделе перевезти все свои вещи. Дом пустой. Она оставаться с мамой в доме мамы, и мы можем пойти посмотреть на дом одни. И у меня есть ключ от второго дома. Хорошо, а? Давай, вставай, идти в душ. Ты хотеть сначала есть или сначала смотреть на дом? Я сделать тебе омлет, пока ты в душе, потом мы внимательно посмотреть, хорошо? Скорее, идти сейчас.

После завтрака Лек повела Крейг в тот дом, который, как она надеялась, ему не понравится. Дверь заклинило, и она открылась с громким скрипом. Лек мрачно посмотрела на Крейга и неодобрительно покачала головой.

Крейг заметил, что Лек не сняла обувь на входе, и тоже не снял. Внутри невыносимо пахло сыростью. Дом был железобетонным, одноэтажным; даже в слабом свете, проникавшем из открытой двери, Крейг видел трещины в стенах. Находиться здесь было опасно. Скорее всего, дверь заклинило именно из-за трещин: они сместили косяк.

- Пойдем, Лек, - предостерег он. - Пока дом не обрушился прямо на нас.

Дважды повторять не пришлось, хотя Лек и не боялась смерти: этот дом, хотя и был несколько больше другого, ей тоже не нравился.

- Сколько за него просят? - из любопытства спросил Крейг.

- Я думать, много, - ответила Лек. - Пятьсот тысяч. Дама говорить, для тебя особая цена, потому что ты покупать свой первый дом в деревне.

Скорее, «первые развалины», подумал Крейг.

Рядом со вторым домом находился ухоженный садик, где росли съедобные плоды и листья: чили, алоэ вера, лаймы и другие, которых Крейг не знал. Сам дом тоже был одноэтажным, но из тика, и — что необычно — не на сваях. Лек скинула сандалии, вошла в дом и открыла все ставни, а их было много — восемь больших тройных окон, створчатая входная дверь и необъяснимо обычная деревянная дверь на задний двор.

Комната в доме была только одна, объединяющая спальню и гостиную, и ванная с кухней. Потолка не было, только двускатная крыша со стропилами, а в необлицованных стенах между досок можно было увидеть, что происходит снаружи.

Дом был построен на каркасе из пятнадцати огромных тиковых колонн, которые поддерживали и ограничивали его. Электричество провели уже позднее, потому что к центральной колонне была прикреплена доска с проводом и двумя розетками, к которым были подсоединены два тройника, из которых в свою очередь тянулись по три удлинителя. В две розетки удлинителей были воткнуты вентиляторы, но Лек не стала их включать. Выключатель был огромным, таким, какими в американских фильмах бывают выключатели электрического стула. Крейг никогда раньше не видел таких в домах. От прикосновения к нему полетели искры.

Из мебели в кухне был только стол, а в ванной — только туалет в виде напольной чаши. Дом был простеньким, но светлым, полным воздуха и потенциала, что радовало. Было похоже, что кто-то начал строить дом, но заскучал на половине дела.

Непонятно откуда выполз огромный зеленый паук и побежал в сторону Крейга, но Лек оказалась быстрее и раздавила его босой ногой. Осталось только мокрое пятно. Крейг обошел дом, держась стены, на случай, если доски окажутся прогнившими, хотя они и выглядели крепкими. На стене в спальне висело шесть яиц размером с шарик для пинг-понга, и Лек разбила их старой метлой.

- Токи. Нехорошая ящерица, - объяснила свои действия она.

«Женщина уехала всего неделю назад, а дикая природа уже отвоевывала потерянную территорию, - подумал Крейг. - В Таиланде все растет так быстро». Трава захватывала садик, а животные — домик, но он полагал, что сможет жить здесь и быть счастливым. Он представлял себе типично тайский снаружи, но замечательно современный внутри дом. Приходя к ним в гости, люди сначала будут думать: «Ну и жилище!», но, войдя внутрь, приятно удивятся. Коттедж стоял перед его глазами так ясно, как наяву.

А Лек со своей стороны мечтала полностью снести дом и построить на его месте железобетонное бунгало или даже коттедж, если хватит денег. Или достроить второй этаж попозже. Она не разбиралась в постройке домов, и поэтому слабо представляла себе детали.

И все же.

- Этот намного лучше, Лек, - наконец сказал Крейг, и Лек вздохнула спокойно впервые с тех пор, как они вошли в сад. - Мы сможем с ним что-нибудь сделать. Что-нибудь хорошее. Сколько твоя подруга просит за этот дом?

- О, она хорошая подруга. Она хотеть мы были счастливы рядом с мамой. Она хотеть две сотни тысяч за дом и участок вместе. Неплохо, а? Да, я думать, мы здесь счастливы и построить хороший дом.

Слова они говорили одни и те же, но мысленно представляли себе совершенно разное.

- Скажи ей, что мы проведем обследование и оценку дома, - сказал он. - Нужно посмотреть на бумаги. Прежде чем отдавать деньги, нужно узнать, кому на самом деле принадлежит дом.

Лек от этих слов растерялась и расстроилась.

