Мира Янина
Выбирай, Макс

От автора

Дорогие читатели!

Прежде, чем вы нырнёте в очередной фантастический неизведанный мир «Выбирай, Макс», я хочу дать вам напутствие. В ваших руках первая часть дилогии, выпускающейся в непростое время независимым автором. Так получилось, что первая написанная мной книга выходит в свет второй, следом за «Хомо, деус, андро». Кто-то из читателей ждёт новинку, кто-то только собирается со мной познакомиться через эту историю, и, надеюсь, я не разочарую ни тех, ни других.

Дважды рукопись «Выбирай, Макс» ангажировалась подростковыми издательствами, и дважды контракт так и не был подписан. На данный момент я не могу позволить себе самиздатный печатный тираж, но и не вижу смысла больше оттягивать выпуск. Возможно, история Макса станет для кого-то той самой соломинкой, ухватившись за которую он сможет вытащить себя к свету, найти своё место в безумном мире, начать действовать и стать чуточку счастливее.

Книга была написана в 2019 году с ориентацией на подросткового читателя с достаточно простой лексикой, но, как хочется верить, с достойным закрученным сюжетом. Все персонажи вымышленные, любые совпадения случайны, а проведённые читателем аналогии зависят от его жизненной позиции и бэкграунда.

Я буду рада получить обратную связь в виде ваших отзывов и обсудить «Выбирай, Макс» в моём блоге Books_of_mirа.

Приятного чтения!

Пролог

[ВНИМАНИЕ! В шестнадцатом блоке тридцать четвёртой секции произошло возгорание. Просьба немедленно покинуть помещение. Сохраняйте спокойствие и двигайтесь согласно плану эвакуации. ВНИМАНИЕ…]

Равнодушный женский голос вещал из динамиков одно и то же сообщение. Над шлюзами горели оранжевые таблички «Выход», но Никлаус не обращал на них внимания и двигался по собственному маршруту, на ходу отдавая распоряжения по внутренней связи.

– Пожарные прибыли? – он сделал очередной звонок начальнику службы спасения.

– Огонь взят под контроль, Советник. Пункт помощи пострадавшим развернули на площади.

– Сколько погибших?

– Несколько десятков, но нам ещё предстоит разбирать завалы.

Глава Городского Совета вынырнул из узкого тоннеля на площадь. Он хотел лично убедиться в слаженной работе спасателей, оценить ущерб и дать распоряжения. Запах гари уже просочился сюда, и выветривать его предстояло несколько недель…

– Никлаус, я нигде не могу найти Макса! – Оливия схватила мужа за рукав.

«Внимание! В шестнадцатом блоке…»

– Только не говори, что он там, – в глазах женщины стояли слёзы.

Никлаус молча развернул на планшете поиск и ввёл идентификатор сына. Зелёный маячок мигал в тридцать четвертой секции. В ужасе Оливия прикрыла рот рукой, заглушая крик отчаяния.

– Индикатор зелёный – значит, живой! – он вдавил палец в точку на экране.

Оливия смотрела на мужа обезумевшими глазами. Тогда он схватил её за плечи и с силой тряхнул.

– Я вытащу его, слышишь?

Не дожидаясь ответа, Никлаус взял респиратор и побежал в тридцать четвёртый отсек. Он постоянно сверялся с неподвижной зелёной точкой на экране. Возможно, сын был без сознания.

– Держись, сынок, – шептал он, взмахивая запястьем над очередным замком.

Он открывал и закрывал шлюзы, двигаясь в эпицентр пожара. Железные стенки коридоров становились всё горячее, сигнализация кричала всё громче, дым застилал глаза.

Не в силах двигаться дальше, Никлаус зажмурился. Когда он снова взглянул на планшет, зелёная точка приближалась к нему. Он открыл очередной шлюз и утонул в густом сером дыму.

– Максимус? – крикнул Никлаус и закашлялся.

В ответ из пелены вышли два спасателя в огнеупорных комбинезонах. Они несли на носилках обгоревшее тело. Советник увидел опалённые волосы и брови сына, тёмные, израненные руки и грудь.

– Всё в порядке, Советник, – доложил один из спасателей. – Он жив. Мы нашли его в вентиляционной трубе. Голова и ноги не пострадали, а вот туловищу и рукам сильно досталось.

– Мальчик мой, – прошептал Никлаус, едва коснувшись ладони сына. Он сглотнул боль и отчаяние и тут же сделал звонок: – Готовьте медкапсулу и планолёт в Цитадель!

Пока спасатели помогали остальным пострадавшим, Никлаус вернулся в кабинет и дрожащими руками набрал Фемиду. Она, безусловно, уже была в курсе происходящего.

– Спаси его, умоляю! Любая цена, – таким жалким главу Городского Совета Нолланда не видел никто.

– Я сделаю всё от меня зависящее, Никлаус. Максимус-3729 очень ценный индивидуум. Планолёт уже вылетел, а я дала распоряжение медикам. Мы ждём его. Но, Никлаус, я должна предупредить тебя…

– Слушаю, – он затаил дыхание.

– Не уверена, что смогу вернуть его коже былой вид.

– Сделай, что сможешь. Сейчас речь идёт не о красоте. Пусть только он переживёт эту ночь.

Фемида кивнула, и голограмма плавно растворилась.

Никлаус закрыл лицо руками и несколько секунд просто старался восстановить дыхание. Затем он отключил всё видео- и аудионаблюдение и сделал ещё один звонок, по засекреченному каналу:

– Куинтеро, время пришло! Жду схему.

Часть 1. Нолланд

Глава 01

– Макс, после обхода на Безмятежность поднимемся или сразу на «Арену» пойдём?

– Выбирай ты, мне всё равно.

Алекс открыл список поручений на планшете:

– Осмотр трёх секторов, неполадка в одном энергощитке – по твоей части. Бла-бла-бла, – он прокрутил лист вперёд-назад. – Ничего интересного, считай, просто гуляем. Думаю, везде успеем.

Контрольная панель высветила сводку погоды снаружи, запросила код доступа. Двое парней в шлемах и защитных костюмах отсканировали запястья, и тяжёлые ворота со скрежетом открылись.

– Алексис-5569. Максимус-3729. Выход через сто тринадцатый шлюз, – произнёс женский голос из динамика.

Один вскинул на плечо рюкзак с инструментами, другой проверил, на месте ли пистолеты и нож. Они ступили на сухую, растрескавшуюся землю.

Макс отключил защитный экран на шлеме и, прикрыв глаза, жадно втянул прохладу. После застойного городского воздуха хотелось вздохнуть полной грудью, почувствовать, как дух свободы щекочет ноздри и освежает мысли.

– Макс, ты что, сдурел? Отключать экран у самых ворот! – закричал Алекс. – Камеры засекут – оштрафуют.

– С каких пор это тебя останавливает? – удивился Макс. – Хочешь – мучайся, а я буду дышать свежим воздухом.

Алекс обернулся на всевидящий чёрный глазок под козырьком шлюза и тоже снял защитный экран на шлеме.

Нолланд – автономный город-муравейник, продуваемый тысячей ветров, заливаемый кислотными дождями, выжигаемый палящим солнцем – дряхлел и рассыпался. Словно рыцарь в бетонных доспехах, он стоял на страже жителей, защищая от убийственной внешней среды не одну сотню лет. Трещины, протечки, изъеденные ржавчиной перекрытия – снаружи он выглядел ещё хуже, чем внутри. Городские постройки вечно ремонтировали, хотя проще было всё снести и построить заново.

Ржавая пыль мгновенно осела на сапогах, но воздух на удивление был чистым и почти прозрачным. Большинство жителей города считали, что за стеной любоваться нечем, ведь вокруг только бурая выжженная земля и солнечные панели на горизонте. Но для Макса даже такой незатейливый пейзаж становился праздником глаз, ежедневно созерцающих лишь вентиляционные каналы под потолком, стены и мерцающие экраны.

– Сыграем в «Суперспособности»? Скучно в тишине топать, – Алекс поправил лямку рюкзака.

– Хорошо, у меня суперскорость, – откликнулся Макс. – Буду передвигаться со скоростью света, и ты меня не догонишь.

– Тогда я стану невидимым. Во-первых, ты не сможешь меня найти, во-вторых, я подставлю тебе невидимую подножку, и ты упадёшь, – парировал Алекс.

– Превращаюсь в летающего супергероя, мне нестрашна подножка, – Макс вытянул вперёд и вверх правую руку и сжал кулак, изобразив полёт человека из фильма древних времён.

Алекс задумался.

– И моё инфракрасное зрение поможет увидеть тебя, – добавил Макс и ткнул указательным пальцем в плечо друга.

– Тогда я надеваю костюм из криптонита, и рядом со мной все твои способности перестают действовать, – Алекс довольно прищурился. – Твой ход.

– Меняю способность. Я буду человеком-пауком и для начала свяжу тебя липкой паутиной.

В прошлый раз воображаемый человек-паук Макса убегал, цепляясь за полуразрушенные крыши. Алекс побеждал киберорлом, который обещал склевать паука как букашку. Согласно правилам игры повторяться запрещалось, и Алекс достал из рукава другой козырь:

– Тогда я буду обольстительной красоткой с белыми кудрями, – Алекс манерно изобразил поцелуйчики.

– Чего? – Макс округлил глаза.

– При моём появлении у тебя будут подкашиваться ноги, паучок.

– Ты так любишь женские персонажи, – Макс покачал головой. – Не зря родители назвали тебя девчачьим именем.

– Это называется унисекс, паучок. В кого превращаешься?

– Дай подумать, – Макс устремил глаза к небу в поисках подсказки.

Алекс толкнул его локтем, жестом показал остановиться и кивнул головой на стену. Рядом с энергетическим щитком сидела тварь. Чёрная слизкая обезьяна разрывала тушку какого-то мелкого зверька и с упоением вгрызалась мордой в кровавые потроха.

– А вот и причина неполадок, – шепнул Алекс. – Похоже, угрюк перегрыз провода в щитке. Сейчас сниму.

Алекс медленно достал пистолет и нажал кнопку заряда. Активация занимала пять секунд. Угрюк среагировал на движение и повернул голову. Отчаянно зашипев кровавым оскалом, он готовился к бою. Макс нажал кнопку на шлеме и вернул защитный экран. Угрюк гаркнул и кинулся вверх по стене, цепляясь за корявые ветки и выщербины, но Алекс уже прицелился.

Шлёп – и животное упало в пыль под распределительный щиток. Последний хриплый стон, угрюк затих и обмяк. Алекс выждал немного, подошёл и слегка пнул труп ногой.

– Может, не стоило его? – скривился Макс.

– В кого ты такой жалостливый? – Алекс поморщился и оттащил тело зверя дальше от щитка. – Он тебе вон сколько проводов погрыз.

– Да не он это. Крысы. Он как раз на них охотился.

– Я действую согласно инструкции: все животные по периметру Нолланда подлежат уничтожению, во избежание распространения инфекции.

Алекс настороженно вертел головой по сторонам, выглядывая дружков подстреленной обезьяны. Поодиночке они мало опасны, но большой стаей могли и напасть.

Макс открыл щиток и стал разбираться с неполадкой. Алекс расхаживал вдоль стены, вглядываясь в красные заросли плюща.

– Давай только быстрей чини, не ковыряйся, – Алекс сложил руки на груди и прищурился.

– Не терпится помахать кулаками на «Арене»? – ухмыльнулся Макс.

Он светил фонариком в ящик, осматривая повреждения. Парочка плат перегорела, несколько испорченных проводов. Возможно, кто-то просто не закрыл дверцу.

– Сегодня день распределения. Забыл? – спросил Алекс.

– И что с того? Я на площадь не хочу тащиться, – ответил Макс.

– Ты просто зануда, Макс. Как моя сестра тебя терпит?

– Если я такой зануда, почему ты вечерами со мной тусуешься? – Макс улыбнулся. – Почему не играешь в карты с ребятами из патруля?

– Потому что с ними и поговорить не о чем. Они только девок обсуждают и как на тренировках головы монстрам сбивают в симуляторах.

– Зачем нам на площадь? Вряд ли нас переведут в Цитадель.

– Пошевели мозгами, умник, – Алекс слегка постучал по шлему Макса. – Кого чаще всего распределяют весной?

– Выпускников? – Макс откинул руку Алекса от своей головы.

– Бинго! Значит, на площади будет полно молоденьких выпускниц, которые жаждут феерично распрощаться с нашим городишкой.

– Ты опять за старое, когда угомонишься-то?

– Ну пожалуйста, – Алекс состроил умоляющую мину .

Макс часто думал, почему друга распределили в патрульные, а не в анимацию. Жизнелюбие и позитивное расположение духа делали Алексиса-5569 тем самым дружищей Алексом, с которым они были неразлучны с детства. Иные единоутробные братья не так близки, как их неугомонная парочка. Макс всегда был рациональной частью их броманса¹, но Алекс искусно вскрывал его внутренние позывы к приключениям, так что скучать им не приходилось.

– Ладно, Сонька тоже собиралась. Присмотрю за сестрой, чтобы проныры вроде тебя к ней не приставали, – Макс уступил. – Давай тогда помоги пару скруток сделать – новых проводов не хватит для замены.

Довольный Алекс живо принялся помогать, попутно рассказывая очередную байку про свой последний рейд в разведке.

– Отгрузили мы, значит, всё, что нашли, ну и Кирилл начал сразу сливать всю инфу с носителей в базу. И нашёл такую музыку чумовую! Мы потом чуть с вояками не передрались – они хотели своим гимном сделать, а наши не уступали, как обычно. Но Кир – смышлёный малый, он замял скандальчик. А когда вернулись, сразу Фемиде запрос накатал, и теперь это наш новый официальный гимн, – Алекс довольно улыбался.

– Вам только повод дай кулаками помахать, – Макс ловко орудовал инструментами в щитке, – рабы тестостерона. Неужели вам в разведке нервы слабо щекочет? Вы ещё из-за песни драться готовы.

