Катерина Ши
Готов на пять

Пролог

– Максим Сергеевич, – вывел меня из раздумья голос директора школы номер семьдесят семь, в которую я пришел двадцать минут назад. За это время успел не только вспомнить, каково этого это – быть учеником, но и предложить свою кандидатуру на место учителя начальных классов, – вы нам подходите! Когда сможете выйти на работу? Сколько нужно времени на сбор документов?

Немного опешил от такой оперативности и, если честно, довольно некрасиво округлил глаза. Ну а с другой стороны, чего я ожидал? В этой школе точно так же, как во многих других школах нашего города – не хватает учителей, потому хватаются за любого человека, способного вести уроки и знакомого с педагогической деятельностью.

– А когда нужно? – почти все документы у меня были уже с собой. Медосмотр я прошел самостоятельно, потому что был на все сто процентов уверен, что найду место работы в школе, единственное не знал – в какой. А вот, оказывается, в самой ближней к моему дому как раз и требовался учитель.

– Сейчас! – громко заявила сидящая передо мной женщина, испытующее смотря на меня, прищурив свои серые и почти бесцветные глаза.

– Сейчас я как-то не готов, – сознался, смотря на свой внешний вид, потому что в джинсах и простой футболке с эмблемой Супермена идти к детям как-то не очень прилично и не педагогично. Да и учебник хоть перед началом работы следовало пролистать. Что там еще мне надо? Список класса хотя бы…

Честно говоря, хоть я и учился в педагогическом институте, да еще и на учителя начальных классов, но как-то не очень, скажем так, ответственно, особенно если вспомнить первые три года. Все больше я выступал за свой факультет, участвуя в спортивных соревнованиях, играя в футбол, баскетбол и настольный теннис. Пацанов со всего потока было всего несколько, вот нас и использовали как грубую мужскую силу везде, где только можно, а уж когда дело доходило до студвесны или очередного конкурса по типу «Мистер университет», то мало того, что помогал во всех выступлениях, так еще и сам один раз принял участие. То есть тут даже глупцу понятно: времени для учебы не было совершенно, каким-то чудом сдавал контрольные и тесты, писал курсовые…Ладно, не писал, а заказывал, но добросовестно их читал и даже мог ответить на вопросы. Иногда преподаватели на экзаменах закрывали глаза и ставили мне четвертки, так как лишаться такого яркого представителя мужской половины нашего факультета не хотели.

К четвертому курсу у меня неожиданно возникло желание учиться, даже экзамены все сдал самостоятельно, без чьего-либо вмешательства, к государственному экзамену готовился сам и, без стеснения заявлю во всеуслышание – сдал сам!

Но это было только на последнем и предпоследнем курсе, где я успел даже посетить нормально одну практику длинною в два месяца. Сказать о ней плохо не могу, мне достался малокомплектный класс из десяти человек, у которых был щадящий режим и очень добрый классный руководитель, который мне во всем помогал, в том числе писать конспекты. Дети меня приняли нормально, по крайней мере, на открытых уроках, на которых присутствовали методисты, не паясничали, материал отвечали хорошо, да и работали вполне активно. Помню, мне даже предложили место учителя в той школе, да только где я, а где школа? Так я думал на тот момент, а жизнь вон как все вывернула… Пришлось идти туда, на кого учился…

Я бы, наверное, отказался, но… нужда заставит кого хочет. В первой половине дня я был предоставлен сам себе и честно искал работу, но мне могли предложить должность грузчика, кассира в магазине, да и еще по мелочи. Во второй половине дня я ходил в фитнес-центр, куда попал сразу после армии, стал кумиром многих, меня на радостях и позвали в состав тренеров, но на неполный рабочий день, ведь не было должного образования, которое нужно было получить, если хочу продолжить свою профессиональную деятельность инструктором.

Я и поступил на заочный факультет физической культуры, нас, таких как я – было много. Кто-то для галочки пошел, кто-то получить повышение и попасть в комитет по спорту и развитию, а я к нему совершенно никого отношения не имел, вот и учиться пошел на старости лет, чтобы претензий не было. У каждого из нас была своя цель, однако результат один – получить диплом и приступить к работе свободно и добросовестно, чтобы этим дипломом козырять и говорить, что ты не просто Вася с улицы, а дипломированный специалист. На лекциях я повстречал старых преподавателей, которые были рады меня видеть и, что самое приятное – помнили. Если честно, не ожидал такого радушного приема, даже на родной факультет забегал для того, чтобы свою память освежить, чтобы поздороваться со всеми. Неожиданно в душе всколыхнулись хорошие воспоминания, они-то меня и направили в стезю образования – на некоторое время, конечно.

Но вернемся в настоящее, а здесь и сейчас происходит следующее: директор школы не принял мои возражения, сразу же передал своему секретарю документы на оформление и повел меня чуть ли не за руку в кабинет на первом этаже. Он был совсем небольшой, находился в каком-то закутке рядом с туалетом и раздевалкой, а в классе на данный момент шел урок, но директора это не остановило. После короткого стука она зашла в класс да меня с собой затащила. Двадцать пар глаз посмотрели на меня с настороженностью, а у доски стояла и с интересом поглядывала пожилая женщина.

– Дети, – радостно сообщила Антонина Ильинична, – это новый учитель, Максим Сергеевич! Теперь он у вас будет вести уроки.

Энтузиазма на детских лицах отразилось ноль, на моем, кстати, тоже, но это не остановило двух радостных женщин, которые, дабы я познакомился с детьми, вышли из кабинета, тихонько прикрыв за собой дверь.

И вот я, двухметровый шкаф, стою перед маленькими ребятами, которые точно так же, как и я, не понимали, что вообще происходит.

– Вы супермен? – раздался голос с последней парты, – я думал, они только в фильмах бывают и мир спасают…

– А вы нас спасать будете?

– А вам сколько лет?

– А у меня брат учится в третьем классе!

– А у меня сестра в седьмом!

– А у меня зуб выпал…

Знакомство очень плавно перешло в какое-то совсем непонятное русло, я слушал обрушившийся на меня со всех сторон поток слов и не понимал, что вообще происходит?! Причем тут зуб и сестра из седьмого класса, зачем мне знать, что чей-то папа утром пролил на рубашку кофе и получил от мамы подзатыльник, а главное, мне совсем было не интересно, где хранится занык родителей, и куда нужно прятаться, если брат понял, что ты был в его комнате.

– Стоп! – попросил, понимая, что мой ошарашенный вид позабавил бы любого, – я ваш учитель, и на уроке у нас тишина, это первое правило!

Дело сдвинулось с мертвой точки. За одним правилом пошло второе и третье, и так до тех пор, пока не прозвенел звонок. Не уверен, что дети запомнили хоть что-то из того, что успел им наговорить, придется записать все и повесить на доску, а лучше сделать плакат во всю стену! Точно! Тогда-то они будут себя хорошо вести и слышать то, что говорю! Так ведь?

Из класса я выходил озадаченным и дезориентированным, директор едва успела подхватить под руку, довести до своего кабинета и подсунуть заявление, которое я не только заполнил, но и подписал.

– Ждем вас завтра! – обрадовала она меня, а я как-то скупо улыбнулся, – мы всем поможем, подскажем, в обиду не дадим! – не унималась женщина, уговаривая меня не принимать необдуманных решений.

– Угу, – только и мог я пробормотать, не в силах вымолвить никакую словесную конструкцию.

Я даже не сразу понял, что мне вернули часть моих документов, запихали в пакет кучу учебников и дали распечатку с расписанием.

– Завтра в восемь десять нужно быть в школе, в восемь тридцать начинаются уроки, – вещала женщина, провожая меня к выходу.

– Угу, – опять повторил я, выходя на крыльцо школы.

Состояние было непонятным, странным, мысли в голове путались. Я так и простоял, слушая очередной звонок на урок, а после чуть подвинулся в сторону, потому что явно мешал толпе выходящих ребят, которые спешили за учителем физкультуры.

– Дяденька учитель, – девочка с маленькими хвостиками по бокам круглой головы осторожно погладила меня по ноге, – вы только нас не бросайте, мы будем хорошо себя вести, честно!

– Да! – поддакнул стоящий рядом мальчика, вытирая рукавом нос.

Вот этот точно себя вести хорошо не будет, у него же на лбу написано – задира!

– Не брошу, – зачем-то все же сказал я, а ребятня, которая только недавно стояла в нескольких шагах от меня, громко завизжала и бросилась на меня.

Я честно думал, что они хотят меня задушить, запугать, забить, но дети лишь облепили со всех сторон, обнимая своими маленькими ладошками. В общем-то грозный мужчина во мне растаял, я даже погладил всех по голове и дал себе обещание не ныть и стараться. Это же дети, что может быть сложного?

Как я был не прав, ох, как я был не прав!

