Терин Рем
(Не)естественный отбор

Глава 1. Пробуждение

*

Арина Шапкина

*

Тело жгло и ломило, во рту было кисло, отчего волнами накатывала тошнота. Мысли вяло ворочались в голове, никак не оформляясь в связную мысль. Ненавижу тренировки так называемой разморозки, или выхода из криосна, а моё самочувствие напоминало именно это «чудесное» состояние. С трудом разлепила веки, пошевелила пальцами, преодолевая сопротивление тела и колкие мурашки.

– Вот так, Арина. Очень хорошо. Не спешите. Давайте, потихонечку фокусируйте взгляд, а я вам сейчас немножечко помогу, – почти нежно уговаривал меня кто-то, а потом на язык попала жидкость с приятным ментоловым вкусом.

От желудка по телу начало растекаться приятное тепло, снимая противные спазмы и тошноту. Я позволила себе расслабиться и глубоко вздохнуть, наслаждаясь ощущением того, как боль утихает.

Странно. Не помню, чтобы нас раньше поили чем-то похожим. Новая разработка?

– Открывайте глазки, дорогая. Ну же, не пугайте меня, – продолжал ворковать надо мной какой-то мужчина.

Стоп! А где Петрович? Старый и циничный, как большинство военных медиков, подполковник не стал бы со мной сюсюкаться.

Открыла глаза, с удивлением взирая на обалденно красивого брюнета в белых одеждах медицинского персонала. Немолодой, но и не старый мужчина с идеальными, я бы даже сказала породистыми чертами, с нескрываемым восторгом рассматривал моё бледное тельце.

Что он там такого занимательного увидел, что сияет, как начищенный чайник? По опыту знаю, что после таких тренировок выгляжу чудовищно: бледная, опухшая и с синяками под глазами, а этот едва не плачет от умиления. Чудной.

– Прекрасно! Вы меня понимаете, Арина? Можете говорить? Сколько пальцев я показываю? – спросил доктор, показывая два пальца.

– Два, – прохрипела я, немного морщась от собственного карканья.

– Великолепно! – обрадовался этот восторженный дядечка, вливая мне в рот новую микстуру со вкусом дыни.

– Где я? – спросила я голосом, который уже больше походил на человеческую речь.

– Тише, Арина. Не спешите. Вы в безопасности. Среди друзей. Мы позже всё вам расскажем, а пока просто отдыхайте, набирайтесь сил. Нельзя сразу перегружать вас информацией, – как маленького ребёнка, уговаривал меня этот странный врач.

– Док, я разморозилась, а не сошла с ума. Прекращайте сюсюкаться и скажите нормально, что со мной? Разморозка пошла не по плану? – спросила я, пытаясь приподняться.

При попытке вспомнить обстоятельства перед криосном, голова резко разболелась, заставляя меня поморщиться.

– Вот же упрямица. Говорю же, не спешите. Сейчас сделаю вам инъекцию, поспите, немного адаптируетесь, а потом всё обсудим, – завил врач, касаясь меня каким-то странным небольшим прибором.

Аппарат тихо пискнул, а место, которого он касался, обожгло короткой болью, после чего на меня навалилась усталость и я провалилась в сон.

Второе пробуждение было гораздо более приятным. Чувствовала я себя если не хорошо, то вполне сносно. Опустила ноги с кровати и оперлась руками о новенькую тумбу, пытаясь справиться с головокружением.

Начнём сначала. Что я о себе помню? Глупый вопрос – почти всё помню. Я Арина Шапкина, выпускница шестнадцатого детского дома города Энска. Прошла конкурс в государственную космическую программу «Новый Марс». Два года проходила подготовку к полёту и последующей колонизации красной планеты. А дальше…

Очень отчётливо вспомнились многочисленные тестирования и тренинги, обучение. Ленка Панина, её дружок Игорь, наша команда. Перед глазами как будто мелькали картинки моей жизни. Весьма неплохой, кстати, жизни. У меня всё вполне удачно сложилось: интересный государственный контракт, хорошая заработная плата и куча плюшек в случае успеха нашей миссии, верные товарищи и дружный коллектив. Конечно, риск тоже высокий, но я не готова расстаться с мечтой стать одной из первых поселенок на Марсе.

Головная боль снова напомнила о себе, но не острой вспышкой, а как будто фантомом грядущего спазма – давлением сжало виски, в глазах потемнело, но я упрямо продолжала вспоминать.

Последний день должен был быть самым ярким воспоминанием, но картинки как будто прыгали. Речь полковника о том, как важно дело, что нам доверили. Наставники, напоминающие нам об осторожности и основных правилах автоматического выхода из криосна. Кривляющаяся Светка в тонком комбинезоне из полиматериала, разработанного специально для нас. Мы стояли не возле тренажёров, а у настоящих капсул. Нас должны были заморозить и погрузить на шаттл, который доставил бы будущих колонизаторов на космический корабль. Но почему я тут?

– Вы всё-таки встали. Ну, до чего же беспокойный вы пациент, Арина! – пожурил меня всё тот же доктор, влетая в мою палату.

– Со мной уже всё хорошо. Только где я? Что это за место? Что случилось? Меня сняли с программы? – засыпала я мужчину вопросами, пока он проверял реакцию моих зрачков на свет и прикладывал какой-то прибор к моей шее.

– Нет. Не сняли. Не думаю, что именно я должен вам обо всём поведать, но вы ведь просто так не успокоитесь, правда? – как-то обречённо спросил врач, запуская руку в тёмные волосы.

Я только утвердительно кивнула, ожидая объяснений, потому что у самой версий никаких не было. Наоборот, я уже ничего не понимала.

– Хорошо. Но только при условии, что вы сначала поедите, – строго добавил он, нажимая какие-то кнопки на своём браслете.

Буквально через несколько минут дверь открылась, впуская роботизированную тележку. Круто! У нас, оказывается, и такие имеются!

Столик двигался мягко и бесшумно, подкатываясь так, чтобы мне было удобно. В меню сюрпризов не было – тёплый бульон и какая-то желеобразная масса лимонного цвета с запахом цитрусовых.

Док уходить не спешил, а терпеливо ждал, когда я поем, а потом принялся рассказывать.

– Вы находитесь в центре лечения репродуктивных и наследственных проблем под названием «Реновация». Ваша капсула была повреждена при аварийной посадке. Её нашли совсем недавно при строительстве новой шахты. Вы лишь чудом уцелели, а нам удалось восстановить повреждённые ткани и вывести вас из криосна. Ваши данные все были записаны на носителе капсулы, поэтому процесс оказался весьма успешным. К счастью, технологии значительно продвинулись, поэтому мы избежали почти всех негативных последствий для вашего организма, – сказал врач, заставляя меня похолодеть от страха за остальных ребят.

– Шаттл разбился? А другие? Есть ещё уцелевшие? – всё же решилась спросить я.

– Разбился не шаттл, а посадочный модуль. К сожалению, пока нашли только вас, Арина, но раскопки ещё ведутся, – попытался успокоить меня мужчина, но только сильнее разволновал.

– Посадочный? Вы хотите сказать, мы на Марсе? Раскопки? Сколько прошло времени со дня старта миссии? – спросила я.

– Да, это Марс. Сколько времени? Наши календари немного разнятся с Землёй, но, учитывая записи на корпусе капсулы, минуло примерно пятьсот сорок три года, – задумчиво ответил врач, заставляя мир вокруг завертеться и снова померкнуть в омуте забвения.

Глава 2. Новый Марс

*

Арина Шапкина

*

Очнулась, сталкиваясь взглядом с испуганными зелёными глазами врача.

– Простите меня, Арина. Я же говорил, что не мастер вести беседы. Нужно было пригласить того, кто мягко подготовит вас к правде, – сказал доктор, подавая мне стакан с мутноватой жидкостью.

Приятная на вкус с привкусом ментола жидкость меня немного взбодрила.

– Ничего, док. Наверное, так даже лучше. Как вас зовут? Неудобно, что я так и не выяснила, как к вам обращаться, – спросила я.

– Шад. Шад Пирс. Но вы можете называть так, как вам удобно, мили Арина, – ответил мужчина, принимая от меня стакан с недопитым раствором. Врач задумчиво посмотрел на жидкость и допил её, удивляя меня. – Успокоительное, но не вызывает сонливости, – пояснил док, кивнув на опустевшую тару.

– И что дальше со мной будет, мистер Шад? Вы хм… разморозили меня, вернули к жизни, но как я дальше буду жить? Чем заниматься? За столько лет наверняка всё поменялось, – высказала я свои сомнения. Наверное, в тот момент я ещё не до конца осознала, что оказалась фактически в новом мире, о котором я не имела ни малейшего понятия.

– Просто Шад, Арина. Вам не нужно переживать ни о чём. Я понимаю вашу растерянность, но могу заверить, что ничего плохого вам не грозит. Я не очень силён в истории того времени, когда отправляли вашу экспедицию, но у нас каждая женщина – это великая ценность, а вы просто сокровище Нового Марса. Отдыхайте. Постарайтесь не нервничать. Я пришлю к вам помощника. Он поможет вам адаптироваться, – пояснил врач и поспешил скрыться, пока я пыталась собраться с мыслями.

Погружённая в свои невесёлые размышления, я и не заметила, как док ушёл, оставляя меня одну, а через несколько минут в двери постучали и вошёл…

– Док? В смысле, Шад? – переспросила я непонимающе.

Вошедший мужчина был как две капли воды похож на моего врача, только значительно моложе и цвет глаз другой – насыщенно синий.

– Шад? Нет, что вы, мили Арина. Моё имя Сейм. И, предвосхищая ваш вопрос, скажу, что я не сын и вообще не родственник заведующего отделением. Похоже, доктор ещё не рассказал вам про генетические линии? – полуутвердительно спросил парень, приближаясь к моей кровати. – Мне будет проще объяснить, если я покажу. Можно присесть к вам, мили? – спросил парень, очаровательно улыбаясь.

– Конечно, – как-то даже растерялась я, подвигаясь, чтобы этому образчику мужской привлекательности было удобней.

– Во времена первой волны колонизации, немного позже того времени, когда вас отправили в экспедицию, ряд учёных научились воздействовать на человеческий геном. В тяжёлых условиях новой планеты нужны были выносливые, сильные люди, причём в основном мужчины, по понятным причинам. Ну, естественно, эти же деятели поработали над экстерьером, так сказать. У женщин, согласившихся протестировать технологию, родились прекрасные, как им тогда казалось, сыновья. Но проблема в том, что и дальше эти женщины рожали точно таких же сыновей с незначительными отличиями во внешности. У этих мальчиков, когда они достигли зрелости, тоже появились абсолютно такие же дети. В том, что вмешательство в гены стала серьёзной проблемой, задумались только через двести лет, когда весь Марс и почти всю Землю заселили копии модифицированных людей. Как выяснилось позже, устойчивость или зафиксированность наших наследственных признаков сыграла с нами злую шутку. Мы перестали развиваться и меняться. На данный момент осталось пятьдесят три зарегистрированные генные линии, не считая вашей. Вы со своим пластичным ДНК – можно сказать, благословение для нашего мира, – шокировал меня своим рассказом парень, показывая фотографии сотен «близнецов».

Красивые высокие мужчины, идеальные в своей неземной хрупкости девушки. Среди фотографий были и изображения Шада, ну или его копий.

– То есть, все стали одинаково красивыми? Что в этом плохого? – с улыбкой спросила я, не понимая их причины для расстройства. Это же можно сказать мечта – мир, населённый идеалами, пусть и ограниченным количеством их вариаций.

– Из-за этого мы вырождаемся. Девочек появляется с каждым годом всё меньше, соответственно рождаемость падает в геометрической прогрессии. Наш мир стареет, и, если ничего не изменится, то скоро умрёт. На Земле немного лучше, но также напряжённая ситуация с девушками, – поведал мне парень, заставляя немного напрячься.