– Чува-а-ак, – протянул Алекс, – ну там реально крутая песня была, ещё до Тёмных времён записанная. А вояки всегда пытаются всё лучшее отжать и в Цитадель отвезти. Хрен им, – Алекс сплюнул и протянул скрутку.

Так себе скрутка. Макс повернулся к нему спиной и переделал.

– Что хоть за песня такая?

– Пришлю тебе, когда культотдел осовременит. Там и про город древний типа Нолланда, и про палящее солнце, и про долгую войну Тёмных времён. Вспоминаю, у меня аж мурашки бегают. Там ещё про вспышки, – на лице Алекса отображался мучительный мыслительный процесс. – Вспомнил, там ещё про вспышки солнечные! «…и упасть, опалённым звездой по имени Солнце…»

Максу послышалось гортанное клокотание за спиной, он замер и медленно повернул голову влево. В тот же миг угрюк вцепился в его плечо крючковатыми пальцами, но куртка патрульного защищала от таких неожиданных встреч. Макс выхватил из кармана нож и вонзил остриё в мохнатую шею. Алекс подскочил в два шага и отшвырнул обезьяну в сторону, потом выстрелил ей в голову, и хрипы прекратились.

– Откуда он вылез? – Алекс злился, что недосмотрел и допустил нападение на инженера. – Расплодились сильно. Нужно доложить в отдел зачистки, пускай разбираются. А ты молодец, мужик, быстро среагировал!

Алекс похлопал его по плечу.

– То, что я не хочу сдавливать чужие глотки сапогом, не означает, что я не могу постоять за себя, – Макс брезгливо посмотрел на перепачканные кровью руки.

– Вытри плющом, – Алекс жадничал. – Бинты не дам. Ран нет, а за перерасход медблок такую бучу поднимает.

– Полей на руки, – попросил Макс и достал бутылку питьевой воды.

Он не переносил вид крови и не собирался такими руками лезть в энергощиток. Алекс вздохнул и достал из рюкзака бинты.

– Лови. В отчёте укажешь, что порезался.

Макс вымыл руки и закрыл дверцу распределительного ящика. Алекс внимательно осмотрел заросли плюща и выбоины в стенах, держа пистолет наготове.

– Все, можем идти на Безмятежность, – ответил Макс, закрывая замок на щитке.

– Надо было байки брать, – пробурчал Алекс. – Это ты в городе отсиживаешься, а я по этой грязи раз в три дня таскаюсь.

– Ты знаешь, что не по своему желанию, – буркнул Макс.

– Нам ещё два сектора надо обойти, – Алекс показал рукой в сторону обрыва. – Пойдём.

Покончив с патрульным обходом, парни поспешили к обрыву. Усевшись на краю, они скинули рюкзаки и шлемы. Позади оставался Нолланд – консервная банка, торчащая из земли, а внизу открывался вид на долину. Лепестки солнечных батарей, как огромные подсолнухи, двигались за солнцем.

Макс обхватил колени руками и молча смотрел вперёд, погрузившись в свои мысли. Ветер перебирал вспотевшие под шлемом волосы. Десять минут тишины на Безмятежности заряжали его уверенностью лучше любых мотивационных роликов Городского Совета. Алекс делал зарисовки в блокноте, напевая что-то себе под нос.

– О чем задумался, Макс? Считаешь в голове неберущийся интеграл? – Алекс первым прервал молчание.

– Ты читал «Машину времени» Герберта Уэллса? – нехотя отозвался Макс.

– «Войну миров» читал, а что? – Алекс заканчивал очередной набросок долины.

– Просто думаю, насколько мы близки к миру морлоков и элоев сейчас? Через сколько лет планета станет окончательно безжизненной и пустынной?

– Ну, если мы и дальше продолжим здесь сидеть, точно вымрем как динозавры. И все хорошенькие выпускницы достанутся кому-то другому, – Алекс встал и отряхнул штаны от пыли.

– База вызывает патруль! База вызывает патруль! Вы ушли с маршрута. Немедленно вернитесь, приближается пылевая буря, – строгий женский голос диспетчера надрывался в динамиках шлемов.

– Ни шагу нельзя ступить без их ведома, – процедил Макс сквозь зубы и поднялся. Патрульный обход закончился, муравьям надлежало вернуться в муравейник.

Глава 02

Арена для игр открывалась сразу за блошиным рынком. Раньше здесь располагался стадион, но потом Фемида внесла спортивные соревнования в список опасных и вредных для здоровья человека мероприятий. Занятия в спортзале разрешались и даже поощрялись, но строго в отведённое время и в объёме, необходимом для поддержания крепкого тела и здорового духа.

На «Арене» установили симуляторы, и днём здесь проходили официальные тренировки: патрульных обучали боевым приёмам, а подростков – элементарному выживанию. Вечерами тут можно было отлично пошуметь или, наоборот, уединиться в приватной зоне, чтобы побродить по виртуальности. Но чаще всего на «Арене» собирались любители расквасить кому-нибудь нос. Драки в Альянсе запрещались, и, если всё же случались, зачинщиков штрафовали или добавляли им дополнительные часы общественных работ. Ну а постоянных дебоширов отправляли на дальние заставы и на опасные работы в руинах.

Администрация города быстро сообразила, как обуздать агрессию граждан, и предложила решать споры на виртуальной арене. И хотя делать ставки на игроков Альянс запретил, Городской Совет Нолланда предложил вносить их как входные билеты за просмотр и обложил налогом. Уставшие от рутинного дня нолландцы выпускали пар, оставаясь целыми и невредимыми. Так выигрывали все, и Фемида сделала вид, что не заметила хитрый ход.

– Привет, Максимус! Участвуешь сегодня или поставить хочешь? – парень на входе спросил пропуск.

– Участвую, проверь список.

Он сверился со таблицей и пригласил внутрь.

– Только мы сегодня в режиме экономии работаем, – добавил билетёр, – пока накопители не разрядятся. Основной поток пустили на выпускной.

В узком коридоре, составленном из старых жестяных контейнеров, горел тусклый фиолетовый свет. Рифлёные стены были сплошь в рисунках и вмятинах. Одна из люминесцентных ламп неприятно мерцала, а из пластиковой трубы на потолке капала вода.

– Вы посмотрите, какие звёзды к нам упали, – Макса будто не специально толкнули плечом.

Руслан! Постоянный клиент «Арены» круглый год носил дутую жилетку поверх рубашки, но всегда закатывал рукава, демонстрируя татуировки. Этот напыщенный ушлёпок не давал Максу прохода со школьных времён.

Капля воды упала с потолка.

Кап.

– Куда-то торопишься, Максимус? – просипел Руслан.

– Тебе-то какое дело?

Макс попытался пройти мимо, но путь преградили рукой.

– Где же твой дружок, Алексис? Или он тебе подружка? – Руслан прыснул смехом гиены.

Макс кинул взгляд в сторону камеры, где мигал красный огонёк.

– А ты не смотри, Фемида тебе не поможет, – продолжал вечный задира. – Всё в рамках закона: стоим, беседуем.

– Мне не о чем с тобой беседовать, – спокойно ответил Макс.

– Неужели я недостоин внимания «Лучшего инженера года», автора уникальной системы накопителей энергии?

– Руслан, ты будешь злиться на меня до конца жизни? – Макс ухмыльнулся. – Да, в Цитадели выбрали мой проект, потому что сочли его более рентабельным.

– А может, потому что твой папочка постарался?

Зубы Макса сцепились, руки сжались в кулаки, но он промолчал.

Ещё одна капля воды оставила пятно на рубашке.

Кап.

– Злишься? Я вижу, что злишься, – улыбался Руслан.

От него всегда пахло мятными леденцами, будто он хотел заглушить запах желчи, выплёскивающейся с каждым словом. В детстве подобные разговоры всегда заканчивались драками и последующими часами нудных общественных работ, но с годами Макс научился сдерживаться.

– Почему же тебя, такого умного и великого, до сих пор не забрали в Цитадель?

Макс скривил губы в ухмылке и смахнул очередную каплю с рукава.

Кап.

– Между прочим, Фемида пригласила меня в свой отдел энергообеспечения. Сегодня огласят моё распределение в Цитадель, – продолжил Руслан.

– Скатертью дорога, – процедил Макс сквозь зубы и протиснулся вперёд, но Руслан не унимался.

– Твоя Лиза тоже отправила запрос в Цитадель. Вот я и подумал: может, сделать тест на совместимость? Столица – она большая, и соблазнов, конечно, много, но землякам ведь нужно…

Кап!

Макс схватил Руслана за горловину рубашки и с силой притянул к себе, чуть приподняв.

– Что, подружка не рассказала тебе?

Руслан смотрел на него с вызовом, и терпение Макса лопнуло:

– Нарываешься? Хочешь подраться?

– Почему нет? – в глазах Руслана плясали дьявольские огоньки.

Макс отпустил его воротник и выдохнул:

– В какой ячейке?

– Жду тебя в тринадцатой, умник.

Руслан спокойно одёрнул рубашку и пригладил волосы:

– Я разделаю тебя за три минуты!

– Посмотрим, – не оборачиваясь, Макс поднял руку и показал средний палец.

В тот вечер на «Арене» работал только улей – блок с жестяными ячейками. В каждой комнатушке стояло по два-четыре кресла, экран и симулятор.

Алекс был уже на месте и в паре с кем-то из своих патрульных ребят бегал по воображаемым руинам, подстреливая из бластеров немыслимых чудовищ.

Макс подошёл к их маленькой кабинке, нажал на симуляторе кнопку «вызов» и спросил в микрофон как можно громче:

– Антисептик где?

– Забыл! Прости, друг.

Пара выстрелов из бластера, и очередной монстр с десятками щупалец повержен. Алекс не собирался выгружаться.

– Я так и знал. Неужели так сложно?

– Вы вечно ссоритесь как девчонки, – напарник Алекса по игре засмеялся, так же прекрасно справляясь с виртуальным зверьём.

– Я буду в тринадцатом, с Русланом.

– О! Сейчас придём посмотреть.

В маленькой жестяной кабинке с размазанным номером тринадцать Руслан настраивал симулятор. Макс оплатил участие организаторам и осмотрел шлем и перчатки. Поношенные сильно, но сухие – сегодня, похоже, их никто не надевал. Он спросил антисептик у парня, бравшего плату, – тот отрицательно покачал головой.

– А сыворотку ты как будешь колоть? – разозлился Макс.

– Так ты участвуешь или нет? – билетёр нахмурился.

– Ты просто сдрейфил, как обычно. Ведь ты ни разу у меня не выигрывал в рукопашной, – Руслан придержал рубашку, пока ему вкалывали сыворотку.

Макс оттянул ворот и подставил шею под иглу, к нескрываемой радости соперника.

– Знаешь, за что я люблю тебя, Макс?

– Не имею ни малейшего представления.

– Тобой так легко манипулировать, что временами даже скучно.

– А мне казалось, это доставляет тебе нескончаемое удовольствие.

Желающие сделать ставки набежали со всех ячеек, зрители кидали ссылку на трансляцию друзьям. На Макса почти никто не ставил – он никогда не выигрывал в боевых спаррингах ни у Руслана, ни у кого-либо ещё. Алекс твердил, что ему не хватает жестокости и мешает жалость к противнику. Но сегодня жалости Макс не испытывал, ему хотелось размазать напыщенного индюка о бетонную стену.

Он запрыгнул на продавленную кушетку и надел шлем и перчатки. Закрыв глаза, он ощутил неприятное покалывание в затылке при синхронизации и соскользнул в тёмный тоннель.

Когда он снова открыл глаза, перед ним лежали руины древнего города. Накопители и правда давали недостаточно энергии, потому серо-фиолетовая картинка местами распадалась на пиксели. Макс огляделся: бетонные многоэтажные дома с чернеющими окнами, лужи на разбитом асфальте. Вдоль пешеходных дорожек на одинаковом расстоянии возвышались фонарные столбы, но горел только один. Ветер гонял серую пыль и мелкий пластик, по мусорным кучам носились стаи крыс. Макс не чувствовал запахов, но отлично представлял, что без фильтр-маски в подобном районе реальности можно задохнуться за пять минут.

Почему нельзя было нафантазировать неведомый мир или использовать красивый пейзаж, оставалось для него загадкой. Для спаррингов в симуляцию загружали только настоящие оцифрованные объекты.

Из темноты в свет фонаря вышел Руслан. Странно, но его аватар не носил жилетку, вместо неё он надевал плащ с капюшоном, на манер наёмников-ассасинов. Он играл чаще и успешнее Макса, поэтому и экипировка у него была круче.

– Понеслась.

Раздался сигнал, и Руслан перешёл в наступление, а Макс занял оборонительную позицию. В симуляции все были выше, крепче и мускулистее, чем в реальности. Удары следовали один за другим, но поначалу ему удавалось с лёгкостью ускользать от кулаков. Он ставил блоки и приседал, стараясь нанести сопернику неожиданный удар.

– Макс? – откуда-то сверху послышался девичий голос.

– Лиза?

Промедление стоило Максу дорого – он пропустил очередной боковой. Для того, чтобы тренировки имели эффект, в симуляции люди чувствовали всё то же самое, что и в реальности: прикосновения, удары, боль. После отключения боль, конечно, уходила, хотя многих фантомные синяки преследовали ещё несколько дней.

Макс сделал очередной выпад, увернулся от ответного и отпрыгнул. Он попробовал пару финтов, но Руслан наступал и прижимал его к бетонной стенке всё теснее. Макс крутился как мог, но всё-таки пропустил пару сильных ударов в корпус. До конца раунда оставались считанные секунды, нужно было продержаться ещё немного.

Руслан с искривлённой гримасой вновь замахнулся, но внезапно рассыпался на мелкие кубики.

– Нет! – последнее, что произнёс его исчезающий аватар.

Макс выдохнул, наклонил корпус вперёд и упёр руки в колени. Нужно отдышаться, пока соперник не синхронизируется вновь.