Глава 1

Оставшуюся половину дня и часть ночи я просидел над учебниками и собственными конспектами. Это только кажется, что можно просто выйти к доске и объяснить материал или рассказать, как решается пример или задачка. Я смею вас разочаровать – это далеко не так: один ребенок поймет тебя с полуфразы, второму нужно показать на доске, третьему объяснить на пальцах, четвертому на карандашах, а вот пятый поймет только рисунок. Шестой? Шестой вообще может не въехать в суть с первого раза, а седьмой и с пятого. Вот так! А еще на уроке я должен каким-то чудом реализовать «индивидуальный» подход к каждому ученику, который крайне сложно поддавался даже моему мысленному представлению, особенно когда у тебя полностью укомплектованный класс! А бывает, что количество учеников достигает тридцати пяти человек. Тут, по сути, одна минута на ученика получается. Ну? Как вам? Первый второй и третий могут за эту минуту понять принцип решения задачи и даже самостоятельно потом решить следующую, а вот остальным ребятам этой жалкой минуты не хватит совсем.

Первые часа три я пытался составить план, как лучше организовать урок, конечно, при этом пользовался всеми правилами, которые только знал. И приветствие надо сделать, и проверить, все ли готовы к уроку. Потом ввести детей в заблуждение, тем самым подвести к теме урока, потом обязательно должен быть перерыв на маленькую веселую зарядку, потом объяснение нового материла, за ним закрепление, там и пообщаться нужно, кто и что понял или не понял на уроке, домашнее задание дать. И это все за сорок пять минут! Как? Как это все успеть и ничего не упустить?

Чувствуя себя первопроходцем, которого закинули на северный полюс и всучили в руку карту, я бился над планом урока, создавая самый оптимальный и лучший не только для меня, но и для учеников. И это, простите, только для урока по математике, а у меня завтра еще чтение и русский, и, слава богу, будет окно третьим уроком – класс уведут на урок музыки!

Перерыв от и до все учебники, я понял, что попал по-крупному. Например, по русскому языку дети только учатся писать буквы и их соединения. Покосившись на белые листы бумаги перед собой, которые и использовал для того, чтобы законспектировать урок, ужаснулся. Да, нас учили писать в ВУЗе, мы даже сдавали контрольные, и я сам, что уж говорить, выводил крючки и палочки. Но за столько лет все знания вылетели в трубу! Но это ладно, показать смогу, объясню, но теперь же придется на доске всегда разборчиво и понятно писать, и в детских тетрадях, и… короче, везде!

Уронив голову на стол, я больно ударился лбом о деревянную поверхность и в голос застонал. Бог ты мой, ну почему я выбрал именно школу? А? Или это связанно с тем, что у меня бабушка была учителем и почти всегда брала меня к себе в класс, даже на школьные мероприятия приглашала? Вот и получилось, что впитал в себя все еще с детства. Ладно, ныть не буду, я ж мужик! У меня ж под рукой великий интернет, где уж точно есть вся информация, касающаяся самого урока, ну и подсмотрю, что с классом надо делать!

Утром, разлепив глаза, быстро позавтракал, оделся, как и положено учителю: в рубашку с коротким рукавом, брюки, начистил ботинки и сложил всю свою трудоемкую работу вместе с учебниками и прочим материалом в сумку. Ночью пришло понимание, что срочно нужен принтер и, желательно, цветной, годовой запас бумаги и большое количество методических пособий. Как раз с их помощью можно будет легко составить план урока, а если откапать и рекомендации к учебникам по нужной мне программе, вообще жизнь может облегчиться в разы!

Но это цветочки – есть еще папка учителя, папка классного руководителя, папка по внеклассным занятиям, папка по внеурочной деятельности… Да, названия всех папок я выписал, даже подписал, что там должно храниться, и опять, в который раз за вечер, ударился об стол головой…

Прибыв на работу за полчаса до урока, неожиданно попал под обстрел со стороны родителей, которых уже оповестили о том, что у них новый учитель, да еще и мужчина. Уверен, дети тоже половину вечера рассказывали обо мне. И вот больше десятка глаз смотрели на меня оценивающе.

– Здравствуйте! – бодро поздоровался со всеми и даже улыбнулся, но, увы, ответная добрая улыбка была не у всех.

Мой дружелюбный настрой как-то моментально испарился. Эх, родители, знали бы вы, сколько времени я потратил на то, чтобы не только произвести впечатление на ваших детей, но и подготовить для них интересные задания по теме урока. Захотелось махнуть рукой и уйти в тот же Магнит, но все же удержался. Зря я, что ли, полночи не спал?!

Благо, очень быстро мне на выручку пришла Антонина Ильинична и завуч, с которой я был еще не знаком. Эти две женщины и обрадовали нас новостью – в четверг состоится родительское собрание. Ровно в шесть часов вечера! И все хорошо, да только в шесть у меня индивидуальная тренировка! Хотелось в очередной раз развернуться и уйти… И это только утро! С момента моего прихода в школу прошло от силы минут пять или семь!

Так, любая проблема решаема. Собрание, значит, собрание. Я же могу договориться с Мишкой, чтобы взял моего человечка на один разок, а потом уж я подтянусь. Но в следующий раз подобные вечерние мероприятия буду назначать сам в удобное для меня время!

Просто так мне уйти все же не удалось, вопросы были, причем почему-то личного характера, совсем не относящегося к учебному процессу. Одни я сразу пресекал, на другие обещал ответить на собрании, ну и свой номер телефона родителям оставил.

До начала первого урока у меня не было даже возможности разложить свои многочисленные вещи на стол. Ко мне после родителей подходили знакомиться коллеги и руководство. Особенно понравилась мне странная особа неприметной внешности и возраста в круглых очках и с непонятным гнездом на голове, которая подошла со странными вопросами, касающимися моей профессиональной деятельности и стажа работы. Но это еще не все, вы не поверите, но эта баба требовала от меня отчет, который нужно было сдать на прошлой неделе!

Я посмотрел на стоящего передо мной, как оказалось, завуча по воспитательной работе, и понял: с ней мы не сойдемся. Вот вижу, что она уже составила обо мне ошибочное мнение и поэтому со мной (а может, и со всеми) ведет себя высокомерно.

– Отчет должен быть завтра! – заявила эта… как же прилично назвать взрослого человека, чтоб потом не стыдно было?

– Исключено, – тем же тоном ответил я, – пока не вольюсь в коллектив, пока не пойму что, где и как, ни о каком отчете речи идти не может, потому что я просто не знаю, из чего именно его составлять.

Ответить она мне не успела, начался урок, и я сбежал к столу, быстро доставая учебник по математике и нужный мне конспект. Черт, я же планировал немного сместить занятия и устроить вводный урок? Так, по ходу дела разберусь!

Дети тихо стояли у своих парт, смотрели на меня очень внимательно. Ладно, тихо стояли – это я утрирую. Кто-то стоял, кто-то лежал на парте, кто сидел у парты. Но как только я выпрямился и окинул взглядом детей, они выпрямились, подняли на меня свои маленькие глазки, показывая тем самым, что готовы работать.

– Доброго утра, садитесь! – и послышался скрип стульев, шум отодвигающихся парт, грохот пеналов и тетрадей, возня и возмущение. Боже, сопение, кашель, пыхтение!

Так, Макс, не обращай внимания! Это дети, у них еще все плохо получается. Хотя, почему только у них? У нас у многих взрослых руки растут не из того места, так что нужно просто выдохнуть и не обращать внимания на рабочий шум. Я их просто потом научу, как все делать быстро и аккуратно.

– Начнем с вами наш первый урок! – воодушевленно начал я, – отгадайте загадку!

Первые сорок минут пролетели незаметно, да и что говорить, все получилось! Меня слушали, иногда слышали, задания выполнялись, руки тянулись – я был горд собой и теми, что позволили мне не упасть в грязь лицом. Будь детки вредными, ничего бы не вышло, а они наоборот – старались, помогали, рассказывали о том, что успели изучить и чему научиться.

Конечно, на первом и вводном уроке мы больше знакомились. Я пытался запомнить двадцать два присутствующих на уроке человека, понять, чем отличается Маша от Даши, зачем родители назвали сына Даниэль, и как запомнить сразу пять Насть! Проблемы, о которых я и не думал, возникли моментально – дети все одинаковые! Естественно, ни имен, ни фамилий и ничего другого я не запомнил. Приходилось показывать на ребенка рукой, позволяя ему ответить или же (да, я до этого тоже скатился) гладить рукой по голове и просить: «Отвечай, мальчик».

А вот после первого урока оказалось, что мы идем на завтрак! И тут началось самое интересное – были те, кто только завтракал, были те, кто только обедал и полдничал, кто-то просто обедал без завтрака и полдника, а еще были дети, которые приносят еду с собой. С последними проблем не было – пакеты с боксами и бутылками с водой или соком в их руках я нашел, а вот как кормить остальных? Все они утверждали, что завтракали и обедали, кто-то вспомнил, что не ест в продленке. А это до обеда или после?

Схватившись за голову, помчался в единственный знакомый мне кабинет.

– Антонина Ильинична! – влетел в приемную, игнорируя секретаря, которая при виде меня даже вскочила на ноги, – как кормить детей?

Фух, с директором мне однозначно повезло. Оказывается, в столовой на каждый класс есть ведомости, в которых указано, кто и что ест, сколько дней оплачено. Без зазрения совести сфотографировал все документы и сделал пометку в голове: нужно запомнить всех детей по фамилии!

Вторая проблема, с которой я столкнулся в столовой, была накормить детей! Маленькие козявки с брезгливым видом ковыряли запеканку, ища там клад, а находили изюм, который и складывали по периметру тарелки. Самые хитрые слизывали подливу с корочки и с довольным видом качали ногами под столом, попивая чай. Сколько бы их ни уговаривал – кушать малышня не хотела, а зря! Судя по расписанию, обед будет не скоро.