– Я надеюсь, что надо мной не будут проводить никаких опытов для получения одних только девочек? – спросила я, инстинктивно прикрывая руками живот.

– Что вы?! Ни в коем случае! Вмешательство в процесс размножения, как и в генетику человека, на данный момент строго запрещены. Это преступление, и никто с вами так не поступит, – горячо заверил меня парень, отыскивая на планшете какие-то документы с гербами и печатями.

Я надолго замолчала, рассматривая фотографии первых поселенцев на Марсе, систем, похожих на те, которые нас учили устанавливать, планируя миссию, скафандры. Следом шли изображения всё более современных установок, куполов, пока не появилась футуристичная, в моём понимании, картинка удивительного мегаполиса под биополимерным куполом. Искусственные озёра с кристальной водой, летающие автомобили, леса и парки. И это на Марсе! Всё, что должно было стать для меня будущим, в нынешних реалиях смотрелось каким-то замшелым средневековьем.

Удивительно и странно. И совершенно непонятно, как мне найти себя в этом новом мире. Заинтересованность во мне, как в инкубаторе, тоже не радовала от слова совсем.

– Я всё-таки не поняла. Хорошо, у меня гены, не тронутые модификацией, но если ваши признаки доминантные, кажется, так это называлось в биологии, то и мои дети их унаследуют, – озвучила я свои умозаключения.

– Скорее всего, нет. Гарантий никто дать не может, но не должны. Была и вторая волна вмешательства. Когда учёные заметили проблему и попытались сделать наш геном более гибким. Только после этого начался массовый эффект так называемого близкородственного кровосмешения. Вот после этого и запретили генетические эксперименты, а в центрах, подобных нашему, женщинам подбирают кандидатов для создания оптимальных семейных единиц, – «порадовал» меня Сейм.

– Эм… я надеюсь, что мне никого подбирать не будут? В мои планы не входила семья и дети. Мне нужно пока как-то адаптироваться, – отодвигаясь от парня, сказала я.

– Этого я знать не могу. Новой информации для сегодня достаточно. Пойдёмте, я вас искупаю. Потом по плану массаж и прогулка, – сказал парень, расстёгивая магнитные застёжки своей рубашки.

– Сейм, а зачем ты раздеваешься? – удивлённо спросила я, подтягивая тонкое одеяло к подбородку.

– А как я должен вас купать? В одежде? – в свою очередь недоумевал парень.

– Я сама. В смысле, не надо меня купать. Просто покажи, как пользоваться бытовыми приборами, – попросила я, заставляя парня нахмуриться.

– Это исключено. Каждой женщине полагается личный помощник. Доктор предположил, что наша генетическая линия вызвала у вас симпатию, поэтому к вам направили меня, но если это не так, вы можете выбрать другого. Я сейчас открою каталог, – расстроенно сказал парень, но снова потянулся к планшету и действительно открыл меню с какими-то фотографиями.

– Не надо другого. Просто я не ребёнок, чтобы меня купать. Я всё могу сама. Ты же не будешь со мной возиться, как с маленькой? – возмутилась я.

– Я не понимаю смысла, который вы вкладываете в эти слова. Я вас искупаю, как и положено личному помощнику. Нас специально обучают, чтобы мы находились постоянно рядом с женщиной. У меня самая высокая квалификация. Если вам интересно, то… – парень опять потянулся к планшету.

– Нет-нет! Не нужно, – торопливо ответила я.

– Так что: я приступаю к обязанностям или вы будете выбирать другого? – спросил молодой мужчина.

– Сейм, а ты не мог бы позвать доктора Шада? Пожалуйста, – попросила я, не зная, как вообще реагировать на происходящее.

– Конечно, – парень нажал на какую-то кнопку на браслете и через пару минут к нам влетел растрёпанный и запыхавшийся доктор.

– Что случилось? – нервно спросил он, заставляя меня немного устыдиться.

Глава 3. Купание

*

Арина

*

Интересно, как у модифицированных людей с нервами? Судя по взъерошенному виду Шада – не очень.

– Признаков шока или истерики нет. С вами всё хорошо, Арина. К чему был этот срочный вызов? – строго спросил врач, заставляя меня устыдиться.

– Простите, док. Я, кроме вас, тут больше никого не знаю, а у нас с Сеймом возникла небольшая проблема во взаимопонимании, – краснея, призналась я.

– Сейм? Мне стоит усомниться в твоей квалификации? – сердито спросил доктор, заставляя парня побледнеть.

Учитывая то, что мужчины похожи, как близнецы, выглядело это внушение несколько… странно.

– Я не учёл разницу в менталитетах, но всё равно не могу пойти на уступки. Арина не желает принять мою помощь в омовении. Ванная комната – это место с повышенным уровнем травмоопасности, – упрямо выдвинув подбородок, произнёс парень.

– Арина, в чём проблема? Почему вы возражаете против услуг Сейма? – как-то устало спросил врач, потирая длинными пальцами собственные виски.

– Эм… ну, начнём с того, что я не привыкла, чтобы со мной возились, как с ребёнком. В том времени, откуда я родом, купают только детей. Взрослые люди вместе принимают ванну, когда они любовники. Как вы понимаете – это не наш случай, – нахохлившись, я отстаивала свою точку зрения.

– Кажется, я понял. Арина, Сейм – квалифицированный индивидуальный помощник. Он не будет вам навязывать свои сексуальные желания, только позаботится о ваших потребностях. На парне надет специальный контролер – это микроприбор, который нивелирует физические реакции его тела. Касательно ухода за женщинами имеется чёткая инструкция. Естественно, каждый случай индивидуален, но есть такие пункты, которые помощник не может игнорировать, и омовение – это один из них. Если вы совсем не доверяете Сейму, то я могу искупать вас сам. Правда, на мне не установлен контролер, – сделал «заманчивое» предложение Шад.

– Нет! Не надо! – торопливо ответила я.

– Тогда не создавайте проблем на ровном месте, Арина. Наверное, я всё же неверно подобрал вам помощника. Стоило предложить вам Рама. Он менее уступчив и более… целеустремлён. Хотя, у вас особый случай. Думаю, вам не повредит иметь двоих индивидуальных партнёров. Я пришлю к вам его чуть позже. Раз этот вопрос мы выяснили, то я пойду. Дела, – сказал Шад, направляясь к выходу.

– Док, может не надо второго? Я буду слушаться Сейма, – торжественно пообещала я, ужасаясь перспективе того, что вместо одного за мной будут хвостом ходить двое… здоровенных, мускулистых, чертовски привлекательных… Стоп! Что-то не туда меня понесло.

– Надо, – ответил Шад, окидывая меня задумчивым взглядом. – Жаль, что я сразу об этом не подумал, – добавил он, исчезая за дверью.

– Ну что? Купаться? – уточнил Сейм, опасливо поглядывая на меня.

Я только тяжело вздохнула, смиряясь с необходимостью. В корпусе у нас были общие душевые с мужчинами. Это делали специально, чтобы девушки привыкали к тому, что в новых реалиях нас не собирались как-то выделять, предоставляя особые условия. Чужая нагота меня не особенно смущала, но и настолько привлекательных мужиков я не видела. Да, были и спортивные, и весьма симпатичные, но чтобы настолько… Эх, ладно. Как говорится – где наша не пропадала? Будем считать эту неловкую ситуацию первыми сложностями при освоении Нового Марса.

Не обращая внимания на мой любопытный взгляд, Сейм быстро снял с себя рубашку, брюки и даже бельё, что, на мой взгляд, было уже перебором. Красивый. Даже совершенный мужчина – сильное тело расчерчено чёткими линиями мышц, бугрящихся под гладкой смуглой кожей, породистое лицо с волевым подбородком, прямым носом, капризными губами, пушистые ресницы, обрамлявшие яркие синие глаза. Мой взгляд невольно скользнул ниже, замечая красивый ровный член. Мужчина не был возбуждён, а сверху на его достоинстве сверкало тонкое серебряное колечко. Наверное, это и есть тот самый контролер.

– Я помогу тебе раздеться, – спокойно произнёс мой нянь, приближаясь ко мне.

Учитывая то, что на мне была какая-то просторная хламида, процесс не затянулся. Сейм действовал аккуратно и уверенно, стараясь лишний раз не прикасаться ко мне, чтобы не смутить. Не могу сказать, что неприятно, но странно.

– Я не так идеальна, как девушки на фото, – зачем-то оправдывалась я, прикрывая ладонями грудь и пах. Просто было как-то неловко.

– Вы гораздо лучше, Арина. Никому не позволяйте в этом усомниться, – немного высокопарно произнёс парень, но, наверное, это лучше, чем, если бы он согласился, что я не такое уж совершенство.

Сейм открыл передо мной двери, пропуская в неожиданно просторное помещение с небольшим бассейном, наполненным тёплой водой.

– Не спешите. Я помогу, – сказал он, легко подхватывая меня на руки, чтобы занести в воду.

Прикосновение обнажённых тел сложно воспринимать, как нечто обыденное. Не так часто я оказывалась в объятиях мужчины голой. Интимно и приятно.

– Сейм, думаю, нам можно уже друг другу не выкать. Это как-то неправильно, учитывая, что мы с тобой уже ближе некуда, – немного ворчливо от смущения сказала я.

– Хорошо, Арина. Садись сюда и расслабься. Я сначала промою волосы, а потом остальное, – скорее просто уведомил меня парень, усаживая на удобный выступ или кресло, утопленное в воде.

Ловкие сильные пальцы перебирали мои отросшие спутанные пряди, аккуратно разбирая их. Собственно, то, что волосы отросли, я заметила только сейчас, когда Сейм начал над ними работать. Надо спросить про зеркало.

Всегда любила, когда кто-то касался моей головы, а сейчас я просто таяла, наслаждаясь тем, как обалденно красивый мужчина нежно ухаживает за мной.

Я так разомлела, что не сразу заметила, что нежные ладони сместились, возмутительно приятно массируя мне грудь.

– Дальше я сама, – севшим голосом сказала я, удерживая парня за запястья.

– Исключено. Но если хочешь, можешь дождаться Рама, – ответил Сейм и поджал губы. Обиделся что ли?

– Ладно, мой ты. Не могу передать, как мне неловко, – немного слукавила я. Смущение действительно присутствовало, но сейчас оно померкло на фоне растущего возбуждения.

Мужские руки вроде бы и не задерживались в определённых эрогенных зонах, но Сейм так тщательно, так любовно гладил, массировал, разминал меня, что мне уже пришлось прикусить губу, чтобы сдержать стон.

А ведь этот… помощник не испытывает того же. Где бы себе найти контролер? В конце концов, я здоровая молодая женщина, которая соответствующе реагирует на то, что её нежно ласкает красивый мужчина.

Когда ладони Сейма добрались до моей интимной зоны, я всё же не сдержалась и вскрикнула, выгибаясь навстречу лёгким касаниям.

– Прости. Я не привыкла, чтобы… В общем, не нужно меня так мыть, – задыхаясь от возбуждения, сказала я, опасаясь поднять взгляд выше груди парня.

– Тебе не за что извиняться. Ты такая нежная, чувствительная, невероятно отзывчивая, – проникновенно сказал Сейм, заставляя меня удивлённо посмотреть на него. – Что? Контролер не позволяет появиться физиологического проявление желания, но это не мешает мне наслаждаться твоей искренней реакцией. Я помощник, а не робот. Если тебе неприятно, я больше не буду высказывать своего личного отношения, – добавил парень, заставляя меня ещё сильнее покраснеть.

– Давай заканчивать с этим, – хрипло ответила я, спеша покончить со смущающим опытом.

Глава 4. Альтернатива

*

Арина

*

Красная, причём не столько от горячей воды, сколько от смущения и ещё не утихшего возбуждения, я сидела на кровати и листала картинки на тонком планшете, выбирая наряды.