- Я не понимать, телак. Подруга мамы жить здесь всю мою жизнь. Всю ее жизнь, почти пятьдесят лет. Это ее дом, ее участок, она может продать.

- Да, я не сомневаюсь, но мне все равно нужно подтверждение. Не могу же я просто отдать ей двести тысяч и въехать в дом. Вдруг ее брат в следующем году вышвырнет меня отсюда?

- У нее нет брата или сестры. Только мама.

- Но какие-то официальные бумаги, подтверждающие ее права на дом и землю у нее должны быть, так?

Лек упала духом, но улыбнулась и начала запирать дом. Она хорошо умела решать проблемы. С такой она пока не сталкивалась и поэтому не могла ее предвидеть.

∞

На следующий день они решили уехать из деревни, и весь день почти не видели друг друга. Крейг остался дома и наполнял свои сайты содержимым, а Лек отправилась в Пхитсанулок за билетами до Паттайи. С собой она взяла подругу, жену мэра, чтобы узнать, как приобретать недвижимость в деревне. Кое-что о праве на собственность («чанут») она уже знала, но чтобы успокоить подозрительность и любопытство Крейга, привыкшего к западным правилам, ей нужно было знать больше.

На следующий день, когда пришло время уезжать, им пришлось ждать машину, которая везла их на вокзал. Крейг был терпеливым человеком, но любил точно знать, сколько ему нужно ждать и когда именно что-то произойдет. Если ему говорили, что ждать нужно три часа, он находил себе занятие и собирался вовремя, но если ему потом говорили, что нужно подождать еще час, он сердился. Лек считала это недостатком.

К несчастью, именно так и произошло. Они ждали такси несколько часов, а потом еще дольше; а потом еще дольше. Крейг пытался сохранять спокойствие, а мама в утешение кормила его лучшими манго. К тому времени, как такси все-таки приехало, он съел как минимум восемь, настолько они были вкусными.

Полтора часа спустя, когда они доехали до вокзала, где был туалет, Крейг был счастлив, что смог вытерпеть. Лек знала о его мучениях, но сказала, что остановиться им негде.

В тот день Крейг выучил свой урок и поклялся никогда не есть больше двух манго за раз, хотя он их любил, и никогда — перед дорогой.

6 ПОСЛЕДНИЕ НЕДЕЛИ В ПАТТАЙЕ

Последние недели в Паттайе прошли в суете. Лек по нескольку раз навещала друзей и прощалась с ними, как будто навсегда переезжала в самые дремучие джунгли Центральной Африки. Крейг редко видел ее одну, да и то только тогда, когда она приходила спать. Да и он сам в это время искал и покупал необходимые ему программы, потому что в деревне купить их было негде. Еще ему нужна была новая виза, и он изучал компанию IРstar на тот случай, если деревья продолжат перебивать сигнал. Лек уже заверила его, что в Баан Суай есть телефонные линии.

Обычно Крейг начинал работать, едва проснувшись, и ждал, когда Лек вернется из магазина или салона красоты. Затем они вместе завтракали, и он шел поплавать. В воде ему было комфортнее, чем на суше. На суше он казался себе таким медленым и неповоротливым, а в воде он мог плескаться часами, не касаясь дна. Он мог лежать на воде, крутиться, нырять или быстро плавать короткими рывками. А сейчас он несколько потерял форму.

От рождения он не очень любил физические упражнения, а десять лет офисной работы позволили ему почти никак не поддерживать себя в форме. Когда-то он мог проплыть больше пяти километров в холодных октябрьских водах северной Европы (где-то у него даже был сертификат), а теперь едва преодолевал пятьдесят метров. Он знал, что когда-нибудь это его убьет, и его это печалило, но не настолько, чтобы что-то менять. Он не был буддистом, но смерти тоже не боялся.

После пары часов в хлорированной воде бассейна глаза Крейга не способны были смотреть на экран компьютера, так что после обеда он отправлялся пить пиво в бары с «девочками», перемещаясь между ними часов до четырех-пяти, а потом шел в «Daddy’s Hobby» к Лек. А когда они возвращались домой, он садился работать, пока не падал от усталости.

Лек жила светской жизнью. Она обедала то там, то здесь, ходила с друзьями пить кофе и до работы приходила к ним в гости. Ей казалось, что она поднялась над своей прошлой жизнью, но она не забывала ни ее, ни друзей. Она дорожила прошлым, хотя и не была готова расказать о нем Крейгу. Слишком уж это было рискованно, хотя в глубине души она считала, что он переживет такие новости, если уже о них не знал.

Друг Крейга Уилл знал, но он, скорее всего, ничего ему не скажет, если только Крейг не спросит прямо. Он был хорошим человеком, и они с Лек неплохо ладили, когда встречались в Барри. По правде говоря, ей нравились все друзья Крейга. «Одного поля ягоды», - полагала она. Она знала, что и ее близкие друзья тоже были достаточно хорошими людьми.