Сердобольная кухарка всучила мне в руки одну свободную порцию, которую я умял за два раза и в три глотка осушил стакан с чаем.

– Спасибо! – сердечно поблагодарил женщину, да что говорить, чуть ее не расцеловал!

Естественно, на второй урок мы опоздали: пока решали, кто и что ест, пока, собственно говоря, ели, потом за собой убирали, умудрившись разбить два стакана и одну тарелку. В общем-то и поход из столовой в класс тоже вышел занимательный, потому что я немного заблудился. Пришлось нам с детьми сделать приличный крюк, чтобы добраться до своего кабинета.

– Так, быстро готовимся ко второму уроку! – то ли попросил, то ли приказал, не знаю, но я так чертовски устал за эти несколько часов, что просто сел на свой стул и смотрел, как дети неспешно убирают со стола учебники и тетради, а достают кто что.

– Русский язык у нас, – стал подсказывать, ведь каким-то чудом мальчик со второй парты достал из портфеля учебник по окружающему миру, хотя такого урока у нас сегодня просто нет!

– А можно в туалет? – послышалось робкое прошение из дальнего конца кабинета.

– И я хочу!

– И я!

Чуть ли не застонав голос, выстроил очередь из желающих сходить в комнату, что была рядом с нами по соседству. Выпускал по три человека и бдил под дверьми, чтобы маленькие козявки не хулиганили.

Сказать, что весь второй урок находился в прострации, ничего не сказать. Нет, я следил за дисциплиной и помогал детям, писал на доске крючки и палочки, которые выходили очень даже приличными и ровными, но у меня все еще были проблемы с тем, как понять, где сидит Маша, где сидит Ксюша, кто из озорников Платон и Илья? Вы скажете, что в класс все дети разные! Вам виднее, я-то до этого дело с детьми имел только на практике!

Еще утром у меня они все были на одно лицо, то и сейчас ничего толком и не поменялось. Сложность была в том, что у малышей оказалась одинаковая по цвету форма, отличалась она только тем, что у кого-то были брюки с пиджаком, где-то юбка с жилеткой, а у некоторых даже сарафан! От изобилия одежды и ее фасона рябило в глазах, но с девочками было намного проще, у них разное количество косичек, хвостов, бантов и заколок, а вот парнишки? Все ведь закутались в свои пиджаки, хоть бы кто снял! И ведь самое интересное, рубашки у всех были исключительно белого цвета, на брюках ремешки, волосы коротко стрижены, ни тебе индивидуальности, ни какой-то особенности, по портфелям их, что ли, запомнить?

Пока дети не видели, нарисовал на листе белой бумаги парты и подписал каждое место, закрепленное за учеником, таким образом у меня получилась памятка, которую бережно положил под стекло на столе. И да, я до конца дня подглядывал в этот лист, но хоть какие-то сдвиги наметились.

Итак, у меня два Илюши, которых нужно рассадить по разным концам класса, есть Миша – очень смышленый и старательный пацан, который сегодня то и дело отвечал. На третьем ряду сидят Платон, Богдан и Даниэль. Да простят меня родители ребенка, но они, кажется, пересмотрели фильм «Такси»!По закону жанра у нас в классе должен быть еще и Жебер, но его, увы, не было… И слава богу! Итак ассоциации в голове яркие! Как ни посмотрю на мальца, сразу в голове песни из этого кинофильма, и ничего с собой поделать не могу!

На последней парте сидел Максим, который явно был старше своих товарищей и уже умел намного больше остальных. Марк, сидящий прямо передо мной, был мелким темненьким мальчишкой, который делал все ну оооочень медленно, прям оооочень! А вот Егорка и Ярик были братьями, но двоюродными, об этом я узнал сразу на первом уроке от детей и даже смог этот немаловажный факт запомнить.

А вот девочек в классе однозначно больше, и если я всегда думал, что они тихие, милые и добрые, то сильно ошибался. Илюхипо сравнению с Ксюшей и Викой были спокойными пацанами. Эти же две задиры могли достать кого угодно, хорошо еще занимались этой ерундой только на перемене, но и на уроке от них шума хватало: то разговаривать начинают, то ругаться, то сопят от того, что что-то не получается. Их тоже надо рассадить, но куда – пока что непонятно.

Остальные девочки были вполне себе хорошенькими и добрыми. Маша с Дашей каждую перемену мыли доску, крутились вокруг меня и старались помочь хоть чем-то, на деле больше отвлекали, но ведь не скажешь им об этом. Арина меня сторонилась, отвечала на уроках неохотно и вообще была довольно замкнутым ребенком, который сидел все время на одном месте и что-то рисовал в блокноте. Рядом с ней крутилась Оля, с которой они явно были знакомы до школы, поэтому каким-то образом даже находили общий язык и занятие. Насти во главе с Ясей чаще носились по классу, но никому при этом не мешая – удивительно. А вот Света с Катей предпочитали на последней парте играть в каких-то маленьких щенков, которых и обнимали, и целовали и всячески от нападок других оберегали.

Конечно, сегодня были не все дети – по факту мне придется справляться с двадцатью пятью малышами, сейчас же их было двадцать два человека. Сейчас отсутствовала большая часть Насть и еще она девочка Яна.

Ох, ничего – не так страшен черт, как его малюют. Запомню всех, просто мне нужно чуточку больше времени, ну и пока что я в некотором шоке от всего того, что творится вокруг меня.

Третьего урока я ждал как никогда ранее, у меня было окошко! На перемене за классом пришла учительница музыки и сообщила, что приведет детей обратно на следующей. Долгожданная тишина давила на уши, я даже первые пять минут привыкал к этому. Но только решил вытянуть ноги и прикрыть глаза, как в кабинет зашла секретарь с большой черной папкой наперевес.

– Максим Сергеевич, – начала она говорить, а я уже понял, что об отдыхе можно позабыть, – разберите личные дела и составьте на класс таблицу вот по такому образцу.

К большой папке прилагался лист с чьими-то данными. Пока же я вникал и хмурился, женщина просто тихонечко ушла, прикрыв за собой дверь. А я? Включил компьютер, который обещал умереть, как только я забью в него таблицу со всеми личными данными детей и их родителей.

Перерыв все личные дела, для себя сделал еще один документ с номерами телефонов родителей, с датами рождения детей, ну и общей информацией, которая может мне понадобиться потом. Успел все сделать как раз к концу урока, только сохранил файл и стал искать в сумке флешку, как прозвенел звонок. Даже испугался, когда его услышал, следом, не прошло и минуты, за дверью раздался топот ног, крики учеников, бегущих в раздевалку, а затем за этим настежь открылась дверь класса, и, словно маленькие вихри, влетели ученики нашего первого «А» класса.

Пережить бы последний урок и узнать, что мне нужно сделать и сдать, а то не хочется быть должником…

Глава 2

Когда закончился последний урок, я собрался с последними силами и уже готов был строить детей на обед, как в кабинет зашла пожилая женщина невысоко роста.

– Здравствуйте, дети, здравствуйте, Максим Сергеевич! – малышня возликовала, и я вместе с ней, потому что понял, что передо мной стоит воспитатель, который после уроков всех детей берет на свои хрупкие, но такие выносливые плечи.

– Я Валентина Егоровна, – женщина подошла ко мне ближе и заглянула в глаза, – замотали они? Ничего, потихоньку у вас все получится, а уж я помогу, чем смогу!

С этой женщиной мы разговаривали каких-то две минуты, прежде чем она часть детей забрала с собой в столовую, а других отдала пришедшим родителям, но я понял, что теперь могу рассчитывать на помощь еще одного опытного человека.

Подхватив с собой папку с личными делами да лист-подсказку, спрятал флешку в карман брюк и поспешил к секретарю, которая обрадовалась тому, что я сделал все быстро и, самое главное, правильно.

– Так, – сказала она, – Антонина Ильинична в департамент убежала, но вас ждет в кабинете Светлана Викторовна, – видимо, поняв, что я не знаю никаких Светлан, секретарь пояснила, – завуч по учебной работе.

Дав мне точный курс, где искать женщину, поспешил на второй этаж. Нужный кабинет, к моей радости, был открыт. Оказался он совсем небольшим, вдоль стен стояли книжные полки, забитые учебниками и папками с документами, с другой стороны имелся высокий узкий шкаф, столик со стульями, ну и за рабочим столом у окна, обложившись бумагами, сидела та самая Светлана Викторовна.

– Ох, Максим Сергеевич, – проговорила женщина с яркими рыжими волосами, аккуратно уложенными на голове, – как же здорово, что вы к нам пришли!

Я пока подобной радости не разделял, но кивнул. Думаю, по моему замученному лицу было все понятно итак, поэтому меня сразу же пригласили за стол и стали медленно вводить в курс всех дел.

Оказывается, кроме журнала, который я должен буду вести каждый день, имелся его аналог в электронном виде. Вот от него я и получил все пароли, чтобы в ближайшие дни начать заполнять. Так же мне на флешку прилетели документы с учебным планом и тематическим планированием, с вводными контрольными работами и прочей ерундой, которую с первого раза я просто не запомнил. Да что говорить, даже записывать стал – что от меня нужно, к какому дню, в каком количестве.