Для моего удобства они появлялись уже на моём изображении. Что-то такое наколдовал Сейм. Парень надел чистую одежду, которую ему доставил очередной робот, и сейчас полулежал рядом, заглядывая в выбираемый мной гардероб. Вообще он вёл себя так естественно, как будто мы уже много лет как минимум дружим. Мне же было странновато.

– Мне обязательно нужно столько одежды? Мы уже много выбрали. И вообще, кто за всё это будет платить? – задала я насущные вопросы.

– Обязательно. И ты ещё практически ничего не выбрала. Пара спортивных костюмов, два повседневных брючных наряда и одно платье, которое я еле отстоял. А насчёт денег не беспокойся: каждой женщине от рождения выделяется капитал в размере пяти миллионов кредов – это огромная сумма, – отозвался парень, вместо меня листая каталог, потому что я снова немного зависла. – Вот, это сейчас очень модно. И вообще удобная модель, – заявил он, настойчиво предлагая мне очередное платье с нескромным декольте. Хотя, практичности в местной женской одежде было мало. Все наряды были несколько вызывающими на мой вкус, но ходить вечно в больничном халате – это тоже не дело.

– Так это для тех, кто родился, а я исключение из правил, – напомнила я помощнику.

– Тебя приравняли в правах к марсианкам. И вообще выдали особый статус. Мелочи надо будет уточнить в муниципалитете, но насчёт выплаты я абсолютно уверен. Я выяснил всё, что мог, когда меня определили тебе в помощники, – сообщил Сейм и, пользуясь тем, что я пребывала в глубокой задумчивости, выбрал уже с десяток различных вариантов вечерних и парадно-выходных нарядов.

– Не наглей! – возмутилась я, забирая планшет из его рук, но всё выбранное уже светилось в статусе «оплачено».

Кто-то постучал и, дождавшись моего приглашения, в комнату вошёл ещё один красавец-мужчина. К счастью, он не был похож на доктора Шада. Высокий – даже выше Сейма, широкоплечий платиновый блондин с умными карими глазами и флегматичной невозмутимостью, большими буквами прописанной на привлекательном лице. Он взирал на меня с интересом и без лишней восторженности.

– Рам Девлин, ваш второй помощник, – сухо представился парень.

– Арина Шапкина, – настороженно ответила я, не особенно представляя, как действовать в подобной ситуации.

– Проходи, Рам. Мы с Ариной искупались, выбрали гардероб на первое время, а сейчас по плану массаж, – не слишком радостно отчитался Сейм.

– Его сделаю я. Пересядь, – распорядился блондин, вынимая из небольшой сумки баночку с кремом.

– Я справлюсь сам. Моя квалификация в этом виде услуг выше, – недовольно произнёс Сейм.

– Я не собираюсь с тобой квалификациями меряться. Не мешай работать, – заявил пришелец, наглым образом вытесняя брюнета с кровати.

– А у меня вы спросить не хотите? – уточнила я, наблюдая, как эти двое играют в гляделки.

– Зачем? – искренне удивился блондин, поднимая точёную бровь.

Я даже задохнулась от возмущения. То же мне фрукт! Такое ощущение, будто я тут для мебели – можно переставлять, пылесосить и делить с коллегой.

– Сейм, ты говорил, что помощника можно поменять? – специально спросила я брюнета, игнорируя тяжёлый взгляд Рама.

– Можно, но тогда опять придётся звать доктора Пирса. Он лично назначил Рама, поэтому потребуется его согласие, – расстроил меня Сейм. Я очень ярко представила, как дёргается глаз медика, когда он в очередной раз будет разбираться с тем, что считает капризами.

– И всё же я рискну, – глубоко вздохнув, сказала я, готовясь к новой встрече с медиком.

Док не заставил себя долго ждать. Он зашёл, зло чеканя шаг и бросая многообещающие взгляды на парней.

Ничего не спрашивая, мужчина подошёл ко мне и провёл уже привычную процедуру осмотра.

– Что на этот раз случилось, Арина? – спросил врач обманчиво мягким голосом.

– Шад, я понимаю, что раздражаю вас бесконечными вызовами, но на этот раз нельзя было обойтись без вас. Док, умоляю вас, отмените своё решение относительно Рама. Мне и одной няньки много. Мало того, что меня смущает настолько тесное… взаимодействие с незнакомым мужчиной, теперь они вдобавок будут собачиться между собой, решая, кому что делать и чья квалификация круче. Хотите, я вам даже торжественно поклянусь, что буду примерной девочкой? – попыталась немного подлизаться я.

С Петровичем эта уловка всегда срабатывала, но у модифицированных чудо-мужиков, похоже, мозг устроен иначе, как и чувство юмора. У Шада нервно дёрнулось веко, но он по-прежнему изображал спокойствие и невозмутимость.

– Можно и наоборот – убрать Сейма и оставить Рама? – в свою очередь предложил врач, заставляя молодого брюнета напрячься и опустить голову.

– Нет! Только не это! У блондинистого айсберга эмоциональный диапазон, как у робота-каталки. Вы же сами говорили, что мне нужно адаптироваться. А как я это сделаю, если он общается односложными предложениями, да ещё и считает меня мебелью? – возмутилась я.

Не то, чтобы я сильно прониклась симпатией к темноволосому няню, но если нужно выбрать одного из этих двоих, то мой выбор очевиден.

– Сейм более мягкий и общительный, но склонен потакать вашим прихотям. Рам более сдержан и будет оберегать вас от опрометчивых действий, по крайней мере, до тех пор, пока вы не изучите наши законы и традиции. Именно поэтому я решил приставить к вам их обоих. Я считал, что они, как два высококлассных профессионала, подготовят вас к самостоятельной жизни за периметром «Реновации», – терпеливо пояснил Шад.

– И всё же, вы ограничиваете мою свободу, док. Я понимаю необходимость помощника, хотя по-прежнему уверена, что с бытовыми мелочами типа купания могу справиться сама. Только давайте обойдёмся одним Сеймом. Он мне как-то ближе, – попыталась я отстоять хоть немного собственной свободы.

– А я считаю, что ваше сближение это заслуга Рама, – с улыбкой произнёс доктор.

– В любом случае я не хочу, чтобы за мной хвостом ходили двое мужиков, – насупилась я, чувствуя, что упрямый Шад хочет оставить всё, как есть.

– А у меня есть другое предложение. Раз вы все трое ведёте себя, как малые дети, постоянно отрывая меня своими хотелками от работы, то я обрисую вам альтернативу. Если ещё раз вы вызовете меня без веских причин, то я обоих – и Рама, и Сейма переведу в корпус по уходу за одинокими пожилыми людьми и уровняю их квалификацию. Оба будут лишены всех разрядов и станут младшими помощниками-стажёрами. А вас, Арина, я передам в центр распределения, где без знаний и опыта вас в считанные минуты выдадут замуж за незнакомцев. Как вам такой вариант? – со змеиной улыбочкой спросил док. Не знаю, насколько его угрозы в отношении меня реальны, но проверять резко расхотелось. Судя по лицам парней, им тоже альтернатива не пришлась по вкусу. – Так что вы выбираете? – после затянувшейся паузы спросил коварный врач.

– Извините, что побеспокоили, док. Больше это не повториться, – ответила я, заставляя парней облегчённо вздохнуть. Видимо, Шад угроз на ветер не бросал.

– Я не сомневался в вашем благоразумии. Кстати, вы можете переехать в палату для семейных единиц. Там вам будет комфортней, – довольный своей маленькой победой произнёс док, прежде чем удалился.

– Ну что, кто будет делать массаж? – недовольно спросила я, досадуя своему поражению.

Глава 5. Месть

*

Арина

*

– Поверить не могу. Во что превратили само понятие семьи! – возмущённо воскликнула я, читая планшет и разглядывая фото «счастливых семейных ячеек».

Картина пока вырисовывалась не особенно радостная. Согласно приведённой статистике, женщин уже было в разы меньше, чем мужчин, и ситуация усугублялась. При этом сильные, целеустремлённые и активные ввиду своей генетики не побоюсь этого слова самцы, стремились всеми силами вступить в ячейку, чтобы иметь хотя бы призрачную возможность на продолжение рода и иллюзию семьи.

Первое время, когда обострилась проблема с прекрасным полом, на Новом Марсе начались волнения и участились случаи противоправных действий. Проще говоря, женщин крали, принуждали и даже торговали девочками, появившимися в семье, поэтому Муниципалитет вопрос создания семей взял в свои руки. К претендентам на вступление в эту извращённую форму брака предъявляется ряд строгих требований. Генетики подбирают варианты с наименее схожими признаками, а дальше проводятся отборы.

Фактически у марсианок почти нет выбора. Если к тридцати годам они не родят минимум двоих детей, то вся семейная единица попадает под санкции в виде огромных налогов и целой кучи штрафов. Исключением являются только серьёзные медицинские противопоказания, коих мало ввиду развитости медицины. Им остаётся лишь иллюзия свободы в виде так называемого «свободного выбора», когда женщине предоставляется по несколько кандидатов одной генной линии.

– Всё не так плохо. Семья – это недостижимая мечта для многих парней. Тебе, наверное, дико, но наши девушки воспитываются в других реалиях, и большинство из них наслаждается своей властью над мужчинами, – неожиданно ответил на мой крик души Рам.

Вообще это была самая длинная фраза, которую я за два дня услышала от блондина.

– А по-моему, это ужасно! Вы полностью лишили женщин свободы. Вместо полноценных личностей вы растите избалованных кукол, которых проще уговорить на этот бред. Я не согласна на всё это. Вы таскаетесь всюду за мной, моете, одеваете, а если бы позволила, то кормили бы с ложечки. Я скоро на стену полезу от такой заботы. Зачем?! Я вполне способна не только сама себя обслужить, но и работать – приносить пользу обществу, – возмутилась я.

За это недолгое время меня ещё два раза купали, водили на прогулку в парк, посаженный во дворе центра, кафе, смотровую площадку. Делали массажи и помогали освоить планшет и простейшие бытовые приборы. Звучит неплохо, а на деле я уже реально готова была кого-нибудь убить, чтобы вернуть свою прежнюю жизнь и самостоятельность. Мне не хватало друзей, свободы выбора, да даже одиночества.

А эти купания?! Они просто сводили меня с ума. Не могу я спокойно реагировать, когда красивые обнажённые мужчины гладят меня. Каждый раз я сгорала от смущения и всё нарастающего возбуждения, а самое плохое, что я не могла после этих… процедур воспринимать Рама и Сейма, как просто помощников. Для меня они стремительно превращались в желанных мужчин, что плохо ввиду моего неопределённого положения и планов.

– Работников и так хватает, а женщин мало. Для таких, как я и Рам, стать помощником – это единственная возможность увидеть и коснуться настоящей женщины. В любом случае, правила писали не мы. Не нужно пытаться устроить революцию, Арина. Все правила были написаны по необходимости. Тебе нужно немного остыть? – пытался успокоить меня Сейм, но я лишь сильнее разозлилась.

– Остыть, говоришь?! Лучше меня снова заморозить! Не хочу так жить и во всём этом участвовать! На такое я не подписывалась! – кричала я.

Последний раз у меня случилась подобная истерика, когда полицейский сообщил, что мои родители разбились в автокатастрофе. Сейчас в принципе ситуация была чем-то похожа: я теряла последнее, что у меня было – саму себя.

Браслет на моей руке тревожно запищал, но я не обратила на этот звук внимания, пытаясь сдержаться и не зареветь перед этими двоими.

– Арина, не надо так волноваться. Выпей, пожалуйста, – удивительно вежливо попросил меня Рам, протягивая стакан с мутной жидкостью, но я выбила его из рук парня.

– Убирайтесь! Дайте мне хоть час побыть одной! Не хочу никого видеть! – кричала я, чувствуя, что уже больше не могу сдерживаться.

К моему ужасу, дверь открылась, и в комнату влетел встревоженный Шад.

– Арина, что с вами? Поговорите со мной, – уговаривал меня док, которого я едва видела за пеленой слёз.