Она будет скучать по Гунг и Айр, а также по кузине Бэу, когда они с Крейгом переедут в деревню, но это даст ее подругам повод приезжать на праздники. Да и они с Крейгом могут ездить в Паттайю под различными предлогами, вроде обновления медицинских страховок, а также каждые полтора месяца Крейгу нужно было регистрировать свой адрес для визы.

Сказать по правде, ехать обновлять визу Крейгу нужно было немедленно. Обычно поезка для обновления визы совершалась в соседнюю страну, например, Камбоджу или Лаос, и новая виза получалась по возвращении в Таиланд. Некоторым приходилось обновлять визу каждый месяц, иногда реже, в зависимости от того, куда они ездили. По возвращении из Камбоджи виза предоставлялась на месяц, из Лаоса — на два или три, а из Малайзии — на полтора года.

Сейчас Крейг хотел поехать в Камбожду, а потом — в Лаос, и забронировал место в мини-автобусе, как и в прошлом году, когда ездил с Лек. Он пригласил ее с собой, но на этот раз она отказалась, и он поехал один. Выдался необыкновенно хороший день. Крейг сел в автобус в шесть утра, сразу после плотного завтрака, а к обеду уже был на границе. Получив визу и пообедав, он сел на обратный рейс; в Паттайю он должен был вернуться в пять или шесть вечера.

Лек в это время изучала очень важную вещь — права на собственность. В этом ей очень помогла Бэу. Бэу родилась в тех же условиях, что и Лек, но смогла стать настоящей бизнесвумен. Она была старше и работала «девочкой» куда дольше Лек, но смогла оставить прошлое позади и заняться бизнесом.

Лек надеялась повторить ее путь, хотя и не знала, какой бизнес она может открыть в деревне. Начальные идеи у нее были, но все зависело от того, сколько денег она и Крейг захотят в них вложить.

Но сначала следовало заняться домом, пока Крейг не передумал. Однажды им пришла официальная бумага в конверте, и Лек показала ее Крейгу:

- Смотреть, милый, дама из дома прислать мне это. Она — владелец дома.

Бумага была написана на тайском и выглядела очень официально, вот только на ней не было ни печатей, ни имен, ни адреса, ни подписей. Лек сомневалась, что это за бумага, не могла перевести юридический язык на английский, и с опаской отнеслась к тому, что Крейг решил показать бумагу агенту по недвижимости. Агент перевел бумагу следующим образом: «Этот документ подтверждает право собственности предъявителя», но, поскольку ни адреса, ни места для адреса в ней не было, она была бесполезной.

И Лек, и Крейг почувствовали себя идиотами.

Как выяснилось, бумага оказалась вовсе не подделкой, а начальным документом, означающим, что ее держатель владел землей (чанут), на которой жил больше пяти лет, и она действовала еще два года. Печати на ней не стояло, потому что документ был выпущен мэром деревни, а адреса — потому что у участка на тот момент его просто не было.

У каждого жителя деревни был похожий документ, оставшийся еще с тех пор, когда король даровал право собственности проживающим на участках земли. Позже мэр составлял подтверждающие документы, и он же присваивал участкам адреса.

Никакой «последней вечеринки» в ночь перед отъездом Лек с Крейгом не устраивали — или, может, она длилась все две недели - но Лек собрала все подарки для деревенских заранее, чтобы не заниматься ими в последний день, и, как обычно, отправилась в «Daddy’s Hobby» из дома кузины, а Крейг — из снятой квартиры.

По дороге в одном из баров Крейг встретил «девочку», с которой они сразу друг другу понравились. Крейг никогда не заходил с ними дальше легкого флирта. Разговор с этой девушкой начался совершенно обычно, она спрашивала, как его зовут, откуда он, надолго ли он здесь и кем работает.

Тут ему в голову пришла одна идея, и он ответил:

- Я приехал в Таиланд, чтобы открыть свой бизнес.

- О, - ответила она. - Какой бизнес? - она навострила уши, почуяв, что он может оказаться завидным уловом.

- Я — парикмахер, и наслышан, чо в Паттайе много девушек. Я слышал, что они бреют подмышки и киски, и приехал открыть заведение для бритья. Что думаешь? Хорошая идея или нет?

Она посмотрела на него, как будто он свалился с Луны, и ответила:

- Но все девушка брить киска сама. Я брить киска сама.

- Да, но я — профессионал. Я брею тридцать лет, ты бреешь три-четыре года. Правда?

Она признала его правоту.

- И… и… я буду месяц брить всех бесплатно! А потом — платите. Что думаешь? Хорошая идея?

Ее глаза понимающе заблестели.

- Ты говоришь, что бреешься хорошо, - упорствовал Крейг, - но я знаю, что я брею лучше. Я не спешу и убеждаюсь, что девушка довольна. Покажи мне — я хочу видеть, как хорошо ты бреешься.

Она снова посмотрела на него, а потом задрала юбку и приспустила трусики.

- Здесь очень темно. Можно, я потрогаю? Я плохо вижу.

Тут она все поняла, рассмеялась и кивнула, и он засунул руку ей в трусики.

- Хм, неплохо, но я могу лучше. У тебя остались волосы вот здесь… чувствуешь? Слушай, на следующей неделе я сделаю визитки, и ты можешь раздать их подругам. Поможешь мне, и я буду все время брить тебя бесплатно.