Учителя – не люди! Заверяю вас – это роботы, которые не спят ночами!

Я вышел от Светланы Викторовны с осознанием того, что спать мне некогда. Чтобы успеть все, что нужно сделать, придется забить не только на сон, но и на простой отдых, на еду, на вторую работу, которая сегодня тоже, кстати, будет, а я уже как выжитый лимон, которому совсем ничего не хочется.

Неспешно спустился на первый этаж и попал в поле зрения второго завуча, того самого, с которым мы не нашли общий язык.

– Пройдите ко мне в кабинете, – повелительным тоном госпожи сообщила она мне.

Ладно, мы не гордые – пройдем, но молчать, как остальные, не будем.

– Вам нужно сдать мне план воспитательной работы, еще у нас…

К тем первым заданиям добавилось еще столько же, благо, часть из них была в перспективе, а значит, пока что на многое можно было подзабить. Пугал меня план этой работы, но еще больше образец, который отсутствовал. Что писать и как, я совершенно не знал, но не отчаялся.

Быстро достав из кармана телефон, нашел своих одногруппниц, которые уже не первый год работали в школе, ну и попросил меня выручить. А что, они всегда помогали, сейчас же не бросят несчастного меня на произвол судьбы?

Первой ответила Оксана – отличница и красавица, которая всегда была впереди планеты всей.

«Бог ты мой, Белоусов! Неужели это то, о чем я подумала?»

«Именно это».

Ответил, потому что понимал: сейчас начнется самое интересное – надо мной будут издеваться и хохотать. План, который мне так был нужен, все же оказался в моих руках. Менять в нем почти ничего не стал, лишь заменил одну школу, на другую, одного учителя на другого, ну и список класса свой вставил. На этом посчитал, что достаточно. Ну а что? Ничего нового из того, что предлагала в своей работе Оксана, я бы не придумал.

Девушка, кстати, все это время, пока сидел за компом в классе и пытался быстро сделать свою работу, чтобы от меня как можно скорее отстали, мне писала.

«Бедные дети! Белоусов, ты испортишь нам будущее поколение!»

«Держи свои словечки при себе, а то у тебя малышня быстро научится плохому!»

«Старшеклассницы уже строят глазки?»

«Ты там от радости не умер, чего молчишь?»

Пришлось быстро брать телефон и написать: «Ха-ха! Не дождешься! У меня будет лучший класс!»

«Ну-ну, удачи!» – и несколько десяткой смеющихся смайликов в конце.

Это был вызов, который я, как ни странно, собирался принять…

Отчет по воспитательной работе сразу сдавать не стал, а то меня бы сразу раскусили, поэтому опять все сохранил на флешку, второй образец оставил на рабочем столе своего древнего компьютера и, попрощавшись с пришедшим с прогулки классом, помчался домой.

Через час у меня тренировка, плюс нужно еще раз посмотреть расписание и договориться с другом насчет четверга! Похоже, придется покупать какой-то блокнот или скачивать на телефон планер, просто столько дел, которые нужно выполнить за вечер – в голове удержать очень сложно.

Жил я буквально в нескольких шагах от школы в старом доме, в котором снимал квартиру вот уже некоторое время. Нет, я мог после армии вернуться в отчий дом, но как-то не престижно здоровому и крепкому мужику сидеть на плечах родителей, поэтому довольно быстро нашел себе хату с одной комнатой и нишей, где стояла большая кровать, да и стал там жить.

Готовить я умел сам, убираться – не проблема, а что еще нужно одинокому человеку? Добравшись до квартиры, быстро перекусил пловом, который готовил на днях, собрал спортивную сумку и помчался в магазин за блокнотом, все же нужно было как можно скорее записать все, что мне предстоит в ближайшие дни сделать.

В зал я успел как раз вовремя – переоделся, закрыл шкафчик и вышел к своему клиенту – приятному мужику, который совсем недавно стал ко мне ходить на занятия. Он был душой компании, умел легко заводить разговоры, но на что обратил внимание – заводился с пол оборота. Вот только что улыбался и хохотал в голос, как вдруг бычится и права качает. Работать с ним было проблематично, но выбора особо не было: либо он, либо никого.

Сегодняшняя тренировка прошла вполне сносно, пару раз мужик залипал на молоденьких девицах, которые крутили педали велотренажера и пялились в окно, пару раз пришлось его тормозить, когда пытался на кого-то произвести впечатление и взял явно не свою нагрузку. В общем – смена как смена.

Быстро завершив все дела и отзанимавшись, нашел Михаила, который успел освободиться.

– Друг, выручай, – начал я, рассказывая, во что успел ввязаться.

Миха хохотал так, что уселся на мяч для фитнеса и, не удержав равновесие, рухнул с него.

– Ну ты, брат, учудил! – проговорил он, поднимаясь с пола на ноги, – без проблем, как говорится, но ты там еще раз подумай, надо тебе это или нет?

И вот уже вечером, сидя над конспектами, листая методические рекомендации, изучая тематическое планирование и рабочую программу, я задавался этим извечным вопросом, актуальном не один десяток раз. Учитель – это не для каждого. Вы только представьте, каково это – оказаться с детьми в замкнутом пространстве на несколько часов подряд?

Это не один ребенок, не свой – а двадцать пять (в лучшем случае) чужих детей, у которых разные характеры, разные потребности, разное отношение к одним и тем же вещам. Сегодня мне их было нужно покормить, а вот завтра собрать на физкультуру!

Я пришел в класс не в начале учебного года, дети уже почти месяц каким-то образом умудрялись принимать всех, кто к ним приходил. Их классный руководитель, который до меня набирал класс, сбежал на второй день. Увы, кто-то успевает понять, что не выдержит ритма и ответственности до первых уроков, к кому-то это осознание приходит несколько позже. Что будет у меня, пока не знаю. Желание взять руки в ноги, конечно, присутствовало, ну а если получится, если у меня и правда будет лучший класс? Нет, это не профессия мечты, но нужно же попробовать все в этой жизни!

С таким мыслями я и уснул, хотя голова была забита информацией под завязку, и всю ночь мне снилась шумная детвора. На свое счастье, утром не проспал, встав после первого звонка будильника.

Сверившись с расписанием, понял, что сегодня вновь у меня окно, во время которого можно будет сделать дела, ну и дойти до методиста, узнать о том, как проверять рабочие тетради, проверять ли вообще и как оценивать.

В школу пришел в неплохом настроении, но сегодня уже класс открыл сам, перед этим поздоровавшись с детьми и их родителями. Блин, был бы у меня класс выше этажом, никто бы ко мне не заглядывал, дитятко свое не проверял и не смотрел так пристально, словно у меня в голове зреет коварный план, который был рассекречен. Но хоть, благо, с расспросами не лезли, лишь просили кого-то отпустить после уроков, кого-то проконтролировать при сборе на урок физкультуры. Заверив всех, что буду пристально следить за детьми и помогать, кому будет нужна помощь, со спокойной совестью приготовился к уроку и уже более спокойно его начал. Сегодня уже четко понимал, где вчера ступил, и поменял ход своих мыслей.

Первым уроком было чтение, и я сегодня сам ходил по классу, переворачивая странички букварей на ту, на которой мы занимаемся. Помогал тем деткам, у которых были проблемы, успокаивал тех, кто куда-то торопился – одним словом, уроком остался доволен.

За перемену мы успели не только приготовиться к русскому языку, но и сходить на завтрак и, бинго, вернуться до звонка! Точнее, со звонком мы в класс зашли, но это уже прогресс, которым хотелось похвалиться. Эх, надо бы маме позвонить, вчера я ей даже толком не успел ничего рассказать, лишь сообщил, что я в полной… Ну, вы поняли в чем, при детях же такими словами не выражаются, ну и сказал матери, что как только разгребу завалы, хоть частично, то обязательно с ней поговорю!

В таком темпе прошли еще два урока, конечно, некоторые вещи мы не успевали, на чем-то приходилось заострить свое внимание подольше, но ничего – сейчас мы привыкнем друг к другу, тогда и будет все получаться. Пока у детей все же есть в глазах небольшой страх, я хоть дядя добрый, но мощный, ну и голос у меня грубый, тут уж ничего не поделаешь, поэтому нам всем нужно время.

На урок физкультуры, который стоял сегодня последним по счету, дети переодевались прямо в классе, и тут началось самое интересное: большая часть малышей не умела завязывать шнурки и банты на штанах. Перед моим столом выстроилась очередь: девочки просили затянуть им спадающие штанишки, мальчики, стоя в одном кроссовке, тянули мне второй. Я умаялся за эти пятнадцать минут так, словно отпахал целую смену на заводе. Когда прозвенел звонок, у меня осталось три человека, которые ооочень уж медленно собирались. Мало того, что они не с первого раза нашли свои вещи, так еще и наизнанку надели футболки, перепутали местами обувь и были крайне расстроенными.

Итак, у меня новое задание: научить детей одеваться! Ну и на собрании с родителями нужно будет поговорить об этом нюансе, пусть хоть кроссы на липучках купят, потому что это не дело, я весь взмок как мышь!