– Поговорить?! Вы хотите поговорить, док?! Заморозьте меня обратно, – приходя в состояние холодной ярости, прошипела я.

– Что вас так расстроило? Объясните, – не обращая внимания на моё настроение, спокойно попросил врач.

– Пусть они уйдут. Ограничьте время нашего общения до восьми часов. Я не могу так больше! Не хочу жить куклой! – дрожа от нервного напряжения, попросила я.

– Сейм, Рам, выйдите, – сказал док. – Рассказывайте, чем они вас так разозлили, – обратился он ко мне, когда дверь за помощниками закрылась.

– Разозлили? О нет, док. Они всё делали по инструкции. Только можно свихнуться от ваших глупых правил. Почему я не могу купаться сама? Почему помощнику нужно спать рядом? Я не дотянусь до стакана воды?! – снова повышая тон от возмущения, спросила я.

– Далось вам это купание? Что в этом такого плохого? – попытался отшутиться врач.

– Вы женаты, Шад? То есть, состоите в этой убогой ячейке? – со злой улыбкой спросила я.

– Нет. У меня нет времени на такие обязательства, – удивлённо ответил он.

– Прекрасно! Тогда я вам сейчас объясню, что меня смущает, – скалясь, сказала я и потянула за собой мужчину в ванную комнату.

– Что вы делаете, Арина? – спросил док, прибывая в растерянности от того, что я припёрла его к стенке и начала снимать с мужчины рубашку.

– Объясняю. Я живу с этим уже два дня. Потерпите и вы, – прошипела я, ударяя его по рукам, когда док решил остановить меня.

– Раз вы так хотите. Но я сам могу раздеться, – смущённо сказал Шад.

– Ну что вы, док. Не положено, – с улыбкой маньячки сказала я, расстёгивая брюки мужчины.

Врач краснел и дёргался от каждого моего прикосновения, но я не собиралась облегчать ему жизнь, томно раздеваясь перед голым мужчиной, который руками прикрыл своё явно возбуждённое достоинство.

Смущалась ли я? Безусловно! Но два последних дня меня немного подготовили к тому, что я задумала, и я была полна решимости завершить начатое.

– Я вас не подниму, поэтому по инструкции можете занести меня в воду, – сказала я, прижимаясь к Шаду.

– Хорошо, – хрипло сказал доктор, легко поднимая меня.

В так называемых семейных покоях была не ванна, а приличного размера бассейн, наполненный тёплой, постоянно фильтрующейся водой.

– Присаживайтесь сюда, Шад, – сказала я, направляя мужчину к креслу в воде.

– К чему всё это, Арина? – попытался пойти на попятную врач, но всё же выполнил моё требование.

– Ну как же? Вы ведь хотели понять моё возмущение. Сейчас вы его буквально прочувствуете. Считайте это моим условием, – непреклонно заявила я, не без удовольствия зарываясь пальцами в короткие тёмные пряди.

– Ладно, – не стал возражать мужчина и немного расслабился. Наивный. Я только приступила к своей мести.

Закончив с головой, а взялась за это роскошное тело, неспешно скользя ладонями по сильной шее, груди, специально задевая ногтями твёрдые горошины сосков, кубики напряжённого пресса.

– Это не купание. Вы ласкаете меня, – задыхаясь от возбуждения, произнёс Шад, перехватывая мои руки в нескольких сантиметрах от члена.

– Не понимаю, о чём вы? Я вас просто мою. Если вам интересно, потом могу показать, как надо ласкать, а пока не мешайте мне. Условие. Вы помните? – нагло заявила я, освобождаясь их нетвёрдой хватки мужских пальцев.

Я специально не стала пока касаться самого интересного, а перешла на мускулистые ноги, поставив их на специальную подставку. Когда я разминала стопы, мужчина, уже не сдерживаясь, громко стонал, и я решила вернуться к самой чувствительной зоне.

– Это хорошо, что я не нравлюсь вам, Шад. Так вы лучше поймёте, что я вынуждена испытывать каждый раз, – мстительно произнесла я, скользя ладонью по каменно-твёрдому члену, взвешивая в руках тяжёлые яички. Моё собственное возбуждение кружило голову и стягивало низ живота сладостной болью, но я продолжала. Видеть этого холодного мужчину таким отрытым и распалённым оказалось губительно для моего самоконтроля.

– Арина! – вскрикнул Шад и задрожал в конвульсиях оргазма.

Немного перестаралась, но я придумала себе оправдание – на мне нет контролера.

– Продолжим? Дальше идёт вытирание и одевание, – хрипло произнесла я, но мой мстительный запал сдулся, оставив после себя возбуждение и неловкость.

– Я понял. Не надо. Только не всё в моей власти. Я и так пытаюсь защитить тебя, девочка. Прости, – тихо произнёс он, нежно коснувшись дрожащей рукой моей щеки, и поспешил выбраться из воды.

Глава 6. «Домик»

*

Арина

*

Надев халат, я вышла в спальню.

Шад сидел на кровати, ожидая моего появления. Мужчина выглядел смущённым и задумчивым.

Наверное, я должна была извиниться, но не стала этого делать.

Я молча присела рядом с Шадом. На пару минут повисло неловкое молчание.

– И что дальше, док? – устало спросила я.

Так всегда происходило – после выброса эмоций наступал жёсткий откат в виде апатии.

– Не знаю. Я не задумывался о том, насколько вы отличаетесь от современных девушек, Арина, – с грустной улыбкой сказал мужчина.

– Мне казалось, что мы уже можем не выкать друг другу, Шад, – ответила я. Глупо, наверное, но мне теперь сложно было воспринимать этого строгого привлекательного мужчину просто штатным медиком.

– Хорошо. Пожалуй, тебе на самом деле очень тяжело принять такой образ жизни, только… ты не всё знаешь, – произнёс врач, запустив руку в свои влажные волосы.

– Так объясни. Я не глупая, док, – попросила я, толкнув Шада плечом.

– Я никогда о тебе так и не думал. Ты чудесная. Сейм докладывал, как много ты успела выучить за столь короткое время. Только… прости, но я не уберу помощников. Предполагая твой следующий вопрос, скажу, что Рам и Сейм не станут игнорировать инструкции. Ты слишком важна. Очень многие заинтересованы в том, чтобы ты поскорее прошла реабилитацию, а я не могу вечно тянуть время. Скоро тебя признают дееспособной марсианкой и начнётся отбор. Рам и Сейм хорошие парни – умные, смелые, сильные и преданные. Тебе нужно закрепить их за собой после реабилитации. Помощники – это твоя защита от будущих мужей, – серьёзно сказал Шад, заставляя меня хмыкнуть.

– Не ты ли мне говорил, что я среди друзей и мне ничего не грозит? – насмешливо спросила я, чтобы немного сбыть напряжение.

– Я тебе не соврал. О физическом насилии не может быть и речи, но каждый муж в семейной единице стремится получить больше остальных, поэтому они манипулируют женой, давят. Обычно девушкам в день совершеннолетия родители сами подбирают помощника. Как правило, он становиться первым сексуальным партнёром, в какой-то мере учителем, напарником – тем, кто предан именно женщине, а не лоббирует свои интересы, – озадачил меня Шад.

– На них же контролеры? – уточнила я, не совсем понимая мужчину.

– Контролер – это прибор, который блокирует нежелательное для женщины влечение партнёра. Если ты хочешь, можешь просто коснуться его, и контролер отключится на несколько часов, – просветил меня док, заставляя смутиться.

– Ясно. Хотя я не уверена, что это честно по отношению к парню. Он ведь может просто не хотеть, – высказала я своё сомнение, на что доктор только с неверием посмотрел на меня и тихо хохотнул.

– Они тебя хотят. Оба. Можешь поверить мне, – сказал Шад и сам мило зарделся.

– Ладно. Вашу точку зрения я поняла. Но что будет, если я просто откажусь жить по вашим правилам? Не стану выбирать никаких мужей, помощников и устроюсь на работу, например? – спросила я.

– Не получится. Даже чисто теоретически тебе не позволят покинуть это заведение одной. А если просто представить, что будет, окажись ты в рабочем квартале без охраны… В общем, не делай, глупостей, Арина. Я прошу тебя об этом, а не приказываю, – как-то зябко передёрнул широкими плечами врач, переводя на меня пытливый взгляд.

Снова повисло тяжёлое молчание. Я не собиралась ничего отвечать Шаду. Не могу гарантировать, что выдержу это издевательство над моими нервами. Но и устраивать ещё одну истерику уже просто не хотелось. Своё эмоциональное напряжение я уже выплеснула.

– Сколько у меня есть времени до отбора? – уточнила я.

– Через неделю состоится первый медицинский совет, где твои показания изучат ведущие врачи клиники. После этого ты перестанешь быть моим пациентом, и я уже никак не смогу повлиять на ситуацию, – ответил док.

– Хорошо. Благодарю за откровенность, Шад. И прости. Я не должна была нарушать твоё личное пространство. Просто вспылила, – всё же извинилась я.

– Ты была права – это самый простой способ объяснить, что именно тебя смущало. И спасибо, наверное, – отозвался док, жутко смущаясь.

Шад торопливо ушёл, оставляя меня в растрёпанных чувствах. Больше всего сейчас хотелось по-детски зарыться под одеяло и спрятаться от всего мира. Я всегда так делала в интернате, когда чувствовала себя несчастной и одинокой.

Собственно, а почему бы и нет? Раскидав объёмные подушки, я откинула покрывало и «спряталась» в этой ненадёжной баррикаде.

– Арина, с тобой всё хорошо? – осторожно спросил вернувшийся Сейм.

– Всё прекрасно, – не скрывая иронии, хмыкнула я.

– Тогда почему ты сидишь под одеялом? – вкрадчиво поинтересовался Рам.

– Хорошо здесь, уютно. Хочешь ко мне? – с улыбкой спросила я, представляя недоумевающее лицо флегматичного блондина.

– Хочу, – удивил меня парень. Я молча откинула край покрывала, приглашая помощника. Высокий и плечистый Рам с трудом помещался в моём «домике», но всё же забрался и даже аккуратно поправил плотную ткань. – И что дальше? – спросил блондин, пытаясь разглядеть моё лицо в полумраке закрытого пространства.

– Ничего. Ложись. Будешь моим плюшевым мишкой. Всегда хотела такого огромного, мягкого, которого можно тискать, когда паршиво на душе, – почти не соврала я.

Если честно, то я ожидала, что Рам поймёт мою иронию, но блондин послушно придвинулся поближе и лёг, едва касаясь меня. Я поёрзала, перекладывая голову Рама к себе на колени, а потом с удовольствием зарылась в мягкие волосы парня. Не котик, конечно, но всё равно такой прикольный антистресс.

Наверное, выглядело всё это в крайней степени глупо и странно, но меня всё устраивало. Рам тихонько сопел, прикрыв глаза, а я накручивала блондинистые локоны мужчины себе на пальцы, массировала голову и легонько царапала кожу, чувствуя, как вздрагивает парень.

– Можно и мне к вам? – несмело спросил Сейм.

– Залезай. Только место на коленях занято. Устраивайся с другой стороны, – предложила я, продолжая перебирать волосы Рама.

Ещё один крупный сосед под одеялом поместился не без труда. К тому же деятельный Сейм стал обустраивать удобства, подтянув большую подушку под мой бок. Суетно, но заботу я оценила, располагаясь на ней полулёжа. Сейм прилёг рядом и стал мягко массировать мне шею и плечи, погружая меня в какое-то почти медитативное состояние. Впервые в жизни я лежала вот так – в «домике», зажатая между двумя красавчиками.

«Пожалуй, что-то привлекательное в новом мире всё же есть», – вяло подумала я, уплывая в сон.

Глава 7. Рам

*

Арина

*

Проснулась я только утром, удивляясь тишине, царящей в спальне. За последние пару дней я привыкла к тому, что парни обычно в это время спорят, распределяя между собой обязанности, но сегодня меня никто не будил.