Она оценила его, отодвинулась и широко улыбнулась. Он купил ей напиток за то, что она оказалась такой славной девушкой. Именно таких Крейг и любил.

И он пошел дальше, окрыленный чудесным знакомством и тем, что его шутку так хорошо восприняли, счастливый, но…

Но он все еще сомневался в решении жить в деревне. Там он встретил только одного иностранца. Он не говорил по-тайски, но готов был постараться изучить его, и никто в деревне не знал английский достаточно, чтобы поддержать разговор, а Крейг любил почесать языками. С другой стороны, от него могли просто отделаться, когда он заплатит за дом. Скормить свиньям или закопать в рисовом поле.

И никто не узнает. Никто из его родственников и друзей. Недели спустя его исчезновение отметят как «что-то давно Крейга не видать».

Он писал о своих тревогах Уиллу, но тот обычно отвечал:

- Решай сам, слушай сердце.

Это Крейг знал и сам. После нескольких бутылочек пива его неожиданно осенило, что Лек тревожилась точно о том же, когда решалась ехать с ним в Великобританию. Не разбирая дороги, он шел примерно в направлении «Daddy’s Hobby». Чтобы развеселиться, он еще пару раз пытался сыграть шутку про парикмахера, но на нее реагировали по-разному, и он перестал.

Переехать жить из Паттайи в деревню, о которой никто не слышал, было огромным шагом. Не раз он думал не переезжать, пока еще не поздно. Он любил Лек, любил Паттайю, ему нравилось то, что он успел узнать о деревне, так почему бы не остановиться на плане А и поселиться в квартире в Паттайе и купить домик в Баан Суай?

К тому времени, как он дошел до бара Бэу, он принял решение — он сдержит слово.

Крейг пришел примерно в шесть, на час позже, что считается опозданием даже у тайцев, но Лек встретила его с распростертыми объятиями. Она догадалась, о чем он думал, и знала, что обсудить свои заботы ему не с кем. Понимала она, и как похожа ее поездка в Великобританию на его поездку в Баан Суай, и сочувствовала ему. Еще она знала, что молитва Будде о счастливом возвращении придала ей силы, но у Крейга такой возможности не было.

Крейг напился сильнее, чем нужно, и вел себя дружелюбнее и даже развязнее, чем стоило, но он оправдывал себя тем, что сегодняшняя ночь наслаждений могла оказаться последней на долгое время, если не на всю оставшуюся жизнь. Любая женщина, подходившая к нему с определенными намерениями, получала свое. Так он решил на сегодня — ты кладешь руку мне на плечо, я кладу руку тебе на задницу.

Все видели, что ему уже наплевать на все — он в своем собственном мире — и те, кто не хотели с ним разговаривать, к нему не приближались. Некоторые из близких подруг Лек разговаривали с ним только из-за барной стойки, но они поступали несправедливо — он приставал только к тем, кто первые к нему прикасались. Лек тоже видела, что происходит, и закрывала на это глаза.

В конце концов, обычно он себя так не вел, а на следующий день в его жизни произойдут грандиозные изменения.

Впервые с тех пор, как они с Лек вернулись в Паттайю, Крейг надеялся, что появится Мия. Она не может не прийти, так ведь? Ее лучшая подруга уезжала из Паттайи с богатым и «статусным» мужем. Он надеялся только, что ее австралиец вернулся домой, потому что не готов был всю ночь терпеть его неодобрительные взгляды.

Он вел себя по возмозности прилично, учитывая свой план на вечер, и никто не расстраивался. Он старался следить, где Лек, и кивал ей, когда она смотрела на него, но не знал, что она следила за ним в зеркале, которе висело за бароной стойкой. Он об этом даже не думал, но она не обижалась. Она рада была уехать домой к дочери, видеть ее каждый день и не падать в ее глазах. Остальное не имело значения.      

По крайней мере, не сейчас.

Крей почувствовал, что кто-то похлопал его по плечу. Скорее даже, сжал его плечо, но слегка. Так делала Лек, когда он разговаривал с друзьями или работал за компьютером. Он обернулся, но слова привествия замерли на его губах, когда он увидел, кто это. Это был именно тот человек, которого он больше всего хотел увидеть — Мия — и он предвидел веселье.

Посетителей в баре было немного, и Мия без проблем втиснула стул рядом с Крейгом.

- Крейг! Мое сердце разбито! Что мне делать?

- Не знаю, а что случилось? - спросил Крейг, стараясь не слишком улыбаться.

- Боб должен ехать домой в Австралия, и ты и моя первая подруга Лек тоже уезжать. Что мне делать без вас?

- Не знаю, - нахмурился Крейг. - Давай я куплю тебе выпить и мы все обдумаем. Что ты хочешь? Большой «Chang»?

«Chang» - марка крепкого тайского пива; само это слово переводится как «слон», а также на сленге обозначает «пенис».

- Да, хорошо, я любить большой «Chang».