Проводив детей под строгим взглядом учителя по физической культуре в зал, я вернулся в кабинет и только успел сесть на стул и потянулся к сумке за запрятанной шоколадкой, как ко мне пришла методист. Черт, как я мог про нее забыть? Хотя это даже не удивительно! Странно то, что я до сих пор помню, как меня зовут и сколько мне лет, поверьте, после дня с детьми данная информация может стереться из вашей головы довольно быстро!

Глава 3

Загруженный не только пакетами с учебниками, но и мыслями, я вышел из школы, когда смог отдать детей воспитательнице. Видимо, я выглядел уж очень отвратительно, раз женщина даже похлопала меня по плечу, помогла собрать исписанные бумаги, которые сейчас буквально оттягивали мне плечо. Сумка, которая еще утром была не такой уж и тяжелой, неподъемным грузом висела сбоку и периодически била меня по спине. Но на это недоразумение я совсем не обращал внимания. Сейчас находился в таком состоянии, что буквально не знал, за что мне хвататься, когда делать, как это делать, да и, если честно, делать ли вообще?

Зайдя по пути в магазин, бесцельно прошелся несколько раз по залу, пока все же не вспомнил, что у меня дома нет ни молока, ни яиц, ни даже хлеба. Думаю, на этом и остановлюсь, пока на большее я не способен совсем.

Но стоило выйти из магазина, как в кармане зазвонил телефон. Да, я каким-то чудом после уроков и лекции от методиста смог его даже включить. Не глядя на экран, принял вызов и тихо спросил.

– Да? – если бы я знал, что это мама, сделал бы голос бодрее.

– Максим? Что случилось? Ты где пропал? Обещал перезвонить и молчишь!

Еще раз тяжело вздохнув, я все же признал:

– Иду с работы, я теперь, мам, учитель. И у меня первый класс.

Ответа не было долго, я даже добрался до дома и смог подняться на свой этаж.

– Чем я могу помочь? – вот, эта удивительная женщина всегда начинает диалог именно с этой фразы. Она не учит, не подсказывает, не говорит, как и что нужно делать, она сразу спрашивает, может ли помочь и чем?

– Можешь, – ну я не дурак, чтобы от помощи-то отказываться, – только дай мне немного прийти в себя, разобраться, с чего начать, выписав самые важные дела, потом менее важные и не очень важные в блокнот. И потом скажу, что ты можешь для меня сделать.

– Договорились! – мама первой отключила вызов, а я, поставив пакеты и сумку на пол, просто сел рядом с ними и, откинув голову назад, закрыл глаза.

Вы не поверите, но я в таком жутко неудобном положении умудрился даже задремать, и если бы не неудобная поза, проспал бы час, а так минут двадцать только, однако и этого перерыва мне хватило с лихвой.

Быстро поднявшись и немного размяв плечи, отнес продукты в кухню, тетради в комнату на рабочий стол и первый делом решил, что мне необходим обед, хоть какой-нибудь. Быстро включив чайник и заглянув в холодильник, вспомнил про то, что все же зашел в магазин, а значит, кушать мне омлет или яичницу! Ура, с голоду не умру.

Минут так через двадцать я уже сидел за столом и сортировал бумаги и тетради. Оказывается, тетради нужно проверять: исправлять ошибки и неправильно написанные элементы букв, а по нашей системе еще и оценивать ребенка по красоте и правильности! Ладно, оценочная система вводится во втором полугодии второго класса, а все остальное время мы вот так должны издеваться над собой и учениками, чертя шкалы для этого на полях? Да, именно так мне и сказала методист! Так как мы ничего не оценивали, и до меня с детьми никто ничем подобным не занимался, придется проверять все прописи, все тетради с самого, мать его, начала!

Достав ежедневник, быстро переписал в него все, что сказал мне Светлана Викторовна. Конечно, она и много полезного рассказала, и подсказки мне давала, но этого было мало, если соотнести с тем, что еще предстоит сделать. Как только все задания на ближайшие дни и недели были выписаны, побежал в коридор искать оставленный там телефон.

– Мама! – начал я говорить, как только понял, что она взяла трубку, – мне нужен плакат на тему безопасного поведения на дорогах и на следующую неделю на урок технологии трафареты осенних листьев на двадцать пять человек!

– Будет сделано! – сообщила она, – еще что-то?

– Пока нет, – знаете, это удивительное чувство, когда тебе помогают, когда тебя понимают, – если что-то будет нужно, позвоню?

– Разумеется! – улыбка сама собой расползлась по моему лицу.

Итак, впереди меня ждал насыщенный и до жути нудный вечер. Тренировок у меня сегодня не было, можно, да и нужно, конечно, самому позаниматься, еще и к сессии готовиться, но вы сами понимаете, что эти все важные дела уйдут на второй, а то и на третий план. Сегодня мне есть чем себя занять. На столе в два ряда лежали тетради, бумаги, папки, учебники и журнал, который тоже был если и кем-то заполнен, то частично.

– Ну что, Максим Сергеевич, – начал говорить сам с собой, – готовься! Это будет насыщенный конец дня!

Как только сел за стол, почему-то подумал о том, что все учителя, кроме меня, остаются в школе часов до трех, что-то там делают, проверяют, пишут. Может, и мне надо? Ну, нет! Если останусь, мне дадут еще тысячу и одно задание! Чур меня, чур! Я лучше дома, в относительной тишине, с музыкой фоном!

Вторник бы закончился более или менее хорошо, не позвони мне вечером мама ученицы. Честно скажу, хоть и нельзя так, но ребенок в этой семье очень избалованный. Сегодня девочка принесла на завтрак роллы. Вы только представьте, эти изделия пролежали весь урок в портфеле, который благополучно простоял у батареи! Отопление нам еще не дали, но класс небольшой, детей много, у нас душно, даже жарко, ну и рыба-то в роллах неизвестно какой свежести и где до этого успела побывать. По-моему, очевидно, что я, как внимательный учитель, просто не позволил ребенку есть эту гадость – еще мне последствий в виде отравления не хватало, поэтому отдал девочке завтрак, который остался свободным, а роллы – ну выкинул я их. Нет, перед этим оценивающе посмотрел, понюхал, но даже мне, взрослому мужику, было страшно брать их в рот, что говорить о ребенке? Но мама девочки считала иначе.

На меня набросились с обвинением, что лишил ребенка завтрака, после того, как сказал, что ученица была накормлена, она стала придираться к другим вещам, все больше повышая на меня голос.

– Так, стоп! – не выдержал, – если вы еще раз принесете подобную еду, то будете объяснять директору школы, почему кормите семилетнего малыша подобной ерундой – это во-первых. Во-вторых, если она отравится, я вызову вас в школу и организую педсовет. Мне не нужен в классе ребенок, которого может стошнить на стол или на соседа!

Баба угомонилась и даже извинилась, но я-то запомнил! С этой семейкой нужно быть аккуратным, такие сгоряча могут много чего наделать неприятного для меня. И наделали… Это я узнал утром, когда зашел в класс, а следом за мной пришла директор.

– Шепелава вчера позвонила в департамент и нажаловалась на тебя, как на некомпетентного по многим вопросам учителя! – вот тебе и доброго утра, вот тебе и здравствуйте.

– Вот как! – с трудом произнес именно это, хотя хотелось сказать совершенно другое. И надо же, именно в этот момент Шепелева привела дочку в школу и сейчас с гордым видом стояла у раздевалки и смотрела на меня.

– Антонина Ильинична, – начал я, поворачиваясь в сторону матери Маши, – Полина Романовна дает на завтрак своей дочери роллы не первой свежести. Давайте их отправим на проверку? Мне блюющий в классе ребенок не нужен!

Говорил я громко, так, чтобы и другие родители видели, слышали, и… добился того, чего хотел. Шепелеву директор вызвала к себе, другие мамы укоризненно на нее смотрели, даже кто-то и что-то сказал, ну а я морально готовился к проверке. После таких громких заявлений в адрес любого учителя она всегда появляется если не на следующий день, то через день точно.

Вот так бывает: у кого-то понедельник день тяжелый, а у меня среда. Хотя, постойте! На этой неделе все дни были тяжелыми! Среда совсем подпортилась, правда. Первый уроком было рисование, которое я, на радость детям и завучу, не вел. Не представляю, чтобы мы могли все вместе нарисовать, если у меня деревья до сих пор походи на перевернутые морковки. За то время, пока класс был пустой, я на всякий случай перепроверил свои конспекты, разложил тетради на столы, периодически подглядывая в шпаргалку, и даже немного расслабился, но рано радовался.

Если второй урок у нас прошел в тихой атмосфере, где дети даже пыхтели, но делали то, что просил, но на урок русского языка в класс завалилось несколько взрослых тёток, которые враз напугали мне малышню.

Антонина Ильинична и сама была не рада тому, что к нам так неожиданно пришли, но поделать ничего не могла, поэтому повела всех желающих посмотреть на меня в конец класса. Даже не сработал тот факт, что я молодой и совсем неопытный учитель, что ко мне на урок с проверкой идти бесполезно. Тут, скорее, просто работа для галочки, для черточки или для чего-то еще, вот и показуху устроили. Что б их всех!

Весь урок, который прошел на твердую тройку, дети отвлекались, смотря на тех, кто сидит за их спинами. Нет, я их понимал, о подобных вещах предупреждают заранее, я тоже обмолвился, что может так получится, что к нам придут гости, но не так же быстро!