На небольшом перекатном столике, стоявшем неподалёку от кровати, лежали свежие булочки и большущая кружка кофе.

Оглядевшись, я никого в комнате не увидела. Неужели док всё же уговорил парней дать мне немного личного пространства? Странно, но особенной радости от одиночества, за которое я с таким рвением боролась, сейчас я почему-то не испытывала. То есть, неплохо, конечно, можно немного расслабиться, но не более того. Осознание этого факта несколько смутило, но я отбросила самокопание, решив уделить внимание завтраку.

Взяла пышную сдобу и с наслаждением откусила кусочек, запивая горячим чёрным кофе. Блаженство! Всё, как я люблю. Интересно, мне и искупаться дадут самой? Додумать эту мысль я не успела. Где-то за изножьем большой кровати запищал чей-то браслет-коммуникатор.

– Рам? Ты чего там прячешься? – удивлённо спросила я, обнаружив блондина сидящим на полу.

– Ты расстроилась из-за того, что мы постоянно рядом. По инструкции мы не можем оба выйти, наши передвижения отслеживаются, – сказал парень, показывая на свой браслет. – Я решил, что так ты почувствуешь себя немного свободней, – как будто извиняясь, произнёс помощник.

– Я надеюсь, Сейм не под кроватью? – спросила я, пытаясь удержаться от улыбки, но это было сложно. Во-первых, ситуация немного дурацкая, а во-вторых, парни старались пойти мне на уступки, что безумно приятно.

– Нет. Сейм отправился на тестирование уровня квалификации. Я пойду вечером. Это стандартная процедура при определении к женщине, – сообщил Рам, вставая с пола.

– Ясно. Иди завтракать. Обещаю, что больше не буду закатывать истерик, – сказала я, похлопывая по покрывалу рядом с собой.

– А это была истерика? Нам демонстрировали видеофайлы с примерами поведения женщин. Там были гораздо более… громкие случаи, – осторожно поглядывая на меня, сказал Рам и улыбнулся. Мда… Этому блондину противопоказанно улыбаться, демонстрируя очаровательные ямочки на щеках. Он даже может использовать свою улыбку в качестве оружия, заставляя меня строго следовать инструкции, потому что вот такому Раму я не смогу отказать в чём-то. – Что-то не так? – спросил помощник, заметив, что я немного зависла, разглядывая его лицо.

– Тебе очень идёт улыбка. Скажи, Рам, почему ты решил стать помощником? – уточнила я.

– Ну… меня не выбрали ни на одном из пяти отборов. Я рос в семье: у меня трое младших братьев и сестрёнка. Мне хотелось хотя бы так быть рядом с настоящей женщиной, растить детей, чувствовать себя нужным, – немного грустно ответил он.

– Ясно. Просто ты был не слишком общительным всё это время, – высказала я своё сомнение.

– Здесь уже был Сейм. Я расстроился. И так мало шансов, что ты оставишь меня себе. Каждый, кто проходит обучение, мечтает быть выбранным, а мне вроде и выпала возможность, но мы тебя явно не интересуем, как мужчины. Досадно. Как выиграть в лотерею и узнать, что нет шансов получить приз, – привёл, пожалуй, даже слишком красочное сравнение парень. – Ладно, извини за эти слова. Пошли купаться? – видя, что я доела булочку, сказал Рам, возвращая на лицо отстранённо-вежливое выражение.

– Вы уже неоднократно говорите про настоящую женщину, а что, есть какие-то ещё? – поинтересовалась я.

– Куклы. Биополимерные роботы. В каждом рабочем квартале, торговом центре, на крупных предприятиях есть комнаты для отдыха и релаксации, где можно бесплатно снять напряжение. Выглядят реалистично, но это только машины. Некоторые покупают себе личную модель, но это дорого, – скупо пояснил парень, отводя глаза.

– А ты был когда-нибудь с настоящей женщиной? – не удержалась я от вопроса, когда мы зашли в ванную.

– Нет, конечно. Я же не женат, – удивился моему вопросу Рам.

Так получается, что я и дока тут почти что девственности лишила? Эта мысль одновременно смутила и почему-то обрадовала меня.

– Можно полюбопытствовать, Арина? – отвлёк меня от размышлений Рам.

– Конечно, – рассеяно отозвалась я, наблюдая, как блондин раздевается. Нет, к этому я определённо никогда не привыкну. Смотреть, как красивый мужчина оголяется передо мной, было волнительно.

– Доктор Пирс вышел вчера из палаты какой-то растрёпанный и с мокрой головой. Что между вами произошло? – спросил парень.

– Ничего интересного. Просто беседа, – соврала я, но судя по скептическому выражению лица Рама, парень мне не поверил. – Кстати, а почему ты решил, что вы с Сеймом мне не понравились? – ловко перевела я тему.

– Ну, ты всегда хмуришься, когда мы должны тебя касаться, вздрагиваешь и ни разу не попросила доставить тебе удовольствие, – высказал мне свои умозаключения парень.

– А об этом надо просить? В смысле, это тоже входит в ваши обязанности? – образно уронив челюсть, уточнила я.

– Конечно. Мы не имеем права сами проявлять инициативу, но да – дарить женщине удовольствие – это забота и, можно сказать, привилегия помощников. Ты не знала об этом? – озадачил меня ответом блондин.

– Нет. Мне не выдавали инструкций по поводу вас. В моём понимании помощник – это как секретарь, только круглосуточный, поэтому ваши прикосновения смущали. Я не знала, как реагировать, собственно, и сейчас не знаю. Это как-то дико. Ты едва меня знаешь. Разве тебе хочется меня ласкать? – растерянно спросила я.

– Ты красивая, умная, чувственная и нежная. Почему ты сомневаешься в том, что желанна? – с соблазнительной улыбкой спросил Рам, поднимая меня на руки, чтобы занести в бассейн.

Тёплая вода приятно окутала тело, расслабляя и лаская.

– Ну, а как я должна была это определить? Да и что это меняет? Я никогда не оказывалась в подобной ситуации и понятия не имею, что дальше делать, – честно призналась я.

– А чего бы тебе хотелось? – томно спросил Рам, скользя большими ладонями по моей груди.

Глава 8. Нежность

*

Арина

*

От нежных ласк блондина по телу гуляли шальные мурашки, а сексуальное напряжение последних дней настойчиво толкало к безумствам.

– А ты? Чего ты хочешь, Рам? – таким же томным тоном спросила я, разворачиваясь лицом к парню. Помощник немного растерялся. Видимо, не готов оказался к тому, чтобы кто-то интересовался его желаниями.

– С тобой – всего, – быстро нашёлся с ответом блондин.

– Проверим? – подмигнув, спросила я, скользя ладонью по рельефному прессу до крупного члена, перетянутого кольцом контролера.

Рам вздрогнул, но не остановил меня, только прикусил аккуратную губу.

Я провела ладонью по ещё расслабленному органу, касаясь пальцами металлического кольца. Док говорил, что надо только дотронуться. Надеюсь, что он ничего не упустил. Вообще касаться члена в таком состоянии мне не приходилось. Если мы с моими немногочисленными партнёрами доходили до той стадии, где мы оба голые и ласкаем друг друга, то, как правило, были уже сильно возбуждены. То, что подлый прибор отключён, я почувствовала сразу – член в моей руке стал быстро твердеть и наливаться силой. Рам задышал громче, резче.

– Позволишь доставить тебе удовольствие? – спросил помощник, крепче прижимаясь ко мне бёдрами.

– Позволю. Попрошу. Если понадобиться, даже потребую, – ответила я, прокладывая дорожку поцелуев от одного соска цвета карамели до другого.

– Арина, что ты делаешь? – удивлённо поинтересовался Рам, кусая свои покрасневшие губы.

– А на что это похоже? – с не меньшим изумлением спросила я.

– Ты ласкаешь меня. Но я ведь не женщина. Мне не нужна стимуляция, я и так хочу, – ответил Рам.

– То есть? Ты хочешь сказать, что мужчин нельзя трогать? – растерянно переспросила я.

– Ну, в куклах есть программы стимуляции, но ими редко кто пользуется, а женщины такого не делают. Я не слышал об этом, – отозвался блондин, покрывая поцелуями мои руки.

Даже градус желания резко снизился, несмотря на неудовлетворённость. Бедные парни! Им же вообще ничего не достаётся!

– А тебе было неприятно, когда я это делала? – на всякий случай уточнила я.

– Очень приятно, только… так ведь неправильно, – смутился Рам.

– А что, и на эту тему есть инструкции? Расслабься, Рам. В сексе хорошо и допустимо всё, что приносит удовольствие партнёрам, а мне очень нравится тебя касаться. Ты сильный, привлекательный и очень сексуальный, – искренне сказала я, скользя ладонями по мускулистой груди.

Рам прикрыл глаза и выгнулся, открываясь моим ласкам. Бездна космическая! Первый раз соблазняю фактически девственника! Хотя, если считать дока, то второй, но тогда я этого не знала.

Отзывчивый, страстный, очень красивый в своём неприкрытом желании. Я не делала ничего особенного – только целовала чувствительную шею, гладила крепкую грудь, спину, сжимала в руках мускулистые ягодицы, а парень сходил с ума. Я даже начала задумываться – смогу ли я кончить, наблюдая за ярким удовольствием Рама?

– Хватит. Моя очередь, – тяжело дыша, сказал блондин, подхватывая меня на руки.

Не обращая внимания на лужи, что натекли с нас обоих, Рам понёс меня на кровать, укладывая на свежие простыни. Прохладный воздух резко контрастировал с горячими губами Рама, уверенно скользившими по моему телу. Девственник?! Не знаю, на ком или на чём блондин практиковался, но беру свои слова обратно.

– Какая ты сладкая, чувственная. Ты с ума меня сводишь, Арина, – хрипло шептал Рам, поедая меня глазами.

Последний год перед полётом, из-за постоянных тренировок у меня не было времени на личную жизнь. Возможно поэтому, а может и от осознания того, что док меня буквально вытащил с того света, я просто отпустила себя. Никакой морали или мыслей о том, что будет завтра. Ведь это неплохо – подарить Раму немного тепла и самой погреться в его объятиях? Я всегда откладывала свою жизнь на какое-то призрачное «потом», а в тот момент особенно ярко осознала, что нет никакого «позже», есть только «сейчас». Рядом со мной был невероятно горячий, сексуальный красавчик, и я таяла от его умелых, нежных рук и губ.

– Не могу больше. Иди ко мне. Хочу тебя, – задыхаясь, просила я, извиваясь и постанывая от оральных ласк, что щедро дарил мне парень. Дважды просить не пришлось. Рам уже сам дрожал от возбуждения, медленно проникая в меня.

Как мне не хватало этого чувства наполненности, чувственной жажды, ощущения солоноватой кожи и пряного мужского запаха.

Рам не спешил, осторожничая со мной, но сейчас мне хотелось другого. Толкнув парня на спину, я оседлала его бёдра, направляя в себя роскошный член. Резко, почти грубо, до упора, до звёзд из глаз. Я скакала на мужчине, не сводя взгляда с мутных от желания карих глаз, с закушенной губы, чувствуя горячие ладони, которые почти до боли сжимались на моих бёдрах.

– Давай, Арина. Сейчас. Не могу больше, – стонал Рам, но я и сама балансировала на грани.

– Помоги мне. Пожалуйста! – вскрикнула я, желая не отстать от своего партнёра.

Ловкие пальцы скользнули к жемчужине клитора, давая мне ту малость, которой не хватало, чтобы разлететься на кусочки в самом крышесносном оргазме на моей памяти.

Приходила в себя медленно. Рам меня нежил, целовал, убаюкивал в объятиях. Так приятно, так… тепло. Не физически, а как будто грели мою душу, бесконечно замёрзшую. Нет. Не из-за сотен лет в капсуле, а за те годы одиночества, когда я осознала, что осталась совсем одна, никому не нужным подростком пятнадцати лет.