- Лек, Лек! - позвал Крейг. - Милая, подойди-ка сюда, пожалуйста. Смотри, кто пришел. Я хочу, чтобы ты принесла по большой бутылке пива «Chang» ей, мне и себе.

Лек поприветствовала подругу и ушла за бутылками. Когда она вернулась, она не успела протянуть бутылку Мие - та потянулась к ней сама, облокотившись на член Крейга. Лек ничего не заметила — их прикрывал стол. Подруги проговорили минут пять, и все это время Мия гладила Крейга, как довольная кошка «массажирует» хозяина.

- Можно, я оставить вас говорить вдвоем? Я хотеть работать последнюю ночь перед отъездом из Паттайи, - оба кивнули в ответ, и игра началась.

- У тебя очень приятные духи, Мия, как они называются?

- Это не духи, Крейг, но спасибо. Это… подождать, о, Боже, - она развернулась на стуле и наклонилась поднять чт-то, что выпало из ее сумочки. Разогнувшись, она сунула полураскрытую ладонь ему под нос. Он взял ее за руку и понюхал, но потом отодвинул ее, чтобы увидеть, что в ней.

- Что это? Твой платок?

- Нет, глупый! Это мои трусики! Я снять их для тебя, потому что тебе нравиться мой запах. Не нравиться?

Ему нравилось, в этом-то и была проблема.

- Вот, можешь их взять, нюхать потом, когда скучать по мне, - и она наполовину засунула их в нагрудный карман его рубашки. Стало похоже, что у него с собой розовый шелковый платок. Он поспешно спрятал их.

Крейг отлично проводил время. Он посмотрел на Лек — та разговаривала с клиентом и выглядела довольно счастливой. Барное «сестринство» защищало своих.

- Они вчерашние? - спросил Крейг. - Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы. Может, тебя комар укусит в зад.

- Не укусить меня, - улыбнулась она. - Ты хотеть смотреть? - И она задрала юбку, так что любой, кто на нее смотрел, мог увидеть ее безупречную киску. - Все хорошо или нет?

Несколько мужчин поблизости тоже смотрели во все глаза, и Крейг понял, что Мия использует его в качестве пешки.

Не худшая его роль.

Весь остаток вечера Мия сидела к нему лицом и время от времени закидывала ногу на ногу, окружающие все видели. Они поговорили о «тревоге» Мии остаться в одиночестве и страхе Крейга, чо в деревне он окажется изолирован, но разговор всегда возращался к киске Мии. Также, всякий раз, когда кто-нибудь заговаривал с ней или Крейгом из-за барной стойки, она облокачивалась на его член.

Даже когда к ним подошла на пятиминутный перерыв Лек, Мия уступила ей свой стул, а сама села к Крейгу на колени. Лек не посчитала это неправильным, но Крейг знал, что под юбкой у Мии ничего нет, и это сводило его с ума. Когда Лек «наконец-то» ушла, Мия не пересела обратно, а принялась двигаться в такт музыке. Она улыбалась каждому мужчине, который на нее смотрел.

Она вела себя, как ни в чем не бывало.

- Ох! - сказала она и попыталась перекричать музыку: - Лек, можешь проверить, все ли в порядке с моей сумочкой? Она вон там.

Мия слезла с колен Крейга и села обратно на стул, широко улыбаясь, только когда Лек кивнула.

Крейг не считал себя грязным или изменщиком, когда трогал таких женщин. Они сами этого хотели и знали, что с ним им ничего не светит. Он был с Лек, ну и что, что у члена нет совести, никакого вреда он не приносил, оправдывал себя Крейг. Главное, чтобы ни Лек, ни ее лучшие подруги ничего не знали. К тому же, это все останется в прошлом через день.

В полночь Лек присоединилась к ним, и Мия снова пересела со стула на колени к Крейгу. Она отдернула юбку, чтобы сесть голышом, и поерзала, «устраиваясь поудобнее».

- Знаешь, Мия, - после нескольких минут сказала Лек, - садись снова на стул, я сяду Крейгу на колени, - и они поменялись местами. Крейг так никогда и не узнал, поймала ли его Лек, но подозревал, что она все знала и наконец-то ей это надоело. Скорее всего, она более чем достаточно увидела в зеркале.

Это старый трюк тех, кто работает или регулярно отдыхает в баре.

Но после этого Крейг ничего не помнил, а Лек никогда больше не говорила об этом вечере. На следующий день они проснулись в своей постели, как будто предыдущий вечер им приснился. На самом деле, оба желали оставить Паттайю позади и выяснить, что им принесет следующая фаза.

Крейг об этом не знал, но Лек знала о ней куда больше.

7 ПРЫЖОК В НЕИЗВЕСТНОСТЬ

Тридцать две прекрасные и скудно одетые женщины вышли провожать их к автовокзалу. У всех в глазах стояли слезы. Каждая из них целовала и обнимала Лек, а потом и Крейга так, как будто они были космонавтами и улетали в опасную миссию, из которой, скорее всего, не вернутся.

Крейг даже начал думать, что лучше бы ему остаться, хотя он и не скучал по похмельям в Паттайе.