Пока вел урок, женщины что-то строчили у себя в блокнотах, качали головами, а после звонка мне все и высказали.

– Урок выстроен не правильно! Вот ту нужно было так…. Здесь вы забыли это…. А что это за фраза: «погнали дальше?»

Я сидел напротив комиссии, которая с важным видом тыкала меня как котенка носом в то, где я облажался.

– И вообще… – решила подвести итог грузная тетка с неприятным крючковатым носом на лице.

– Я, пожалуй, уволюсь, – завершил за нее, – за два дня ко мне никто привыкнуть не успел, так что не страшно!

– Два дня? – переспросила главная в присланной проверки у директора, будто впервые слышит эту информацию. Вот актриса-то, – тогда все понято! Вы уж помогите такому амбициозному учителю, у него преподавание в крови! А как к детям относится, как помогает!

Неожиданно все перевернулось с ног на голову, и теперь я молодец! Вот так мне больше нравится! Нет, я прислушаюсь ко всему, что мне сказали, но давайте будем объективными: невозможно сделать на практике все, что идеализируют в учебнике! Будь ты хоть с семью пядей во лбу, заслуженным учителем, будь у тебя сотни грамот и дипломов… да, можно подготовить идеальный урок, можно подготовить пять таких уроков, но не стоит рассчитывать, что так будет всегда. Дети – они изменчивы, на проверках, на педагогических конкурсах, к которым они готовятся вместе с учителем – они выкладываются по полной, но они же де-ти! Им свойственно шалить, не слушаться, баловаться, делать то, что нельзя.

Когда прозвенел звонок, совещание, которое до этого было у меня в классе, было решено перенести в кабинет директора, хорошо хоть без главного виновника или героя, смотря в какой момент времени посмотреть. Антонина Ильинична перед тем, как выйти из класса, похлопала меня по предплечью.

– Вы, Максим Сергеевич, молодец! Никто бы им перечить не посмел!

– Но только не я! – рассмеялся, облегченно выдыхая.

Последний урок чтения, и малыши, которые явно чувствовали, что что-то происходит не то, вели себя намного лучше, отвечали хором, когда просил их, поднимали руки для индивидуального ответа. Мне даже хотел выглянуть в коридор и заорать: «Идите и посмотрите, какие мы молодцы!» – но, естественно, подобным образом себя не повел. Лишь в конце урока поблагодарил класс за слаженную работу. В общем-то, судя по задравшимся носикам, можно взять на заметку этот прием!

Дав домашнее задание, я написал в общий родительский чат о том, что завтра у нас будет родительское собрание, ну и пошел домой к этому собранию морально готовиться. О чем мы с ними будем говорить? Что о себе рассказывать или не рассказывать совсем? Нужно ли ставить цели, которые нужно преодолеть за год?

Первым же делом ознакомился с представленной информацией в интернете и отмел в сторону тематические родительские собрания, которые подразумевают лекцию по какой-то тематике. На мой взгляд – пустая трата времени и сил, моих личных. Лучше поговорить о чем-то стоящем. Вот, например, о питании, об уроке физ-ры, о тетрадях и работе в них. Об отсутствующих обложках, кстати, тоже сказать надо. Так понемногу и набрался целый список, который завтра и озвучу, а там видно будет, какие еще возникнут нюансы. Скорее всего, родители тоже придут не просто так, а с какими-то своими вопросами, вот и на них отвечать буду.

Ох, не забыть бы сделать протокол родительского собрания, который потом мне нужно будет сдавать завучу. Эх, я на этой неделе вообще попаду в тренажерный зал или нет?

Глава 4

К проведению уроков привыкаешь довольно быстро, к тому, что одни и те же ученики опаздывают – тоже. Но я до сих пор не могу привыкнуть к завучу по воспитательной работе, которая с самого утра поджидала меня у дверей кабинета с самой что ни на есть самодовольной рожей. Извините, так говорить нельзя, тем более, когда перед тобой женщина, но иначе этот оскал я назвать не мог.

Я даже не успел с ней поздороваться, как она выдавала:

– Как вы могли написать такой план воспитательной работы? – ее возмущению и негодованию не было предела. Казалось, что очки, которые она носила, сейчас запотею от того, насколько в ней кипит го…гадости.

– Молча? – предложил я, заходя в кабинет.

К нечто подобному я был готов, потому даже не питал иллюзий, что смогу с первого, а так же с третьего раза сдать эту работу. Она будет придираться ко всему, начиная от расположения таблиц, заканчивая шрифтом в тексте. Единственное, на что я рассчитывал, что эта ненормальная женщина не будет портить мне настроение и подготовку к уроку, но она явно пришла именно за этим.

– Дайте мне образец, тогда работу сделаю, – спокойно ответил я на очередной выпад, радуясь своей выдержке, – мне бесполезно ее переделывать, вы все равно забракуете.

– Почему? – она даже очки поправила и пиджак одернула.

– Потому что я вам не нравлюсь, а вы не нравитесь мне. Продуктивного разговора у нас не выйдет, если мы не найдет точки соприкосновения.

– Но мне завтра нужно сдать отчет! – всплеснула она руками, поджимая свои итак тонкие губы.

– И я готов вам в этом помочь, если вы поможете мне. Все просто, – пожал плечами, разворачиваясь к столу.

Задумчивая и явно растерянная Ирина Федоровна вышла из моего кабинета, совсем не обращая внимания на учительницу из соседнего класса, которая смотрела на меня, раскрыв рот. А после вообще в ладоши захлопала.

– Вы мой кумир, – только и сказал женщина, убегая рассказывать последнюю новость.

Уроки шли хорошо, дети, словно предчувствуя мою вечернюю встречу с родителями, вели себя спокойно. Точнее, многие прям старались, но разве можно усидеть на месте в их возрасте? Вот и к третьему уроку они не смогли. Благо, опять по расписанию значилась физкультура, а я, наученный горьким опытом, начал собирать заранее на урок тех детей, которые испытывали перед этим самые большие трудности. При этом успел договориться с самыми шустрыми девочками помочь остальным, тем, кто нуждается в этой самой помощи.

Первому на подмогу пришел к Егорке, он успел запутаться в кофте и теперь жалобно звал на помощь. Ярику сразу же помог с кроссовками, а вот перед Аришкой завис. Не потому, что она девочка и стеснялась меня, нет, дети пока еще маленькие, потом мы будем с парнями выходить, позволяя женской части нашего класса прихорошиться к уроку, сейчас мое внимание привлекли листики из блокнота, на которых был нарисован я у доски.

Сделав вид, что ничего не заметил, помог девочке собрать густые волосы в хвост, который довольно ловко зафиксировал с помощью резинки на макушке. К слову, Арина оперативно спрятала свои работы, словно их и не было. Ну и ладно, будем считать, я произвел на ребенка неизгладимое впечатление! Вот, даже немного похож – шкаф шкафом!

Сегодня у нас по расписанию было пять уроков, и последним нам поставили технологию. Я честно старался дома сделать какую-нибудь осеннюю поделку по учебнику, что нам выдали, но мой мозг не мог понять, чего именно от меня хотят. Фразы в учебнике было длинными и сложными, да и сами поделки, честно говоря, отравительными, поэтому я решил на свой страх и риск идти в обход программе и делать то, что явно должно понравиться всем.

Мы с детьми нарисовали осеннее дерево, точнее, рисовали они, я лишь со знанием дела кивал, а потом отрывали кусочки бумаги разного цвета и приклеивали их на те места, где у дерева должна быть крона. Но, так как у нас за окном осень, а значит, вся тематика урока должна крутиться вокруг нее, то и бумаги брали соответствующих тонов, ну и многие сделали так, что с деревьев часть листьев упало на землю. Получилось неплохо, даже интересно. По крайней мере, все остались довольны.

До собрания я успел сходить домой перекусить, так как от школьной еды у меня явно случилось несварение, и страшная изжога тому подтверждение. Готовят вкусно, не спорю, но что-то мне эта еда явно не подходит. Придется брать с собой перекус или, если будет необходимо задержаться на работе, то буду отпрашиваться на обед домой, а потом возвращаться на рабочее место.

До собрания было достаточно времени, которое я не стал терять впустую. Успел сделать небольшой отчет, заполнить несколько страничек журнала и даже приглядеть в интернет-магазине принтер, который должен будет мне служить верой и правдой довольно долго.

Сверившись с часами, быстро переоделся в более удобную и свободную одежду, потому что идти в рубашке и брюках мне совершенно не хотелось. Сейчас как раз детей в школе почти не будет, да и внеучебное время, которое не требует от меня быть при параде.

В класс зашел тогда, когда забирали последнего ученика, точнее, не забирали, а вывели в коридор. Это он сейчас будет там, а мама тут? Так себе идея, особенно если учесть, что этот ребенок может снести все стенды в фойе, потому что ходить спокойно в силу своего характера просто не может. Ладно, буду прислушиваться, периодически постараюсь выглядывать, попрошу вахтера за ним посмотреть, ведь оставить в классе тоже не вариант, есть вопросы, которые детям знать не обязательно.

Класс наполнился до начала собрания довольно быстро, почти никто не опоздал. Удивительно, но родители занимали те места, за которыми сидели их дети. Они что, дома допросы устраивают?