– Макс? – опять тот же голос.

Прямо передо ним возникла девушка, тонкая и невысокая. Но это была не Лиза. Ветер развевал её каштановые волосы и цветное платье.

– Кто ты? – спросил Макс.

Незнакомка не успела ответить и растворилась в темноте, а Макса ударила резкая головная боль – рассинхронизация. Всё исчезло: Руслан, руины, девушка.

– Да что там у вас? Верните меня назад!

Разочарованные вздохи и крики возмущения неслись из всех слотов.

– Накопители разрядились, – организаторы разводили руками. – В ноль.

Экраны погасли, симуляторы обесточились.

– Ты куда исчез? – накинулся Руслан.

– Что значит исчез? Ты первый рассинхронизировался, – ответил Макс.

– Нет! – Руслан швырнул свой шлем на пол, соскочил с кресла и кинулся к парнишке из обслуги.

– Деньги верни, слышь, ты!

– Не могу, всё обесточено, – парень поднял с пола шлем и аккуратно положил на кресло.

– Мошенники! Куда вы столько слотов запустили, когда у вас батарейки по нулям?

– Я что? Мне сказали – я сделал, – пацан виновато шмыгнул носом и вышел из кабинки.

На «Арене» горело только дежурное освещение, питающееся от общей городской ветки. Неудовлетворённые игроки негодовали и просили вернуть деньги за билеты и ставки.

– Чёрт! Долбаные накопители разрядились! – в проёме тринадцатой ячейки возник Алекс, он был раздосадован не меньше других.

– Ты смотрел нашу трансляцию? – тут же накинулся на него Макс.

– Как Русик в очередной раз разделал тебя под орех? – Алекс сдвинул брови.

Игнорируя замечание, Макс встал с кресла и подошёл к обесточенному симулятору:

– Как думаешь, они ведут запись?

Алекс вздохнул, откашлялся и деликатно подбодрил его:

– Макс, я тебе давно говорил: если хочешь, наконец, научиться драться, нужно чаще в спарринг вставать. Что толку просматривать записи своего избиения?

Но Макс его не слушал и продолжал разглядывать симулятор.

– Кто из нас первый вышел из симуляции? – задал он очередной вопрос.

– Не помню, – пожал Алекс плечами. – Одновременно вроде. Почему ты спрашиваешь? Электричество отключили, и всех выкинуло.

– А ты никого, кроме нас, не видел на экране? – Макс пристально посмотрел на Алекса.

– Нет. А кого я должен был увидеть? – тот искренне удивился.

– Мне обязательно нужно просмотреть запись!

Если в голову Максу приходила какая-то идея, то шансов забыть её уже не оставалось.

– Выходим! – в кабинку заглянул парнишка-администратор.

– Запись симуляции можно достать? – накинулся на него Максимус.

Парень отрицательно покачал головой:

– Сегодня – нет. Тренировки, официальные входы пишутся, но сегодня мимо кассы. Извини, друг.

– Пойдём, Макс. Соня уже на площади. Спрашивает, куда мы пропали.

– Может, и правда показалось…

Макс скинул перчатки и вместе с другими разочарованными нолландцами покинул «Арену».

Глава 03

Каких-то пять лет назад крыша Нолланда над площадью полностью открывалась, но во время очередной реконструкции её застеклили наглухо. В погожие дни солнечный свет просачивался сквозь ударопрочное стекло, отражался от светлых стен и незримо заполнял собой пространство, и тогда город не казался Максу удушливой клеткой. Ясными ночами можно было любоваться лунным светом, но сегодня над головой бушевал пылевой ураган.

На сцене Городской Совет поздравлял новоиспечённых специалистов, жужжащая толпа выпускников пребывала в эйфории от встречи с будущим. Завтра начнётся рутина остатка их жизни, но сегодня они праздновали. Официальная часть заканчивалась распределением. На большом экране проекция Фемиды читала запрос на специалистов из других городов и фамилии кандидатов на должность. Обычно такие вопросы решались в частном порядке, без пафоса, но Городской Совет Нолланда сделал из этого своеобразный ритуал. Жители должны были оценить старания администрации по взращиванию ценных кадров, востребованных во всех точках Великого Альянса Семи Городов.

В этом году выпускники оделись в лиловое: платья, комбинезоны, рубашки, даже традиционные для праздничного макияжа стрелки на лицах светились фиолетовым.

На боковые экраны вывели прямую трансляцию из других городов. Видео шло без звука, но с субтитрами. Какой-то парень передавал привет Мии-9814 и радовался, что её перевели в его город. Он говорил, что с нетерпением ждёт приезда своей девушки и благодарен Фемиде за выбор такой чудесной пары. На втором экране показали Мию – хрупкую девушку с короткой стрижкой. В глазах у неё стояли слёзы, и она стыдливо прикрывала улыбку рукой – в своём городе она видела избранника на таком же экране.

Слезливая пропаганда любви по расчёту.

Макс хмыкнул и задумался. Девушка, привидевшаяся ему на «Арене», не была похожа ни на кого из знакомых. Пытаясь разгадать загадку, он совсем позабыл об ужасной новости: Лиза отправила в Цитадель запрос на переезд. Неужели она действительно сделала это, не сказав ему?

Сестра Алекса, Лиза, нравилась Максу с детства, но он не горел желанием проверять их биологическую совместимость, измерять чувства цифрами и процентами. Макс догадывался, что Лизу тяготит их неодобренный расчётами союз, но как мог тянул время, хотя и понимал, что неприятной оценивающей процедуры не избежать.

На экране ещё раз показали крупным планом счастливое лицо Мии-9814, а следующий кадр сменился другой девушкой. Вьющиеся каштановые волосы не доходили до плеч. Смеющиеся шоколадные глаза обрамляли угольно-чёрные ресницы. Девушка подмигнула и слегка прикусила нижнюю губу.

Стоп!

На заднем плане просматривалась не площадь какого-то города, а цветущий сад!

– Кто это? – Макс толкнул Алекса локтем.

Привстав на цыпочки и вытянув шею, тот высматривал кого-то на площади.

– Где? – он даже не повернулся на экран, полагая, что Макс указывает на человека в толпе.

– Да вот же, девушка на экране!

Когда Алекс повернулся в нужную сторону, картинка уже сменилась: глава Городского Совета одного из семи городов Альянса вручал выпускную медаль высокому худощавому парню.

Алекс пожал плечами:

– Не знаю, мне кажется, это вообще парень.

– Да нет же! Там только что была девушка, на фоне цветущего сада.

– Не сходи с ума, Макс!

Точно!

На экране показали ту самую девушку, которую он только что видел на «Арене».

Люди на площади оживлённо разговаривали, наблюдая за вручением медалей. Похоже, никто не заметил смену картинки на боковом экране. Если она действительно была, и это не очередная игра воспалённой фантазии.

«Нужно выкинуть все эти глупости из головы! Как минимум, это некрасиво по отношению к Лизе», – подумал Макс.

– Соня! – Алекс наконец нашёл того, кого высматривал.

Младшей сестре Макса оставался ещё год до выпуска, но она дружила со старшими медиками и пришла сегодня их поздравить. Она махнула в ответ рукой, и Макс вместе с Алексом присоединились к стайке выпускниц. Соня теребила в руках сиреневый луковый цветок – единственные доступные цветы в Нолланде. Недавно у неё появился тайный ухажёр, о котором она не рассказывала ни Максу, ни родителям.

Алекс мало интересовался происходящим на сцене и оживлённо болтал с девчонками. Максу, напротив, поддерживать разговор не хотелось. Девчонки щебетали какую-то глупость про экзамены, постоянно фотографировались и смеялись над дурацкими шутками Алекса, которые Макс слышал тысячи раз. Он отстранился от них и набрал Лизе сообщение: «Придёшь на площадь? Нужно поговорить».

Он надеялся отговорить её от перевода в Цитадель. В ответ прилетела цепь коротких табличек: «Не могу», «Занята», «Срочный заказ», «Буду поздно». И в конце – привычная картинка с поцелуйчиками. Макс вздохнул и набрал ещё одно: «Правда, что ты послала запрос на перевод в Цитадель?»

Весь в напряжении он вглядывался в прозрачный экран, но ответа не последовало.

– От твоей кислой мины все пташки разлетятся, – прошипел над ухом Алекс.

– Пойдём кофе выпьем, – Макс убрал смарт в карман и кивнул в сторону кафе.

– Давай потом, – Алекс пересказывал девчонкам очередной «свежий» анекдот.

Рыжий долговязый выпускник протянул Соне запотевший стакан со льдом:

– Сонь, будешь лимонад?

Макс оценивающе посмотрел на него – не он ли тайный поклонник – но Соня отказалась.

– Нет, спасибо. Там столько сахара, а моя дневная норма и так превышена из-за сегодняшнего банкета, – она мило улыбнулась в ответ.

– Не переживай так, – Алекс взял у парня лимонад и протянул Соне: – Ты – малышка-худышка, тебе этот лимонад можно бочками вливать.

– Не говори ерунду, – она взяла стакан. – У меня индекс здоровья ниже нормы. Уже в очередь записали на суррогатное материнство. Говорят: слишком рискованно.

Соня вздохнула и шумно втянула лимонад. За её спиной на рекламном экране эффектная блондинка в зелёном платье с оголённой спиной предлагала купить гигантских улиток. Девушка была очень похожа на Лизу и загадочно смотрела вперёд, слегка прикрыв веки. Две огромные улитки ползли по обнажённым плечам.

– Какая гадость эти улитки! – не сдержался Макс.

– Какие улитки?

– Да вон, на плакате, – он кивнул в сторону рекламы, но картинка вновь сменилась.

Вместо девушки в зелёном платье на ребят строго смотрела Фемида, призывая бережно относиться к своему здоровью.

С экрана на главной сцене начали зачитывать список выпускников, которых будут рады видеть в других городах Альянса. Девчонки взвизгивали от восторга – многие не знали о распределении до последнего. Кто-то сдержанно поздравлял друг друга, кто-то откровенно расстроился.

Последние несколько лет переводы в Цитадель стали редкими, практически единичными, а менять одну консервную банку на другую было не так весело, как переезжать в центр Альянса.

Внезапно громкое распоряжение Фемиды привлекло всеобщее внимание:

– Перевод специалистов в Милланд…

– Тсс, – Соня шикнула на Алекса. – Давайте посмотрим, они раньше никогда запрос не делали, – ребята переглянулись.

Всегда безупречно одетая проекция Фемиды зачитала список имён из двадцати человек, среди которых значилось Максимус-3729.

– Какого чёрта? У неё совсем процессоры вскипели? – Алекс в недоумении уставился на Макса, но тот удивился не меньше остальных.

Вопрос о его переводе стоял два года назад. Макс был одним из немногих, кого Фемида хотела перевести в Цитадель, но в последний момент сделка сорвалась. И хотя столица Великого Альянса Семи Городов никогда не нравилась Максу, он понимал, что перевод из Нолланда неминуем. Рано или поздно город расформируют, и тогда лучше оказаться в напыщенной снобами столице, чем на обветшалой заставе дальнего рубежа.

– Милланд? Где это? – Соня побледнела.

– Он вообще не в Альянсе Городов, – добавил кто-то из выпускников.

– В Альянсе, – поправила другая выпускница, – просто это мелкий городишко на окраине.

– Может, сбой какой-то? С чего вдруг меня вызывают к джакаранду² на рога? – Макс не мог поверить в увиденное.

Соня смотрела на Макса, готовая вот-вот расплакаться:

– Я не хочу, чтобы ты уезжал!

Алекс обнял её за плечи и крепко прижал. Рядом со здоровяком она выглядела по-детски хрупкой и беззащитной.

– Подожди, ещё ничего не понятно, – успокаивал Алекс. – Мы его не отпустим.

Он подмигнул Максу, но уже и сам понимал, что никакой ошибки не было. На смарт Максимуса посыпались документы: запрос из Милланда, тест на соответствие, годовой контракт.

Макс в растерянности листал страницы, путаясь, что читать в первую очередь. Поверх документов всплыло сообщение от Никлауса: «Максимус, зайди в мой кабинет. Срочно! И прихвати с собой Алекса».

– Отец зовёт. Пойдёшь со мной? – спросил Макс у друга, хотя знал ответ.

– Спрашиваешь? – ответил тот и добавил для Сони: – Сейчас мы разберёмся, какой такой Милланд хочет отнять у нас твоего умного братика. Мы же его не отдадим?

Соня часто заморгала, пытаясь унять слёзы. Алекс виновато посмотрел на девчонок:

– Простите, красавицы, но у крутых парней срочные дела в кабинете главы Городского Совета. Нужно спасать Максимуса! Но как только мир и порядок будут восстановлены, герои вернутся и мы пойдём праздновать ваше назначение в «Стекляшку».

Официальная часть выпускного закончилась, начинались танцы. Соня хотела увязаться за ними, но Макс отговорил её. Отец хоть и любил дочь до беспамятства, но вряд ли она могла повлиять на ситуацию сейчас.

Не сговариваясь ребята повернули в сторону ближайшего пути к блоку администрации.

– Думаешь, это ошибка? – Алекс спросил с надеждой, когда они отошли от остальных.

– Не думаю.

– Поедешь?

– Не знаю.

Оставшийся путь они проделали молча. Обычно для неугомонного Алекса спокойно стоять на траволаторе было скучно – слишком медленно и глупо. Чаще всего он бежал вперёд, ну или просто шёл быстрым шагом, если спутники не поспевали за ним. Сегодня он просто стоял рядом и задумчиво смотрел в одну точку.

Макс всегда завидовал той лёгкости, с которой Алекс принимал повороты судьбы, хотя временами ему хотелось придушить друга за тупую жизнерадостность. Но когда тот становился задумчивым и молчаливым, на душе становилось паршиво.

Ну как Макс мог их всех оставить?

Соня, Алекс, Лиза – его стая.

Почему кто-то сверху решил, что ему нужно уезжать от них?