Глаза защипало от непролитых слёз, но постаралась поскорее их прогнать. Не хватало ещё, чтобы Рам счёл меня слезливой истеричкой.

– Спасибо, – сдавленно произнесла я, намереваясь поцеловать своего любовника. Я благодарила его не за прекрасный секс, а за эти мгновения заботы и нежности, но открыв глаза, увидела то, чего сразу не поняла, пребывая в эйфории – меня обнимал не один, а двое мужчин!

– Сейм?! – удивлённо дёрнулась я.

Глава 9. Помощник

*

Арина

*

– Сейм?! – удивлённо дёрнулась я. – Бездна! Ты когда вернулся? – спросила я, отчаянно краснея.

– Недавно. Почему ты смутилась? Неприятно моё присутствие? Ты просила помочь, я думал, что ты заметила меня. Прости, – расстроился брюнет, отодвигаясь от меня.

В пылу страсти я действительно что-то такое кричала, но ведь я не подозревала, что мы не одни, как и не заметила, что касался меня не Рам, а другой помощник. И как на всё это реагировать? Рам невозмутимо обнимал меня за талию, никак не реагируя на присутствие второго мужчины, а Сейм встал и включил робота-уборщика, который мерно загудел, убирая с пола воду.

– Рам, Арина замёрзнет. Заверши купание, а я пока перестелю кровать, – стараясь не смотреть на нас, произнёс Сейм.

– Ты прав, – на удивление не стал спорить блондин, вставая с постели и подавая мне руку.

Не соблюдая церемониал, я с разбегу прыгнула в бассейн, поднимая тучу брызг.

– Блин! Как неудобно. Понятия не имею, как теперь вести себя с Сеймом, – призналась я, со стоном погружаясь под воду, но Рам меня быстро вынул и посадил в то самое подводное кресло.

– В каком смысле? – не понял меня блондин, зарываясь пальцами в мои волосы, чтобы распределить шампунь.

– Я не заметила его. Мы занимались сексом прямо перед Сеймом, – досадливо простонала я, закрывая лицо руками.

– Ну и что? Он твой личный помощник, как и я. Предполагается, что мы всегда, ну или почти всегда будем рядом. Или ты решила от него отказаться? – нахмурившись, спросил Рам, а мне захотелось побиться головой о стену.

– Да не знаю я! Я не понимаю, для чего двум взрослым мужикам ходить за мной тенью, как реагировать на весь этот бред? Да, вы объяснили, но одно дело знать, а другое – полностью принять это. Прости, Рам, но для меня обнажённый мужчина рядом – это любовник, тот, кому я готова довериться, а не просто прислуга. Самое ужасное – это то, что Сейм меня тоже привлекает, как и док. Может, я становлюсь просто распущенной? Девицей, которая не знает меры? – высказала я то, что меня тревожило. А что? Вдруг я и правда превратилась в нимфоманку в мире, наполненном красавцами? Жуть!

– Мне тоже непросто тебя понять. У нас нет такого определения, как мера в личных отношениях. Женщина выбирает столько мужчин, со сколькими ей будет комфортно жить, и чем больше парней она в состоянии одарить своим вниманием, тем выше её положение в обществе. Одиночество губительно, Арина. Личные помощники – это не прислуга, а тень, защитник, друг и да – любовник чаще всего. Я не должен тебе этого говорить, но если тебе интересно моё мнение, прошу не отказываться от Сейма. Я давно с ним знаком и видел, как он на тебя смотрит. Разве тебе так плохо рядом с нами? – разворачивая меня к себе лицом, спросил Рам, чем озадачил меня.

– Я запуталась, – призналась я, утыкаясь лбом в грудь блондина.

– Ты слишком много думаешь. Тебе почему-то важно, чтобы тебя не осудили, но никто не собирается тебя упекать, Арина. Ты – надежда для каждого из нас. Только тебе решать, кто будет греться твоим теплом, – нежно поглаживая мои плечи, успокоил меня парень.

– Рам? – позвала я парня, поднимая голову, чтобы посмотреть в его умные карие глаза.

– Что? – с мягкой полуубылкой отозвался он, осторожно касаясь моей скулы костяшками пальцев.

– А ты хочешь быть со мной навсегда? Мужем, а не помощником? – спросила я, затаив дыхание.

– Я уже и так твой. А в остальном… не нужно менять мой статус. Мне не выстоять против кандидатов муниципалитета. Там всё сложно. Не хочу тебя сейчас пугать или забивать голову законами и условностями. Оставь нас обоих с Сеймом за собой помощниками. Вместе мы сможем тебя защитить, – попросил блондин, но его улыбка стала светлее, ярче.

– Хорошо. Пусть пока будет так, но когда всё уляжется, я снова задам тебе этот вопрос и не позволю увильнуть от ответа, – согласилась я и потянулась за поцелуем.

Нет, это была ещё не любовь. Просто мне так приятно было знать, что есть тот, кто найдёт нужные слова, чтобы меня успокоить, утешить. Раз мне суждено выбрать несколько мужчин, то почему это не может быть Рам? Нежный, заботливый, умный и потрясающе красивый мужчина – о таком муже я раньше могла только мечтать. Пусть я не планировала такого поворота, но и категорически отказываться от него больше не собиралась.

– Надо выбираться из воды, – хрипло сказал Рам, нехотя отстраняясь от меня.

– Хорошо. Когда тебе нужно иди на тестирование? – спросила я.

– Раз Сейм уже тут, то пойду сейчас, как только соберусь, – ответил блондин, вынимая меня из воды.

Рам оделся и перекусил вместе со мной, а потом ушёл по делам, оставляя меня наедине с Сеймом.

Помощник не спешил заводить какие-либо разговоры, за что я ему была благодарна. И всё же между нами повисло какое-то напряжение. До сегодняшнего утра даже молчать рядом с Сеймом было уютней, а сейчас недосказанность давила.

Я уже почти решилась начать новый тяжёлый разговор, когда дверь открылась, впуская доктора.

– Сейм, оставь нас, – отрывисто сказал док, но в этот раз помощник не спешил выполнять команды начальника.

– Не положено, – упрямо отозвался парень.

– Сейм, пожалуйста, – попросила я.

Помощник недовольно поджал губы, но кивнул, оставляя меня с Шадом наедине.

– Что случилось, док? – спросила я, глядя на то, как обычно спокойный мужчина нервно мерит шагами комнату и ерошит рукой тёмные волосы.

– Что ты со мной сделала, Арина? – как-то растерянно спросил Шад, украдкой поглядывая на меня.

Глава 10. Проблема дока

*

Арина

*

– Не понимаю, о чём ты? – удивлённо спросила я, глядя на взвинченного мужчину.

– Я не могу сосредоточиться, не могу работать, едва не запорол образцы. У меня даже руки дрожат от какого-то странного нервного напряжения. Я, как озабоченный гормонами юнец, только и думаю о том, что между нами произошло в ванной. Пытался найти своему состоянию логическое объяснение, но компьютер выдаёт только какие-то эмоциональные бредни про влюблённость, – с отчаянием признался Шад, даже не осознавая, что по-своему только что признался мне в зарождающихся чувствах.

– Да ты романтик, док, – усмехнулась я, наслаждаясь растерянностью мужчины.

– Романтик? Не говори глупостей, Арина. Я просто не понимаю, что со мной происходит, и мне не у кого уточнить. Мужчины, которые состоят в семейных ячейках, неохотно делятся своим опытом, да и неприлично подобное спрашивать. Я реаниматолог, поэтому ничего не знаю о биохимии взаимодействия с женщиной. Может, это какая-то зависимость? В твоём времени межличностные отношения были нормой. Ты слышала о подобном? – продолжая метаться по комнате, спросил Шад, заставляя меня улыбнуться.

– Это называется влечением, док. Это состояние никак не лечится. Ты можешь принять то, что происходит, и попробовать строить со мной отношения, или отказаться. Это трудно и мучительно, но это только твои эмоции, – честно сказала я, вызывая почти панику у обычно невозмутимого мужчины.

– Что же мне делать? Я не могу в таком состоянии нормально работать, а успокоительное совершенно не помогает, – признался он, устало опускаясь на небольшую софу.

– Сбросить сексуальное напряжение? – как вариант предложила я, специально смущая мужчину.

– Не получается. Я не хочу кукол. Мне теперь противно их касаться, – нехотя произнёс док, отчаянно краснея.

– Ты мне тоже нравишься, Шад, но что, по-твоему, я должна сделать? Снова помочь тебе кончить? – ехидно спросила я.

– Издеваешься, да? Я не должен был приходить. Забудь, – обиделся Шад, собираясь уйти, но я преградила ему дорогу, вынуждая опуститься обратно на диван.

– Слушай, ну не кипятись. Мне тоже всё это диковато. Думаешь, я привыкла к тридцатилетним девственникам? Я не знала, вернее не думала, что задену твои чувства. Хотела только, чтобы ты ощутил то, как смущают меня прикосновения взрослых красивых парней, – призналась я, присаживаясь к Шаду на колени.

– Мне тридцать семь, Арина. Я уже не могу участвовать в отборе, хотя к кандидатам в твои супруги такие требования, что я бы и в лучшие годы не прошёл бы кастинг. Как видишь, пытаться строить с тобой отношения не получится. Прости. Мне, правда, не стоило приходить. Просто… я не ожидал, что со мной может случиться что-то подобное, – как-то грустно улыбнулся док.

– Прекрасный возраст. Мне нет дела до их кастингов, Шад. Раз уж необходимо несколько мужчин, чтобы жить по правилам Нового Марса, то выберу я их сама. Важно знать – желаешь ли ты быть со мной? Не на тех условиях, которые прописаны в ваших дурацких правилах, а как мой муж – один из тех, с кем я буду делить все радости и горести, растить детей и стариться вместе. Ты этого хочешь? – серьёзно спросила я, пытливо всматриваясь в зелёные глаза.

– Арина… – выдохнул моё имя Шад, сжимая меня в кольце своих рук.

– Это да? – спросила я, зарываясь пальцами в короткие тёмные пряди.

– Ты мечта, Арина, – моя тайная фантазия. Не заставляй меня надеяться, разочаровываться будет больно, – дрожа от напряжения, сказал Шад.

Что я могла на это ответить? Никто не знает, что будет завтра, я сама могла только верить, что всё будет хорошо.

Я сама потянулась к его губам, нежно касаясь, как будто приглашая. Шад целовался не так умело, как Рам, хотя это и понятно – откуда взяться опыту? Но та страсть, почти отчаяние, с которым отвечал мне док, заводила не меньше.

– Доктор Пирс, вас разыскивал секретарь. Он не может вам дозвониться, – раздался за спиной спокойный голос Сейма.

– Да. Сейчас, – хрипло ответил моему помощнику Шад. – Мне нужно уйти, Арина. Я и так нарушил все инструкции, которые только можно было нарушить, – нежно погладив меня по щеке, признался док.

– Иди, – нехотя отпустила я мужчину, покидая его колени.

Блин! До чего же перед Сеймом неудобно! Сегодня он дважды заставал меня в пикантной ситуации, причём с двумя разными мужчинами.

– Тебе нельзя быть с доктором Пирсом, Арина, – предупредил меня парень.

– Я взрослая самостоятельная женщина и не собираюсь спрашивать у кого-то разрешения, – огрызнулась я, недовольная услышанным.

– Ты права: никто не может ограничить тебя в чём-то. Вот только связь с пациенткой – это грубейшее нарушение врачебной этики. Если узнают, то у доктора Пирса будут серьёзные проблемы вплоть до лишения лицензии. Он один из ведущих специалистов клиники и любит свою работу, – ответил Сейм, заставляя меня похолодеть от страха.

– Ты собираешься доложить о том, что видел? – спросила я. Как-то я зациклилась на своих переживаниях и совершенно не подумала о том, что подвергаю карьеру Шада угрозе.

– Нет, хотя должен, – сердито отозвался Сейм.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я помощника.