Это была третья поездка Крейга в деревню, и он уже чувствовал себя опытным путешественником по Таиланду. Автобус отъезжал в полседьмого вечера, через час темнело, и Крейг, как и все остальные пассажиры, попытался немного поспать. Лек, как обычно, заснула, едва коснувшись головой подушки, но он лежал в своем наполовину откинутом кресле и то засыпал, то снова просыпался; заснул он как раз тогда, когда автобус сделал остановку у придорожного кафе, и их с Лек разбудили. Есть они не пошли, а снова заснули и проспали до самого Пхитсанулока.

Они приехали в два часа ночи, и на этот раз решили снять номер в одной из гостиниц поприличнее. Он оказался небольшим, но хорошим, с кондиционером, и цена их устроила — двести пятьдесят батов. Но Лек все равно настояла на том, чтобы поставить будильник на пять тридцать утра и сесть на автобус до деревни. Ложиться спать не имело смысла, но они легли на кровать и заснули прямо в одежде.

Проснувшись, они сходили в душ и поспешили на следующий автобус. Полтора часа спустя автобус остановился на ближайшей к Баан Суай остановке, и Крейга с Лек встретили друзья на мотоциклах. Они-то и довезли их оставшиеся до маминого дома два километра. Именно здесь им предстояло жить в обозримом будущем.

Когда Крейг с Лек приехали, мама Лек уже давно не спала, а Сум, дочь Лек, ушла в школу, но в доме их встретило полдесятка человек.

«Дом, - подумал Крейг. - Мой новый дом. Больше, чем за восемь тысяч километров от родины и семьи. Что я здесь делаю?»

А Лек совсем не сомневалась в выборе места жительства. Конечно, последние десять лет она мечтала о жизни за границей, но этот вариант позволял ей жить с дочерью… матерью и остальными… и у нее все еще оставался шанс когда-нибудь переехать за границу. Этот путь еще не закрыт для нее, но перекрыт на ремонт. Первой задачей было купить дом и обустроить его для жизни.

В последнее время Лек часто думала о Сум и где она будет жить. Стоит ли ей переехать к ним или остаться с бабушкой? Логичным шагом было бы переехать всем вместе, но традиционно дети находились на попечении бабушек и дедушек, пока их родители работали.

К тому же, мама уже привыкла заботиться о Сум, как она отнесется к ее переезду? И Крейг — он не жил с детьми с тех пор, как покинул родительский дом больше тридцати лет назад, тем более он не жил с девочкой-подростком.

У нее еще было время решить, что делать.

Крейг думал, что поспать в автобусе - определенно замечательная идея. Он сразу почувствовал себя обновленным. Теперь у него были силы куда-нибудь идти, и он горел желанием продолжать жизнь, узнать, что за «новое воодушевляющее будущее» его ждало. Никогда раньше он не пытался начать жизнь с чистого листа, да и ничем серьезным не занимался.

Если бы только он знал, что и сейчас ему в основном нужно разве что продолжать дышать. Он ничего не мог сделать — физически — для развития их с Лек новой жизни. Он вытащил ноутбук, но Интернет не ловил. По предыдущим поездкам он знал, что включать телевизор бессмысленно — каналов на английском здесь не было. И поговорить ни с кем он не мог. Все, что Крейг мог делать в доме мамы Лек — это сидеть и читать книги. Так он и поступил — вытащил одну из купленных им в Паттайе книг в мягкой обложке и принялся за чтение. Семья Лек оживленно переговаривалась.

Так он провел два часа, но только из вежливости, читать он был не в настроении. Ему хотелось доказать, что он способен содержать себя и свою новую семью, хотя он все еще не зарабатывал через Интернет достаточно. Проблема была в том, что его идеи все еще не сформировались полностью. Он был уверен, что основное он уже сделал, но подозревал, что всей специфики он все еще не понимает.

- Я пойду в магазин, попытаюсь войти в Интернет, хорошо, Лек?

- Ты уже хотеть пить пиво, Крейг? Еще рано, нэ?

- Повторяю: я пойду в магазин, попытаюсь войти в Интернет, хорошо? Но раз уж ты об этом заговорила, то да, я выпью пару бутылочек. Было бы невежливо прийти, сесть за столик с ноутбуком и ничего не купить, так? А чай или кофе там не продают. Увидимся позже.

И он ушел, на прощание сделав вай маме и остальным. «Как странно, что Лек об этом заговорила, - думал он. - Может, у нее были другие планы?» Десять лет она зарабатывала на жизнь в баре и сама любила хорошо выпить, так что подобное заявление было совершенно не в ее характере.

Крейг сел за свой столик — единственный в магазине — и к нему тут же подошла продавщица. Она оказалась дружелюбной, и он решил познакомиться с ней:

- Привет, меня зовут Крейг. Тебя?

Она посмотрела на него и улыбнулась, но явно не поняла ни слова.

- Пиво «Chang»? - с надеждой спросила она.

Он кивнул и улыбнулся, но, когда она принесла пиво, попытался снова:

- Пом Крейг. Кхун алай? Я Крейг. Ты кто?