Глава 04

– Садитесь, – отец Максимуса кивнул на кресла, даже не посмотрев на ребят.

Макс и Алекс сели за широкий овальный стол немного в отдалении от главы Городского Совета. В свете единственной лампы Никлаус работал с документами, неистово стуча по тончайшей клавиатуре.

После сообщения о распределении в Милланд сердце в груди Макса бешено колотилось, по телу разливалось волнение. Перевод в далёкий и загадочный город на границе… Нутро подсказывало, что это не случайное совпадение.

– Посидите тихо минуточку. У меня переговоры, – попросил Никлаус с улыбкой, будто им всё ещё по двенадцать лет и они прибежали за леденцами.

Такие минуточки обычно затягивались на полчаса, а то и на час.

Алекс, привыкший беспрекословно подчиняться начальству, уткнулся в смарт и застрочил сообщения. Макс посмотрел на отца сквозь полупрозрачный экран. Никлаус заметно постарел за последние пару лет. Груз главы Городского Совета придавил его плечи, сгорбил. Морщинка меж бровей уже не разглаживалась, как мать ни уговаривала его меньше хмуриться.

Отец принял звонок от главы Дальнего Владстока:

– Никлаус! Почему вы прислали нам бракованных специалистов?

– Бракованных? Кого вы имеете в виду, уважаемый?

– Трое суррогатных матерей имеют коэффициент здоровья шестьдесят восемь процентов. Это неприемлемо низкое значение. Я не могу принять их на работу, они выйдут на пенсию после парочки близнецов и повиснут у нас на балансе. Переквалификация будет стоить дорого.

– Все наши специалисты проходят обязательную сертификацию. Откуда вы взяли такую низкую цифру?

– Мы провели собственное тестирование.

– Хорошо, мы проведём расследование. Если цифра подтвердится, мы отзовём специалистов и компенсируем все издержки, включая обратную перевозку.

– Отлично! С вами всегда приятно иметь дело Никлаус.

– Хорошего дня.

Отец закончил звонок и снял с лица притворную учтивую улыбку.

– Нет, ну вы слышали?

Макс встрепенулся.

– Обвиняет меня в жульничестве, будто я эти тесты придумываю!

Снова входящий звонок. На этот раз из диспетчерской:

– У нас ЧП в шестнадцатом секторе. Крысы погрызли проводку, и входной шлюз открылся.

– Перекрывайте сектор. Высылайте патруль. Чего вы мне звоните? Вы по каждой мелочи будете мне докладывать?

– Простите, это начальник охраны?

– Да, самый главный! Это Никлаус! Давайте разберитесь у себя там, а то даже не смотрите, кому докладываете!

Никлаус сбросил звонок, громко выдохнул, посмотрел на часы и свернул все документы. Затем он нажал на кнопку, ввёл пароль и погасил все камеры и электронику в кабинете. От погружения в полную тьму собравшихся отделял только тусклый свет единственной лампы.

– Отключите-ка смарты, ребятки, – сказал глава Городского Совета и «ребята» послушно выполнили просьбу.

От нетерпения Макс слегка заёрзал, но, поймав грустный взгляд отца, вжался в кресло и весь превратился в слух. Алекс по-прежнему был непривычно тих. Убедившись, что его готовы слушать, Никлаус продолжил:

Я хотел поговорить с вами лично до того, как огласят распределение, но не успел, – он развёл руками и вздохнул. – Макс, ты умный парень, наверняка догадываешься, что перевод в Милланд не случайный. Мы заключили очень, очень выгодную сделку. Алексис, я хочу, чтобы ты сопровождал Макса. Твой перевод мы тоже согласуем.

Только прикажите, Никлаус, мы всё исполним! Так ведь, Макс? – Алекс засветился от счастья, именно на такой поворот он втайне надеялся.

Конечно, отец, ты всегда можешь на нас рассчитывать, – голос Макса прозвучал сдавленно, он откашлялся и налил в стакан воды.

С начала Тёмных времён Милланд живёт закрыто и обособленно. Они фактически не контактируют с внешним миром. У них есть древний мощный источник энергии, но его хранители не хотят делиться технологией с остальными.

Насколько мощный? – глаза Макса загорелись ярче лампы.

Отец скрестил пальцы и посмотрел в сторону:

– Они не дают доступ к своим архивам, но полагаю, что он позволяет развернуть над городом защитный купол.

В голове Макса завертелись цифры и картинки из новейшей истории энергетики. Купол над Нолландом решил бы множество проблем горожан и превратил засыхающий городок в цветущий оазис.

– А что им нужно от нас в таком случае? – Макс по природе был недоверчив.

– Милланду, как и всем, нужны хорошие специалисты, – ответил Никлаус. – В частности, им очень нужен ты, сынок. Мне пришлось приложить массу усилий, чтобы согласовать такой большой перевод в город вне Альянса, но нам катастрофически не хватает ресурсов, выделяемых Цитаделью. Мы еле-еле сводим концы с концами. Фемида, конечно, вначале была против, но, посчитав выгоду, согласилась.

Отец поднялся со своего места и пересел на соседний стул, ближе к Максу.

– Послушай, сынок. Им очень нужен твой накопитель энергии для какого-то нового проекта, и они готовы платить за тебя любым товаром.

– И во сколько меня оценили?

Макс посмотрел на отца, но тот отвёл взгляд.

– Дело не в цене, Максимус, – протянул Никлаус.

– Сколько? – Макс впервые повысил на отца голос.

– Они предлагают взамен новые эффективные солнечные батареи, – ответил глава, не поднимая на него глаз. – Вместе с твоими накопителями Нолланду хватит с запасом. Сможем расширить производство, подлатать дыры. Протянем ещё пару десятков лет. Знаешь, Фемида как-то не торопится распределять нас по другим городам.

– А что будет, если я откажусь?

– Не понял, – брови отца поползли вверх.

– Ну, они предлагают контракт на год, – начал Максимус, но отец перебил:

– На пять лет…

– Как на пять? – Макс схватился за смарт, но вспомнил, что тот отключён. – Я видел, в контракте написано год.

– Год – испытательный срок. Если всё пройдёт хорошо, они предлагают пять, – пояснил Никлаус.

– А как же Лиза? – с каждой минутой волнение Макса возрастало. – Фемида одобрит её перевод?

– Лиза туда не поедет, – Алекс ухмыльнулся, он хорошо знал сестру. – К тому же ей почти одобрили перевод в Цитадель.

– И ты молчал? – Макс пришёл в бешенство.

– Это правда, сынок, – сказал Никлаус, смутившись. – Я лично подписал документы, но ответ ещё не пришёл.

– А как же Соня, пап?

Макс хватался за последнюю надежду. Спокойная жизнь, мечты о будущем ускользали сквозь пальцы, как мелкий песок.

– Через год Соня сама выпорхнет из гнезда, – успокаивал Никлаус. – Она – перспективный специалист, и на неё уже прислали запрос из пяти городов.

Макс совсем сник и замолчал. Никлаус потёр сухой рукой складку на лбу и продолжил:

– Пойми, если ты откажешься и кто-нибудь узнает, какое выгодное предложение мы упустили, поднимется такой скандал. Меня сместят с поста, а тебе в Нолланде прохода не дадут. Или сошлют потом на дальнюю заставу, и ты будешь мусороперерабатывающие станки чинить до конца жизни. Как думаешь, поедет с тобой Лиза в таком случае, а?

Отец был прав, как всегда.

– Или Соня? Сколько она протянет на открытом воздухе? Первая пылевая буря её прикончит.

Сколько ни герметизируй город, токсичная пыль проникала через малейшие щели и заставляла аллергиков – таких, как Соня – мучиться ужасными приступами. Максу нечего было ответить, он прекрасно знал, где обитают несогласные и недовольные распределительной системой граждане Альянса.

– Я согласен, – тихо ответил Макс.

– Славно. Знал, что ты всё поймёшь и согласишься. Кстати, твоих помощников тоже берут по скидке. Если не ошибаюсь, Кирилл и Рафаэль – выпускники прошлого года. Они ведь у тебя самые смышлёные?

– Да, – ответил Макс безучастно.

– Отлично, их перевод тоже согласован. Полетите весёлой компанией.

Дальнейший разговор мало интересовал Макса, в его голове уже крутился предстоящий диалог с любимой. Уговорить её лететь не в роскошную столицу Альянса, а в неизвестный закрытый город на дальнем рубеже будет непросто. Практически невозможно. Но он всё равно попытается это сделать.

– Алекс, ты знаешь, что ты для меня как родной, – Никлаус переключился на здоровяка. – Мы были с твоим отцом лучшими друзьями, и я до сих пор не могу смириться с его смертью…

Советник замолчал, пытаясь справиться с накатившими на него грустными воспоминаниями.

– На границе всегда неспокойно, – продолжил он, сглотнув, – будь начеку.

Глава встал и крепко обнял сначала сына, потом Алекса.

– Ступайте, мне ещё нужно сделать несколько распоряжений. Если опять опоздаю к ужину, сами знаете, – мать весь вечер бурчать будет.

Он похлопал Алекса по плечу и добавил:

– Алекс, найди время, зайди ко мне завтра. Нужно поговорить с глазу на глаз до отлёта.

– А что случилось? – Алекс внезапно испугался.

– Ничего серьёзного, это личный вопрос.

– Зайду, конечно. Как скажете, Никлаус, – он улыбнулся, но голос весельчака дрогнул.

Макс и Алекс вышли из кабинета, но развернулись в противоположные стороны.

– Ты куда? – спросил Макс.

– В «Стекляшку», конечно! Отмечать наше распределение. А ты куда?

– Мне нужно поговорить с Лизой, забыл?

Алекс вздохнул и попытался отговорить его:

– Лиза ни за какие награды не поедет в такую глушь. Она спит и видит, как переедет в Цитадель. Прости, друг, но здесь без вариантов. Она с детства мечтала уехать в столицу, целыми днями эскизы рисовала, шила наряды куклам своим, из лоскутов. Её место не здесь, Макс. И не в Милланде.

Почему-то из чужих уст очевидные вещи, которые ты и так уже знаешь, звучат особенно убедительно. Друзья встретились взглядами, и улыбка тут же исчезла с лица Алекса.

– Нужно хотя бы попрощаться, – буркнул Макс.

– Эй, ну ты что! Не кисни. Неужели ты думаешь отказаться и лишить нас такого увлекательного приключения?

– А ты думаешь, нам позволят отказаться? – хмыкнул Макс.

– Лично я не собираюсь отказываться. Нолланд у меня уже знаешь где? За Лизу не переживай, у неё семь пятниц на неделе. При всём моём уважении, брат, она быстро тебя забудет и найдёт себе другую пару. У неё ветер в голове. Мне всегда казалось, что ваши отношения – это детская привязанность и не больше. Ты ещё не знаешь настоящей любви!

– А ты, можно подумать, знаешь. Тоже мне, знаток нашёлся.

За такие слова Макс был готов врезать лучшему другу.

– Я нутром чувствую, что вот-вот встречу свою судьбу. И мы будем жить долго и счастливо и нарожаем кучу детишек, – при этом Алекс несколько раз интенсивно подёргал вверх бровями и подмигнул.

Макс не понимал, как у Алекса это получается, но на него фактически невозможно было злиться.

– Жду в «Стекляшке», приходи.

Он развернулся в сторону площади, а Макс направился в фабричный район, где Нолланд сосредоточил производство.

Глава 05

Макс знал дорогу как свои пять пальцев, поэтому не задумываясь нырял в узкие коридоры. Противопожарная система уже начала разбрызгивать мелкий дождь согласно расписанию, и ему пришлось накинуть капюшон.

В голове он прокручивал предстоящий диалог. Они с Лизой знали друг друга с ранних лет, и ему казалось, что он влюблён в неё всю жизнь. Даже если они биологически несовместимы, какая разница? У него высокий коэффициент ценности для общества, он мог выбрать любого, даже несовместимого партнёра, не оглядываясь на тесты. В любом случае Фемида наверняка уже подсунула его биоматериал суррогатным матерям и за продолжение генетического набора можно не беспокоиться.

С такими мыслями Макс вынырнул из очередного переулка к городской барахолке. В разгар дня здесь всегда было шумно и многолюдно, но к вечеру большинство торговцев сворачивались, закрывая механические ставни на палатках. Торговали всяким хламом с развалин и нередко запрещёнными предметами, из-под полы. Камеры наблюдения здесь частенько выходили из строя, поэтому о районе ходила дурная слава. Алекс любил здесь прогуливаться, сбывая артефакты, найденные в руинах, а Максу просто нравился запах уличной еды, хоть мать постоянно твердила, что она вредная.

У первого попавшегося лоточника Макс взял стакан горячего киселя со вкусом кислых ягод, названия которых он никак не мог запомнить. Пирожки манили жареными бочками, но поговаривали, что торговцы не брезговали пускать в ход крыс и угрючный фарш, поэтому он решил не рисковать и взял без мяса.

– Максимус! Покидаешь нас, мой мальчик? – темнокожий торговец в клетчатом платье до пяток улыбнулся ему.

Юсуф-4982 торговал всякой бесполезной всячиной: чёрные зеркала – примитивные смарты древних – и куча пластикового барахла, о предназначении которого можно было только догадываться. Неизвестно, кто покупал у него всю эту дребедень, но Макс соблазнился на его побрякушки только раз. Это был серебристый кулон девушки с крыльями стрекозы, которая напомнила фею Динь из сказки про Питера. Макс подарил его Лизе, и тот пришёлся ей по вкусу.

– Привет, Юсуф! Откуда знаешь?

– Новости в Нолланде быстро разлетаются, особенно когда их пишут крупными буквами на городском экране, – Юсуф ухмыльнулся.

– Да, меня переводят в Милланд. Что-нибудь слышал о нём? – Макс отхлебнул киселя. Если кто-то и мог рассказать правду о далёком городе, так это торговцы блошиного рынка.