– Почему он, Арина? Ладно Рам – мы разные, но почему доктор Пирс? Мы из одной линии, я моложе, обучен дарить наслаждение, и я видел, что ты отзывалась на мои прикосновения – так почему не я? – решился на свою версию истерики Сейм.

– Что ты хочешь услышать? Мне нужно перед тобой оправдываться? – разозлилась я.

– Нет. Простите. Я больше не побеспокою вас подобными глупостями, Арина, – перешёл на официальное обращение парень, дистанцируясь от меня.

– Сейм, ну прости. Я не хотела на тебя кричать. Бездна космическая! Я не знаю, как себя вести в подобной ситуации – к такому нас не готовили в учебном центре, а моя личная жизнь никогда не была настолько… богата событиями. Ты, Рам, док – вы все мне нравитесь, и это неправильно. Я не могу сравнить тебя и Шада. Вы абсолютно разные несмотря на то, что похожи, как братья. Вы твердите, что я могу и должна понять реалии Нового Марса, только принять всё это не так просто. Для всего мира прошло несколько сотен лет, а я только несколько дней как проснулась, родившись в дремучем средневековье по вашим понятиям, где не было всего этого. Мне трудно и стыдно. Кажется, как будто я веду себя распутно и недопустимо. Может… дай мне немного времени, что ли. Я понимаю, как эгоистично просить тебя о подобном, но потерпи, пожалуйста, – устало опустившись на софу, произнесла я, глядя на застывшего неподвижной статуей темноволосого помощника.

– Ты не откажешься от меня? – немного оттаяв, спросил Сейм.

– Если ты сам не хочешь освободиться от меня, то нет, – отозвалась я.

– Прости меня, Арина. Ты права, я не имел права на эти высказывания. Не хотел расстраивать, просто боюсь тебя потерять, – признался парень, опускаясь передо мной на корточки.

– Почему всё так сложно, Сейм? – спросила я, обнимая парня за шею.

– Я читал, что чувства не бывают простыми, – ответил Сейм, крепче прижимаясь ко мне.

– Хорошо, что вы поговорили. Я сдал тест. Можем теперь погулять, – радостно сообщил Рам, незаметно появившийся в гостиной.

– Надо вам колокольчики на шею надеть, – проворчала я, отстраняясь из объятий брюнета.

– Зачем? – удивился Сейм.

– Чтобы вы больше не подкрадывались. Я скоро заикаться начну, – хмуро отозвалась я, вызывая дружный смех помощников.

Глава 11. Статус

*

Арина

*

Впервые с того момента, как я очнулась на Новом Марсе, мне позволили немного уединения. Самостоятельность моя была относительной, и всё же. В паре метров под дверью наверняка чутко прислушивались к каждому шороху Рам с Сеймом, но в спальне я была одна.

Первое, что я сделала – это подошла к высокому зеркалу, внимательно рассматривая новую Арину. Конечно, я уже видела себя, но пристально разглядывать собственную персону при парнях было как-то неудобно. От того, какой я себя помнила, отличия были незначительными, но приятными: та же спортивная фигура с тонкой талией и стройными ногами. Грудь хотелось бы немного увеличить, но моя полновесная троечка тоже смотрелась вполне достойно. Лицо от всех притирок и кремов, которыми меня тщательно обрабатывали утром и вечером, посветлело, да и регулярный восьмичасовой сон с массажами сыграли не последнюю роль. Волосы, не были, как обычно собраны в короткий небрежный хвостик, а струились по плечам длинными блестящими блондинистыми завитушками. Если честно, то, что я счастливая обладательница натуральных кудряшек, стало для меня откровением. Я всегда считала, что волосы у меня просто непослушные, поэтому безжалостно выпрямляла их утюжком, или феном, а на самом деле – вот!

Оттянув упругий локон, улыбнулась своему отражению и вынула из шкафа красивое платье-футляр небесно-голубого цвета.

Нужно поскорее собраться. Собственно, поблажку с уединением мои помощники сделали не просто так – через час состоится консилиум докторов и чиновников, на котором меня должны признать здоровой, совершеннолетней марсианкой и назначить дату отбора. Обычно его начинают сразу же, но это несколько не входило в мои планы.

– Арина, у тебя всё хорошо? – послышался из-за двери неуверенный голос Рама, заставив меня закатить глаза.

– Да. Входите уже, – позвала я парней, и те не замедлили появиться.

– Отличный выбор! Очень идёт к твоим голубым глазам. Сейчас я нанесу немного косметики, чтобы выделить скулы и губам добавим блеска. Я же говорил, что в этом ты будешь ещё красивей, – суетился вокруг меня Сейм, пытаясь скрыть собственное волнение.

Причин для переживаний было достаточно: во-первых, я пока не получила ответа на своё прошение закрепить за мной обоих помощников, во-вторых, за всю неделю я больше ни разу не видела Шада, а в-третьих, я даже покидая детский дом так не нервничала, как сейчас.

Переживали и парни. За эти дни я привыкла к ним обоим, научилась чутко отслеживать эмоции на красивых мужественных лицах, но… ничего более пикантного, нежели пресловутое купание, в наших отношениях больше не позволяла.

Мы всё время были втроём, что не располагало к интиму. Рам с Сеймом кидали на меня тоскливые взгляды, но я была непреклонна, считая, что надо сначала решить все юридические вопросы, придумать, как включить Шада в мой отбор, а потом уже разбираться с тем, как мы будем существовать «обычной» новомарсианской семьёй.

Для этого я усиленно изучала многочисленные законы, положения и прочее, но пока ситуация выходила нерадостной – док считался вышедшим из брачного возраста, поэтому претендовать на меня не имел права. Единственным отдалённо похожим случаем из практики было заключение союза женщины с неподходящим мужчиной на основании личного решения наместника Нового Марса. Осталось придумать, как убедить этого самого чиновника со всей серьёзностью отнестись к моему желанию.

– Готова? – спросил Рам, ободряюще обнимая меня за плечи.

– Конечно! – с энтузиазмом, которого на самом деле не испытывала, ответила я, следуя за Сеймом к выходу из нашей палаты.

Здание клиники чем-то напоминало торговый центр с лифтами, стеклянными перегородками и мониторами, транслировавшими картинки со счастливыми хм… ячейками, только вместо магазинов были кабинеты. В коридорах суетился медицинский персонал, и неспешно ходили мужчины-клиенты. Женщину я видела лишь однажды, и то практически не рассмотрела её за спинами мужей или помощников. Впрочем, меня Рам с Сеймом тоже на обозрение сильно не выставляли. Мы с ними изредка прогуливались до внутреннего дворика центра, где была небольшая оранжерея и кафе, но в остальном я ещё фактически не видела Нового Марса.

Сегодня в просторных коридорах было значительно более многолюдно, поэтому кроме моих парней меня сопровождали ещё двое мужчин из технического персонала центра репродукции.

– А вот и главная пациентка нашего учреждения! – неоправданно радостно провозгласил какой-то импозантный пожилой мужчина в бело-голубом костюме медика, как только мы вошли в просторный зал, заполненный незнакомцами в строгих костюмах.

Белые, серые, синие – наряды отличались в основном цветом, а крой был почти одинаковым – куртки с воротником стойкой и классические брюки из незнакомой мне ткани. А вот мужчины… столько совершенных самцов в одном месте я никогда не видела. Моё чувство прекрасного тихо млело где-то внутри, но я не спешила показываться из-за широкой спины Рама.

– Ну что же вы, Арина. Не робейте. Дайте нам полюбоваться на ожившую надежду Нового Марса, – как ребёнка уговаривал меня пожилой доктор.

Собравшись с духом, я гордо задрала курносый нос и вышла из-за спины помощника.

В зале навскидку было более двух сотен одних мужчин и все дружно загудели, обсуждая меня между собой. По мне скользили сальные взгляды сотен глаз, вызывая глупое желание прикрыть руками причинные места, потому что возникло ощущение, что я стою перед ними голой.

– Представьтесь, пожалуйста. Назовите своё имя и возраст, – произнёс высокий, крупный брюнет, из тех генетических линий, которые пока мне не встречались.

– Шапкина Арина Сергеевна, двадцать пять лет, то есть было когда-то столько, – немного растерялась я.

Получается, что сейчас мне где-то пятьсот шестьдесят восемь лет. Жуть!

– Доктор Пирс, что скажете о физическом здоровье и эмоциональном состоянии пациентки? – спросил тот же мужчина.

Из толпы вышел Шад. Он избегал смотреть на меня, а обращался непосредственно к задавшему вопрос.

– Повреждение тканей, вызванные разгерметизацией криокапсулы устранены без последствий для здоровья пациентки. Восстановительный процесс успешно завершён. Повреждений центральной нервной системы диагностировано не было. Психологические тесты отклонений от нормы не выявили. Резко негативная реакция была зарегистрирована исключительно на информацию, связанную с культурными изменениями произошедшими за период криосна Арины. Я считаю, что пациентке необходимо продлить срок адаптации… – холодным безэмоциональным голосом вещал док, но чиновник его грубо прервал.

– Достаточно, доктор Пирс. Из вашего доклада очевидно, что Арина Шапкина находится в здравом уме, дееспособна и не имеет проблем репродуктивной функции. Мы вас верно поняли? – уточнил строгий дядечка в сером костюме.

– Всё так, – подтвердил Шад.

– Отлично! Принимая во внимание ваше заключение, как глава муниципалитета и верховный наместник государственной власти, я объявляю Арину Шапкину совершеннолетней, дееспособной гражданкой Нового Марса! – торжественно произнёс мужчина, приближаясь ко мне. Чиновник надел на меня браслет-коммуникатор и приобнял меня за плечи, заученно улыбаясь летающим камерам, которые кружили вокруг нас.

– Официальная часть слушания объявляется закрытой. Посторонним просьба покинуть зал, – звучно сказал кто-то, выпроваживая большую часть мужчин из помещения. К счастью, Шад остался. Я очень хотела с ним поговорить, но не решалась подойти, чтобы не привлечь ненужного внимания присутствующих.

– Ну что же. Теперь обсудим частные вопросы, Арина, – произнёс наместник, поворачиваясь ко мне.

Глава 12. Игра словами

*

Арина

*

– Я не вижу причин затягивать с вашей реабилитацией, Арина. Предлагаю прямо сейчас объявить отбор. Вы же не будете спорить с тем, что лучше всего привыкать к чему-то новому в кругу семьи, окружённой заботой и любовью мужей? – лихо загнул этот политикан.

– Я не чувствую себя готовой к такому решительному шагу. А кроме того, не решён ряд вопросов, без которых отбор не может быть назначен. В частности, не утверждён статус моих помощников и не согласован список кандидатов, – блеснула я новыми знаниями, осаждая пыл мужчины.

– Но у вас нет родственников, Арина, а ваши права были утверждены всего несколько минут назад. Хотя я рад, что за столь короткий срок вы успели поинтересоваться нашими законами, – с лживой улыбкой произнёс наместник. Тому, что у меня больше одной извилины, этот дядечка «рад» точно не был.

– Раз уж права у меня появились, то я требую их соблюдения, – с такой же «милой» улыбкой отозвалась я.

– Проблема в том, Арина, что вы пока никого тут не знаете. Какой смысл показывать вам списки, если имена ни о чём вам не скажут? – попытался настоять на своём чиновник.

– Вы отказываетесь соблюдать букву закона? – притворно ужаснулась я.

– Ну что вы?! Конечно же, мы предоставим вам списки, – нахмурившись, ответил наместник, кивая своему секретарю.

Тот что-то набрал на планшете, после чего мне на новенький коммуникатор прибыло сообщение со списками кандидатов.

– Я удовлетворил вашу просьбу. Мы можем начинать отбор? – поинтересовался наместник.

– Не совсем. Я так и не получила документ, утверждающий за мной права на помощников, – ответила я, перелистывая файлы на активированной виртуальной панели. Благо, Рам меня научил пользоваться этим мудрёным, но очень полезным девайсом.