- Ах, меня зовут Нонг, - широко улыбнувшись, по-тайски ответила она. Только слово «Нонг» Крейг раньше и не слышал и предположил, что это ее имя. Он улыбнулся, поднял бутылку пива и сказал:

- Привет. Чок ди.

Он не знал, как правильно сказать ее имя. Потом он посоветуется с Лек.

Нонг улыбнулась и ушла. Но Крейг остался доволен. Все-таки достижение — его первый «разговор» с тайцем, не понимающим английский. Он включил ноутбук и проверил сигнал. Он почти что ожидал, что Лек придет и объяснит, что она имела в виду.

И точно, спустя час она пришла в магазин. Крейг не заметил ее приближения, потому что с головой ушел в Интернет.

- Привет, телак, здесь есть кеун… эмм, сигнал? Я не хотеть, чтобы ты идти сюда рано, потому что думать, ты пойти со мной к даме, которая продавать дом, но ничего. Я могу идти одна или пойти завтра. Что ты хотеть?

- Мне же не обязательно с ней видеться, так, милая? Иди одна, потом мне все расскажешь.

Лек эта идея понравилась, и она ушла, помахав Крейгу на прощание. В ее голове крутилось много разных мыслей, не самых приятных. Больше всего ей не нравилось, что она могла сбить цену, потому что в доме нельзя было жить, но Крейг уже согласился на двести тысяч, и ей не обязательно говорить ему о возможности сэкономить.

Она ненавидела себя за одну только мысль обмануть Крейга, но ничего необычного в этом не было. Конечно, нехорошо так поступать, но он ничего не узнает, и ничего страшного не произойдет. Возможно, ведь он все-таки не говорит по-тайски.

Лек поговорила со своей бывшей соседкой и поздравила ее с предстоящим браком. Эта дама, Су, вся сияла. Она никогда не держала в руках столько денег за раз, и к тому же выходила замуж в таком зрелом возрасте — она не могла поверить в свою удачу. Она даже целовала руки Лек и не переставая благодарила ее за то, что она «уговорила иностранца» купить ее дом за полную стоимость.

Лек переживала. Ее привычки велели ей торговаться в любом случае, особенно в этом — они — старые друзья, и Су покидала деревню, а значит, набивать цену ей было не с руки. Но она не могла заставить себя попросить сбавить цену. Она хотела, чтобы ее «старая подруга» была счастлива, а Крейг мог себе это позволить.

Лек знала, что могла сбавить цену на десять процентов, потому что она была завышенной. Возможно, Су сделает скидку и на все пятнадцать, но Лек мучила мысль скрыть деньги от Крейга. Ей не нравилось, что ее подруга предполагала, что она обманет своего бойфренда-иностранца ради тайских друзей, но разве она не обманывала его сама, ради своих собственных целей? Ей очень не нравилась вся эта сделка, но она решила не будить лиха, пока оно тихо.

- Пожалуйста, - сказала она вслух. - Мы будем счастливы в новом доме, и я надеюсь, что и ты будешь счастлива в своем новом доме.

Лек встала и направилась к выходу, все еще мучимая мыслями о своем соучастии в обмане своего же бойфренда. Сев на мотоцикл, она наклонилась к подруге и сказала:

- Я хотела попросить тебя о десятипроцентной скидке и знаю, что ты бы согласилась, но мой бойфренд, Крейг, попросил меня оставить их тебе в качестве свадебного подарка.

- Передай Крейгу большое спасибо от меня и моего будущего мужа. Он очень добр, тебе повезло найти человека, настолько щедрого с незнакомцами. Я приглашу вас обоих на свадьбу в качестве почетных гостей, надеюсь, вы сможете прийти.

Лек улыбнулась и уехала, довольная, что купила Крейгу благодарность, хотя он и не подозревал о потраченных на нее деньгах.

Она направилась прямо в магазин Нонг. Крейг все еще был там.

- Дорогой! Дом теперь наш, и моя подруга говорить спасибо, что не торговаться из-за цены. Она хотеть, чтобы мы прийти на свадьбу как гости номер один. Она так счастлива. Ключ может оставаться у нас. Когда ты платить ей деньги? Я хотеть платить скорее. Хорошо?

- Да, конечно, милая. Я уже перевел деньги. Они прийдут дня через три, мы сможем снять их в банкомате в пятницу, и ты отдашь их своей подруге. Но как удостовериться, что дом наш?

- Не волнуйся. Мэр будет свидетелем. Он будет знать, что дом — мой.

- Наш, Лек. Наш, - не в последний раз поправил он.

- Да, прости, телак, наш, не только мой. Наш, - но она знала, что «их» дом никогда не будет. Он станет ее, птому что иностранцам запрещено владеть землей в Таиланде.

Крейгу было интересно побольше узнать про свой новый дом и деревню, и он решил расспросить Лек. Обычно она не любила говорить о прошлом, но сейчас она была в хорошем настроении, и он решил попытать удачу.

- Лек? Я буду жить здесь в ближайшем будущем, не могла бы ты рассказать мне о деревне? Как давно она существует, что в ней происходило, в таком роде?