– Разное говорят, – Юсуф пожал плечами и полез под прилавок.

– Инженер Максимус, возьмите тигровых ахатинов! – чумазый мальчишка дёрнул Макса за рукав. В руках у него был небольшой аквариум, в котором кишели мелкие улитки.

– Спасибо, конечно, но только куда они мне? Уезжаю я.

Парнишка смотрел на него полными надежд глазами. Трудно сказать чем, но он напомнил ему самого себя в детстве.

– Они плодятся как сумасшедшие, не знаю, куда девать. Отец хочет в ресторан отдать, но они ведь живые, нельзя их есть.

– Да они и невкусные, – Юсуф вылез из-под прилавка и с отвращением заглянул в аквариум. – Пробовал я как-то таких… То ли непрожаренные они были, то ли заразные – отравился.

Мальчик прижал аквариум ближе к себе и отодвинулся от торговца.

– Ладно, давай сюда, – Максимус сжалился над мальцом, хотя слизняки ему никогда и не нравились. – Почём отдаёшь?

– Десятка за штуку.

Они пожали руки, и Макс списал со счёта сотню кредитов.

– Но их всего восемь!

– Оставь себе, биолог.

– Пусть хранит вас Матерь Сущего! И сопутствует удача!

– Пока что-то удача меня недолюбливает, но спасибо за добрые слова, – Макс слегка хлопнул мальчика по плечу. – Беги давай. И уроки учи! Нечего тут ошиваться, мать наверняка волнуется.

Радостный парнишка крикнул «спасибо» и нырнул в соседний переулок. Макс хотел побольше расспросить Юсуфа, что тот знает о Милланде, но старик уже закрыл лавку и тоже куда-то растворился.

Подняв с земли коробку с новыми питомцами, Макс оставил на прилавке недопитый кисель и зашагал к скверу, где они с Лизой условились встретиться.

Под пышно цветущим искусственным кустом сирени она уже ждала его на их скамейке. Сквер «Релакс» был её любимым местом в городе, ведь она редко покидала Нолланд и представления не имела, как выглядит настоящая дикая природа, естественная красота. И хотя Комитету Культуры следовало устраивать всем творческим людям групповые экскурсии в дикие земли, увы, это считалось слишком опасным.

Воздух здесь всегда парил влагой и прохладой, но живые растения всё равно погибали без дневного света, и постепенно их меняли на искусственные копии. Прекрасные, математически выверенные, с рассчитанными изъянами, но такие фальшивые.

Макс поставил аквариум под лавку, присел на корточки напротив и положил руки на её колени. Лиза нахмурилась:

– Зачем ты принёс ахатинов?

– Это подарок. Тебе, – он легонько поцеловал её в щёку.

Лиза всегда выглядела идеально: чистая одежда, ухоженная кожа, аккуратная укладка. Светлые, слегка завитые локоны, собранные на затылке. Трудно было представить её в шлеме за пределами Нолланда.

– Прощальный? – спросила она напущенно равнодушно.

– Разве мы расстаёмся?

– Макс, ты действительно думаешь, что я поеду с тобой в эту глухомань? – брови Лизы сошлись в негодовании у переносицы.

Такое начало разговора убило последнюю надежду на возможность примирения.

– Да, я думал у нас всё серьёзно, – он смотрел на неё снизу вверх, пытаясь поймать взгляд. Она рассеянно смотрела в сторону.

– Да, Макс, я тоже думала, что у нас всё серьёзно, и потому надеялась, что мы уедем в Цитадель, – она прикусила губу и вздохнула, а потом всё-таки повернулась к нему и добавила: – Ты один из лучших специалистов в своей области, Макс. Меня тоже постоянно премируют за усердие. Да нас с руками и ногами оторвут, стоит только подать заявки на перевод!

Макс присел рядом и задал главный, волновавший его последние несколько часов, вопрос:

– Что ты и сделала, не сказав мне? Чем тебе далась эта столица?

Лиза начинала злиться. На её всегда гладком и спокойном лице словно всполохи молний мелькали признаки негодования.

– Да всем, Макс, всем! Там проходят выставки, модные показы! Там не надо будет пытаться из рабочей робы слепить годный наряд или перекраивать один и тот же фасон нательной рубашки, чтобы привнести хоть что-то новенькое! А какие там доступны ткани, нам такие и не снились…

– Ну запроси закупку, – Макс не разделял её восторга.

– Думаешь, я этого не делала? У Нолланда нет ресурсов на это, Макс, ты и сам знаешь! Мы на корабле, который медленно идёт ко дну! Гниющий городишка.

– И мы как крысы побежим с корабля?

– Вообще-то первым бежишь как раз ты!

Лиза перешла на крик, и Макс не нашёлся, что ответить. Он упёрся локтями в колени и сдавил виски руками. Сквозь журчание фонтана послышался шорох колёс по насыпному гравию. В сквер вошли две молодые женщины в мягких бежевых костюмчиках с отличительными значками касты суррогатных матерей. Несколько секунд Макс наблюдал, как они неспешно катили коляски с чувством собственного достоинства, негромко разговаривая.

– Послушай, – Макс придвинулся ближе и обнял Лизу за плечи: – Мне предложили годовой контракт, потом я смогу вернуться, и мы подумаем над переездом в Цитадель.

– А я должна торчать здесь ещё целый год? Одна?

Её светлые глаза увлажнились, голос звучал сдавленно, словно она пыталась заглушить подступившие слёзы. Макс начал робко:

– Поедем со мной, всего на год. Уверен, что биотест подтвердит нашу совместимость, оформим все бумаги.

По щекам девушки побежали слёзы, но гордый профиль остался неподвижным. Макс продолжил:

– Да пойми же ты, меня никто не спрашивал, хочу я туда ехать или нет! У меня просто нет выбора!

Последние слова он произнёс чересчур громко, и мамаши грозно покосились на него.

– Выбор есть всегда, Макс.

Даже не взглянув на него, Лиза вспорхнула со скамейки. Макс успел на секунду сжать её ладонь.

– Прости…

Она обернулась, смахнула слезинки и слегка улыбнулась.

– Я делала биотест – мы несовместимы. Это был просто вопрос времени.

На секунду кто-то невидимый выкачал из лёгких весь воздух.

– Что? Мы же договорились не делать.

Рука выскользнула из его ладони, и Лиза заспешила по коридору. У выхода она остановилась, сняла с шеи цепочку, вернулась и вложила в его руку кулон.

– На память, – шепнула она.

– Лиза, – Макс вскочил со скамейки, желая её остановить, но она убежала.

Упорхнула, как птичка.

Макс смотрел вслед точёной фигуре в тёмно-синем монохромном костюме, пока та не скрылась за поворотом. Мамашки притихли и сочувствующе посматривали на него, перешёптываясь и одновременно делая вид, что говорят о чём-то другом.

Ну как они могли быть несовместимы? Макс открыл на смарте старую детскую фотографию. Лиза тогда почти не улыбалась после трагической гибели отца. Синее платье, белые кудри, фирменный холодный взгляд, который уже тогда не давал ему покоя. Она переодевает своих кукол, а сбоку, на заднем фоне, торчат Максимус и Алексис. Макс с помощью линейки чертит схему для планолёта. Ему казалось тогда, что он изобретает что-то гениальное. Алекс сражается супергероями, пытается отнять у Лизы куклу. Она срочно нужна ему для игры: белокурую красавицу нужно заточить в высокую башню, а герой Алекса спасёт её от ужасного зверя. Лиза не уступает, кричит, что Алекс её сломает. Макс вступился и предложил Алексу другую игру, когда два супергероя сражаются в тёмном лесу с целой стаей чудовищ. Его затея пришлась другу по вкусу, и кукла Лизы осталась целой и невредимой. Девочка улыбнулась Максу и смущённо опустила глаза, а его сердце впервые замерло от волнения. У них было много историй, грустных и смешных, но Макс никогда не думал, что всё закончится вот так банально. Они несовместимы и разъезжаются в разные части материка.

– Значит, несовместимы… – он повертел в руках кулон, потом спрятал его в нагрудный карман. Из скрытых динамиков под потолком начали чирикать искусственные птицы. Настоящих здесь никогда и не было.

Потрепав волосы на затылке, Макс отправил Алексу сообщение: «Наливай». Ответ пришёл моментально: «Чувствую, разговор удался. Иди быстрей. Тут у меня надвигается ещё один солёный водопад. Не могу больше утешать Соню».

Один из младенцев в коляске пронзительно закричал, и мать взяла его на руки, а Макс зашагал в сторону «Стекляшки». Ощущение обиды и странной внутренней пустоты переплетались, и он знал верное средство, как расставить всё по местам, ну или забыться.

Средство, за которое Фемида спишет с него тысячу штрафных кредитов. Но в этот вечер его меньше всего интересовало, что подумает о нём всё контролирующий искусственный интеллект.

Глава 06

В Нолланде мало кто располагал большим пространством, даже члены Городского Совета и их семьи ютились в тесных блоках. В комнатушке, выкрашенной серо-голубой краской, с трудом умещались письменный стол, кресло и кровать. В нишу вмонтировали шкаф для всех вещей, которых у Макса всегда было чуть меньше, чем достаточно. Фемида хвалила его за идеальный порядок на столе, если так можно назвать полное отсутствие фотографий, статуэток и прочих интерьерных деталей. Необходимые для работы вещи хранились в ящиках стола, каждая на своём месте.

Единственной достопримечательностью его комнаты стал живой цветок, который Макс недавно выкопал у стен Нолланда и пересадил в горшок. Он не слишком усердно ухаживал за ним, но поливал регулярно. В шутку он прозвал его Антоном и время от времени даже разговаривал с ним – цветок был посвящён во все душевные тайны наравне с Алексом. Но, несмотря на регулярный полив, так как света в комнате оказалось недостаточно, листья его быстро пожухли.

Остаток вчерашнего вечера Макс с друзьями провёл в «Стекляшке». Поначалу вечеринка напоминала скорее поминки, чем проводы. Соня то и дело всхлипывала, а Макс с Алексом пытались её утешить. Но потом Макс предложил отметить последний вечер в Нолланде танцевальным батлом, чем насмешил весь персонал. Танцы никогда не входили в список его сильных сторон.

Поздней ночью он прямо в одежде рухнул на кровать и сразу вырубился. Всю ночь во сне он блуждал в бесконечных коридорах, ища выход из одной и той же комнаты. Как только он открывал новую дверь, за ней оказывалась очередная комната-клон. Так он бегал по кругу, пока его наконец не разбудил настойчивый голос Фемиды.

– Максимус-3729, просыпайся, у меня к тебе важный разговор.

Он открыл глаза и посмотрел на часы. На вертикальном экране высвечивались заставка: «Математика – гимнастика для ума» и время 10:30.

– Джакаранд!

Шея ужасно затекла, во рту пересохло, голова – будто пустая. Фемида вызывала его уже тридцать минут, странно, что она не применила жёсткие меры побудки, как в школьные дни.

– Важный разговор подождёт, – пробормотал Максимус и открыл дверь душевой. Из-за вчерашней бури генераторы перешли в режим экономии и вместо горячей воды текла слегка тёплая. Макс выкрутил холодный кран на полную и встал под ледяной дождь. Сколько бы раз он ни повторял этот мазохизм, всё равно не мог привыкнуть – из груди вырывался неконтролируемый крик.

Несколько секунд он привыкал, но вскоре начал получать наслаждение от каждой крупной капли, барабанящей кожу. Постепенно повышая температуру, он вылил весь отведённый ему дневной резерв горячей воды. Натянув штаны, он наконец-то ответил.

– Фемида, – Макс всегда приветствовал её коротко.

– Доброе утро, Максимус, – за долю секунды просканировав обстановку, она сложила губы в притворную улыбку. – Согласно твоим биологическим часам у тебя должна быть тренировка, но ты, как я вижу, продолжаешь игнорировать мои предписания и подрываешь своё здоровье.

Фемиду трудно было воспринимать просто как умную программу, искусственный интеллект, созданный для решения различных логических задач в помощь выжившему человечеству. Создатели отлично поработали над её графическим воплощением, и неосведомлённый человек легко принял бы её за живую женщину средних лет. Ухоженную, со вкусом одетую, эрудированную, слегка надменную. И хотя она утверждала, что не понимает критерии измерения человеческой красоты, поговаривали, что над её внешним видом трудится целый специальный отдел.

– Меня же переводят сегодня. Какая тренировка? – Макс сушил волосы полотенцем.

– Как хочешь, штраф в любом случае уже списан с твоего счёта. И за вчерашний загул в «Стекляшке».

Макс проигнорировал замечание. Теперь она могла штрафовать его сколько вздумается – скоро он будет не в её власти.

– Кстати, о счёте, – продолжила голограмма. – Милланд не входит в Великий Альянс Семи Городов, и там твои кредиты будут обнулены. Но я заморожу твой счёт – на случай, если ты захочешь вернуться. У меня к тебе деловое предложение.

– Дай угадаю, – Макс хмыкнул и натянул футболку с длинными рукавами. – «От которого я не смогу отказаться»?

– Твой юмор сейчас ни к чему, Максимус. Я хочу, чтобы ты узнал для меня кое-что. У меня есть основания полагать, что в Милланде ведётся разработка мощного оружия, способного по щелчку пальцев выжигать города, и для его активации используется биологический ключ – человеческая особь.

Фемида осеклась, но тут же поправилась:

– Человек. И я хочу знать всё об этой технологии и о том, кто служит ключом к запуску. Я хочу получить всю архивную документацию.

Разговор повернул в неожиданное русло, и Макс не мог понять, как оценить услышанное.

– Уточню. Ты хочешь, чтобы я шпионил для тебя?

– Твоя задача – добыть данные и передать их через связного в Цитадель.

На секунду Макс задумался, потом спросил:

– Почему не отправить профессионального разведчика?

– Хранители Милланда слишком осторожны, они раскусят такой обман.