– Это продиктовано исключительно заботой о вас. Вы же не видели ещё ничего и никого, кроме ограниченного круга персонала клиники. Было бы нечестно позволить вам принять столь ответственное решение о пожизненных обязательствах, не ознакомив вас со всеми вариантами. Озвученная заявка… интересна, но есть более подходящие варианты. В том числе из тех же генетических линий, – самодовольно изрёк политик.

– Меня признали дееспособной, а это значит, что за свои действия и решения я несу индивидуальную ответственность, как и то, что я имею права принимать самостоятельные решения, независящие от воли посторонних людей. Я не имею привычки менять свой выбор. Своими помощниками я желаю утвердить Рама и Сейма, – не уступила я.

– До чего же вы упрямая девушка, Арина! – без намёка на восторг, воскликнул чиновник. – А если из их линий? Какая вам разница? Выглядеть парни будут так же, – похоже, из чистого упрямства поинтересовался дядечка.

– Скажите, наместник… – я замялась, не зная имени политика.

– Дейл Карвер, – услужливо подсказал мне секретарь.

– Так вот, скажите мне, мистер Карвер, сколько мужчин вашей линии в данный момент проживает на Новом Марсе? – поинтересовалась я.

– Более двух тысяч, насколько я помню. К чему эти глупые вопросы, Арина? – терял терпение наместник.

– Какая разница, кто из ваших однолинейников будет наместником? Может, выбрать более подходящего кандидата? – ехидненько спросила я.

Сначала суровый дядечка покраснел от напряжения, потом пошёл белыми пятнами, а в конце неожиданно рассмеялся.

– Пусть будет по-вашему, госпожа Шапкина, – отсмеявшись, произнёс он, и услужливый секретарь буквально за несколько минут скинул мне утверждённые формы.

Я дотошно прочитала документы, после чего мило улыбнулась наместнику.

– С вами приятно иметь дело, мистер Карвер, – сказала я.

– Раз все ваши просьбы удовлетворены, я предлагаю начать отбор, – торопил он.

– Я немного устала, честно признаться, – решила я немного оттянуть момент истины.

– Вам только и нужно, что выбрать себе пару парней. Всё будет естественно. Никто не будет давить на вас или вмешиваться, – радостно вещал пожилой врач, заставляя мой глаз нервно дёрнуться.

Как-то не разделяла я его оптимизма относительно подобного… приобретения. Похоже, затянувшееся мероприятие сильно нервировало руководителя клиники. Шад же с болью и виной смотрел на меня, стараясь передать, что не может что-то изменить.

– Не менее пяти мужчин. Ну, для вариации генома, – поправил доктора незнакомый слащавый блондинчик, выглядывая из-за спины своего начальника.

– Пять мужиков для одной меня?! Это вы называете «естественно»?! – возмутилась я, не выдерживая такого издевательства над моими подмороженными нервными клетками.

– Сегодня вам нужно выбрать только одного. Поверьте, в списке только лучшие представители каждой линии, и все они здесь, – обведя рукой огромную толпу молодых парней, сказал чиновник.

– А вдруг я кандидатам не понравилась? Ведь они только что увидели меня, – аккуратно подводила я наместника к нужной мне фразе.

Толпа возбуждённо загудела, очевидно, пытаясь уверить меня в обратном.

– Поверьте мне, Арина, абсолютно любой неженатый мужчина в этой комнате сочтёт честью назвать вас женой и предоставить свой дом, – попался-таки на мой крючок дядечка политик.

– То есть я прямо сейчас могу начать отбор, показать пальцем на любого неженатого мужчину в этой комнате, и он сразу станет моим супругом? – коварно спросила я.

– Конечно! – радостно отозвался глупый наместник, захлопывая капкан.

– Хорошо. Тогда я начинаю отбор, и выбираю его, – не менее воодушевлённо ответила я, указывая на растерянного Шада.

Глава 13. Условия

*

Арина

*

– Я не совсем это имел в виду. Неожиданный выбор, – растерянно произнёс наместник.

– Что-то не так? Вы же сами сказали, что я могу выбрать любого неженатого мужчину. Я уточняла – доктор Пирс не состоит в семейной ячейке, – старательно хлопала ресницами я, изображая недоумение.

Толпа соискателей на вакантные места моих супругов загудела, выражая своё недовольство. Вот странные люди – оно им надо? Парни меня впервые в глаза видят и уже успели ознакомиться с моим непростым характером, и всё равно не растеряли желания связать себя священными узами брака.

Кстати, на Новом Марсе запрещены разводы, что меня удивило. Так что если мужья меня не устроят, то будут просто отлучены от тела, а свободы никогда не получат. Женщина же может выбрать себе новых мужей, не заботясь мнением остальных. Странное понятие о семье, и всё же.

– Но такой выбор некорректен! Доктора Пирса нет в списках, – неожиданно возмутился секретарь.

– Вы сами виноваты, что не дали мне времени ознакомиться с документами! И вообще, не понимаю вашего возражения – отбор по всем правилам начат, мужа я выбрала. Если вам так принципиально – допишите моего избранника в список, – продолжала я прикидываться дурочкой.

– Это невозможно. Доктор Пирс вышел из брачного возраста, – не сдавался помощник наместника.

– Какие глупости! Я вижу перед собой молодого и привлекательного мужчину. Какое мне дело до каких-то цифр? – отозвалась я, шокируя часть собравшихся.

– Чисто теоретически, это неоптимальный возраст для зачатия, – вмешался пожилой доктор, возмущая меня.

– Я готова рискнуть. Кроме того, у меня ведь будут и другие мужья, которые наверняка подарят мне счастье материнства, – решила выдать я немного авансов, чтобы продавить согласие наместника.

– Почему именно доктор Пирс? Он не уникален, у вас уже есть помощник из этой генетической линии, да и мужчина старше вас значительно. Поймите правильно, Арина, дав согласие на этот брак, я, скорее всего, лишу одного из подходящих вам кандидатов шанса обрести своё семейное счастье, – справившись с удивлением, вернулся в беседу чиновник.

Толпа смертников одобрительно загудела.

– Вы забываете о чувствах. Вот он говорил, что на мой выбор не будет оказываться давления. Док был первым, кого я увидела, открыв глаза после многолетнего сна, и… я пропала. А у вас бы не дрогнуло сердце, если бы вас спасла прекрасная женщина? Мои гены не содержат изменений, поэтому в теории мне подойдёт любой мужчина Нового Марса. Так почему я не могу выбрать того, в кого влюбилась? – говорила я, запинаясь и краснея от настоящего смущения. Конечно, я сильно преувеличила свою впечатлительность и влюбчивость, да и не могу с полной уверенностью определить свои чувства к Шаду, но люди во все времена любили романтические сказки.

– Арина, доктор Пирс очень много времени проводит на работе. Он просто не сможет выполнять все обязательства брачного контракта, – зашёл с другой стороны пожилой главврач клиники, едва не разрушив всё, чего я добилась своим спектаклем.

Наместник подобрался и даже поджал губы, намереваясь продолжить жаркий спор, поэтому я решила продолжать давить суровым марсианам на эмоции.

– Вы хотите, чтобы я создала семью, а не новое предприятие, где мужчины трудятся на моё благо, а в семьях принято заботиться друг о друге и идти на уступки, решая спорные вопросы. Я могу отказаться от части своих прав, как и док может немного меньше работать, – пытаясь выдавить скупую слезу, тихим срывающимся голосом отозвалась я.

Не могу сказать, что сработало именно это, но помощь подоспела оттуда, откуда я не ждала.

– Извините! Прошу прощения! Дайте пройти! – активно проталкивался через толпу кандидатов высокий, но худенький мужчина. Он сильно отличался от собравшихся в зале парней своей гламурностью, я бы так выразилась. В блондинистых волосах парня сверкали стразы, а на обычной серой куртке красовались цепочки и металлические шипы. Выглядел он какой-то нелепой пародией на байкера-заморыша, чем вызвал у меня улыбку. В руках парень держал пульт, очевидно управлявший летающими камерами, которые на время остановились и перестали весело моргать красными огоньками. – Наместник Карвер, вы ведь знаете, что в последнее время нарастает недовольство мужчин условиями брачных контрактов. Госпожа Шапкина и так сенсация, но мы можем превратить её в сказку. Покажем не только мужчинам, но и женщинам, как сильно мы отклонились от понятий любви и семьи. Мы можем растиражировать историю о несчастном влюблённом докторе и смелой девушке, готовой отстаивать свои чувства. Только подумайте, как это поднимет рейтинги государственного канала и ваши лично. Из отбора мы можем устроить шоу. Пусть девушка знакомится с кандидатами, общается, а мы вместе со зрителями будем наблюдать за развитием новых любовных линий! – едва не подпрыгивая на месте от восторга, заявил этот блестящий гадёныш.

Толпа кандидатов снова загудела, но они мало интересовали меня.

Вокруг наместника сгруппировались представители муниципалитета, главврач и секретарь. Пока они шушукались о своём, я украдкой бросила взгляд на Шада. Я не собиралась превращать его и свою жизнь в шоу, и мне было неловко от того, что я ему фактически не оставила выбора. К счастью, Шад расстроенным не выглядел – немного дезориентированным и взволнованным, но при этом смотрел на меня с неприкрытой нежностью, заставляя покраснеть, как школьницу.

– Прежде, чем снова включат камеры, я хотел бы обсудить с Ариной некоторые нюансы, – подошёл ближе политик, одаривая меня многообещающим взглядом.

Шкафообразные охранники оттеснили всех на несколько метров от нас.

– Вы коварная девушка, госпожа Шапкина. Будем считать, что я купился на эту уловку, но вы ведь понимаете, что я выдвину свои условия? Никогда не имел дела с такими продуманными представительницами прекрасного пола, но это даже к лучшему. Заключим сделку, как два деловых человека. Раз вы так желаете заполучить в мужья доктора Пирса, то я тоже потребую от вас выполнения своей части уговора: во-первых, никакого шоу из отбора мы устраивать не будем, несмотря на всю заманчивость идеи, но всесторонне растиражируем вашу с доктором свадьбу, как и последующие церемонии. Я не позволю, пользуясь публичностью отбора, отказаться от основной выгоды – получения вашего потомства от представителей минимум пяти генных линий. Нам важнее возрождение здоровых генов. Во-вторых, вы не будете затягивать с выполнением обязательств. На каждого нового мужчину вам будет дана неделя. Через неделю вы назовёте мне второе имя. Предвосхищая очередную хитрость, оговорюсь сразу – выбирать своих помощников я вам запрещаю, – жёстко оговорил рамки наместник.

Всё-таки не настолько хорошо меня подготовили в центре, чтобы обмануть тёртых политиканов.

– А что будет, если я вовсе откажусь выбирать? Пусть не позволите вы брак с доком, но и других кандидатов я не выберу. Вы не имеете права меня принуждать, – огрызнулась я, понимая, что уже проиграла эту битву.

– Жаль. Вы казались мне умнее. Но раз так хотите, я озвучу перспективу: первыми я отниму у вас помощников. Вижу, что вы привязались к мальчикам. Доктор Пирс лишится работы, лицензии и возможности работать по специальности за нарушение врачебной этики. У нас есть записи с камер наблюдения, установленных в ваших больничных покоях. Но если даже этого вам покажется недостаточно, то всегда есть закрытые учреждения, куда мы можем поселить вас и медикаментозно стимулировать желание хм… размножаться, – угрожающим шёпотом прошипел наместник.

– Не нужно. Я согласна на сделку, – ответила я, но не смирилась с теми рамками, в которые меня хотят загнать.

– Вот и чудесно! Сейчас я озвучу своё решение, а вы радостно доиграете влюблённую Джульетту. И не забывайте: пять недель – пять супругов, а дальше живите и размножайтесь в своё удовольствие, – с акульей улыбкой произнёс наместник, подавая остальным знак, что мы возвращаемся к спектаклю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.