– Добрый вечер, уважаемые родитель, – начал я, немного тушуясь перед столькими взрослыми людьми, но потом опомнился. Минуточку, все эти люди водят ко мне своих чад, я за ними слежу, я их кормлю, подтираю сопли (да, такое тоже было), учу, забочусь, как могу, так чего мне бояться? Пусть они меня боятся, потом что их буду сегодня ругать я!

После вводного приветствия я сразу поднял вопрос питания, точнее, его отсутствия. Конечно, сделал акцент на том, что жаловаться на меня не надо, я дяденька взрослый, могу и обидеться. Все же к детям со всей душой и понимаем, а в ответ вот такая подстава! Мамы, да и папы заверили меня, что будут следить за той едой, что дают детям с собой, если не доверяют школьному питанию, ну и попросили все же не обижаться и довести их деток хотя бы до третьего класса.

Когда этот вопрос был улажен, стал ругаться из-за отсутствия обложек на учебниках и тетрадях, но и тут меня поняли сразу, даже приятно стало.

Следующим, на что обратил внимание – это на неумение завязывать банальные «бантики» из шнурков, на что мне тут же едва ли не клятвенно пообещали, что дома будут тренироваться. Так же попросил обратить внимание на качество выполнения домашнего задания, ведь далеко не у всех ребят оно выполнялось старательно, а не для галочки. Вспомнил и то, что всё же нам предстоит внеурочная деятельность, поэтому заранее предупредил о ней родителей, дабы успели морально подготовиться.

– Теперь еще, – подсмотрел в блокнот, чтобы точно убедиться, что все, что хотел сказать по предыдущим пунктам, уже сказал, и можно переходить к следующему вопросу, – я должен провести обход обучающихся, посмотреть на жизненные условия, дать рекомендации по организации рабочего места. Да, это входит в обязанности классного руководителя, – потряс листом с графами и таблицами перед родителями. Посещение на дому – это то, к чему я точно не был готов, но выбора не имел.

Таких листов у меня был ровно двадцать пять, в каждом их них я должен был написать, в каких условиях живет мой ученик, есть ли у него отдельная комната или просто рабочее место, ну и еще записать хоть минимальные данные всех людей, которые находятся с ребенком под одной крышей и занимаются его воспитанием. Конечно, можно было попросить мам и пап заполнить эту бумажку самостоятельно, а потом благополучно сдать, собственно, я так и хотел поступить, но был предупрежден, что хоть к кому-нибудь попасть в гости должен.

– Если никто не против, то в субботу и в воскресенье я посещу четыре семьи, – ну и сразу назвал фамилии тех, к кому приду.

Возражений не последовало, зато выстроилось много желающих договориться со мной на какой-нибудь другой день. Родители учеников были готовы пригласить меня хоть на неделе, но над этим вопросом необходимо было подумать, все же я пока не влился в новый ритм жизни, который на данный момент испытывал меня на прочность.

Ответив в конце собрания на вопросы, которые были у родителей, со спокойной совестью всех отпустил по домам, облегченно выдохнув. Я цел, коридор после нашествия одного ученика из 1 «А» класса тоже цел, вахтер немного дергался, но это пройдет, как только мы покинем школу.

По дороге домой еще раз позвонил маме, которая сообщила, что к выходным мои поручения выполнит. Отлично, значит, можно будет что-нибудь еще ее попросить сделать.

Впереди меня всю дорогу маячила фигура молодой девушки, которая по совместительству оказалась мамой Арины. Да-да, той самой девочки, которая рисует меня в своем блокноте. Оказалось, что мы жили в одном доме… Э… Даже в одном подъезде!

Как же так? Почему я раньше их не замечал? Или не обращал внимания? Ладно, зато я точно теперь знал, к кому смогу зайти в гости на неделе прямо в домашних тапочках, потому что моя квартира находилась на втором этаже, а вот женщина топала выше, судя по всему, их семья живет на третьем.

Ладно, просто я совсем забыл, что у меня есть адреса детей, надо было свериться с этим списком, найти на карте нужные мне дома и выстроить маршрут!

Вот этим и займусь завтра! А пока – спать!

Глава 5

Утром неожиданно встал с больной головой. Видимо, организм, хоть и привыкшей к нагрузкам, совсем не понимал, что с ним происходит. Неудивительно, ведь и сам не понимал, почему неожиданно профессиональная деятельность настолько меня втянула в свои сети. Сложно сказать, какие я на тот момент испытывал чувства: разные, на самом деле даже, сказал бы, смазанные, но хоть отвращения и страха нет – уже отлично. До сих пор было немного боязно: правильно ли поступил, тот ли путь выбрал. В любом случае – это моя дорожка, которую пройду, раз на нее вступил.

Утром после завтрака я встал у окна, чтобы посмотреть на пасмурное небо, на то, как молодая мама усаживает под дождем в машину одного ребенка, а второй сам коряво пытается забраться на переднее сидение. Вот тут-то я и подался вперед, чтобы лучше рассмотреть вполне себе приличный автомобиль марки Шкода белого цвета с тонированными задними стеклами. Молодая женщина, она же мама Аришки, которая все же залезла в свое кресло, быстро проверила ремни безопасности на детях и, закрыв двери, поспешила занять место водителя. С ее волос, которые были длинными и немного кудрявыми, капало. Дождик хоть и был моросящим, но все же свое гадкое дело сделал.

Машина спешно выехала из двора, а я понял, почему раньше их не видел: потому что полностью погряз в своих страданиях, в своей работе, даже забыл, когда в последний раз просто поднимал голову, чтобы поглазеть по сторонам. Я обычно прогуливался вечерами, особенно любил возвращаться домой с тренировки пешком, а вот эта неделя стала совсем другой. Нет, так нельзя! Нужно составить себе расписание, написать, что и в какой день я буду делать, понятно, что проверка тетрадей – это каждодневный процесс, но все остальное можно будет распределить по другим дням.

Вот, для этого важного дела мне и нужен планер! В этом я убедился окончательно. Ох, очередной поход в магазин запланировал на сегодняшний вечер, но кроме этого мне нужна была еще масса канцелярских товаров, которые обязательно пригодятся в работе. Как ни странно, пока с этой работой расходов больше, чем предвидится дохода, но об этом я особо не задумывался. Просто старался адаптироваться к новому рабочему графику.

Выйдя из дома ровно в восемь, я меньше чем за десять минут добрался до школы и уверенным шагом прошел до своего кабинета. Дети, которые уже успели привыкнуть к своему учителю, бежали ко мне из разных углов холла, а Илюха так вообще выползал из-под лавки. Вот чудак, а!

Арину привезли за десять минут до начала урока. Девочка вообще была очень самостоятельной. Без посторонней помощи разделась, прошла в класс, не забыв поздороваться со мной и с детьми. Даже без помощи и подсказок приготовилась к уроку и опять открыла свой блокнот.

В общем-то мне стало интересно, что на этот раз рисует ребёнок, но лезть было как-то не очень красиво, оставалось надеяться, что рано или поздно мне портреты покажут или даже подарят.

Уроки шли своим чередом, я даже принял решение, что один выходной день потрачу на то, чтобы написать конспекты на первые три учебных дня, а во вторник на оставшиеся. Пока у меня в голове сложилась вполне себе четкая картинка, как справиться со всем, ещё бы она оказалась действенной на практике!

Сегодня у меня было очередное окно, но на этот раз посторонних посетителей не было. Получилось провести дело с пользой и даже немного подкорректировать планы на завтра, частично разгрузив законный выходной. Вообще мне очень нравилось, когда в череде уроков выпадало твое личное время. Знаете, это такая разгрузка, когда можно упасть на стул, прикрыть глаза и мысленно про себя досчитать до десяти, при этом расслабляясь. К сожалению, такие отдыхи и перерывы хоть и были, но чаще всего в них приходилось делать что-то более полезное, чем просто дремать.

А в конце учебного дня, когда я уже со спокойной совестью собирался домой, ко мне подошла Арина и как-то даже замялась. Вообще, я стал чаще обращать внимание на этот ребенка, несколько раз давал поручения, чем вызывал счастливую улыбку. Даже к доске вызывал, хотя можно было обойтись и без этого.

Нет, я старался всем детям уделить частичку внимания, поэтому всех сегодня и обнимал, и задания какие-никакие раздавал, но вот Аришка привлекала мое внимание больше остальных, но выделять ее в ранг любимых учеников не буду.

– Максим Сергеевич, – девочка неуверенно потопталась у моего стола, а потом неожиданно положила небольшую сложенную пополам бумажку, размером с мой кулак. Как только она это сделала, то со всех ног бросилась к выходу, где ее дожидалась мама.

Мы обменялись с молодой женщиной недоуменными взглядами, и только после этого я развернул белый листок. Это было именное приглашение на выставку! Я даже сначала не понял, кого именно приглашают, потому что мое имя было написано правильно, а вот с отчеством оказалось справиться маленькому ребенку сложнее.

«Максим Сиригеевичь, приглашайю на выставку! В 17:00, в школе искувств!»

Перечитав несколько раз записку, убрал ее в карман брюк, думая над тем, стоит идти или нет? Конечно, раз ребенок пригласил, то нужно и сходить, ведь явно ждет моего прихода, а еще сильно боится то ли отказа, то ли чего-то другого. Вон как убежала, только пятки сверкали. А вот как отреагирует ее мама или преподаватели из художественной школы? С другой стороны, а не все ли равно им, а?