Макс снова хмыкнул и закатил глаза:

– Ну а с чего ты взяла, что у меня получится? Уверена, что мне дадут доступ к архивным документам? Я еду туда как инженер энергосистем.

– Уверена. Любое оружие нужно заряжать. Им не просто так нужны твои накопители.

Политика Цитадели интересовала его сейчас меньше всего, и он попытался отмазаться, хотя голова всё ещё плохо соображала:

– По части оружия Алекс лучше разбирается. И я бы на их месте не доверял новичкам из чужого города.

– В тебе они вряд ли заподозрят разведчика, Макс. Алексис-5569 – патрульный, он будет проходить двойную проверку, и он ничего не должен знать об этом задании, иначе под подозрение попадут все. Я всё просчитала, моя схема сработает.

Макс скрестил руки на груди:

– Хорошо, а что я получу взамен?

– Место главного инженера энергосистем Цитадели, – начала Фемида.

– Сомнительная перспектива, – Макс скривил рот.

– И положительные результаты теста совместимости с Лизой…

Она успела заметить, как уголки его глаз дрогнули, прежде чем он успел взять эмоции под контроль. Она всегда всё замечала.

– Я сделаю так, что Лиза дождётся тебя, Макс.

Макс продолжал молча стоять со скрещёнными на груди руками.

– И я переведу в столицу всех, кого ты попросишь, – закончила она. – Просто достань мне данные.

Он выдохнул, посмотрел ей в глаза и медленно произнёс:

– А если я захочу перевести в Цитадель весь Нолланд?

Фемида выразила на лице удивление, потом прищурилась:

– Ты преисполнен благородства – вот что мне всегда нравилось в тебе, Максимус. Но я не могу понять, почему ты так держишься за этот городишко. Нолланд чуть не сжёг тебя.

– Нолланд спас меня! – парировал Макс.

– Тебя спасла я! – Фемида почти перешла на крик.

Максимус пожал плечами, и правительница продолжила:

– Давай поговорим об оплате, когда достанешь мне ключ к оружию Милланда.

– Э, нет, – Макс покачал головой и цокнул языком. – Договариваться нужно на берегу. Моя цена – отдельный район в Цитадели для всех жителей Нолланда. Если и продавать себя, то тогда уж подороже.

– Не знала, что ты умеешь торговаться, Максимус.

– Я быстро учусь, ты знаешь, – ответил он, гордо вскинув подбородок.

На несколько секунд повисла тишина. Талантливый инженер и управляющий искусственный интеллект с вызовом смотрели друг на друга.

– Ты, конечно, много просишь, – наконец произнесла Фемида, – но если действительно достанешь секретную технологию Милланда, я расформирую Нолланд на выгодных для его жителей условиях. Твои близкие отправятся, куда пожелают.

– Тогда кидай договор и всё, что у тебя есть на Милланд, – Макс не ожидал, что сработает, но сработало. Вести переговоры, когда тебе уже нечего терять, оказалось проще, чем он думал.

Фемида довольно улыбнулась и обрушила на него лавину картинок, видеороликов, графиков, текстовых файлов в удобном темпе восприятия. В удобном, если бы он был выспавшийся и бодрый, а не разбитый после шумной вечеринки.

– Всё, всё. Я понял, потом изучу, – Макс смахнул рукой файлы с экрана и оставил лишь договор. – Как мы будем держать связь? Подозреваю, тебя нет в системе Милланда?

– С тобой свяжется мой человек, и ты передашь ему накопитель со всей информацией, которую сможешь собрать.

– Что потом? – Макс подписал договор.

– Мой человек сообщит тебе. Помни, Максимус: мы заключили сделку, согласно которой ты не имеешь права никому говорить о возложенной на тебя миссии.

Изображение плавно растворилось, сеанс завершился, но он продолжал пялиться в вертикальный экран.

Макс почесал затылок:

– Великий манипулятор: найди то, не знаю что…

Он посмотрел на Антона и решил забрать цветок с собой – здесь он всё равно обречён.

– Если выдержишь перелёт, выпущу на свободу, – пообещал он и поставил горшок в пакет.

В это всё ещё трудно было поверить, но одна-единственная строчка на городском экране полностью изменила его жизнь. Он расстался с любовью всей жизни, стал шпионом Фемиды и вот-вот должен отправиться куда-то к за границы Альянса. Кто мог знать, что вечер распределения закончится для него настолько неожиданно?

Глава 07

Буря завершилась через два дня, а ещё через два прилетел планолёт из Милланда. Их вылет был намечен на полдень, чтобы успеть провести торжественное собрание на площади.

Городские сборы к отлёту угнетали Макса. Внутри поселилось дурацкое предчувствие чего-то плохого. Никлаус настоял на свежей стрижке перед дорогой, и Городской Совет оплатил всем отбывающим парикмахерскую. Ребята должны были появиться в Милланде в наилучшем виде, как и все специалисты, выпускаемые из Нолланда. Если Советник Никлаус мог на что-то повлиять, то всегда выполнял задачу на сто процентов.

Утром перед отлётом из кухни пахло жареными блинчиками и маминым раздражением.

Макс паковал свои скудные пожитки в рюкзак, и взгляд упал на куртку патрульного, которую он забыл сдать с того дежурства. Последняя вещь сиротливо болталась на плечиках в шкафу. Макс вспомнил, как Лиза недавно сказала, что в ней он выглядит мужественно и привлекательно.

– Не обеднеют, – буркнул он и положил куртку к остальным вещам.

Макс вышел к завтраку последним. Довольная улыбка Алекса сияла во главе стола на месте, где обычно сидел Никлаус. Все уже давно привыкли, что тот чувствовал себя у них как дома. После смерти Мартина, отца Алекса, Никлаус взял его под опеку, поэтому в своём собственном блоке тот только спал, а всё оставшееся время проводил либо в патрульных рейдах за стеной, либо с Максом и его близкими.

Как можно тише Макс отодвинул стул и сел рядом с Алексом. Тем временем Соня за плитой ловко жонглировала половником и сковородкой, превращая безвкусный порошок в съедобный и аппетитный завтрак.

Оливия, мать Макса – образец толерантности, как и полагается психологу – в то утро не могла удержать себя в руках. Она поставила чашку на стол чересчур громко, так что Алекс и Макс вздрогнули.

– Ну как вы там будете без нас? Мм? – Оливия присела напротив сына, вытирая руки о фартук.

Она ежедневно реабилитировала попавших в сложные ситуации жителей Альянса, успокаивала спасённых от бурь, помогала детям дикарей встроиться в общество. Но она всегда оставалась спокойна за своих, потому что они были рядом, в безопасности.

– Не волнуйтесь, Оливия, я за ним присмотрю, – Алекс аккуратно разрезал дымящиеся оладушки.

– Это меня и беспокоит. Ваша парочка – магнит для неприятностей, а они вас в самую клоа… – женщина осеклась и плотно сжала губы: – Отправляют на границу.

– Оливия, всё хорошо будет! Вернёмся через год, даже не заметите, как пролетит.

Алекс уплетал еду как ни в чём не бывало, и Соня заботливо положила ему добавку.

– Год? Знаю я про ваш год… – она вздохнула и отвела взгляд.

У Макса кусок в горло не лез, даже слегка мутило.

– Да, Алексис, спасибо за яблоки, всё забываю тебя поблагодарить в этой суете, – Оливия радушно улыбнулась, смахнув слезу.

– На здоровье! Вы же знаете, я, как только где чего, сразу о вас думаю. Никлаусу-то когда? У него заботы поважнее будут. Да и Максу рынок не по пути. А я уже сказал торговцу знакомому, чтобы прям к вам в блок доставляли. Дороже будет, но кому теперь корзинки таскать?

Макс посмотрел на бумажный пакет у двери. Заботливо упакованный Антон вместе со всеми ожидал отбытия. Соня заметила взгляд брата.

– Если тебе не разрешат взять его с собой, передай с отцом назад, я буду о нём заботиться, – она держалась молодцом, потому что обещала им с Алексом больше не рыдать.

На экране гостиной высветилось сообщение от Фемиды: «Вылетающих в Милланд ожидают на площади».

– Иди сюда, сынок, – Оливия крепко прижалась к груди сына и шепнула на ухо: – Не бойся Фемиды! Куинтеро тебя защитят – ты слишком важен для них. Всё будет хорошо, уверена, тебе понравится в Милланде.

Она смахнула слезу и улыбнулась.

– Кто такие Куинтеро? Мам, о чём ты?

Макс хотел уточнить, откуда мать знает подробности о Милланде и кто такие Куинтеро, но на экране высветилось второе предупреждающее сообщение – они с Алексом опаздывали.

– Берегите себя, – добавила Оливия.

Все ещё раз обнялись, Макс вскинул рюкзак на плечо и шагнул вслед за Алексом.

Вместе с дверью родного блока он закрыл целый пласт воспоминаний о счастливом детстве под ржавым небом Нолланда. Впереди их ждал другой, пока неизведанный, город и новый, пугающий, этап жизни.

На площади Согласия уже собрались девчонки и ребята, которым предстояло вместе с ними отправиться в Милланд. Вчера уже отбыл планолёт в Цитадель, а с ним и основная масса выпускников. Но в столице они не задержатся – практически все разлетятся в другие города Альянса.

Над пёстрой толпой провожающих витал дух праздника и печали. Матери украдкой роняли слезу, а кто-то ревел в открытую. Особенно много слёз текло у милующихся парочек, которым предстояло сегодня расстаться.

Улетающих снарядили в удобную для дороги одежду – новенькую, сшитую на заказ специально для такого случая. Все были преисполнены гордости и важности происходящего. Городской Совет сделал вброс информации по нужным каналам, и весь город проникся уважением к их группе. «Очень важная миссия» – такая легенда ходила по Нолланду о перелёте в Милланд.

Макс и Алекс присоединились к шеренге ребят, и как бы невзначай он спросил у друга:

– А Лиза придёт, не знаешь?

Полгода назад мать Алекса перераспределили в Вольград, отец трагически погиб, поэтому проводить его на площади могла только сестра.

– Не-а, мы дома попрощались. А вы что, помирились?

Макс отрицательно помотал головой.

– Наконец-то! – к ним подскочили радостные Кир и Раф.

Братья-близнецы работали под руководством Макса с прошлого года, и Никлаус решил их отправить вместе с ним. Ребята никогда не проявляли усердия в учёбе, хотя слыли умными и сообразительными, и им не сулили успешной карьеры. Потому их родители были сегодня одними из немногих, кто не плакал, а светился радостью. Шутка ли? Сыновья вдруг оказались участниками важной миссии. Но Макс не разделял их энтузиазма – близнецы часто становились источником мелких неприятностей и проблем в отделе.

– Ой, ты что, Антона с собой прихватил? – Кир заглянул в пакет с растением.

– Правильно! Кто о нём тут позаботится без тебя? – Раф тоже сунул нос в пакет.

– Давай подержу, – Кир аккуратно забрал у Макса пакет.

Родители умилялись, что мальчики выросли такими заботливыми.

– Не урони, ботаник, – Макс подмигнул Киру.

Макс вертел головой по сторонам в поисках отца, но Никлауса среди членов Городского Совета не было. Неужели отец настолько занят, что не придёт его проводить?

Отъезжающих выстроили в два ряда, и на экране появилась Фемида.

Бледно-голубой жакет с высоким воротником, безразличный властный взгляд и волосы, собранные в тугой пучок на затылке. Когда шум толпы затих, она заговорила громко и торжественно.

– В этот замечательный солнечный день мы отправляем в далёкий путь лучших из лучших во благо всех остальных. Древний город Милланд нуждается в нашей помощи и наших людях. Альянс всегда предоставлял и будет предоставлять поддержку всем нуждающимся.

Макс перевёл взгляд с монитора на небольшую толпу зевак, всё ещё пытаясь найти отца, а потом заметил Лизу. Она стояла поодаль, скрестив на груди руки и опершись на колонну. Их взгляды встретились. Фемида продолжала пафосную, никому не интересную речь.

– В знак признательности и долгосрочного сотрудничества Милланд готовит поставку высокоэффективных солнечных батарей, которые вкупе с накопителями, разработанными Максимусом-3729, помогут решить множество насущных проблем старейшего и уважаемого Нолланда. Профилактических отключений электропитания больше не будет.

Заместитель главы Городского Совета захлопал, и следом послышались вялые разрозненные аплодисменты. При упоминании Макса Лиза усмехнулась, но не отвела взгляд. Они продолжали стоять и смотреть друг на друга. Такие близкие и такие далёкие одновременно.

– О, Лиза пришла! Ты видел? – Алекс шепнул Максу в ухо и слегка махнул сестре рукой.

Лиза махнула брату в ответ и отвела взгляд от Макса.

– Но всё это стало возможным благодаря нашей системе образования и управления, унаследованной нами от древних. Мы стали эффективнее и лучше, – каждый раз на таких мероприятиях Фемида говорила об одном и том же разными словами. Подчёркивала свою важность в управлении Альянсом Городов и образовании.

– Знаешь, иногда мне не верится, что это ненастоящая женщина. Может, нас всех обманывают? – Алекс был единственным, кто внимательно слушал её.

Но Максу было плевать сейчас и на Фемиду, и на её речи, и на Альянс, и даже на Алекса. Лиза развернулась и ушла прочь, затерявшись в бесконечных коридорах.

– В добрый путь! – речь закончилась, все зааплодировали ещё раз. Из администрации никто не стал брать слова, и прозвучала команда: «На посадку!»

– Нас всегда обманывают, вопрос: как часто и долго, – ответил Макс Алексу. Он взял у Кира пакет с Антоном и пошёл в сторону посадочной площадки.

Провожающие махали ребятам до последнего, пока за ними не закрыли шлюз. По длинной рифлёной трубке они вышли на посадочную площадку.