- Я могу попытаться, телак, но никто не говорить о прошлом. Это скучно, и точно никто не знать. Здесь не как в Великобритании. Никто раньше не записывать история. Люди просто помнить, некоторые лгать, а некоторые помнить не хорошо, но я рассказать тебе, что я считать правда.

Деревня называться Баан Суай. Это значить «красивая деревня». Никто в Баан Суай не говорить по-английски, кроме меня и тебя, хотя большинство людей моложе пятидесяти лет учить английский в школе.

Но Баан Суай не близко к туристическим районам, и люди в деревне не видеть иностранцы и не иметь возможность говорить по-английски со школы. Ты увидишь, что многие дети смотреть на тебя и плакать, потому что бояться. Ты большой и очень белый. Может, они думать, ты призрак… или монстр из космоса, - Лек хихикнула от этой мысли.

- Это — тихая деревня, где люди в основном работать на рисовых полях или фруктовых садах.

Возможно, деревне несколько сотен лет, но никто не знать. Старейший человек жить между магазином и нашим домом. Я думать, ты уже видеть его. Он очень здоров, но ему девяносто семь. Он часто ходить с короткий меч, потому что помнить, когда японцы приехать сюда на война. Моей бабушке девяносто два, она помнить, когда деревня стоять на поляна в джунгли.

Старейшее здание сейчас — буддийский храм, ват. Там жить семь или восемь монахов, я думать, но не уверена на сто процентов.

Моя бабушка — мама моей мамы — рассказывать мне, что раньше детей запирать, когда темнеть, потому что тигры выходить на охоту, и ходить плохие люди из Лаос. И водиться гигантские змеи, которые уносить детей, собак и мелкий скот. Мама и бабушка рассказывать, что нужно вести себя хорошо и возвращаться рано, иначе звери или иностранцы поймать тебя, но сама я этого уже не застать. Баан Суай был не в джунгли, когда я была маленькой.

Поэтому традиционно дома строить на ногах… эмм, сваях, чтобы семья на ночь подняться выше и запереть дверь. Они оставаться на ночь внутри, потому что бояться и нужно рано вставать работать. В Баан Суай нет пабов, клубов, баров, ресторанов и отелей. Ничего для веселья. Только работа. Медленно в пятидесятые и шестидесятые джунгли вырубить, чтобы сделать рисовые поля. Я помнить, как дедушка рубить деревья и делать большие костры. Потом он рассыпать пепел по полям, чтобы рис расти быстрее.

Земля хорошая, потому что листья и деревья падать тысячу лет. Земля хорошая, но давать урожай только раз в год, потому что мало воды. Эта проблема оставаться до восьмидесятых, когда я подросток и работать с папой и дедушкой. Но люди на севере, в Чиангмай, Уттарадит, Чианграй рубить слишком много деревьев, и вода не оставаться там. Вода стекать в реки и течь к нам.

Сейчас в Баан Суай и вокруг очень много воды, мы можем вырастить три урожая риса в год. Больше воды и лучшие сорта риса позволить умным фермерам получать три урожая в год, и регион разбогатеть. Если ученые вывести быстрорастущий рис, фермеры смогут получать урожай четыре раза в год, потому что у нас хорошая земля и вода.

Если ты выйти из Баан Суай, вокруг ты увидеть поля очень зеленого риса. Земля в Таиланд продаваться по «рай», участкам сорок на сорок метров, тысяча шестьсот квадратных метров, и когда ты смотреть на землю, ты видеть участки, отделенные узкими насыпями, которые удерживать воду и позволять фермерам смотреть на рис и не мочить ноги.

- О, наш новый дом размером двадцать на тридцать метров, шестьсот квадратных метров, - перебил ее Крейг.

- Да, чуть больше трети рай. Так, о чем я? Раньше у нас было слишком много тигров, больших змей и крокодилов, но люди поместить их всех в зоопарк в шестидесятые. Иногда ты видеть очень больших змей, но не каждый год. Самое большое дикой животное сейчас — цапля. Большие змеи, как сетчатый питон, вырастать до одиннадцати метров, но редко можно увидеть питон длиннее пяти метров, телак.

Раньше мы часто использовать слоны и бизоны на фермах, чтобы тянуть плуги и везти урожай, но сейчас — нет. Сейчас у фермеров есть тракторы, комбайны и машины «Таиланд», но если цена на рис подниматься слишком высоко, некоторые фермеры возвращаться к сеять и собирать урожай вручную, чтобы заработать больше.

Много фарангов думать, что на… эмм, рисовые поля, все время в воде, но рис не расти как тростник, по крайней мере, рис вокруг Баан Суай. Когда фермер собрать урожай, он поджигать старый рис. Что-то, может десять процентов, гореть. После он накачивать воду в поле на сантиметров пятнадцать и оставлять на день или два.

В воде у нас водиться ужасные огромные улитки и маленг… эмм, насекомые, особенно комары, но и другие летающие. Фермер распылять химикат в воде, а потом закапывать мертвых улиток и старый