Решение принялось довольно быстро. Сразу же после школы пошел по магазинам, потому что вечером у меня неожиданно наметилась культурно-развлекательная программа.

Честно, я до последнего сомневался, долго сидел в коридоре, потом подорвался на ноги и помчался в художественную, мать его, школу! На выставку! Сам себе удивлялся, сам себе поражался. Ведь пригласи меня кто-то из сверстников на подобное мероприятие, обязательно бы отказался, а тут ребенок! Собственная ученица, у которой явно что-то в душе происходит, которая страдает, но очень тихо, сама в себе.

В школе искусств весь холл был заставлен высокими двухстворчатыми полотнами, которые с самого верха донизу были завешаны детскими работами. Стены, кстати, тоже были украшены, только на них картины висели в красивых рамках.

Неспешно идя вдоль детских работ, глазами выискивал Аришку, которая была мною найдена в дальнем углу холла на лавочке. Девочка сидела с опущенными уголками губ, в руках теребила телефон, но когда заприметила меня, то широко улыбнулась!

– Максим Сергеевич! – звонко закричала, так, что на нас даже все посмотрели, – я думала, и вы тоже не придете…

– А кто должен был появиться и не пришел? – я подошел к ней и сел рядом.

– Мама, – вздохнула моя ученица, опуская голову, – но она опять с Ромкой в саду задерживается… Ну и папа, только он никогда не приходит, даже домой…

Хм, это значит, что родители в разводе? Да нет, по документам они явно в браке…Ладно, чего это я, как старая бабка, сую свой нос, куда не следует? Само собой все разрешится и узнается, от меня-то никогда и ничего скрыть не получится, дети сами всех выдадут и все расскажут.

– Ну, раз больше никого не ждем, то веди меня!

Ариша подскочила на ноги и широко улыбнулась. Сейчас передо мной был совершенно другой ребенок – более открытый, не скованный, улыбчивый. Так что же в школе не так?

Девочка даже за руку меня взяла, чтобы отвести к своим работам. С них моя экскурсия и началась. Ну а что, недурно! Если нас поставить в один ряд для сравнения, то победитель будет выявлен единогласным решением судей. Кстати, я заметил, что больше всего у моей ученицы получается рисовать не акварельными красками, а пастелью и углем. Вот это явно ее! Есть работы действительно стоящие, одна из них даже висела в рамке почти в самом центре зала. Собственно, не смог не сделать несколько фотографий ребенка на фоне некоторых картин. Если родители так и не приедут, то хоть полюбуются тем, что творит их чадо. Через полчаса учительница подозвала к себе детей и родителей, мне пришлось тоже идти вместе с Ариной, потому что руку мою она так и не отпускала.

– Здравствуйте, уважаемые родители, – начала говорить невысокая женщина с пучком на голове, – эту выставку мы не планировали, но у нас накопилось большое количество работ за летнее время, поэтому мы рады поделиться нашими талантами.

Дальше она рассказывала о конкурсах, где выступали дети, отметила нескольких учащихся, чьи работы заняли призовые места, и рассказала, какие картины они оправили на новый конкурс. Среди них была и работа Аришки, на нее возлагали большие надежды.

Если женщина и удивилась тому, что рядом с ребенком стоял посторонний мужик, то виду не подала, однако, как только завершила свою речь и еще раз поблагодарила всех, кто пришел на выставку, поспешила к нам.

– Здравствуйте, – поздоровалась уже со мной, – мы вас видим в первый раз!

– Я учитель Арины, – решил успокоить женщину, которая хмурилась и изучала мое лицо. Такая фоторобот составит за два штриха!

– Учитель? Ну надо же! – всплеснула она руками, – как приятно, что есть люди, готовые поддерживать своих учеников!

Больше нас не трогали, да и пора было идти домой. Вот только мы взяли свои вещи, как в холл забежала мама девочки, выискивая ту глазами.

– Мам, я тут, – без особой радости помахала ученица рукой, привлекая внимание женщины.

Было видно, что та торопилась, но я вот даже не знал, откуда она могла ехать, раз не успела толком завязать шарф на шее, а пальто было застегнуто только на несколько пуговиц. Радом с ней стоял мальчуган лет трех и недовольно сопел, смотря себе под ноги.

– Извини, золото! – мама Арины быстро подбежала к нам и села перед дочерью на корточки, – я очень торопилась.

– Знаю, – кивнула Аришка и убрала с лица женщины прядь волос, – со мной Максим Сергеевич был!

Вот тут-то меня и заметили. Мама Арины, Ярослава Матвеевна, быстро вскочила и слабо улыбнулась.

– Спасибо вам, – она явно чувствовала себя неловко, отводила в сторону взгляд. Ну а я?

Я опустился на корточки перед Ромкой, Арининым младшим братом, и поправил съехавшую на бок шапку.

– Не за что! Но буду рад, если подбросите меня до дома, нам в одну сторону! – женщина только рот открыла и активно закивала. Аришка даже от радости подпрыгнула и тоже подала мне свой головной убор. Пришлось и за ней поухаживать.

– Вам бы тоже застегнуться, – улыбнулся, – не май месяц на улице.

Только после этих слов мама девочки пришла в себя и быстро привела свой внешний вид в порядок. Все это время она поглядывала то на меня, то на своих детей, которые обступили доброго учителя со всех сторон. Малой так вообще смекнул, что можно и на руках покататься, поэтому протянул в мою сторону ладошки и был тут же подхвачен на руки.

– Рооома, ну нельзя так, – простонала рядом Ярослава Матвеевна и даже покраснела.

Вот только я, Рома, и даже Арина сделали вид, что ничего страшного не происходит. Так и дошли до машины. Я с мальчиком впереди, Аришка рядом со мной, а мама детей позади нас.

Пока я усаживал в машину Рому, Ярослава помогала дочери. Я же, обойдя транспорт, уселся на заднее сидение, отмечая то, что в салоне оказалось довольно просторно, и мои длинные ноги без труда помещаются.

– Так куда вам? – спросила женщина, когда села за руль и завела машину.

– Мы в одном доме живем, – наклонил голову на бок, – даже в одном подъезде. Так что нам по пути.

– Ух ты! – восторженно произнесла Арина, пока ее мама осторожно выезжала с парковочного места, – мы можем вместе ходить в школу!

Я лишь широко улыбнулся, когда машина чуть заметно дернулась, но говорить ничего не стал. Вот так, под щебет детей, мы и добрались до дома, где я так же помог отстегнуть Рому и, когда мальчик вновь уцепился за меня, потащил его к подъезду.

– Давайте его мне, – опять смутилась Ярослава.

– Вот еще, до квартиры донесу, а дальше как-нибудь сами.

Как и предполагал, семья Горских жила на третьем этаже, только не надо мной, а чуть в стороне. Там, насколько я понял, располагались двушки с нишей.

– Приятного вечера, – произнес первым, когда Ромка стал слезать с моих рук, – спасибо за приглашение, было очень интересно! – это уже Аришке.

Помахав всем рукой, спустился на свой этаж и быстро открыл дверь, вот только после этого услышал, как выше дверь захлопнулась. Что? Не верила? Думала, я вру? Нет, я добропорядочный учитель, которому еще нужно проверять тетради и составлять план работы на неделю, чтобы ничего не упустить.

Глава 6

Ярослава

Я опять опаздывала…

Наверное, в скором времени дочь меня возненавидит, потому что никогда не могу приехать во время, поэтому очень много вещей ей нужно делать самой, хотя моему ребенку всего семь лет! Моя малышка очень самостоятельна для этого возраста. Она даже завтраки нам по утрам готовит, когда я собираю ее младшего брата в сад, сидит с ним, когда мне срочно нужно куда-то уехать, и я точно знаю – Ромка в надежных руках.

Закрыв за спиной дверь, быстро помогла детям раздеться и стала развешивать нашу верхнюю одежду, да только руки почему-то не слушались. Я очень сильно разволновалась, даже вспотела, когда увидела свою девочку рядом с молодым учителем, на которого многие мамочки в нашем классе стали пускать слюни. Еще бы, будь у меня немного больше времени, я бы, наверное, тоже стала заглядываться…

– Ариша, – позвала дочку, – а как Максим Сергеевич попал к тебе на выставку?

– Я его пригласила, – пожала плечами девочка и добавила, – мне не хотелось быть одной, а он пришел…

Я закусила нижнюю губу и кивнула. Одной… Она чувствует себя одинокой… Ну конечно, как ей себя еще чувствовать, если я постоянно пропадаю на работе, если мы уже давно никуда вместе не выбирались, если я только и делаю, что пашу, готовлю, стираю… Ладно, это мои проблемы, которые вполне себе решаемые. Ну не поглажу я постельное белье, меня за него кто-то поругает? Раньше бы обязательно, но как муж ушел, так сразу намного легче стало. Честно, вот даже без зазрения совести.

Когда мы жили под одной крышей, приходилось из кожи вон лезть, чтобы супругу угодить. Видите ли, он привык, что каждые четыре дня нужно менять постельное белье, чтобы простынь была поглажена так, чтобы ни единой складки не было. При этом сам он утюгом пользоваться не умел, а пальцы загибал так, словно не обыкновенный мужчина, а принц Персии!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.