К удивлению Макса, за ними прислали не какую-нибудь развалюху, а новенький, блестящий тёмной гладью планолёт. Чёрная стальная птица разнилась с общими представлениями о забытом городе на дальнем рубеже, в который их переправляли. Значит, все подозрения Фемиды о том, что они скрывают свой мощный источник энергии, имели под собой основания. Производство и обслуживание такого планолёта – дело затратное, а отправлять его за тремя десятками людей – вообще расточительство.

– Похоже, нас ждёт впереди немало сюрпризов, – Алекс кивнул на планолёт и присвистнул.

Другие ребята тоже смотрели широченными глазами на чёрную птицу, и у многих вырвались возгласы изумления. Они ожидали заплатанную колымагу, многочасовую тошниловку в воздухе, но их посчитали ценным грузом.

– Вот Руслан дурень! Ещё десять раз пожалеет, что не полетел с нами, – Кир шепнул Рафу, толкнув локтем в бок.

У входа в планолёт выпускников ожидала небольшая группа: трое членов Городского Совета, включая отца Макса, невысокий пожилой мужчина и отряд из пяти человек, одетых в тёмную военную экипировку. Советник Никлаус стоял чуть в стороне и, слегка наклонив голову, что-то вполголоса рассказывал пожилому незнакомцу. Трудно было определить его возраст, так как выглядел тот достаточно крепким, хотя волосы уже окрасила седина, а смуглая кожа намекала, что её хозяин много времени проводит под палящим солнцем.

Но вниманием Макса завладел другой человек – высокая женщина, источавшая уверенность и силу, причём как внешнюю, так и внутреннюю. Её стройное, мускулистое тело словно выточили из камня, и чёрный костюм наилучшим образом это подчёркивал. Строгие, слегка заострённые черты лица обрамляли длинные рыжеватые волосы. Готовая молниеносно отразить атаку, женщина выглядела настороженной и собранной, как пантера перед прыжком.

Взглядом просканировав отряд новобранцев, она остановилась на Алексе и протянула ему руку:

– Алексис-5569, я так понимаю.

– Просто Алекс, – он ответил спокойно и на равных.

– Меня зовут Мирта Куинтеро, и я отвечаю за вашу безопасность в воздухе и на земле, по пути в Милланд.

«Куинтеро? Может, это каста воителей?» – Макс подумал, что позже обязательно спросит, знакома ли она с Оливией.

Мирта продолжала:

– По прибытии пятеро из вас пойдут непосредственно в мой отряд. Сейчас наша задача – добраться без приключений, надеюсь, вы меня поддержите, – она слегка улыбнулась. – Загружаемся!

Мирта Куинтеро скрылась внутри планолёта, остальные ребята последовали за ней, оживлённо беседуя. Праздничное предвкушение витало в воздухе.

– Я думал, она во мне дыру прожжёт, не глаза – лазер! Я таких дамочек побаиваюсь, – Алекс подёргал бровями, как всегда давая недвусмысленные намёки. – Уверен, в бою она свирепая, да и не только в бою.

– Ты запал на неё или боишься конкуренции? – Макс улыбнулся.

– Скорее, второе, – Алекс почесал подбородок.

– Ну что, ребятки, готовы? – Никлаус прервал их беседу. – Макс, с матерью-то попрощался?

Наконец-то отец подошёл к нему.

– Рубашка от слёз до сих пор мокрая, – Макс робко улыбнулся.

– Шутишь – это хорошо, – ответил Никлаус.

Он улыбнулся, но в следующую секунду его лицо вновь стало привычно серьёзным:

– Помните: будущее Нолланда зависит от вас, вы и есть его будущее, – он крепко обнял Макса и шепнул в ухо: – Люблю тебя, сынок.

– Уверен, вам у нас понравится, – пожилой мужчина, вежливо стоявший в стороне, протянул Максу руку.

– Анри Сальвадос, архивариус Милланда, – Никлаус поспешил представить собеседника.

Макс пожал руку в ответ, и Анри заглянул в его пакет.

– Это Антон, и он полетит с нами в Милланд.

Макс сам не ожидал, что его голос прозвучит так серьёзно, не дав собеседнику шансов на дискуссию.

– Пусть летит, – Анри Сальвадос улыбнулся.

– Анри, нужно поторопиться, можем в грозу попасть, – из планолёта показалась Мирта. – Только что обновили сводки – дальше по пути не так солнечно.

– Что ж, не буду мешать прощанию, – архивариус Сальвадос поспешил на борт.

– Ступай, а то и я начну твою рубашку слезами заливать, – отец ещё раз крепко обнял Макса и потрепал по плечу Алекса.

Они шагнули внутрь, и дверь герметично закрылась.

Вот и всё.

Остальные ребята уже сидели на мягких сиденьях напротив друг друга, пристёгнутые ремнями. Они оживлённо крутили головами, рассматривая обшивку, и шумно переговаривались. Внутри было тепло, светло и даже уютно, насколько может быть уютно в военном планолёте.

Макс закинул рюкзак на багажную полку, а пакет с Антоном поставил под сиденье – если будет трясти, пакет можно будет взять на руки.

– Стойте! Ещё одного забыли! – Мирта кивнула в иллюминатор.

Через площадку бежал парень в голубой жилетке. Анри сверился со списком в планшете.

– Действительно. Одного не хватает, его только сегодня добавили.

Дверь снова открылась, и, когда опоздавший зашёл внутрь, Алекс с силой толкнул Макса локтем, а Кир недовольно прошептал:

– А он здесь зачем?

Опоздавшим был Руслан. Он сел на крайнее свободное место, и планолёт пошёл на взлёт.

– Что ты здесь делаешь? Ты ведь должен был вчера улететь в Цитадель! – Кир не смог удержаться и спросил то, о чём думали все.

– Как видишь, нет. Меня вчера сняли за час до вылета. Планы поменялись, теперь я лечу с вами в Милланд.

– Не было печали, – пробубнил Макс себе под нос.

– Да ладно, расслабьтесь. Можете делать вид, что вы меня не знаете. Я буду делать свою работу, вы – свою.

Планолёт дёрнулся, и на секунду пассажиров вдавило в кресло. Болтуны притихли. За считанные секунды Нолланд остался далеко внизу и позади, растворившись в пыли окружавших город красных песков.

Глава 08

Солнце пробиралось сквозь низкие облака, создавая и стирая призрачные миры, которые перетекали из одного в другой быстрее, чем успевали отложиться в памяти наблюдателя. Красный песчаник быстро сменился на другой, не менее удручающий пейзаж: мёртвый лес, руины и груды мусора. Большинство ребят в планолёте пошумели и задремали, но Максу не давал уснуть бурный поток мыслей.

Энциклопедии утверждают, что раньше мир был абсолютно другим. Людей на планете было много, даже слишком – миллиарды. Человек бездумно пользовался ресурсами природы, что привело к их повсеместному истощению. Никто точно не знает, что произошло, но однажды планета решила избавиться от «назойливых блох».

Наступили Тёмные времена. Климатические условия резко изменились, что стало причиной огромного числа катастроф и гибели множества живых существ, хотя существует теория, что большинство людей покосил смертельный вирус. Уцелели немногие, но жалкие остатки человечества полностью пересмотрели своё отношение к природе и завещали жить в гармонии с ней. Однако непонятно, как можно жить в гармонии с тем, кто постоянно пытается тебя убить?

Пылевые бури, кислотные дожди, вспышки на солнце, ледяные ливни, чудовищные животные, озверевшие люди, вернувшиеся к первобытным истокам. Человек уже давно не царь природы, а вымирающий вид, который изо всех сил пытается выжить. Ко всем природным катаклизмам добавились проблемы с рождаемостью. Палящее солнце и ледяные дожди свели на нет сельское хозяйство, и только благодаря открытиям учёных и искусственно синтезированным продуктам люди не умерли от голода и не превратились в каннибалов.

Теперь все живут в условиях энергетического и ресурсного кризиса, доверяя искусственному интеллекту решать за них, какая профессия им лучше подходит, какое количество специалистов необходимо в той или иной области, с кем они составят наиболее продуктивную пару. Людям якобы дают выбор, но Макса с детства одолевали сомнения, что это иллюзорное подобие и, по сути, он ничего не решает.

Кто-то верит в то, что Тёмные времена закончились и человечество вошло в эпоху перерождения. Кто-то смирился с реальностью и просто живёт своей мелкой, обыденной жизнью. Кто-то, вечно терзаемый противоречиями, ищет приключений и непременно находит.

– Что будет, если попадём в грозу? – спросил Руслан и выдернул задремавшего наконец Макса в реальность.

Анри Сальвадос и Мирта Куинтеро переглянулись, но их лица остались невозмутимыми.

– Пристегнитесь, пройдём по краю, – Мирта кивнула на ребят в хвосте, протестовать никто не стал.

Архивариус сложил ладони для молитвы, закрыл глаза и зашептал. Кто-то из патрульных начал выстукивать знакомый мотив, а другой подхватил голосом. Планолёт потряхивало, за бортом то и дело сверкали молнии, а парни пели, прихлопывая и отбивая ритм. И чем громче громыхало за окном, тем громче пел заводила. Анри перестал молиться и слушал, довольно улыбаясь. Мирта разминала затёкшую шею.

– А вы не робкие ребята. Чувствую, наведёте вы шороху в нашем городишке, – Анри кивнул, обратившись к Мирте, когда парни поутихли и за бортом посветлело.

– Увидим, – она улыбалась уголками губ, но взгляд оставался настороженным. – Снижаемся. Разомнёмся на дозаправке.

– Анри, а как насчёт девчонок? Девушки у вас красивые? – Раф наконец озвучил вопрос, который мучал большинство ребят.

Остальные притихли, а кто-то из девчонок неодобрительно причмокнули и закатили глаза, но комментарии оставили при себе. Алекс любопытно прищурился, Макс равнодушно смотрел в иллюминатор. Уж он-то точно не собирался в ближайшее время вновь ввязываться в романтические приключения.

– Я уже не в том возрасте, чтобы интересоваться юными девами, – Анри снисходительно развёл руками. – К тому же природная гармония учит нас чтить генетическое разнообразие.

– Понял, – Алекс остановил лекцию и шепнул Максу, но так, что все услышали: – Значит, страшненькие.

Кто-то прыснул смехом, кто-то выпустил разочарованный стон. Анри поспешил реабилитироваться:

– Ну почему сразу страшные?

– Назовём это «на любителя»? – Кирилл не терял надежды.

– Красивых женщин у нас полно, только по зубам ли они тебе? – Мирта окинула юношу снисходительным взглядом.

Анри поманил Алекса и заставил пригнуться, как будто собирался рассказать что-то секретное:

– Разные у нас женщины, как и в любом другом городе. Если бы я был так же молод, как вы, то бежал бы прочь от некоторых особ и никогда не женился, – в воздухе повисла вопросительная пауза.

– Анри, вы мне всё больше и больше нравитесь, – Алекс улыбался.

– Мне казалось, нас пригласили работать, а не выбирать невест, – недовольно пробурчал Макс.

– Макс, не занудствуй. Одно другому не мешает, – Кир попытался развеселить его.

– Так, бойцы, сразу предупреждаю, – строго приказала Мирта, – мой вам совет: держитесь подальше от Зои.

– Ваша дочь? – Кир удивился, что у такой молодой женщины может быть взрослая дочь.

– Племянница, – фыркнула рыжая пантера и посмотрела на Макса.

– А я что? – он почему-то почувствовал, что должен оправдаться. – Не я этот разговор начинал. У меня другие планы.

– Вот и славно.

Мирта улыбнулась в ответ, но так, будто Макс был её заклятым врагом и она только что закрыла крышку его саркофага.

«И с чего только мать решила, что Куинтеро помогут? Пока они не слишком доброжелательны».

День клонился к вечеру, и Анри Сальвадос принял решение остановиться на ближайшей заправочной станции. Планолёт мягко приземлился на площадку с гравием, и Мирта Куинтеро скомандовала:

– По очереди подходим ко мне, я закреплю на вас датчики. Далеко от планолёта не отходим, по лесам вас собирать не буду! А уж ваши обглоданные косточки – тем более.

В левое запястье всем жителям Альянса вживляли чип, но Мирта не спешила подключать их к системе Милланда, поэтому закрепила датчики-браслеты на правом.

«Только вырвавшись из одной клетки, мы тут же попали в другую», – подумал Максимус и протянул правое запястье.

На всякий случай Мирта помимо браслета раздала всем по небольшому шокеру:

– Сомнительная хлопушка от мух, – хмыкнул Алекс и прикрепил цилиндр к ремню, – но всё же какое-никакое оружие.

Заправочная станция была оснащена просторным хостом, в котором путники устраивались на ночлег. Многие ребята впервые покинули большой город и оказались за пределами цивилизации. Кто-то смотрел во все глаза, кто-то был безучастен и пялился только в смарт, радуясь возможность выйти в сеть. Но все определённо выспались в планолёте, и ранний отбой не планировался.

На удалённых станциях Альянса жили в основном отшельники. Пожилые пары или просто люди, уставшие от цивилизации или не пригодившиеся в других местах.

Хозяин этой – лысеющий мужичок с бородкой и круглым пузом – сразу заявил, что если путники собираются жечь электричество, то заплатить придётся по двойному тарифу. Анри Сальвадос, не торгуясь, поднёс запястье к терминалу и списал необходимое количество кредитов. Макс в очередной раз отметил, как Милланд щедро оплачивал их трансфер.

После ужина ребята разбрелись по территории, а Анри Сальвадос предложил всё же не тратить ценное электричество, а разжечь костёр на улице.

– Кругом столько деревьев и крепких парней – нужно уметь пользоваться ситуацией, – каждая фраза архивариуса претендовала на место в его личном цитатнике.

Хозяин станции вручил ребятам топоры – все, что нашлись в запасе, – и Анри с радостью принялся за дело, показывая неумелым нолландцам, как нужно рубить дрова. Пожилой мужчина оказался достаточно крепким. Несмотря на то, что Алекс был здоровяком, с работой лучше всех справлялись Макс и Руслан, а вот Кир и Раф вместе с девчонками пошли собирать хворост в ближайший подлесок. Макс наконец нашёл способ сбросить копившийся последнюю неделю негатив – рубил чураки так, словно их раскол мог вернуть время вспять. А Руслану вновь захотелось показать, что он работает не хуже.

Алекс хотел по привычке организовать ставки на очередной батл, но Анри на это неодобрительно покачал головой и запретил.

– Поговорить нужно, – шепнул Руслан Максу, когда он подошёл к стопке дров за очередным поленом, – без свидетелей.

– С чего вдруг? – ответил Макс.

– Фемида просила передать: «Математика – гимнастика для ума», – прошептал Руслан и тут же добавил громко: – Макс, пойдём хворост ещё соберём по периметру.

Мирта Куинтеро недоверчиво посмотрела в их сторону.

– Передышка, – Руслан помахал рукой, обнажив браслет.

Она недовольно скривила губы, но отпустила:

– Только чтобы я вас видела.

У Макса не было никакого желания идти в чащу с Русланом, но любопытство взяло вверх. Он подозревал, что его не просто так отправили в Милланд, поменяв распределение в последний момент.

Парни остановились у кромки леса. Руслан огляделся и, убедившись, что разговор никто не подслушает, схватил Макса за локоть.

– Связным в Милланде буду я, понял? Соберёшь данные для Фемиды, запишешь накопитель и передашь мне.

– А ты давно в разведчики пошёл? – хмыкнул Макс.

– Не твоё дело думать обо мне, Максимус. Делай на чём вы там условились!

Макс одёрнул локоть и молча вернулся к остальным. Руслан, разрубив ещё пару поленьев, стянул потную рубашку и скрылся в хосте.

Когда они нарубили достаточно дров и разожгли большой костёр на площадке перед хостом, уставшие и довольные ребята уселись на пеньки полукругом. Слово за слово Анри начал рассказывать байки из своей молодости, как, будучи разведчиком, он продирался сквозь дикий лес в поисках заброшенных городов. И чем темнее становилась ночь, тем страшнее казались его рассказы. Но каждый раз Сальвадос выворачивал историю так, чтобы все смеялись.

Щёки Макса ласкало теплом костра, дым немного дурманил мысли, а в теле растекалась приятная усталость. Он посмотрел на Алекса, который увлечённо рисовал скетчи в блокноте и напевал что-то себе под нос. Если бы ему давали больше времени на практику, он смог бы стать хорошим иллюстратором, но после трагической смерти отца Алекс даже думать не хотел о чём-то, кроме военной службы. Как ни уговаривали мать и сестра, после тестирования он выбрал работу в патруле и забросил карандаши в дальний угол. Но тяга к прекрасному не угасала, и спустя время Алекс снова начал рисовать. Блокнот и карандаши для скетчей были с ним всегда.

– Это что, Соня? – спросил Макс, заглянув за плечо друга.

Алекс протянул ему несколько листков. Соня, Макс, Никлаус, Лиза – Алекс нарисовал их очень похоже. Макс задержался на изображении бывшей девушки чуть дольше, но потом вернул листок в папку.

Душераздирающий, высокий, полный ужаса и отчаяния человеческий крик разорвал спокойствие вечера. Алекс отбросил карандаши в сторону и вскочил. Голоса и смех у костра вмиг умолкли, а всё внимание направилось в сторону звука.

– Помогите! – снова раздался истошный крик из чащи, а за ним девичий визг.

– Это Раф? – Макс посмотрел на Алекса.

– Или Кир, – ответил тот.

– Куда ж они полезли-то, дурни? – простонал Макс.

Стоило ли сомневаться, что эта парочка опять что-нибудь учудит.

– Там и девчонки с ними, – вспомнил Алекс.

Они переглянулись и не сговариваясь двинулись в чащу. За пределами Нолланда Макс и Алекс не раз бывали в передрягах, излазили прилегающие к нему территории вдоль и поперёк. Они насмотрелись достаточно, чтобы понимать: вот такая безобидная остановка в глуши может стоить жизни.

Мимо ребят пронеслись Мирта и ещё три человека из её отряда. Они стремительно скрылись в темноте, хрустя ветками. Не дожидаясь команды, Алекс помчался вслед за ними, но Макс попытался его остановить:

– У тебя оружия толком нет.

– Так справлюсь, – ответил Алекс, даже не повернувшись, и тоже растворился в темноте.

– Это же не симуляция, а реальность, – крикнул Макс вдогонку, но ответа не последовало.

Тёмная, глубокая, сырая, как могила, реальность. В которой можно остаться навсегда. Макс сорвался и побежал вслед за остальными.

– Стой! – крикнул ему Анри. – Там небезопасно!

– Нолландцы своих не бросают, – ответил Макс, нащупав в кармане шокер.

– На вот, возьми, – Анри вложил Максу в руку пистолет, он молча кивнул и рванул за остальными.

В лесу было так темно, что пробираться пришлось наугад, хрустя ветками. Он пробежал метров двести, а может, четыреста, и понял, что заблудился.

– Ал! – крикнул Макс.

Безответная тишина.

Макс достал смарт, но сигнала не было. Он сел на поваленное дерево, чтобы отдышаться и подумать, в какую сторону идти. Земля под ногами превратилась в противную жижу, и здесь вполне могли начинаться болота.

«Если кто-то из этих двух дурней, вечно отлынивающих от патруля, увяз, то, скорее всего, уже утонул. Чёрт!» – подумал Макс.

Он замер и осмотрелся – когда на тебя кто-то смотрит со стороны, всегда чувствуешь это кожей, мурашками на загривке. Тишина, чёрные стволы деревьев и ошмётки серой полиэтиленовой плёнки, свисающие с костлявых ветвей, поросших лишайником. Один из чёрных пней на земле вдруг зашевелился и медленно стал двигаться на него, гипнотизируя огоньками глаз. Макс попятился назад по стволу, цепляясь за мокрую труху.

Чёрный тупоносый аллигатор полз следом. Глаза отсвечивали красным, а кожа лоснилась, словно покрытая слизкой плёнкой. Макс медленно перелез на другое дерево, взбираясь всё выше. Хищник уверенно наступал, и, если бы не ужас, сковавший каждую клеточку тела, Макс бы кричал во всю глотку. Но горло будто сдавили, запихнув все крики так глубоко, что даже предсмертный хрип останется где-то внутри. Ствол под ним резко кончился, и Макс, едва не потеряв равновесие, спрыгнул на землю. Он побежал, не разбирая дороги, но споткнулся и растянулся в липкой жиже.

Подняв голову, Макс разглядел вдалеке два силуэта, окружённых чёрными движущимися пнями с красными огоньками, но они не были похожи на Кира и Рафа. Он подполз чуть ближе и узнал Руслана. За его голой грязной спиной пряталась одна из девочек-медиков, и на них наступала целая стая.

Из оружия у них были только нож и шокер, и Руслан должен был подпустить хищников к себе как можно ближе.

С тяжёлым дыханием Макс затаился. Может, дать аллигаторам сожрать идиота, а потом спасти девчонку? Отомстить за годы издевательств и насмешек, оборвать последнюю ниточку, связывающую его с Цитаделью?

«Ты знаешь, как поступить», – голос отца в голове дал верный ответ.

Макс выпрямился, и точный выстрел оставил в башке аллигатора дымящуюся дыру.

Увидев подмогу, Руслан осмелел и кинулся на ближайшего зверя, ловко растерзав его глотку ножом – всё же боевые симуляции не прошли даром.

Макс палил по чёрным рептилиям, и красные огоньки гасли один за другим. Сообразительный молодняк почувствовал, что пахнет жареным для его брата, и в панике уползал в свои норы.

– Уходим, пока спрятались! Не хочу, чтобы опять полезли, – крикнул Макс, расчистив парочке путь к отступлению.

Когда они прибежали к хосту, костёр уже потушили и снаружи их встретили только злая, как подстреленный угрюк, Мирта, взмокший Алекс и Анри, с лицом белее платья невесты. Хозяин хоста ковырял палкой в золе, доставая запечённые крупные клубни.

– Я говорил, что всем нужно раздать оружие, – Анри набросился на Мирту, выслушав рассказ Руслана. – Это не пешая прогулка по городским улицам. А что, если бы Макс не успел к ним? Их бы растерзали на кусочки!

– Гражданским оружие не положено, – Мирта не позволяла оспаривать её решения. – Нечего было лезть в чащу. Я предупреждала.

– Где Кир и Раф? – спросил Макс у Алекса.

– В такую же передрягу попали, – ответил тот. – Мы успели в последний момент.

Мирта присела на корточки, чтобы рассмотреть труп рептилии, который она захватила с собой в качестве трофея.

– Сколько же дряни в округе ползает, – она брезгливо отвернулась.

Макс собирался вернуть Анри пистолет, но архивариус незаметно сунул оружие обратно в его карман и шепнул:

– Не говори никому.

В ответ Макс молча кивнул, и все зашли внутрь хоста.

Кир и Раф сидели на полу в уголке, прижавшись друг к другу спинами. Обхватив колени руками, братья дрожали и раскачивались взад-вперёд.

Медики хотели осмотреть, нет ли у кого-то серьёзных ран, но Мирта приказала не трогать их, а выдать снотворного и уложить.

– По периметру от зверья защита натянута, сюда они не заползут. А в чащу вы зря пошли, они по ночам как раз выползают, – хозяин запер наглухо входную дверь.

– Откуда здесь такое водится? – испуганно спросил кто-то из девушек.

– Почём мне знать? Я не биолог, – ответил хозяин.

Он безучастно побрёл в свою комнату вместе с чашкой обгорелых картофелин.

– Модифицированные, вот и расплодились, – добавил он и скрылся за дверью.

– Значит так, птенчики, – Мирта заговорила спокойно, но сквозь зубы, – завтра в шесть утра строимся на плацу. Будем улучшать ваши навыки выживания. Я не собираюсь больше бегать за вами по лесам, спасая от кайманов. Всем ясно?

В ответ прогудело нестройное согласие, и большинство ребят разошлись по отсекам.

Макс проверил смарт – Соня и мама прислали по два сообщения, просили обязательно написать по приезде. От Лизы ни письма, ни голоса, ни картиночки. Глупо ждать.

Перед сном он полил Антона и отметил, что перелёт того почти не коснулся. Цветок потерял два сухих листочка, но выглядел даже лучше, чем в Нолланде.

– Нас голыми руками не возьмёшь, да, Антон?

В тягучем липком сне Макс снова карабкался по наклонному стволу дерева, спасая кареглазую незнакомку от тупоносого аллигатора. В последний момент, когда аллигатор уже раскрыл пасть для атаки, он проснулся и резко вскочил на кровати.

– Ну ёлы-палы, Макс, ты каждый раз так вскакиваешь с утра? – Алекс тоже сел и протёр глаза.

В отсеке стало прохладно, потому как хозяин, хоть и взял с постояльцев двойную плату, всё же сэкономил на отоплении. Выйдя на площадку перед зданием, Макс с удовольствием вздохнул утренней прохладой. В Нолланде ему всегда было душно, и он никогда не упускал возможности выйти за пределы муравейника и глотнуть воздух, не прошедший через многоступенчатую систему очистки.

Выспавшаяся Мирта подобрела и вместо обещанной муштры просто провела зарядку. Ребята пробежали пару кругов, размялись и разучили парочку захватов.

В планолёте Руслан подсел к Максу:

– Спасибо за вчерашнее, – начал он, – теперь я у тебя в долгу.

– Я не мог поступить иначе, – ответил Макс, смотря в другую сторону.

– Мог, – продолжил Руслан, – но не стал.

– Не стал, – повторил Макс.

– Мы теперь в одной лодке, – добавил Руслан, чуть помолчав, – не забывай. Признаться честно, я бы вряд ли расстроился, если бы кайман сожрал тебя, но, боюсь, тогда Фемида может повесить твоё задание на меня.

– Может, уже не стоит так её бояться? – Макс посмотрел на Руслана. – Мы будем далеко, она не сможет нас заставить.

– Ты недооцениваешь её возможности, – ответил Руслан с грустью и застегнул молнию на жилетке.

– Чего вы тут шепчетесь? – Алекс был недоволен, что Руслан занял его место.

Планолёт тряхнуло, и Мирта гаркнула, чтобы все пристегнулись. Кир и Раф выглядели гораздо лучше, хотя и слегка потерянными. Они смотрели немигающим взглядом в иллюминатор. Там внизу оставался чёрный мёртвый лес, который мог стать их последним пристанищем.

Глава 09

– Есть умники, разбирающиеся в планолётах? – Мирта вынырнула из кабины пилотов.

Ребята переглянулись и отрицательно покачали головами.

– Ма-а-акс? – Алекс взглянул на него исподлобья, будто он молчал от скромности.

– Что? – Макс пожал плечами. – Биотопливные двигатели не моя стихия. Он ведь у вас на биотопливе?

– На биотопливе, – Мирта с трудом сдерживала гнев. – Этот хмырь болотный залил нам какую-то бормотуху.

– Руслан, ты же разбирал движки на байках? – Кир всегда обо всех всё знал, даже то, что они сами забывали.

Руслан сначала нахмурился, потом округлил глаза. Мирта с надеждой смотрела на него, но он тоже помотал головой и развёл руками.

– То байк, а то планолёт, ты разницу-то понимаешь? – ответил он.

– А что, пилоты не разбираются? – Кир смотрел на Анри с удивлением и подозрением.

– Нам повезло вообще найти пилотов, – Анри был невозмутим. – До Двенадцатой заставы дотянем?

– Да, придётся там и садиться. Я уже сообщила. И почему нельзя было заказать парочку механиков? – Мирта накинулась на архивариуса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Броманс – крепкая, почти братская дружба, от англ. bro (просторечная форма brother – «брат») и romance («роман, романтические отношения»)

Вернуться

2

Мифическое существо из чёрного дыма, по слухам обитающее в развалинах древних городов

Вернуться